ПРОФИЛАКТИКА АССОЦИИРОВАННЫХ С КУРЕНИЕМ ФОРМ РАКА.КОНЦЕПЦИЯ СНИЖЕНИЯ ВРЕДА.

Формат документа: pdf
Размер документа: 3.4 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.

197
ПРОФИЛАКТИКА
АССОЦИИРОВАННЫХ
С КУРЕНИЕМ ФОРМ РАКА:
КОНЦЕПЦИЯ СНИЖЕНИЯ ВР ЕДА
© Д.Г. Заридзе, А.Ф. Му6керия, 2020УДК 613.84:616-006.6-0684 ББК 55.621-8
DOI: 10.31917/2103197
Национальный медиционский исследовательскийцентр онкологии
им. Н.Н. Блохина (Москва, Россия)
PREVENTION OF SMOKIN G-ASSOCIATED FORMS OF CANCER:
HARM REDUCTION CONCEP T
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Муке рия
Д.Г. Заридзе
Доктор медицинских щнаук, профессор, члещн-корреспондент РАН,щ
заведующий отделом эщпидемиологии и профищлактики опухолей, НМИЦ онкологии им. Нщ.Н. Блохина,115478, Москва, Кашщирское ш., 24. E-mail: dgzaridze@щcrc.umos.ru.ORCID: 0000-0002-2щ824-3704. SPIN-код: 9739-125щ0.
А.Ф. Мукерия
Доктор медицинских щнаук,
ведущий научный сотрщудник отдела эпидемщиологии и профилактищки опухолей. ORCID: 0000-0002- щ6847-9295.SPIN-код: 8622-934щ0.
D.G. Zaridze
Doctor of Medicineщ, Professor,
Corresponding Member oщf the Russian Academy of Sciencesщ,
Head of the Departщment of Epidemioloщgy and Tumor Prevention, N.N. Blokhin Natioщnal Medical Research Center of Oncolщogy, 115478, Moscow, Kashirskoe sh., 24.E-mail: dgzaridze@щcrc.umos.ru.ORCID: 0000-0002-2щ824-3704. SPIN code: 9739-12щ50.
A.F. Mukeria
Doctor of Medicineщ, Leading Researcher,
Department of Epidщemiology and Tumor Prevention. ORCID: 0000-0002- щ6847-9295.SPIN code: 8622-93щ40.
Курение является основной причиной хронических неинфекционных заболе-
ваний, смертность от которых в России составляет 75–80% от общей смертности.
В то же время среди предотвратимых причин смертности курение занимает
1-е место. Курение не только повышает риск развития злокачественных опухолей
(ЗО), но и влияет на выживаемость онкологических больных. Несмотря на то,
что распространенность курения в России снижается, в нашей стране все еще
курят 49% мужчин и п14% женщин. Наиболее эффективным методом профилактики ассоциированных с куре-
нием заболеваний является полный отказ от этой привычки. В долгосрочной
перспективе курение должно быть полностью ликвидировано. Однако в кратко-
срочной перспективе для курильщиков с сильной никотиновой зависимостью
целесообразно перейти на электронные системы доставки никотина (ЭСДН).
Аэрозоль ЭСДН содержит значительно меньше токсичных и канцерогенных
веществ, чем сигаретный дым, и, скорее всего, наносит потребителю меньший
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

198
Распространенность кунрения в России
Р
оссия вошла в пятерку стран, которые несут
самые большие потери из-за высокой заболева-
емости и смертности населения, обусловленной
табакокурением [1]. В 2013 году в нашей стране были
приняты законодательные акты, направленные на
снижение распространенности курения, основанные
на Рамочной конвенции Всемирной организации
здравоохранения (ВОЗ) по борьбе против табака [2,
3]. Эти меры оказались эффективными. По данным
проведенных в России в 2009 и 2016 годах опросов
распространенность курения в нашей стране начала
снижаться. Глобальный опрос взрослого населения о
потреблении табака в 2009 году показал, что в России
курили 39,4% взрослого населения (старше 15 лет) [4].
По данным опроса 2016 года доля курящего взросло-
го населения сократилась до 30,9% (50,9% мужчин и
14,3% женщин) [5]. Таким образом, за относительно
короткий срок нам удалось значительно снизить рас-
пространенность этой вредной привычки. Однако
это была легкая победа. Бросили курить наиболее
сознательные курильщики, у которых никотиновая за-
висимость была не очень сильной. Труднее расстаться
с этой привычкой курильщикам с высокой никоти-
новой зависимостью. Им понадобится медицинская
вред, чем сигареты. Если учитывать эффективность ЭСДН в борьбе с никотиновой зависимостью, переход на них
для многих курильщиков будет одним из этапов на пути полного отказа от вредной привычки. Для онкологических
больных переход на ЭСДН нивелирупет отрицательный эффект курепния на прогноз. Представленный в обзоре российский опыт снижения уровня смолы в сигаретах, которое сопровождалось
падением смертности от рака легкого (РЛ) и других форм рака, ассоциированных с курением; снижение смерт-
ности от РЛ среди британцев молодого возраста, связанное с переходом современного поколения курильщиков на
сигареты с фильтром; эпидемиологические исследования, доказавшие зависимость риска развития РЛ от уровня
смолы в сигаретах, – подтверждают, что снижение вреда от курения (tobacco harm reduction) приводит к сниже-
нию заболеваемости и смертности от ЗО, ассоциированных с табакокурением. Профилактика же, основанная на
научных данных (evidence based), является наиболее эффективным методом снижения смертности от всех причин. Ключевые слова: динамика, частота курения, смертность, рак легкого, никотинзаместительнщая терапия,
электронные системыщ доставки никотинащ, снижение вреда.
Smoking is the main cause of chronic noncommunicable diseases, mortality from which is 75–80% of total mortality
in Russia. At the same time, smoking is number one among the preventable causes of death. Smoking not only increases
the risk of cancer, but also affects the survival of cancer patients. Despite the fact that smoking prevalence is decreasing in
Russia, 49% of menп and 14% of women still smoke. The most effective way to prevent smoking related illness is, to completely, abandon this habit. In the, long run, smoking
should be, completely, eliminated. However, in the short term, for smokers with a strong nicotine addiction who cannot
give up smoking, it is advisable to switch to electronic nicotine delivery systems (ENDS). ENDS aerosol contains significantly
less toxic and carcinogenic substances than cigarette smoke and most likely does less harm to consumers than cigarettes.
Given the effectiveness of ENDпS for smoking cessпation, the transition to them fпor many smokers wiпll be only a stageп for a
complete cessation of smoking. For cancer patients, the transition to ENDS eliminates the negative effect of smoking on
the outlook. The Russian experience presented in the review of reducing tar levels in cigarettes, which was accompanied by a drop in
mortality from lung cancer and other cancers associated with smoking; a decrease in lung cancer mortality among young
British men who switched to filter cigarettes; epidemiological studies that proved that lung cancer risk depends on the
level of tar confirm that tobacco harm reduction leads to a decrease in the incidence and mortality from cancers caused
by smoking. Evidenпce-based prevention is the moпst effective method forп reducing mortality пfrom all causes. Keywords: trends, smoking prevalence, mortality, lung cancer, nicotine replacement therapy, electronic nicotine delivery
systems, harm reduction.
помощь, лечение. В России же лечение табачной
зависимости находится еще в зачаточном состоянии. По результатам опроса 2009 года чуть более 30%
респондентов-курильщпиков заявили о своих по-
пытках бросить курить, однако из них только 11,2%
добились успеха. Курильщики, пытавшиеся бросить
курить, чаше всего прибегали к медикаментозному
лечению табачной зависимости (20,1%). В 2016 году
56% регулярных курильщиков табака заявили о своих
планах бросить курить, и только 35% из них предпри-
нимали эту попытку. В то же время 64% регулярных
курильщиков выкуривали первую сигарету уже в
течение 30 мин. после пробуждения, что говорит о
серьезной никотиновой зависимости [4, 5]. Согласно
результатам исследования, проведенного Всерос-
сийским центром изучения общественного мнения,
доля курильщиков в России не изменилась: это
по-прежнему около трети населения – 32%, причем
интенсивность курения среди них крайне высока: 20%
всех опрошенных выкуривают в день пачку сигарет
или более [6]. Как отмечается в статье Сахаровой и со-
авт. (2017), значимого изменения доли курильщиков,
предпринявших попытки отказа от курения, выявлено
не было [7]. В России (как, впрочем, и в других странах
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

199
мира, где распространенность курения снижается)
большинство курильщиков имеют выраженную ни-
котиновую зависимость и не только не могут, но и не
хотят бросать курить. Очевидно замедление процесса
снижения потребления табака. Так было в странах, в
которых этот процесс начался несколько десятков лет
назад. Так, Великобритании понадобилось 50 лет, что-
бы снизить процент курящих мужчин с 75 до 25%. По
прогнозу дальнейшее снижение распространенности
курения в Великобритании будет происходить еще
медленнее, не более чем по 0,7% в год. Таким образом,
для достижения цели, поставленной ВОЗ, снизить рас -
пространенность курения среди взрослого населения
до 5%, понадобится еще несколько десятилетий [8].
Россия присоединилась к государствам, поставившим
своей целью сократить процент курильщиков до 27%
к 2025 году по сравнению с 2010 годом. Однако по
оценкам ВОЗ, которые основаны на математическом
моделировании, процент российских курильщиков в
2025 году будет составлять 35, а не намеченные 27%
[9, 10]. Курение – основная причина смертности от хро-
нических неинфекционных заболеваний. По данным
ВOЗ, от последствий употребления табака ежегодно
погибают более 8 млн человек. «Табачная эпидемия
является одной из самых значительных угроз для
здоровья населения, когда-либо возникавших в мире».
В то же время среди предотвратимых причин смерт-
ности курение табака занимает первое место. Табак
является основным фактором риска злокачественных
опухолей (ЗО), заболеваний сердца и сосудов, хро-
нической обструктивной болезни легких (ХОБЛ) и
диабета, смертность от которых составляет 75–80%
смертности от всех причин, как в мире, так и в России
[10]. Доминирующей причиной высокой смертности
от ЗО в мире и России являются формы рака, вызван-
ные курением, причем почти 25% случаев смерти от
ЗО приходится на рак легкого (РЛ) [11]. Курение явля-
ется непосредственной причиной более 90% случаев
РЛ и 30–35% всех ЗО. Перечень ЗО человека, причи-
ной которых является курение, помимо РЛ, включает
15 форм рака. К ним относятся: рак полости рта и
глотки, рак пищевода (плоскоклеточный и аденокар-
цинома), рак желудка, рак поджелудочной железы,
рак печени, рак ободочной и прямой кишки, рак
носа и носовых пазух, рак гортани, рак шейки матки,
рак яичника, рак мочевого пузыря, рак уретры, рак
почки (переходно-клеточный, почечно-клеточный),п
миелоидный лейкоз [п11–13]. Табачный дым представляет собой сложную смесь,
содержащую более 6000 известных соединений, и
является наиболее существенным источником ток-
сических и канцерогенных веществ, поступающих
в организм человека, и, соответственно, важнейшей
причиной многих заболеваний [11, 13, 14]. Табачный
дым содержит вещества, которые по классификации
Международного агентства по изучению рака (МАИР) являются доказанными канцерогенами для человека
(группа 1), вероятно канцерогенными для человека
(группа 2А) и предположительно (возможно) канце-
рогенными для человека (группа 2В). К веществам,
канцерогенность которых является доказанной как в
экспериментальных исследованиях на лабораторных
животных, так и в эпидемиологических исследовани-
ях (группа 1), относятся бенз(а)пирен, нитрозонорни-
котин (ННН), 4-(метилнитрозоаминпо)-1-(3-пиридил)-
1-бутанон (ННК), 2-нафтиламин, 4-аминобифенил,
бензол, формальдегид, винилхлорид, этиленоксид,
мышьяк, бериллий, никель, хром (шестивалентный),
кадмий, полоний-210. Кроме того, в табачном дыме
содержатся вещества, канцерогенность которых
доказана, в некоторых экспериментальных и эпи-
демиологических исследованиях. Однако в связи с
ограниченностью научных данных они классифи-
цируются как вероятно канцерогенные для человека
(группа 2А) и возможно канцерогенные для человека
(группа 2В) [11, 13, 14]. Некоторые из перечисленных
выше веществ содержатся в табачном листе, другие
же образуются при его обработке и горении табака.
Необходимо подчеркнуть, что температура горения
табака в сигаретах очень высока и при затяжке со-
ставляет 800–900°С.
Большинство канцерогенных и мутагенных ве-
ществ содержатся в твердой фазе табачного дыма,
которая остается на так называемом кембриджском
фильтре при прокуривании сигарет на курительной
машине в стандартных условиях. Смолой принято
называть твердую фракцию табачного дыма, задер-
жанную кембриджским фильтром, минус вода, минус
никотин. В зависимости от типа сигарет, фильтра,
которым они снабжены, сорта табака и его обработки,
качества и степени перфорации сигаретной бумаги
содержание смолы и никотина в табачном дыме мо-
жет быть самым разлпичным [11, 13, 14]п.
Влияние курения на прногноз заболевания
у онкологических бонльных
Курение не только повышает риск развития ЗО,
но и влияет на прогноз заболевания, выживаемость
и смертность онкологических больных [11, 12, 15].
В 2014 году главный санитарный врач (Surgeon
general) США представил в Белом доме очередной
отчет «Последствия курения для здоровья – 50 лет
прогресса» [16]. В документе впервые официально
были затронуты вопросы влияния курения на прогноз
пациентов с диагнозом ЗO и лиц, переживших это
заболевание. В докладе представлены данные, опубли-
кованные до 2014 года, о влиянии курения после по-
становки диагноза на прогноз у больных с диагнозом
РЛ, полости рта и глотки, гортани, мочевого пузыря,
шейки матки. Курение ассоциируется с повышенным
риском наличия распространенной стадии заболева-
ния и ухудшает практически все параметры прогноза,
включая местную распространенность опухоли. Риск Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

200
смерти от неонкологических причин выше у курящих
по сравнению с никогда не курившими онкологиче-
скими больными. Курение онкологических больных
до и после постановки диагноза ухудшает показатель
общей и онкологической выживаемости, повышает
риск рецидивов и прогрессирования болезни, ухуд-
шает ответ на химио- и лучевую терапию, повышает
риск развития вторых опухолей. Отказ от курения
по сравнению с продолжением курения сопрово-
ждался улучшением как общей, так онкологической
выживаемости.После 2014 года опубликованы результаты работ,
в которых доказана связь курения после постановки
диагноза с неблагоприятным прогнозом и выживае-
мостью больных с колоректальным раком и почечно-
клеточным раком. Отказ от курения значительно улуч-
шает все показатели выживаемости больных этими
формами рака. Курение влияет и на прогноз больных
с диагнозом ЗО, не связанных с курением, таких, как
рак молочной железы и рак предстательной железы
[15]. Отказ от курения в любое время, на любом этапе
лечения приведет к значительному улучшению про-
гноза. Так, подсчитано, что риск смерти может быть
снижен на 30–40%, если пациент откажется от курения
после постановки диагноза ЗО. Для некоторых форм
рака польза отказа от курения может быть равнознач-
ной или даже превосходить значение современной
противоопухолевой терапии [17].п Программа лечения онкологических больных
должна включать научно обоснованные методы для
отказа от курения. Последнее крайне важно с учетом
того, что частота курения среди онкологических
больных на любых стадиях заболевания и тех, кто
уже излечился, намного выше, чем в популяции [18].
Систематический обзор опубликованных за по-
следние годы научных статей о потреблении табака онкологическими больными показал, что в среднем
42% (25–57%) пациентов-курильщикопв со ЗО легкого,
органов головы и шеи продолжают курить после по-
становки диагноза [19]. Как показали результаты ис-
следований, проведенных в последние годы, 18–27%
американцев с онкологическим диагнозом в анамнезе
продолжают курить [2п0].
Динамика смертностин от РЛ
и других форм рака,н
причиной которых явнляется курение
Смертность от РЛ среди мужчин продолжает зани-
мать лидирующее место в структуре онкологической
смертности в мире несмотря на то, что во многих
развитых странах частота курения снижается [21].
В России, начиная с первой половины 1990-х годов,
смертность от этой формы рака среди мужчин снизи -
лась более чем в полтора раза, с 73 до 43 (т.е. на 43%)
на 100 тыс. населения в 2016 году [12]. Смертность от
РЛ российских женщин, не достигнув высоких показа-
телей, характерных для большинства западных стран,
с первой половины 1990-х годов также начала сни-
жаться, а затем стабилизировалась. пВ ряде западных
стран снижение смертности от РЛ началось значи-
тельно раньше, чем в России [22]. Особого внимания
заслуживает пример Великобритании. В этой стране
проф. Ричард Долл (Richard Doll) впервые доказал
связь между курением и РЛ [23]. Кроме того, именно
в Великобритании впервые были предприняты меры
контроля над курением, которые уже в 70-е годы про-
шлого века привели к значительному снижению рас-
пространенности этой привычки (рис. 1). В результате
последовало снижение заболеваемости и смертности
от РЛ прежде всего среди мужского населения. В США,
Франции и других западных странах снижение за -
болеваемости и смертности от РЛ также произошло
Рис. 1. Динамика щраспространенности кщурения в Великобритащнии
Year
Tobacco Smoking Pr(evalence (%)
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

201
в результате снижения распространенности курения
среди мужчин [12]. В отличие от западных стран
в России распространенность курения в 1993–2008
годы росла. Количество продаж сигарет выросло
с 200 млрд штук в 1993 году до более 400 млрд штук
в 2008 году (рис. 2). Снижение распространенности
курения началось лишь недавно – в 2009 году. В то же
время заболеваемость и смертность от РЛ (рис. 3) и
других форм рака, причиной которых является куре- ние, в частности, рака гортани, в России снижается
уже с начала 90-х годов прошлого столетия (рис. 4).
Кроме того, снизилась заболеваемость и смертность
от рака полости рта и глотки, пищевода и других форм
рака. Необходимо отметить, что в США снижение
смертности от РЛ началось также в начале 90-х годов
прошлого века: смертность снизилась с 57/100000

в 1990 году до 35/100000 в 2010 году, т.е. на 39%, что
сопоставимо с аналогичным показателем в России
Рис. 2. Динамика щпродаж сигарет и папищрос в России, млрд штук
Рис. 3. Динамика щсмертности от рака щлегкого
Мужчины Женщины
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

202
МужчиныЖенщины
(34%), где смертность снизилась с 74/100000 в 1993
году до 49/100000 в 2010 году. При этом как в США,
так и в Великобритании имело место снижение рас-
пространенности курепния, а в России – нпет.
Так что же привело к снижению частоты этого за-
болевания? Вклад улучшения эффективности лечения,
применявшегося в те годы, в снижение смертности
от РЛ ничтожно мал, если он вообще имел место. По-
пуляционная относительная 5-летняя выживаемость
больных РЛ в США составляет в лучшем случае 18–19%
[24]. Российские показатели относительной выживае-
мости не превышают 15–16%. Методы скрининга РЛ,
которые применялись в те годы (флюорография и
радиография грудной клетки), оказались неэффек-
тивными [25], так что улучшение ранней диагности-
ки не могло быть причиной снижения смертности.
Единственным объяснением снижения заболеваемо-
сти и смертности от РЛ в России было уменьшение
концентрации смолы в сигаретах, производимых и
импортируемых в страну, т.е. снижение вреда (harm
reduction) потребления табака.
Концепция снижения внреда
Концепция снижения вреда, связанного с ку-
рением (tobacco harm reduction), впервые была
сформулирована в середине 70-х годов прошлого
века проф. Майклом Расселом (Michael Russell), бри-
танским психиатром и активным борцом с курением:
«Сигареты с низким содержанием смолы и средним
уровнем никотина – новый подход к более безопас-
ному курению» («Low-tar medium-nicotine cigarettes: a new approach to safer smoking») [26]. Ему принадлежит
часто цитируемое высказывание, что «курильщик
курит из-за никотина, а умирает от смолы». В связи
с этим в статье предлагается снизить уровень смолы
до низкого или очень низкого, сохранив средний
уровень никотина, что приведет к снижению риска
РЛ и других заболеваний легких. Концепция Рассела
о снижении вреда, связанного с курением, получила
подтверждение в эпидемиологических исследованиях
выдающихся английских ученых-эпидемиологовп
Ричарда Долла (Richard Doll) и Ричарда Пето (Richard
Peto), которые в статье, опубликованной в 1978 году,
объяснили снижение смертности от РЛ у молодых
мужчин тем, что их поколение, в отличие от их стар-
ших соплеменников, курили сигареты с фильтром.
Сигареты с фильтром содержали значительно меньше
смолы, а значит и меньше канцерогенных веществ,
чем сигареты без фильтра. Необходимо подчеркнуть,
что никаких реальных изменений в потреблении
сигарет в Великобритании еще не было. Не было и
никаких существенных улучшений в лечении РЛ [27].
Ниже приводятся результаты нескольких класси-
ческих аналитических эпидемиологических иссле-
дований, свидетельствующих о снижении риска РЛ,
связанного со снижением уровня смолы в табачном
дыме сигарет. Первое из них было выполнено в США
Американским противораковым обществом более
40 лет назад [28]. Это когортное исследование, кото-
рое включало более 1 млн мужчин, выявило, что по-
казатели смертности ниже на 20% у мужчин и на 40%
у женщин – курильщиков сигарет с низким уровнем
Рис. 4. Динамика сщмертности от рака гщортани
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

