Геровский Язык_Подкрпат_Руси_c_картой

Формат документа: pdf
Размер документа: 5.3 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.

Г еоргий Геровский
язык
ПОДКАРПАТСКОЙ РУСИ
п е р е в о д с ч е ш с к о го
К н и г а п о д г о т о в л е н а к и з д а н и ю с т а р а н и я м и С . В . Ш а р а п о в а
М о с к ва , 1995

О Г Л А В Л Е Н И Е
I. Народная речь Подкарпатской Руси .................... 7 1. Подкарпаторусская языковая область
........... 7
2. Соотношение подкарпаторусского диалекта с
другими диалектами русского языка
............. 9 3. Место подкарпаторусского диалекта среди дру­
гих диалектов русского языка
........................ 12 4. Подкар пато русский диалект ..................
.......... 17
4.1. Южномармарошский говор
.................. 19
4.2. Бережский говор ..................
..................
21
4.3. Северомармарошский говор
................ 23
4.4. Ужский говор
........................................ 26
4.5. Восточноземплинский говор
................ 27
4.6. Западноземплинский говор
.................. 29
4.7. Шаришский говор
................................ 32
4.8. Спишский говор
..................................... 34
4.9. Говоры чужеродного происхождения 35
II. Литературный язык Подкарпатской Руси
............. 39
1. Церковнославянский язык и литературные па­
мятники древности ..................
..................
........ 39 2. Литературный язык ХѴІІ-ХѴПІ веков
........... 46
3. Литературный язык начала XIX века ............. 56
4. Литературный язык в период национального
возрождения (во второй половине XIX века) 61 5. Язык конца XIX - н ачала XX вв
......................... 72
6. Литературный язык послевоенного периода . 80
Л и тература ..................
..................
..................
........... 88
2

С Л О В О И З Д А Т Е Л Я
Инициатором данного издания является карпаторусский на­
родный деятель Михаил Ильич Туряница, основатель и много­
летний редактор журнала „Свободное слово Карпатской Руси”
(США), запрещенного советской цензурой.
В книге проведен подробный филологический анализ под-
карпаторусского диалекта, его сходств и различий с мало- и
великорусским диалектами, составлена карта говоров Подкар­
патской Руси. На основании анализа всех подкарпаторусских
литературных памятников автор аргументированно утвержда­
ет, что литературным языком Подкарпатской Руси был сначала
церковно-славянский, а затем — общерусский литературный язык
карпаторусской редакции, одинаково понятный носителям всех
карпаторусских говоров. В ответственные моменты карпато россы (русины) сами ре­
шали, как им жить и каким литературным языком пользоваться. На всенародном опросе о языке преподавания в школах в 1Ѳ37
году каждый селянин получал 2 билета, на одном из которых было написано: „малоруський язык (украинский язык)” , на дру­
гом — „великорусский язык (русский язык)” . Несмотря на явное
жульничество со словами „малоруський” и „великорусский” — ибо малорусский народный язык — это не украинский, а русский (литературный) — это не великорусский, самостийники потерпе­
ли полное поражение, ибо 86% селян, подчиняясь тысячелетнему
чувству единства всего русского народа, голосовали з а „велико­
русский язык” . (Мих. Прокоп. Из книги „Путями истории” , Нью
Йорк, 1979). Карта говоров Подкарпатской Руси была нами увеличена и
изображена в цвете для большей наглядности, были также сняты
границы районов на 1934 год, которые её сильно перегружали.
Книга рассчитана на преподавателей словестности, студентов
филологических вузов, а также на всех тех, кто интересуется
филологией. Издатель сердечно благодарит карпаторусских народных де­
ятелей Михаила Ильича Туряницу, Ивана Ивановича Ковача,
Андрея Николаевича Лрибняка, Ивана Димитриевича Талабиш-
ку, Василия Андреевича Сочку, Василия Васильевича Зайца —
за неоценимую помощь в работе и выражает надежду, что книга
внесет должную ясность в языковую проблему в Закарпатье.
3

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

П р о ф е с с о р Г Е О Р Г И Й Ю Л И А Н О В И Ч Г Е Р О В С К И Й
1 8 8 6 - 1 9 5 9
Г .Ю . Г е р о в с к и й
я в л я е т с я к р у п н е й ­
шим к а р п а т о р у с с к и м
я з ы к о в е д о м , д и а л е к ­ т о л о г о м , ф о л к л о р и с-
т о м и и с т о р и к о м . Он р о д и л с я б о к т я б р я
1886 г. во Л ь в о ­
ве. В д е т с т в е он,
т а к ж е к а к и его
б р а т А л е к с е й , вос­
п и т ы в а л с я при сво­
ем д е д у ш к е , из­
в е с т н о м к у л ь т у р н о ­
п о л и т и ч е с к о м д е я т е ­
л е К а р п а т с к о й Р у ­
си А д о л ьф е И в а н о в и ­
ч е Д о б р я н с к о м , ко­
т о р ы й с у м е л п р и ­ в и т ь свои м внук ам б е з з а в е т н у ю л ю б о в ь
к Р у с и . Г и м н а ­ зи ю Г е о р г и й Ю л и ­
а н о в и ч н а ч а л посе­
щ а т ь в И И нсбруке
( Т и р о л е ) , но ко н ч ил
е е в Ч е р н о в ц а х , куда
к э т о м у в р е м е н и п е р е с е л и л и с ь его р о д и т е л и . В у н и в е р с и т е т он по­
с т у п и л в Ч е р н о в ц а х , п р о д о л ж а л у ч е н и е в Л е й п ц и г е , но з а к о н ч и л
е г о в Р о с с и и .
З а р у с с к и е у б е ж д е н и я и о т с т а и в а н и е п р а в о с л а в и я е го вмес­
т е с б р а т о м А л е к с е е м в с е р е д и н е 1913 г. а в с т р и й с к и е в л а с т и а р е с т о в а л и в Ч е р н о в ц а х . С п а с л и с ь о т с м е р т и б р а т ь я Г е р о в с к и е
б е г с т в о м в Р о с с и ю н а к а н у н е I М и р о в о й войн ы . Д о 1924 г. Г е о р ­
г и й Ю л и а н о в и ч п р о ж и л в Р о с с и и . В е р н у в ш и с ь в о к т я б р е т о г о же
г о д а н а З а к а р п а т с к у ю ( П о д к а р п а т с к у ю ) Р у с ь , Г е р о в с к и й м е ч т а л
р а з в е р н у т ь к у л ь т у р н о - н а у ч н у ю д е я т е л ь н о с т ь . О н не з н а л т о г о ,
ч т о ч е ш с к о е п р а в и т е л ь с т в о п р о д о л ж а л о г а б с б у р г с к у ю п оли ти к у ,
т .е . н а с и л ь с т в е н н о у к р а и н и з и р о в а л о р у с с к и х л ю д е й К а р п а т с к о й
Р у с и . Ни н а м и н у т у не п р е к р а щ а л о с ь п р е с л е д о в а н и е м олодого
у ч е н о г о ч е ш с к и м и в л а с т я м и . Ч е х и л и ш и л и е г о п р а в а н а р а б о т у , и д о с а м о г о р а з в а л а Ч е х о с л о в а к и и в 1938 г. он не м о г п о л у ч и т ь н а
с в о е й р о д и н е х о т я бы м е с т о у ч и т е л я н а ч а л ь н о й школы. Е м у за-
4

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

прещали даже читать лекции русского и старославянского языков
на частных учительских курсах.
Георгий Юлианович был чрезвычайно трудолюбив. Впродол-
жение нескольких лет он изучал народные говоры всего Закар­ патья. Л ля этого ему пришлось побывать во всех селах края. В
результате этой кропотливой работы появилось сочинение “Язык
Подкарпатской Руси” и первая диалектологическая карта русско­
го Закарпатья. Это сочинение и карту ему удалось напечатать только на чешском языке, в чешском журнале “Чехословацкое
отечествоведение” , в третьем томе, за 1934 год. Почти все его
многочисленные сочинения по истории, диалектологии, фолклору
и истории литературы остались в рукописях. Ни чехи, ни мадь­
яры, оккупировавшие Закарпатскую Русь с 1939 по 1944 гг., ни
коммунисты Пряшевской Руси, куда он переселился после II Ми­
ровой войны, не разрешали печатать сочинения местных русских
ученых. Умер Георгий Юлианович Геровский в Пряшевской Руси в 1959 году.
“Свободное слово Карпатской Руси”,
№ 11-12 (167-168), ноябрь-декабрь 1972 г., США.
5

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Н Е К О Т О Р Ы Е У С Л О В Н Ы Е О Б О З Н А Ч Е Н И Я
' - знак ударения. ’ - знак мягкости (палатальности). - знак полумягко сти (палатализованности).
Ї - звук и, приближающийся к звуку е и не смягчающий
предшествующий согласный.
ы - звук и непереднего ряда, не смягчающий предшествующий
согласный.
ó - о долгое, ё - е долгое.
б - сильно лабиализованное о, артикуляционно приближаю­
щееся к гласному у.
ё - напряженное е, напоминающее соответствующий звук в
немецком слове See.
у - напряженный, сильно лабиализованный звук заднего ряда,
у - неслоговое у.
ю - звук у, продвинутый в передний ряд под воздействием
предшествующего мягкого согласного.
ю - напряженный, сильно лабиализованный звук переднего
ряда, качество которого не зависит от окружения, г - фрикативное г.
е - обозначение звука э.
6

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Г л ава I
Н А Р О Д Н А Я Р Е Ч Ь П О Д К А Р П А Т С К О Й Р У С И
1. п О Д К А Р П А Т О Р У С С К А .Я Я З Ы К О В А Я
О Б Л А С Т Ь
На территории Чехословацкой республики население той час­
ти Карпат, которые тянутся от высоких Т а тр на восток под
названием Лесные Бескиды и Полонинские Карпаты вдоль чехо­
словацко-польской границы к истокам реки Тисы на чехословац­
ко-румынской границе, говорит на русском языке. Э та область
была издавна известна под названием Угорская Русь, сейчас же
ее обычно называют Подкарпатской (или просто Карпатской) Русью1.
Границы русской языковой области на территории нашей рес­
публики, как видно на карте, в целом не совпадают с границами
Подкарпатской Руси как административной единицы. На западе,
т.е. к западу от реки Уж, в бывших Земплинском, Шаришс-
ком и Спишском комитатах, русская языковая область выходит за
пределы Подкарпатской Руси и распространяетсяііа часть терри­ тории Восточной Словакии. Таким образом, подкарпаторусская
языковая область разделена между двумя административными единицами: Восточной Словакией и Подкарпатской Русью. С географической точки зрения русская языковая область на
южных склонах Карпат имеет достаточно узкий пояс, как бы по­
висший в виде дуги с северо-запада на юго-восток. При этом
на севере она непосредственно соседствует с галицкими говорами
русского языка, которые в свою очередь имеют непрерывную гра­
ницу с южнорусской языковой областью в современной Польше и
в юго-западной России. То есть наш подкарпато русский диалект
на южных склонах Карпат является лишь естественным продолже-
1 В X V III в е к е н а з в а н и е У г о р с к а я Р у с ь и с п о л ь з о в а л о с ь в о ф и ц и а л ь н о м
т и т у л е м у к а ч е в с к и х у н и а т с к и х е п и с к о п о в ( е п и с к о п ъ м у к а ч е в с к іЙ , м а р а м а- р у с к ій , в и к а р і й в ъ У г р о р о с іи а п о с т о л с к і й ) , т . е . б ы л п р и з н а н о ф и ц и а л ь н о ( с р .
А . Л . П е т р о в . „ К а н о н и ч е с к и я в и з и т а ц и и ” 1 7 5 0 /6 7 . Н а у к . З б . П р о е в . 1924, 13). С н а ч а л а X IX в е к а н а ч и н а е т и с п о л ь з о в а т ь с я н а з в а н и е К а р п а т с к а я Р у с ь ( с н а ­
ч а л а у И в а н а О р л а я в „ И с т о р и и о К а р п а т о р о с с а х ” 1804, а з а т е м у М и х а и л а
Л у ч к а я в к н и г е „ G ra m m a tic a S la v o - R u th e n a ” 1830), в к о т о р о й а т о н а з в а н и е м ы н а х о д и м в л а т и н с к о й о г л а с о в к е (C a r p a th o - R u s s ia ) . Н а з в а н и е П о д к а р п а т с к а я
Р у с ь п о я в л я е т с я в о в т о р о й п о л о в и н е X IX в е к а ( Д у х н о в и ч ; с р . Д о б р я н с к и й „О
з а п а д н ы х г р а н и ц а х П о д к а р п а т с к о й Р у с и в о в р е м е н а св . В л а д и м и р а ” 1880).
7

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

ниєм русской языковой области, которая, занимая большую часть
Восточной Европы, в районе Карпат переходит через главный
хребет на территории нашей республики.
На севере и северо-востоке подкарпаторусская языковая об­
ласть соседствует с галицкими говорами русского языка; на запа­
де, в Спише, она граничит с чехословацким языком и частично, к
востоку от Т а тр , - с польским. По всей протяженности оставших­ ся границ на территории современной Восточной Словакии (т.е.
в бывших Шаришском и Земплинском комитатах, а также в юго- западной части Ужского комитата) вплоть до самого Ужгорода
подкарпато русский диалект на юге и юго-западе соприкасает­ ся с так называемыми цотацкими говорами восточнословацкого
диалекта, которые, будучи переходными, возникли в результа­
те смешения русского, польского и словацкого языков. Далее
к востоку от Ужгорода, уже на административной территории
Подкарпатской Руси, с подкарпаторусским диалектом соседству­
ет венгерский язык, распространенный в потисской низменности.
И наконец, на самом востоке вдоль государственной границы с Румынией на территории Мармароша русская языковая область
граничит с румынским языком.
Точная языковая граница подкарпаторусской языковой облас­
ти с соседними языками проходит следующим образом: В Спише от Великого Липника через Фольварк в районе Спиш-
ской Старой Веси граница русского языка проходит по Старолю-
бовнянскому району на север от города С тара Любовня на юго-
восток к Орлову и Я страбью , находящимся в Сабиновском районе;
от Я страбья она опять поворачивается на запад в Старолюбовнян-
ский район (через Высланку к селу Якубовяны), а оттуда - на юг в северную часть Левочского района, включая населенные пункты
Ториски, Репаши и Ославица, затем поворачивает к Годермарку
в Кежмарском районе и опять проходит по Сабиновскому району
к Байеровпам и Ястрабью . От Я страбья граница идет далее на
юго-восток по Сабиновскому району, в восточной части которого распространен русский язык, и поворачивает от сел Якубовяны и
Гералт в Бардейовский район, в котором русской является лишь
северная пограничная часть (к северо-западу, северу и северо-
востоку от линии Крижы-Крива-Куров-Андрейова-Веловежа). По соседнему Гиралтовскому району языковая граница проходит
с севера на юг (вдоль линии Березовка-Гиралтовцы-Дюрдёш-
Ременины), захватывая его восточную половину, прилегающую к
русскому Стропковскому району. Далее Языковая граница столь
же извилистой линией проходит по северо-западной части Вра-
новского района (Детрик), по южной части Строповского района
(линия Валков-Рафайовцы*-Рогожник) и русскому Межи л або ред­
кому району (линия Русская Крайня-Радвань), по северной части
и л и Р а ф а и л о в о .
8

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Гуменского района, отделяя от остальной его части русское село
Рокитов, и далее идет через Снину к Валашковцам (в Снинском
районе) и через Пудгород и Бенятино (в Собранецком районе) в
долину реки Уж. Затем граница русского языка поворачивает на
юг и идет вдоль границы Собранецкого района с Ужгородским к
Ужгороду и местечку Йовра под Ужгородом.
К востоку от Ужгорода граница распространения русского
языка идет в южном направлении к населенному пункту Корытня-
ны, а оттуда через Часловцы на юго-восток к Горонде и Жнятину,
находящимся к юго-западу от Мукачева, затем - к Барбову и Ма-
карёву на юго-восток от Мукачева и от Мукачева и к Реметам
по течению реки Боржавы к Квасову, расположенному к северо-
востоку от Берегова, и назад к Великим Комнятам. О т Великих
Комнят через Онок граница русского языка идет в южном на­
правлении к Олешнику и Ардовцу на запад от Севлюша, включая
в себя расположенные здесь села и сам город Севлюш, затем -
к Тростнику-на-Тисе и к Чоме и Б а та р у на юг от реки Тисы,
затем в северо-восточном направлении к Хомловцу и вдоль го­сударственной границы на восток к Тячеву, Бедевле, Грушеву и
к Вышней Апше, окружая румынскую языковую область, вкли­
нивающуюся в районе Сигота в русскую языковую область и
переходящую на правый берег Тисы, а затем в Великом Бычкове
через Луг к границам трех государств у Черной горы. При этом
в трех местах русская языковая область вторгается через реку Тису в Румынию: к югу от Тячева, к югу от Бычкова и к югу
от Богдана к реке Вышове, где она з а н и м а е т территорию между
реками Вышова, Рускова и границей республики.
Кроме указанной границы, выделяющей основную территорию
русской языковой области, имеются еще анклавы русского языка,
находящиеся в окружении других языков: Остурня в Высоких Татрах (в районе Спишской С тарой Веси), Завадка и Порам в
районе Спишской Новой Веси, Словинки, Гелемановцы, Койшов
в Гельницком районе, Решов (по-русски Ряшев) в Бардейовском
районе и русский языковой остров во Врановском районе (Юс­
кова Воля, Банске, Давидов) - все на территории Восточной Словакии. В Подкарпатской Руси кроме основной русской языко­
вой области находятся смешанные русско-венгерские населенные
пункты Блажеево, Вылок в Береговском районе и другие.
2 . С О О Т Н О Ш Е Н И Е П О Д К А Р П А Т О Р У С С К О Г О
Д И А Л Е К Т А С Д Р У Г И М И Д И А Л Е К Т А М И
Р У С С К О Г О Я З Ы К А
Подкарпаторусский диалект относится к единому языковому
образованию, называемому русским языком, диалекты которого
9

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

занимают великую восточно-европейскую равнину к северу от
Карпат. Русский язык состоит из трех основных диалектов или диа­
лектных групп: 1. северо-восточный или великорусский, 2. южно-
русский или малорусский и 3. западный или белорусский, явля­
ющийся в определенном смысле связующим звеном между двумя
предшествующими диалектами.
Карпаторусский диалект относится к южнорусской или мало-
русской группе, с которой его связывают общие языковые особен­
ности. К ним принадлежат следующие:
1. Перед гласными е, и в южнорусском (малорусском) ди­
алекте не смягчаются предшествующие согласные; например, в
малорусских словах дерево, веретено, небо представлены твердые
д , т, н. Аналогично перед гласным и, который в малорусском диалекте произносится твердо, немного приближаясь к звуку а
(графически обозначается как ї), согласные также не смягчаются:
mix о, діво. Также эти слова произносятся и в Подкарпатской
Руси: дерево, веретено, нёбо, mtxo, dtво.
В великорусском диалекте согласные перед е, и смягчаются;
вышеприведенные примеры звучат по-великорусски как д ’ёр’ево,
ѳ ’ер’ет ’енб, н'ёбо, т ’ихо, д ’иво.
2. Звук Ѣ, который в праславянском и древнерусском языке
имел особое, дифтонгическое произношение (ие), в одной части
малорусского диалекта проявляется как дифтонг и е в ударных
слогах и как е в безударных: в северных говорах малорусского
диалекта представлены свиет, т ’чело, песбк. В южных гово­
рах малорусского диалекта он везде произносится как и, в нем
указанные слова произносятся как свит, т и л о, писек. Такое
же произношение наблюдается и в подкарпаторусском диалекте:
ce'um, т ’ило, п ’чсок.
В великорусском диалекте представлены три возможности про­
изношения старого звука Ѣ>. Дифтонгическое произношение ие
( с в ’иет, т ’чело) распространено во многих как северовеликорус­
ских, так и южновеликорусских говорах, произношение и (св'ит,
т ’ило) известно в новгородских говорах великорусского диалек­
та, произношение й е ( с е ’em, т ’ёло) характеризует большую часть
средневеликорусских и южновеликорусских диалектов. 3. Гласный е n o c n e j и шипящих ж, ш, ч перешел в малорусском
диалекте в о; так, например, по-малорусски говорят жопа, чолб,
ему (3 лицо ед. ч.). Это изменение происходило только тогда,
когда последующий слог был твердым (с гласными о, у, а); если
же последующий слог был мягким (с гласными е, и или Ь),
названного изменения не было: черево, шелест. Это явление
фиксируется и в Подкарпатской Руси (хотя и не везде): жона,
чалб, ему, а также черево, шелест (некоторые подкарпатские
говоры характеризуются произношением женб, чалб, ему).
10

