• Название:

    Я все таки шагнул в пропасть с седьмого этажа.


  • Размер: 0.09 Мб
  • Формат: RTF
  • Сообщить о нарушении / Abuse

    Осталось ждать: 20 сек.

Установите безопасный браузер



Предпросмотр документа

Безумие, его иногда много, а иногда и вовсе нет, плохо и с ним и без него. Вы когда-нибудь видели безумного человека?... Возможно, или, скорее всего, нет. Можно ли считать безумием любовь? Вряд ли, но иногда кажется, что так оно и есть. А иногда и вовсе не понимаешь грань между безумием, одержимостью и любовью.

Любовь - безумие, можно ли это сравнивать друг с другом, иногда да, а иногда и нет, но что чаще? Чаще любовь, сильная любовь, но она также превращается в безумие. Можно до безумия любить человека, а можно его ненавидеть, так что же лучше? Безумно любить, нет, это, наверное, самое страшное на земле, в любом случае и когда любовь взаимна, и когда нет. Людям нравятся странные поступки, не чем не обоснованные слова и обещания, человек - очень эгоистичен по своей природе и только он безумен, из всех существ человек может быть безумным от любви и от другого человека.

Мне нравится наблюдать за людьми, я не могу сказать, что мне нравятся сами люди, я могу лишь утверждать, что мне нравится все то, что они чувствуют, да - это по истине самое дорогое и самое бесценное у человека. Ни одно чувство человека нельзя держать под контролем, не для одного чувства не придумано правил, их просто не существует.

Иногда можно чувства, побудившие человека на тот или иной поступок, анализировать, пытаться подавить, но не в каком случае запретить человеку чувствовать. Любое рожденное существо, носящее имя Человек, умеет чувствовать. Иногда, когда на скамье подсудимых оказывается преступник убившей трехлетнюю девочку, кажется, что и у него нет чувств, никаких, что он лишен всего в этом мире, лишен сострадания, понимания и сочувствия, но разве может это быть правдой? Нет, не может, это странно, но любой человек, даже самый ничтожный может чувствовать, он, как и все любит, переживает, волнуется и любит, но чувства всегда идут по одной и той же дорогой что и безумия, а когда эти дороги пересекаются и становятся единой, то тогда и наступает безумие, тогда ничто не может удержать человека чувствовать то, что он хочет или жаждет.

Безумные люди, это всегда слабые люди, они не могут подавить своих чувств, но и те люди, которые лишают и подавляют свои чувства они тоже слабы. В нашей жизни мы - люди между безумными и холодными, можем чувствовать то, что чувствует безумец, а иногда настолько подавлять свои чувства, что становимся настолько холодны, что теряем свою душу. А иногда мы сами можем стать либо теми, либо другими и потерять ценность здравого смысла.

Вы никогда не задумывались над тем, что бы было, если б холодный человек встретился с безумным? Наверное, тогда бы случилось непоправимое они бы погубили друг друга, но могло бы и быть по другому, каждый из них научил бы другого чувствовать, так как он умеет и тогда бы они спасли друг друга от бессмысленной и пустой жизни. Каждый человек верит в счастливый конец, эта уверенность и надежда родилась вместе с ним, но, как правило, надежда рождается тогда, когда ничего уже изменить и предотвратить нельзя и невозможно... Так что, безумие и холодность - два соседа одного сердца... нашего с вами... И вам выбирать, кем быть, кого слушать и принимать, третьего, как говориться, не дано, ни нам, ни кому-либо еще...

Он смотрел так, как не смотрел никто...

*

Гордый, наверное, я слишком гордый для своих девятнадцати лет, более того - я страшный эгоист. Для меня не существует чужого мнения, оно меня утомляет, поэтому я вовсе не обращаю на него внимания. Зачем? Я считаю, что это простая трата времени. Для меня самое главное, это, конечно же, я, а все остальные подождут.

Не знаю, стал ли я сам таким, либо же меня воспитали таким, но, знаете, я очень рад этому. Я не боюсь говорить так, потому что не вижу ни в эгоизме, ни в самолюбии ничего дурного, наоборот, я считаю это неотъемлемой частью человеческой натуры, которые все почему-то стараются опустить или как-то акливитать.

Стоит ли вам говорить о том, как я отношусь к другим? Видимо, не стоит, раз на первом месте в моей жизни это Я, Я и еще раз Я. Другие? Для меня "другие" это просто другие.