203
смолы. При одинаковом количестве выкуриваемых
в сутки сигарет относительный риск (ОР) смерти был
выше у курильщиков сигарет с высоким содержанием
смолы, чем у курильщиков со средним и низким ее со-
держанием. Однако у никогда не куривших показатели
смертности от РЛ значительно ниже, чем у курящих,
независимо от типа сигарет, которые они курят.
Дальнейший анализ выявил статистически значимое
снижение показателей смертности от рака пищевода
и рака мочевого пузыря у женщин, курящих сигареты
с низким уровнем смолы по сравнению с этими по-
казателями у женщин, куривших сигареты с высоким
уровнем смолы [29]. Аналогичные результаты полу-
чены в эпидемиологических исследованиях методом
«случай – контроль» [30]. Эти исследования показали,
что риск РЛ, рака полости рта и глотки, рака гортани
и мочевого пузыря статистически достоверно ниже
у курящих сигареты с фильтром, чем у курильщиков
сигарет без фильтра. Обобщение имеющихся к тому
времени научных данных показало, что ОР развития
РЛ зависит от индекса экспозиции к смоле. Таким
образом, имеются доказательства того, что от концен-
трации смолы в табачном дыме сигарет зависит ОР,
а соответственно, заболеваемость и смертность от РЛ
и некоторых других фпорм ЗО.
Российский опыт снинжения вреда,
связанного с курениемн
Гипотеза снижения вреда потребления табака
была подтверждена в России в результате уникаль-
ного естественного популяционного эксперимента,
когда в конце 1988 года были введены ограничения
на содержание смолы в табачном дыме. В 1985 году
в Москве, в Российском онкологическом научном цент-
ре, под эгидой МАИР и ВОЗ и под председательством
проф. Давида Заридзе и проф. Ричарда Пето, про- шла международная конференция «Табак: основная
международная угроза здоровью населения» [31]. На
конференции наряду с другими вопросами, связан
-
ными с профилактикой курения, обсуждался вопрос
влияния уровня смолы в табачном дыме на риск ЗО.
Участники конференции пришли к заключению, что
риск РЛ, а возможно, и других форм ЗО, может быть
снижен за счет уменьшения уровня смолы в табачном
дыме. На основании рекомендаций этой международ-
ной конференции Министерством здравоохранения
Советского Союза был принят регламент о предельно
допустимых концентрациях (ПДК) смолы в сигаретах
и папиросах, производимых и импортируемых в нашу
страну. Было рекомендовано снизить уровень смолы
в дыме сигарет до 15 мг. В результате было достигну-
то снижение очень высоких концентраций смолы
(>30 мг/сигарета) до умеренных (15 мг/сигарета), а
далее и до относительно низких (12 мг/сигарета) [13].
Предполагалось, что снижение уровня смолы в дыме
советских сигарет должно было привести к постепен-
ному снижению заболеваемости и смертности от РЛ
в нашей стране. Это предположение в дальнейшем
было подтверждено. Смертность от РЛ снизилась
не только в России, но и в других странах – бывших
республиках Советского Союза, на которые распро-
странился принятый регламент (рис. 5). Снижение
заболеваемости и смертности только от РЛ сберегло
жизнь как минимум 400000 россиян, а также многим
десяткам тысяч граждан других бывших советских
республик, в которых также снизилась смертность
от этого, в то время практически неизлечимого за-
болевания. Снижение в сигаретах, потребляемых
в России, концентрации смолы, а соответственно,
уровня канцерогенных веществ, входящих в состав
смолы, является также причиной снижения заболе-
ваемости у мужчин раком губы, полости рта, глотки,
Рис. 5. Динамика щсмертности от рака щлегкого (мужчины)
Стандартизованный показ(атель / 100 000 насе(ления
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

204
гортани и пищевода. Наряду со снижением смерт-
ности от РЛ и других ЗО произошло также снижение
смертности от других болезней органов дыхания, вы-
званных курением, а именно ХОБЛ. Сходство трендов
смертности от РЛ и ХОБЛ свидетельствует о том, что
они отражают один и птот же процесс (рис.п 6).Несмотря на то, что за последние 40 лет во многих
странах мира снижается потребление табачных изде-
лий, а соответственно, и заболеваемость и смертность
от РЛ и других, ассоциированных с курением патоло-
гий, миллионы людей по-прежнему продолжают ку-
рить и умирать от болезней, причиной которых явля-
ется курение. В долгосрочной перспективе количество
бросивших курить остается крайне низким и растет
число новых курильщиков, несмотря на значительные
усилия в области контроля использования табачной
продукции и информации о вреде курения. Для того,
чтобы приблизиться к поставленной многими страна-
ми цели, необходимы дополнительные действенные
инновационные меры, включая разработку новых
методов лечения никоптиновой зависимости.п
Никотинзаместительнаян терапия (НЗТ)
Клинические исследования показали, что НЗТ
увеличивает шансы бросить курить на 50–70% вне
зависимости от того, использует ли курильщик другие
способы, позволяющие отказаться от этой привычки
(например, психологические консультации). По-
следние данные ставят под сомнение эффективность
применения только НЗТ и говорят в пользу усиления
ее эффекта в сочетании с психотерапией [32]. НЗТ
рекомендована для лечения табачной зависимости
и отказа от курения во многих странах, в частности
в США (Clinical Practice Guideline Treating Tobacco
Use and Dependence) [33]. Тем не менее, по данным
США, среди бросивших курить американцев только 30% использовали тот или иной фармацевтический
препарат, включая НЗТ. Некоторые курильщики отказ

от применения фармакологических средств объяс-
няют тем, что они малоэффективны [34]. Ряд послед-
них исследований показал, что эффективность НЗТ
в реальной жизни не соответствует данным, кото-
рые получены в клинических рандомизированных
исследованиях [34, 35]. Например, прослеживание
двух репрезентативных когорт американских куриль-
щиков, которое проводилось с интервалом в 10 лет,
показало, что долгосрочная эффективность препа-
ратов, снижающих никотиновую зависимость, таких
как варениклин, бупропион и НЗТ, очень низка или,
точнее, отсутствует. Их применение не увеличивает
вероятность отказа от курения в прослеживаемой
когорте в течение 30 дней. Между членами когорты,
которые применяли эти средства, и членами когорты,
которые их не применяли, разницы в частоте от-
каза от курения к концу наблюдения обнаружено не
было. Авторы объясняют это несоответствие тем, что
в клинических исследованиях, наряду с применением
фармакологических средств, участники исследова-
ния получали консультирование профессиональных
психологов, как по телефону, так и в виде очных кон-
тактов. Из этого можно сделать вывод, что фармако-
логические средства отказа от курения эффективны,
только если их применение сопровождается беседами
и консультациями психологов. Таким образом, при-
нятые методы медикаментозного лечения, включая
НЗТ, оказались недостаточно эффективными, и, что
самое главное, ими пользуется ограниченное число
курильщиков.
Электронные системы ндоставки никотина
За последние два десятилетия табачные компании
разработали и вывели на рынок продукты доставки
Рис. 6. Динамика сщмертности от рака лещгкого и ХОБЛ в России (мужчины)
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

205
никотина, которые они позиционируют как продук-
ты «модифицированного риска», т.е. потребление
которых снижает риск развития болезней, вызван-
ных курением. Эти продукты можно разделить на
содержащие табак и не содержащие табак. Из суще-
ствующих на рынке различных ЭСДН наибольшего
внимания заслуживают электронные сигареты (ЭС)
и электрические системы нагревания табака (ЭСНТ),
имитирующие курение и, как следует из их названия,
доставляющие в организм потребителя никотин. В ЭС
происходит процесс нагревания специальной нико-
тинсодержащей жидкости, в результате чего образу-
ется аэрозоль (пар), содержащий никотин, который
вдыхает потребитель. ЭСНТ содержат табак, который
нагревается до относительно невысокой температуры
(250–350°С), не влекущей сжигание табака, в отли-
чие от сигарет, где сжигание табака происходит при
температуре 800–900°С [35]. При этом большинство
токсических и канцерогенных веществ табачного
дыма образуются при температуре выше 350–400°С.
Монооксид углерода (СО) образуется в результате
пиролиза компонентов табака при температуре выше
350–400°С; углеводороды и альдегиды (формальдегид
и акролеин) – в результате термического разложения
табака при температурах выше 300°С. Пполицикличе-
ские ароматические углеводороды (ПАУ) являются
последствием структурного разложения табака и
так же, как 1,3-бутадиен и бензол, образуются при
температуре выше 400°С. Табакоспецифические п ни-
трозоамины (ТСНА) исходно содержатся в табаке, но
поступают в табачный дым в результате пиросинтеза
при температуре выше 400°С [36п–38].По определению ВОЗ, ЭСДН характеризуются как
«электронные системы доставки никотина или про-
дуктов, не являющихся никотином» [36, 39]. Хотя эти
изделия причисляют к одному классу, они составляют
неоднородную группу с существенными различиями
в отношении образования токсичных веществ и до-
ставки никотина. Наиболее распространенным и
изученным продуктом ЭСДН являются ЭС. В отличие
от обычных сигарет, они не содержат табак и достав-
ляют никотин в дыхательные пути без воспламенения.
Помимо доставки в организм никотина, ЭС также ис-
пользуются для вдыхания ароматизированного пара
(аэрозоля), не содержащего никотин. Рассматривая
ЭС как возможную альтернативу традиционному
курению, мы сконцентрируем наше внимание на ЭС,
которые доставляют никотин. ЭС впервые появились
в США и Европе, включая Россию, в 2006–2008 годы,
где их популярность и, соответственно, продажи ста-
ли очень быстро расти. В 2011 году ЭС курили 7 млн
человек, в 2016 году – уже 35 млн. Ожидаемое число
взрослых курильщиков ЭС к 2021 году достигнет
55 млн человек. ЭС представляет собой устройство, имитирующее
процесс курения, внешне напоминающее обычную
сигарету, оборудованную источником питания и инга- лятором. Принцип его работы основан на испарении
жидкости, содержащей пропиленгликоль с глицери-
ном или без него, никотином и ароматизаторами. Со-
держание никотина в жидкостях варьирует от самого
минимального до 4,8%, чаще всего используются 1,2–
2,4% концентрации никотина. Наряду с никотином и
пропиленгликолем жидкость и аэрозоль ЭС содержат
другие компоненты, некоторые из которых могут
иметь токсические свойства. Никотинсодержащая
жидкость заключена в сменный картридж, который,

в свою очередь, встраивается в корпус ЭС. Когда
курильщик делает затяжку, жидкость из картриджа,
нагреваясь, превращается в пар, напоминающий
табачный дым. Именно он и вдыхается при курении,
доставляя никотин в организм. Внешнее сходство с
традиционной сигаретой позволяет курильщику пре-
одолеть психологическую зависимость, связанную
с различными поведенческими привычками, свой-
ственными курильщикам. Поскольку при использова-
нии ЭС не происходит сгорания табака (которого там
просто нет), производители этого устройства утверж-
дают, что пар, вдыхаемый потребителем, свободен от
4000 токсических и канцерогенных веществ, которые,
как известно, образуются в обычных сигаретах, и,
соответственно, ЭС может служить хорошей альтер-
нативой для снижения впреда от курения [38п, 40, 41]. Другой популярной альтернативой традиционным
сигаретам являются ЭСНТ, или «нагреваемые, но не
горящие табачные продукты» (Heat-not-burn’ tobacco
products). Согласно определению ВОЗ, в отличие от
ЭС, системы нагревания табака относятся к табачным
продуктам, так как они содержат табак, который
нагревается, в результате чего образуется аэрозоль,
содержащий никотин и другие нетабачные добавки,
в том числе ароматизаторы. Самое главное отличие
ЭСНТ от традиционных табачных изделий заключает-
ся в том, что табак в них нагревается до определенной,
относительной невысокой температуры (250–350°С),
но не горит, т.е. не происходит пиролиз, в то время как
температура горения на конце зажженной сигареты
достигает 800–900°С [36, 38]. Табак содержится в ЭСНТ
в стиках, внешне напоминающих традиционные сига-
реты, но которые невозможно использовать привыч-
ным способом, или картриджах и других аналогичных
приспособлениях [38, 40, 41п]. Как известно, при горении табака в процессе куре-
ния в табачном дыме образуется смола, содержащая
канцерогенные вещества [11, 13, 14]. Во время потре-
бления негорящих табачных продуктов образуются
аэрозоли, химический состав которых значительно
отличается от дыма сигарет, в том числе и по содер-
жанию вредных веществ. Большинство имеющихся
научных данных свидетельствует о том, что современ-
ные поколения ЭС и ЭСНТ наносят здоровью значи-
тельно меньший вред, чем продукты, использующие
горящий табак, т.е. сигареты, трубка и сигары, так
как в них меньше канцерогенов и других токсичных Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

206
веществ. Тем не менее, дебаты по поводу альтерна-
тивных систем доставки никотина продолжаются
[41]. В то же время накапливаются научные данные об
эффективности ЭСДН для отказа от курения, о хими-
ческом составе аэрозоля, который образуется при их
применении, и маркеров (метаболитов) экспозиции
потребителей ЭСДН к токсическим и канцерогенным
веществам табачного дыма, как в краткосрочных, так
и в относительно долпгосрочных исследованпиях.
ЭСДН – для отказа отн курения
В исследовании, проведенном в Новой Зеландии,
658 человек были разделены на 3 группы: 289 по-
требляли ЭС с никотином, 296 – НЗТ (никотиновые
пластыри) и 73 – ЭС, не содержащие никотин. Ран-
домизация проводилась с учетом этнической при-
надлежности, пола, возраста и степени никотиновой
зависимости по шкале Fogestrom-а (>5, <5). Через 6
месяцев наблюдения процент полной абстиненции,
т.е. отказа от курения в течение всего срока наблю -
дения, в группе ЭС был 7,3% (21 из 289 участников
группы полностью отказались от курения); в группе
никотиновых пластырей от курения полностью
отказались 5,8%, т.е. 17 из 295, а в группе ЭС без
никотина – 4,1% (3 из 73 человек). ЭС с никотином
оказались несколько более эффективны для отказа
от курения, чем никотиновые пластыри (ОР 1,51;
95% доверительный интервал (ДИ) 2,49–5,51) и более
эффективны, чем ЭС без никотина (ОР 3,16; 95% ДИ
2,29–8,61) [42]. Анализируя это исследование, авто-
ры обзора Кокрана 2018 года проводили сравнение
между процентом отказа от курения в группах по-
требителей никотинсодержащих ЭС с группой потре-
бителей ЭС без никотина. ЭС с никотином оказались
на 77% эффективнее для отказа от курения, чем ЭС
без никотина, но разница была статистически недо-
стоверна (ОР 1,77; 95% ДИ 0,54–5,77). Сравнение ЭС
с никотиновыми пластырями показало, что ЭС на 26%
более эффективны, чем никотиновые пластыри, одна-
ко разница была также статистически незначима (ОР
1,26; 95% ДИ 0,68–2,34) [43]. В рандомизированном
исследовании, включавшем 300 курильщиков, не пла-
нировавших бросать курить, участники были разделе-
ны на 3 группы: группа А (100 участников) в течение
12 недель потребляла ЭС, заправленные картриджем
с 7,2 мг никотина; группа B (100 участников) в течение
6 недель потребляла ЭС, заправленные картриджем
с 7,2 мг никотина, а в последующие 6 недель – ЭС
с картриджем, содержащим 5,4 мг никотина; группа С
(100 участников) в течение всего срока исследования
(12 недель) потребляла ЭС без никотина [44]. На про-
тяжении всего периода исследования 9 раз проводи-
лась оценка курения, его интенсивности (сигарета/
сут.) и анализ уровня содержания CO в выдыхаемом
воздухе участников исследования. Рассчитывался про-
цент участников, полностью отказавшихся от курения
или снизивших интенсивность курения. Также оце -нивались побочные эффекты. Снижение интенсив-
ности курения (сигарета/сут.) было отмечено во всех
группах (p<0,001) по сравнению с началом исследо-
вания, без существенной разницы между 3 группами.
Снижение интенсивности курения составило 22,3 и
10,3% через 12 и 52 недель соответственно. Полный
отказ от курения составил 10,7% на 12-й неделе и
8,7% – на 52-й неделе. Процент полностью отказав
-
шихся от курения был выше в группах A и B (13 и 9%
соответственно), в которых участники исследования
потребляли никотинсодержащие ЭС, чем в группе С
(4%), в которых участникам было предложены ЭС без
никотина. Отмечено снижение нежелательных побоч-
ных эффектов с момента начала исследования. Авто-
ры заключают, что ЭС, как содержащие никотин, так
и безникотиновые, снижают интенсивность курения,
а также способствуют полному отказу от курения тра-
диционных сигарет. При этом существенных побоч-
ных неблагоприятных эффектов отмечено не было
[44]. При анализе этого исследования, проведенного
в рамках обзора Кокрана 2018 года, группы A и B были
объединены. В результате доля бросивших курить
в этих группах составила 11% и была почти в 3 раза
выше, чем в группе, участники которой потребляли
безникотиновые ЭС (4%) (ОР 2,75; 95% ДИ 0,97–7,76).
Авторы обзора Кокрана, суммировав результаты этих
двух исследований, заключили, что ЭС с никотином
статистически достоверно более эффективны для от-
каза от курения, чем ЭС, не содержащие никотин [43]. В рандомизированное исследование Hajek и
соавт. [45] были включены 886 участников про-
граммы отказа от курения (stop smoking service)
Национальной службы здравоохранения Соединен-
ного Королевства. Они были разделены на 2 группы:
1-я получала фармакологический препарат НЗТ по
своему выбору, который предоставлялся им в течение
3 месяцев бесплатно. Участникам 2-й группы в начале
исследования был предоставлен набор заправляемой
ЭС 2-го поколения и одна емкость никотиновой
жидкости, которая содержала 18 мг никотина на
1 мл. В дальнейшем испытуемые должны были по-
купать никотиновую жидкость для заправки ЭС само-
стоятельно. Исследование включало еженедельный
цикл мониторинга и психологической поддержки
по отказу от курения. Цель исследования заключа-
лась в сравнительной оценке частоты абстиненции,
т.е. полного отказа от курения в 2 группах в течение
1 года. Отказ от курения контролировался биохимиче-
скими тестами. Процент отказавшихся от курения был
выше в группе потребителей ЭС (18%), чем в группе,
получавших НЗТ (9,9%) (ОР 1,83; 95% ДИ 1,30–2,58,
p<0,001). Вероятность следования предписанию, т.е.
использованию НЗТ или потреблению ЭС на 52-й
неделе исследования, была выше в группе ЭС (80%)
по сравнению с группой, получавшей НЗТ (9%).
В обеих группах были отмечены некоторые побочные
эффекты: ощущения чувства раздражения в глотке и
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

207
полости рта чаще были отмечены в группе ЭС (65,3%),
чем в группе НЗТ (51,2%). В то же время тошнота
и рвота чаще отмечались в группе с НЗТ (37,9%), чем
в группе лиц, потребляющих ЭС. В группе ЭС через 52
недели исследования было отмечено статистически
значимое снижение кашля (ОР 0,8; 95% ДИ 0,6–0,9)
и выделения мокроты (ОР 0,7; 95% ДИ 0,6–0,9), чем
у участников группы, получавших НЗТ. Между группа -
ми не было разницы в таких симптомах, как одышка
и хрипы. Таким образом, ЭС оказались более эффек-
тивными для отказа опт курения, чем НЗТ. Известно, что курение повышает частоту развития
осложнений и ухудшает результаты хирургических
операций. В связи с этим отказ от курения в предо-
перационном и послеоперационном периоде многие
хирурги считают необходимым. В статье Lee и соавт.
проводится анализ влияния на отказ от курения нико-
тинсодержащих ЭС и никотинсодержащих пластырей
у больных, которым предстоит хирургическое вмеша-
тельство [46]. Пациенты, которым было назначено хи-
рургическое вмешательство, были рандомизированы
на 2 группы: потребителей ЭС (20 больных) и нико-
тинзаместительных пластырей (10 больных). Все па-
циенты получили 6-месячный запас ЭС и средств НЗТ.
Кроме того, им были даны рекомендации по отказу от
курения и вручена брошюра по отказу от курения для
хирургических больных. Через 8 недель наблюдения
частота отказа от курения была одинакова в обеих
группах. Объем форсированного выдоха (ОФВ) за
1 мин. был на 592 мл (95% ДИ 153–1,031; p=0,01)
больше у больных, которые пользовались ЭС, чем
у больных, применявших никотиновые пластыри. Со -
отношение изменения ОФВ за 1 с и форсированной
жизненной емкости (ФЖЕ), т.е. ОФВ/ФЖЕ, было на
40,1% выше у больных, потреблявших ЭС, чем у боль-
ных, использующих НЗТ пластыри (95% ДИ 18,2–78,4;
р =0,04). Авторы заключили, что больным, которым
предстоит хирургическое вмешательство, можно
рекомендовать применение ЭС для отказа от курения. Результаты рандомизированных клинических ис-
следований эффективности ЭС для отказа от курения
были подтверждены в популяционных исследованиях.
Анализ данных опроса населения США о потребле-
нии табака (2014/15 Tobacco Use Supplement-Current
Population Survey) показал, что вероятность длитель-
ного (более 3 месяцев) отказа от курения выше у лиц,
которые потребляли ЭС. Попытки бросить курить,
в том числе успешные, коррелировали с частотой
потребления ЭС [47]. В исследовании Bermarhnia и
соавт. использованы данные 3093 лиц, которые пред-
принимали попытки бросить курить, или желающих
бросить курить, из которых 25,2% употребляли ЭС [48].
Использование ЭС повышало вероятность отказа от
курения на 6% (95% ДИ 2–10), а прием лекарственных
средств, одобренных Управлением по санитарному
надзору за качеством пищевых продуктов и медика-
ментов (Food and Drug Administration, FDA), был не- эффективен: прием варениклина на 2% (95% ДИ 6–13),
эффект же использования НЗТ был отрицательным
(-3%; 95% ДИ -8–2). Представленные данные указыва-
ют на эффективность ЭС в отказе от курения. Она пре
-
вышает эффективность фармакологических средств,
одобренных рядом национальных и международных
организаций как средство отказа от курения. Однако
все исследования проводились для прошлого поколе -
ния (2-го поколения) ЭС. Соответственно, необходи-
мо проведение новых исследований с современными
образцами ЭС. С учетом беспрецедентно быстрого
развития отрасли и появления на рынке большого
количества новых изделий процесс оценки эффектив-
ности и безопасности ЭС должен принять регулярный
характер. В связи с этим необходимо выработать не-
кие стандарты соответпствия этого продукта.
Химический состав наэрозолей ЭС и ЭСНТ
Большинство имеющихся научных данных сви-
детельствует о том, что современные поколения ЭС
и ЭСНТ содержат значительно меньше вредных и
потенциально вредных веществ, чем табачный дым
традиционных сигарет. В результате в организме
человека, использующего эти изделия, концентрации
канцерогенов и токсикантов ниже, чем у курильщиков
традиционных сигарет, и, соответственно, вред, на -
носимый ЭС и ЭСНТ, должен быть меньше, чем при
курении обычных сигарет. Это связано с главным
принципом работы инновационных устройств, ко-
торый основан на вдыхании аэрозоля, образующе-
гося в результате нагревания жидкости, содержащей
никотин, или табака. Для оценки и мониторинга
концентрации канцерогенных и токсичных веществ
в табачном дыме сигарет, аэрозоле ЭС и ЭСНТ ВОЗ
определила для тестирования, помимо никотина,
9 приоритетных компонентов: ацетальдегид, акро-
леин, бенз(a)пирен, бензол, 1,3-бутадиен, ННН, ННК,
формальдегид, монооксид углерода [36, 39]. В аэро-
золе также присутствуют канцерогенные для человека
металлы: хром (шестивалентный), кадмий и никель
(группа 1) [49]. Кроме того, в ЭС используется более
10000 различных ароматизаторов, которые при нагре-
вании могут представлять определенную опасность и
требуют изучения. Первые исследования, в которых изучался химиче -
ский состав картриджей и жидкостей для их заправки,
показали отсутствие или минимальные количества
в них таких канцерогенных и токсических веществ,
как ПАУ, нитрозамины, ацетальдегиды, ацетон, фор-
мальдегид и др. Однако использование ЭС предпола-
гает процесс нагревания ее составляющих и образо-
вания аэрозоля. Аэрозоль в результате повышенного
термического разложения ингредиентов жидкости
и возможных выделений нагревательного элемента
устройства может содержать ряд новых компонен-
тов. При анализе карбонильных соединений было
показано, что после аэрозолизации концентрации Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