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

В великорусских говорах также имеет место подобное явление;
ср. северовеликорусское произношение жона, чоло, ёмЦ. Однако
в них изменение е в о распространено после всех смягченных
согласных; в северовеликорусском диалекте представлены слова сёло (вместо село), весло (весло), тёплб и т.д. В южном велико­
русском диалекте (и в белорусском) подобное состояние нарушено
изменением гласного о в а в безударной позиции (так называе­
мое „аканье”); указанные слова звучат по-великорусски как жана
(мн. ч. жоны), чало, яму (русское литературное жена, чело, ему).
4. В малорусском диалекте гласные о, е в закрытых слогах,
т.е. в слогах, оканчивающихся на согласный, продлились и за­
тем изменили свое звучание, перейдя в дифтонги или в другие
гласные. Например, слово конь в северных говорах малорусского
диалекта произносится как куонь или к уень, в южных - как кинь.
Это же явление мы наблюдаем и в подкарпаторусском диалекте:
в одних говорах ото слово звучит как кунь, в других - как кіднь.
Во всех же случаях форма род. пад. ед. ч. звучит одинаково как коня. Аналогично и форма прошедшего времени глагола нес­
ти звучит в малорусском диалекте как нюос (северные говоры)
или кис (южные говоры). В подкарпаторусском диалекте форма
прошедшего времени также звучит как н ’юс с более или менее
напряженным гласным (в разных говорах по-разному). Кроме
того, согласный н в некоторых говорах может быть твердым. В русском литературном языке представлена форма нёс». Анало­
гично и слово мёд звучит по-северомал ору секи как мнюд с разной
степенью напряженности гласного по говорам (лит. рус. мёдъ). В втих словах звук е, продлившись в закрытом слоге, в позиции
после смягченного согласного изменился в о, которое затем изме­
нялось аналогично продленному звуку б. В других же случаях,
в позиции перед мягким согласным, продленное ё изменялось не­
посредственно в и; так, например, по-малорусски говорят шисть,
по-подкарпатски - также шисть (но в говоре села Звалы - шюсь).
Во всех указанных случаях в великорусском диалекте звуки о,
е сохраняются в закрытых слогах без изменения; вышеприведен­
ные примеры в нем звучат как конь, нёс, мёд, шесть.
5. Слова, в которых после р и л представлен гласный, кото­
рый развился из бывших редуцированных ъ и ь, как, например, кровь, слеза в соответствии с древнерус. и церковнославян. крзвъ,
сльза, в малорусском диалекте в закрытом слоге имеют гласный
о (аналогично и другие слова с подобными сочетаниями звуков)
или е (первый представлен на месте исконного ъ , а второй - ь),
например: кроу, слёзы (или слёзы); в открытом же слоге в обоих
случаях представлено ы: малорусское крыв de ый, блыха (мн. ч.
блохи), слыза. В подкарпаторусском диалекте мы находим по­
добное явление, хотя и не во всем с ним тождественное, т.е. в
11

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

открытых слогах здесь произносится о
{кроу), в закрытых слогах
- ы : кырвавый или крывбвый, блыха, слыза , мн. ч. блыхй, слызй.
В великорусском диалекте указанные слова всегда имеют о
или е не зависимо от окружения: кров (или кровь) и кровавый,
блоха и блохи, слеза и слёзы.
6. Звук в перед согласными и на конце слов в малорусском
диалекте изменился в у (точное в у неслоговое, графически у); так, например, по-малорусски произносится у неби, удова, дауно,
кроу (рус. лит. кровь). Аналогично и звук л перед согласными и
на конце слова изменился в у: в оу к (рус. лит. вояк), поуный (рус.
лит. полны#), day (мн. ч. дали). В подкарпаторусском диалекте
в большей части говоров можно наблюдать подобное явление: у
хыжи „в доме” , у нёб’и „в небе” , day (мн. ч. дали), воук, поуный ;
некоторые западные говоры, однако, имеют формы "ф хыжи, к
нёб’и, дал.
В великорусской группе такое произношение также имеет мес­
то, особенно в северовеликорусских говорах {day, воук, поуный) и
в некоторых южновеликорусских (у н ’ёби). В русском литератур­
ном языке представлены формы далі, валка, в небѣ.
7. В системе склонения для малорусского диалекта характерно
окончание -ови в дат. пад. ед. ч. существительных мужского рода:
чоловиковы, коневы, псовы или псу.
В великорусском диалекте это окончание практически не пре­
дставлено; великорус, человѣку, коню.
8. В малорусском диалекте в 3 лице единственного числа
глаголы не имеют окончания -т: пише, несе (однако глаголы 4
класса конечное т ь сохраняют). О т глагола ходити форма 3 лица
ед. ч. ходитъ. То же явление обнаруживаем и в подкарпаторусском
диалекте. В великорусском диалекте названные формы звучат с
конечным - т или - т ь : в северных говорах - пишет, несёт, в южных
- пишетъ, несетъ или аналогично малорусским пише, несе.
Приведенные важные языковые особенности, совпадающие в
подкарпаторусском и малорусском диалектах, позволяют сделать
вывод, что подкарпато русский диалект относится к группе мало- русских (или южнорусских) диалектов.
3 . М Е С Т О П О Д К А Р Л А Т О Р У С С К О Г О Д И А Л Е К Т А
С Р Е Д И Д Р У Г И Х Д И А Л Е К Т О В Р У С С К О Г О
Я З Ы К А
Малорусский (южнорусский) диалект делится на несколько
групп. Обычно различаю тся следующие группы: 1. северомало­
русская, находящаяся на самом севере территории его распрос­
транения и соседствующая с белорусским диалектом; подобным образом говорят в южной части Черниговской губернии, в се­
верной части Киевской и Волынской губерний, в южной части
12

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Минской губернии
И Б ю ж н о й части бывшей Гродненской губер­
нии и бывшей Седлецкой губернии, расположенных в настоящее
время на территории Польши; 2. западномалорусская - в юго-
западной части Киевской губернии и в южной части Волынской,
в Подольской губернии, в Бессарабии, на Буковине и в Галиции;
3. восточномалорусская (или степные украинские говоры), воз­
никшая в ХѴІІ-ХѴІІІ веках во вновь заселенных степях Дикого
поля или Украины, на территории южной России в нынешних гу­ берниях Полтавской, Екатеринославской, Харьковской, в южной
части Курской и Воронежской губерний, в юго-западной части
Донской области и на Кубани. Вопрос о соотношении подкарпаторусского диалекта с этими
группами южнорусского диалекта различные ученые решали по-
разному. Лучший знаток русского языка русский ученый А.И. Со­
болевский объединял подкарпаторусский диалект с группой се­
веромалорусских говоров, несмотря на значительные различия в
географическом положении территорий, на которых они распрост­
ранены. Основанием для такого объединения ему служили много­
численные архаические черты обоих диалектов и особенно то, что
в них на месте продленных о, ё в закрытых слогах представлены
гласные порядка у: в северном малорусском диалекте куонъ, вул
или к юнъ, в юл в отличие от западномалорусского и восточнома­
лорусского (украинского) кинь, вил. Д ругие лингвисты включали
подкарпаторусский диалект скорее в северомалорусскую груп­
пу (Зилынский) либо скорее в западномалорусскую (Крымский),
либо вообще противопоставляли всем другим малорусским ди­
алектам как самостоятельный „карпатоугорский диалект” , как
это представлено на диалектологической карте распространения
русского языка в Европе, авторами которой являлись Дурново,
Ушаков и Соколов (1915). Наконец, в самое последнее время
языковед Ганцов предложил новую классификацию южнорусских
(малорусских) диалектов, в которой он объединяет подкарпато­русский диалект с западномалорусскими говорами.
Против объединения подкарпаторусского диалекта с северома­
лорусским диалектом говорит тот факт, что фонетические измене­
ния в последнем зависели от места ударения в слове. Например,
изменение 5, ё в закрытых слогах наблюдается только под ударе­
нием: жуонка, руодны, В безударных же слогах оно отсутствует:
мн. ч. жонки, родн’я. Аналогично и старый Ѣ звучит как диф­
тонг и е только под ударением: биёдны; в безударных же слогах
представлено е: беда. В подкарпаторусском же диалекте глас­
ные изменяются одинаково как под ударением, так и без него:
жунка (или жюнка), мн. ч. жункы (или жюнкй), б ’идный и б ’ида.
Против объединения подкарпаторусского диалекта с западнома­
лорусским свидетельствуют глубокие различия между ними, не
позволяющие считать их частями единого целого, поскольку осо-
13

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

бенности подкарп ато русского диалекта, как мы увидим ниже, не
имеют аналогии в западномалорусском диалекте.
Каково же действительное соотношение подкарпаторусского
диалекта русского языка с другими малорусскими диалектами?
Подкарпаторусский диалект характеризуется некоторыми осо­
бенностями, не известными ни одному из других малорусских
диалектов. Наиболее важными из них являются:
1. Различение двух типов гласных е и о. В подкарпаторусском
диалекте гласный е произносится обычно нормально, если за ним следует твердый согласный, например: нёбо, селб, тёрен, тепло,
дерево. Бели гласный е находится перед смягченным соглас­
ным, передняя часть языка при его произнесении в значительной степени приближается к переднему (твердому) нёбу, губы растя­
гиваю тся подобно тому, как при произнесении гласного и, при
артикуляции звука ощущается напряженность, звук е в результа­
те приобретает иное качество, становясь узким или напряженным
(графически ё) и, напоминая на слух немецкое е в слове See. Оба
е (е и ё) в подкарпаторусском произношении резко отличаются
друг от друга, представляя собой разные звуки, например: не
нёб’и, у сел ’и, тёр ’н ’я, у т ёпл’и, на дёр 'ев ’и.
Подобное произношение гласного е, зависимое от твердости
или мягкости последующего согласного ни в одном из малорус­ ских диалектов не существует, но зато оно хорошо известно в
великорусском диалекте, особенно в средневеликорусских гово­
рах, в частности - в московском произношении, где также слышим,
например, на н ’ёб’и (на небї>), на д’ёр’ё в ’и (на деревЬ) - в отличие
от н ’ёбо, д ’ёр ’ево.
Аналогично подкарпаторусский диалект имеет и два разных о:
обычное о, не отличающееся от чешского (напр. золото, болото), и
о, при произнесении которого губы округляются (вытягиваются)
как при произнесении у и которое по звучанию приближается к
гласному у (графически о). Подобным образом о произносится
перед мягкими согласными (напр. у здлдт’и, у бблбт’и) и в том
случае, если в последующем слоге представлен гласный у (напр.
нога , вин. пад. ед. ч. ногу, голові, вин. пад. ед. ч. голбуу и т.д.).
Подобного различения двух о ни в одном из русских диалектов
не существует.
2. Смягченные губные, смягченное р ’ и полумягкие губные. В
подкарпаторусском диалекте губные п, б, в, м смягчаются, если
за ними следует вышеописанный узкий (напряженный) гласный ё.
Произносится, например, п ’ёр’в ’и, мн. ч., (ед. ч. первый), скип’ёц ’,
в ’ёр 'х, дв ’ёр ’и, н ’им ’ёц ’, н ’им ’ёц ’кый, см ’ёр ’т ’ (наряду с мёртвый).
Р смягчается также перед тем же согласным, напр.: гр’ёб’и н ’,
на б ’ёр’ёз’и( им. пад. ед. ч. берёза). Зубные т, д , н перед этим
звуком не смягчаются, но становятся полумягкими (обозначаются
14

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

как т*; д , н*). Это можно легко заметить, если мы услышим, как
я
носители подкарпаторусского диалекта произносят слова от ’ё ц ’,
кутёц, т е р ’питч, т 'ёп’ёр*, конец, горп'ёц>г. Согласные з, ц
перед ё являются мягкими: з ’ёр’кало, ц ’ёр’коу.
Мягкость губного в ’ привела в свое время к его исчезновению.
Так, например, во всех подкарпатских говорах русское слово
святий произносится как сьятий (в западной группе говоров)
или как сятый (в восточной группе говоров); аналогично язати,
завязати на месте в ’язати (рус. лит. вязать). Полумягкие зубные
находятся как бы на полпути между твердыми и мягкими зубными. Поэтому в некоторых подкарпаторусских говорах мы находим
наряду с полумягким н также н смягченное; иногда в одних и
тех же словах произносится то н', то н ’. Так, например, в
западном Земплине услышим н'ёд ’и л ’я или н ’ёд’ил ’я, н 'ев ’иста
или н ’ё в ’иста с полумягким н' или с мягким н ’. Совсем мягкий
зубной д ’ слышится в слове д ’в ’и (жен. и ср. р.) наряду с д в’и.
Произношение мягких губных, характерное для подкарпато­
русского диалекта, совершенно неизвестно и чуждо другим мало-
русским диалектам. И наоборот, подобное произношение отличав
ет великорусский диалект. Полумягкие зубные также являются
особенностью подкарпат о русских говоров и совершенно неизвес­
тны малорусскому диалекту. 3. Подкарпаторусский диалект сохраняет ы как самостоятель­
ный звук, отличающийся от и; здесь говорят, например, бити в
отличие от бити, м ило в отличие от мило. В других малорусских
диалектах оба звука ы и и совпали (еще в XIV веке) в один звук ы ,
и это совпадение, т.е. утрата самостоятельности бывшего глас­
ного заднего ряда, является характерной чертой малорусской фонетики; слова „м ило” и „мило” в малорусском диалекте звучат
одинаково; бити для того, чтобы отличаться от бити, изменилось
в бути путем переноса в эту форму хвука у из формы буду. Это
различение двух рядов звуков ы и и отличает подкарпатскую
диалектную группу от других малорусских диалектов и сближает
ее с великорусским диалектом, где различие между гласными ы
и и также сохранено.
4. Подкарпато русский диалект отличается от других диа­
лектов русского языка произношением знаву вместо знаю, даву 2
2 П о л у м я г к и е з у б н ы е т , д о т л и ч а ю т с я о т с м я г ч е н н ы х т , д т е м , ч т о п р и
их п р о и з н о ш е н и и с п и н к а я з ы к а п р и ж и м а е т с я к в е р х н и м д е с н а м к п е р е д н е й
ч а с т и т в е р д о г о н е б а н е в с е й с в о е й п о в е р х н о с т ь ю , к а к п р и п р о и з н е с е н и и
м я г к и х т , д , а л и ш ь с о п р и к а с а е т с я с з а д н е й ч а с т ь ю в е р х н и х з у б о в и а л ь в е о ­
л а м и , п о э т о м у п р и в з р ы в е п о л у м я г к и х , т .е . в м о м е н т о т р ы в а я з ы к а о т д е с е н ,
не в о з н и к а ю т т а к и е п о б о ч н ы е ш у м ы , к а к и е с л ы ш а т с я п р и п р о и з н е с е н и и
в е л и к о р у с с к и х с м я г ч е н н ы х т , д . О т т в е р д ы х т , д п о л у м я г к и е о т л и ч а ю т с я
т е м , ч т о п р и и х о б р а з о в а н и и н е т о л ь к о к о н ч и к я з ы к а к а с а е т с я з а д н е й ч а с т и в е р х н и х п е р е д н и х з у б о в , но и в с я е г о п о в е р х н о с т ь п р и ж и м а е т с я к в е р х н и м
з у б а м , а п е р е д н я я ч а с т ь с п и н к и я з ы к а с о п р и к а с а е т с я с и х с а м о й в е р х н е й
ч а с т ь ю и а л ь в е о л а м и .
15

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

вместо
даю, купуву вместо купую, мйѳу вместо мйю и т.д. Анало­
гично и в 3 лице мн. ч.: знавут ’ (или знавут в других говорах),
давут’, купувут \ мйвутп* и т.д. В формах же других лиц в по­
зиции между гласными утрачивается j: знаэ вместо знає, куп $9
и Т.Д., причем в форме 3 лица ед. ч. часто происходит стяже­
ние двух слогов, между которыми исчез j: м ’ишат’ „мешает” (1
лицо м ’ишаву вместо м ’ииіаю), зам ’йта т * „подметает” (1 лицо
за м ’итаву вместо зам ’итаю). Подобным образом произносится
и дбброэ вместо доброе, говорят даже своуу жон$ вместо свою
жону. Одним словом, в подкар пат о русском диалекте произошла
у т р а т а интервокального j , тогда как другие диалекты русского
языка его сохраняют.
Формы 3 лица знаэт, биваэт без j наблюдаются также в
северовеликорусском диалекте, причем одновременно происходит
и стяжение: знат, биват.
5. сравнительная степень (компаратив) имен прилагательных
образуется в подкарпаторусском диалекте от корня прилагатель­
ного с помощью окончания -ы й для мужского рода, -а для жен­
ского и -е для среднего, при этом соответственно изменяется
(смягчается) предшествующий согласный, напр.: широкий, срав­
нительная степень - ш йр’ый (м. р.), ш&р’а (ж. р.), ш йр’ое (ср.
р.); j 'іекый, ср. степень - ужий, ужа, ужое; дорогий, ср. степень
- дорожый, дорожа, дорожое; молодий, ср. степень - молбжий,
моложе, молбжое; пустий, ср. степень - пушчий, путча, пушное.
сравнительная степень наречий образуется аналогично: шйр’е,
уже, дороже, моложе, путче. Способом образования сравнитель­
ной степени подкарпаторусский диалект существенно отличается от малорусского диалекта, в котором сравнительная степень обра­
зуется от прилагательных при помощи окончания -ший: широкий
- ср. степень ширший, ширша, ширше; узкий - ср. степень узкий -
ср. степень узший, узша, узше\ дорогий - ср. степень дорбзший
или дорбшчий, молодий - ср. степень молодший; пустий - ср.
степень пустийший.
Подкарпато русский диалект в способе образования сравни­
тельной степени почти совпадает с великорусским диалектом, где
названные формы звучат в сущности аналогично с тем лишь раз­ личием, что в подкарпаторусском диалекте формы сравнительной
степени представлены во всех трех родах (ш ир’ый, шйр ’а, шйр’ое),
тогда как в русском языке они употребляются только как наречия
в функции предикатива. Т акая ситуация и в русском литера­
турном языке.
6. Наконец, необходимо привести действительные причастия
прошедшего времени на -л , образованные от четырех глаголов:
плести (плету), вести (веду), мести (мету), бости (боду), кото­
рые имеют следующие формы мужского рода: плюг „плел”, вьюг
„вел” , мьюг (или мнюг) „мел”, буг „уколол” (в других говорах - с
16

