• Название:

    Document daria. sh


  • Размер: 0.15 Мб
  • Формат: RTF
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

    Осталось ждать: 10 сек.

Установите безопасный браузер



Предпросмотр документа

Глава 1 - Первое правило игры.

Очередной совершенно обычный день. Солнце показалось из своих восточных границ, озарив нелепую придорожную кафешку – место действия сегодняшнего спектакля. Птицы перестали кружить и, осев на близлежащих деревьях, создавали неповторимую музыку сегодняшнего дня. Середина недели, начало лета, дождей в этом сезоне еще не было. Тишина моря давала о себе знать – ясное небо и свежесть зарождающейся жизни, меня это вдохновляло. Мне нужно было распалиться, тяжесть в желудке постепенно уступала бешеному сердцебиению – я был готов сорваться. Место действия выбрано не случайно. Все кажется совершенно обычным – стен почти не было, стекла ясно давали знать, что происходит внутри. А внутри не было никого, только одинокий шеф-повар, он же хозяин забегаловки, он же официант и бармен. Но это пока, персонал настолько безалаберный, что готов опаздывать на два часа своей работы, а хозяин настолько добрый и вечно пьяный, что готов прощать им что угодно. И тут появляюсь я. Над дверью висел колокольчик, он не прозвенел – звякнул, настолько молниеносно и жестко отворилась дверь. Вмиг протрезвев, нелепый обитатель нелепого кафе обратил на меня свой испуганный взор. Позволив себе простоять в двери пару мгновений, я – он же человек в пиджаке, прошел внутрь. Что можно сказать обо мне? Потертые, но явно дорогие джинсы – на обувь мою обычно никто не обращает внимания, я за ней и не слежу, старые кроссовки – может им уже два года, а может и больше. Серая и явно теплая для нынешней погоды водолазка с прикрывающим шею воротом, всегда было интересно – как меня характеризует моя одежда? Ну и пиджак, явно гордость владельца, то есть меня – он или был сшит на заказ или носящий, он же я, тщательно его выбирал. Это не важно, но да – этот пиджак мой любимый, один из его плюсов – он не скрывал от меня циферблат американских часов – редкого гостя в здешних краях. Я держал себя достаточно холодно, но с плохо скрытой тихой агрессией – даже самый глупый не решился бы меня беспокоить в этот момент, но единственному официанту пришлось пройти вглубь столиков к единственной непрозрачной стене, где я быстро обживался. Я не ставил собой целью пугать бедолагу, твердый голос я сделал скорее для себя, мне предстоял в скором времени разговор, где моя позиция должна быть непоколебимый, а голос этому очень способствовал. Да, я актер – вживаться в роль моя профессия и мое хобби. “Кофе” сказал я, наверное, излишне громко, но точка в моем скупом предложении не убедила Эрика – имя с бейджика, и он поинтересовался – какой кофе мне подать?.. Познания в видах, сортах и рецептах кофе – еще одно мое хобби. Черный, с пушком сливок на самом верху и побольше сахара. Знаете, как определить, что кофе ужасный? Когда чуть тряхнув чашку - совсем чуть-чуть, сливки готовы вылететь из чашки. Вздыхаю, закатив глаза – он переборщил со сливками, значит удовольствие от кофе мне не получить, ну что же Я не специально акцентируюсь на кофе, своем внешнем виде и закидонах в поведении. Откидываюсь на спинку стула, сквозь солнцезащитные очки на моем носе, разглядеть, что у меня красные глаза от недосыпа - почти не возможно, и я гляжу в окно. Блики на окне не мешают разглядеть, как колышется трава через дорогу, там широкое поле – просто пустое пространство нетронутое никем. Все дело в правилах привлечения внимания. Пожив в социуме, который по незнанию называют богемным, а знатоки обзывают не иначе как la decadence – научишься некоторым правилам, если хочешь быть на коне. Веди себя прилично, но вызывающе – держи себя статно, но не отстраняйся от окружающего мира. Ты точно должен знать, где ты и зачем, смотри в глаза и не думай о том, что привлекаешь внимание. И не улыбайся – это выглядит глупо. О да, поверь – тебя заметят. Это начало всего, о тебе будут думать, осталось только воспользоваться и получить то, что хочешь. К примеру, женское внимание, информация, крупный контракт или просто развлечение. Но не пытайся повторять все это, если ты не чувствуешь себя королем – ты будешь нелеп. У меня это вошло в привычку, ко всему прочему я не хочу, что бы директор крупного печатного издательства Парижа решил, что я могу дать слабину. А вот и он. Все еще думаю, что природные просторы в лице полей напоминают о параллельном нам мире, куда не ступала нога человека с техническим прогрессом – они рядом, но так далеки. Навеяло тоску, но пора взять себя в руки. Вдруг резкий и громкий писк из кармана, не хватало мне волнений на сегодня! Смотрю на экран телефона – Нейтан. Друг, не до тебя сейчас

- Приветствую Николя, хороший сегодня день!

Он недоволен, что пришлось ехать в загород. Пыль дорог не для его спортивного костюма. Вроде просто спортивный костюм, но даже его боится испортить – человек вещей. Машина такая же – ей не приходилось бывать на бездорожье. Ну что же

- Николас, меня зовут Николас. На французский манер мне не нравиться, буду откровенен. И вам привет мистер Бернар.

Я писатель. Просто старомодный писатель с кипами бумаг, дешевой именной ручкой, печатной машинкой и угасшим энтузиазмом. Мне нравиться это – быть писателем, в этом есть что-то древнее Мудрое и обреченное, почти то же самое, что быть самураем – я вижу, куда катиться мир, но мне ничего не сделать. Европа уже не та, промаявшись во Франции год, я понял – жизнь тут напоминает о закате человечества. Алан Бернар яркий пример современности. Его дорогая жизнь с его дешёвыми манерами и лицемерными притязаниями Меня от этого тошнит, как будто революция не останавливалась и самый последний бомж, в конце концов, получил самую высокую должность этой страны. Извращенные понятия буржуазии. Совсем не это я ожидал увидеть в старой столице любви. В любом случае, у меня есть дело, а Бернар может помочь, засунь гордость подальше и играй свою роль.