208
формальдегида и ацетальдегида увеличились в 6,23
и 58,4 раза соответственно по сравнению с их перво-
начальными концентрациями в жидкости. Кроме
того, в образцах аэрозоля исследователи обнаружи-
ли ряд веществ, ранее не выявленных в исходной
никотинсодержащей жидкости (например, ацетон,
бутиральдегид и о-толуальдегид) [40]. Одно из первых
исследований аэрозоля ЭС было проведено по по-
ручению FDA. В аэрозоле 12 марок ЭС сигарет были
обнаружены канцерогенные карбонильные соеди-
нения: формальдегид, ацетальдегид и акролеин, но
в концентрациях существенно ниже, чем в сигаретном
дыме [50]. В 2014 году были опубликованы резуль-
таты расширенного анализа химического состава
аэрозоля ЭС 12 наиболее известных марок ЭС [51].
Для сравнения использовался аэрозоль популярного
ингаляционного препарата, относящегося к одо-
бренным средствам НЗпТ – Nicorette. В аэрозоле ЭпС и
средствах НЗТ определяли содержание 4 основных
групп потенциально токсических и канцерогенных
веществ, присутствующих в табачном дыме: карбони-
лы, летучие органические соединения (ЛОС), нитро-
замины и тяжелые металлы. Во всех исследованных
образцах ЭС уровни формальдегида, ацетилальдегида,
о-метилбензальдегидап были статистически досто-
верно выше, чем в Nicorette. Некоторые вещества,
обнаруженные в аэрозоле ЭС, а именно канцероген-
ные ННН и ННК, в Nicorette не определялись. Однако
в аэрозоле Nicorette было больше металлов, некото-
рые из которых являются доказанными канцерогена-
ми для человека, например кадмий и никель. В то же
время при сравнении аэрозоля ЭС с дымом обычной
сигареты выяснилось, что в аэрозоле ЭС содержание
основных токсических и канцерогенных веществ
в 9–450 раз ниже, чем в табачном дыме. Содержание
формальдегида и ацетилальдегида в аэрозоле иссле-
дованных ЭС колеблется в пределах 0,20–5,62 мг/мл и
0,11–1,36 мг/мл, что в 9 и 450 раз выше, чем в обычных
сигаретах; акролеина и толуидина – 0,07–4,19 мг/мл и 0,02–0,63 мг/мл, что в 15 и 120 раз выше, чем в табач-
ном дыме сигареты; ННН и ННК – 0,00008–0,00043 мг/мл

и 0,000011–0,00283 мг/мл, что в 380 и 40 раз выше,
чем в табачном дыме (табл. 1). Авторы исследования
считают, что переход от традиционных табачных
изделий к ЭС может значительно снизить вред, свя-
занный с традиционным курением псигарет.
Никотин
ЭС содержат никотин в количестве меньшем или
сопоставимом с его содержанием в «легких» сигаретах
[40, 51, 52]. В исследовании, проведенном в России,
установлено, что концентрация никотина в генери-
руемом аэрозоле в 350 и 730 ниже, чем в электронной
жидкости (ЭЖ) и картридже, и составляет 0,019 и 0,006
мг на 12 затяжек соответственно в зависимости от
типа устройства. Кроме того, было показано, что ни
один из типов тестируемых ЭС не содержал в составе
своего аэрозоля СО, что является подтверждением от-
сутствия процесса горения при их потреблении [52].
Табакоспецифическиен нитрозоамины
Как показано в исследовании Goniewicz и соавт.
[51], в последующих исследованиях Pulvers и соавт.
[53], содержание ТСНА (ННН и ННК) в ЭС низкое или
ниже определяемых уровней и, что самое главное, –
на это указывают практически все авторы – их со -
держание в ЭС значительно меньше, чем в табачном
дыме традиционных сигарет.
Вещества, ассоциирнованные с горением
Как уже было сказано, в ЭС при нормальных
условиях пользования не происходит горения. Тем-
пература нагревания жидкости не выше 350 ºС, что
исключает образование веществ, которые образу-
ются в обычных сигаретах при горении табака и,
соответственно, содержатся в табачном дыме. К этим
веществам относятся ароматические амины (бензол),
ЛОС (1,3-бутадиен, изопропен, акрилонитрил, бензол,
Таблица 1
Cравнение уровней тооксических и канцероогенных веществ в традиционных и элеоктронных сигаретах
Вещества Традиционная сигарет а
(мг в основном поток е) Электронная
сигарета
(мг на 15 затяжек) Среднее соотношение
(традиционные к эле ктронным сигаретам)
Формальдегид 1,6–520,20–5,61 9
Ацетальдегид 52–1400,11–1,36 450
Акролеин 2,4–620,07–4,19 15
Толуол 8,3–700,02–0,63 120
ННН1 0,005–0,190,00008–0,00043 380
ННК2 0,012–0,110,00011–0,00283 40
1 Нитрозонорникотин.2 Никотинпроизводный нпитрозамин-кетон.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

209
толуен) и ПАУ (бенз(а)пирен)). Tayyarah и Long [54] не
обнаружили в аэрозоле 5 коммерческих ЭС ни одного
из вышеперечисленных веществ. Flore и соавт. еще
раз подтвердили отсутствие в ЭС веществ, связанных
с горением [55]. Точка на этом вопросе поставлена
в исследовании Wagner и соавт. [56], их тщательный
анализ на высоком методологическом уровне не
обнаружил в аэрозоле и жидкости 8 образцов ЭС ни
одного из 9 веществ (1-аминонафтален, 2-аминонаф-
тален, 4-аминобифенил, 1,3-бутадиен, изопрен, акри-
лонитрил, бензол, толуен, бенз(а)пирен), которые
образуются в результате горения. Авторы заключают,
что если эти вещества и присутствуют в ЭС, то в кон-
центрациях ниже препдельного уровня обнапружения.
Карбонилы
Карбонилы образуются в высоких концентраци-
ях в дыме сигарет в результате горения табака. В ЭС
их уровни обычно низкие, значительно ниже, чем
в табачном дыме [51, 57]. Исследование уровня кар-
бонилов при различном объеме затяжки показало,
что при всех режимах затяжки (55 мл, 80 мл и 90 мл)
в аэрозоле ЭС их содержание значительно меньше,
чем в обычных сигаретах. При минимальной затяжке
(55 мл) содержание формальдегида в электронных
сигаретах составляет 0,5–1,0 мг/мл, ацетилальдеги-
да – 0,8–1,0 мг/мл, акролеина 0,3–0,4 мг/мл; в обыч-
ных сигаретах содержание этих веществ равно
67,2 мг/мл, 1062,2 мг/мл и 112,7 мг/мл. При мак-
симальной затяжке уровни формальдегида, аце-
тилальдегида и акролеина составляли в ЭС 3,6–
3,7 мг/мл, 1,7–2,9 мг/мл и 0,9–1,1 мг/мл соответ-
ственно; в традиционных сигаретах – 71,4 мг/мл,
1212,6 мг/мл, 160,9 мг/мл соответственно [58]. В том
же году были опубликованы результаты анализа ЭС,
указывающие на очень высокую концентрацию в них
формальдегида по сравнению с обычными сигарета -
ми [59]. В 2016 году еще в одной статье сообщалось
об астрономически высоких уровнях альдегидов
в ЭС [60]. В частности, концентрация формальдегида
в никотинсодержащей жидкости в ЭС достигала 48200
мг/мл. Этот показатель более чем в 1000 раз превы-
шает концентрацию формальдегида в табачном дыме
(74 мг/сиг.). Проверка корректности эксперимента
в работе Jensen и соавт. [59] выявила, что в ней исполь-
зовалась старая модель ЭС с крайне неэффективным
типом атомайзера (испарителя), в котором мощ-
ность могла повышаться до 10,9 Вт. Соответственно,
происходил перегрев жидкости, который и был при-
чиной повышенного образования формальдегида
[58]. Farsalinos и соавт. [61] повторили эксперимент
Sleiman и соавт. [60], используя те же ЭС, с теми же
атомайзерами и ЭЖ, но исключили перегрев жидко-
сти и эффект «сухой затяжки». В результате были полу-
чены очень низкие уровни формальдегида и других
альдегидов в аэрозоле ЭС, более чем в 10 раз ниже,
чем в работе Sleiman и соавт. [60]. Необходимо еще раз подчеркнуть, что «сухая затяжка» сопровождается
крайне неприятным вкусом и запахом аэрозоля, и

в связи с этим потребитель прекращает потребление
устройства. Анализ той же ЭЖ, но с использованием
современных ЭС с усовершенствованным патомайзе-
ром, технические особенности которого предотвра-
щают перегрев и, соответственно, «сухую затяжку»,
показал очень низкие концентрации альдегидов.
Концентрация формальдегида в этом исследовании
была 16,5 м/мл, т. е. в 3000 раз ниже, чем в исследова-
нии Sleiman и соавт. [60]. Новые модели ЭС снабжены
автоматическим контролем температуры для предот -
вращения перегрева. Эти и будущие технологические
достижения вместе с внедрением стандартов качества
и безопасности обещают дальнейшее снижение и без
того очень низких уровней карбонильных соедине-
ний, в частности форпмальдегида, в аэрозопле ЭС [62].
Металлы
Обзор имеющихся к 2013 году научных данных о
содержании металлов, входящих в состав аэрозолей
13 типов ЭС, показал, что в большинстве случаев уров-
ни кадмия, хрома, меди, свинца и никеля находятся
ниже допустимой суточной дозы, минимальной дозы
риска и рекомендуемой предельно допустимой дозы
[63]. В то же время Williams и соавт. [64] обнаружили на
наружных и внутренних конструкциях ЭС, в частно-
сти на электрическом нагревателе, тяжелые металлы:
олово, свинец, медь, хром, никель, а также твердые
частицы (ТЧ). Эти же металлы были обнаружены на
картридже, в жидкости и аэрозоле ЭС. Сравнение их
содержания в аэрозоле ЭС с дымом обычной сигареты
показало, что их содержание в аэрозоле ЭС равно или
превышает таковое в дыме традиционных сигарет. Ав-
торы обратили внимание на то, что некоторые части
конструкции были, как говорится, «second hand», т.е.
были перенесены из уже использованных устройств.
Сам этот факт говорит о том, что результаты данного
исследования не могут быть экстраполированы на
ЭС в целом. В связи с этим напоминаем, что в ис-
следовании, которое цитировалось выше, аэрозоль
ЭС содержал меньше металлов (кадмия, никеля), чем
зарегистрированный в качестве НЗТ фармакологиче-
ский препарат Nicorette [51].
Твердые частицы
Изучение содержания ТЧ в аэрозоле ЭС имеет
принципиальное значение, так как этой проблеме
посвящено значительное количество исследова-
ний. Результаты этих исследований противоречивы
и вызывают наибольшие споры. В исследовании Lee
и соавт. [65], в котором изучались ЭС популярного
бренда с табачным ароматом или с ароматом ментола,
показало, что медиана концентрации ТЧ диаметром
менее 2,5 мкм (ТЧ 2,5) в аэрозоле ЭС (21,1 мкг/м
3)
была такой же, как и в помещениях, на открытом
воздухе и в результате пассивного курения в кафе. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

210
Сравнение концентраций ТЧ в аэрозоле ЭС с ПДК ТЧ
на производстве показало, что концентрация ТЧ в 10
и 15 тыс. раз ниже ПДК на производстве (15 мкг/м
3
и 10 мкг/м 3), а также ниже или сопоставима со стан-
дартами атмосферного воздуха (медиана измерений
в течение 24 часов), разработанными такими организа-
циями, как Агентство охраны окружающей среды США
(35 мкг/м
3), ВОЗ (25мкг/м 3) и Европейский союз (20–
25 мкг/м 3). Можно согласиться с мнением авторов, ко-
торые считают, что сравнение уровней ТЧ в аэрозоле
с ПДК на рабочем месте не совсем корректно, так как
последнее предполагает профилактику повышенного
риска рабочих, занятых на вредных производствах,
чего нельзя сказать о потребителях ЭС. Однако ПДК
на рабочем месте соответствуют безопасным уров-
ням ТЧ, что подтверждает важность корректности
этого сравнения. В данном исследовании, как и
в предыдущих работах, в образцах аэрозоля ЭС были
обнаружены наночастицы. Изучены их количество
и концентрация в 2 типах одного ЭС, с ментоловым
и табачным ароматизаторами. Однако данных об
уровнях наночастиц по сравнению с дымом обычных
сигарет и/или воздуха помещений и атмосферным
воздухом в статье не представлено. Анализ работ, в которых изучали в аэрозоле ЭС
ТЧ, показал, что он содержит ультрамелкие частицы
(УМЧ) и мелкие ТЧ пв том же количестве пили меньше,
чем обычные сигареты. Однако в некоторых работах
было показано, что при нагревании в аэрозоле ЭС
образуется больше мелких и УМЧ, чем в табачном
дыме. Учитывая тот факт, что состав ТЧ в аэрозоле ЭС
отличается от их состава в табачном дыме обычных
сигарет, значение этих сравнительных исследований
не очень понятно [4п0].
Ароматизаторы
Исследование ароматизаторов в составе аэро-
золей на примере 21 типов ЭС показало, что только
1 из 21 видов аэрозоля содержит ароматизаторы на
основе веществ, полученных при жарке кофейных
бобов, и обладает токсическим эффектом. Однако
этот эффект аэрозоля в 800 раз менее токсичен, чем
табачный дым [66].
Пропиленгликоль и глицнерин
Согласно имеющимся данным вдыхание про-
пиленгликоля не является опасным. Он признан
безвредным для употребления человеком внутрь и
широко используется в продуктах питания, косметике
и лекарствах. Исследования пропиленгликоля в экс-
периментах на животных и добровольцах не вызвали
негативных изменений. Соответственно, скорее всего,
его вдыхание не представляет угрозы для здоровья.
Минимальный риск может представлять производ-
ное глицерина – токсическое вещество акролеин,
который содержится в аэрозоле ЭС в гораздо меньших
концентрациях по сравнению с табачным дымом [67]. Математическое моделирование эффекта воз-
действия аэрозоля ЭС на здоровье потребителя,
основанное на содержании в аэрозоле токсических
и канцерогенных компонентов и максимально до -
пустимых уровней экспозиции к компонентам аэро-
золя на рабочем месте, выявило, что при правильном
использовании ЭС концентрации вдыхаемых токсич-
ных веществ ниже пороговых значений, установлен-
ных для производственпной безопасности [6п8]. Оценка канцерогенного риска курения обычных
и ЭС, на основании содержания в них канцерогенных
веществ, включая карбонилы, ЛОС, нитрозоамины и
металлы, проведенная в Эдинбургском университете
(Великобритания), показала, что концентрации этих
веществ в ЭС незначительны и гораздо ниже по срав-
нению с дымом сигарет. Если выразить эти различия
в процентах, то канцерогенная опасность аэрозоля
ЭС составляет менее 0,4% от канцерогенного риска
табачного дыма. Соответственно, риск развития ЗО
при курении традиционных сигарет в 99 раз выше,
чем в результате использования ЭС. Такой вывод был
сделан на основании математического моделирова-
ния «риска ингаляционной дозы» (inhalation unit risk)
или фактора канцерогенного риска (cancer potency
factor (CPF)), рассчитанного на основании данных
химического анализа. Причем автор уверен, что и
этого минимального канцерогенного риска можно
избежать при правильном выборе устройства и его
компонентов и четко придерживаясь всех рекомен-
даций по его безопаспному использованию п[69]. В докладе британского Королевского колледжа
врачей (Royal College of Physicians) «Никотин без ку-
рения. Сокращение вреда здоровью от потребления
табака» были проанализированы научные данные по
содержанию в аэрозоле ЭС токсических и канцероген-
ных веществ. Составители доклада отметили, что, хотя
ЭС используются не настолько давно, чтобы составить
полный профиль их безопасности, имеющиеся дан-
ные говорят о том, что содержание вредных веществ,
в том числе ТСНА и других канцерогенов в аэрозолях
ЭС, гораздо ниже, чем в табачном дыме, что снижает
долговременный риск развития рака. В докладе так-
же утверждается, что именно уровни токсических
веществ в ЭС, по сравнению с табачным дымом, а не
само их присутствие, определяют, насколько вредным
для здоровья является тот или иной продукт. В итоге
был сделан вывод, что имеющиеся данные позволяют
предположить, что «риск для здоровья, связанный с
использованием ЭС, вероятно, составляет не более
5% от риска, связанного с традиционным курением»
[70]. Достоверность научных данных, приведенных
в докладе британского Королевского колледжа врачей,
была подвергнута сомнению в редакторской колонке
журнала The Lancet, где утверждалось, что оценка,
указывающая на минимальный риск использования
ЭС, научно не обоснована. Однако спустя некоторое
время, в том же The Lancet появилась статья группы
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