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

более напряженным произношением ю). Формы женского рода и
множественного числа регулярны: плела, вела, мела, бала; мн. ч.
плели, вели, мели, боли 3. Из сравнения с чешским языком видно,
что приведенные четыре глагола имеют корень, оканчивающийся на т или д , а чешской финали - t l или d l в подкарпаторусских формах соответствует финаль -г, очевидно возникшая путем упро­
щения сочетания-гл: плюг из плюгл, вьюг и з въюгл и т.д. (Подобное
упрощение путем утраты конечного - л в русском языке обычно; ср. примеры: везти, везу - прошедшее время вез, с подкарпатским
изменением гласного ѳьюз, с великорусским вёз, чешек, vezl). Ко­
нечное -г л в этой форме очевидно возникло из сочетаний -тл , -дл,
сохранившихся в чешском языке, т.е. звук т или д здесь изменился
в звук г. Ничего подобного, включая формы причастия прошед­
шего времени и изменения праславянских сочетаний т л , д л в
гл, нет в малорусском диалекте, т.е. подкарпаторусский диалект
по данной особенности является совершенно изолированным. На
всей территории распространения русского языка данное явление
повторяется только в северовеликорусском (западном) диалекте,
где исконные группы д л , т л также выступают в виде гл; это явле­
ние фиксируется уже в древних памятниках письменности города
Пскова и его окрестностей, ср., например, прибегли „привели”
(здесь, как видно, данное явление не ограничено лишь формами
1 лица ед. ч.). Перечисленные особенности, характерные только для подкар-
паторусского диалекта и не представленные в других малорус­
ских диалектах и даже находящиеся в противоречии с их основны­
ми чертами, позволяют сделать вывод, что п одкарпаторусский
ди ал ект я в л я е т с я сам о сто ятел ьн ы м д и а л е к то м ю жнорусского типа. Он не может бы ть в кл ю ч ен н и в одну и з н ау ч н о п р и ­
знанных груп п м а л орусски х говоров и долж ен б ы ть п ри зн ан
особым ди ал е к то м н а р я д у с д р у г и м и д и ал е к тн ы м и груп п ам и .
4. П О Д К А Р П А Т О Р У С С К И Й Д И А Л Е К Т
Д л я объяснения современного состояния подкарпаторусского
диалекта с точки зрения его отличия от других диалектов рус­ ского языка, а также с точки зрения его разделения на говоры
важное значение имеет характер территории, население которой на нем говорит.
Оторванность данного диалекта от остальной территории рас­
пространения русского языка, находящейся к северу от Кар­
пат, обусловленная естественной границей - главным карпатским
3 М е н а г л а с н о г о s ф о р м а х м у ж с к о г о р о д а ( п л ’»г) в о т л и ч и е о т ф о р м
ж е н с к о г о и с р е д н е г о р о д о в { п л е л а , п л е л о ), а т а к ж е ф о р м м н о ж е с т в е н н о ­
г о ч и с л а ( п л е л * ), к а к у ж е б ы л о о б ъ я с н е н о в ы ш е , о б у с л о в л е н а з а к р ы т ы м
х а р а к т е р о м с л о г а
17

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

хребтом, явилась причиной его своеобразного развития. Исклю­
чением является лишь сам ая западная часть подкарпаторусской
языковой территории, особенно Спиш и северо-западная часть
Шариша, ибо там возможен контакт с Галицией в долине Ду-
найца и Попрада, текущих в Вислу. Гористый характер тер­
ритории привел к раздроблению подкарпаторусского диалекта
на множество небольших диалектных единиц или говоров. Э та раздробленность связана с членением горных цепей и долин рек,
разделяющих горный массив внутри страны. Горные цепи сами
расчленяют территорию на естественные географические облас­
ти, а течение рек определяет направление контактов. Таким
образом возникает как бы отчуждение близлежащих террито­рий, расположенных в долинах рек, отгороженных друг от друга
неприступными, покрытыми лесом горами, если они не имеют непосредственных контактов друг с другом.
Д л я классификации более мелких диалектных единиц одного
диалекта необходимо выбрать какой-то определенный критерий. Д л я подкарпаторусского диалекта таким критерием может быть
признано прежде всего ударение. Восточная, довольно значитель­ ная группа говоров подкарпаторусского диалекта сохраняет т.наз.
динамическое, разноместное ударение, характерное для русского
языка и не связанное с определенным местом в слове. Напри­
мер: вода, нога, рука, голова имеют ударение на последнем слоге;
6&6а, хыжа, стр’йха - на первом слоге; ворона, болото на сред­
нем слоге. Иногда с ударением связаны разные значения слов, напр.: мука - мука. Западная, меньшая часть подкарпаторусской
языковой области у тр а ти л а подобный тип ударения, характерный
для русского языка, заменив его фиксированным ударением запад­ нославянского типа и закрепив его аналогично польскому языку
на предпоследнем слоге. Вышеуказанные слова там звучат как вода, рука, нбга, голова, хыжа, стр’йха, ворона, болото, мука -
„мука” и мука - „мука” .
Границей между динамическим и фиксированным ударением в
подкарпаторусских говорах является река Лаборец. Вдоль этой реки находится узкая полоса переходных говоров со смешанными
типами ударения, в которых ударение хотя и постоянное, од­
номестное, однако сохраняет реликты динамического ударения4. Точная граница разноместного ударения на западе проходит по
линии Ч абаловцы -В ы рава-В иладь. Различия в способе ударения для классификации подкарпа­
торусских говоров являются, однако, недостаточным критерием.
Необходимо принимать во внимание и другие различия в народной
4 Н а п р и м е р , с о х р а н я е т с я у д а р е н и е н а п о с л е д н е м с л о г е в ф о р м а х р о д . п а д .
м н . ч . с у щ е с т в и т е л ь н ы х ж е н с к о г о р о д а .м а л ’и н а - м н . ч . м а л 'ч н ы , р о д . м н .
.м а л ’ин; а н а л о г и ч н о и в ф о р м а х п р о ш е д ш е г о в р е м е н и г л а г о л о в в и д и т и —
н а с т . в р . в и д ж у , п р о ш . в р . в й д ’иу; х о д и т и — п р о ш . в р . х о д ’иу.
18

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

речи, например, произношение кун или
кюн, кыснути или киснути,
хыжа и л и хижа и т.д. В соответствии с этим различаются следу­
ющие важнейшие группы говоров подкарпаторусского диалекта. 4 .1 . Ю ж а о м а р м а р о ш с к и й г о в о р . В этом говоре старые
продленные звуки 5, ё в закрытых слогах изменились в у, ю.
Рус. поп, вол, кон, здесь звучит как пуп, вул, кун’5. Аналогич­
но и старые е-м ед, лед здесь звучат как мн ’юд, л’юд, подобное
звучание имеют и слова н ’юс „нёс” , п ’юк „пёк” . В южномармарош­
ском говоре сохраняется и старое произношение кйснути, руки,
ноги, хыжа со звуком ы после к, г и х . Одновременно звук
и после шипящих ш , ж остается без изменения. Здесь говорят
шило, шити, жито, жид (в отличие от других подкарпаторусских
говоров, в которых произносится шило, шити). Звук ч в юж­
номармар ошском говоре твердый, поэтому гласный и , стоящий
за ним, мажет в слуховом восприятии во многом приближаться к
звуку ы , напр. чистый (или чистий). Приставка в ы -, встреча­
ющаяся у имен и глаголов, иногда звучит как у-, напр.: убрати
„выбрать”, удати „выдать” , у й т и „выйти ” , в других случаях в ы -
сохраняется. Группа согласных ш т в южномармарошском говоре
изменилась в ш ч : вместо што, произносимого в других говорах
подкарпаторусского диалекта, здесь говорят шчо, также и вместо
Штефан говорят Шчёфан. Точно также и группа я зд изменилась в
ждж: здесь говорят жджати „ждать” , к ожджий или кажджий
„каждый” . Имена прилагательные в множественном числе имеют
окончание -и, смягчающее предшествующий согласный: золотий,
молод йй - мн. ч. золот’й, м блбд’й. Формы будущего времени
глаголов здесь звучат как му говорити „буду говорить” , му йети
„буду есть” или хочу говорити, хочу йети. Значение русского со­
четания „я хочу говорить” здесь передается формой гоѳорйу бем
(что собственно соответствует сочетанию „я бы говорил”), при­
частие прошедшего времени от глаголов плести, вести, мести,
бости имеет формы п л ’юг, в ’юг, м н ’юг, буг. В южномармарошском
говоре употребляется союз а ж „что” (овун казау аж не знав „он
сказал, что не знает”). Этот союз известен древнерусскому языку.
Вопросительное местоимение имеет форму ко „кто” , нитко „н и к ­
т о ” . В последнем примере произошла метатеза согласных (тко),
а в первом - упрощение (ко). Из лексических особенностей для
этого говора характерны слова б л ’юдо, сахар’, з в ’ест\ „известь” ,
нйкати „смотреть” (проникати „просматривать”), смйчити „та­
щить” , жлепач „молот”, свита „юбка” . Слово болото в этом
говоре имеет значение вообще чего-то жидкого, включая жидкий
® Э т о у , в о з н и к ш е е и з с т а р о г о о , о т л и ч а е т с я о т и с к о н н о г о у т е м , ч т о
п р о и з н о с и т с я с н а п р я ж е н н о с т ь ю и с с и л ь н о й л а б и а л и з а ц и е й ( г р а ф и ч е с к и
у ); с т а р о е ж е у я в л я е т с я н е н а п р я ж е н н ы м и а р т и к у л я ц и о н н о п р и б л и ж а е т с я
к з в у к у о . В п о д к а р п а т о р у с с к о м п р о и з н о ш е н и и р а з л и ч а ю т с я с л о в а к у т
„к о т” и к ут „ у г о л ” .
19

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

корм, что при контакте с носителями других говоров приводит
к забавному недоразумению. Следует вспомнить и наречия
дави
„недавно, раньше” (северовеликорусское давЬ) и нахтёма „всег­
да, постоянно” . Последнее слово греческого происхождения и заимствовано из языка церковных книг: анафема означает „отлу­
чение от церкви” . В соответствии с церковным произношением
кириллической буквы Ѳ, принятым в Подкарпатской Руси, это
слово произносилось как анафтема и в такой огласовке вошло в
народную речь, изменившись в нахтёма с обычной для русско­
го языка заменой иностранного звука ф звуком х и со значением
„всегда” в соответствии с церковным выражением „ буди ж проклет
анафтема ”, которое в сознании людей имело значение „проклят
навсегда” . Числительное 90 в южномармарошском говоре имеет
форму дев’яносто, что является особенностью этого говора.
Южномармар ошский говор распространен в южной части
Мармароша, на востоке простирается до долины реки Терес-
вы и на севере к линии от Русской Мокры к Колочаве-Лазам и
Нижнему Быстрому на Рике (граница разделяет это село на две
части). Д алее западной границей этого говора является горный хребет Д ѣ л , который тянется в юго-восточном направлении к ре­
ке Тисе. К нему также относится область в Севлюшском районе
(кроме местечка Чума), находящаяся к югу от Тисы (в бывшем
Угочском комитате). Южная граница этого говора совпадает с
чехословацко-румынской государственной границей.
Пример диалектной речи:(Село И за недалеко от Ху ста).
Гнали у тум ч а с ’и м ад’аре до церкве на-силу, а (j) а итй не
хот’иу. j a там доникау1 шчо каже у псаутыри: „возненав’ид’йх
лукаунуіушчих п’ё р ’коу”2. унй зачали ходйти по селу, а (j) а пак
тоуды т ’йкау на поле уд-нйх. т ’ик’ав-им туды по-при теметёва3 у
хашчу4, а из них еден джандар у з ’ау соб’й уд Митра Гошчар’ового
кун’а, т а имйу н ’а на-мах з а теметёвом3 у вод’й. jaK имйу н’а, так
Л А
пак накрест рукы з ’азау т а при_]азау конёуи (и)т шйи. а уун сид’йу
на конй, та (j) ак j a не муг т ’и кат’и, уун кун’а гнау. jaK гнау кун’а А А #4
- б’ичиа жйлы были у них - та пак рас кун’а утнё, а дале мене пё-
голов’и, так шчо постолы6 уд мене ис’т ’аглйс’а, а у то зима была,
т а пак тоуды на y jy r по П утчир’атускуі уулици, - калы были (и)с с ’н ’йгом перемишан’и. т а пак так еден мосток (j)e. yjyr на у
горёды, коли в ’йд’иу, аж велики калы, колй пришоу на тот мосток,
так на тум мосткё(у)и плахы7 были, jaK стау кун’ на плахы, так
плахы переважили кун’а упау, т а тогды зачау н’а ущат дуже страшно бити, та пак
20

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

так н’а роз)азау на поли с кун’а и npnyjyr у концоларн’у. и катуны8
были из ним шчо ходити женучы л гудй. Примечания. 1. Заметил. - 2. Слова в кавычках церковносла­
вянские. Употребление таких слов в народной речи - обычное
явление. 3. темету, род. пад. ед. ч. теметова „кладбище” , вен.
Łemetó „кладбище” . - 4. хашча „лес” . - 5. б’йка „бык” , из вен.
bika „бык” ; б’йчи жилы „плети” . - б. постолы „домашние туфли”.
- 7. плаха „дубина, палка” . - 8. катуна, мн. ч. катуны „солдат” ,
из вен. katona „солдат” .
4.2. Б ереж ен и й говор. В этом говоре старые продленные о,
ё в закрытых слогах изменились в звук в напряженное іо: здесь
говорят пхт, вюл, кюн; подобно и м н ’ідд, л ’юд (реже мед, лед с
гласным е, восстановленным по аналогии с формами косвенных падежей меду, лёду и т.д.), « ’юс или нюс, пюк. Слово июс „нос” , в
котором ю возникло из б (род. пад. ед. ч. носа) произносится как
нюс „нёс” с твердым н, реже « ’юс с мягким н ’, где іо произошло
из ё (несла - ж. р., неслй - мн. ч.). В восточной части распрост­ ранения этого говора, прилегающей к Мармарошу, представлено
произношение типа киснути, руки, ноги, хижа ; в западной у Му-
качева и у реки Латорицы произносят киснути, руки, ноги, хижа.
Произношение шйло, шити, жито, жйд представлено в восточ­
ной части, тогда как у Мукачева и Латорицы говорят шило,
шйти, жйто, жйд со звуком ы после шипящих (хотя этот звук
в данном случае немного отличается от обычного подкарпатского
ы). Важной особенностью бережского говора является произ­
ношение д’юука, х л ’юу, гн*юу (вместо д^ука, хлиу, гниу , которое
можно услышать в других говорах; рус. лит. дЬвка, хлѣвъ, гнѣ-
въ). Аналогично произносят протюу (рус. лит. противъ). В этих
случаях и приспособилось к следующему за ним неслоговому у и
перешло в іо ( х л ’иу изменилось в х л ’юу). Согласный ч в береж­
еном говоре мягкий (ч'йстый). приставка вы- изменилась в у-;
здесь говорят удати, убрати вместо видати, вибрати. В береж-
ском говоре своеобразны формы дат. пад. ед. ч. прилагательных
и местоимений женского рода: они имеют окончание -іов(-ю у).
Например, здесь говорят тюу добріоу ж ди’и „этой доброй женщи­
не” , морду мйтери „моей матери” вместо mibj do6px>j жон*й, Mojioj
матери, что обычно для других говоров (в южномармарошском -
myj добруj ж бн’й, Mojyj матери). В большей части этого говора
прилагательные в им. пад. мн. ч. имеют окончание -и, не смягча­
ющим предшествующий согласный: золотий, молодий - им. пад.
мн. ч. золоти, молоди (с твердыми т и д). Формы будущего време­
ни глаголов образуются с помощью глагола 6і}ду: буду говорити,
буду ходити. Формы прошедшего времени глаголов плести, вести,
мести, бости в большей части (южной) этого говора звучат как
пл’юг, в ’юг, лі’юг, б ’ідг. Н а месте южномармарошского союза а ж
21

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

со значением „что” в береженом говоре употребляется союз ож,
напр.: бвюн к азау ож не знаэ . Реже употребляется союз што (бвюн
казау што не знаэ). Союз ож аналогично южномармарошскому
союзу а ж имеет древнерусское происхождение. Оба эти союза
часто встречаются в древнерусских текстах. В настоящее же время они сохранились из всей русской языковой области только
в этой части Подкарпатской Руси. Словарный состав береженого
говора в долине реки Боржавы и около Севлюша, по соседству с Мармарошем, совпадает со словарным составом южномарма-
рошского говора. Здесь говорят дев’яносто, з в ’ёст’, бл’юдо, лиш.
Слово блюдо употребляется и значительно западнее, почти до
Мукачева. Вместо других указанных слов к западу от реки Бор-
ж ава употребляются слова дёв’адёс’ат, вапно, миска. В значении
„смотреть” употребляется глагол позерати, в значении „тащить”
- глагол волочити, молот здесь называют клепач, юбку-сукман.
Вместо южномармарошского (и общерусского) лиш здесь говорят
лем. Из-за употребления этого слова местные жители получили
прозвище лемакы, тогда как тех, кто употребляет частицу лиш,
называют лишаки (следует заметить, что границы употребления
этих прозвищ не совпадают с границами говоров).
Т ерритория распространения береженого говора занимает
значительную часть бывшего Береженого комитата и северо- западную часть бывшего Угочского комитата. От южномарма­
рошского говора его отделяет уже упомянутый горный хребет
ДЬл, причем часть Севлюшского района к северу от Тисы, село
Чома к югу от этой реки и западные склоны Л ила вплоть до Имс-
тичева и Лукова в долине реки Боржавы относятся к береженому
говору. От Лукова граница идет прямо к Розсошам в Свалян-
ском районе, а от села Розсоши к Ганьковице, расположенной
в верхнем течении реки Латорицы несколько выше Свалявы, а
затем - к У клину. Западная граница бережского говора внача­ ле идет на юг от Уклина к Поляне, но затем поворачивает на
юго-запад через Обаву и Костино к Шелестову в Мукачевском
районе. Затем западная граница проходит вдоль долины реки
Вызницы к Росвигову и к Мукачеву, причем говоры этой долины,
а также Росвигова и Мукачева являются береженими. Далее
граница идет по течению реки Латорицы к Старому Давыдкову и Великим Лучкам. Юго-западная и южная границы бережского
говора совпадают с русско-венгерской языковой границей.
Пример бережского говора
(деревня Горонда под Мукачевом).
Коли дауныма ч ’асами ходиу Христос по земли с Петром, та
(j)aK они ишлй пут’ом, та каже Христос Петрови: назбергу, Петре,
ч ’ерепкю1 іедён м’ишч’ух, бо пюдеме до жыда на-нюч’, на нючѴух
22