- Можно просто Алан. Мы знакомы не первый день, скажу прямо и повторю то, что говорил вам по телефону – мы не можем издавать книгу.

Он сказал – не можем, он не сказал – мы не станем. Тонкий ход. Мою книгу – издавать МОЮ книгу Алан, ты чувствуешь разницу.

- Мы знакомы не первый день - это так, тогда я не понимаю, вы же видели мои прошлые работы? “На севере Ада”, “День в бездне” - это лучше любого портфолио, только две эти книги стали бестселлерами от Сан-Франциско до Нью-Йорка!

Он торгуется, не любит рисковать, знает мою цену.

- То Америка Николя, тут все по-другому, где гарантии, что нашему читателю ваш язык придется по вкусу?

Вот дурак, совсем не умеет играть, ему стоило спросить что-нибудь о книге. Сюжет, количество страниц, сроки – хоть что-нибудь, но он все гнет свою палку – просто уперся и сам не понимает этого. Я выбрал правильное место – отсутствие людей меня успокаивает.

- Новое произведение я специально адаптирую к Европейскому стандарту, Алан, я же не дурак. Мне самому не хочется чтобы это дело прогорело – для меня эта работа очень важна, я хочу остаться во Франции, мне тут нужно имя – “писатель янки”, так меня зовут за глаза и мне это надоело, современная литература на любом языке в цене, ты же сам знаешь.

Возьмем за живое – деньги. Тут правит бал валюта и люди, которые за ней гоняться. Мне нужно и то и другое.

- Это судьбоносный шанс, вы понимаете это? Если мы согласимся на ваши условия, то это значит все – механизм запущен, можно уже сейчас начинать рекламную компанию, а спонсоры? И аванс – может, обойдемся меньшой суммой?

Рыбка в сетке, игра почти окончена. Настроение резко поднимается – это опасно, могу ошибиться. Вот почему все утро я был на нервах.

- Подожди со спонсорами, дай мне неделю? Я закончу оформление и конфетка готова к продаже, можно устроить аукцион. Раскрывать всех карт касаемо самой книги не буду, но поверь – такого во Франции еще не было!

Он хмуриться, и подсчитывает в голове расходы на дорогого писателя. Но я дал ему лакомый кусок. Даже не вспотел, только привкус дерьмового кофе во рту

- Ладно, я запускаю это дело, книга будет издаваться агентством, но это очень важно! Вы должны выложиться по полной, и через неделю я жду готовые и оформленные наброски в офисе.

Чувствую подвох.

- Издаваться будет пока только в Париже?

- Да, пока только в Париже. Не хотим излишне рисковать, понимаете?

Черт, ну ладно этого стоило ожидать. Но все прошло как надо, я хорош.

- По рукам!

Он отъехал, подняв столб дыма, не жалеет покрышки... А я все сидел, глядя в золотую даль, розовые облака мерно надвигались в мою сторону, тишина постепенно оканчивалась – день вошел в полную власть. Пустая чашка все еще передо мной и я смотрю на часы. Стрелка щелчками двигалась неумолимо. Не могу не усмехнуться, я провернул-таки это дело! И всего за полчаса. Но правда в другом. Рассказать правило успеха в любом деле? Это не мастерское умение и исключительные знания, все гораздо прозаичнее – есть три пункта. Первый пункт – ври. Пункт второй – ври хорошо. Третий – точно знай, о чем врешь и поверь сам себе, иначе ничего не выйдет. Правда в том, что нет никакой книги, а я лжец. Очередной совершенно обычный день.

Глава 2 – Цена всему.

С неохотой, но ржавый замок все же поддался моим манипуляциям с ключом. Для столицы моды, тут слишком много домов-развалюх. Но их не увидишь в брошюре туризма. Ворота в мою жизнь медленно отворились, что же Я думал, что перебравшись сюда, смогу реализовать многие свои задумки – не зря я тащил с собой через океан папку с черновиками своих мыслей отложенных на полку до лучших времен. В квартире или был вор или кто-то тут прибирался, пока меня не было. Где мой холеный и лелеяный бардак творческого застоя? На столе записка, почерк Николь я узнаю даже в темноте и дико пьяный. А пьян я довольно часто, но это все ночью. Днем я сосредоточен и готов на любые подвиги. Но вот книгу я так и не смог написать. Каждый раз, каждый раз садясь за стол, смотря на огни сладкого города, я не мог написать ни строчки! Тяга к перемене мест, побег от прошлой жизни – все это было бессмысленно. “Добрый день, куда ты убежал в такую рань? Или ты не ночевал дома? Ох и заставляешь ты поволноваться! Слушай, сегодня мы не увидимся, у меня дела в салоне. Будь паинькой, выкидывай пустые бутылки. Кстати я убралась тут, как ты заметил, надеюсь новая рабочая обстановка благотворно на тебя повлияет Ты не подумал над моим предложением? Заметку я оставила рядом с компьютером. Пожалуйста, займись хоть этим, твой домовладелец на меня наорал, он требует уплату. До встречи! Твоя Николь” – ну да, я же ему и за прошлый месяц не заплатил. Дело не в том, что я ленивый, предпочитаю говорить, что у меня депрессивно-дефективное состояние и так денег не заработаешь. Обстановка ужасная, но не в квартире, моя тюрьма – с ней все в порядке, минимум условий: огромный матрас, стол, компьютер и ковер – что еще желать? Обстановка вокруг, дело в ней. Мечта, обернувшаяся кошмаром длиной в жизнь – а может, я просто оправдываю себя. Всегда проще обвинять других и находить себе оправдания. Николь моя подруга. Мы познакомились ровно год назад, почти в первый день моего пребывания в Париже. Девчонка из салона – так я ее называю. Она работает в салоне красоты, как самое доброе и милое существо этого проклятого города умудрилось устроиться в змеиное гнездо бездушных мигер? Мы быстро подружились, эта двадцатилетняя девушка маленького роста с каштановыми волосами вернула оставленное мною в баре пальто, где в бумажнике была бумажка с моим адресом. Ее заметка, оставленная у компьютера, оказалась объявлением на набор журналистов в местную глянцевую газетенку. Вот так кончают писатели. Или спиваются, но не суть.