К противоположному полу, а именно, к девушкам, я тоже отношусь достаточно посредственно. Простое правило - они созданы для нас, вернее, - для меня. Еще не нашлось той девушки, которая могла бы отказать мне. Я просто еще таких не встречал и, думаю, что, вряд ли встречу. Хотя было бы достаточно интересно посмотреть на ту, которая сможет мне отказать.

Сколько я себя помню, я никогда не нуждался во внимании прекрасного пола, наоборот, меня от него даже подташнивает, уж слишком его много, а иногда оно и вовсе меня тяготит. Нет, оно не утомляет меня, наоборот, мне нравятся девушки, особенно, когда они пытаются произвести на меня впечатление и соперничают между собой. О-о-о! Это прекрасные моменты!

Но знаете, чем больше девушка пытается понравиться мне, тем больше я ненавижу ее, вернее, у меня сразу пропадает к ней интерес. И это действительно страшно, иногда, это пугает и меня.

А вдруг ко мне так отнесутся? Что будет тогда? Непроизвольно спрашиваю я себя с замиранием сердца, а потом, успокаиваюсь, улыбаюсь и понимаю, что такого не может быть и снова холодно и равнодушно играю с чувствами тех, кому не посчастливилось полюбить меня.

*

Хотя, я сейчас соврал, со мной почти было такое. Помню мне тогда было лет 5, может меньше, но не больше. Это было в детском саду, мне тогда очень понравилась девочка, я уже не помню, как ее зовут, но честно признаю - нравилась она мне безумно! Наверное, это была моя первая и последняя любовь.

*

Я с детства был болезненным ребенком, - бледный как смерть с черными глазами, да еще и худой. Вообщем, даже, когда я вырос я не изменился, та же бледность, те же черные глаза и худоба, меня всегда это удивляло, но девушки - все без исключения, находили во мне что-то загадочное, что-то сурово-равнодушное. Не знаю, что-то величественное, наверное, что ли, и постоянно не давали мне проходу, но только не она!

*

Я помню, она была новенькой, первая подошла ко мне и улыбнулась.

У нее была прекрасная улыбка, такая яркая, такая теплая и счастливая, как утреннее солнце. Я не смог улыбнуться, я все смотрел на нее и смотрел, совсем не понимая, настоящая ли она или нет.

Потом, конечно, надо мной подшучивали мальчики из группы, но меня не волновало их мнение, я все время хотел играть с ней, хотел постоянно быть с ней и мне, кажется, она чувствовала тоже самое, потому что, когда я заболел и долго не приходил в детский сад, как я потом узнал, - она все это время тосковала по мне и тоже заболела. А потом мы все время были вместе, пока ее не перевели в другую группу и она не подружилась с Сашей, сыном директора.

Он украл ее у меня. Как же я ненавижу его за это!

Эта девочка, которая нужна мне была как воздух, стала воздухом для другого. Но это продлилось недолго, она переехала в другой город. Но я не забыл ее. Я даже помню ее сейчас.

*

Я очень часто вспоминаю ту девочку из моего детства, я не знаю, что с ней стало, и вообще, какой она стала, повзрослев, наверное, такой же, как и все остальные девушки, слишком помешанные на моде и на красоте.

Но, честно, даже не знаю, хотел бы я ее увидеть снова или нет.

Вроде бы хотел, потому что только ее я любил, а с другой стороны - нет, а мало ли она стала обычной, это принесет мне боль и она испортит все воспоминания моего детства.

*

Я был студентом третьего курса Журналистики. Честно, я вообще не представляю себя в образе журналиста, по-моему, это даже смешно, но насчет своего будущего я не волнуюсь - у моего отца достаточно денег для меня и, наверное, еще и на три такие же жизни, проведенных в растратах.

*

Конец августа, солнце уже не так жестоко рассекает своим жаром воздух, накаляя его и все вокруг.

Все лето я провел дома, мне совсем не хотелось куда-то лететь, да и вообще "чего-то" хотеть. Я устал от суеты, а общение? Да-а-а... Мне очень сильно хотелось общения. Непринужденного и легкого, такое бывает только, когда учишься, - когда ты бываешь беззаботен.

Я пришел в институт. Снова все те же взволнованные взгляды одногруппниц и других девушек. Чувствую - меня ждали, обо мне думали все лето. Мне это нравится, мне это льстит, но мне абсолютно все равно.

Я подхожу к друзьям, хотя друзей у меня тоже нет, просто подхожу к знакомым, с которым провожу свободное время, и кто не донимает меня всякими глупостями о любви. Ясное дело, я подхожу к парням.