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

с’а припрошовати. и уни jaK 3ajnum до жыда и припроси лис’а, и
жыд j их при) ay, но они с’а збавили коло жыда jaK куп’ц’и. и тыты
a f
черепки с’а стали на грош’и и унй поч’али тото перелйч’овати2 jaK
куп’ц’и. тут жыд jaK тото у в ’ид’иу, та дуже обьцало го лакюмство,
так што не мюг шоч’ переспати, таг го ид3 иу, ож jaK бы тыты
грбш’и уд них забрати, тут жутка ледвы го тонна была ч ’ерез ніоч’ удержати, но на рано jaK онй устали, утклонйлис’а и пюшлй гет.
но на кон ец’ села jaK ишлй, т а Hajmnn с-кон’а кетефйк4. у скоры} ч ’ас Петро с’а обзернуу и у в ’ид’иу, аж жыд за нйма б’ижыт’. каже
Петро: Господи, б’ижыд за нами"жыт, што буде? каже Христос:
jaK на нас наб’игне, лем ты на н’ого кетефйк в ’ёр’с’ на голоуу му.
ja r жыд наб’йх, и Петро на н’ого вер кетефйк, и жыт с’а "нарас
стау коном, и тоуды у з’али кон’а за кетефйк и за собоу вести.
у три роки назад припрошовалис’а на-ніоч’ до той жыткы. т а
is і
каже: л ’уде ч ’ёс’ни, та j a бых вас придала на-нюч’, aj6o у мене
газды5 ни je. бо и тоуды таки с’а припрошовали на-нюч’ jaK вы
двае, та не зна(у)у, ци го тыты дв а^ )ё пак забйли ци д ’ё с’а д ’юу6,
што го три роки ни je. Христос каже: т а ци л ’убйлас’ бы в ’ид’ити
газду соб’й? а уна каже: т а де бых не л’убила, т а д ’ ужё-м го три роки не в ’йд'ила. тогды каже Христос Петрови: иди т а уведи
того кон’а до хйжи, а уна 3jоскала: та ш и т бёсте ми и кон’а вели
до хйжи. а Христос каже: но та дотю не гонна-с’ в ’йд’ити Мошку свого, докю кюн’ не уу<уде до-хйж. и jaK го привіох Петро до хйжи.
и тоуды Петро из н’ого с’т ’ах кетефйк, и уюн с’а н арас назат стау
жыдом. и тоуды уна спознала оого и 3j(укала: лж с’а нарас назат
стау жыдом? и тоуды уна спознала jo ro и 3jójKana: аж де ты,
Мошку, быу за три роки? а уюн отповюу, ож ходйу на заробок.
Примечания, і. черепок."- 2. лич’й тй „считать” , из польского
liczyć - 3. ид „яд, злость”. - 4. кетефйк „недоуздок”, из венг. kótofek
„недоуздок”. - 5. газд а „хозяин” , из венг. gazda „хозяин” . - 6. д ’ё с’а д’юу „куда-то подевался”.
4.3. С ев ером арм арош ский говор находится на севере Мар-
мароша. На юго-востоке он граничит с южномармарошским говором, а на юго-западе - с береженим. Северная граница этого
говора идет от верховьев реки Б о ржавы на север от Березника
к селу Лозанскому в Воловском районе, к северу от Волового, а
затем в северовосточном направлении к верховьям реки Теребли
под Синевиром.
Этот говор является переходным между южномармарошским и
береженим и объединяет в себе их особенности. Здесь, также как
и в береженом говоре, говорят топ, еюл, кюн \ а также т ’юшка,
мн ’юд, л *юд, либо мед, лед. Подобно береженому говору в нем про­
износят в дат. пад. ед. ч. прилагательных и местоимений женского
рода тпіду дббрчду жди Аналогично восточной части бережского
23

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

г о в о р а и ю ж н о м а р м а р о ш с к о м у г о в о р у здесь п р е д ст а в л е н ы с л о в а
в о г л а с о в к е
киснути, хижа и т.д. В о с тал ьн ы х же особеннос­
т я х с е в е р о м а р м а р о ш с к и й го в о р с о вп а д а ет с ю ж номарм арош ским :
зд е с ь п р о и з н о с я т шило, шйти, жид; шчо вм есто што, тв е р д о е ч
(ч ы с т ы й ). В зн а ч и т е л ь н о й степени в э ти х го в о р а х с о в п а д а ет и
л е к с и ч е с к и й с о с та в : дев'яносто, зѳ’ёст”, б л ’удо, смйнити, клепан
и л и к л ё в ’ёц’ и т .д . Ф ормы п рош едш его времени гл а го л о в п л ести ,
вести, мести, бости в г о в о р е с е л а К о л о ч а в а -Г о р б у с овп ад аю т с
с о о т в е т с т в у ю щ и м и ф о р м а м и в ю ж н о м арм арош ском говоре: пл ’юг,
в ’юг, м ’юг, бюг. В с евер н о й ч а с т и север о м а р м а р ошского г о в о р а
п р е д с т а в л е н ы ф орм ы п л ’ю, в ’ю, м ’ю с у т р а т о й конечного -г. В
дол ине реки Б о р ж а в ы п р е д с т а в л е н ы формы п л ’иу, в ’иу, м ’иу, буу
и л и буг, а т а к ж е н ’ис „нёс” , я ’ик „пёк” . В вт о й ч е р т е севером ар-
м ар о ш с к и й г о в о р с б л и ж а е т с я с верхови н ск и м говором , с которы м он г р а н и ч и т н а се ве р е .
П р и м е р с е в е р о м а р м а р о ш с к о г о г о в о р а
( С е л о Д о л г о е ).
и сходи л и с ’а д ’иукы н а в е ч іо р н й ц ’и 1 у у у с ’йх2 были л ’ю б асы 3
а у jeHHojM н е б ы л о , a j io y д у ж е бы ло великы ) ж а л т ’а ун а усе
к а з а л а : Б о ж е Mioj Б о ж е т о j a н еш ч а с н а . у у с ’йх с у т л ’у б а сы лис4 у м ен е самоти не-je; к о б ы у м ене х о т ’ такьд н а к у р ’ач іо у л а п ’ц ’и5
быу. лиш ек4 р а с jaK м и н у л о оди н н атц ’а т ’ ч а с іо у 6, а д ’и у к ы ишчй
п р ’а л и 7 Taj о н а и з ним и, лиш ек р а с лёггін8 д у ж е красны] при їде Taj
п у с т и т ’с ’а и д н ’( у ) 9 Taj j i o 10 к а ж е ш чо ты у с е 11 г о в о р й л а с э убём t л n f
j a (и )т т о б ’и п р и ш оу такьц х о т ’ н а к у р ’ачю л ап ц ’и 5. и т а к уу ю н 12
jejH и з а у и п о в ’и у 13 je j и н а м ’ё ж и 14. и та к jio y каж е ци-дёш ты изо
мноу д а л е а кет* не jд ё ш т а у м р е у т т ’а м ат и , а у н а каже: Haj
у м й р а т и т а к м а т и jio y у м ёл л а ^ 5. и т а к j e jn м а т и р ’ jioy п о гр е б л и а
ую н ónjaT16 п р и ш оу (и )д д ’и у ц ’и т а jbó(y) каже: n o j17 ты (и)зо мноу бо ты м ене п р о с и л а с о б ’й за л ’у б а с а а j a т ’ёп’ёр* не го д е н 18 те б е
л и ш а т и 19, и т а к о н а и з о б р а л а с ’а из ним у піоночи20 т а прщ ш лй н а
jeHHÓ21 р о с п у т ’а 22 и т а к она jeMy каже: j a не j,ay д а л е (и )с то б о у
бо j a т е б е б о ( у ) у с ’а 23. а ую н jio y т о у д ы 24 каже: у м р е у т те б е
л An #

о т е ц ’, а у н а jeMy каж е: Haj у м й р а т . и т а к о т ёц ’ н а р а с 25 ум ер, и
п р и ш л и унй в е р н у л и с ’а домю . и т а к у ю т д ’а з а п р ’а т а л и 28. и тоуды •• Л ft # г*
у у ю н каж е: у б и р гу с ’а 27 бо мы и д е м ё т ’ёп’ё р ’ до ц ёркве28. а у н а
jeMy к а ж е : т ы д е м ы будемё и т й к е т 29 т ’ёп’ё р ’ у ш оноче30 ц ’ё р ’коу
зам к н ен а , а ую н jK>(y) каж е: м ы удомкнеме, а у н а jeMy каже: j a
б о у у с ’а ( 6 ó jy c ’a), а ую н jio ( y ) каже: т ы каж е Moja л ’у б а с к а 31 т а ты
(и )зо м ноу м усиш и тй . и у н а j и т а к онй при )ш ли до ц ё р кве и д в ’е р ’и с ’а у т в о р и л и с а м ’и и j a r
24

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

задали удну Taj уна дуже зал л акала, а угон имйу33 jejń т а так ниу
потр’ас шчо уна с’а на дрюбньд мак рассылала.
Примечания. 1. вечерниц’а „совместное прядение женщин и
девушек вечером” . - 2. „у всех” . - 3. „ухажор” . - 4. „только”. -
5. „на курьей ножке” . - 6. „часов” . - 7. прасти „прясти” , прали „пряли” . - 8. лёгйн’ „парень” , из венг. legeny „парень”. - 9. ид н ’юу
„к ней” . 10. jio (jioy) „ей” . - 11. усе „всегда” (литературное всё). -
12. „он” . - 13. „сказал”. - 14. „межа”. - 15. - „умерла” . - 16. „опять” .
- 17. poj „пойди” . - 18. „я талеръ не могу” . - 19. „оставить”. - 20. „в полночь” . - 21. „одно” . - 22. рбспут’а ср. р. „перекресток” . - 23. „я боюсь”. - 24. „тогда” . - 25. „внезапно” . - 26. „отца похоронили” .
27. „собирайся” . - 28. „в церковь” . - 29. кет’ „если” , заимствовано
из словацкого языка, русское диалектное аж. - 30. „в полночь” .
- 31. „симпатия, любовница” . - 32. „начала”. - 33. „схватил” . - Звуки ц’, ж ’, с’ произносятся с небольшим шипением.
(сел о В оловое).б ы л а je m m a к о з а т а м а л а с е м е р о к о зё н ’ат. р а с каж е: с и д ’и т
козён’а т а д ом а, а j a и д у н а т о р 1 ку п и т и вам к а п у с т и ц ’и 2 т а
слухайте коли прийде в оук3 то слухайте бо у н ’ого г о л о с то у с т ь ц а
у мене тонкы], гаош ла с т а р а к о з а н а т о р . з а малвд ч а с np n jm o y а о у к
и каже: пушчадте д ’й ти , се j a в а ш а м а т и п р и н е с л а в а м к а п у с т и ц ги.
козён’а т а с л у х а л и aj бо5 к а ж у т : у нашсуи м ам кы тонкьц г о л о с а у тебе тоусты ). воук ч е к а у ч е к а у и н и ч не д о ч ё к а у . пю ш оу д о
б оута6 и купйу с о б ’й Kpej,«y7 и з ’и у 8 и .oyMaje9 с о б ’и: 6 т ’ёп ’ё р ’
у мене тонкьд го л о с , приш оу д о к о зё н ’а т т а каже: д ’и т о ч к ы mój и
м йл’и п ус’ц ’ите, се j a в а ш а м а т и п р и н е с л а в а м к а п у с т и ц ’и. а д ’й т и сл ухали, у ж е такьд г о л о с jaK у нашо(^)и мамы: а н у п о каж и н ам
cBÓjy л а б у . во у к п о к а з а у и к о зё н ’а т а к а ж у т : у н а ш о ^ )и м ам ы н о г а
б’й л а а у т е б е нит. м ьГне п у с ти м е т е б е , пюшоу в о у к д о п е к а р ’а
Taj п р о си т т ’и с та : даі м ’и н ’й п е к а р ’у т ’й с т а . пекар1 д а у а у у ю н
нам астю у с о б ’и н огу, п ри ш оу (и )т к о зё н ’а т а м Taj каже: п у с ’ц ’й т
д ’йти, ce"ja в а ш а м а т и п р и ш л а с т о р г у , д ’й т и каж ут: а ну покаж и
нам cBÓjy н огу, у ю н п о к а за у , а н о г а б ы л а б ил а, д ’й т ’и п у с тй л и ,
# Л п

воук з а д а о у и у с ’й и з ’иу. лиш jeHHÓ пю ш ло н а кл и н ок10 у т о р б у 11.
^ л л # п л
воук H a jń y c ’a и пю ш оу и т к о л о д ’а з ’о в и 12 н а п й у с ’а воды и AyMaje
соб’и: л ’а ж у 13 и попочину. п р и й ш л а с т а р а к о з а и в и д и т , ш чо х ы ж а
уд о п е р та 14, а в о у к л еж и т с о б ’й ко л о к о л о д ’а з ’а и спит, с т а р а к о з а
3 a ju m a до хыш й видит: д ’и т и н е je . лиш jeHHÓ н а клинку и каж е:
мамко во у к приш оу и n ó j n y у с ’и козён’а т а . с т а р а к о з а каже: д а в а )
скоро нож иц’и и г л у т а н итку т а j д ’й м и д воукови. п р е ш л а с т а р а
к оза и р о с п о р о л а в о у к а а к о зё н ’а т а у с ’й з д о р о в ’и в ы с ка кал и . П р и м ечан и я. 1. т о р , род. п а д . т о р г а „рынок” . - 2. к а п у с т и ц а
„капустка” . - 3. в о у к „волк” . - 4. „голос” . - 5. „однако” . - 6. б о у т
25

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

„погреб, подвал”, из венг. bolt „погреб, подвал” . - 7. мел, из немец.
- 8. „съел” . - 9. „думает”. - 10. „крюк” . - 11. „мешок” . - 12. „колодец” . - 13. „лягу”. - 14. „открыта” .
4.4. У же к и й го в о р находится к западу от береженого говора,
поэтому его восточная граница совпадает с западной границей
последнего. Южной границей является сначала река Латорица (к югу и юго-западу от села Середнего), а затем она совпада­
ет с русско-венгерской языковой границей, идущей к Ужгороду.
Западная граница проходит по долине реки Уж от Ужгорода к
Великому Березному, далее она проходит по реке Уличке к се­
лу Улича в Снинском районе, а затем через Русский Поток -
к государственной границе у села Новоселицы. Далее северная
граница этого говора идет к Кост рину-на-Уже, а затем в том же
юго-восточном направлении - к населенному пункту Буковцова
и у югу к Симиркам в Перечинском районе. Оттуда северная
граница ужского говора идет по прямой л и ш и к Изворгской Гуте
в Мукачевском районе. В ужском говоре произносят пуп, ѳул, кун’, н'ус, п ’ук, ут ’ук
(рус. лит. мес, пёк, утёк). Обычно говорят мед, лед, реже мнуд,
луд. Д л я всего говора характерно произношение киснути, ноги,
хйжа. Исключением является северо-восточная часть Снинского
района у реки Улички, где сохраняется произношение кйснути,
нбгы, хйжа. Также везде говорят шйло, шйти, жйто, жыд. Звук
ч все носители этого говора произносят мягко ( ч ’исяшЙ). Слово
пут ’ в Мукачевском районе мужского рода (род. пад. пут’а), во
всех же других областях - женского и склоняется также, как и слова ч а с т ’, м ает’: род. пад. пути (как части). Прилагательные в
им. пад. мн. ч. имеют формы золотой, молод’й с мягким согласным
перед -и. Вопросительное местоимение в Мукачевском районе
в долине реки Т урьей имеет вид жо (кто), в других же районах распространения данного говора - х т о (как и во всем русском
языке). Форма среднего рода звучит как што, в долине реки
Уж - ш то или шо. Форма будущего времени образуется при
помощи вспомогательного глагола б$ду (б$ду йети „буду есть”)
или глагола хочу, сочетающихся с неопределенной формой глагола
(хочу йети „буду есть”). Формы прошедшего времени глаголов
плести, вести, л е с т и , б о с ти в разных районах звучат по-разному.
В Мукачевском районе, у села Середнего, в долине реки Турьей
и в горах, прилегающих к ней на северо-западе, говорят плуг, ѳуг,
мнуг, буг. Эти же формы можно услышать и за рекой Ужом, к
северу от Великого Березного, начиная с сел Соль и Кострина, а
также в прилегающей северо-восточной части Снинского района. В долине реки Уж и к востоку от Ужгорода, включая Середнєє,
вместо приведенных форм употребляют п л ’уу, в ’уу, м л ’уу, буу.
Здесь употребляют главным образом союз же: оуун говорит’(или
л
г в а р и т ’) же прщде. Только в самой восточной части говора,
26

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

в мукачевском районе, сохраняется старый русский союз а ж
(или убж). В значении „только” употребляется частица лем.
Словарный состав несколько отличается от словарного состава более восточных говоров.
Пример ужского говора
(деревня Червенёва):
было, де не было, была стара баба, а дуже была худобна,
што не мала у ч ’ум богач’а1 испеч’й. сос’йде уже jyj не хот’йли
дати ани іенну т р ’йску. так уна пушла у л ’ис мало руж’д ’ж ’а назбёрати. jaK уна назбёрала,лта што была дуже стара, не тонна
была не себе пун’н ’атй3. так казала: ход’ бы ч ’орт пришоу на н’а
пун’н’нати. и TaKÓj нараз зад Hej и кос’ 3a ró jK a y : гоп, Tyj j a . а то боу
сам ч ’орт. но, каже, j a на тебе пудодму. но стара баба пристрашена
што знала уже робйти? лем зато уна скоро соб’й роздумала: кит’
то ч ’орт, т а Haj ми ш’и грош’и позуч’и т ’, бо уже ми jeHHÓ. т а
уун jyj позыч’иу м^йрку грошы до року вернути, а кин’ H’jeT,
та jero jejń душа, у рук кид’ буде мати м^йрку грошы, та убы
пришла у л ’ис т а гейкала: Максйн, Максин! принёслам хи доух. и Л 4 А
баба понесла грош’и дому т а )мппа. газдовати: исправила хйжу,
хл’иу, волы, коровы, кури, ушытко, што треба было, ш’и и много
зём’л’и. aj6ó Tyj приходит’ рук: треба вертати доух. каже д ’идови:
збивгуме грош’и, продауме дашто, што нам ни треба, убы с’ме Максйнови вернули доух. и уни попрауд’и искали M’jń p K y грошы.
л е л 4
та на другиі д ’ён’ уз’ала баба м^ирку грошы, Taj д ’йдо пушоу из
ниу, убы вернутм гроши, та пушлй у л ’ис т а rójKayyi4: Максйне, Максине! nój с'уда. бо принёслам ти дбух. та усе гсукауут, а , л л л
Максина ни-je. аш по-над в’ёч’ур из в ’ёр’ха восокого дуба KÓj3
3arójKaT’: неси соб’й, бабо, доух дому, бо грум Максйна забйу
на Росвйгоуум мосѴи. и баба пушла дбму та лехко5 и ннёс’ка
жыуут кинг не пумерали. Примечания. Ї. „омлет”. - 2. „хворост, валежник” . - 3. „под­
нять” . - 4. „кричать” . - 5. „вероятно, возможно” .
4.5. В осточнозем плинский говор. Этот говор распростра­
нен в Снинском районе на территории от его восточных границ (исключая северо-восточную часть, относящуюся к ужскому го­
вору) до долины реки Цироки включительно. Этот же говор зани­
мает и северо-восточную часть Собранецкого района. Северной
границей его распространения является государственная граница
с Польшей, южная совпадает с языковой границей русского языка.
Восточноземплинский говор также имеет гласный у на месте
5 в таких случаях, как пущ ѳул, кун’, как мы это уже видели в
соседних говорах ужском и южномармарошском. Аналогично и
27

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

на месте продленного є в закрытых слогах слышим j y (ю), напр.
т ’ютка, однако в причастии прошедшего времени произносится и:
н ’ис, п ’«к, ут ’ик. Э та ч ерта сближает восточноземплинский говор
с западными говорами подкарпатского диалекта, по отношению к
которым он является переходным. (В западных говорах, как мы
увидим ниже, гласный и представлен как на месте о, так и е.) Аналогично и от глаголов плести, вести, мести действительное
причастие прошедшего времени имеет звук и окончание, обычное
для всех глаголов: п л ’чу, в ’иу, м ’иу. Только глагол бости имеет
гласный у: буу. Формы плуг, вуг и т.д. с окончанием -г здесь
л
неизвестны. В большей части этого говора преобладает произ­
ношение киснути, руки, ноги, хыжа , т.е. здесь сохранен звук ы.
Исключение составляют только несколько деревень, находящих­
ся по соседству с Великоберезнянским районом на автостраде В.Березное-Собранцы, в которых, как и в ужском говоре, после
заднеязычных к, г, х произносят и: киснути, руки, ноги, хижа.
Во всем восточноземплинском говоре представлено произношение
шйти, жито, жид с отчетливым ы после шипящих. Звук ч
здесь произносится еще мягче, чем в ужском и бережском гово­ рах, а после него всегда слышится чистое и (а не более заднее
и ). Здесь говорят, например, у ч ’ит ёл*, ч’истый. Характерной
особенностью этого говора является произношение жена, чало,
часатй , часнок. В говорах, о которых мы говорили ранее, в этих
словах в первом слоге произносится о (из старого е, изменивше­
гося после шипящего: жона, чоло )или е ( чесати, чеснок ). Другой
отличительной особенностью является произношение твердого п:
столёц9 кон'ёц, вууца - род. пад. мн. ч. оѳ ёц, пшеница, царица
л / X
(в южных говорах это ц мягкое: кон ёц\ род. пад. мн. ч. ов’ёц*,
пшениц’а, цариц ’а). Также твердо произносится и -ca (6ojdmuca,
битиса ) вместо обычного русского -ся. Во мн. ч. совершенно
обычно произношение пбпи, хлопи, жиди, цапи. Подобные фор­
мы им. пад. мн. ч. у личных существительных являются очень старыми. Вопросительное местоимение в восточноземплинском
говоре звучит как хто , што. В функции союза здесь употребля­
ется исключительно слово же, которое следует считать союзом
западнославянского происхождения (eyw гварит’ же npujde). В
значении „только” употребляется частица л ем (как и в.ужском и
бережском говорах). Носители восточноземплинского говора го­
ворят дёв’адёс’ат, гитирётсат’ (а не сорок, как в более восточных
говорах), и в этом данный говор сближается с другими, более
западными говорами. Кроме того, здесь употребляются слова миска, вапно, молоток, боронити „тащить” , nom’a (ср. р., „птица”
как в более восточных говорах), гладило „зеркало” .
28