День обещал быть хорошим, но я так и не узнал – хорошим он был или нет, до позднего вечера я проспал – сказалось утомление последних дней. Есть деньги – есть алкоголь, дешевые связи и развлечения на любой вкус, главное иметь извращенный вкус, иначе можно сойти с ума. Мне бы обустроить нормально жилище, прекратить тратить в пустую редкие деньги – но все это лишь думы. Моя жизнь это стиль, проповедуемый мною в своих книгах, помноженный на ненасытные желания моего существа. Я зверь, а сколько волка не корми, а он все в лес глядит – про меня. Однажды, я потратил последние деньги, на которые мог бы купить себе еды, на такси. Потому что мне было тошно и лень возвращаться из клуба через весь город на общественном транспорте. И тут я буквально чувствую осуждающие возгласы, но постойте! Я живу, как хочу, мне хорошо и я никому не мешаю, чего осуждать? Я подстраиваюсь под мир, сколько раз вы меняли кафе, только потому, что там не подают журнал к чаю? Мы все воспринимаем как данность. Мои запросы просто другие. Встаю и тяжелой походкой дохожу до кресла, куда я скидываю всю свою одежду – выуживаю из кармана джинс сотовый и вижу с десяток пропущенных от Нейтана. Нужно с ним встретиться. Мой старый друг, познакомились еще в колледже – он долгое время считался моим лучшим другом. Впрочем, и сейчас он остается таковым, но мы не виделись почти десять лет. Но счастливое стечение обстоятельств - по приезду во Францию, выяснилось, что мой старый добрый друг промышляет тут торговлей автомобилями. Или что-то вроде этого, короче я в этом не разбираюсь, благодарен ему только по гроб жизни в том, что он и мне помог обзавестись четырехколесным другом, но я на авто почти не езжу – не то состояние. В смысле алкоголь и все такое. Наладили связь, и время от времени встречаемся, что бы выпить пивко и пожаловаться друг другу на жизнь. Вот так я живу – с другом и подругой, случайные связи не в счет. Часы на руке показывают восемь часов вечера, настроения выходить нет, так что Настойчивый стук в дверь перекрывает все мои начинания. Я знаю, кто за дверью. Знаю, потому что я всегда в курсе своих долгов.

- Слушай, через пару дней, обещаю! Сегодня я как раз подписал контракт на книгу, аванс выдадут только через неделю!

Пришлось открыть, накинул старый халат и вышел навстречу яростной судьбе в лице владельца квартиры.

- Ты тоже самое говорил на прошлой неделе, и на прошлой! Где деньги американский ублюдок?!

Зря он так.

- Я же говорил, что только договаривался обо всем, но теперь все улажено – сегодня я встречался с директором “Geleos”. Он лично дал добро моей работе.

Иногда нужно быть паинькой.

- В последний раз! И хватит водить сюда своих шлюх, сегодня утром нарвался на одну

- Она не шлюха! Прояви уважение к девушке!

Но вот Николь я в обиду не дам.

- Плевать! Срок неделя – иначе проваливай!

Ночь была интересной, так необычно – работать. К сожалению, работал я не над книгой. Тот журнал, который набирал авторов, на который меня вывела подруга – работал онлайн. Необычно, но видимо прогресс не стоит на месте – тебе присылают краткий экскурс в тему, на которую ты должен написать интересную и остроумную статью и все через электронную почту. Интересно, потому что оплата производиться по номеру, который тебе присылают, если статья угодила редактору. Цены оказались смехотворные, но за ночь я поднял себе месячное пропитание. “Как понравиться мужчине – мужской взгляд на женскую красоту”, “Сто и один способ разнообразить свою сексуальную жизнь” и дальше в том же духе. Очнулся я только в шесть утра. Может жизнь и дерьмовая штука, но я точно всегда буду получать то, что хочу. Думаю, и младенцы не спят так, как я тогда.

- Доброе утро красавица, как спалось?

Чертов комик, пришлось встать и одеться – никогда ему не прощу.

- Отлично, как сам? Ах да, ты же спишь всегда один – значит плохо. Ерзал наверное и обнимал подушку?

- Я не трачу себя на шалав. Экономлю время, силы и деньги – потому живу в своей квартире в отличие от тебя.

Играла приятная живая музыка, флейта и гитара – я молился всем богам, чтобы никто не запел, дабы не портить эту мелодию. Музыка стала чем-то особенным в бешеной современности – это предмет и скорби и счастья, музыка усыпляет и наоборот распаляет, она возвращает тебя в самые давние и давно забытые деньки

- А как же Патриция, Аню, Софи?..

- Знаешь, порою бывает, что ничего не хочется, что-то вроде апатии, но даже в самой дерьмовом состоянии я всегда хотел услышать подходящую музыку для своего состояния.

Он читает мои мысли, мой лучший друг. Сейчас, когда мы сидим в тихом и хрустальном ресторанчике, я думаю о том, что бы я без него делал.

- От этой мелодии у меня ностальгия. Какие планы?

- Все по-прежнему, не думал ко мне устроиться?

Опять он за свое, есть грань между помощью и агрессивным вторжением в личное пространство.

- Я не брошу литературу, тем более, когда у меня работа в самом разгаре, а издатели Гелеос взяли меня под свою опеку.

- Ври больше, может они и купились в сказочку про твою новую книгу, но я знаю – ты ничего не пишешь.

Ну да. Но что ему сказать? Он не хуже меня все понимает, моя жизнь катиться по наклонной, писать я не могу и ничего не хочу Всегда хотел уснуть и проснуться с мыслям – что пора все менять, и что я начну этим заниматься. Но так изменить свою жизнь не получиться, само ничего не происходит.

