• Название:

    Манифест СВ замечания и предложения

  • Размер: 0.22 Мб
  • Формат: PDF
  • или
  • Название: Microsoft Word - Документ1
  • Автор: Dr.Faust

Манифест движения «Суть времени»: взгляд слева

1. «Почему Россия несовместима с капитализмом. В чем именно
тайна этой несовместимости?» - спрашивает Кургинян.
Мы в свою очередь можем спросить: «Почему вы решили, что они
несовместимы?» В качестве доказательства он приводит февраль 1917 года и
реформы 90-х гг. С 1917 годом могут быть разногласия: как и на любой
исторический процесс. Тем не менее, и тут представляется очевидным, что
российский капитализм плоть от плоти капитализма европейского не мог
предать его интересы и выйти из империалистической войны, что и
обусловило быстрое падение первого. Еще более очевидным представляется
нынешнее положение бюрократического капитализма, который всем обязан
капитализму западному, а потому в более-менее глобальных вопросах стоит
на страже его интересов. Для населения же страны используется
антиамериканская риторика – один из столпов современного путинского урапатриотизма. Да, реформы для страны были губительны. Да, произошел
колоссальный откат страны фактически к средневековью. Но виноват ли в
этом капитализм (а если точнее капиталистический уклад российской
экономики)? Представляется, что нет. Проведем аналогию с НЭПом:
капиталистический способ производства, под руководством большевиков
привел к восстановлению разрушенного хозяйства страны в кратчайшие
сроки. Стало быть, дело тут не в рыночной стихии как таковой (несмотря на
все ее недостатки), а в тех, кто ее направляет. И именно тут кроется причина
того положения, в котором мы сегодня оказались. Партийной бюрократии
нужен был капитализм для того, чтобы осуществить раздел собственности.
То как этот переход будет осуществляться - ей было безразлично.
Возможно, беспредел ей был даже на руку и в какой-то момент
поддерживался ею. Для нас это не принципиально. Принципиально понять
суть – не капитализм победил Россию. Нет. Бюрократия, правящая верхушка
победила Россию. Капитализм был лишь орудием. Неудивительно то, что
нынешняя путинская пропаганда так клеймит ненавистные всем «лихие 90е». Отбросив орудие, которое помогло ей захватить средства производства,
2

бюрократия теперь стремится к абсолютной власти, воспевая «тандем» и
«вертикаль власти», как единственную силу, способную защитить Россию от
неолибералов и их губительных реформ, которые должны неминуемо
привести к развалу страны. Между тем авторы кризиса 1998 года (во многом
убившего настоящий рыночный капитализм в России) по-прежнему
занимают ключевые посты в правительстве (как, например, Кудрин).
Трудно представить чтобы западному капитализму нужна была нищая
и озлобленная Россия. Зачем капитализму новый очаг нестабильности в
Европе? ОАЭ в данном случае являются примером того, как сытые и
обеспеченные люди работают гораздо лучше и воодушевленнее. Тем более,
что за нашу нефть и ресурсы капитализм дает неплохую цену. То как деньги
эти распределяются внутри страны ему все равно, пока нефть и газ текут на
Запад. То как ведется распределение в России – не вина мирового
капитализма. Это вина отечественной бюрократии и персонально каждого из
нас. Это не должно менять нашего отношения к капитализму, но это в корни
меняет весь анализ текущего положения. Распределение в России не просто
несправедливо, оно вопиюще несправедливо. Однако демократические (в
полной мере буржуазные) требования сделают это распределение лишь менее
несправедливым. Вот почему они должны поддерживаться нами, но в своих
требованиях мы должны идти гораздо дальше, поскольку цель любой левой
партии – сделать его справедливым полностью. Т.е. разрушить в своей стране
не только бюрократический режим, но и ту основу, на которой держится
капитализм в любой стране – частную собственность на средства
производства.
Тем не менее, несмотря на критику почвинечества, почвиничеством
этим проникнут весь манифест, апеллирующий к «русскому духу» и
«особому пути» России. Подобные рассуждения не просто недопустимы для
любого движения, называющего себя левым, но и отбрасывают дискуссию о
будущем России на уровень XIX века. Мы верим в историческую значимость
России, в ее вклад в великое дело борьбы мирового пролетариата, но такое
3