211
авторитетных ученых, подтверждающих, что ЭС на
95% менее опасны поп сравнению с куренипем [71].Ниже мы остановимся на 2 обзорах научных
данных, посвященных ЭС [72]. Первый представлен
сотрудниками группы ученых Института профилак-
тической медицины им. Вольфсона при Лондонском
университете Королевы Марии, известных своими
работами в области методов отказа от курения, а вто-
рой – сотрудниками Центра табачной продукции FDA
(США) [73]. Авторы обоих обзоров сходятся во мне-
нии, что концентрации токсических и канцерогенных
веществ, металлов и ароматизаторов в аэрозолях
в десятки и сотни раз меньшие, чем в дыме обычных
сигарет и некоторых известных ингаляционных ле-
карственных средствах. Однако авторы отмечают, что
интерпретация исследований химического состава
ЭЖ и аэрозолей усложняется наличием на рынке
множества марок и моделей ЭС с различными нагре-
вательными элементами, батареями, никотинсодер-
жащими жидкостями. Авторы считают, что, несмотря
на отсутствие данных об отдаленных последствиях
использования ЭС, они, скорее всего, менее вредны,
чем традиционные сигареты. Однако, учитывая огра-
ниченное количество доступных данных, по мнению
авторов, сделать окончательный вывод о сравнитель-
ной безопасности ЭСп пока нельзя. Антонов и соавт. проанализировали результаты
исследований ЭС, указывающие на низкие концен-
трации токсических и канцерогенных веществ и их
метаболитов в аэрозоле ЭС по сравнению с обычными
сигаретами. Тем не менее, они выдвинули на первый
план наиболее спорные и критикуемые результаты о
высоком содержании в ЭЖ и аэрозоле ЭС мелких и
ультрамелких ТЧ. На основании этого весьма спорно-
го аргумента они пришли к заключению о высоком
риске, связанном с потреблением ЭСДН, которое,
в целом, не вытекает из обзора. В связи с этим хочется
отметить, что корректная оценка риска, связанно-
го с потреблением ЭСДН, предполагает сравнение
с традиционным курением. При таком сравнении
ЭСДН, несомненно, выигрывают, и это очевидно и из
обсуждаемого обзорап [74]. В конце 2017 года в престижнейшем американском
научном журнале «Canпcer Journal for Clпinicians» была
опубликована экспертная оценка ЭСДН «Ключевые
вопросы, касающиеся влияния на здоровье электрон-
ных систем и других источников доставки никотина».
Статья также опубликована на русском языке в рус-
ском издании «Cancer Journal for Clinicians» в апреле
2018 года (http://www.pror.ru/journals). Авторы обзора
подтверждают, что основной массив имеющихся на-
учных данных свидетельствует о том, что уровни кан-
церогенов и других токсичных веществ, попадающих
в организм при использовании современных ЭСДН,
существенно ниже, чем при традиционном курении
табака. Подчеркивается, что несогласованность мне-
ний, которая парализует принятие необходимых мер и запутывает население, может быть преодолена, если
обратить более пристальное внимание на весь объем
полученных данных, а не полагаться на отдельные
работы, в которых вред ЭС преувеличивается без срав-
нения их эффекта с эффектом обычного курения [41].
Электрические систенмы нагревания
табака
ЭСНТ – инновационный табачный продукт из
последнего поколения альтернативных систем до-
ставки никотина – принципиально отличаются как
от ЭС, описанных выше, так и от традиционных
табачных изделий. В отличие от ЭС, в ЭСНТ ис -
пользуется табак, но не происходит его горение
и тление, т.е. отсутствует пиролиз и не образуется
табачный дым, являющийся неотъемлемой частью
процесса курения обычной сигареты. При работе
ЭСНТ температура нагрева на момент затяжки не
превышает 250–350°С. Следовательно, нагревание
табака до температур ниже температуры горения
и тления приводит к генерированию аэрозоля
с более низким содержанием вредных и потенци-
ально вредных веществ в отличие от традиционных
сигарет, в которых пиролиз табака происходит при
температуре свыше 800°С [52]. Таким образом, ЭСНТ
выделяют значительно меньше токсических и кан-
церогенных веществ, чем обычные сигареты. Так,
в исследовании, проведенном в НИИ табака, махорки
и табачных изделий, сравнивались 9 потенциально
вредных веществ в аэрозоле ЭСНТ, в 5 самых по-
пулярных в России марок сигарет и в стандартной
лабораторной сигарете (3R4F). Исследование по-
казало, что в сигаретном дыме значительно больше
токсичных компонентов, чем в ЭСНТ. Так, уровень
никотина в аэрозоле был ниже на 33,7–40,3% по
сравнению с контрольным образцом сигарет 3R4F и в
среднем на 3,5–42,7% ниже по сравнению с наиболее
продаваемыми марками сигарет в России. В аэрозоле
ЭСНТ на 96–98% меньше CO, бензола – на 99%, бенз(а)
пирена – на 90–94%, 1,3-бутадиена – на 99%, ННН –
на 94–98%, ННК – на 91–98%, акролеина – на 92%,
формальдегида – на 83–91% и ацетальдегида – на
80–88% меньше по сравнению с контрольным образ-
цом сигарет (3R4F) и с наиболее продаваемыми мар-
ками сигарет в России. Некоторые из этих веществ
присутствуют в табаке в очень малых количествах,
другие образуются в результате термического рас-
пада, пиролиза и (или) неполного сгорания табака
при определенной температуре выше 350–400°С. Так,
CO образуется в результате пиролиза компонентов
и тления табака при температуре выше 350°C. Об -
разование ПАУ связывают с распадом структурных
компонентов табака при температуре выше 400°C.
Результаты проведенных исследований позволили
авторам сделать вывод, что ЭСНТ можно отнести
к изделиям пониженного риска. Однако авторы
считают необходимым продолжать научные иссле- Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

212
дования воздействия ЭСНТ на здоровье человека [52].
В исследовании Farsalinos и соавт. [75] показано, что
ЭСНТ выделяли при интенсивном режиме потребле-
ния 5,0–6,4 мг/стик формальдегида, 144,1–176,7 мг/
стик ацетилальдегида, 10,4–10,8 мг/стик акролеина,
11,0–12,8 мг/стик пропиональдегида и 1,9–2,0 мг/
стик кротональдегида. Сравнение с табачным дымом
выявило, что концентрация формальдегида в ЭСНТ
на 91,6% ниже, чем в табачном дыме, ацетилальдеги-
да – на 84,9%, акролеина – на 90,6%, пропиональде-
гида – на 89,0% и кпротональдегида – на п95,3%.Британский комитет по токсикологии по заказу
Министерства здравоохранения Великобритании
провел исследование 2 ЭСНТ, представленных на
рынке Великобритании до 2016 года. Это было первое
исследование ЭСНТ, инициированное правитель-
ством. Итоги анализа показали, что ЭСНТ содержит
менее 50%, а в нескольких случаях менее 90% вредных
и потенциально вредных соединений по сравнению
с табачным дымом обычных сигарет. Дополнитель-
ных токсических компонентов, которые могли бы
продуцироваться непосредственно самим устрой-
ством, например нагревательной системой, выяв-
лено не было. В официальном документе Комитета
сказано, что, несмотря на содержание в аэрозоле
ЭСНТ некоторых вредных и потенциально вредных
соединений, часть из которых является мутагенными
и канцерогенными и могут наносить вред здоровью
потребителя, экспозиция к ним по сравнению с
обычными сигаретами предельно минимизирована.
Высказывается предположение, что если курильщики
заменят табачную продукцию, в которой происходит
сжигание табака, устройствами, нагревающими табак,
то они смогут снизить риск развития у них табакоза-
висимых заболеваний. Кроме того, Британский ко-
митет по токсикологии отмечает недостаток научных
данных для расчета абсолютного и относительного
риска использования систем нагревания табака для
здоровья потребителя и окружающих с учетом но-
визны продукта. В заключении Комитет напоминает
о том, что идеальным решением для профилактики
болезней, связанных с курением, является полный
отказ от употребления любой табачной и никотин-
содержащей продукциип [76]. Национальный институт здравоохранения Японии
провел в 2017 году сравнительный анализ аэрозоля
одного из типов ЭСНТ – iQOS, популярного продукта,
который стал доступным в Японии с 2014 года, и сига-
ретного дыма. Были изучены уровни содержания ни-
котина, смол, CO и 4 основных ТСНА в аэрозоле ЭСНТ
и в дыме обычных сигарет. В результате исследования
специалисты выявили, что в сравниваемых продуктах
никотин был практически на одинаковом уровне, в
то время как концентрация ТСНА в аэрозоле ЭСНТ
в 5 раз ниже, а CO – в 100 раз ниже по сравнению с
дымом традиционных сигарет. Далее представлены
концентрации в аэрозоле ЭСНТ и табачном дыме не- которых ТСНА: ННН – 314,7, NAT – 332,5, NAB – 18,5,
ННК – 170,4 и ННН – 2477,0, NAT – 1758,0, NAB – 85,0,
ННК – 697,0, соответственно. Концентрация СO

в аэрозоле ЭСНТ составила 0,44 мг/сигарета, а в та-
бачном дыме – 33,0 пмг/сигарета [77]. Обзор работ, посвященных химическому со-
ставу аэрозоля ЭСНТ, авторами которого являются
эксперты из престижных научных центров Вели-
кобритании, показал, что по сравнению с дымом
традиционных сигарет, аэрозоль ЭСНТ содержит
значительно меньше токсических веществ и пред-
ставляет меньшую опасность для здоровья самого
пользователя и окружающих. Так, было отмечено, что
в аэрозоле ЭСНТ в зависимости от типа устройства
концентрация никотина составляет от 19 до 73% по
сравнению с табачным дымом обычных сигарет, СО,
смолы и опасных и потенциально опасных веществ –
меньше на 98, 21 и 62% соответственно. Авторы за-
ключают, что ЭСНТ являются эффективным и менее
опасным инструментом доставки никотина по срав-
нению с традиционными табачными продуктами
[78]. Однако они информируют, что значительная
часть проанализированных п работ выполнена в
лабораториях компаний-производителпей или ими
поддержана, т.е. очевиден факт наличия конфликта
интересов. Тем не менее результаты исследований,
проведенные производителями, практически не от-
личаются от результатов независимых исследований.
Авторы также отмечают необходимость большего ко-
личества независимых исследований для подтверж-
дения уже существующей информации о свойствах
ЭСНТ и сравнения с другими потенциально менее
опасными продуктами альтернативной доставки
никотина [79]. В опубликованной в мае этого года статье в
журнале «Risk Analysis» представлен новый метод
определения канцерогенности табачных продуктов.
Если учитывать, что использование инновационных
систем доставки никотина, в том числе содержащих
табак, часто связывают со снижением канцерогенного
риска, возникает вопрос о влиянии пониженной ку-
мулятивной экспозиции к комплексу канцерогенных
веществ на здоровье потребителей. Авторы исследова -
ния определили группу из 8 канцерогенных веществ
с доступными необходимыми для расчетов данными:
акрилонитрил, ацетальдегил, 1,3-бутадион, этилен
оксид, формальдегид, бенз(а)пирен, нитробензол,
пропилен оксид. Была проведена вероятностная
оценка (probabilistic evaluation) изменений кумуля -
тивной комплексной канцерогенной экспозиции
при использовании ЭСНТ, которая оказалась в 10–25
раз ниже по сравнению с курением традиционных
сигарет. Полученные результаты можно будет в даль-
нейшем применить для оценки влияния на здоровье
отказа от традиционного курения и перехода на ис-
пользование ЭСНТ с учетом пониженной экспозиции
к ее канцерогенным пкомпонентам [79].
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

213
Маркеры токсическинх и канцерогенных
веществ у лиц, потрнебляющих ЭС и ЭСНТ
В последние годы был проведен ряд исследований
содержания метаболитов основных токсических ком-
понентов табачного дыма, а также некоторых других
показателей в биологических образцах пользователей
ЭС. Изучение биологических жидкостей пользова -
телей ЭС, недавно отказавшихся от традиционного
курения, а также тех, кто практиковал «двойное»
курение, т.е. параллельно использовал оба продукта,
был выявлен более низкий уровень метаболитов/ мар-
керов ряда токсических и канцерогенных веществ,
включая ТСНА, по сравнению с курильщиками [80,
81]. Надо отметить, что согласно проведенным на-
циональным опросам «двойное» курение встречается
достаточно часто с момента появления на рынке
альтернативных источников доставки никотина.
К категории «двойных» курильщиков относятся в
основном регулярные курильщики, которые по ряду
причин, в первую очередь осознанно желая снизить
уровень экспозиции к табачным токсическим и кан- церогенным веществам, частично переходят на ин-
новационные устройства, в том числе иногда сочетая
их с одобренными препаратами НЗТ. В исследовании
Hecht и соавт. [80] анализировались уровни метабо-
литов таких известных токсических и канцероген
-
ных веществ, как ПАУ – 1-гидроксипирина (1-ГОП),
ТСНА – 4-(метилнитрозаминоп)-1-(3-пиридил)-
1-бутанола (ННАЛ), акролеина – 3-гидроксипро-
пилмеркаптуровая кислота (3-ГПМК), пропиле-
ноксида – 2-гидроксипропилмеркпаптуровая
кислота (2-ГПМК), кротональдегида – 3-гидрокси-1-
метилпропилмеркаптуропвая кислота (ГПМК), бензо-
ла – S-фенилмеркаптуроваяп кислота (S-ФМК), нико-
тина и котинина. Сравнивались образцы мочи поль-
зователей ЭС, которые в течение последних 2 месяцев
отказались от потребления традиционных сигарет,
и курильщиков традиционных сигарет. Уровни те-
стируемых веществ в моче тех, кто использовал ЭС,
были значительно ниже, чем у потребителей табака:
1-ГОП (пкмоль/мл) – 0,38 и 0,88, ННАЛ (пкмоль/мл) –
0,02 и 1,48, 3-ГПМК (пкмоль/мл) – 1,110 и 5,800,
2-ГПМК – 141–399, ГПМК (пкмоль/мл) – 705 и 4,990,
Таблица 2
Среднее геометричесокое концентраций и о95% доверительные инотервалы метаболитов
токсических и канцеорогенных веществ в мооче пользователей электронных соигарет и курильщикоов традиционных сигареот по исследованиям со поправкой на возраст ои пол
Метаболиты Потребители
электронных сигарет (n=28) Потребители традици онных сигарет
Carmella et al. (n=17) Hatsukami et al. (n=165) Zarth et al. (n=40)
Среднее гео-
метрическое
концентраций (95% ДИ) Среднее
геометрическое концентраций (95% ДИ) P
x
Среднее гео-
метрическое
концентраций (95% ДИ) P
Среднее гео-
метрическое концентра-
ций (95% ДИ) P
1-ГОП
1 (пмоль/мл) 0,38
(0,26–0,55) 0,88
(0,55–1,41) 0,0130,97
(0,80–1,17) <0,0001
Не изучалось
ННАЛ
2 (пмоль/мл) 0,02
(0,02–0,03) 1,48
(0,90–2,43) <0,00011,21
(0,99–1,47) <0,0001
Не изучалось
3-ГПМК
3 (пмоль/мл) 1,100
(766–1,590) 5,800
(3,730–9,030) <0,00014,040
(3,380–4,830) <0,00016,070
(4,580–8,050) <0,0001
2-ГПМК
4 (пмоль/мл) 141
(80–252) Не изучалось
Не изучалось 399
(255–626) 0,006
ГПМПК
5 (пмоль/мл) 705
(456–1,090) 4,990
(2,930–8,490) <0,0001
Не изучалось Не изучалось
S-ФМПК
6 (пмоль/мл 0,29
(0,18–0,46) 1,11
(0,61–2,08) 0,0012,85
(2,24–3,63) <0,0001
Не изучалось
Никотин (нг/мл) 869
(604–1,250) Не изучалось 1,380
(1190–1,600) 0,0351,270
(834–1,710) 0,182
Котинин (нг/мл) 1,880
(1,420–2,480) Не изучалось 3,930
(3,500–4,400) <0,00011,930
(1,530–2,440) 0,981
1
1-гидроксипирен (метпаболит ПАУ);2 4-(метилнитрозоаминпо)-1-(3-пиридил)-1-пбутанол (метаболит ТпСНА);3 3-гидроксипропилмеркпаптуринновая кислотап (метаболит акролеипна);4 2-гидроксипропилмеркпаптуринновая кислотап (метаболит пропиленп оксида);5 3-гидрокси-1-пропилмперкаптуринновая кислпота (метаболит кротопн альдегида);6 S-фенилмеркаптопкринпновая кислота (метабполит бензола);х – достоверность разнпицы по сравнению с ппотреблением ЭС.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

214
S-ФМК (пкмоль/мл) – 0,29 и 1,11, никотин (нг/мл) – 869
и 1,380, котинин (нг/мл) 1,880 и 3,930 соответствен-
но (табл. 2). В исследовании McRobbie и соавт. [81]
участники были разделены на 2 группы: 1-я – отказав-
шиеся от курения традиционных сигарет за неделю
до начала проведения исследования и полностью
перешедшие на использование ЭС на срок 4 нед.;
2-я – «двойные» курильщики. Изучалось содержание
СО, никотина (котинина) и основного метаболита
акролеина S-(3-гидроксипропил) меркаптуровой
кислоты (3-ГМПК) в образцах мочи участников ис-
следования. Измерения проводились дважды, до на-
чала и после 4 нед использования ЭС. Значительное
снижение уровня СО – на 52–80% зафиксировано в
обеих группах: в 1-й группе – с 15 до 3 ппм (p=0,001),
во 2-й группе – с 23 до 11 ппм (p = 0,001); уровни коти-
нина также были снижены на 17 и 44%: в группе ЭС на
889 нг/мг (p =0,011) и «двойных» курильщиков – на
976 нг/мг (p =0,010). Концентрации 3-ГПМА за
4 недели в группе ЭС снизились на 1,280 нг/мг, или
79% ( p=0,001)), а у «двойных» курильщиков – на 1,474
нг/мг, или 60% (p =0,001). Таким образом, в группе
пользователей ЭС было отмечено значительное и ста-
тистически достоверное снижение концентрации СО
и акролеина, в группе «двойного» курения, в которой
отмечено сокращение потребления традиционных
сигарет в результате частичной их замены ЭС, отме-
чено снижение уровнпя CO и метаболита апкролеина. Представленные выше результаты спустя несколь -
ко лет были подтверждены еще в одном исследовании
по определению уровней маркеров известных табач-
ных токсикантов среди экспонированных к различ-
ным типам и количеству никотинсодержащих про -
дуктов [82]. Участники исследования были отобраны
среди курильщиков, склонных к использованию ЭС,
которые согласились в течение 4 недель сочетать их
с традиционными сигаретами, т. е. стать «двойными»
курильщиками. Предполагалось, что таким образом
удастся сократить количество выкуриваемых в день
сигарет, заменив их ЭС. Им также было предложено
по возможности попытаться полностью отказаться
от табачной продукции и перейти на ЭС хотя бы
на некоторое время в рамках заданного 4-недель-
ного периода. Помимо определения и сравнения
уровней маркеров ТСНА, перед исследователями
стояла задача изучить количественные изменения
потребления табака и ЭС, поведенческие и мотива-
ционные особенности испытуемых на протяжении
периода исследования. В образцах мочи участников
проекта измерялись концентрации метаболитов
никотина – котинина, одного из маркеров ТСНА, и
8 ЛОС до начала использования ЭС и в последний
день эксперимента. Результаты анализа полученных
образцов за этот период свидетельствовали о стати-
стически незначимых изменениях в моче уровней
котинина (p=0,90) и о статистически достоверном и
значительном снижении концентрации CO
2 ( p<0,001), метаболитов ТСНА (p
<0,01), а также метаболитов 2
ЛОС: бензола (p <0,01) и акрилонитрила (p =0,001)
по сравнению с образцами, полученными до начала
проведения исследования. У тех же курильщиков, ко-
торые полностью перешли на ЭС хотя бы на 2 недели,
было обнаружено снижение еще 2 канцерогенных
маркеров по сравнению с «двойными» курильщика-
ми, а именно метаболита акрилонитрила (p<0,06) и
акриламида (p<0,01). Одно из преимуществ данного
исследования заключается в том, что испытуемые,
основываясь исключительно на своих предпочтениях
(ad libitum), могли в любой момент менять способ
доставки никотина, чередовать и сочетать курение
с использованием ЭС. Таким образом, воссоздавались
наиболее естественные и приближенные к бытовой
ситуации условия, моделирующие повседневное
поведение участника вне рамок исследования. Един-
ственное требование к ним состояло в необходимости
подробно фиксировать все изменения статуса куре-
ния. Результаты исследования свидетельствуют о целе-
сообразности и преимуществах полного перехода от
курения традиционных сигарет на использование ЭС,
что позволит существенно снизить влияние ряда кан-
церогенных и токсических агентов, присутствующих
в табачном дыме, сохраняя при этом привычную для
потребителя дозу никотина. Однако авторы отмеча-
ют, что на 4-й неделе исследования были выявлены
некоторые признаки развивающейся никотиновой
зависимости, которая, предположительно, может в
перспективе привести к росту количества и частоты
использования ЭС. В краткосрочном исследовании 105 курильщи-
ков были рандомизированы на 2 группы: «двойных»
курильщиков и отказавшихся от любого способа
доставки никотина [83]. Содержание биомаркеров
измерялись в крови, моче и дыхательных пробах в 1-й
день и в конце 5-го дня исследования. Значительное
снижение концентрации всех маркеров было от-
мечено в группе «двойных» курильщиков, в которой
произошла частичная замена традиционных сигарет
на ЭС, по сравнению с курильщиками только тради-
ционных сигарет (использовались данные, получен-
ные в ранее проведенных исследованиях) [80]. Как и
ожидалось, в этой группе все исследуемые показатели
были гораздо выше, чем у отказавшихся полностью от
любых никотинсодержащих продуктов. Тем не менее
у «двойных» курильщиков уровни бенз(а)пирена на
5-й день исследования были снижены на 25–35% по
сравнению с 70% у полностью отказавшихся от нико-
тина, уровни ННК и ННН у «двойных» курильщиков
были снижены на 19–22 и 30–37% соответственно
по сравнению с 66 и 98% в группе без никотина.
Уровни ЛОС, акролеина, бензола, 1,3-бутадиена, кро-
тональдегида и акрилонитрила в группах «двойных»
курильщиков снизились на 20–33%, 21–30%, 7–26%,
20–33%, 24–32% соответственно, а у отказавшихся от
всех видов никотина – на 87%, 94%, 84%, 88%, 86% соот-
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

215
ветственно. Полученные результаты указывают, что за
весьма непродолжительный срок даже при частичном
отказе от курения традиционных табачных изделий и
их замене на ЭС происходит значительное снижение
экспозиции к токсическим и канцерогенным ком-
понентам табачного дыма. Еще более значительное
снижение всех маркеров экспозиции наблюдается
при полном отказе от потребления любых никотин-
содержащих продуктов. Интересно, что отмеченное
снижение уровней биомаркеров экспозиции в группе
«двойных» курильщиков пропорционально снижению
потребления ими традиционных сигарет. Исследова-
ние еще раз продемонстрировало потенциальные
возможности ЭС в качестве альтернативного метода
снижения вредного воздействия на организм табака
и необходимость регулирования этих устройств от-
дельно от табачных изделий, использующих горение.В исследовании, в котором приняли участие 20
курильщиков, которые добровольно отказались на
2-й неделе от традиционного курения и перешли
на потребление ЭС, в образцах мочи было изучено
содержание никотина, его метаболита котинина и
метаболитов основных токсических и канцерогенных
веществ. Образцы мочи брались в 1, 7 и 14-й дни ис-
следования. Значительного различия в моче никотина
и котинина обнаружено не было. Что же касается из-
менения уровней других биомаркеров при переходе
от обычных сигарет на ЭС, статистически значимое
снижение было отмечено для 4 канцерогенных ве-
ществ: ННК – 97 ± 60 нг/г и 80 ± 69 нг/г на 7-й и 14-й
дни измерения по сравнению с 225 ± 165 нг/г в 1-й
день, до начала использования ЭС (p <0,001); 1,3-бута-
диена – 300 ± 478 нг/г и 305 ± 887 нг/г по сравнению
с 1912 ± 1283 нг/г (p<0,05); бензола – 159 ± 193 нг/г и
188 ± 481 нг/г по сравнению с 792 ± 674 нг/г (p<0,05)
и акрилонитрила – 51 ± 58 нг/г и 45 ± 66 нг/г по срав-
нению с 212 ± 178 нг/г (p< 0,05). Авторы подтвердили
ранее полученные результаты о сохранении среднего
уровня потребления никотина курильщиками при
переходе на ЭC. В то же время было показано значи-
тельное снижение уровней метаболитов известных
канцерогенных и токсических веществ при исполь-
зовании ЭС по сравнению с курением. Полученные
результаты еще раз указывают на необходимость
более глубокого и расширенного исследования раз-
личных аспектов влияния потребления ЭС и особенно
его отдаленных эффекптов [84]. Особое внимание хотелось бы уделить совмест-
ному исследованию ученых из Лондонского уни -
верситета (University College, London), Россвел Парк
Института онкологии (Rosswel Park Cancer Institute,
Buffalo) и Центра контроля болезней и профилактики
(CDC, Atlanta, США), в котором изучался долгосроч-
ный эффект ЭС на здоровье человека и которое сразу
же после его публикации вызвало большой резонанс
в мировой научной прессе. Впервые были получены
результаты длительного воздействия ЭС на организм человека [85]. Целью исследования было изучить,
насколько длительное использование «только ЭC»,
«только НЗТ», «сочетанного использования традици-
онных сигарет и НЗТ» и «двойного» курения связано
с различиями в уровнях метаболитов никотина, ТСНА
и ЛОС по сравнению с потреблением «только тради-
ционных сигарет». Лица, использующие только НЗТ
(включая жевательные резинки и пластыри), являлись
контрольной группой, так как в отличие от ЭС про-
филь безопасности продуктов НЗТ был достаточно
хорошо изучен, и эффективность их потребления в
целях отказа от курения была доказана. Набор участ-
ников происходил в Лондоне и близлежащих районах
строго в соответствии с установленными протоколом
параметрами. Один раз в месяц участники посещали
лабораторию для сдачи проб выдыхаемого воздуха,
слюны и мочи. Внимание акцентировалось на мета-
болитах, связанных с существенными рисками, об-
условленными курением. В таблице 3 представлены
уровни маркеров в процентах от соответствующих
показателей при курении только обычных сигарет.
Суммарный показатель никотина и всех его метаболи-
тов в моче был примерно одинаковым во всех группах
и по меньшей мере такой же, как при потреблении
«только традиционных сигарет». У потребителей
«только ЭС» зафиксирован самый низкий уровень ни-
котина. Установлены четкие межгрупповые различия
в уровне метаболита ТСНА – 4-(метилнитрозаминоп)-
1-(3-пиридил)-1-бутапнол (ННАЛ). У потребителей
«только ЭС» концентрация ННАЛ оказалась на 97,5%
ниже, а у потребителей «только НЗТ» на 88,4% ниже,
чем у курящих обычные сигареты. Группы «традици-
онная сигарета + ЭС» и «традиционная сигарета + НЗТ»
имели схожие высокие уровни метаболитов ТСНА.