В свете неоновых фонарей, я шел, не думая о том, куда я могу придти. Выпив вина и закончив все дискуссии с Нейтаном, в середине вечера я старался не думать о том, что вгрызалось в мою душу вновь и вновь. Мне чертовски хотелось увидеть ее Четыре года назад я был другим человеком. Впрочем, кого я обманываю – я был тот же - двадцати шести летний писатель, ставший в один миг популярным. Кому-то было интересно читать то, что тяготило меня и заставляло цинично все выплескивать на бумагу. Нет в мире такого, над чем нельзя было бы посмеяться. Какова была моя жизнь до переезда? Я работал, писал и разлагался – обманывал любимую, которая обманывала меня. Американская мечта ставшая явью. Я был эгоистом, обвинял ее, потому что мне было плохо, что творилось у нее на душе - я как-то пропускал. Все в прошлом кажется лишь историей, которой не было. Правильно ли я поступил? Не знаю, правильного ответа не существует, есть только вероятности. Я ей был не нужен. Я и сам себе не нужен, Господи! Сейчас ее золотые локоны не вызывают у меня ничего кроме ухмылки – но стоит вспомнить как она улыбалась, мое сердце взлетает вместе с очередным самолетом, который летит в сторону родины, но вслед за улыбкой я вспоминаю, кто она такая и меня берет в стальные клешни злоба. Злоба на нее, за свою слабость. А вот и она

- Николас? Ты что тут делаешь?

Ее пухлые губки чуть приоткрыты, смех да и только. А фартучек ей идет, подумалось, что я фетишист, но это не так.

- Я соскучился, Николь. А ты я смотрю не рада меня видеть?

- Я же говорила, что сегодня буду занята и вообще! Не приходи ко мне в салон, ты смущаешь клиенток, подожди меня в подсобке!

Я их не смущаю, просто вместо того, что бы застыть и ждать когда их покрасят, увлажнят им волосы или подчеркнут их красоту другими женскими штучками, дамы смотрят только на меня. Я умею произвести впечатление. Дурацкие воспоминания, навеянные музыкой пора выбросить из головы, дела насущные не ждут! Никогда не рассматривал Николь как объект для любви, она не в моем вкусе и она меня слишком хорошо знает, что бы я мог без стеснения заявить, что у меня на нее думы – я бы лучше убежал, не разбирая дороги! А как объект для утех Я бы не смог поступить с ней так. Она слишком добра и невинна. Хотя я уверен, что она не простой ангелочек, каким кажется, но за год отношений – она стала моей лучшей подругой.

- Может, оторвемся сегодня? В местном баре вечеринка, у меня VIP приглашения.

- Я не любительница подобного рода развлечений, лучше приму ванну и лягу спать.

- Скука! Готов поспорить, что ты придешь, примешь ванну и начнешь смотреть женские сериальчики по кабельному. Тебе нужно развеяться, у тебя вообще парень-то, когда появиться? Так и в девках останешься на всю жизнь.

Она чуть покраснела и поспешно отвернулась, снимая рабочую одежду, она не могла подумать, что мне откроется неплохой вид сзади.

- Хватит! У меня все хорошо, а парни Знаешь, все только попадаются негодяи вроде тебя, так что я лучше подожду.

- Верно подмечено. Ну а я тогда пойду, обнимешь на прощание?

Люблю ее смущать. Что же Дома все то же самое, затхлость воздуха мне надоела, беру из кучи одежды кожаную куртку, и бросаюсь в ночное бытие, забыв о прошлом и всех делах. Такова моя жизнь.

Глава 3 – Как ее зовут?

Хочу ли я? Могу ли я? На некоторые вопросы к самому себе ответов не получаешь. Мы эгоисты, эгоисты по жизни, эгоисты в любви – мы всегда хотим получать то, что хотим. Но моральные правила держат нас в узде, заставляют ехать по правой стороне, даже если на дороге никого кроме тебя. Но так хочется плюнуть на мораль, когда мораль плюнула на тебя. Знаете, как тренируют память шаолиньские монахи? Если ты послушник, то вас разделяют по группам – от ста человек, и ты должен знать каждого лысого и узкоглазого человека в группе по имени. Я думал об этом, выбирая очередную жертву сегодняшней ночи. Важно не совершить ошибку – не спать с той, с которой ты уже переспал. Главное правило – одна ночь, одна бабочка. Иначе постоянные связи могут привести к какой-никакой, но привязанности. Вот почему в толпе сексуальных и томных девиц я должен знать каждую, чей аромат я уже пробовал. Я уважаю женщин, это в порядке вещей – все мужчины взращены красивыми, умными и ласковыми женщинами, вот почему подсознательно каждая дама, не девочка, а именно женщина вызывает невольные ассоциации с королевой, принцессой – кем-то, кто должен доминировать. Но по ходу жизни, я отстранялся от этих мыслей. Каждый раз, смотря на милую, стройную и взрослую девушку, я вижу не мать детей и королеву, а просто женщину, которая тоже хочет чего-то, эгоистку со своим жизненным опытом. Может такие взгляды как мои, и сделали любовь такой дешевой. Тут уже связанно не с менталитетом, будь то француженка, англичанка, американка или бельгийка – в мире не осталось настоящих леди. В клубе, в баре – все те девчонки, что приходит в такие места, они знают, чего они хотят – они похотливы и ужасны. Проходишь вдоль стойки, накрашенные и зоркие глазки испепеляющие жаром провожают тебя, они хотят, чтобы их взяли, по-грубому – по-звериному. Это все игра, а правила просты. Каждая девушка по своему прекрасна, ты выбираешь себе подходящую, смотришь на внешность – мне нравятся рыженькие, с голубыми глазками, с гладкими формами и грудью дам с обложек мужских журналов. Дальше ты должен прочувствовать ее аромат, не стоит недооценивать феромоны. Жесты, взгляды и вот вы уже проноситесь через свет и музыку, через шум алкоголя в голове – ты гладишь ее ножку, она прижимает тебя к себе, и вы сплетаетесь в страстном поцелуе. У тебя дома, у нее дома, в любом месте, где на вас никто не смотрит, но вы все равно спешите, слишком томительно жаждать. Снимаешь ее платье, гладишь ее под кофточкой или она сама танцует стриптиз – итог один. Поцелуи становятся жарче, губы перебираются на ушко, шею, плечи. Стоны, настоящие стоны львицы, что хочет самца – музыка любви. Дешевой, похотливой, но желанной любви. Такова игра, и правила стары как мир. Ее киска мокра, твой член стоит колом – пора начинать. Сколько времени это продлится? Позы сменяют друг друга. Она лежит обессиленная на животе и тяжело дышит, а ты вытаскиваешь, чтобы забрызгать ее спинку.