почвенничество лишь преуменьшает, а не увеличивает нашу веру и
принижает эту значимость.
2. «Россию не победили – ее обыграли».
Апелляции к Бжезинскому абсолютно неуместны. После призывов к
честному и беспристрастному анализу, после призывов «не работать под
идею», что мы видим? Отчаянную лесть великодержавному самолюбию.
«Нас не победили, нас обыграли...в отвратительной игре». Да еще и вместе с
Историей. Кто? Мировой капитализм! Тот, кто призывал нас докапываться
до истины, не довольствуясь простыми ответами, сам впадает в самые
простые объяснения: коварный враг оказался хитрее, а мы – благороднее, но
простодушнее.
Почему наконец не сказать о том, что нас предали? Почему не
признать, что наша собственная апатичность, инфантильность и жадность,
взрастившие наших лидеров были тому причиной? Почему не признать, что
та нездоровая политическая обстановка в СССР сделала свое дело? Почему
не признать, что правительство с молчаливого одобрения населения
объявило капитуляцию? Эта капитуляция была очевидна еще в 70-х годах,
когда СССР, имея тактическое и стратегическое преимущество в «холодной
войне» не захотел его применить и фактически спас своего врага, начав
продавать нефть на Запад и сбив на него цены. Это продвинуло бы нас
гораздо дальше в адекватном анализе текущего положения дел. Вместо этого
мы впадаем в самообман, тем более опасный, чем больше он тешит наше
самолюбие.
3. «Официозу на этот крах наплевать. Нам – нет».
Почему такое благодушие к бюрократии? Почему эта бюрократия (или
«официоз», используя термин Кургиняна) представлена лишь в виде
стороннего наблюдателя? Лишь слепым орудием американского капитализма
представляется она. Да, это орудие, но отнюдь не слепое. Более того, на
4

сегодняшний день это наш первый враг. Вы хотели видеть врага в лицо? Вот
он – наше собственное правительство. Он ближе к нам, а от того более
материален. Чтобы бороться с мировым капитализмом нужно победить
отечественный. Чтобы победить отечественный – нужно уничтожить
единственную его опору – путинскую бюрократию. Ностальгия же по СССР
и реваншизм по отношению к США не дают нам ничего нового. Не тем ли
сейчас занимается и путинская пропаганда?
4. «Перестройка 2».
Что кроется под этим? Что будут перестраивать? Этот тезис опять
перекликается с тезисами путинской пропаганды о том, что капитализм спит
и видит как уничтожить русский народ-богоносец, а единственная помеха
этому – суверенная демократия. Неужели и мы скатимся в это? Признаем
наконец, что никакой «Перестройки 2» не нужно. Будем честны перед собой
и скажем словами Маркса: «Нам нечего терять кроме своих цепей». У нас
ничего не осталось, а потому и перестраивать нечего. Сказки о
патологической ненависти Запада к «русской культурной матрице» оставим
кремлевским пропагандистам и националистам. Ненавидели не Россию и не
русских, ненавистен был тот социальный уклад, который мы несли, те
успехи, которые благодаря ему нами совершались. Ненавистна была идея.
Сам по себе этнос нашим врагам безразличен, и сегодня мы можем видеть
такое же отношение к русским на Западе, как к латиноамериканцам,
корейцам,

и

прочим

странам

третьего

мира.

Пора

избавиться

от

великодержавной паранойи и сражаться с реальным врагом, а не ветряными
мельницами.
5. Потеря буржуазией легитимности.
Этот пункт подмечен абсолютно верно и замечательно. Буржуазия, как
класс не способный обеспечить выход из кризиса теряет свою легитимность
на безраздельное господство. Тем печальнее то, что за этим выводом ничего
5