В моче потребителей «только ЭС» концентрации акри-
лонитрила и бутадиена были на 97,1% и 89,0% ниже,
чем у потребителей «только традиционных сигарет».
Уровни акрилонитрила и бутадиена у потребителей
«только НЗТ» также были ниже на 89,5% и 80,1% и
составили 19,9% от уровня потребителей «только
традиционных сигарет». Уровни остальных метаболи-
тов ЛОС были также значительно ниже, чем в группе
потребления «традиционных сигарет». Установлено,
что у бывших курильщиков, перешедших «только
на ЭС» или получающих «только НЗТ», примерно
одинаковые концентрации никотина, которые ниже,
чем у потребителей «только традиционных сигарет».
Долгосрочное применение «только ЭС» и «только НЗТ»
связано со снижением концентраций известных кан-
церогенов и токсинов по сравнению с потреблением
«только традиционных сигарет». Необходимо отме -
тить, что уровни маркеров ТСНА и ЛOC были ниже у
потребителей только ЭС, чем только НЗТ. Полученные
результаты сопоставимы с данными литературы об ак-
тивном потреблении никотина только из препаратов
НЗТ при длительном их использовании [86, 87]. То,
что уровень потребления никотина в значительной Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

216
Таблица 3
Скорректированные уроовни биомаркеров токсоических и канцерогеонных веществ
Курильщики Бывшие курильщики
Вещества Биомаркеры/
метаболиты «Двойные»
пользователи
сигарета +НЗТ (n=36) «Двойные»
пользовате- ли сигарета +ЭC (n=36) Пользова-
тели только НЗТ (n=36) Пользова-
тели только ЭС (n=36)
Алкалоиды Процент (95% ДИ)

НикотинВсего никотиновых
эквивалентов
† 104,2
(64,3–168,9) 156,8
(105,1–233,8) 121,6
(62,5–236,8) 126,9
(82,1–196,2)
Никотин
‡ 64,2
(39,2–104,9) 152,2
(90,7–255,1) 135,1
(68,1–268,0) 60,4
(35,8–101,8)
Котинин
‡ 46,8
(26,3–83,3) 69,7
(42,1–115,3) 82,1
(42,9–157,3) 75,1
(45,3–124,4)
ТСНА
4-(метилнитрозаминоп)-
1-(3-пиридил)-1-
бутанон (ННК) 4-(метилнитро-
замино)-1-
(3-пиридил)-
1-бутанол (NNAL) 57,1
(33,1–98,4) 81,2
(49,7–132,8) 11,6
(6,3–21,3) 2,5
(1,5–4,2)
Летучие органически е соединения
Акролеин N-ацетил-S-
(3-гидроксипропил)- L-цистеин (3HPMA) 107,1
(71,8–159,7) 91,2
(60,2–138,2) 35,3
(23,5–53,0) 33,3
(20,9–53,1)
Акриламид N-ацетил-S-
(2-карбамоилэтил)- L-цистеин (AAMA) 80,2
(57,9–111,1) 115,9
(80,8–166,1) 45,4
(32,4–63,5) 42,9
(31,1–59,2)
Акрилонитрил N-ацетил-S-
(2-цианоэтил)-
L-цистеин (CYMA) 85,6
(48,7–150,4) 102,7
(63,7–165,6) 10,5
(5,4–20,6) 2,9
(1,7–4,7)
1,3-Бутадиен N-ацетил-S-
(4-гидрокси-2-бутен-п 1-ил)-L-цистеин (MHBMA3) 101,9
(64,6–160,7) 115,0
(73,2–180,6) 19,9
(12,8–30,7) 11,0
(7,5–16,1)
Этиленоксид, акрилоп-
нитрил, винилхлорид N-ацетил-S-
(2-гидроксиэтил)-
L-цистеин (HEMA) 86,6
(58,7–127,8) 104,0
(73,9–146,4) 54,2
(38,4–76,5) 43,5
(30,8–61,3)
* Процент от уровней у курильщиков только сигарет оценивается по модели, которая скорректирована для всех
переменных в табл. 2. Для метаболитов мочи входные данные для модели были разделены на отношение наблюдаемого
к откорректированномпу ковариатом креатинина.
† Сумма котинина, никотина, транс-3’ -гидроксикотинина, N-оксида котинина, 1’ -оксида никотина, норкотинина,
норникотина, измерепнная в моче.
‡ Измеряется в слюне п(все остальные метабполиты измеряются в мпоче).
НЗТ – никотинзаместпительная терапия.
ЭC – электронная сипгарета.
степени сопоставим в обеих группах («только ЭС» и
«только продукты НЗТ»), а уровни ТСНА и ЛОC ниже
у потребителей ЭС, чем у потребителей НЗТ, позволяет
предположить, что снижение потребности в курении
наблюдается в большей мере у потребителей «только
ЭС» по сравнению с потребителями «только НЗТ». Это может быть обусловлено факторами, отличными от
способов доставки никотина, такими как большая
степень поведенческого сходства потребления ЭС

(в отличие от продуктов НЗТ) с курением. Такое пред -
положение соответствует результатам исследований
факторов, не связанных с никотиновой зависи-
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

217
мостью, т.е. факторов сенсорных систем централь-
ной структуры мозга, которые играют определенную
роль при попытке отказа от курения. Более низкие
уровни канцерогенов и токсинов, связанные с по-
треблением «только продуктов НЗТ» и «только ЭС»,
подтверждают ранее продемонстрированный низкий
риск развития осложнений, возникающих при долго-
срочном использовании продуктов НЗТ [88]. Кроме
того, надо отметить, что существенное снижение
концентрации некоторых канцерогенов и токсинов
в ЭЖ и аэрозолях для ЭС вопреки опасениям отра-
жает содержание их метаболитов в биологических
жидкостях потребителей. Полученные результаты
позволяют сделать следующие важные выводы:
1) полный долгосрочный переход на ЭС может иметь
преимущества для здоровья курящего населения, так
как потребление «только ЭC» существенно снижает
воздействие известных, связанных с потреблением
табака канцерогенов и токсинов; 2) потребление ЭС
может принести пользу только в случае полного от-
каза от курения традиционных сигарет; 3) совместное
потребление традиционных и ЭС не приводит к су-
щественному снижению концентраций метаболитов
токсических и канцерогенных веществ в организме
потребителя; 4) лицам, совмещающим потребление
данных изделий, необходимо рекомендовать отказ от
традиционных сигарет для снижения долгосрочных
рисков для здоровья; 4) полное прекращение по-
требления никотинсодержащих продуктов остается
оптимальным способом избежать вреда [85]. Цитиру-
емая работа получила высокую оценку в рецензиях,
опубликованных в Lancet oncology и BMJ сразу после
ее появления в печати [89, 90]. В рандомизированном клиническом исследо -
вании на протяжении 8 нед изучались и сравнива-
лись маркеры экспозиции к табачным токсикантам
с учетом мотивационно обоснованных привычек
курения и/или использования никотинсодержащих
продуктов, в зависимости от статуса курения, ис-
пользования ЭС и препаратов НЗТ [91]. Все 264 участ-
ника – регулярных курильщиков – были разделены
на следующие группы: 1-я – «двойные» курильщики,
использующие обычные сигареты и ЭС ad libitum;
2-я – мотивационно настроенные на полный переход
на ЭС; 3-я – мотивационно настроенные на полный
переход на НЗТ; 4-я – продолжавшие курить тради-
ционные сигареты. В их образцах мочи оценивалось
содержание маркеров никотина, ТСНА, ПАУ, ЛOC,
а также концентрация СО в пробе выдыхаемого воз-
духа. Уровни биомаркеров через 4 и 8 нед наблюде-
ния представлены в виде отношения к исходному их
уровню в начале исследования. Было показано, что
во 2-й группе уровни всех исследуемых маркеров
были значительно ниже по сравнению с 1-й группой
«двойных» курильщиков: на 8-й неделе концентрация
СО в пробах выдыхаемого воздуха составляла 0,43
(95% ДИ 0,34–0,54) и 0,76 (95% ДИ 0,65–0,90) соот- ветственно, ННК – 0,47 (0,35–0,64) и 0,75 (0,63–0,89)
соответственно, бенз(а)пирена – 0,79 (0,69–0,91) и
1,08 (0,93–1,25) соответственно, акрилонитрила –
0,34 (0,23–0,51) и 0,80 (0,62–1,03) соответственно,
акролеина – 0,53 (0,41–0,69) и 0,78 (0,62–0,97) со-
ответственно, кротональдегида – 0,53 (0,40–0,69) и
0,86 (0,70–1,05) соответственно, акриламида – 0,68
(0,54–0,86) и 0,73 (0,61–0,86) соответственно. Раз-
личия по этим же показателям в 3-й и 2-й группах,

а также в 1-й и 4-й были незначительны. Кроме того,
было отмечено снижение потребления обычных си-
гарет в группе мотивированно перешедших на ЭС по
сравнению с «двойными» курильщиками (p<0,001) и
в группе «двойных» курильщиков по сравнению с про-
должающими курить как обычно (p <0,001). Результаты
исследования в очередной раз продемонстрировали
преимущества полного отказа от курения и перехода
на ЭС. Концентрации основных маркеров табачной
экспозиции у тех курильщиков, которые заменили
табачные изделия на ЭС, были значительно ниже по
сравнению с продолжающими курить и примерно
такие же, как у пользователей НЗТ. Немалая роль
в полном отказе от курения и переходе на ЭС при -
надлежит сформированной при составлении групп
мотивационной составляющей, которая была оценена
и повлияла на результаты. В одной из последних работ для получения более
подробной информации о степени токсичности ЭС
были исследованы уровни биомаркеров, свидетель-
ствующих о возможных системных повреждениях
тканей и органов у пользователей ЭС. Было выявлено,
что пользователи ЭС имеют повышенные уровни
биомаркеров воспаления и окислительного стресса,
дисфункции эндотелия, а также сниженные уровни
противовоспалительныхп медиаторов, которые мо-
гут действовать как факторы риска для повышения
восприимчивости к системным заболеваниям [92].
Основная цель авторов этого исследования заклю-
чалась в идентификации и определении уровней
биологических маркеров, с помощью которых мож-
но было бы проводить оценку состояния здоровья
пользователей ЭС. Однако, несмотря на полученные
достаточно убедительные результаты негативного
воздействия на организм длительной экспозиции
к ЭС (2 года), следует учитывать, что сравнение прово-
дилось с контрольной группой, где такая экспозиция
отсутствовала, т.е. с теми, кто никогда не курил и не ис-
пользовал ЭС. Учитывая, что ЭСДН рассматриваются
как возможный менее вредный для здоровья способ
получения никотина для курильщиков обычных сига-
рет, в том случае, если они откажутся от своей гораздо
более вредной привычки и перейдут на ЭС, было бы
логично сравнить полученные для потребителей ЭС
показатели с курильщиками обычных сигарет. Важно
иметь в виду, что переход на ЭС тоже является мерой
временной, предшествующей полному отказу от по-
требления никотина. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

218
Экспозиция к токсиченским
и канцерогенным вещенствам
при потреблении ЭСНТн
Исследования по изучению влияния потребления
первых поколений ЭСНТ на организм пользователя,
проведенные в разных странах, показали снижение
уровней маркеров экспозиции к токсическим и кан-
церогенным компонентам табачного дыма: никотина,
котинина, 4-(метилнитрозаминоп)-1-(3-пиридил)-1-
бутанона, пирена, 4-аминобифенила, CO, акролеина.
Эти изменения, в свою очередь, сопровождались
положительными и статистически достоверными
сдвигами, характеризующими состояние сердеч-
но-сосудистой системы. Кроме того, в ряде других
исследований было показано, что при переходе от
курения обычных сигарет к использованию ЭСНТ че-
рез несколько дней улучшались показатели спироме-
трии, параметры сердечного ритма и артериального
давления [93–95]. Однако, как было отмечено, наряду
с выявленным снижением потребления никотина,
число «выкуриваемых» стиков возросло на 50–95%,
что не могло удовлетворить ни производителей,
ни, естественно, пользователей. Был сделан вывод,
что ЭСНТ не подавляют абстинентный синдром,
связанный с недополучением потребителем при-
вычной дозы никотина, и, способствуя включению
компенсаторного механизма, приводят к увеличению
поступления в организм потребителя как никотина,
так и других вредных пкомпонентов аэрозоляп ЭСНТ. Клиническое исследование с участием потребите-
лей последующего поколения ЭСНТ, в котором изуча-
лись изменения биомаркеров табачных токсикантов
в крови и моче лиц, перешедших на использование
ЭСНТ, по сравнению с продолжавшими курить, по -
казал, что замена сигарет на ЭСНТ существенно
снизила уровни биомаркеров токсических веществ.
В некоторых случаях эти показатели не превышали
таковые в организме людей, полностью отказавшихся
от курения. Выявлено, что токсических и канцероген-
ных веществ, характерных для табачного дыма, таких
как формальдегид, ацетальдегид, ацетон, акролеин,
кротональдегид, в биологических образцах пользо -
вателей ЭСНТ содержится значительно меньше, чем
в биологических жидкостях людей, продолжающих
курить [96]. В 2016–2018 годах были опубликованы результаты
серии краткосрочных рандомизированных клиниче-
ских исследований, являющихся частью глобального
проекта оценки экспозиции пользователя к токсиче-
ским и канцерогенным компонентам аэрозоля ЭСНТ и
потенциального риска ассоциированных с курением
заболеваний у пользователей последнего поколения
ЭСНТ [97–99]. Изучались ЭСНТ нового поколения,
широко представленные на рынках Европы и Японии
и претендующие на статус продукта модифициро-
ванного риска. Ниже приводится описание одного из этих исследований, которое было выполнено

в крупной диагностической клинике Хигаши Синдзю-
ку (Higashi Shinjuku Clinic, Токио, Япония), с соблю-
дением единого протокола [98]. В исследование были
отобраны здоровые курильщики в возрасте 23–65 лет,
курящие на протяжении последних 3 лет и выкури-
вающие в день не менее 10 сигарет с максимальным
содержанием никотина 1 мг/сигарета и которые не
планировали отказаться от курения в ближайшие 3
месяца, но были способны и готовы к 5-дневному воз-
держанию от этой привычки. Максимальный период
наблюдения за участниками исследования составлял
4 недели. В итоге после тщательного отбора и много-
ступенчатых проверок в исследование было включено
158 человек. Был проведен анализ опасных и по -
тенциально опасных веществ (ОПОВ), содержание
которых в табачном дыме обычных сигарет, согласно
рекомендациям ВОЗ и FDA, должны быть снижены:
ОПОВ, специфичные для сигаретного дыма и редко
или никогда не присутствующие в других источниках;
ОПОВ, относящиеся как к широкому классу химиче-
ских веществ, так и к классу органных токсикантов,
определенных FDA (канцерогенов, кардиотоксикан-
тов, легочных и других токсикантов, веществ, вызы-
вающих зависимость); ОПОВ, формирующиеся при
разных температурных уровнях; ОПОВ, различные по
продолжительности действия (от нескольких часов
до 2 нед и более). В общей сложности изучена экс-
позиция к 16 ОПОВ в группе, использовавшей ЭСНТ,
по сравнению с группой курильщиков и группой,
в которую были включены лица, временно отказавши -
еся от курения. Измерения проводились в образцах
крови и суточной мочи. Переход от курения к исполь-
зованию ЭСНТ привел к значительному снижению
экспозиции ко всем ОПОВ в биологических образцах
пользователей нагревательного табака по сравнению
с лицами, продолжавшими курить. Концентрация в
моче биомаркера бензола (S-PMA) снизилась на 84%,
бенз(а)пирена (3-OH- B[a]P) – на 70%, 1,3-бутадиона
(MHBMA) – на 77%, акролеина (3-HPMA) – на 48%,
толуидина (o-tol) – на 49%, кротональдегида
(3-HMPMA) – на 38 %, 4-аминобифенила (4-ABP) – на
82%, этилен оксида (HEMA) – на 54%, оксида углерода
(COHbb) в крови – на 52%. Переход от курения к ис-
пользованию ЭСНТ даже на 5 дней привел к сниже-
нию экспозиции к ОПОВ в целом от 47% до 96%, при-
близив их к уровням, отмеченным в группе временно
отказавшихся от курения. В то же время экспозиция
к ННН, акролеину (3-HPMA), 4-(метилнитрозаминоп)-
1-(3-пиридил)-1-бутапнолу(NNAL), кротональдегиду
(3-HMPMA) и бенз(а)пирену (3-OH-B[a]P) в группе,
использующей ЭСНТ, были несколько выше, чем в
группе временно отказпавшихся от курения п[100]. Полученные результаты свидетельствуют, что про -
цесс нагревания табака по сравнению с его горением
приводит к снижению экспозиции к ОПОВ у лиц, ис-
пользующих ЭСНТ. В тоже время ЭСНТ обеспечивает
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