Все это опять пронеслось в моей голове не вызвав и капли эмоций – все до боли знакомо. А знакомых тут оказалось много. Пара лиц, которым я набивал морду в пьяной драке, девицы, с которыми я проводил ночные игры, и даже бармен оказался знакомым. Пьяные драки – странное явление, сейчас вы злейшие враги, а на следующий день пожимаете друг другу руки, светя фингалами. Пора искать новые места, консерваторские взгляды привязали меня к паре излюбленных мест, но тут уже сложнее искать себе пару на ночь.

- Ну что как оно?!

Ору, чтобы привлечь внимание. Кристиан поднимает руку в знак приветствия и махает головой, показывая на уши. Я киваю и, поднеся руку к голове, делаю воображаемый выстрел. Он все понял и, закончив протирать бокал, отворачивается, что бы сделать мне шот. Я осматриваю помещение, за столиком три девицы одиноко о чем-то смеются. Дохлый номер, скорее всего они залетные – старые подруги, встретившиеся, что бы отдохнуть, замутить с ними было бы сложно. Пара блондинок и черненьких то тут, то там. Вздыхаю, пора начать игру. Опрокидываю залпом коктейль и окунаюсь в мир сладостных вздохов.

- Где-то я твое имя слышала! Где ты работаешь?

- Я писатель. У меня несколько популярных книг изданных на западе!

Ну не говорить же ей, что я безработный? Длинноногая брюнетка с кудряшками и дивным голосом начала рыться в своей сумочке, чем меня слегка озадачила.

- А вот! – Достала из сумки какой-то журнал. – Я же говорила, что где-то слышала! Мне понравилась статья – “Сладкие сны или как влияет оргазм на сновидения”, автор Николас Норман!

О боже, я знал, что когда-нибудь это случится. Меня принимают за то, что я ненавижу. Дурацкая статейка в пустом журнале

- Да, я подрабатываю журналистикой. Но в основном я все же писатель.

- Вы из Англии?

Кокетливо гладит мою руку, пока та ласкает ее вдоль талии.

- Я американец.

- Правда? У вас хороший французский.

Приблизился почти к самому уху.

- У меня три года практики в филологическом.

- Сколько вам лет?! – Она почти взвизгнула, моя рука коснулась тонкой ткани ее трусиков под легким платьем.

- Не важно

Еще раз выпили за знакомство – она моя. Ногой захлопываю дверь, мои руки крепко прижимают девичье тело, ее сердце бешено стучится. Мое привыкло. Повалила меня на покрытый белой простыней матрас. Задрала себе платье и отодвинула резинку мокрых трусиков. Побритая – мне нравится. Пальцем делаю круговые движения в горячем и узком сосредоточии влаги, пока она копошиться в районе моей ширинки, глубокий минет мне всегда нравился. Одна минута, вторая – засасываю ее губы во французском поцелуе и вхожу в нее. Она опять чуть не взвизгнула. Интересно – сколько ей лет?.. Я хочу ее, сейчас только ее. Нежная кожа, пот и соприкасающиеся тела Этой игре нет конца. Презерватив, смоченный смазкой, выскальзывал из нее, и в конце концов, ее писки довели меня. Я кончил, все еще целуя ее и не выходя из нее. Все только начиналось, выпив у меня еще – мы вышли в душный ночной город. Такси, деньги – она сидит на моих коленях и она без трусиков. А вот и вторая героиня. Не то, чтобы я был расистом, но я ненавижу арабов в Париже. Не всех, только тех, кто ведет себя неприлично – кадрит наших девушек. Да, да прожив год во Франции, я могу говорить про француженок – наши женщины. Вот и теперь, какой-то хрен в футболке с пятнами пива облокотился на ручку диванчика, где сидела скучающая черноволосая дива. Мы встретились глазами, она не улыбалась, она не просила помощи взглядом, она просто увидела меня и знала, что я подойду.

- Прости друг, но моя сестра не хочет, чтобы ты приставал к ее подруге так что

Моя спутница не возражала. В чем прелесть безответственных связей, так это то, что они безответственные! Любая другая девушка, в любой другой ситуации не стала бы делать подобное – слизывать капли алкоголя с шеи другой девушки. Но ночь и мы пьяны, а значит – все возможно. Они целовались, я видел, как их языки сплелись, и я буквально чувствовал их желание. Снова в путь, снова на ложе в моей квартире – ножки двух девиц гладили друг друга, а их языки оплели моего маленького дружка, которому натерпелось опробовать одну из них. Дикая пляска, одна – вторая, бессмысленный водоворот свел нас с ума. Ты засыпаешь, стоны, ласки – все это на втором плане безумства, а теперь ты хочешь другого. Мы заложники собственных игр. Все кажется другим, но остановиться уже невозможно. Очнулся в каком-то шумном месте, рядом сидят две подруги, которые еще недавно извивались в оргазменных судорогах и слизывали сок с нежных губ друг у дружки. Я говорю про половые губы. Музыка, смех и чьи-то объятия. С трудом достаю кошелек и нащупываю ключи от дома. На меня пристально смотрит какая-то девушка. Курит тонкую сигарету и блестит своими глазками.

- А я вас знаю.

- Вы или американка или моя двоюродная сестра – потому что тут меня никто не знает.

- Да я из Америки, мне понравилась ваша книга.