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Пример
(Сташчин Снинского района):
быу j еден хлопч’йш’е 1 худобньц и служыу у іедного газды. г» _ лгониу вууци . вышоу раз на-поле и сиу соб’й на пн’а. и п ’йскау
л _ л г» л на п’иш’а л ’ціг* так красно аж л из розл’игауса, и быу на тум
пол’у крал*4 на пал’оватд’и5. и у ч ’уу j a r уун красно п ’йскау. и
прешоу (и)д н’ому и зв’йдуіеса н ’ого, же ч ’ом такьд весельц. а ft .(у)ун му отпов’й дат’: ч’ого бы j a са мау журити6 кет’ ане сам
на)асн’йшны) крал’ не je ш’аслив’ишшьд "а богат’йшшьц j a r ja . а
крал5 ca 3acM5ńjay и попросйуса н’ого: шо ты хопч’ику такого
Majem шо с самым крал’ом с а poyH’ajein’? а (у)ун отпов’и д ат’:
пане7 ци тоты восоки горы и зёлён’и розлогы8 не зёлён'йуутса так само про мене j a r и про ч ’йсар’а9? а сонце на высокум нёб’и не св’^итит’ так само про мене j a r и про ч ’й сар’а9? а cyojn дв’и воч’и
не дау бы ja за цильц св’ит. мау дв’и руны а дв’й ногы HajńMca
до сыта уболоч’ёны]10 ja, но пов’ич’те пане: Maje ч ’йсар’ вёце11?
а ч ’йсар засм’йіауса и пов’й д ат’ му: Majem хлопч’ику прауду буд’
контетньц с тым шо Majem и буде ти добр’и на св’йт’и. тогды хлопч’йш’е засп’ивау:
не хоч’у богатства
не п’иназе мати,
не паном 6ojapoM13 не кн’аз’ом са звати,
лем добрьц H’aj буду
и Богу милён’кц) H’aj л ’убл’ад’ н’а л ’уде
тогды-м ш’аслив’ён’кьг).Примечания. 1. „парень” . - 2. „овцы” . - 3. „флейта” . - 4. „ко­
роль” , из словацкого. - 5. „охота” . - 6. „заботиться” . - 7. из
западнославянских языков. — 8. „просторы” . - 9. „император” , из
венг. csasar „император” . - 10. „одетый” . - 11. „больше” , из польско­
го wiece. - 12. „довольный” , слово иностранного происхождения,
заимствовано из соседних языков. - 13. „боярин” .
4.6. Зап адн озем пл и н ски й говор. Этот говор распространен
в западной части Снинского района, т.е. к западу от долины реки
Пироки, а также в Межилаборецком районе, включая долины рек
Лаборец и Олька и простираясь к истокам Лаборца. О т вос-
точноземплинского говора его отделяет водораздел рек Цироки и
Удавы. Южной границей является граница между территориями
распространения русского и чехословацкого языков (к последне­
му относятся находящиеся здесь цотацкие говоры восточносло­
вацкого диалекта). Северной границей является государственная
граница между Чехословакией и Польшей, проходящая по глав­
ному хребту.
29

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Западноземплинский говор отличается от восточноземплинс-
кого достаточно сильно. Старые продленные гласные о, ё в
закрытом слоге здесь изменились не в у (ю), как это было в ранее рассмотренных говорах, а в и . Носители западноземплинского
говора говорят пип, вил, кин’ (род. пад. ед. ч. попа, вола, кон'й).
Аналогично произносятся и н ’ис, п л ’иу, в ’иу, зб’иу, м ’ѵд, л ’ид (ре­
же мед, лед). В большей части говоров нис „нос” и н ’ис „нёс” в
произношении отличаются, т. к. согласный перед и, возникшем
из ё, произносится мягко, а перед и, возникшем из о, - твердо. По этой особенности ( и , возникшем из о, ё) западноземплинский
говор в определенном смысле сближается с южномалорусским (западномалорусским) диалектом, хотя многими важными чертаг
ми они различаются. В западноземплинском
говоре так же, как
и в восточноземплинском слова киснути, руки, ноги, хижа про­
износятся со звуком ы . Аналогично произносятся и слова шило,
ш йти, жйто, жид. Одинаково в обоих говорах произносит­
ся и звук ч ’, отличающийся сильной мягкостью. Здесь говорят
у ч ’й тёл’, ч ’истый с таким и , которое бывает в словах, содержащих
и из старого Ѣ> (напр.: т ’йло, с в’ит), а не и , встречающееся в
позиции после твердых согласных (напр., тихо). Одинаково в
обоих говорах произносятся и слова жена, чало, чесати, часнбк,
что их отличает от других, ранее упомянутых говоров. Сущес­
твительные мужского рода со значением лица, а также названия
животных в им. пад. мн. ч. имеют окончание -и : попи, хлопи,
жйди , а также цапи „козлы”, когути „петухи”. Вин. пад. мн. ч.
звучит как ц а п ’иу или цапи. В формах им. пад. мн. ч. имен прила­
гательных представлено окончание -ы: золоти, молоди, велики,
малы , что отличает западноземплинский говор от восточнозем-
плинского и других говоров, о которых мы уже говорили. З а­
падноземплинский говор отличается от восточноземплинского и способом образования сравнительной степени имен прилагатель­
ных (компаратива). Компаратив имеет в нем окончание -ш ы й ,
напр.: шырокый - ширший, ускый - уипиыи, дорогый - дорбшшый,
молоый - молотшый. Э т а форма компаратива сближает запад­
ноземплинский говор с южномалорусским (западномалорусским)
диалектом. Формы глаголов будущего времени образуются толь­
ко при помощи вспомогательного глагола буду: буду гварити, буду
мит и. Сочетания глагола хочу с неопределенной формой глагола
не имеет значения будущего времени. Формы действительного причастия прошедшего времени глаголов плести, мести и т. п.,
которые рассматривались в других говорах, в западноземплин­ ском говоре вообще отсутствуют. Вопросительное местоимение
имеет здесь форму хто и што. представлен и союз же: вин
пб в’йдат’, же приде. Словарный состав западноземплинского го­
вора существенно отличается от словарного состава восточных
говоров. Приведем несколько примеров. Слово пут ’ здесь отсут-
30

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

ствует и известно только из книг, вместо него говорят
дорога (и
даже драга, заимствованное из словацкого языка). Говорят миска,
ваппо, боронити. Женскую юбку называют кабат, блузку о пл’й ч’а,
ср. р. (род. пад. опл’мч’ате); вместо колод’аз* говорят студн’а, пре­
дставлено слово молоток. Вместо обычного русского слова сорок
говорят штирётцат’, вместо дев’яносто - дёу’адёс’ат*.
л
Примеры
(село Чертежное под городом Межилаборцем):
Іеден газда барз не добрьд быу т а п’ишоу косйти, а жена му
. л а л

вынесла йети, та лем се1 на н ’у крич’ау. т а она пак пов’йдат:
газдоч’ку м’и(і), ты остан’ дома, а ja п’йду косйти. т а в ’ин остау
дома т а варйу перогы, т а се котрьд п’ёр’их сплыу, т а се зиу.
Taj уж не остау лем іеден п’ёр’их. т а іеден п’ёр’их вын’йз жён’и об’идати, а мау г-год’ён’ч ’ати2 правити масло, т а з ’ау бод'ёнч’а
на плёч’и и п’ишоу на воду, а с ’а схылйу воду з а ч ’ёрти, т а с’а выл’ало шытко. а мау дв0]е т ёл’ат т а іиг"выметау на п’ид, жёбы
гын или. т ёл’а т а попадали с поду т а с’а побйли. Taj зау познимау
скйркы т а пов’ишау на п ’ид. а в’ёч’ур пришли м ач’кы3 на п’ид
скиркы грысти, та jHM с’а блишч’али он’и. Taj пов’йдад жён’и: joj,
женоч’ко, на под’и ч ’орти, т а з’ау св’й ч ’ку Taj залалйу хыжу, жёбы ч’орти затор’или. т а таг газда 'погаздынйу.
Примечания. 1. „всегда” . - 2 . боден’ка, уменьшительное бодён’-
ч’а, ср. р. „масленка” . - 3. „кошка” , из венг. mączką „кошка” .
(селение Паризовцы, Снинский район).была худобна jenHa жена, м ала сына а не мала му што давати
jńcTи, та го плекала1 до дванатц’а т’ рокиу. а о дванатц’ат рокиу / Лпросиуса хлопец од матере на службу, и прешоу до валалу2 и
просиуса n’yaej де бы нашоу службу а л ’уде му казале же шцде у
попа, а вин3 са попом позиднау4 на}едён рик® же не хоч’е нщаку
. лплацу4 лем кил’ко на плеч’ох понесе, а уыслужыу рик и крутйу
поверёсла6 ис соломы, y6ja3ay коло сыпанце7 и у зау на плёч’е и
пон’йс соб’й домну, пип® мау злого бу(у)ака, же го рострёпле,
А А і _ 'л
а вин хопиу бу(у)ака и уыуерх10 на сыпанец. потому уыпустиу
злого BajuaKa и вин хопиу го и само1іЄ верх на сыпанец. и так
прин’йс сыпанец ид матере "и т а г мале што j^ T H до смёрте. Примечания. 1. „кормить грудью” . - 2. в ал ал „деревня” (старое
венгерское слово). - 3. „он” . - 4. заимствовано из словацкого или
польского. - 5. рик „год” (заимствовано из западнославянских
языков). - 6. „соломенный жгут, перевясло” . - 7. „амбар” . - 8.
31

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

„поп” . - 9. „бык” (вместо бу ак, как это слово звучит в других
говорах). - 10. „забросить” . - 11. „жеребец” . - 12. „также” .
4.7. Ш а р и ш ск и й говор. Территория распространения ша-
ришского говора довольно значительно вытянута: от водораздела
рек Лаборца и Ондавы и от речушки Ольки он переходит через
реку Попрад и занимает территорию до самой границы бывшего
Спишского комитата (иными словами до линии Малый Липник­
ів айтовка-О р лов-Выел анка-Б л ажов). Северной границей являет­
ся государственная чехословацко-польская граница, проходящая
по главному хребту Бескид. Южная граница совпадает с грани­
цей между подкарпаторусской и словацкой языковыми областями.
К шаришскому говору относится и русский языковой остров во Врановской области.
На этой значительно вытянутой территории в разных областях
появляются, естественно, и различные особенности в народной ре­ чи. Вместо старого продленного 6 в шаришском говоре, как и
в западноземплинском говоре, представлено и: в ’ил, п ’ип, н ’ис.
Продленное ё в закрытом слоге выступает в виде и только в вос­
точной части шаришского говора: здесь говорят н ’ис „нёс”, п ’ик,
м ’ид или мед, л ’ид или лед. Кроме того, встречается и огласовка
Mjyd (в речи старшего поколения). В западной части говора,
особенно в Б ар дей о веком и Сабинов ском районах, до настояще­
го времени сохранилось более старое произношение: Mjyd, л ’уд,
форма прошедшего времени глагола нести - «'ус, аналогично й формы прошедшего времени глаголов фтечи, печи, замести и т.д.
звучат как фт’ук, щук, заміув. Общешаришской особенностью,
отличающей его от других говоров, является оригинальное про­
изношение звука л, который по звучанию приближается к звуку
у (в)6. В Сабиновском районе согласный л полностью совпал с согласным в. Так, здесь говорят, чеуо „лоб, чело” , ѳов „вол” ,
буыха „блоха” (вместо вол, блыха); ваме (вместо ламе, „ломает”).
Абсолютно твердым в шаришском говоре является согласный ц в отличие от восточных подкарпатских говоров, где этот звук сох­
раняет свою мягкость. В Шарише говорят отец, пшеница (род.
пад. ед. ч. пшепйци), тогд а как в других говорах представлены
формы от сц зщац ’ (род. пад. ед. ч. зщац’а), пшениц’а (род. пад.
ед. ч. пшениц’и), и напротив, звук с в шаришском говоре произ­
носится с такой мягкостью, которая нехарактерна для русского языка. Особенно на территории к западу от Свидника вместо
® Т а к н а з ы в а е м о е т в е р д о е и л и з а д н е е л , о б р а з у е м о е в р е з у л ь т а т е р а с с л а б ­
л е н и я з а д н е й ч а с т и я з ы к а , я в л я е т с я н и з к и м з в у к о м , н а п о м и н а ю щ и м з в у к у .
В п о д к а р п а т о р у с с ком д и а л е к т е э т о т в а р и а н т з в у к а л п р е д с т а в л е н т о л ь к о в
ш а р и ш с к о м и с п и ш с к о м г о в о р а х ; в д р у г и х ж е г о в о р а х и м е е т с я л и ш ь т в е р д о е л , п р и п р о и з н е с е н и и к о т о р о г о к о н ч и к я з ы к а п р и ж и м а е т с я к в е р х н е й ч а с т и а л ь в е о л , а о с т а л ь н а я ч а с т ь в ы д в и н у т а в п е р е д .
32

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

обычного русского с’ произносится особый тип мягкого с ’ (гра­
фически ш’), появившегося здесь под влиянием польского языка.
Этот же звук под влиянием польского языка распространился и
в соседнем цотацком говоре восточнословацкого диалекта, где
также произносят ш ’ено, ш ’вет, ш ’вати. Предлог в в шаришском
говоре произносится как ф или х, напр.: ф сад’и, ф пали, ф церкви,
ф хыж’и - или X сад’и, х поли, х церкви, хыж’и . Перед гласными и
звонкими согласными этот предлог произносится как г: г оутари,
гдолони. (В других падкарпаторусских говорах этот предлог про­
износится как у, напр.: у саду, у церкви, у долбни ). Им. пад. мн. ч.
существительных мужского рода образуется так же, как и в обоих
земплинских говорах: попи, хлопи, жиди. Существительные жен­
ского рода в твор. пад. ед. ч. приобрели окончание из склонения
существительных мужского рода: з руком, з йогом, зо женом. Н а
крайнем западе, в Сабиновском районе, говорят даже зо смертом
„со смертью” , эос честом „с честью” . В им. пад. ед. ч. эти слова
произносятся без смягчения: чест, смерт, в остальной же час­
ти шаришского говора ч ’ёст’, с м ’ер’тФормы множественного
числа прилагательных здесь образую тся так же, как и в запад- ноземплинском говоре: золоти, молоди, стари, сити. Степени
сравнения прилагательных образуются, как в земплинском гово­
ре: ширший, молотлиый и т.д. Вопросительное местоимение имеет
формы хто, што. Здесь представлен союз же ( е ’мн гварит, же
приде). Вместо общерусского л и ш употребляется частица лем,
как и в большинстве подкарпатских говоров. Среди глагольных форм выделяются формы действительного причастия прошедшего
времени, звучащего в шаришском говоре как давал, ходил, т.е. в
нем сохраняется согласный л без изменения в отличие от всех
других подкарпаторусских говоров, в которых представлены фор­ мы давау, ходиу (конечное л изменилось в у). Формы будущего
времени в нем”выражаются способом, заимствованным из поль­
ского языка: буду давал, буду ходил. Как видно, шаришский говор
испытывает сильное влияние соседних западнославянских языков,
особенно польского, оставившим в нем больше всего следов, а
также словацкого. Были утрачены многие особенности русского
языка, самой существенной из которых является у тр а та разно­
местного, динамического ударения. В шаришском говоре находим
некоторые слова без так называемого русского полногласия: вмес­ то дорога говорят драга, от прилагательного дорогий образуется
форма сравнительной степени драшшый (вместо дорошший). По­
льского либо словацкого происхождения многие слова церковного
характера, напр.: костел ’ник „звонарь” (на остальной территории
Подкарпатской Руси - звунник или цёр’куник). Другие примеры,
приводившиеся при описании иных говоров, здесь звучат как и в
западноземплинском говоре.
33

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Пример шаришского говора
(деревня Русская Поруба, район Межилаборца)
того с’л ’ипого одвели до валалу1, привели го до jeflHoj хыжы,
и зв’и д’иіес’а, же што ту новбго. и зачали му госпраул’ати о крал ’иус’кы принцёзы, же два с’а одали, а тр ё т’а ч ’ёкат за ценным
капитаном, котрьц уж пару рокиу п’йшол на урлап2. и в ’ин дораз знал, же о ним je б’ёс’йда. он мал от toj принцёзы jёдeн златьц
пёрст’ин’, на кбтрым перстён’у было jej мёно написане, и пов’йдад
в ’ин медному хлопц’ови: однес принцёзи. она j a r в’ид’йла, же то jej
пёрст’ин’, и зв ’ид’^ ё с ’а того хлопц’а, же откале в’ин тот пёрст’ин’
мат. а хлопедз jn пов’йдад, же то jeдeн с’л’йпьгі шловек дал. vq она
дорас йде с хуопц’ом гу тому с’л ’ипому и ja r го вйдит и поцилуіе
го, бо она дорас познала, же то jej дауны) молодьд. а в ’ин jej
пов’йдат, жебы она с’а одала за ко(г)о хоче, бо они не годни и таг
жы т’и. але она в ’ирна быуа jÓMy та пов’идад му: j a с’а тебе ужег
не стр’а ч ’у; будёме да^аг жыти, будёме по жебран’у ходит’и, а т ’а буду водйт’и, и так соб’и заробиме каждодённьд хл’ип.
Примечания. 1. Старое венгерское слово valal „деревня” . - 2.
Из немецкого Urlaub „отпуск”, проникло из речи военных.
4.8. С пиш ский говор. Это самый западный подкарпатский
говор. Он распространен на части Старолюбовнянского,
Ле-
вомского районов и района Спишской Старой Веси. Как было сказано выше, его граница совпадает с границей подкарпаторус-
ской языковой области. Русский языковой остров, относящийся к
спишскому говору, находится в районе Спишской Новой Веси (За-
вадка, Порач) и в Гельницком районе (Словинки, Гелемановцы, Койшов).
Этот говор со всех сторон окружен западнославянскими язы­
ками (словацким и польским), поэтому он, как и шаришский говор,
воспринял множество иноязычных элементов и утратил русское разноместное, динамическое ударение. Несмотря на это, спиш­
ский говор не только не утратил свой русский характер, но и
сохранил до настоящего времени многие древние и своеобраз­
ные особенности. К ним относятся прежде всего произношение
пып, кын’, Mjł*d , т.е. на месте старых 5 и ё в закрытом слоге
произносится звук ы. В Леврчском районе, однако, произносит­
ся топ, кюн’, т.е. исконный звук б изменился в ю. Иначе эти
слова звучат в районе Спишской Новой Веси, где говорят njyn,
куун\ Как видно, спишский говор хотя и распространен на не­
большой территории и на нем говорит небольшое число людей,
он в языковом отношении не является монолитным и делится на более мелкие диалектные единицы, имеющие существенные отли­
чия друг от друга. Особенностью спишского говора является
также произношение j n в словах вуира, Mj up а (рус. лит. втъера,
мѣера ), в которых j n возникло из старого Ѣ. В некторых мес­
тах (В. Липник, Фольварк) говорят ѳуыра, му up а с гласным ы
34