не идет. А идти за ним должен, по нашему мнению, анализ ситуации в
России, где бюрократия в связи с отсутствием демократических институтов
не имеет легитимности вовсе. Для ее обретения она пытается действовать в
PR-поле, но эта мера слишком ограничена. Отсутствие легитимности у
нынешней бюрократической власти, в купе с потерей легитимности
капитализма вообще – этот тот ящик Пандоры, из которого должно
появиться сегодня новое российское социалистическое движение. Этот
гордиев узел противоречий будет гораздо больше, чем на Западе, а потому у
России будет уникальный шанс, второй за 100 лет, первой разрубить его.
Отсюда ответственность, лежащая на нас, как на авангарде этого процесса.
Отсюда должны вырасти с одной стороны – свобода дискуссий, с другой –
жесткая самокритика и самоконтроль.
6. Народный большевизм.
Тем опаснее заигрывания с тем, что Кургинян называет народным
большевизмом». Большевизм не может быть народным. Чтобы кухарка могла
управлять страной, ей нужно дать образование. Большевики это понимали, а
поэтому

всегда

называли

себя

партией

пролетарской,

а

не

общенациональной. Общенациональных партий быть не может. Только
бюрократическая машина может присваивать себе такие титулы, на деле не
только являясь общенационально, но по сути не будучи даже партией. Чтобы
уровнять массу и партию нужно не партии опускаться на более низкий
уровень, а массы подтягивать до уровня партии. Ленин это понимал, Сталин
– нет. Сталинская вульгаризация большевизма, разрушение партийной
школы, стали той отправной точкой, с которой начинается путь к
разрушению СССР. «Сгусток политической и метафизической страсти
синтеза Маркса и Вебера» не должен ударить нам в голову.

6

7. «Противоречия между Китаем и США, между США и Европой,
между всеми этими гигантами и Индией не позволяют капитализму
сформировать всемирную Железную пяту в короткий исторический срок».
Здесь мы углубляемся в теоретические вопросы, но они не менее, а
даже более важны на данном этапе. Эта «Железная пята» уже давно
сформирована. Имя ей – «Мировой рынок» и «Мировое разделение труда».
Железным башмаком ей служит доллар. Слеп тот, кто сегодня не видит
этого. Слеп тот, кто не видит сегодня Китай лишь фабрикой Мирового
Капитализма, директора которой под портретами Мао Дзедуна создали одно
из самых жестких правительств на Земле по выжиманию пота из трудящихся
для обслуживания этого капитализма. Это не значит, что мировой рынок
монолитен и незыблем. Он скорее всего будет рушиться под влиянием
местных национальных элит. Тем не менее это лишь один из вариантов в
вероятностном прогнозе развития событий. А потому чтобы говорить о чемто еще, нужен детальный анализ ситуации.
Оставим метафизически рассуждения без внимания. Для нас они
малозначимы. Сконцентрируем внимание на социальном аспекте. Надо
сказать, что и СССР развивался по описанному Кургиняном сценарию:
ресурс традиционного общества деревни он перерабатывал в пролетариат. На
этом основывалась вся индустриализация 20-30-х годов. Но проблема
экономического развития несколько сложнее, нежели она рисуется в
манифесте. Необходимо учитывать не только производственные силы, но и
спрос. Ситуация сегодня такова, что 60% мирового спроса сосредоточено в
США. Куда КНР будет реализовывать продукцию, для наращивания
производства которой у него есть возможности? Внутренний рынок Китая и
его сателлитов (в которые постепенно входит и Россия) слишком мал, чтобы
переварить такую затоваренность. На лицо классический капиталистический
кризис перепроизводства, который не может быть более преодолен
наращиванием кредитов. Пока детально не будет означен этот путь,
рассуждения на тему Китая – не более, чем спекуляции.
7

Таким образом, мы, вынося эти замечания на обсуждение,
надеемся на то, что «сектантская нетерпимость» не возобладают над
нашими суждениями и оценками. Если в порядке коллективного
обсуждения мы придем к каким-либо общим моментам, то, возможно,
будет целесообразно оформить и в виде замечаний от Тульского
Отделения движения «Суть Времени». Кроме того, во исполнение
призыва

к

анализу

нынешних

тенденций

внутри

мирового

и

российского капитализма, предлагаю начать такой анализ либо в виде
докладов и статей, либо какой-либо иной форме по решению общего
собрания.

8