Может, продолжим знакомство в другом месте? Я бы мог сказать это, но зачем говорить очевидное. Все равно ее черная туфелька елозила по моей джинсе. Одна – вторая – третья. Какой смысл останавливаться, если сладкий яд уже наполовину выпит? В какой-то момент тебя начнет тошнить. Игра заходит в ту стадию, когда ты уже не хочешь. Когда ты уже не можешь. От постоянных фрикций мой член опух, но он все еще готов на подвиги. Тушу свою сигарету, беру Ее за руку. Поехали. В конце концов, ты насытишься. Голод утолён, голова гудит и требует покоя. Но заснуть уже невозможно. Она уходит, медленно одевая свои вещи. Напоследок целует меня и исчезает. Я лежу и чувствую, что-то в районе спины. Трусики. Той первой, с которой ночь только начиналась. Как ее звали?.. А как звали тех других? Для меня все потеряно. Я очнулся, открыв глаза. Я остался ни с чем. Только с мокрыми трусиками неизвестной девицы.

Глава 3.5 – Забыв себя.

Я очнулся, открыв глаза. Опять ночь и опять я не дома. Темнота, голоса и музыка – я как будто застрял в одном дне. Беру ближайший стакан, пахнет спиртом и чем-то сладким. Опрокидываю в себя не думая.

- Я считаю, что это и есть будущее. Человечество шло через зарождение и падание, через смутный век и ренессанс к перерождению, но развитию, как и всему приходит конец. Мы встали на месте со всем, что имеем, и не знаем, что делать дальше. Следующее поколение начнет деградировать и если повезет, то книги останутся свидетелями падения общества.

- Мы уже деградируем, – Говорю. – Мы с вами, здесь и сейчас. – Встреча писателей, тут есть парочка действительно хороших авторов, их книги я бы не купил, но почитать можно. Особенно если тебе больше нечем заняться.

- О да, расскажи нам об этом, янки! Твое последнее творение было на редкость скучным.

Сказал шестерка Пьера, он все думает, что его наставник введет его в крупную игру, подлиза не понимает, что он тут только потому, что Пьеру льстит осознание своей важности.

- Моя скучная книга понравилась крупнейшему издательству Парижа, и твоя выпивка сейчас оплачена их деньгами из моего аванса. Господа, если уж мы решили поговорить о закате общества, думаю, стоит упомянуть, что все дело в депрессии. Вечной депрессии, которая ломает людей, даже самых умных и талантливых. Не потому ли изобретены стимуляторы счастья вроде морфия, все начиналось как болеутоляющее, но постепенно боль физическая уступила место душевной.

- Дело в бездухновности, на мой взгляд, нынешнему человеку ничего не нужно – мечты с ростом запросов стали дешевыми и скучными, вера в чудо, в бога и самого себя больше не имеет веса, когда есть деньги и алкоголь.

Они могут только болтать, ну правда – сейчас вот мы сидим. Слушаем друг друга, выпиваем и едим. Тратим деньги и думаем, что мы особенные. Люди не меняются, проблемы у всех на языке, но они зависли в воздухе и их не решить болтая.

- Деньги! Они стали целью, а не средством Я думаю, что

Теперь я просто молчал, говорить что-то еще было бы бессмысленным, они слушают тебя, только что бы высказаться самим. Очередная ночь, но хватит – я точно такой же человек. Ирония над собой мне никогда не казалась приятной. Кидаю пачку банкнот на стол, встаю, сую сигарету в зубы и ухожу в сторону спасительного выхода. Какой толк рассуждать о глобальных проблемах, если я свои решить не могу? Какой толк мне быть кем-то особенным, если я просто слабый человек? Свежий воздух озарил меня темной прохладой. Шум машин был где-то за углом, а тут я казался частью тишины. Выйдя на главную улицу, мне попался рекламный щит со знакомой рожей. Там я улыбался, и внизу крупными буквами, было написано – “Николас Норман, американский писатель покоряет Европу своим новым творением, уже скоро!” О да, совсем скоро. Выбрасываю тлеющую сигарету. С меня хватит.

Все равно, ночной Париж очень красив. Убожество дня скрыто в лживой тьме и только свет хладных фонарей кажется очень теплым и уютным. Девушки улыбаются и, готов поспорить, хотят со мной провести вечер. Ну, должно же быть объяснение их доброжелательности? Мне ничего не хотелось, и я решил дойти домой пешком. Люди и машины проносились сквозь меня, я добрел до залива и только тут понял, насколько ценна жизнь в такие моменты. Сотни огней, блеск волн и отзвуки машин – я был на распутье, и мне казалось, что-то должно измениться. Что мне делать? Не могу решиться на действия, не могу определиться с чего начать - в моей жизни завал похлеще, чем был у меня в квартире. Дела, откладываемые в долгий ящик, поглотили меня с головой. Нужно было начать писать, но я боялся, что не справлюсь. Я хотел шедевра, но я мог не справиться – чертов перфекционист! Я глядел на людей и думал, о чем они думают? Что их гложет, а что радует? Что заставляет их просыпаться по утрам? Хочу отогнать подобные мысли, ощущаю себя поломанным недочеловеком. А еще эти чертовы воспоминания! Несколько лет назад я и подумать не мог, что докачусь до этого момента Вся эта глупая история с попыткой оправдать неверный выбор – это всего лишь глупая история. Но вот проблема, жизнь не стоит на месте и что будет дальше?

Тяжело встаю, и нехотя открываю глаза. Все гудит, и звуки идут как бы из глубины сознания, но голос я все же слышу отчетливо.

- Доброе утро, ты так крепко спал!

Улыбающееся личико счастливой девушки по имени Лора. Лори Непослушные золотые волосы, типично для Европы, как она сказала, тут же казались чем-то необыкновенным. Я называл ее – мое чудо.

- Привет! Рад тебя видеть

Маленькая кровать, ставшая нашим пристанищем на прошлую ночь, выглядела как эпицентр военных действий. Но на самом деле, мы просто трахались. Она называет это – заниматься любовью. Мы познакомились в колледже, на последнем курсе. Никаких сказок – все завертелось довольно быстро. Она бывала очень интересной, но в перерывах – когда не поддавалась тоске. А тосковала она часто.