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

после j .
В обоих типах произношения ( ejupa и ejupa) сохранен
след старого дифтонгического произношения Ѣ, сохранивш егося
до настоящего времени во многих великорусских и некоторых
малорусских говорах (напр.: северовеликорус., ю жновеликорус. и северомалорус. виера, миера).
Пример спишского говора
(из деревни Фольварк).
быу ц а р ’ а мау кон’а а прідау cbojłim слугом, же хторьу перше
приде" noejucTH, "же кын’ здох" того даст об]ысити. слузи ш’а старали межды собом, же хторьу перше цар^ови noejbicT, т а го
цар’ даст об^ысити. ани ]еден не jiiioy повдысти, бо ш ’а 6ojay.
ишоу циган, ш удау слугам: цо ш ’а ста-pajyT? слузи ^ д а л и , ж е
jbiM не поможе, циган пojдay: а кет rej? они му ш удали, же ш удау
Цар’, ЖЄ XTOpblj Перше ПОВІЫЗД, Же КЫН* ЗДОХ, ТО ГО ДаСТ o6jbJCHTH.циган пышоу ку ц а р ’іови а ш удау, же, пане, ваш кын’ лежыт, ногы
выч’агн е н ы ^ а зы к вываленьц а не дыхат. ц а р ’ nojAay, же цо je му.
циган поідау, же не зна. ц а р ’ шудау: пане, вас тр"еба o6jbicHTH, бо сте поідали, же кын’ здох, ц а р ’"не знау, цо робити, бо сам
noejbiy, же кын’ здох.
Необходимо также упомянуть о говорах, которые можно счи­
тать переходными или в которых сохранились реликты произ­
ношения, которое ранее господствовало, а в настоящее время сохранилось только в отдельных деревнях. Таким говором яв­
ляется говор деревни Звалы, находящейся в Снинском районе у
истока реки Пироки на границе восточноземплинского и западно-
земплинского говоров, носители которых говорят пип, вил, кин ’
либо пуп, вул, кун Деревня Зв а л а в этом смысле отличается и
от Восточного, и от Западного Земплина, т.к. здесь произносят пюп, ѳюл, кюн. Вероятно, таким способом эти слова когда-то
произносились во всем западноземплинском говоре, однако под
влиянием говоров Галиции, откуда на данную территорию приез­
жало много переселенцев, указанные слова стали произноситься как пип, вил, кин’. Другой реликт более старого произношения
находим в Шарише, в деревне Кобыльницы Гиралтовского райо­
на, где аналогично до сих пор произносят пюп, вюл, кюн ’, как еще
в недалеком прошлом говорили в значительной части шаришского
говора, который подвергся еще большему влиянию других языков
и диалектов (польского и галицкого).
Пример говора деревни Звалы.быу іуден ковал’1 а призвеско2 му было Гол Васйл’. т а cjaTbij3
Петро из Исусом Христом4 ходйу по земле а мали іедного осла
и превелй до того ковал’а ковати. и так гуариу c ja T iij Петро
ковал’ове, ци бы Петро из Исусом осла, уіон5 казау, же поккуе
35

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

лем прев’ётте. и так превелй того осла до шмытн’и6. и так пюткбуы
поробйу и поч’ау ковати и знау л аб у' и л аба са уын’ала из ко л’ина.
и так ковал* у в ’гід’иу, же то уш не je дббр’и. але зато уюн поковау Л л л п
лабу и преложыу там, и лаба са зросла, и так ушыткы® штйри
л абы так уьш’алй и са зросли, и так гуарит’ jÓMy" ковал*, ж е в’ёд’
гет, не хбч’у нй^аку плацу®, и jaK уюн прив’йу Петро Исусове Христове осла и гуарит*: пане, уш покованньу. "уюн му каже: ид’
са зв’пдуі, што хоче за кован’а. Петро пюшоу ид ковал’ове, же
што просит* за тото кован’а, joMy ковал’ отпов’йу, же уюн зато
f
-и,

нидж не жадат*. и прешоу ид н ’ому сам Исус Хрйстос. а cjaT u j
Петро му шептау до ууха ковал’ове, жёбы просйу p a ja . а ковал’
не хот’йу того л"ем такы лехкы ричи. т а гуарйу 'ковал’, же Maje
jeAĆH столёд свого н ’йн’ка9. хто на н’ого с’аде, т а жёбы з н’ого не устау, покы уіон не роскаже. потому иш’ш’й Maje у cBÓjioj
загоротци10 слйукы, та хто на н’и уыде, жёбы не зышбу покы уюн не роскаже. потюм11 Maje je;my пакташку12, же хто до H’ej
ууьцде, бы не уышбу, покы j a не роскажу. и ууш Исус Хрйстос ис
cjатым Петром уз’алй свого осла и пюшлй уыттам гет. потюм ид
Гол В асил’ове прешбу іедён и му гуари т’: нашто бы так т ’ашко
робйу, коли ты можеш лехко жыти. Saj м ’и са запесати, т а будеш л #
мати дос п ’ин’азщ. и уюн дау са запесати на шіос’13 рбкю и уюн
шмытн’у 6 охабиу и пюшоу св’итаме. Примечания. 1. „кузнец” . - 2. „прозвище” . - 3. „святой” . - 4.
„Иисус Христос” . - 5. „он” . - 6. „кузница” , из немецкого Schmiede
„кузница” . - 7. „лапа” (ср. венгерск. laba ). - 8. Из словацкого
или польского. - 9. „отец, папа” (в других местах н’ан’ко). -
10. загоротка „загородка, садик” . 11. „потом”. 12. „мешок”, из
немецкого Packtasche „мешок”. 13. „шесть”.
Примером чуж еродн ого в л и я н и я на говоры Подкарпатской
Руси может служить говор села В.Бычков Раховского района, а
также близлежащих сел Вышняя Апша, Луг, Розсошки, Кобылец-
кие Поляны, в котором утратился звук ы, регулярно произносимый в говорах Подкарпатской Руси. Это произошло потому, что на
это место не так давно переселились люди из Галиции (гуцулы).
Здесь говорят бик вместо бык, мило вместо м й л о } но сохраняют
подкарпаторусское произношение пуп, ѳул, к у н } и т.д. К этой
же группе относится и говор села Брустуры в тячевском говоре, лежащем изолированно у границы на левом притоке Тересвы, В
селе Розсошках преобладает произношение и из о, ё (пип, вил).
Чужеродного (галицкого) происхождения и говоры, находящи­
еся на территории Подкарпатской Руси на границе с Польшей
(точнее с Галицией) в самой северной и бедной урожаями части бывших Ужского, Бережского и Мармарошского комитатов. Это
36

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

т. наз. Верховина, известная бедностью земли и населения. Она
занимает северовосточную часть Великоберезнянского района,
начиная долиной реки Стужицы (правого притока Ужа) и реки
Вышки (левого притока Ужа), южными склонами Полонины Ров­
ной, охватывает северную часть Свалявского района в верховьях реки Латорицы, территории к северу от горы Менчулы Широко­
го и от Полонины Во ржавы, а также северную часть Воловского
района к северу от линии Тюшка-Соймы Торунь.
По своему составу верховинский говор уже не относится к под-
карпат о русской группе говоров. Верховина начала заселяться в ХѴІ-ХѴІІ вв. выходцами из Галиции, и их переселение про­
должалось и в ХѴІІ-ХІХ вв. Население, проникающее сюда со стороны северных склонов Карпат, принесло сюда и северокар­
патский галицкиЙ говор, который сохранился, несмотря на то, что с течением времени он испытывал влияние старого подкар-
паторусского говора.
В верховинском говоре произносится п ’ип, в 'ил, н*ис „нос” и
аналогично « ’«с, „нес*, в Чиє и т.д., т.е. вместо старого о, ё в
закрытых слогах представлено и, как и в галицком говоре мало-
русского диалекта. Другие его особенности представляют собой
собственно соединение черт, принесенных и з Галиции, с черта­
ми, воспринятыми от соседних подкарпаторусских говоров. Так,
например, жители Верховины из Великоберезнянского и Сваляв­ского районов произносят киснути, руки, ноги, хижа, так как и
вся долина Ужа и соседняя часть бережского говора произносят
так же. В Воловском же районе верховинский говор в этих сло­
вах имеет звук ы: киснути, руки, ноги, хижа, так как подобным
образом говорит весь Мармарош. Однако данная изоглоса в
верховинском говоре не совпадает с соответствующей изоглосой в бережском говоре (см. карту). Во всем верховинском говоре
произносят хто, с ’ч ’о, шо (или шЧ>). Глагольные формы 3 лица
имеют окончание -т твердое: ходит, идут.
Пример галицкого говора
(деревня Буковцы Свалявского района).
были два в ’иуч’а р ’й. они пасли на полонин’й в ’йуц’и. на т ’и
полонин’й была j енна скала, котру называіут бапкоу. на т ’и бапц’и
Іеден кам’ин’ отхилйус’а в ’ит скалы, такй) jaK пйпка? jefleH в’и у ч а р ’ заставиус’а, ш’ч ’о в’ин на т’и скал’й постоит дванатц’ёт* раз
дуба, ув’йн у л ’ис на скалу и ставау дуба, усе, колй ставау дуба, перекстйус’а, а коли ставау дванатц’атьц рас, не перекстйус’а и упау. колй падау, казау, убы jo ro в ’йуц’и и пес ишлй з а ним.
пес "скоро скоч’иу, а в ’йц’и"в’иуч’ар ’й не пустили з а ним. там, де
в’иуч’а р ’ упау, у р ’ис j a e ’Hp’, а"де пес, у р ’ис возник.
К подкарпато рус ской группе говоров совершенно не относятся
т.наз. гуцульские говоры северо-восточного клина Мармароша,
37

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

распространенные в Раховском районе, кроме его юго-западной
части около Бочкова. Гуцулы сюда проникли из галицкого По-
кутья из долины реки П рут в XVIII веке и позже. Гуцульский говор северо-восточного Мармароша является лишь частью гу­
цульского говора, распространенного в галицком Покутье и в
горах Буковины, тем более, что этот говор вообще не испы­ тал никакого влияния со стороны подкарпаторусских говоров и
сохраняет без изменения галицкие (западномалорусские) черты.
По-гуцульски говорят вил, пип, кин. Особого звука ы в гу­
цульском говоре нет так же, как его нет ни в галицком говоре, ни
вообще в малорусском диалекте, напр.: мило означает и „мило”
и „мило*. В подкарпаторусских же говорах эти слова произно­
сятся по-разному: мыло и мило. Качеством звуков и своим
произношением гуцульский говор в корне отличается от подкар­
паторусских говоров. Различия между ними по сути такие же,
как отличия псдкарпаторусского диалекта от других малорус­ ских диалектов.
Таким образом, подкарпаторусские говоры мы можем разде­
лить на следующие три группы:
I. Говоры древнего происхсвкдения. Это такие говоры, которые
сохраняют у или ю на месте старого о или е в закрытых слогах
(пуп, вул, кун’ или пюп, вюл, кюн*). К ним относятся восточные
подкарпаторусские говоры; а) южномармарошский, б) северомар-
ма,рошский, в) бережский, г) ужский, д) восточноземплинский.
II. Говоры древнего происхождения, на которые оказали вли­
яние северокарпатский галичский говор, а также в еще большей
степени западнославянские языки (польский и словацкий). К ним
относятся западные подкарпатские говоры, в которых на месте
старого о или ё в закрытых слогах представлено и и которые
утратили, за исключением одного из них, разноместное дина­
мическое ударение. К ним относятся: а) западноземплинский, б) шаришский, в) спишский. реликты старого состояния, нахо­
дящиеся в западноземплинском, шаришском и сришском говорах,
позволяют восстановить их исконный облик. III. Говоры нового происхождения. К ним относятся: а) погра­
ничный верховинский говор, который, будучи в своей основе
северокарпатским галицким говором, испытал влияние южно­
карпатских (подкарпаторусских) говоров после заселения Вер­
ховины переселенцами из Галиции, б) бочковский говор, являю­
щийся в своей сущности подкарпаторусским, однако впитавшим
в себя галицкие (западномалорусские) особенности от пришлого
населения. К группе подкарпаторусских говоров не принадлежат т. наз.
гуцульский говор, находящийся в северовосточной части Мар­
мароша.
38

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Глава II
Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Й Я З Ы К
П О Д К А Р П А Т С К О Й Р У С И
1. Ц Е Р К О В Н О С Л А В Я Н С К И Й Я З Ы К И
Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Е П А М Я Т Н И К И Д Р Е В Н О С Т И
Литературный язык Подкарпатской Руси прошедших веков яв­
ляется живым отражением своего состава и нынешнего состояния.
При этом его основой и исходной базой был церковнославянский
язык. Меньшее значение для него имела живая народная речь, большее значение имела литературная связь с остальной Росси­ей, как мы это увидим ниже. Как в России вообще аналогично
и в странах, населенных южными славянами, и в Румынии, так и
в Подкарпатской Руси, христианская церковь восточного обряда
принесла с собой церковнославянский язык и церковнославянские
церковные книги. Этот язык, используемый при богослужении, был настолько близок русскому языку, что в народном сознании
он не казался чужим и был совершенно понятен народу. А так как
богослужебные книги были первыми книгами вообще, все даль­
нейшие попытки писать и создавать произведения основывались
на манере писания этих книг и в соответствии с их языком. Таким
образом, литературным стал церковнославянский язык, причем
как в России вообще, так и в Подкарпатской Руси.
Церковнославянский язык по своему происхождению и своим
особенностям является древним диалектом македонских (болгар­ ских) славян. Как только этот язык стал церковным и литера­
турным языком в России, в него с течением времени проникло
множество русских выражений и форм, т.к. писцы, переписываю­
щие книги, и создатели новых произведений привносили в него особенности русского языка своего говора, которые были для них
привычны. Т ак на русской почве возник особый вид церковнос­
лавянского языка - церковнославянский язык русской редакции,
приспособленный в своих наиболее важных чертах русскому про­
изношению. Этот церковнославянский язык в русском обличии использовался и в Подкарпатской Руси, на нем были написаны
самые древние памятники подкарпаторусской письменности.
Впрочем, памятников древнейшего периода сохранилось немно­
го: это богослужебные тексты, написанные в ХІІ-ХІѴ вв. (М ука-
чевские и И м с ти ч е в ск и е о тры вки, У ж городский полуустав).
39

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

В связи с тем, что тексты священного характера переписываг
лись особенно старательно и без изменений, насколько это было
можно, становится понятным, почему язык этих памятников не
имеет отклонений от обычной нормы церковнославянского языка
русской редакции. Ужгородский полуустав XIV века, написанный
на 209 листах пергамента, будучи по своему содержанию сбор­ ником молитв и обрядов на каждый день, предназначенным для
монахов, не содержит ни одной языковой особенности, отчетливо
указывающей на его связь с подкарпаторусским диалектом. Од­
новременно с этим, язык этого памятника содержит свидетельства о том, что он (памятник), если вообще создавался на территории
Подкарпат о русской Руси, был переписан с какой-то южнорусской
рукописи, т.е. о том, что существовали живые контакты церковной
письменности Подкарпатской Руси и ее языка с остальной Русью. В качестве примера языка этого полуустава (правил для мо­
нахов) приведем следующий отрывок:
И дем же и з ъ цркви лредннмн дверми. Предходнть же
попъ, слѴжнвый во т ъ днь, по немъ ж е нгѴмен, по немь же
И Промни БрДІЇА. Адоуцінк ЖЄ ННКДКОЖЄ ДА НЄ БбСІДО^ЮТЬ врдтїд МЄЖЮ СОБОЮ.
Однако если для письменности Подкарпатской Руси древней­
шего периода мы должны предполагать живой языковой и литера­ турный контакт с остальной Русью, то уже довольно рано на этой
территории, являющейся самой западной из русских земель и лежащей непосредственно на границе русской языковой области,
язык стал испытывать влияние соседних иноязычных областей.
С этой точки зрения интересна грамота 1404 года, выданная
Грушевскому монастырю как подтверждение о даровании зем­ ли воеводой Б а лицей и магистром Драгом. Дарителями были
румыны, и грамота была составлена в Сиготе на самой русско­румынской языковой границе писцом-румыном. Язык грамоты
церковнославянский, который в то время румыны использовали
во всех сферах жизни и который у них сохранял южнославянские
особенности (т.е. это был церковнославянский язык болгарской
редакции). На этом языке и была написана грамота 1404 года,
но писец*румын, который судя по всему, родился в погранич­
ной русско-румынской области, владел русским языком и внес в
грамоту некоторые особенности подкарпаторусского диалекта и
даже несколько языковых черт, характерных для южнославянских
грамот ХІѴ-ХѴ вв. Таким образом в грамоте 1404 года появилась смесь церковнославянского языка болгарской редакции с русским
языком, написанным южнославянским (сербско-болгарским) пра­
вописанием.
Приведем пример языка этой грамоты:
40

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Д
аємо в і д о м о симъ нашим листомъ . всѣколѵу к т о ПОСМОТ-
р Н Т Ь Н А СЄСЬ Л И С Т Ь . А Ж Є Б А Л И Ц А В О Є В О Д А . Н Д р Д Г М Є Ц І Є р ь .
С Ь З Н Д А Ш Є Ц р К О В Ь . В Ъ Н М Є С Т Г О Д Р Х А Г Г Л А М И Х А И Л А . Н А
з є м л н т е р е с о к Ч к О и . Н п р * к д Н А М И Д А Д О Ш Є W С в о е г о О у р н К А
т р и с є л д м о н а с т и р ю . н є д и н е м л н н ъ : є д н о с е л о т є р є с ь
А Д р Ѵ г О к р и в ч н м ь . А Т р Є Т Ї Є К р у Ш Є В О . И М А Н Н Ъ , ЦІО Є Т НА
з е м л и Д Л Ъ Г О П О Л С К О Н .
( Г р а м о т а 1404 г ., и з д а л А .Л . П е т р о в ^ )
В тексте представлены подкарп ато русские слова сесь „этот” ,
ажє „что” , которое употребляется в южномармарошском гово­
ре, .млин „мельница”, што „что (который)” , возможно и даємо
(в настоящее время представлена форма dajeMe). Слово л и с т в
значении „грамота” польского происхождения, часто используе­
мое в южнорусских грамотах конца XIV века вместо русского (и церковнославянского) слова грамота. Южнославянскими (сер­
бскими) являются слова и формы гше „имя” , созидание, дадоиие
(старые аористы) „создали” , „дали” . В соответствии с русским
произношением и русскими правилами правописания эти слова
были бы написаны как имя, создаша, дадоша. В соответствии
с болгарским правописанием написано слово всіькому „каждо­
му, всякому” (по-русски он писалось бы всякому), а также пргьд
(по правилам русского правописания - пред или перед). Пре­
дставляют интерес имена русских сел Мармароша, упомянутых
в грамоте: Терес (в настояще время Тересва), Кривчич (в на­ стоящее время Кривое), Крушево (в настоящее время Грушево),
недалеко от которого находился Грушевский монастырь. Терес
или Тарас (как написано это имя ниже) - румынское название Те- ресвы, Крушево - южнославянская огласовка русского названия
Грушево, т.к. южнославянское слово круша (русское груша) для
писца-румына было обычным. Иной характер имеет и орфография Т еребел ьского проло­
га - памятника XVI века. Названием „пролог” в церковном языке
обозначаются сборники житий святых, а также назидания, пре­
дназначенные для ежедневных чтений в монастырях во время
обеда. Теребельский пролог, рукопись, состоящая из 416 листков,
представляют собой небольшую сохранившуюся часть произве­
дения, которое состояло из двенадцати книг по числу месяцев. Данная книга предназначена для сентября. Орфография книги не
русская, а среднеболгарская. Язык пролога - церковнославянский
русской редакции. При этом в нем отражено большое количество
черт, характерных для подкарпаторусского диалекта, представ­
лены, например, слова хыжа (или хижа) „дом” , свита „одежда”
(современное южномармарошское свита „юбка” ), ковач „кузнец” ,
^ S boriuk fUołogicky ćeske a k a d e m ie v£d V III, 1926, s. 179. 41