Многие рады меня видеть, но еще больше тихо ненавидят меня. Еще бы! Зависть плохое чувство, но, если у кого-то и есть проблемы с девушками, то точно не у меня, и это всех злит, а мне? Мне просто доставляет это все удовольствие.

*

Немногословно обмениваемся впечатлениями о том, как провели лето. Я закуриваю. Просто - ради интереса, рассматриваю новеньких представительниц прекрасного пола, которым только предстоит потерять из-за меня спокойствие, сон и аппетит. Все как обычно.

*

Через полчаса мы все сидим достаточно большой аудитории, говорит декан, старый такой дедушка с добрыми глазами. Он внушает всем уважение, его все слушают, вернее, ему так кажется.

На самом деле, мы просто очень тихо сидим и обсуждаем все те проблемы, которые волнуют нас больше всего - совсем не мешая его негромкому и скрипучему старческому бормотанию.

Рядом со мной сидит Таня, ее колено касается моего, у меня пробегает дрожь, но она достаточно слабая, поэтому я просто получаю от этого прикосновения удовольствие. От нее очень приятно пахнет, мне всегда нравилось, как пахнут ее волосы, они у нее были мягкие, совсем как шелк из страны Восходящего Солнца.

А особенно мне нравилось просыпаться рядом с ней в постели и любоваться ею, когда она еще спит. Вдыхать ее чудесный аромат, касаться ее бархатной загорелой кожи. Я очень люблю эти моменты.

Таня очень красива, искусительна и любит соблазнять.

*

Настоящая дьяволица! - с восторгом восклицаю я, когда, играя, она кусает мою губу, разжигая во мне огонь, а потом холодно отступает.

Она любит сводить парней с ума, мне даже нравится наблюдать за этой игрой, более того, мне невероятно приятно играть с ней в эту же игру. Ей тоже это нравится.

Она томно смотрит тебе в глаза, соблазнительно прикусывая совсем немного свою нижнюю губу и проводит кончиками пальцев по своим волнистым волосам, словно бы поправляя прическу. И это действует сразу же! Молниеносно!

Иногда даже я не могу устоять перед ней и тогда - потом, мы занимаемся с ней любовью всю ночь напролет, а утром она улыбается, целует меня в губы очень нежно и говорит, что я "милый".

*

Таня нравится мне, нас притягивает друг другу, потому что она и я - мы одиноки и понимаем это. Иногда, так мне кажется, мы утолям свою жажду только, когда мы вместе, когда каждый из нас боится остаться один в этом мире и страшно боится одиночества.

Только ее я считаю равной себе. Только ее одну из девушек я не презираю и считаю достойной. Вы спросите, а как же насчет моей матери? Я ненавижу ее. Она слишком слаба, - она слишком сильно любит меня. Как все остальные.

*

Лучи солнца падают Тане на лицо и на волосы, я любуюсь ею. Кто-то заходит в аудиторию. Мне все равно кто это.

- Пожалуйста, извините, - говорит входящая девушка.

В другой раз, я бы никогда не обернулся и не посмотрел на девушку, разве что из любопытства, но на этот раз любопытства не было. Было что-то другое, но что именно, я не могу понять.

Рядом, на соседний ряд, села девушка, наверное, это была новенькая.

Я не мог отвести от нее глаз. Я даже не знаю, что так заинтересовало меня в ней.

Легкая белоснежная кофточка и узкие джинсы, очень модные сейчас среди девушек. Каштановые волосы средней длины, немного неаккуратно заплетенные в косу так, что несколько прядей нежно касаются ее щек и шеи. Я улыбаюсь, она кажется мне очень милой.

Старичок-декан что-то диктует, она записывает. Она очень внимательно его слушает и почти не отводит глаз. Она красива.

Ее губы немного приоткрыты, я замечаю, как она дышит. Она немного волнуется - непривычная обстановка, незнакомые люди, но она старается никому не показывать своего волнения.

Она снова что-то записывает, наклоняет немного голову и спадает прядь ее каштановых волос, она прикусывает губу и аккуратно поправляет ее. Я слежу за каждым ее движением. Слежу с каким-то непередаваемым волнением.

- Что с тобой? - спрашивает у меня Таня и пристально смотрит на новенькую. Понимает, что та достаточно красива, чтобы составить ей конкуренцию. Видно, что Таня ревнует меня к ней. Это заставляет меня улыбнуться.

Я не ответил, но отвел от новенькой глаза. Сердце стучит уже почему-то по-другому.