219
пользователям необходимую им доставку в организм
никотина на уровне, приближенном к уровню ни-
котина при курении обычных табачных продуктов.
Разницы в концентрации никотина или котинина,
метаболита никотина, между лицами, входящими
в разные группы, не обнаружено. Однако можно
предположить, что короткий период наблюдения за
испытуемыми не позволил в полной мере оценить
уровень экспозиции как к никотину, так и к некото-
рым другим ОПОВ при переходе от курения сигарет
к использованию ЭСНТ в долгосрочной перспективе,
что является очевидным недостатком этого и других
краткосрочных исследований. Для подтверждения
полученных несомненно интересных и достаточно
убедительных результатов, а также для изучения
других неучтенных в данной работе факторов не-
обходимо проведение долгосрочных исследований.
Необходимо отметить, что большинство работ
о влиянии экспозиции к продуктам ЭСНТ на организм
человека, как и исследований, посвященных хими -
ческому составу аэрозоля ЭСНТ, были выполнены в
лабораториях производителей или при их поддержке.
В своем упомянутом выше обзоре Simonavicius и соавт.
отметили, что за 10 лет, предшествующие подготовке
обзора (2009–2017 годы), были опубликованы данные
лишь одного независимого клинико-лабораторного
исследования влияния потребления ЭСНТ на не-
которые биомаркеры табачной эмиссии [78, 101].
В условиях лаборатории сравнивалась концентрация
никотина в плазме и СО, в выдыхаемом воздухе до, во
время и после двух серий 10 затяжек при использо-
вании ЭСНТ, ЭС и традиционных сигарет. Из 40 по-
тенциальных участников эксперимента в итоге, были
отобраны 16 регулярных курильщиков, никогда ранее
не использовавших ЭСНТ и ЭС, которых разделили на
3 группы. Помимо взятия биологических проб, участ-
ники заполняли анкеты с вопросами о самочувствии,
ощущениях, чувстве удовлетворения используемым
продуктом и др. Концентрация никотина в плазме
крови в конце эксперимента у куривших обычные
сигареты составляла 23,7 нг/мл, у пользователей
ЭСНТ – 16,4 нг/мл, а ЭС – 9,5 нг/мл (p <0,025). Средняя
концентрация СО в дыхательных пробах у курив -
ших сигареты после 2-й серии затяжек была равна
16,9 пм, у пользователей ЭСНТ – 4,5 пм и ЭС – 4 пм, и
эта разница была статистически достоверна (p <0,017).
Уровни СО, который образуется при горении табака,
в пробах пользователей ЭСНТ и ЭС не отличались.
Таким образом, у пользователей ЭСНТ в результате
двух 3-минутных использований устройства было
отмечено снижение концентрации никотина и СО
по сравнению с курящими, но не с пользователями
ЭС. Кроме того, судя по ответам на вопросы анкеты,
эффективность ЭСНТ и ЭС для снижения симптомов
абстиненции уступала традиционным сигаретам.
Авторы эксперимента отмечают необходимость
дальнейших исследований ЭСНТ с учетом максималь- но возможного спектра ОПОВ, ассоциированных
с табачным дымом. Особое внимание, по мнению
авторов, следует обратить на цель и способы ис-
пользования инновационного устройства. Важно
знать, используются ли они для замены традицион-
ных сигарет, способствуя, таким образом, снижению
уровня экспозиции к табачным токсикантам, или же
для «двойного» курения в качестве дополнительного
элемента, а возможно и для добавочных включений
(марихуана и др.).
Ниже мы остановимся на независимых лаборатор -
ных исследованиях по изучению эффекта пассивного
курения и влияния потребления ЭСНТ на загрязнение
воздуха в помещении. В них изучалось содержание
мельчайших частиц табачного дыма и аэрозоля ЭС
и ЭСНТ в закрытом помещении [102]. В результате
курения сигарет и ЭСНТ в закрытом помещении
площадью около 50 м
2, снабженном окном и дверью,
было показано, что размер частиц в результате эмис-
сии электронных устройств был в 4 раза меньше по
сравнению с сигаретным дымом. Кроме того, части-
цы, поступившие в воздух помещения в результате
традиционного курения, сохранялись в нем гораздо
дольше, чем частицы аэрозоля ЭС и ЭСНТ. Частицы
аэрозоля слипались друг с другом, в результате раз-
мер их увеличивался, и они быстро оседали. Кроме
того, размер 50% всех УМЧ как в табачном дыме, так
и в аэрозоле электронных устройств был настолько
мал, что вероятность того, что они могут достичь аль-
веол легкого, крайне мала. Тем не менее необходимо
учесть, что частичное их попадание в дыхательную
систему все же происходит. Это важно помнить при
использовании электронных устройств в реальных
условиях в закрытых помещениях ограниченной
площади. Концентрация УМЧ в воздухе помещения
площадью 50 м
2 после традиционного курения была
в 4 раза выше, чем после потребления ЭС и ЭСНТ.
Концентрация УМЧ, выделенных табачным дымом,
оставалась высокой в течение 6 часов, в то время
как концентрация УМЧ, выделенных аэрозолем,
быстро снижалась. Экспозиция к УМЧ в помещении
в результате курения сигарет, потребления ЭСНТ
и ЭС соответствует уровню экспозиции к УМЧ при
нахождении в транспортной пробке на протяжении
49, 12 и 10 мин. соответственно. Этими же авторами
показано, что концентрации наночастиц в воздухе
помещения после потребления ЭС и ЭСНТ были
значительно ниже (не превышали 1,60×10
8/кг массы
тела), чем после курения обычных сигарет, в которых
происходит горение табака. Тем не менее содержание
наночастиц в аэрозоле ЭСНТ было на 50–110% выше
по сравнению с ЭС. В пользу обоснованности снижения риска, связан-
ного с потреблением ЭСНТ, говорят и исследования
российских ученых, участвовавших в работе 6-го
Глобального форума по никотину, который прошел
в 2019 году в Варшаве. Ученые Института фундамен- Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

220
тальной медицины и биологии Казанского феде-
рального университета представили на форуме пока
еще не опубликованные результаты 1-го российского
исследования ЭСНТ, выполненного по поручению
правительства РФ. Краткосрочное исследование
включало 60 курильщиков, которые были разделены
на 3 группы: продолжавших курить обычные сигаре-
ты, перешедших на ЭСНТ и полностью отказавшихся
от курения. Уровни карбоксигемоглобина (маркер
экспозиции к CO) в крови и метаболитов токсических
и канцерогенных веществ в моче курильщиков, пере-
шедших на использование ЭСНТ, были сопоставимы
с соответствующими показателями участников 3-й
группы (полностью отказавшихся от курения на вре-
мя проведения эксперимента). В группе, в которой
все участники перешли на ЭСНТ, и группе полностью
отказавшихся от курения уровень карбоксигемогло-
бина существенно снизился. В этих 2 группах он
был сопоставим и статистически значимо отличался
от показателей тех, кто продолжал курить обычные
сигареты. Такая же картина наблюдалась с мета-
болитами меркаптуровых кислот (меркаптуровые
кислоты образуются в организме при поступлении
в него ароматических углеводородов, галоген- или
нитропроизводных алифатических и ароматических
углеводородов). Их количество у добровольцев, пере-
шедших на ЭСНТ, было практически таким же, как у
тех, кто отказался от курения, и заметно отличалось от
показателей тех, кто продолжал курить сигареты [103].
Опрос участников исследования показал, что уже на
5–6-й день эксперимента те, кто пользовался ЭСНТ,
стали реже кашлять, у них уменьшилось количество
выделяемой мокроты. Авторы исследования считают,
что, несмотря на полученные результаты, указываю-
щие на пониженную экспозицию к канцерогенным
и токсическим веществам у людей, использующих
ЭСНТ, для изучения долгосрочного эффекта ЭСНТ
на организм человека необходимо провести долго-
срочные исследования с большим числом участников.Клиническое рандомизированное мультицен-
тровое исследование, одобренное FDA, проводилось
в 20 центрах в разных штатах США. В нем приняли
участие 1000 добровольцев-курильщпиков, половина
из которых на протяжении 6 месяцев продолжали
курить традиционные сигареты, а 2-й группе было
предложено использовать ЭСНТ. Целью исследования
было доказать, что переход от курения традиционных
сигарет на ЭСНТ приводит: а) к снижению экспозиции
к биомаркерам токсических и канцерогенных ве-
ществ, содержащихся в табачном дыме; б) улучшению
биологических и функциональных характеристик со-
стояния здоровья [104]. В итоге из 8 определенных пе-
ред началом исследования показателей снижения вре-
да в результате перехода от курения сигарет на ЭСНТ
было выявлено 5 статистически значимых значений,
подтверждающих первоначальную гипотезу. Было
показано, что в моче участников исследования, пере -шедших на ЭСНТ, на 43,5% (p
<0,001) снижена концен-
трация одного из основных маркеров канцерогенных
ТСНА (NNAL); в пробах выдыхаемого воздуха на 33%
( р <0,001) снижен уровень СО (COHb). Также в этой груп-
пе было отмечено достоверное повышение (p <0,001)
холестерина высокой плотности (HDL-C mg/dL),
статистически достоверное (p<0,001) снижение чис-
ла лейкоцитов и увеличение ОФВ за 1 с (р =0,008).
Выявленные биологические и функциональные
изменения соответствуют картине положительной
динамики, характерной для отказа от курения, и еще
раз подтверждают эффективность инновационных
продуктов нагревания табака для снижения риска раз-
вития табакозависимых заболеваний у курильщиков. 30 апреля 2019 года FDA официально заявило,
что разрешает продажу ЭСНТ – IQOS (FDA permits
sale of IQOS tobacco heating system). Пресс-релиз FDA
о разрешении продавать IQOS в США опубликован на
официальном cайте организации [105]. Заявку IQOS,
которая должна была соответствовать рекомендаци-
ям FDA, в агентстве рассматривали в течение 2 лет
[106]. За это время комитет по табачным изделиям
FDA провел ряд исследований в своих лабораториях.
Исследования касались наиболее опасных и потен-
циально опасных для здоровья веществ: никотина,
СО, канцерогенных веществ: формальдегида, бенз(а)
пирена, акролеина. Также эксперты изучали, является
ли IQOS полноценной заменой сигаретам или про-
сто увеличивает потребление никотинсодержащих
продуктов, мотивируя курильщиков применять
и сигареты и стики. FDA считает, что разрешение
на продажу этого продукта в США соответствует
интересам охраны здоровья. Наряду с некоторыми
ключевыми соображениями определено, что продукт
выделяет более низкие уровни некоторых токсинов
по сравнению с сигаретами, в которых происходит
горение табака. Система содержит значительно
меньше вредных веществ, и их выявленные уровни
значительно ниже, чем в сигаретном дыме. Напри-
мер, концентрация углекислого газа в аэрозоле IQOS
сопоставима с его уровнем в атмосферном воздухе,
а концентрации бенз(а)пирена, акролеина и фор -
мальдегида на 89–95% ниже, чем в сигаретах, в кото-
рых табак горит. Кроме того, IQOS выделяет никотин
на таком же уровне, как и обычные сигареты, что ука -
зывает на то, что возможен полный переход куриль-
щиков исключительно на потребление IQOS. «Главной
целью FDA является защита населения, особенно,
молодежи, от болезней, ассоциированных с курени-
ем, и смерти от них. Разрешение на продажу этого
изделия не означает, что оно абсолютно безопасно,
однако его маркетинг (продажа) соответствует нашим
представлениям о защите общественного здоровья
в целом. Это включает в себя эффект, который новый
продукт может оказать на потребление никотина и
табака молодыми людьми, а также его потенциал
с точки зрения полного перехода на его использова-
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

221
Список литературы
1. Drope J., Schluger N., Cahn Z. et al. The Tobacco Atlas// Atlanta. – American Cancer Society and Vital Strategies. –
2018. 2. Федеральный закон «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и
последствий потребления табака» от 23.02.2013 N 15-ФЗ. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.consultant.
ru/document/cons_dпoc_LAW_142515. 3. Рамочная конвенция ВОЗ по борьбе против табака. – 2003. – [Электронный ресурс] – URL: https://apps.
who.int/iris/bitstпream/handle/10665/4п2811/9789244591017п_rus.pdf?sequence=п4. 4. Global Adult Tobacco Survey. Country Report, Russian Federation. – 2009. – [Электронный ресурс] – URL:
https://www.who.int/tobacco/sпurveillance/en_tfi_gats_russian_couпntryreport.pdf. 5. Global Adult Tobacco Survey (GATS): Russian Federation. Country Report – 2016. – [Электронный ресурс] –
URL: http://www.euro.who.int/__daпta/assets/pdf_file/0010/392887/gaпts-rus-rep-eng.pdf?ua=1. 6. ВЦИОМ. Курение в России: мониторинг. – [Электронный ресурс] – URL: https://wciom.ru/index.
php?id=236&uid=116п248. 7. Сахарова Г., Антонов Н., Салагай О. Мониторинг распространенности потребления табака в Российской
Федерации: Глобальный опрос взрпослого населения в п2009 и 2016// «МЕДпИЦИНА» – 2017. – №п 2. ние взрослых курильщиков сигарет, в которых проис-
ходит горение табака», – комментирует решение FDA
Митч Зеллер (Mitch Zeller), директор центра FDA по
табачным продуктам [п105].
В июле 2020 года FDA приняло решение, разреша-
ющее маркетинг IQOS – систем нагревания табака,
как табачного продукта модифицированного риска,
с уточнением, что его потребление связано со сни-
женным воздействием на организм (по сравнению
с сигаретами) токсических и канцерогенных веществ.
Директор Центра FDA по табачной продукции счита-
ет, что это решение FDA принесет пользу здоровью на-
селения. Это второе решение, принятое FDA с апреля
2019 года по этому продукту. В апреле 2019 года был
разрешен маркетинг IQOS, как табачного продукта,
аэрозоль которого содержит меньше токсических
и канцерогенных веществ. А последнее заключение
уже уточняет, что потребление IQOS связано со сни-
женным воздействием вредных веществ на организм
пользователя. Решение FDA основано на следующих
данных: в IQOS табак нагревается, а не горит; это
значительно снижает образование опасных и по-
тенциально опасных веществ; научные исследования
показали, что переход полностью с традиционных
сигарет на IQOS достоверно снижает воздействие на
организм потребителя 15 опасных и потенциально
опасных веществ, включая канцерогенные вещества
(формальдегид, акролеин, бенз(а)пирен и другие ПАУ,
табакоспецифическиеп нитрозоамины) [106п]. Накопленные в течение многих десятилетий зна-
ния о связи курения с заболеваемостью и смертно-
стью от хронических неинфекционных заболеваний,
подкрепленные относительно новыми научными дан-
ными об отрицательном влиянии курения на прогноз
заболевания у онкологических больных, подтвержда-
ют важность для здоровья нации полной ликвидации
курения табака. Очень важное клиническое значение
имеет отказ от курения онкологическими больными. Для курильщиков с сильной никотиновой зави-
симостью, которые не только не могут, но и не хотят отказаться от курения и которые будут продолжать
курить, если им не предоставить менее опасную и
приемлемую для них альтернативу, целесообразно пе-
рейти на ЭСДН. Аэрозоль ЭСНД содержит значительно
меньше токсических и канцерогенных веществ, чем
сигаретный дым, и, скорее всего, наносит потреби-
телю меньше вреда, чем традиционные сигареты.
Однако для снижения риска, связанного с курением,
курильщикам, которые решили использовать для
отказа от курения ЭСНД, необходимо полностью от-
казаться от курения традиционных сигарет.
Если учитывать эффективность ЭСДН для отказа
от курения, переход на них для многих курильщиков
будет этапом для полного отказа от курения. Для
онкологических больных, которым отказ от много-
летней привычки дается значительно тяжелее, чем
здоровым курильщикам, переход на ЭСДН поможет
нивелировать отрицательный эффект курения на
прогноз. Применение лекарственных препаратов,
рекомендованных для отказа от курения, включая
НЗТ, скорее всего, будет дополнительным бременем
для их и так «перенапсыщенной» лекарствапми жизни. Представленный в обзоре российский опыт сни-
жения уровней смолы в советских сигаретах, сопро-
вождающийся значительным падением показателей
смертности от РЛ, рака гортани, рака полости рта и
других форм рака, ассоциированных с курением; сни-
жение смертности от РЛ среди британцев молодого
возраста, связанное с переходом молодого поколения
курильщиков на сигареты с фильтром; аналитические
эпидемиологические исследования, которые доказа-
ли, что величина ОРп развития РЛ зависит от индексап
экспозиции к смоле, – подтверждают, что снижение
вреда курения (tobacco harm reduction) уменьшает
заболеваемость и смертность от ассоциированных
с курением форм рака и, соответственно, является
эффективным методом профилактики. Научно обо-
снованная (evidence based) профилактика – наиболее
действенное направление в снижении смертности от
всех причин. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

222
8. WHO. European tobacco use: Trends report 2019. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.euro.who.
int/__data/assets/пpdf_file/0006/413268/Tobacco-Trends-Report-RUS.pdпf?ua=1. 9. World Health Assembly, 66. Draft comprehensive global monitoring framework and targets for the prevention
and control of noncommunicable diseases: formal meeting of the Member States to conclude the work on the
comprehensive global monitoring framework, including indicators, and a set of voluntary global targets for the
prevention and control of noncommunicable diseases: report by the Director-General. – 2013. – [Электронный
ресурс] – URL: httpпs://apps.who.int/irпis/handle/10665/10п5633. 10. Всемирная организация здравоохранения. Доклад ВОЗ о глобальной табачной эпидемии, 2019 г.:
предложение помощи в целях прекращения употребления табака: краткое резюме. – 2019. – [Электронный
ресурс] – URL: httpпs://apps.who.int/irпis/handle/10665/32п6047. 11. Заридзе Д.Г. Табак – основная припчина рака// Москва: п«Има-пресс». – 2012п. – 208 с.
12. Заридзе Д.Г., Каприн А.Д., Стилиди И.С. Динамика заболеваемости и смертности от злокачественных
новообразований в Ропссии// Вопросы онкоплогии. – 2018, – № п5. – С. 578–591. 13. IARC Monographs on the Evaluation of Carcinogenic Risks to Humans. Tobacco Smoking// IARC Monogr Eval
Carcinog Risk Chemп Hum. – Lyon, France: IARC Press; 1986. – Vol. 38. 14. IARC Working Group on the Evaluation of Carcinogenic Risk to Humans. Tobacco Smoke and Involuntary
Smoking// IARC Monogr Eval Carcinog Risks пHum. – Lyon, France: IARC Press; 2004. – Vol. 83. 15. Заридзе Д.Г., Мукерия А.Ф. Влияние курения на прогноз заболевания у онкологических больных//
Вопросы онкологии. п– 2019. – № 3. – Сп. 321–329. 16. National Center for Chronic Disease Prevention and Health Promotion (US) Office on Smoking and Health.
The Health Consequences of Smoking – 50 Years of Progress: A Report of the Surgeon General. Atlanta (GA): Centers
for Disease Controпl and Prevention (US). – 2п014. 17. Dressler C.M. Is it more important to quit smoking than which chemotherapy is used?// Lung Cancer. –
2003. – Vol. 39(2). – P. 119–124. 18. Toll B.A., Brandon T.H., Gritz E.R. et al. Assessing tobacco use by cancer patients and facilitating cessation: an
American Associatiпon for Cancer Reseпarch policy statemпent// Clin Cancer пRes. – 2013. – Vol. 19(8). – P. 1941–8. 19. Ehrenzeller M.F., Mayer D.K., Goldstein A. Smoking Prevalence and Management Among Cancer Survivors//
Oncol Nurs Forum. – 2018. – Vol. 45(1). – P. 55–68. 20. Hanna N. Helping patients quit tobacco: ASCO’s efforts to help oncology care specialists// J Oncol Pract. –
2013. – Vol. 9(5). – P. 263–4. 21. WHO. The Globaпl Cancer Observatory. – 2018.
22. Islami F., Torre LA., Jemal A. Global trends of lung cancer mortality and smoking prevalence. Transl Lung Cancer
Res. – 2015. – Vol. 4(4). – P. 327–38. 23. Doll R., Hill A.B.щ Smoking and carciпnoma of the lung: pпreliminary report// Br Med J. п– 1950. – Vol. 2(4682). – P. 739–748.
24. Cancer Survival Rates by Country Population. – [Электронный ресурс] – URL: https://ourworldindata.org/
cancer. 25. Заридзе Д.Г., Давыдов М.И. Скрининг злокачественных опухолей: современное состояние и перспективы//
Вестник московского понкологического общпества. – 2014. – № п3(606). – С. 2–6. 26. Russell M. Low-tar medium-nicotine cigarettes: a new approach to safer smoking// BMJ. – 1976. – Vol. 1. –
P. 1430–1433. 27. Peto R. Overview of cancer time-trend studies in relation to changes in cigarette manufacture// IARC Sci
Publ. – 1986. – Vol. 74. – P. 211–26. 28. Hammond E.C., Garfinkel L., Seidman H., Lew E.A. «Tar» and nicotine content of cigarette smoke in relation to
death rates// Environ Resп. – 1976. – Vol. 12(3). – P. 263–74. 29. Lee P.N., Garfinkel L. Mortality and type of cigarette smoked// J Epidemiol Community Health. – 1981. –
Vol. 35(1). – P. 16–22. 30. Stellman S.D. Cigarette yield and cancer risk: evidence from case-control and prospective studies// IARC Sci
Publ. – 1986. – Vol. 74. – P. 197–209. 31. Tobacco: a major international health hazard. Edited by Zaridze DG., Peto R// IARC Scientific Publication. –
1986. – No. 74. 32. Cahill K., Stevens S., Perera R., Lancaster T. Pharmacological interventions for smoking cessation: an overview
and network meta-analysis/п/ Cochrane Database Syst пRev. – 2013. – Vol. 5. 33. Clinical Practice Guideline Treating Tobacco Use and Dependence 2008 Update Panel, Liaisons, and Staff.
A clinical practice guideline for treating tobacco use and dependence: 2008 update. A U.S. Public Health Service
report// Am J Prev Med. – 2008. – пVol. 35(2). – P. 158–76. 34. Kasza K.A., Hyland A.J., Borland R. et al. Effectiveness of stop-smoking medications: findings from the
International Tobacco Control (ITпC) Four Country Surveyп// Addiction. – 20п13. – Vol. 108(1). – P. 193–202. 35. Leas E.C., Pierce J.P., Benmarhnia T. et al. Effectiveness of Pharmaceutical Smoking Cessation Aids in a Nationally
Representative Cohort пof American Smokerпs// J Natl Cancer пInst. – 2018. – Vol. 110(6). – P. 581–587. 36. WHO. Electronic Nicotine Delivery Systems and Electronic Non-Nicotine Delivery Systems (ENDS/
ENNDS). – [Электронный ресурс] – URL: https://www.who.int/tobacco/cпommunications/statпements/eletronic-
cigarettes-january-2017п/en.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