https://zapadrus.su/

б а т о г
„ п л е т к а ” ( с о в р е м е н н о е б а т ю г), к о р ч м а „ т р а к т и р ” , р а с п у д и т
„ р а з г о н и т ” и т .д . В п р о л о г е с р е д и д р у г и х ч т е н и й с о д е р ж и т с я и
„ С т р а с т ь с в я т о г о м у ч е н и к а В а ц л а в а , к н я з я ч е ш с к о г о ” , п р е д с т а в ­
л я ю щ а я с о б о й п о д к а р п а т с к и й в а р и а н т ж и т и я св. В а ц л а в а , х о р о ш о
и з в е с т н о г о н а Р у с и . В я з ы к е э т о г о ж и т и я т а к ж е н ах о д и м с л о в о , р а с п р о с т р а н е н н о е в п о д к а р п а т о р у с с к о м д и а л е к т е . Э т о с л о в о - с в а ж и в а т и „ п о р у г а т ь с я ” . Э т о с л о в о с а м о е о б ы ч н о е , п р е д с т а в л е ­
но в ю ж н о м а р м а р о ш с к о м г о в о р е в с л е д у ю щ и х ф о р м а х : с в а ж а т и
„ п о р у г а т ь с я ” , с в а д и т и , в а д а и л и с в о д а „ с с о р а ” .
С о о т в е т с т в у ю щ е е
м е с т о в ж и т и е св.
В а ц л а в а з в у ч и т : „По­
добно е с т ь прежде ви­
д а т и о т ч е с т в о и стол
с в я т а г о мученика Вя­
чеслава. Они K'fe сын Вратнславль, чешскаго
к н язя , и то н Б’Ь перве­
нец, НМ’Ья ПОД СОБОЮ
д в а в р а т а Болеслава
и СпытнгггЬв. П р е т-
Ставльш у же Ся отц у
их, и п р и я т Вячеслав стол отчь. Т о гд а р а з­
лучения ради челов'Ь-
ци начаш е св яж ивати
вр ати ю ” 8 .
П а м я т и св. К и­
р и л л а , а п о с т о л а с л а ­
вян, п о с в я щ е н о ч т е ­
ние: „ С л о в о от
ж и т и я с в я т о г о К и ­
р и л л а а р х и е п и с к о п а ,
у ч и т е л я с л о в е н с к о ­
го, р у с с к и м я з ы ­ к о м ”. И з у т о ч н е ­
ния, ч т о ц е р к о в н о с ­
л а в я н с к и й т е к с т о св.
К и р и л л е н а п и с а н н а р у с с к о м я зы к е , в и д ­
но, ч т о р у с с к и е о б ­
р а з о в а н н ы е л ю д и т о г о в р е м е н и о т о ж д е с т в л я л и ц е р к о в н о с л а в я н с ­
ки й я з ы к со с в о и м р о д н ы м р у с с к и м я з ы к о м , в и д я в нем л иш ь как 1
г Ш ь/Ѵ ггі
{ Г.,
Ш М
І С
ѵяіп *і*(« ви;л
I ' f • г КЧХКЯ! ł i ł r s ГЛ!*Г
t*m«o ѵ ш Л Л і сы
* * , f X A t + u t * v m f r n t 1 п а < і и п і m u u t v q ИМ
t+ĄKfm -П{*льт*ті4 |^4м*4
I ł r e ' ^ . я ^ і а ї т і ^ л п
клтвм «pH^iUlWhnUAKtn^
n ilU lfA
П Щ Л Щ Ш * - 4 г і Л ч ««Полірн ы і п л
С - i v f * і ( / і м . т * * і * * * ш 4 г у у З л л л в г а ^ - і г
ЛтІА ^птплѵыі$уш4пу$лАци
( « ы т і р і я і А і ' і г і і м и п і г и . д і г г4п к «і« і<ъ і
, Л / Т k _ ?>
f f f - . n n ^ i i i u i m е м й а^и п в і і п а м . n i
R « t i o f с о i i | i u i i ^ i m > i i і г^ < * і'І Г і г в я і «ч і
/ м ы Ч і П О П І І Н / * « 4 г С U l i ? , « r < i y i * ł l .
H * * * * ł U 4 ł f ' ł/ T '* ж и 4 г у м м і я Г * о Э Д * м и n o
ЛОЖІ П І . <ІМК* f v t l ) M 4 « n R I | A f n / M l l ІМ Ж І
' « і п г і і о ^ и ^ о . п г 4 д я « і г о • у і й г и ч ъ ш д "
^ у і Н І В . і ' п і , Пѵ і і і Ы І І | І І П І И Г О ( О І І Д I U l i l t ( н і :
0 | 1 П 1 ^ Ш Г О < и 1 | 4 П 4 Ш ( / Г і ^ Ц И Т Г Л .
Ф о т о 1. Т е р е б е л ь с к и й п р о л о г XVI века
( Л и с т 354).
8 И з д а л А .В . Ф л о р о в с к и й , „ К а р п а т о р у с с к и й с б о р н и к ” , 88с. С р . И .А . Я в о р ­
ски й , „Нов. р у к о п . н а х о д к и ” .
42

ЩХХ1l*eeQЛ1ЛrНУlыlУe

бы его к н и ж н у ю , о б л а г о р о ж е н н у ю ф о р м у . В п р о ч е м , н а с к о л ь к о м ы
мож ем с у д и т ь по о т р ы в к а м э т о г о п р о л о г а , о п у б л и к о в а н н ы х р а н е е ,
я з ы к и о р ф о г р а ф и я о т д е л ь н ы х ч т е н и й не я в л я ю т с я о д н о р о д н ы м и . Т а к , „ С т р а с т ь св. В а ц л а в а ” и „ П о в е с т в о в а н и е о п р и х о д е а п о с т о л а
А н д р е я на Р у с ь ”, в о з н и к ш и е н е п о с р е д с т в е н н о н а о с н о в е р у с с к и х
и с т о ч н и к о в , н а п и с а н ы в с о о т в е т с т в и и с р у с с к о й ( а не б о л г а р с ­ кой) о р ф о г р а ф и е й и н а я з ы к е , б олее б л и з к о м к р у с с к о м у , ч е м
я зы к д р у г и х ч т е н и й . Б у к в а Ь в п р о л о г е с м е ш и в а е т с я с б у к в о й е:
н а п и с а н о , н а п р и м е р , п о н е д е л н и к (в м е с т о п о н е д г ъ л н и к ), з е л о (в м е с ­
то з ѣ л о „ о ч е н ь ” ; э т о с л о в о ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о п р о и с х о ж д е н и я ).
Э т и ф а к т ы с в и д е т е л ь с т в у ю т о то м , ч т о в т о в р е м я п о д к а р п а т о - р у с с к о е п р о и з н о ш е н и е д р е в н е р у с с к о г о з в у к а Ѣ п р и б л и ж а л о с ь к
п р о и зн о ш е н и ю з в у к а е . С е й ч а с э т и с л о в а в п о д к а р п а т о р у с с к о м
д и а л е к т е п р о и з н о с и л и с ь бы к а к п о н е д ’й л н и к , з ’и л о .
К XVI в е к у о т н о с и т с я ч р е з в ы ч а й н о в а ж н о е я в л е н и е в и с т о р и и
л и т е р а т у р н о г о я з ы к а П о д к а р п а т с к о й Р у с и .
В п л о т ь д о э т о г о
в р е м е н и в п о д к а р п а -
т о р у с с к о й п и с ь м е н н о с ­ ти г о с п о д с т в о в а л и ск ­
л ю ч и т е л ь н о ц е р к о в н о с ­
л а в я н с к и й я з ы к р у с ­
ской р е д а к ц и и , т .е . с р у с с к о й о к р а с к о й э т о ­
го я з ы к а . П р и э т о м
ч е р т ы м е с т н о г о , под-
к а р п а т о р у с с к о г о д и а ­ л е к т а п р о я в л я л и с ь , к а к
мы у ж е э т о н а б л ю д а ­ ли в Т е р е б е л ь с к о м п р о ­
л о ге , л и ш ь с п о р а д и ­
ческ и, с у щ е с т в е н н о не
м е н я я ц е р к о в н о с л а в я н ­
ский х а р а к т е р л и т е р а ­
т у р н о г о я з ы к а . В о п ­ реки э т о й т е н д е н ц и и
в XVI в е к е п о я в л я е т с я
п р о и з в е д е н и е , н а п и с а н ­
ное н а ж и в о м н а р о д н о м
я зы к е . Э т о п р о и з в е д е ­ ние в одном и з св о и х по­
зд н и х с п и ск о в , с о с т а в ­
лен н ом в Н я г о в е в 1758
году, известно П О Д на- Ф о т о 2. П о у ч е н и я н а Е в а н г е л и е XVI
званием «П оучения на в е к а . ( Л и с т I. Т е к о в с к а я п е р е п и с ь
„ ” J к о н ц а XVII в е к а ) .
Ь ван гели е по няговс- I
І І О Н І М ,
% \ А »
• |.»н И/М»в.ѴШ IWMMf.OlO Ц^/ИМАЛ
гное ПГ(І МаО (10 ЛЛН
. ł i ^ r . n w . rtM H iiiito * і и п « Л і | (
: I МОМ/ІИ О»K t НА.
^ t.l л д и л м м Г і і о и о * . к т о
. .1Т< іі( 1 ЫММІІИ МИНІМ ЛИЖНІМ
... н t u і і н f м и ъ м х м . н к /a
А Ь'МІПМ ł U K H M /ин н у ъ к и
•ч« I H "l**tlKVd
хоч» С/ЛчЛПИПН ИДИ КОЛАМ.
м. /.ft і о ^ г с ж т . ,і а и Д І | ) ^ « м.
1 . «ІО . г п іо л м и ЛM l i ч 'івААі н
мд и д |іилиіс і к і м г і р г и ї н н к а іо
• | # M ł к А t ó К її у І Ц ^ Й І Ц Д П К І И Х р .
м и а ^ г м к д г л и н « п і ( м л с т г і . ісо
\ \ \ ( Ь ш л « д ^ О к Д . fUtOlf Kf
l i o i l t / к ш к ж , Л Г М . Л Л І . ПОВНОСИЛІМ
tMff t . й к | м / С Г ; г м о i u i u v -i w
(ПІ|М*10КН СІПМИ IM МЛІ. К К Г ? ( й ( ,
и ^ г л м к й й д і м . чі>9*ъ г мЧгДчіті
I^HIIIł l | l ( U I , l І’ й СОЛОМ . |Гд
Л ін /УЛАН КГЛНГСКліН . С Ж І JI-.IH П Л І
^ А /Я і. -ІОѴІЧ ( О д к о п и / к и ш и н а
м е д и д м м у и д « ч , iV R .y / H f f t i. Н*
43

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

кому спи ску” . Как видно из названия, это книга религиозного
характера так же, как и вышеназванные книги, однако она не
является богослужебной, а предназначена для ведения пропове­
дей и домашнего чтения. Данная книга может считаться первым
самостоятельным памятником подкар пат о русской письменности. Автор „Поучений...” испытывал влияние протестантизма, рас­
пространявшегося в то время в Венгрии и Трансильвании. Из­
вестно, что протестанты, как лютеране, так и кальвинисты, для быстрого распространения своего учения использовали народные
языки и переводили на них свои катехизизмы9. Протестанты
выступали против мертвой латыни, которая в то время господ­ ствовала в странах Западной Европы, т.к. в ее духовной жизни
огромное значение имела католическая церковь. Автор „Поуче­
ний...” , православный священник из Мармароша, принадлежаще­
го в то время трансильванским князьям-протестантам, находился под сильным влиянием протестантизма, что вытекает из содер­
жания его произведения. Под воздействием своих настроений он
сознательно избегает употребления церковнославянского языка,
отдавая предпочтение разговорной народной речи (южномарма- рошскому говору того времени). Конечно, церковнославянский
язык как язык богослужения восточной церкви нельзя сравнивать с латинским языком на Западе, потому что он был так близок
русскому языку, что его понимали без особых сложностей люди,
говорящие по-русски. Тем не менее, писатель обосновывает свое
новаторство (то, что он написал свое произведение на одном из
народных говоров) тем, что он создавал „толкование евангелия”, „чтобы его понимали и необразованные люди, которые его услы­
шат ушами” , т.е. чтобы его понимал и простой, необразованный (неграмотный) человек. „Люде идут по церкве, штосы тллл пуп
ПрОПОВ'ЬдАВ слово Божие, святое ввдмгелне, НА язык, котрим мовлят
люде, штоеы могли розумѣти укогы. ІІІТО хоснует10 им, коли пуп
мовнт нм по языку чужому, што они не разумеют” . Бесспорно, что
автор „Поучений...” был образованным человеком, воспитанник
Кальвинской коллегии в Сиготе, которая там вела свою деятель­
ность начиная с XVI века, обучая русское и румынское население М армароша11. В этом памятнике церковнославянский язык был впервые с
точки зрения народной русской речи назван чужим. Автор „Поу­
чений...” , таким образом, избегает употребления церковное л авян-
9 У т р а н с и л ь в а н с к и х р у м ы н п о с л е д с т в и е м с и л ь н о й п р о т е с т а н т с к о й п р о ­
п а г а н д ы в ХѴІ-ХѴГІ в в . б ы л о т о , ч т о р у м ы н с к а я п р а в о с л а в н а я ц е р к о в ь ,
к о т о р а я д о ѳ т о г о в р е м е н и и с п о л ь з о в а л а ц е р к о в н о с л а в я н с к и й я з ы к , о с у ­ щ е с т в и л а п е р е в о д б о г о с л у ж е б н ы х к н и г н а р у м ы н с к и й я з ы к , к о т о р ы й с т а л
и с п о л ь з о в а т ь с я п р и б о г о с л у ж е н и и .
Х о с н у е т „ п р и н о с и т ь п о л ь з у ” , о б р а з о в а н о о т в е н г . h aszon „ п о л ь з а ” .
11 P a lla s , N a g y lex ik o n X II.
44

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

ского языка и имеющихся в нем книжных выражений, не существу­
ющих в народной речи, и вместо них прибегает к словам, которые
сам выдумал. Так, например, слово и с т о л к о в а н и е он заменяет сло­
вом ѳ ы д т о л к а , с о к р о в и щ е - словом п р я т а н я (собирати сокровища
- прятаня прятати); п р я т а т и собственно означает „прятать” , в
других говорах (в бережском) - „хоронить” . Подобно и слово
подвиг переводится словом д в и г а н я , что собственно означает „под­
нятие, устранение” : выражение д в и г а н и е м д о б р ы м е м с я д в и г а в
д о л ж н о в данном тексте соответствует библейскому выражению
п о д в и го м д о б р ы м я п о д в и з а л с я . Даже совершенно русское слово
т ь м а писатель заменяет словом потемок, кажущимся ему более
народным. Переводы такого типа часто даже приблизительно
не выражают реального значения переводимых слов. Например,
слово п р о к а ж е н н ы й переводится словом п о г а н ы й, которое имеет
значение „некрасивый, страшный” . При этом автор употреб­ ляет недопустимое множество слов венгерского происхождения.
Например, слово г о д н о ж (венг. hadnagy) заменяет слово сотник,
которое широко распространено не только в церковнославянском, но и в русском языке. Выражение н и я к ы м к и п о м (венг. кер „образ,
способ”) употреблено вместо русского выражения никоим образом
и т.д. Здесь ощущается влияние школьного образования автора.
Если не принимать во внимание выдуманные слова, язык „По­
учений...” представляет собой южномармарошский говор в той
форме, в которой он существовал в то время. Приведем пример
языка данного произведения:
К т о в ѣ р у илдет н к р е с т и т СЯ, СПДСбН Б удет, Л К Т О в ѣ р ы
не н м е т, осужум Б удет. В н Д Н І Н , ЧОЛА Г О Д И Т СЯ З В А Т И З Л Ы Н ,
доерын НА п р О П О В Ѣ д Ь ев Ангельскую, И Н А П р О Ш Ч у Грѣху»,
и н а пожиток вѣчны й. Д ѣ л я то го нлАдете выдче сякую
ндуку: первое: ндучлйме ся выдче, як велнкд м ил о сть н
лю вусть Бо ж а я и к о ж н д у м н нко в ш є л а л ю д ю л а , як ж д л у ет
НДС Грѣш ных вы д погывелн вѣчной ОСЛОЕОДИТИ И С П А С Т И
(„ П о у ч е н и я н а Е в а н г е л и е по н я г о в с к о м у с п и с к у ” , и з д а л А . Л . П е т р о в , с . 130).
Однако ни язык, ни манера писания автора „Поучений...” конца
XVI века не копировались в других произведениях, и э т а попытка
популяризации церковных проповедей и назидательного чтения
путем непосредственного использования одного из живых говоров
Подкарпатской Руси осталась единственной в своем роде. Кроме
няговского списка „Поучений...” , есть еще один, тековский спи­
сок12. Есть свидетельства того, что язык „Поучений...” не нашел
Т е к о в с к и й с п и с о к в о с х о д и т к к о н ц у X V II в е к а и н а п и с а н а д о л и н е
р е к и В орж & вы в о б л а с т и с е в е р о м & р м а р о ш с к о г о г о в о р а ; в м е с т о с т а р о г о
п р о д л е н н о г о б в з а к р ы т ы х с л о г а х з д е с ь ч а с т о п и ш е т с я ю , ч т о о з н а ч а е т з в у к ю , х а р а к т е р н о г о д л я э т о г о г о в о р а : о т ю м г „о т о м ” , п л а ч с и р ю т н ч й „ п л а ч
с и р о т ы ” , го д ю л я „ п и щ а ” и т . д .
45

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

понимания у читателей, т.к. няговский список содержит большое
количество исправлений и пояснений самого разного характе­
ра, которые показывают, что читатели отдавали предпочтение
устойчивым книжным выражениям и возмущались грубым (а час­
то и непристойным) толкованием названий святых (библейских)
предметов и принятой церковной терминологии. „Благыи чита-
те лие” , - говорится в одной из приписок в няговском списке, -
„где братя, там чти братия, где мовит (сын) людский, там (сын)
человеческий чти, понеже дуже спроста вытолковано было в той
книзѣ, в которой сия писанна” . Особенностью правописания „Поучений...” (по няговскому спис­
ку) является использование буквы г или к для обозначения звука г
в словах иностранного происхождения, напр. слово газда пишется
и газда, и казда. Буква ю, обозначающая jy , используется и для
обозначения jo : именюмъ Божіимъ. Буква Ї» смешивается (так же,
как и в Теребельском прологе) с е, напр.: неделя вместо недіъля.
2 . Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Й Я З Ы К Х Ѵ П - Х Ѵ П І В Е К О В
В других назидательных евангелиях XVII века, которых было
очень много и которые сохранились в большом количестве до
настоящего времени, мы наблюдаем уже другой язык, не свя­
занный никоим образом непосредственно с „Поучениями...” XVI
века. Труд автора „Поучений...” , который для своего времени
был примечательным, не создал никаких традиций в развитии
литературного языка Подкарпатской Руси.
Семнадцатый век был в истории Подкарпатской Руси трудным
и бурным. Это было время почти нескончаемых войн и восста­
ний трансильванских князей и других протестантских лидеров
против католиков Габсбургов, и от этих войн сильно страдала
Подкарпатская Русь. В борьбе католиков с протестантами пра­
вославная церковь оказалась в особенно сложном положении, т.к.
она должна бы ла бороться как с теми, так и с другими. В XVII
веке в Подкарпатской Руси началось насильственное осуществле­
ние унии с Римом, которое вело к упорной религиозной борьбе,
продолжавшейся до середины XVIII века.
Если „Поучения...” (по няговскому списку) возникли под вли­
янием и по образцу протестантской идеи, в XVII веке появилось
множество назидательных (поясняющих) евангелий и другой ди­
дактической церковной литературы, целью которой была защита восточной церкви и православной веры от Рима, с одной стороны,
и от протестантов - с другой. Э та православная поучительная
традиция не являлась продолжением „Поучений...” XVI века ни в
идейном (религиозном), ни в языковом аспекте.
Н а зи д а т е л ь н ы е е в а н г е л и я XVII века не являются оригиналь­
ными произведениями, написанными в Подкарпатской Руси. Это
46