*

Начался учебный год. Ничего интересного. Лекции, которые я никогда не слушаю, а если и слушаю, то только те, которые мне интересны.

Она же внимательна была ко всему.

*

На дворе был теплый октябрь, желтые листья покрывалом лежали на земле, другие падали с деревьев, словно с небес. Было тихо и тепло, пахло далеким летом и наступающей зимой.

- Ты мне нравишься, - сказал я. Я не смел, отвести от нее глаз.

Она же не посмотрела на меня. Она сидела на скамейке, во дворе института и теребила в своих тонких и красивых пальцах брелок от сотового.

Она молчала. Я ждал. Я знал, что она волновалась. Волновался ли я? Я не знаю, нет, наверное, или да? Все-таки нет, я знал, что она очень сильно любила меня, но вот, что она ответит? Это оставалось для меня загадкой.

Я закурил и сел рядом, но не близко, так, чтобы можно было не сводить с нее глаз, чтобы улавливать любое ее движение.

- Скоро зима. Я очень люблю зиму, - сказала она и посмотрела на меня.

- Скоро закончится пара, ты не ответила. Ты мне нравишься. Я хочу, чтобы ты была моей девушкой, - холодно и серьезно проговорил я, хотя, мне показалось, что мой голос дрогнул. - Что скажешь? - тут же добавил я.

В ее глазах мелькнул страх, волнение и, наверное, боль. Она сново опустила глаза. Задумалась совсем ненадолго, а потом резко посмотрела на меня и улыбнулась. Прежде я не видел такой улыбки - светлая, добрая, нежная, словно утреннее нежное солнышко.

- Знаешь, ты мне кое-кого напоминаешь. Я очень сильно любила этого человека, а потом мы расстались.

- Почему?

- Не помню, - она пожала плечами. Она не отвечала мне на вопрос, меня это выводило из себя.

*

Она отказалась быть моей девушкой.

Что я испытал? Я не могу передать это, хотя... Гнев, конечно же гнев. Да и вообще, кем она, собственно, была? Кем была эта девченка? Кем вообразила себя?! Думал я с гневом несколько недель подряд. Потом гнев стих и появилась тоска и мучительное непонимание ее отказа.

Почему она отказала? Разве я не такой, какой ей нужен? Что во мне было не так?

За тоской последовало равнодушие, ненависть и боль в сердце, которая - позже оказалась любовью.

*

В меня влюбилась ее четырнадцатилетняя сестра.

Она часто бывала в нашей компании, раньше я не обращал на нее никого внимания.

А потом я переспал с ней. Ведь она так сильно любила меня, разве я мог ей отказать?

И я не смог.

*

Она с яростью ворвалась ко мне в комнату. По ее щекам текли слезы, я лежал на кровати и смотрел телевизор, я был равнодушен. Я знал, что ее сестра хотела умереть из-за меня. Ведь я просто переспал с ее сестрой. Какие же были все эти глупые девочки! Это ведь был только секс и ВСЕ. Ничего большего, но такое сказать ее сестре, которая отказалась быть моей, я не мог. Почему? Сам не знаю.

*

Она накинулась на меня. Я не сопротивлялся и принимал ее гнев и отчаяние. А когда гнева не стало, она успокоилась и притихла у меня в объятиях, я крепко ее прижимал к себе. Какое же непередаваемое это было ощущение!

*

Меня била дрожь, неповторимая, непередаваемая! Сердце билось так сильно, что громом отдавалось в голове.

Я с жаром стал целовать ее, покрывать все ее лицо поцелуями. Она не сопротивлялась. Ее плечи все еще вздрагивали, она дрожала и иногда всхлипывала, но не сопротивлялась.

Она хотела меня, я ее.

Я любил ее, она, наверное, меня тоже.

*

Я взял ее на руки - повелительно, холодно, резко, словно бы она была моя - всегда. А потом медленно, словно растягивая удовольствие, я стал расстегивать одну за одной пуговицу у нее на кофте, целуя всякий раз ее нежную бархатную кожу, которая открывалась мне. Это было волшебно.

Каждое мое прикосновение вызывало у нее стыд и румянец. Она была невинна, я это чувствовал. Мне это нравилось. Она была моей. Только моей.

*

Я снял с нее кофту, стянул эти модные черные джинсы. На ней был кружевной белоснежный бюстгальтер и трусики. Я коснулся губами ее живота, она вздрогнула, притаилась как маленькая, когда я стал опускаться ниже. Она с любопытством не сводила с меня глаз. Ей было и страшно и жутко интересно - все это.