223
37. Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека». –
2020. – [Электронныпй ресурс] – URL: htпtp://www.rospotrebnadzor.ru. 38. Зайцева Т.А. Обзор методов определения полициклических ароматических углеводородов в дыме сигарет,
аэрозоле ЭСНТ И ЭСпДН, жидкостях для ЭСпДН// Новые технологипи. – 2019. – № 2(4п8). – С. 57–65. 39. WHO. Tobacco Free Initiative (TFI). – [Электронный ресурс] – URL: https://www.who.int/tobacco/
publications/prod_пregulation/heated-tпobacco-products/enп. 40. Glasser A.M., Katz L., Pearson J. et al. Overview of Electronic Nicotine Delivery Systems: A Systematic Review//
Am J Prev Med. – 2017. – пVol. 52(2). – P. e33–e66. 41. Drope J., Cahn Z., Kennedy R. et al. Key issues surrounding the health impacts of electronic nicotine delivery
systems (ENDS) andп other sources of пnicotine// CA Cancпer J Clin. – 2017.п – Vol. 67(6). – P. 449–471. 42. Bullen C., Howe C., Laugesen M. et al. Electronic cigarettes for smoking cessation: a randomised controlled
trial// Lancet. – п2013. – Vol. 382(9905). – Pп. 1629–37. 43. Jamie H.-B., Hayden McR., Chris B. et al. Electronic cigarettes for smoking cessation. The Cochrane Collaboration.
Published by JohnWпiley & Sons, Ltd. – 2018. 44. Caponnetto P., Campagna D., Cibella F. et al. Efficiency and Safety of an electronic cigarette (ECLAT) as tobacco
cigarettes substitute: a prospective 12-month randomized control design study// PLoS One. – 2013. – Vol. 8(6). –
P. 1–12. 45. Hajek P., Phillips-Waller A., Przulj D. et al. A Randomized Trial of E-Cigarettes versus Nicotine-Replacemeпnt
Therapy// N Engl J Medп. – 2019. – Vol. 380(7). – P. 629–637. 46. Lee S.M., Tenney R., Wallace A.W., Arjomandi M. E-cigarettes versus nicotine patches for perioperative smoking
cessation: a pilot пrandomized trial// пPeer J. – 2018. – Vпol. 6. – P. 1–18. 47. Levy D.T., Yuan Z., Luo Y., Abrams D.B. The Relationship of E-Cigarette Use to Cigarette Quit Attempts and
Cessation: Insights From a Large, Nationally Representative U.S. Survey// Nicotine Tob Res. – 2018 – Vol. 20(8). –
P. 931–939. 48. Benmarhnia T., Pierce J.P., Leas E. et al. Can E-Cigarettes and Pharmaceutical Aids Increase Smoking Cessation
and Reduce Cigarette Consumption? пFindings From a Nationally Rпepresentative Cohort пof American Smokerпs// Am
J Epidemiol. – 201п8. – Vol. 187(11). – P. 2397–2404. 49. IARC Monograph on the Evaluation of Carcinogenic Risks to Humans. Arsenic, metals, fibers and dust// Lyon,
France: IARC Press – Vol. 100C. – P. 1–527. 50. Westenberger B. Evaluation of e-cigarettes. Rockville, MD: US Food and Drug Administration, Center for Drug
Evaluation and Reseaпrch, Division of Pпharmaceutical Analпysis. – 2009. 51. Goniewicz M.L., Knysak J., Gawron M. et al. Levels of selected carcinogens and toxicants in vapour from electronic
cigarettes// Tob Control. – 2014п. – Vol. 23(2). – P. 133–9. 52. Зайцева Т.А., Медведева С.Н. Химический состав аэрозоля сигарет и электрических систем доставки
никотина// Вестник пВГУИТ. – 2018. – № 80(3п). – С. 265–271. 53. Pulvers K., Emami A., Nollen N. et al. Tobacco consuption and toxicant exposure of cigarette smokers using
electronic cigarettes// Nicotine Tпob Res. – 2018. – п№ 20(2). – P. 206–214. 54. Tayyarah R., Long G.A. Comparison of select analytes in aerosol from e-cigarettes with smoke from conventional
cigarettes and with ambпient air// Regul Tпoxicol Pharmacol. п– 2014. – Vol. 70(3). – P. 704–10. 55. Flora J.W., Wilkinson C.T., Wilkinson J.W. et al. Method for the Determination of Carbonyl Compounds in
E-Cigarette Aerosols// J пChromatogr Sci. – п2017. – Vol. 55(2). – P. 142–148. 56. Wagner K.A., Flora J.W., Melvin M.S. et al. An evaluation of electronic cigarette formulations and aerosols
for harmful and potentially harmful constituents (HPHCs) typically derived from combustion// Regul Toxicol
Pharmacol. – 2018.п – Vol. 95. – P. 153–160. 57. Bekki K., Uchiyama S., Ohta K. et al. Carbonyl compounds generated from electronic cigarettes// Int J Environ
Res Public Health.п – 2014. – Vol. 11(11). – P. 11192–200. 58. Farsalinos K.E., Voudris V., Poulas K. E-cigarettes generate high levels of aldehydes only in «dry puff» conditions//
Addiction. – 2015.п – Vol. 110. – P. 1352–1356. 59. Jensen R.P., Luo W., Pankow J.F. Hidden formaldehyde in e-cigarette aerosols// N. Engl J Med. – 2015. –
Vol. 372(4). – P. 392–4. 60. Sleiman M., Logue J.M., Montesinos V.N. et al. Emissions from Electronic Cigarettes: Key Parameters Affecting
the Release of Harпmful Chemicals// Eпnviron Sci Technol. – 2016. – пVol. 50(17). – P. 9644–51. 61. Farsalinos K.E., Voudris V., Spyrou A., Poulas K. E-cigarettes emit very high formaldehyde levels only in conditions
that are aversive to users: A replication study under verified realistic use conditions// Food Chem Toxicol. – 2017. –
Vol. 109(Pt 1). – P. 90–94. 62. Polosa R., Caponnetto P., Morjaria J.B. et al. Effect of an electronic nicotine delivery device (e-Cigarette)
on smoking reduction and cessation: a prospective 6-month pilot study// BMC Public Health. – 2011. –
Vol. 11(786). – P. 1–12. 63. Farsalinos K.E., Voudris V., Poulas K. Are metals emitted from electronic cigarettes a reason for health concern? A
risk-assessment analysis of currently available literature// Int J Environ Res Public Health. – 2015. – Vol. 12(5). – P. 521–32. 64. Williams M., Villareal A., Boshilv K. et al. Metal and silicate particles including nanoparticles are present in
electronic cigarette cartomizer fluid and aerosol//п PLoS One. – 2013.п – Vol. 8(3). – P. 1–11. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

224
65. Lee M.-S., LeBouf R.F., Son Y.S. et al. Nicotine, aerosol particles, carbonyls and volatile organic compounds in
tobacco and menthoпl-flavored e-cigarettes// Environmenпtal Health. – 2017п. – Vol. 16(42). – P. 1–10. 66. Romagna G., Allifranchini E., Bocchietto E. et al. Cytotoxicity evaluation of electronic cigarette vapor extract
on cultured mammalian fibroblasts (Clear Stream-LIFE): comparison with tobacco cigarette smoke extract// Inhal
Toxicol. – 2013. – пVol. 25(6). – P. 354–61. 67. Agency for Toxic Substances and Disease Registry. Toxicological profile for propylene glycol. US Department
of Health and Humaпn Service. 1997, 1п/28/2014. 68. Burstyn I. Peering through the mist: systematic review of what the chemistry of contaminants in electronic
cigarettes tells us aboпut health risks// пBMC Public Health.п – 2014. – Vol. 14(18). P. 1–14. 69. Stephens W.E. Comparing the cancer potencies of emissions from vapourised nicotine products including
e-cigarettes with those oпf tobacco smoke// пTob Control. – 2017п. – Vol. 27. – P. 10–17. 70. Tobacco Advisory Group of the Royal College of Physicians. Nicotine Without Smoke –Tobacco Harm Reduction.
London, UK: Royal College of Physicians. – 2016. – [Электронный ресурс] – URL: https://www.rcplondon.ac.uk/
projects/outputs/nпicotine-without-smпoke-tobacco-harm-rпeduction. 71. Nutt D.J., Phillips L.D., Balfour D. et al. E-cigarettes are less harmful than smoking// Lancet. – 2016. –
Vol. 387(10024). – пP. 1160–2. 72. Hajek P., Etter J.F., Benowitz N. et al. Electronic cigarettes: review of use, content, safety, effects on smokers and
potential for harmп and benefit// Addiction. – п2014. – Vol. 109(11). – P. 1801–10. 73. Callahan-Lyon P. Electronic cigarettes: human health effects// Tob Control. – 2014. – Vol. 23, Suppl 2. – P. ii36-40.
74. Антонов Н.С., Сахарова Г.М., Донитова В.В. Электронные сигареты: оценка безопасности и рисков для
здоровья// Пульмонология. – 2014п. – Т. 3. – С. 122–127.п 75. Farsalinos K.E., Yannovits N., Sarri T. et al. Carbonyl emissions from a novel heated tobacco product (IQOS):
comparison with anп e-cigarette and a tobaccoп cigarette// Addiction. п– 2018. – Vol. 113(11). – P. 209–92106. 76. Committees on toxicity, carcinogenicity and mutagenicity of chemicals in food, consumer products and the
environment (COT, COC and COM). Toxicological evaluation of novel heat-not-burn tobacco products – non-technical
summary. – [Электронный репсурс] – URL: https:/п/cot.food.gov.uk/sites/default/пfiles/heat_not_burnп_tobacco_summary. 77. Bekki K., Inaba Y., Uchiyama S., Kunugita N. Comparison of Chemicals in Mainstream Smoke in Heat-not-burn
Tobacco and Combustпion Cigarettes// J UOEH. – п2017. – Vol. 39(3). – P. 201–207. 78. Simonavicius E., McNeill A., Shahab L., Brose L.S. Heat-not-burn tobacco products: a systematic literature review//
Tob Control. – 2019п. – Vol. 28(5). – P. 582–594. 79. Slob W., Soeteman-Herná ndez L.G., Bil W. et al. A Method for Comparing the Impact on Carcinogenicity of
Tobacco Products: A пCase Study on Heatпed Tobacco Versus Cigarettes// Risk Anal.п – 2020. – P. 1–12. 80. Hecht S.S., Carmella S.G., Kotandeniya D. et al. Evaluation of toxicant and carcinogen metabolites in the urine
of e-cigarette users versus пcigarette smokers// Nicпotine Tob Res. – 2015. – пVol. 17(6). – P. 704–9. 81. McRobbie H., Phillips A., Goniewicz M.L. et al. Effects of Switching to Electronic Cigarettes with and without
Concurrent Smoking on Exposure to Nicotine, Carbon Monoxide, and Acrolein// Cancer Prev Res (Phila). –
2015. – Vol. 8(9). – P. 873–8. 82. Pulvers K., Emami A.S., Nollen N.L. et al. Tobacco Consumption and Toxicant Exposure of Cigarette Smokers
Using Electronic Cпigarettes// Nicotine Tпob Res. – 2018. – пVol. 20(2). – P. 206–214. 83. O’Connell G., Graff D.W., D’Ruiz C.D. Reductions in biomarkers of exposure (BoE) to harmful or potentially
harmful constituents (HPHCs) following partial or complete substitution of cigarettes with electronic cigarettes in
adult smokers// Toxicol Mech Methodпs. – 2016. – Vol. 26(6). – P. 443–454. 84. Goniewicz M.L., Gawron M., Smith D.M. et al. Exposure to Nicotine and Selected Toxicants in Cigarette Smokers
Who Switched to Electronic Cigarettes: A Longitudinal Within-Subjects Observational Study// Nicotine Tob Res. –
2017. – Vol. 19(2). – P. 160–167. 85. Shahab L., Goniewicz M.L., Blount B.C. et al. Nicotine, Carcinogen, and Toxin Exposure in Long-Term E-Cigarette
and Nicotine Replacement Therapy Users: A Cross-sectional Study// Ann Intern Med. – 2017. – Vol. 166(6). – P. 390–400. 86. Shahab L., Beard E., Brown J. et al. Prevalence of NRT use and associated nicotine intake in smokers, recent
ex-smokers and lonпger-term ex-smokerпs// PLoS One. – 20п14. – Vol. 9(11). – P. 1–5. 87. Shahab L., Dobbie F., Hiscock R. et al. Prevalence and Impact of Long-term Use of Nicotine Replacement Therapy
in UK Stop-Smokingп Services: Findings From the ELONS Studпy// Nicotine Tob Res. – 2016. – пVol. 20(1). – P. 81–88. 88. Shields P.G. Long-term nicotine replacement therapy: cancer risk in context// Cancer Prev Res (Phila). –
2011. – Vol. 4(11). – P. 1719–23. 89. Burki T.K. Reduced carcinogпens found in e-cigпarette users// Lanceпt Oncol. – 2017. –п Vol. 18(3).
90. Mayor S. E-cigarettes users have lower carcinogen and пtoxin levels than пsmokers// The BMJ.п – 2017.
91. Hatsukami D., Meier E., Lindgren B.R. et al. A Randomized Clinical Trial Examining the Effects of Instructions
for Electronic Cigarette Use on Smoking-Related Behaviors, and Biomarkers of Exposure [published online ahead of
print, 2019 Dec 12п]// Nicotine Tob Res. – 2019. 92. Singh K.P., Lawyer G., Muthumalage T. et al. Systemic biomarkers in electronic cigarette users: implications for
noninvasive assessment oпf vaping-associated pпulmonary injuries/п/ ERJ Open Res. – п2019. – Vol. 5(4). 93. Munjal S., Koval T., Muhammad R. et al. Heart rate variability increases with reductions in cigarette smoke
exposure after 3 days// J Cardiovasc Pharmacol Therп. – 2009. – Vol. 14(3). – P. 192–8.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

225
94. Unverdorben M., Mostert A., Munjal S. Acute effects of cigarette smoking on pulmonary function// Regul Toxicol
Pharmacol. – 2010.п – Vol. 57(2–3). – P. 241–6. 95. Leroy C.M., Jarus-Dziedzic K, Ancerewicz J. et al. Reduced exposure evaluation of an Electrically Heated Cigarette
Smoking System. Part 7: A one-month, randomized, ambulatory, controlled clinical study in Poland// Regul Toxicol
Pharmacol. – 2012.п – Vol. 64(2 Suppl). –п P. S74–S84. 96. Kogel U., Gonzalez Suarez I., Xiang Y. et al . Biological impact of cigarette smoke compared to an aerosol
produced from a prototypic modified risk tobacco product on normal human bronchial epithelial cells// Toxicol In
Vitro. – 2015. – Vol. 29(8). – P. 2102–15. 97. Martin F., Talikka M., Ivanov N.V. et al. Evaluation of the tobacco heating system 2.2. Part 9: Application of
systems pharmacology to identify exposure response markers in peripheral blood of smokers switching to THS2.2//
Regul Toxicol Pharmacol. п– 2016. – Vol. 81, Suppl. 2. п– P. S151–S157. 98. Haziza C., de La Bourdonnaye G., Merlet S. et al. Assessment of the reduction in levels of exposure to harmful
and potentially harmful constituents in Japanese subjects using a novel tobacco heating system compared with
conventional cigarettes and smoking abstinence: A randomized controlled study in confinement// Regul Toxicol
Pharmacol. – 2016.п – Vol. 81. – P. 489–499. 99. Lüdicke F., Picavet P., Baker G. et al. Effects of Switching to the Tobacco Heating System 2.2 Menthol, Smoking
Abstinence, or Continued Cigarette Smoking on Biomarkers of Exposure: A Randomized, Controlled, Open-Label,
Multicenter Study in Sequential Confinement and Ambulatory Settings (Part 1)// Nicotine Tob Res. – 2018. –
Vol. 20(2). – P. 161–172. 100. Schaller J.P., Keller D., Poget L. et al. Evaluation of the Tobacco Heating System 2.2. Part 2: Chemical composition,
genotoxicity, cytotoxicity, and physical properties of the aerosol// Regul Toxicol Pharmacol. – 2016. – Vol. 81,
Suppl. 2. – P. 27–S47. 101. Lopez A.A., Hiler M., Maloney S. et al. Expanding clinical laboratory tobacco product evaluation methods to
loose-leaf tobaccoп vaporizers// Drug Aпlcohol Depend. – 2п016. – Vol. 169. – P. 33–40. 102. Protano C., Manigrasso M., Avino P., Vitali M. Second-hand smoke generated by combustion and electronic
smoking devices used in real scenarios: Ultrafine particle pollution and age-related dose assessment. Environ Int. –
2017. – Vol. 107. – P. 190–195. 103. Global Forum on Nicotine, GFN 2019. – 2019. – [Электронный ресурс] – URL: https://gfn.net.co/п2019/
media-centre. 104. Lüdicke F.S., Michael A., Nicola L. et al. Effects of Switching to a Heat-Not-Burn Tobacco Product// Cancer
Epidemiol Biomarkeпrs Prev. – 2019. – Vol. 28. – P. 1934–1943. 105. FDA permits sale of IQOS Tobacco Heating System through premarket tobacco product application
pathway. – [Электронный ресурс] – URL: https://www.fda.gov/news-events/press-announcements/пfda-permits-sale-
iqos-tobacco-heatiпng-system-through-пpremarket-tobacco-prпoduct-application-пpathway. 106. FDA (Food and Drug Administration), 2012b. Guidance for Industry e Reporting Harmful and Potentially
Harmful Constituenпts in Tobacco Products anпd Tobacco Smoke underп Section 904(a) (3п) of the Federal Food, Drug,
and Cosmetic Act e Draft Guidance. – [Электронный ресурс] – URL: https://www.fda.gov/news-events/press-
announcements/fda-пauthorizes-marketiпng-iqos-tobacco-heпating-system-reduced-exposure-information.
References
1. Drope J., Schluger N., Cahn Z. et al. The Tobacco Atlas. Atlanta. American Cancer Society and Vital Strategies. 2018.
2. Federal law “On the protection of the health of citizens from the effects of ambient tobacco smoke and the
consequences of tobacco consumption” dated 23.02.2013 No. 15-FL. Available at: http://www.consultant.ru/docпument/
cons_doc_LAW_142515. (In Russп) 3. WHO Framework Convention on Tobacco Control. 2003. Available at: https://apps.who.inпt/iris/bitstream/
handle/10665/42811п/9789244591017_rusп.pdf?sequence=4. 4. Global Adult Tobacco Survey. Country Report, Russian Federation. 2009. Available at: https://www.who.int/
tobacco/surveillanпce/en_tfi_gats_russian_couпntryreport.pdf. 5. Global Adult Tobacco Survey (GATS): Russian Federation. Country Report, 2016. http://www.euro.who.int/__daпta/
assets/pdf_file/0010/392887/gaпts-rus-rep-eng.pdf?ua=1. 6. VTSIOM. Smoking in Russia: monitoring. Available at: https://wciom.ru/index.php?пid=236&uid=116248.п (In Russ)
7. Sakharova G., Antonov N., Salagai O. Monitoring the prevalence of tobacco consumption in the Russian
Federation: Global Adultп Survey in 2009 anпd 2016. Medicine, п2017; 2. (In Russ)п 8. WHO. European tobacco use: Trends report 2019. Available at: http://www.euro.who.int/__daпta/assets/pdf_
file/0006/413268/Tobacco-Trends-Report-RUS.pdпf?ua=1. 9. World Health Assembly, 66. Draft comprehensive global monitoring framework and targets for the prevention
and control of noncommunicable diseases: formal meeting of the Member States to conclude the work on the
comprehensive global monitoring framework, including indicators, and a set of voluntary global targets for the
prevention and control of noncommunicable diseases: report by the Director-General. 2013. Available at: https://
apps.who.int/iris/пhandle/10665/10563п3. 10. World Health Organization. WHO report on the global tobacco epidemic, 2019: offer help to quit tobacco use:
executive summary. 2019. Available at: https://пapps.who.int/iris/пhandle/10665/32604п7. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

