• Название:

    поджер

  • Размер: 0.06 Мб
  • Формат: RTF
  • или

Итак, на следующий день вечером мы снова встретились, чтобы обо всем

договориться и обсудить наши планы. Гаррис сказал:

- Во-первых, нужно решить, что надо брать с собой. Возьми-ка кусок

бумаги, Джей, и записывай. А ты, Джордж, достань прейскурант бакалейной

лавки. Пусть кто-нибудь даст мне карандаш, и я составлю список.

В этом сказался весь Гаррис, - он так охотно берет на себя всю тяжесть

работы и перекладывает ее на плечи других.

Он напоминает мне моего бедного дядю Поджера. Вам в жизни не

приходилось видеть в доме такой суматохи, как когда дядя Поджер брался

сделать какое-нибудь полезное дело. Положим, от рамочника привезли картину

и поставили в столовую в ожидании, пока ее повесят.

Тетя Поджер спрашивает, что с ней делать. Дядя Поджер говорит:

- Предоставьте это мне. Пусть никто из вас об этом не беспокоится. Я

все сделаю сам.

Потом он снимает пиджак и принимается за работу. Он посылает горничную

купить гвоздей на шесть пенсов и шлет ей вдогонку одного из мальчиков,

чтобы сказать ей, какой взять размер. Начиная с этой минуты, он постепенно

запрягает в работу весь дом.

- Принеси-ка мне молоток, Уилл! - кричит он. - А ты, Том, подай

линейку. Мне понадобится стремянка, и табуретку, пожалуй, тоже захватите.

Джим, сбегай-ка к мистеру Гогглсу и скажи ему: "Папа вам кланяется и

надеется, что нога у вас лучше, и просит вас одолжить ваш ватерпас". А ты,

Мария, никуда не уходи, - мне будет нужен кто-нибудь, чтобы подержать

свечку. Когда горничная воротится, ей придется выйти еще раз и купить

бечевки. Том! Где Том? Пойди сюда, ты мне понадобишься, чтобы подать мне

картину.

Он поднимает картину и роняет ее. Картина вылетает из рамы, дядя

Поджер хочет спасти стекло, и стекло врезается ему в руку. Он бегает по

комнате и ищет свой носовой платок. Он не может найти его, так как платок

лежит в кармане пиджака, который он снял, а он не помнит, куда дел пиджак.

Домочадцы перестают искать инструменты и начинают искать пиджак; дядя

Поджер мечется по комнате и всем мешает.

- Неужели никто во всем доме не знает, где мой пиджак? Честное слово,

я никогда еще не встречал таких людей! Вас шесть человек, и вы не можете

найти пиджак, который я снял пять минут тому назад. Эх вы!

Тут он поднимается и видит, что все время сидел на своем пиджаке.

- Можете больше не искать! - кричит он. - Я уже нашел его.

Рассчитывать на то, что вы что-нибудь найдете, - все равно что просить об

этом кошку.

Ему перевязывают палец, достают другое стекло и приносят инструменты,

стремянку, табуретку и свечу. На это уходит полчаса, после чего дядя Поджер

снова берется за дело. Все семейство, включая горничную и поденщицу,

становится полукругом, готовое прийти на помощь. Двое держат табуретку,

третий помогает дяде Поджеру взлезть и поддерживает его, четвертый подает

гвоздь, пятый - молоток. Дядя Поджер берет гвоздь и роняет его.

- Ну вот, - говорит он обиженно, - теперь гвоздь упал.

И всем нам приходится ползать на коленях и разыскивать гвоздь. А дядя

Поджер стоит на табуретке, ворчит и спрашивает, не придется ли ему торчать

там весь вечер.

Наконец гвоздь найден, но тем временем дядя Поджер потерял молоток.

- Где молоток? Куда я девал молоток? Великий боже! Вы все стоите и

глазеете на меня и не можете сказать, куда я положил молоток!

Мы находим ему молоток, а он успевает потерять заметку, которую сделал

на стене в том месте, куда нужно вбить гвоздь. Он заставляет нас всех по

очереди взлезать к нему на табуретку и искать ее. Каждый видят эту отметку

в другом месте, и дядя Поджер обзывает нас одного за другим дураками и

приказывает нам слезть. Он берет линейку и мерит снова. Оказывается, что

ему необходимо разделить тридцать один и три восьмых дюйма пополам. Он

пробует сделать это в уме и приходит в неистовство. Мы тоже пробуем сделать

это в уме, и у всех получается разный результат. Мы начинаем издеваться

друг над другом и в пылу ссоры забываем первоначальное число, так что дяде

Поджеру приходится мерить еще раз.

Теперь он пускает в дело веревочку; в критический момент, когда старый

чудак наклоняется на табуретке под углом в сорок пять градусов и пытается

отметить точку, находящуюся на три дюйма дальше, чем он может достать,

веревочка выскальзывает у него из рук, и он падает прямо на рояль.

Внезапность, с которой он прикасается головой и всем телом к клавишам,

создает поистине замечательный музыкальный эффект.

Тетя Мария говорит, что она не может позволить детям стоять здесь и

слушать такие выражения.

Наконец дядя Поджер находит подходящее место и приставляет к нему

гвоздь левой рукой, держа молоток в правой. Первым же ударом он попадает

себе по большому пальцу и с воплем роняет молоток прямо кому-то на ногу.

Тетя Мария кротко выражает надежду, что когда дяде Поджеру опять захочется

вбить в стену гвоздь, он заранее предупредит ее, чтобы она могла поехать на

недельку к матери, пока он будет этим заниматься.

- Вы, женщины, всегда поднимаете, из-за всего шум, - бодро говорит

дядя Поджер. - А я так люблю поработать.

Потом он предпринимает новую попытку и вторым ударом вгоняет весь

гвоздь и половину молотка в штукатурку. Самого дядю Поджера стремительно

бросает к стене, и он чуть не расплющивает себе нос.

Затем нам приходится снова отыскивать веревочку и линейку, и

пробивается еще одна дырка. Около полуночи картина, наконец, повешена -

очень криво и ненадежно, - и стена на много ярдов вокруг выглядит так,

словно по ней прошлись граблями. Мы все выбились из сил и злимся - все,

кроме дяди Поджера.

- Ну, вот видите! - говорит он, тяжело спрыгивая с табуретки прямо на

мозоли поденщице и с явной гордостью любуясь на произведенный им

беспорядок. - А ведь некоторые люди пригласили бы для такой мелочи

специального человека.