*

Она пахла нарциссом и гвоздикой. Я никогда не забуду этот аромат, такой нежный, такой мягкий, мне, кажется, что я ощущаю его даже сейчас, - аромат весны и детства. Моего детства.

*

У меня перехватило дыхание - она была прекрасна без одежды. Я любовался ею. Любовался, наверное, слишком долго, потому что заметил, как она покраснела и отвела взгляд. Такая красивая, такая нежная, ранимая и чувствительная. Она напоминала мне нежный цветок, но разве такая девушка могла быть у меня? У чудовища?! У того, кто ненавидел всех?! Кто презирал всех?!

В это было невозможно поверить, но было именно так.

*

Это было ее ошибкой. Она не должна была любить меня!

*

Я никогда прежде не занимался любовью так, как с ней. Я помню все! Ее поцелуи!

О-о-о! Эти обжигающие мои губы и мою кожу поцелуи! Слишком трепетные, слишком девственные и нежные ее губы касались меня, прожигая насквозь самого меня!

Как же я хотел ее тогда!

Как хотел, чтобы она была моей! Вся!

И она была моей! Была!

*

Я не мог понять, что со мной происходило. Я не мог понять себя.

Потом, в институте, я ревновал ее ко всем. Я молчал, ни говорил ничего. Я терпел. Я не показывал вида, что ненавидел ее, когда она улыбалась не мне.

На следующий день она вела себя так, словно бы ничего не было. Но ведь было! Было же!

Помню, что я в бешенстве зашел домой. Кинул сумку и стал все крушить. Я ненавидел ее. Ненавидел себя, но больше всего я ненавидел все-таки ее!

*

Я следил за ней как безумный из магазина до самого ее дома. А потом, когда она вошла в подъезд нагнал ее и прижал к стене. Было темно, слишком темно, но это не помешало ей узнать меня.

Я задрал ей юбку, она стала сопротивляться, но это не волновало меня. Я хотел ее, все остальное было пустым.

Сумка с покупками упала, апельсины, которые она купила в супермаркете покатились в разные стороны. Было холодно, меня бил жар.

Я слышал, как тяжело она дышала, я ощущал ее горячее дыхание на своем лице.

Я стянул с нее трусики, я не хотел их выбрасывать, ведь они были ее, а тогда они мне мешали, поэтому, не долго раздумывая я сунул их себе в карман.

*

Я всем телом прижимал ее к стене. К холодной стене подъезда. Я целовал ее. А потом я приподнял ее за ягодицы и резко вошел в нее. Она вскрикнула и до крови прикусила губу. Я хотел отомстить ей. Сейчас я ненавидел ее! Ведь она была так равнодушна ко мне сегодня утром!

- Шлюха, - со злостью кинул я ей и отпустил.

Я не взглянул на нее, когда уходил, но я знал, что она плакала.

Плакала и собирала апельсины, для своей сестры, которая лежала в больнице после суицида из-за меня.

*

Стоит ли говорить, как я ненавидел себя?!

Несколько раз, шатаясь от боли из-за содеянного и от спиртного, я подходил к открытому окну и хотел шагнуть в пропасть с седьмого этажа. Я сожалел, что так поступил. Как же я сожалел! Я хотел мести, и я ее получил сполна!

Я чудовище! Как она могла полюбить меня?! Как?! Разве такое возможно?! Я не мог в это поверить. Слишком хороша, слишком нежна для меня.

*

У меня сжималось сердце всякий раз, когда я вспоминал то, когда она вскрикнула. Она не оттолкнула меня. Она знала, что я хотел сделать ей больно. И я сделал.

Она понимала меня так, как не понимал никто. И я сам погубил ее, когда понял, что любил ее. Любил всю свою жизнь, любил всегда. Только ее одну.

*

Утром у меня болела голова от алкоголя, которым я пытался залить боль в сердце. Меня разбудил настойчивый и слишком противный звонок мобильного.

- Ты где?!

- Таня, чего ты хочешь? - раздраженно и вяло произнес я.

- Новенькая! Представляешь, она хотела умереть вчера, ее забрала скорая. Вот же глупая! Говорят она это сделала из-за тебя, это правда? Хотя мне-то, какая разница? Мне все равно. Слушай, а ты где и когда придешь в институт? Мы тут хотим устроить вечеринку, ты приедешь?