226
11. Zaridze D.G. Tobacco is the mainп cause of cancer. Moscow: Ima-press. 2012; 208. (Iпn Russ)
12. Zaridze D.G., Kaprin A.D., Stilidi I.S. Dynamics of morbidity and mortality from malignant neoplasms in Russia.
Oncology Issues. 2п018; 5: 578-591. (Iпn Russ) 13. IARC Monographs on the Evaluation of Carcinogenic Risks to Humans. Tobacco Smoking. IARC Monogr Eval
Carcinog Risk Chemп Hum; 38. Lyon, France: IARC Press; 1986. 14. IARC Working Group on the Evaluation of Carcinogenic Risk to Humans. Tobacco Smoke and Involuntary
Smoking. IARC Monogr Eval Carcinog Risks пHum; 83. Lyon, France: IARC Press; 2004. 15. Zaridze D.G., Mukeria A.F. The effect of smoking on the prognosis of the disease in cancer patients. Questions
of Oncology. 2019; 3: 321-329.п (In Russ) 16. National Center for Chronic Disease Prevention and Health Promotion (US) Office on Smoking and Health.
The Health Consequences of Smoking – 50 Years of Progress: A Report of the Surgeon General. Atlanta (GA): Centers
for Disease Controпl and Prevention (US). 201п4. 17. Dressler C.M. Is it more important to quit smoking than which chemotherapy is used? Lung Cancer. 2003; 39(2):
119–124. doi: 10.10п16/s0169-5002(02)0п0455-5. 18. Toll B.A., Brandon T.H., Gritz E.R. et al. Assessing tobacco use by cancer patients and facilitating cessation: an
American Association for Cancer Research policy statement. Clin Cancer Res. 2013; 19(8): 1941-8.doi: 10.1158/1078-
0432.CCR-13-0666. 19. Ehrenzeller M.F., Mayer D.K., Goldstein A. Smoking Prevalence and Management Among Cancer Survivors. Oncol
Nurs Forum. 2018; 45(1): п55-68. doi: 10.1188п/18.ONF.55-68. 20. Hanna N. Helping patients quit tobacco: ASCO’s efforts to help oncology care specialists. J Oncol Pract. 2013;
9(5): 263-4. doi: 10п.1200/JOP.2013.001026. 21. WHO. The Globaпl Cancer Observatory. 2018.
22. Islami F., Torre LA., Jemal A. Global trends of lung cancer mortality and smoking prevalence. Transl Lung Cancer
Res. 2015; 4(4): 32п7-38. doi: 10.3978/пj.issn.2218-6751.2п015.08.04. 23. Doll R., Hill A.B. Smoking and carcinoma of the lung: preliminary report. Br Med J. 1950; 2(4682): 739–748.
doi: 10.1136/bmj.2.п4682.739. 24. Cancer Survival Rates by Countrпy Population. Available at: https://пourworldindata.org/canпcer.
25. Zaridze D.G., Davydov M.I. Screening of malignant tumors: current status and prospects. Bulletin of the Moscow
Cancer Society. 2014; 3(606): 2-6п. (In Russ) 26. Russell M. Low-tar medium-nicotine cigarettes: a new approach to safer smoking. BMJ. 1976; 1: 1430-1433.
doi: 10.1136/bmj.1.п6023.1430. 27. Peto R. Overview of cancer time-trend studies in relation to changes in cigarette manufacture. IARC Sci Publ.
1986; 74: 211-26. 28. Hammond E.C., Garfinkel L., Seidman H., Lew E.A. “Tar” and nicotine content of cigarette smoke in relation to
death rates. Environ Res.п 1976; 12(3): 263-7п4. doi: 10.1016/001п3-9351(76)90036-0.п 29. Lee P.N., Garfinkel L. Mortality and type of cigarette smoked. J Epidemiol Community Health. 1981; 35(1):
16-22. doi: 10.1136п/jech.35.1.16. 30. Stellman S.D. Cigarette yield and cancer risk: evidence from case-control and prospective studies. IARC Sci
Publ. 1986; 74: 197п-209. 31. Tobacco: a major international health hazard. Edited by Zaridze D.G., Peto R. IARC Scientific Publication.
1986; 74. 32. Cahill K., Stevens S., Perera R., Lancaster T. Pharmacological interventions for smoking cessation: an overview
and network meta-analysis.п Cochrane Database Syst пRev. 2013; 5. doi: 10.п1002/14651858.CD00п9329.pub2. 33. Clinical Practice Guideline Treating Tobacco Use and Dependence 2008 Update Panel, Liaisons, and Staff. A
clinical practice guideline for treating tobacco use and dependence: 2008 update. A U.S. Public Health Service report.
Am J Prev Med. 2008; 35(2п): 158-76. doi: 10.1п016/j.amepre.2008.04.009. 34. Kasza K.A., Hyland A.J., Borland R. et al. Effectiveness of stop-smoking medications: findings from the
International Tobacco Control (ITC) Four Country Survey. Addiction. 2013; 108(1): 193-202. doi: 10.1111/j.1360-
0443.2012.04009.x.п 35. Leas E.C., Pierce J.P., Benmarhnia T. et al. Effectiveness of Pharmaceutical Smoking Cessation Aids in a Nationally
Representative Cohort пof American Smokerпs. J Natl Cancer Iпnst. 2018; 110(6): п581-587. doi: 10.10п93/jnci/djx240. 36. WHO. Electronic Nicotine Delivery Systems and Electronic Non-Nicotine Delivery Systems (ENDS/ ENNDS).
Available at: https://пwww.who.int/tobacco/cпommunications/statпements/eletronic-cпigarettes-january-2017п/en. 37. Federal Service for Supervision of Consumer Rights Protection and Human Well-Being – 2020. Available at:
http://www.rospotrebnadzor.ru. (In Russ) 38. Zaitseva T.A. A review of methods for determining polycyclic aromatic hydrocarbons in cigarette smoke, aerosol
ESNT and ESDN, liquids for ESDN. New Technologies. 2019; 2(48): 57-65. doi: 10.24411/2072-0920п-2019-10206.
(In Russ) 39. WHO. Tobacco Free Initiative (TFI). Available at: https://www.who.int/tobacco/pпublications/prod_rпegulation/
heated-tobacco-proпducts/en. 40. Glasser A.M., Katz L., Pearson J. et al. Overview of Electronic Nicotine Delivery Systems: A Systematic Review.
Am J Prev Med. 2017; 52(2п): e33-e66. doi: 10.п1016/j.amepre.2016.10.036.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

227
41. Drope J., Cahn Z., Kennedy R. et al. Key issues surrounding the health impacts of electronic nicotine delivery
systems (ENDS) andп other sources of пnicotine. CA Canceпr J Clin. 2017; 67п(6): 449-471. doi: 1п0.3322/caac.21413.п 42. Bullen C., Howe C., Laugesen M. et al. Electronic cigarettes for smoking cessation: a randomised controlled
trial. Lancet. 201п3; 382(9905): 1629-п37. doi: 10.1016/S0п140-6736(13)61842-п5. 43. Jamie H.-B., Hayden McR., Chris B. et al. Electronic cigarettes for smoking cessation. The Cochrane Collaboration.
Published by JohnWпiley & Sons, Ltd. 2018. 44. Caponnetto P., Campagna D., Cibella F. et al. Efficiency and Safety of an electronic cigarette (ECLAT) as tobacco
cigarettes substitute: a prospective 12-month randomized control design study. PLoS One. 2013; 8(6): 1-12. doi:
10.1371/journal.poпne.0066317. 45. Hajek P., Phillips-Waller A., Przulj D. et al. A Randomized Trial of E-Cigarettes versus Nicotine-Replacemeпnt
Therapy. N Engl J Med. 20п19; 380(7): 629-637п. doi: 10.1056/NEJMпoa1808779. 46. Lee S.M., Tenney R., Wallace A.W., Arjomandi M. E-cigarettes versus nicotine patches for perioperative smoking
cessation: a pilot пrandomized trial. Pпeer J. 2018; 6: 1-1п8. doi: 10.7717/peeпrj.5609. 47. Levy D.T., Yuan Z., Luo Y., Abrams D.B. The Relationship of E-Cigarette Use to Cigarette Quit Attempts and
Cessation: Insights From a Large, Nationally Representative U.S. Survey. Nicotine Tob Res. 2018; 20(8): 931-939. doi:
10.1093/ntr/ntx166п. 48. Benmarhnia T., Pierce J.P., Leas E. et al. Can E-Cigarettes and Pharmaceutical Aids Increase Smoking Cessation
and Reduce Cigarette Consumption? пFindings From a Nationally Rпepresentative Cohort пof American Smokerпs. Am J
Epidemiol. 2018; 1п87(11): 2397-2404. пdoi: 10.1093/aje/kwпy129. 49. IARC Monograph on the Evaluation of Carcinogenic Risks to Humans. Arsenic, metals, fibers and dust. Lyon,
France: IARC Press; 100C: 1-527. 50. Westenberger B. Evaluation of e-cigarettes. Rockville, MD: US Food and Drug Administration, Center for Drug
Evaluation and Reseaпrch, Division of Pпharmaceutical Analпysis. 2009. 51. Goniewicz M.L., Knysak J., Gawron M. et al. Levels of selected carcinogens and toxicants in vapour from electronic
cigarettes. Tob Control. 2014; п23(2): 133-9. doi: 1п0.1136/tobaccocontпrol-2012-050859. 52. Zaitseva T.A., Medvedeva S.N. The chemical composition of the aerosol of cigarettes and electric nicotine
delivery systems. пBulletin of VGUIT. 2018; 80(3): 265-п271. (In Russ) 53. Pulvers K., Emami A., Nollen N. et al. Tobacco consuption and toxicant exposure of cigarette smokers using
electronic cigarettes. Nicotine Tob Res. 2018; 20(2п): 206-214. doi: 10.п1093/ntr/ntw333. 54. Tayyarah R., Long G.A. Comparison of select analytes in aerosol from e-cigarettes with smoke from conventional
cigarettes and with ambпient air. Regul Toxicol Pharmacol. п2014; 70(3): 704-10п. doi: 10.1016/j.yrпtph.2014.10.010. 55. Flora J.W., Wilkinson C.T., Wilkinson J.W. et al. Method for the Determination of Carbonyl Compounds in
E-Cigarette Aerosols. J Cпhromatogr Sci. 201п7; 55(2): 142–148. пdoi: 10.1093/chromsпci/bmw157. 56. Wagner K.A., Flora J.W., Melvin M.S. et al. An evaluation of electronic cigarette formulations and aerosols for
harmful and potentially harmful constituents (HPHCs) typically derived from combustion. Regul Toxicol Pharmacol.
2018; 95: 153-160. пdoi: 10.1016/j.yrtpпh.2018.03.012. 57. Bekki K., Uchiyama S., Ohta K. et al. Carbonyl compounds generated from electronic cigarettes. Int J Environ
Res Public Health.п 2014; 11(11): 1119п2-200. doi: 10.3390п/ijerph111111192. 58. Farsalinos K.E., Voudris V., Poulas K. E-cigarettes generate high levels of aldehydes only in “dry puff” conditions.
Addiction. 2015; 1п10: 1352-1356. doi: п10.1111/add.12942.п 59. Jensen R.P., Luo W., Pankow J.F. Hidden formaldehyde in e-cigarette aerosols. N. Engl J Med. 2015; 372(4):
392-4. doi: 10.1056п/NEJMc1413069. 60. Sleiman M., Logue J.M., Montesinos V.N. et al. Emissions from Electronic Cigarettes: Key Parameters Affecting the
Release of Harmfulп Chemicals. Enviroпn Sci Technol. 2016; 50(1п7): 9644-51. doi: 10п.1021/acs.est.6b01п741. 61. Farsalinos K.E., Voudris V., Spyrou A., Poulas K. E-cigarettes emit very high formaldehyde levels only in conditions
that are aversive to users: A replication study under verified realistic use conditions. Food Chem Toxicol. 2017; 109
(Pt 1): 90-94. doi: 10п.1016/j.fct.2017.0п8.044. 62. Polosa R., Caponnetto P., Morjaria J.B. et al. Effect of an electronic nicotine delivery device (e-Cigarette) on
smoking reduction and cessation: a prospective 6-month pilot study. BMC Public Health. 2011; 11(786): 1-12. doi:
10.1186/1471-2458-п11-786. 63. Farsalinos K.E., Voudris V., Poulas K. Are metals emitted from electronic cigarettes a reason for health concern?
A risk-assessment analysis of currently available literature. Int J Environ Res Public Health. 2015; 12(5): 5215-32. doi:
10.3390/ijerph1205п05215. 64. Williams M., Villareal A., Boshilv K. et al. Metal and silicate particles including nanoparticles are present in
electronic cigarette cartomizer fluid and aerosol. пPLoS One. 2013; 8(п3): 1-11. doi: 10.13п71/journal.pone.00п57987. 65. Lee M.-S., LeBouf R.F., Son Y.S. et al. Nicotine, aerosol particles, carbonyls and volatile organic compounds in
tobacco and menthoпl-flavored e-cigarettes. Environmentпal Health. 2017; 1п6(42): 1-10. 66. Romagna G., Allifranchini E., Bocchietto E. et al. Cytotoxicity evaluation of electronic cigarette vapor extract
on cultured mammalian fibroblasts (Clear Stream-LIFE): comparison with tobacco cigarette smoke extract. Inhal
Toxicol. 2013; 25(6п): 354-61. doi: 10.3п109/08958378.2013.п793439. 67. Agency for Toxic Substances and Disease Registry. Toxicological profile for propylene glycol. US Department
of Health and Humaпn Service 1997, 1/п28/2014. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

228
68. Burstyn I. Peering through the mist: systematic review of what the chemistry of contaminants in electronic
cigarettes tells us aboпut health risks. BпMC Public Health. п2014; 14(18): 1-14.п doi: 10.1186/1471-п2458-14-18. 69. Stephens W.E. Comparing the cancer potencies of emissions from vapourised nicotine products including
e-cigarettes with those oпf tobacco smoke. Tпob Control. 2017; п27: 10-17. doi: 10.1п136/tobaccocontrolп-2017-053808. 70. Tobacco Advisory Group of the Royal College of Physicians. Nicotine Without Smoke – Tobacco Harm Reduction.
London, UK: Royal College of Physicians. 2016. Available at: https://www.rcplondon.ac.uk/pпrojects/outputs/niпcotine-
without-smoke-tobaпcco-harm-reduction. 71. Nutt D.J., Phillips L.D., Balfour D. et al. E-cigarettes are less harmful than smoking. Lancet. 2016; 387(10024):
1160-2. doi: 10.101п6/S0140-6736(15)00п253-6. 72. Hajek P., Etter J.F., Benowitz N. et al. Electronic cigarettes: review of use, content, safety, effects on smokers and
potential for harmп and benefit. Addiction. 201п4; 109(11): 1801-10п. doi: 10.1111/add.п12659. 73. Callahan-Lyon P. Electronic cigarettes: human health effects. Tob Control. 2014; 23 Suppl 2: ii36-40. doi:
10.1136/tobaccoconпtrol-2013-051470. 74. Antonov N.S., Sakharova G.M., Donitova V.V. Electronic cigarette: assessment of safety and risk for health. Russian
Pulmonology. 2014; 3: 122-127.п (In Russ) 75. Farsalinos K.E., Yannovits N., Sarri T. et al. Carbonyl emissions from a novel heated tobacco product (IQOS):
comparison with an e-cigarette and a tobacco cigarette. Addiction. 2018; 113(11): 2099–2106. doi: 10.1111/add.14365.п 76. Committees on toxicity, carcinogenicity and mutagenicity of chemicals in food, consumer products and the
environment (COT, COC and COM). Toxicological evaluation of novel heat-not-burn tobacco products – non-technical
summary. Available at: https://пcot.food.gov.uk/sites/default/пfiles/heat_not_burnп_tobacco_summary. 77. Bekki K., Inaba Y., Uchiyama S., Kunugita N. Comparison of Chemicals in Mainstream Smoke in Heat-not-burn
Tobacco and Combustпion Cigarettes. J UOEH. 201п7; 39(3): 201-207. пdoi: 10.7888/juoeh.п39.201. 78. Simonavicius E., McNeill A., Shahab L., Brose L.S. Heat-not-burn tobacco products: a systematic literature review.
Tob Control. 2019; п28(5): 582-594. doiп: 10.1136/tobaccocoпntrol-2018-054419.п 79. Slob W., Soeteman-Herná ndez L.G., Bil W. et al. A Method for Comparing the Impact on Carcinogenicity of
Tobacco Products: A Case Study on Heated Tobacco Versus Cigarettes. Risk Anal. 2020; 1-12. doi: 10.1111/risa.13482п. 80. Hecht S.S., Carmella S.G., Kotandeniya D. et al. Evaluation of toxicant and carcinogen metabolites in the urine
of e-cigarette users versus пcigarette smokers. Nicoпtine Tob Res. 2015; 17(6п): 704-9. doi: 10.10п93/ntr/ntu218. 81. McRobbie H., Phillips A., Goniewicz M.L. et al. Effects of Switching to Electronic Cigarettes with and without
Concurrent Smoking on Exposure to Nicotine, Carbon Monoxide, and Acrolein. Cancer Prev Res (Phila). 2015; 8(9):
873-8. doi: 10.1158п/1940-6207.CAPR-15п-0058. 82. Pulvers K., Emami A.S., Nollen N.L. et al. Tobacco Consumption and Toxicant Exposure of Cigarette Smokers
Using Electronic Cпigarettes. Nicotine Tob Res. 2018; 20(2п): 206–214. doi: 10.п1093/ntr/ntw333. 83. O’Connell G., Graff D.W., D’Ruiz C.D. Reductions in biomarkers of exposure (BoE) to harmful or potentially
harmful constituents (HPHCs) following partial or complete substitution of cigarettes with electronic cigarettes in
adult smokers. Toxicol Mech Methodпs. 2016; 26(6): 443п–454. doi: 10.1080/п15376516.2016.1196п282. 84. Goniewicz M.L., Gawron M., Smith D.M. et al. Exposure to Nicotine and Selected Toxicants in Cigarette Smokers
Who Switched to Electronic Cigarettes: A Longitudinal Within-Subjects Observational Study. Nicotine Tob Res. 2017;
19(2): 160-167. doiп: 10.1093/ntr/ntw16п0. 85. Shahab L., Goniewicz M.L., Blount B.C. et al. Nicotine, Carcinogen, and Toxin Exposure in Long-Term E-Cigarette
and Nicotine Replacement Therapy Users: A Cross-sectional Study. Ann Intern Med. 2017; 166(6): 390-400. doi:
10.7326/M16-1107. 86. Shahab L., Beard E., Brown J. et al. Prevalence of NRT use and associated nicotine intake in smokers, recent
ex-smokers and lonпger-term ex-smokerпs. PLoS One. 2014;п 9(11): 1-5. doi: 10п.1371/journal.poneп.0113045. 87. Shahab L., Dobbie F., Hiscock R. et al. Prevalence and Impact of Long-term Use of Nicotine Replacement Therapy
in UK Stop-Smoking Services: Findings From the ELONS Study. Nicotine Tob Res. 2016; 20(1): 81-88. doi: 10.1093/
ntr/ntw258. 88. Shields P.G. Long-term nicotine replacement therapy: cancer risk in context. Cancer Prev Res (Phila). 2011;
4(11): 1719-23. doiп: 10.1158/1940-6207п.CAPR-11-0453. 89. Burki T.K. Reduced carcinogens found in e-cigarette users. Lancet Oncol. 2017; 18(3). doi: 10.1016/S1470-
2045(17)30118-3. 90. Mayor S. E-cigarettes users have lower carcinogen and toxin levels than smokers. The BMJ. 2017. doi: https://
doi.org/10.1136/bmпj.j651. 91. Hatsukami D., Meier E., Lindgren B.R. et al. A Randomized Clinical Trial Examining the Effects of Instructions
for Electronic Cigarette Use on Smoking-Related Behaviors, and Biomarkers of Exposure [published online ahead of
print, 2019 Dec 12п]. Nicotine Tob Res. 2019. doi: п10.1093/ntr/ntz233п. 92. Singh K.P., Lawyer G., Muthumalage T. et al. Systemic biomarkers in electronic cigarette users: implications for noninvasive
assessment of vaping-associated pпulmonary injuries.п ERJ Open Res. 201п9; 5(4). doi: 10.11п83/23120541.00182-п2019. 93. Munjal S., Koval T., Muhammad R. et al. Heart rate variability increases with reductions in cigarette smoke
exposure after 3 days. J Cardiovasc Pharmacol Therп. 2009; 14(3): 192-п8. doi: 10.1177/107п4248409340340. 94. Unverdorben M., Mostert A., Munjal S. Acute effects of cigarette smoking on pulmonary function. Regul Toxicol
Pharmacol. 2010; 5п7(2-3): 241-6. doi: п10.1016/j.yrtph.20п09.12.013.
Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД

229
95. Leroy C.M., Jarus-Dziedzic K, Ancerewicz J. et al. Reduced exposure evaluation of an Electrically Heated Cigarette
Smoking System. Part 7: A one-month, randomized, ambulatory, controlled clinical study in Poland. Regul Toxicol
Pharmacol. 2012; 6п4(2 Suppl): S74–S84п. doi: 10.1016/j.yrпtph.2012.08.006. 96. Kogel U., Gonzalez Suarez I., Xiang Y. et al. Biological impact of cigarette smoke compared to an aerosol produced
from a prototypic modified risk tobacco product on normal human bronchial epithelial cells. Toxicol In Vitro. 2015;
29(8): 2102-15. doiп: 10.1016/j.tiv.2015.08.004. 97. Martin F., Talikka M., Ivanov N.V. et al. Evaluation of the tobacco heating system 2.2. Part 9: Application of
systems pharmacology to identify exposure response markers in peripheral blood of smokers switching to THS2.2.
Regul Toxicol Pharmacol. п2016; 81(Suppl 2): пS151–S157. doi: 10.п1016/j.yrtph.2016.п11.011. 98. Haziza C., de La Bourdonnaye G., Merlet S. et al. Assessment of the reduction in levels of exposure to harmful
and potentially harmful constituents in Japanese subjects using a novel tobacco heating system compared with
conventional cigarettes and smoking abstinence: A randomized controlled study in confinement. Regul Toxicol
Pharmacol. 2016; 8п1: 489–499. doi: 10.п1016/j.yrtph.2016.п09.014. 99. Lüdicke F., Picavet P., Baker G. et al. Effects of Switching to the Tobacco Heating System 2.2 Menthol, Smoking
Abstinence, or Continued Cigarette Smoking on Biomarkers of Exposure: A Randomized, Controlled, Open-Label,
Multicenter Study in Sequential Confinement and Ambulatory Settings (Part 1). Nicotine Tob Res. 2018; 20(2):
161–172. doi: 10.10п93/ntr/ntw287. 100. Schaller J.P., Keller D., Poget L. et al. Evaluation of the Tobacco Heating System 2.2. Part 2: Chemical composition,
genotoxicity, cytotoxicity, and physical properties of the aerosol. Regul Toxicol Pharmacol. 2016; 81(Suppl 2): 27–S47.
doi:10.1016/j.yrtphп.2016.10.001. 101. Lopez A.A., Hiler M., Maloney S. et al. Expanding clinical laboratory tobacco product evaluation methods to
loose-leaf tobaccoп vaporizers. Drug Alпcohol Depend. 2016п; 169: 33–40. doi: 1п0.1016/j.drugalcdeпp.2016.10.005. 102. Protano C., Manigrasso M., Avino P., Vitali M. Second-hand smoke generated by combustion and electronic
smoking devices used in real scenarios: Ultrafine particle pollution and age-related dose assessment. Environ Int.
2017; 107: 190–195.п doi: 10.1016/j.envпint.2017.07.014. 103. Global Forum on Nicotine, пGFN 2019. 2019. Available at: https://пgfn.net.co/2019/meпdia-centre.
104. Lü dicke F.S., Michael A., Nicola L. et al. Effects of Switching to a Heat-Not-Burn Tobacco Product. Cancer
Epidemiol Biomarkeпrs Prev. 2019; 28: 1934-19п43. doi: 10.1158/10п55-9965.EPI-18-091п5. 105. FDA permits sale of IQOS Tobacco Heating System through premarket tobacco product application pathway.
Available at: https://www.fda.gov/news-events/press-announcements/пfda-permits-sale-iпqos-tobacco-heatinпg-system-
through-premarket-tobacco-prпoduct-application-пpathway. 106. FDA (Food and Drug Administration), 2012b. Guidance for Industry e Reporting Harmful and Potentially
Harmful Constituents in Tobacco Products and Tobacco Smoke under Section 904(a) (3) of the Federal Food, Drug, and
Cosmetic Act e Draft Guidance. Available at: https://www.fda.gov/news-events/press-announcements/пfda-authorizes-
marketing-iqos-tobпacco-heating-systeпm-reduced-exposure-information. Д.Г. Заридзе, А.Ф. Мукоерия
145МУЛ5ЬТ5И5МДМД
X