- Позавтракаем? Я ничего не готовила, но у нас остался вчерашний ужин.

Встаю на ноги с мыслью, что мне так и не удалось нормально поспать. Улыбаюсь, она разбудила меня среди ночи и просила войти в нее, можно было не проверять, но я убедился – она была мокрой. Я никогда не задумывался об этом, но в тот момент я полюбил ее по-настоящему. Что такое любовь? Это привязанность, это неприязнь одиночества, это счастье, что она думает по этому поводу, я так и не узнал В последствии я понял, любовь это когда ты понимаешь, что должен уйти – но ты не можешь. Она меня этому научила. Но в тот момент я был счастлив.

- Ты знаешь, я тебя люблю.

- Я тоже тебя люблю

Нам предстояло тяжелое испытание – учеба заканчивалась, время входить в жизнь без подсказок и четкой цели. Я справлялся довольно достойно, вот только тратил порою времени на Лору больше, чем следовало. Что поделать, я страстен и любвеобилен. Ее это порою смущало. Новые люди, новые места, новые ситуации. Ненавижу, когда на нее кто-то смотрит не так, как смотрят на просто красивую девушку. Как смириться с этим? Может я просто старомоден Она молода, ей хочется веселиться – стоит признать, что я смотрю на девушек порою как на беззащитных существ, может у нее были свои взгляды на этот счет. В любом случае, горе от ума меня настигло – я стал находить ложь там, где ее не было. Не обостряй, говорил я себе, все нормально, но даже если она тебе изменят – что с того? Но тяжесть на сердце меня не слушала. В конце концов, она мне изменила. А потом я изменил ей. Наши встречи, стали походить на сеансы взаимообвинений. И она сказала – хватит. Я сказал нет. Но что было уже поделать? Меня ничего не держало в стране, книги, что были напечатаны – приносили не так уж много денег, на одной известности не наешься. Я хотел отдохнуть, у меня была давняя мечта – переехать во Францию. Желательно с женщиной, которую я люблю. Она меня не любила. Уже нет. И это меня убило. Можно было бы долго оправдываться перед самим собой, но нужно признать – ничего уже не поделаешь. Не было долгих речей, попыток начать все сначала, все кончилось в один миг – как загорается лампочка, от щелчка. Может у нее был кто-то, может ее вечная депрессия оказалась для нее важнее, чем быть со мной в горе и в радости, в болезни и здравии А я просто слушал нашу песню раз за разом и думал о ней. О ней одной. Даже сейчас.

Мне не хотелось ничего, потому что во всем – я не видел смысла. Книга? К черту. Работа? Подождет. Смерть? Может спасение. Жизнь? Не радость, не боль – ничего, мне надоело не чувствовать ничего. Прошлое не вернуть, в будущем ничего нет, а то, что сейчас – мне не нравится. Я застрял на этом дне.

Глава 4 – Defaite.

Это всего лишь сон – вот первое, что приходит на ум с бодуна. Вторая мысль – какой кусок жизни я потерял в этом эфемерном сне? Ищу рукой часы. О чем может думать человек, когда он стоит на эшафоте? Часов на руке не было. Думаю, ему уже все равно, даже если вся мирская несправедливость сошлась на нем, даже если удача никогда не поворачивалась к нему своим лицом – ему все равно, потому что он знает, что его ждет сама смерть. В телефоне около пятидесяти пропущенных звонков. А потом всему настает конец, смертнику кажется, что это мир умирает, а не он. Я надеялся, что умру. Я слишком труслив, чтобы сознательно лишить себя жизни. Но слепому случаю нельзя доверять! Количество звонков от лучшего друга оказалось в процентном соотношении меньше, чем звонков от Николь на 10%. Чего это ей от меня понадобилось? Голова отказывается осознавать, где я нахожусь. Пара звонков из издательства – чувствую, это конец. Встаю и иду в неизвестное. Гладкий и холодный кафель остужает мои пятки, придерживаясь за стены, которые стали шершавыми из-за модных нынче обоев, думаю, что иду на кухню. Это интуитивно заложено в нас – мы всегда найдем кухню. Где есть еда. Где есть холодильник и холодная вода Сухость в горле напоминала о вчерашнем. Вино, все равно что кровь – жажду не утоляет. Свет казалось, светит сильнее солнечного, причем он был направлен мне в глаза. Мне нужно время

- Проснулся?

Потертые штаны, гладко поглаженная рубашка и жилетка – стиль Нейтана.

- Привет. Как я тут оказался?

Впервые, когда однажды утром я не смог вспомнить, что было прошлой ночью – я удивился и испугался по настоящему, но теперь я ничему не удивляюсь.

- А ты не помнишь?

То, как он говорит и то, как он скрестил руки, пока я копошился в холодном нутре белой спасительной капсулы – говорит о том, что я облажался по крупному.

- Нет, не помню, у тебя сока нет?

- Какого хрена дружище?!

Молчу, я все вспомнил.

- Успокойся, ничего не случилось.

- Я тебя насильно сюда привел!

В час ночи я дошел до дома, я сидел на полу, не закрыв дверь и

- Спасибо.

- Ты ее напугал!

В час сорок, после короткого, но яростного разгрома своей квартиры, я отправился дальше по наклонной. Все началось с ванны. Ударив кулаком по стеклу на стене, я умудрился даже не поцарапаться! Я пинал стулья и кресла, вся моя одежда разлетелась по темному и жесткому полу. Посуда, бутылки – осколки застилали все пространство. Пару окон я, наверное, тоже выбил. На этом стоило остановиться, но я же не мог?..

- Я знаю Как она?

Последний звонок, если верить телефону был пропущен около часа назад. Но даже если бы я смог напрячь измученный мозг на полную, я бы не вспомнил все, о чем мы говорили с Николь, когда я пришел к ней. В час сорок. Так бывает, жалость к себе переходит все границы, и ты начинаешь мучить других, близких – чтобы тебя пожалели и признали. Она обнимала меня, я плакал. Голод, нервная напряженность последней недели и подпитка алкоголем меня доконала. Эмоциональный срыв с последующей перезагрузкой – я все-таки порезался. Помню ее руки в моей крови. Она тоже плакала.