- Что - новенькая? - у меня пересохло во рту, пьянь в голове улетучилось в мгновение. Я сел на кровати и затаил дыхание.

–Да, в больнице она! На тот свет хотела попасть, а попала в больницу! Тебе-то что до нее?

Я швырнул телефон в сторону, словно это была ядовитая змея.

*

Что делать?!

*

Я метался по комнате, совсем ничего не понимая. Что я натворил?! Господи, что же я наделал!

Меня охватил панический страх. Я не хотел в это верить! Лишь бы сон.

Лишь бы это было кошмаром! Вымыслом, но не реальностью!

*

Ее волосы были распущены и лежали на подушке, несколько прядей касались совсем бледного лица. В окно светило осеннее нежное солнце, оно тихо касалось ее щек.

Она лежала с закрытыми глазами.

Было тихо. Рядом на тумбочке стояли кроваво-алые гвоздики. Ее руки были перевязаны белоснежными бинтами.

Что же я натворил?...

*

- Прости меня, - удалось мне выдавить через комок, который застрял у меня в горле.

Она медленно и устало подняла глаза.

–Помнишь я тебе говорила про одного человека, которого очень сильно любила, но это было давно. В детстве. Знаешь... Мне кажется, что...

*

И тут я все понял. Я понял, кого она мне напоминала, на кого была так похожа! Почему меня так сильно тянуло к ней.

Это ведь она! Господи, это она! Та девочка из детского сада! Из моего детства! Это была она! Я нашел ее! Меня захлестнуло непередаваемое счастье, но в ту же секунду сердце пронзила боль. Настолько сильная боль, что я не мог вздохнуть или пошевелиться.

Я погубил ее. Я коснулся настолько нежного цветка, что от моего прикосновения я сгубил его.

*

Она улыбнулась. Как тогда - в самый первый раз, когда мы встретились, еще в детском саду. У нее была такая солнечная, такая нежная улыбка! На глазах появились слезы. Она узнала меня.

- Это ты, я нашла тебя, - тихо заговорила она. Я заплакал. Я крепко прижал ее к себе, - Я помню тебя маленьким, ты тогда был такой красивый, черные глаза. Знаешь, мне очень понравились тогда твои глаза, они были такими холодными. Совсем такие же как сейчас... Я очень хотела познакомиться с тобой, хотела подружиться с тобой, а потом... Потом помню, что мы играли с тобой целыми днями. Так было весело!.. А когда я с тобой расставалась, мне было очень грустно, и я даже плакала. А потом... - ее голос сорвался, она хотела плакать, но не могла. Она слишком устала. Слишком была слаба. - Я уже совсем не помню... Но, кажется, родители снова переезжали. Я не хотела с тобой расставаться. Я хотела быть только с тобой, я болела. Болела очень долго, но никогда тебя не забывала. Никогда. А сейчас, - ее голос стал звучать так тихо, что, казалось, это тихо падал лист с дерева, словно с неба, - Я очень счастлива. Я люблю тебя. Я нашла тебя.

Она умерла.

Я плакал, я прижимал ее к себе. Сильно. Я не хотел ее отпускать. Она умерла... умерла... Я погубил ее. Ее! Ту, которую любил! Которую хотел любить! Которая была всем для меня! Я сам погубил ее! Сам! Это было невыносимым.

*

Господи, что я натворил?! Что?! Почему?!

Я не мог отпустить ее, я боялся. Боялся осознать, что ее больше нет. Что она никогда больше не улыбнется мне так, как улыбается утреннее весеннее солнце, наполненное ароматом нарциссов и гвоздик.

Мое детство.... Какой холодный и не передаваемый ужас глубоко - в сердце... Кажется, что я потерял все... С ней я потерял все!... Абсолютно все... Зачем мне жить дальше, когда не было ее!

*

Меня охватила паника. Хуже - отчаяние. И страх от того, что я потерял ее, потерял навсегда, на целую вечность. Я не мог этого вынести. Ее больше не было, я не хотел жить дальше без нее.

*

Что я сделал? Вы хотите это знать?..

*

Я все-таки шагнул в пропасть с седьмого этажа, как мне тогда, казалось, я шагнул навстречу к ней. Ведь это была – она!!! Девочка из моего детства, которая умела улыбаться как утреннее солнышко и пахла как весеннее утро, наполненное ароматом нарциссов и гвоздик.

Вы думаете, я встретил ее, там – в пропасти?

Нет.

*

Ее там не было.

Она была – там, откуда падали листья с деревьев, вернее – с небес.

05.09.2007