- Понятное дело, что плохо. Ты Ты любишь ее?

Я молчал. Мне нечего сказать на это. Любишь ли ты? Самый банальный вопрос. Но ответить на него фактически невозможно. Скажешь - да, и бес в голове начнет питать сомнения. Скажешь - нет, и сердце начнет говорить – ох как братец ты не прав. Ну а я Я просто не хочу об этом думать. Сейчас мне и без этого слишком плохо.

- Не знаю.

- Тебе нужно с ней поговорить, слушай дружище – я тебя понимаю, но может, хватит драматизировать?! Пора что-то менять, хватит всего этого. Побаловался и хватит, ты причиняешь боль близким, мне тоже – я волнуюсь за тебя. Я готов многое терпеть, но возиться с тобой как с котенком мне не улыбается, давай ка уже начни думать головой!

Можно слушать его бесконечно, хотелось спорить – только из-за глупой привычки во всем быть правым, но я не стал. Он прав. Я отчетливо помню, что она сказала, прежде чем Нейтан пришел и забрал меня.

- Я домой, там нужно Прибраться.

- Тебя отвезти?

- Нет, хочу пройтись.

Всю дорогу домой, которая стала чем-то вроде кадра моей жизни, я думал о нескольких вещах. Но все это знакомо каждому, проблем куча и сколько о них не думай – ничего не измениться. А все решения, принятые под нажимом воспоминаний – ложны. Так я думал в свете рассветного неба. Мне всегда казалось, что какая бы трагедия не разыгрывалась в мире, погоде все равно.

- Мой ключ не подходит, - Говорю я, демонстративно пытаясь его повернуть, и не замечая бешеных взглядов владельца разбитой квартиры.

- Ты какого х..я творишь, мать твою?!

Думаю, сегодня я стал бездомным.

- Ну, если хотите - я сейчас заплачу за этот и прошлый месяцы?..

Я блефовал, думаю, кошелек я потерял. А даже если нет – там все равно ни гроша. Стильная жизнь раздолбая требует денежных вложений. Жить оказывается дешевле, чем умереть.

- Пошел отсюда к черту, хренов американский ублюдок

Лучше действительно было уйти, но мне что-то показалось несправедливым. За это я получил разбитую губу. На этом я прекратил попытки попасть в квартирку. Fin de la comedie. Он еще остынет, возможно, даже обратиться в полицию, в попытке вытрясти из меня деньги и за ремонт. В любом случае, я схватил свой компьютер и, бросив его в машину, которая простаивала больше недели – умчался отсюда подальше. Машину завел не сразу конечно, но с грехом пополам стальная подруга унесла меня в неизвестное.

Мы всегда хотим или бесконечного счастья, или зыбкую мечту. Главное точно знать, что есть что - лично для тебя. На этом многие прогорали. Я приехал к Николь. Год, мы были знакомы, год она в тайне думала обо мне. Хватило одной ошибки, что бы внести в тихий омут смуту. Поднявшись на третий этаж, я остановился. Еще пара ступеней, и что там дальше? Могу сколько угодно набросать вариантов – фантазия у меня богатая. Но я вернулся в машину. В бардачке нашлись старые сигареты, но курить не хотелось. Так я и сидел, схватившись в руль до дрожи в побелевших пальцах и с незажжённой сигаретой в зубах. Я веду себя как ребенок. Странно это осознавать, ведь я перестал быть ребенком, когда стал их ненавидеть. Что значит вырасти? Что значит вырасти морально? Это значит отказаться от всего, что ты любишь. Но, по-моему, это означает сдаться и придать себя. Однажды, мы попали под дождь, зашли ко мне и я дал ей сухую мужскую рубашку. Когда она ушла, я все еще чувствовал ее запах на своей рубашке. Хватит! Я еду в отель. Я бездомный. Но через пару дней Николь сама нашла меня, спасибо Нейтану за то, что сдал место, где я остановился. Она выглядела опрятно. Но ужасно. Явно не спала пару дней, бледная кожа и потухший взгляд – мое сердце, образ в моей голове, который символизировал человечность – обдал меня дикой болью.

- Привет, ты нашла меня

- Я думала, что мы поговорим. До тебя не дозвониться

Она еле сдерживала дрожащий голос.

- Прости, я был занят. Хотел вернуть свою поломанную жизнь в нормальное состояние.

- Я бы помогла! Ты тогда сказал, что любишь меня

- Я был пьян.

- Я сказала, что люблю! Николас, я полюбила тебя всем сердцем, глупо, наверное, ты спишь с кем захочешь, тебе не до меня, ты писатель

Слезы катились по ее щекам. Я ее обнял. Нужно сдержать себя, нужно остановиться

- Николь, ты мне очень близкий человек, послушай - мы не можем быть вместе – посмотри на меня, чего ты добьешься со мной?

Я знаю, о чем она думала, она думала, что сможет помочь мне, сможет вернуть во мне любовь. Любовь к жизни через любовь к ней. Женщины Их сердце головоломка, которую я устал разгадывать. Нужно лишь запомнить шаблон – и крутить кубик, не задумываясь.

- Хочешь, я признаюсь тебе еще раз, скажи – мы будем вместе, ради тебя я готова на все!

Я всего этого не хотел. Я сам того не замечая, влиял на нее и мучал. Понятия Бог и негодяй – тождественны. Влияя на жизнь, ты становишься узником своих действий, пусть и невольных. Но я не Бог. Право Бога – уйти в любой момент. Она должна ненавидеть меня, но это называется любовью.

- Прости Николь Нет.

Пару дней назад, я все же взял трубку. Алан не был зол или расстроен. Он просто сказал, что моей работы не будет и книга, даже если она есть – никогда не увидит свет. Потому что кредит доверия – не бесконечен. Я безработный, бездомный и сейчас, я откажусь от человека, который любит меня. По-настоящему и потому – по-глупому.

Я отвез ее домой, под извинения и клятвы. Ее слова – реквием краха моей жизни. Это конец