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

более или менее значительно измененные или частично перерабо­
танные переписи произведений, созданных и распространенных в юго-западной Руси, которая в то время, находясь под господст­
вом католической Польши, также вела аналогичную религиозную
и национальную борьбу против Рима и унии. Создание на­
зидательных евангелий по образцу евангелий, написанных вне
территории Подкарпатской Руси в русских областях тогдашней Польши, обусловило и характер их языка.
Все назидательные евангелия XVII века написаны на сильно
полонизированном малорусском диалекте того времени с незначи­
тельной церковнославянской примесью. В этом языке, не имею­
щем ничего общего с подкарпаторусским диалектом, больше всего бросаются в глаза полонизмы. Напротив, подкарпатские особен­
ности, внесенные писцами при переписывании, так незначительны,
что почти не обнаруживаются. Ко всему прочему, в некоторых
списках сохраняется довольно большое количество мадьяризмов,
также внесенных в текст переписчиками.
Такой пестротой отличается язык назидательных евангелий
XVII века. При этом орфография отдельных списков очень сильно отличается, т.к. одни и них написаны в соответствии с болгарским
правописанием, а другие - с русским. Подкарпатские языковые особенности в них также представлены по-разному, в зависимос­
ти от местного говора, являвшегося родным говором писца. Так,
например, Уголъское назидательное евангелие XVII века, принадле­
жавшее когда-то угольскому монастырю в Мармароше, содержит особенности, указывающие на его южномармарошское происхож­
дение, т.к. в нем представлены слово а ж в значении „что” , формы оеун „он”, увержун „ввержен” (вместо увержон, уѳержен с пе­
реходом 5 в закрытом слоге в у). Напротив, Владимировское
(Ладомировское) назидательное евангелие, найденное в Ладо ми­ рове Стропковского района, своими диалектными особенностями,
которые в нем представлены в достаточно большом количестве,
свидетельствуют о том, что оно было написано в западной части
подкарпаторусской языковой территории, т.е. вероятнее всего в Ш арите или Земплине. В нем, например, представлены формы
им. лад. мн. ч. существительных мужского рода с окончанием -и:
апостоли, философи, как до сих пор говорят в Шарише и Земплине
(в других же районах представлены формы апостоли, философы).
Приведем пример полонизированного языка Угольского нази­
дательного евангелия: „Были латинници веспол из греки при едином уставѣ 400 л ѣ т и 80 и 5 лЪт и на вшитком едность бы­
ла: проскурою служили, мальженки с люб ими и мали, перемонѣи
едностайныи были церконыи, яко то нынѣ грекове и Р ус держимо
за ласкою милого Бога. И не треба ся отщипати от уставы апостолскои, которая то уставила святая соборная апостольс­
кая церков, до сконченя св ѣ та не буде знишена в грецком и
47

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

в р у с к о м з а к о н і ) м и л о м , к т о я ц и с т а т е ч н е в ѣ р у сво ю д е р ж и т , а
н е о т с т у п а е т е й .” 13 ( П о д ч е р к н у т ы е с л о в а п о л ь с к о г о п р о и с х о ж д е ­
н и я , в о в с е м э т о м о т р ы в к е н е т ни одной я з ы к о в о й о с о б е н н о с т и п о д к а р п а т о р у с с к о г о д и а л е к т а ) .
Н е с к о л ь к о и н а ч е в ы г л я д и т я з ы к д р у г о й р е л и г и о з н о й л и т е р а ­
т у р ы X V II в е к а - я з ы к с б о р н и к о в , д о ш е д ш и х д о н а с в больш ом
к о л и ч е с т в е . С б о р н и к и , к а к у к а з ы в а е т у ж е с а м о н а з в а н и е , п р е ­
д с т а в л я ю т с о б о й р у к о п и с н ы е к н и г и , в к о т о р ы х с о б р а н ы р а з л и ч ­ н ы е н е б о л ь ш и е по о б ъ е м у п р о и з в е д е н и я и с т а т ь и р а з н о р о д н о ­
г о с о д е р ж а н и я и р а з л и ч н о г о п р о и с х о ж д е н и я . Т а к и е с б о р н и к и
с о с т а в л я л и с ь в П о д к а р п а т с к о й Р у с и с а м о с т о я т е л ь н о . П о э т о м у
я з ы к л ю б о г о и з э т и х с б о р н и к о в н ео д н о р о д н ы й , к а ж д а я с о с т а в ­
н а я ч а с т ь с б о р н и к а и м е е т с в о и я з ы к о в ы е о с о б е н н о с т и . С ко л ько
о т д е л ь н ы х небольш их
п р о и з в е д е н и й с о с т а в ­л я е т с б о р н и к , с т о л ь ­
ко и р а з л и ч н ы х ф орм
я з ы к а , к а к и м и они н а ­ п и с ан ы .
Т а к , н а п р и м е р , в
у г о л ь с к о м с б о р н и к е
„ К л ю ч ” XVII века ,
к о г д а - т о т а к ж е п р и ­ н а д л е ж а щ е г о б и б л и о ­
т е к е у г о л ь с к о г о мо­
н а с т ы р я , ныне не с у ­щ е с т в у ю щ е г о , с о д е р ­
ж и т с я „ П о в е с т в о в а ­
н и е о б о г а ч а х ”, в з я ­
т о е и з с р е д н е в е к о в о й п о в е с т и о В а р л а а м е
и Ё с а ф а т е , н а п и с а н ­
н ой н а ц е р к о в н о с л а ­ в я н с к о м я з ы к е р у с ­
ск о й р е д а к ц и и с под­
к а р п а т с к и м и о с о б е н ­
н о с т я м и . Д р у г а я
п о в е с т ь , „ П о в е с т ь о
С е м и р а м и д е („о Ш е-
м и р а м и ш е ”), н а п и с а ­
н а н а ю ж н о м а р м а р о ш -
с к о м г о в о р е , а т о ч н е е
г?5Г:
лѴ Г; (Ś & (. *V
S lMł
рлл» У'нГ^к /ISfftIUTAniT ярыч. £
-WTU ЧЇЇ4. (ѴсТОЧЯИ ісЛмм»
,ИІІЛЧГ 0 с б л - c x o l r o .
i f j fliprrtw.
С*01 • лѵхн /К JA- Qo
ІГІШ* ГОНІ* y***«9t A., Wua.
И Л Ь . Сл*лл < г » t i t t * .
І Ы Л‘- ■ С"»[° * •«/‘А. р Ті ШЛЫКА СШ*ЦММ.. Л*Г(**Ау Ццл МЛ'ГвИЧ
’*■
ШЙІЛМТІ у.1. Н*WT<* *\АпП
НЧЖАЛ*ети - •*> Т- *<А.ТИ,
ФІКЛІС* «• А5 Я«Ч*. СВмтЛ. ** /^f‘
iu/.T** ** Ip»**- ГуА. *<лг« frfc*-.
\У*їтпМ<К
Л л і і л Л .JIГi f _ * * « А Л чм м,** ц т р ї ґ '
<«К . |і |«»т Ч к*. ><А»' А К«іг7х. it ,vj\ і sryV , А „ г: и »Л’л« м> **• я rvV «, •; •
<• » Г-Ѵ.
КеЛ» iiwL
Л «Ѵ««Л с * . Ѵ, ’„А
1 я *к
Г „ ° . х у п г: ^ :кий с6 "— - к — -
13 Й А- Я"орский. .Новыя
к а р п а т о р у с с к о й п и с ь м е н н о с т и Р у к о п и с н ы я н а х о д к и в о б л а с т и с т а р и н н о й
ХѴІ-ХѴІН вѣ к о в .” П р а г а 1931, с. 48.
48

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

- на говоре Колочавы-Лазов, в которой в виде вкраплений пре­
дставлено несколько венгерских и польских слов. Повесть о
„Про­
исхождении Сармовилы”, связанная со средневековым романом
об Александре Македонском, написана на церковнославянском
языке некоторыми подкарпатскими особенностями и нескольки­ ми венгерскими словами. Повести из средневекового сборника
„Gęsia Romanorum”, включенные в сборник „Ключ” были созда­
ны на основе польской версии, поэтому они содержат множест­
во полонизмов, находящихся в причудливой смеси с элементами
подкарпато русского диалекта, являвшегося родным для автора.
„Повествования из Ветхого завета ”, которых в сборнике „Ключ”
множество, демонстрируют в их языке значительное количество
подкарпаторусских языковых особенностей, поскольку тексты под­
верглись существенной переработке, хотя в них представлено и
большое число польских и венгерских заимствований. Одновре­
менно с этим, ветхозаветные повествования, содержащиеся в этом сборнике, по своим языковым особенностям представляют собой
тот же самый говор. Так, например, в одних чтениях представлен южномармарошский союз аде, в других же - северомармарошский (и бережений) союз ож в том же самом значении.
В состав другого сборника, найденного в селе Ракошине, сре­
ди всего прочего входит и сонник (толкование снов), написанный
на одном из западных подкарпаторусских (шаришском) говоров,
что вытекает из лексических особенностей: чкода „жаль” , драбина
„приставная лестница”, япка „яблоки” , попер „черный перец”, птах
„птица”, гавран „ворон” . В восточной части подкарпаторусской
языковой области в значении „приставная лестщща” употребля­ ется слово лазиво, в значении „птица” - пота, в значении „черный
перец” - перец, вместо формы япка - яблока; вместо слова гавран
- ворон. И в этом памятнике представлено довольно много поло­
низмов, что выдает западное происхождение этого произведения. В словах со старыми б, ё в закрытых слогах здесь пишется ю,
что обозначает произношение ю: грюме „гром” , и южл „нож”, мюді
„мёд”, что свидетельствует о том, что произношение ю на месте
современного и (грим „гром”) в шаришском говор-е сохранялось
еще в XVII веке.
Интересно, что уже в то время составители и создатели этих
памятников сами ощущали недостатки такой пестроты языка, что
создавало значительные сложности при чтении этих книг. Осозна­
ние того, что для подкарпаторусского читателя были непонятны
не только слова иноязычного происхождения (польские и венгерс­
кие), но и многие малорусские, а также диалектные, обусловлива­
ло попытки их объяснения, что мы, например, находим в сборнике
„Ключ”. Поясняются польские слова зегер, зегар с помощью
слова часуѳник „часы”, шано вати (из польского szanować) с помо­
щью слова честовати „уважать” , венгерское слово кѵпом „чином”
49

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

(в е н г . кер „ о б р а з ” ), ц е р к о в н о с л а в я н с к и е с л о в а
и е р е й - поп, д е м о н -
ч о р т , м з д а - п л а т а , г р я д е т - и д е т . П о д о б н ы м о б р а з о м п о я с н я ю т с я
и п о д к а р п а т о р у с с к и е с л о в а , и м е ю щ и е р а з л и ч н ы й зв у к о в о й в и д в
р а з н ы х о б л а с т я х и л и и м е ю щ и е в н их р а з н о е з н а ч е н и е : гуд и ли
р у к , у ж о л о б ѣ и л и у я с л е х , н а д о р о г а х и л и н а п у т е х , с т а р ш и н а , т .е.
в о е в о д а 14. Т а к и е п о я с н е н и я б ы л и д е й с т в и т е л ь н о нео б х о ди м ы , и бо
с т а р ш и н а в М а р м а р о ш е и м е е т з н а ч е н и е „ р о д и т е л ь ” , т о г д а к а к е го
о б ы ч н о е (и л и т е р а т у р н о е ) з н а ч е н и е „ н а ч а л ь н и к ” ; с л о в а ж олоб ,
д о р о га , р у к и я с л и , с одной с т о р о н ы , и я с л и , п у т ь , гуд в р а з л и ч н ы х
р а й о н а х П о д к а р п а т с к о й Р у с и н е п о н я т н ы .
И з в е с т н ы й п и с а ­
т е л ь XVII в е к а , рос-
в и г о в с к и й с в я щ е н н и к М и х а и л (1639-1710),
я р ы й п р о т и в н и к Р и ­
м а , к о т о р о г о д в а ж ­
д ы з а к о в ы в а л и в це­ пи и п о д в е р г а л и м у ­
ч е н и я м в з а к л ю ч е н и и
з а его в е р н о с т ь ц е р к ­
ви в о с т о ч н о г о о б р я д а ,
в з а щ и т у п р а в о с л а в ­
ной в е р ы н а п и с а л не­ск о лько п р о и з в е д е н и й ,
н а п р а в л е н н ы х п р о т и в н а с и л ь с т в е н н о г о в ве­
д е н и я у н ии . И з его п р о и з в е д е н и й с о х р а ­
н и л и с ь д ва :
и „ О б о р о н а
ч е л о в е к у ” . Э т и книги
н а п и с а н ы н а ц е р к о в ­
н о с л а в я н с к о м я зы к е с э л е м е н т а м и п о дк ар п а-
т о р у с с к о г о д и а л е к т а .
О б а я з ы к а з д е с ь вы с­
т у п а ю т к а к бы о т д е л ь ­
но д р у г о т д р у г а , и
п и с а т е л ь их и сп о л ь зу ­
е т л и б о п о п е р е м е н н о , л и б о с м е ш и в а я один с д р у г и м в з а в и с и м о с т и
о т т о г о , о ч е м он г о в о р и т , и л и в с о о т в е т с т в и и со св о и м н а с т р о е н и ­
ем. П р и э т о м он о б о г а щ а е т п о в е с т в о в а н и е б о льш и м ч и с л о м ц и т а т
и з С в я т о г о п и с ь м а . Е с л и м ы п р и м е м в о в н и м а н и е и т о , ч т о а в т о р
у п о т р е б л я е т и б о л ь ш о е к о л и ч е с т в о п о л ь ск и х и в е н г е р с к и х с л о в , а „Logos”
в ѣ р н о м у
T t t t A o j H m t
•>* (IŁ' и д г г ^ е
нїп nłW fo ъріпоршлс* пЪун.
fr Ht7H J r '-**”"*
m ńml r p t/l Лір ЛИ
ТМсл fur- ЛІИРГ# л А п
t/nY
Т вм р ' Гь W* ЇЛУТП*'
* JłfKó ć&tiyui -по&/($но t щпг|>м
IfAmri Д.uui -noXitrjf іЛсп(^шв.
«огУѴо' ЇАнУ„?
tkJ ITOAf JtOf ^
•Г-™™* ™*» п^соыс ru-
t "
rftrffV*
/»Гг*
frCm£ ■ Tltocłt ’ИЬ’СЛИ
TVtopumi ._ «ШЪі*
_НЛИ ff/ПЬ
TUALvjb /УЧ
Ф о т о 4. „ Л о г о с ” р о с в и г о в с к о г о с в я ­ щ е н н и к а М и х а и л а .
14 Й .А . Я в о р с к и й . Н о в ы я р у к о п и с н ы я н а х о д к и . 50

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

т а к ж е с л о в а и ц е л ы е п р е д л о ж е н и я и з д р у г и х я з ы к о в ( л а т и н с к о г о ,
г р е ч е с к о г о , н е м е ц к о го ), т о мы п о л у ч и м п е с т р у ю к а р т и н у я з ы к а
п р о и зв е д е н и й р о с в и г о в с к о г о с в я щ е н н и к а М и х а и л а . У п о т р е б л е н и е всех э т и х и н о я з ы ч н ы х с л о в я в л я е т с я п ло д о м е г о н а ч и т а н н о с т и в
р е л и г и о з н о й л и т е р а т у р е т о г о в р е м е н и и з н а н и я ш е с т и я з ы к о в .
П олонизм ы п о я в л я ю т с я и в ц и т а т а х , и к р о м е т о г о , п и с а т е л ь
у п о т р е б л я е т п о л о н и зм ы и с л о в а к и з м ы с ц е л ь ю в ы с м е я т ь т а к и м
о б р а з о м п о л о н и з и р о в а н н у ю и л и с л о в а к и з и р о в а н н у ю р е ч ь с в о и х
п р о т и в н и к о в , в е д у щ и х д е я т е л е й у н и и , г а л и ц к и х у н и а т с к и х м о н а ­
хов и л и с о п л е м е н н и к о в и з с а м о й з а п а д н о й ч а с т и п о д к а р п а т с к о й
я зы к о в о й о б л а с т и (С п и ш а ) , к о т о р ы м и о к р у ж и л и с е б я с о в р е м е н ­ ник с в я щ е н н и к а М и х а и л а у н и а т с к и й м у к а ч е в с к и й еп и с к о п г р е к
И осиф д е К а м е л л и с .
С вя щ е н н и к М и х а и л
в своих п р о и з в е д е н и я х
та к ж е п р и б е г а л к п о я с ­ нению о т д е л ь н ы х с л о в ,
к о то р ы е он у п о т р е б и л ,
р у к о в о д с т в у я с ь в э т о м
п р и м е р а м и д р е в н е й и
совр ем ен но й п о д к а р п а т ­
ской п и с ь м е н н о с т и . О н
п о ясн яе т р у с с к и е с л о в а
и в ы р а ж е н и я , з в у ч а щ и е
п о -р азн о м у в р а з н ы х г о ­
во р ах : п о д у ш к и и л и п а р ­
ны (в е н г е р с к о е з а и м с ­
т в о в а н и е п а р н а в м е с т о
р у сс к о го п е р и н а у п о т ­
р е б л я е т с я под М у к а ч е -
вом и в ю ж н о м М а р м а - роше); о т Д у х а п р е с в я ­
т аго ж д у , ч е к а ю (в в о с ­
точны х г о в о р а х г о в о р я т
ж д у , в з а п а д н ы х - ч е к а ю
или ч е к а в у ) . П о я с н я ю т ­
ся и м а л о р у с с к и е с л о в а
в ц и т а т а х и з ю ж н о р у с ­
ской р е л и г и о з н о й л и т е ­ р а т у р ы : „М ы ж е т о г о
м ѣ с т а , варогиа м е ш к а н -
цѣ, ж и т е л и е ” ; м а л о р у с с к и е с л о в а м ѣ с т о „ г о р о д ” , м е ш к а н е ц „жи­
т е л ь ” , я в л я ю щ и е с я с о б с т в е н н о п о л о н и з м а м и , а б с о л ю т н о н е п о н я т ­
ны в П о д к а р п а т с к о й Р у с и , п о э т о м у они п о я с н я ю т с я о б ы ч н ы м и д л я э т о г о р е г и о н а с л о в а м и в а р о ш (и з в е н г е р с к о г о ) и ж и т е л ь . А н а ­
л о ги ч н о п о я с н я е т с я и г а л и ц к о е с л о в о п ы т а ю „ с п р а ш и в а ю ” (т а к -
~ ■ ' '*> fi
іменам wiЇїтл utitnfH-
K’Sc^m> fviM4oF4n-r?r
A o/l.i miło \%МѢЛ С Іт Ь -Т Б о
f v f гіопиь н і rp+JiŁ™ K łCł^r~
l£o £л(?£0СМ№П и ГіїртдодОД?
гшидец ■пише посади W' m
Atyrtf* A t СпГ/ГтѴ
к ДіѴ^/лрб Л wj**
KoMlŁiP’ WTiHUgiM,
ціc ГоніС' ін^гИнТ to tu ^
itf'ftTM КОҐНОСЦгб111' & V&HTl
W кеш
Ф о т о 5. „ О б о р о н а в Ь р н о м у ч е л о в Ь - к у ” р о с в и г о в с к о г о с в я щ е н н и к а М и ­
х а и л а .
51

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

же полонизм) подкарпатским словом
звгьдую и т.д. Орфография
произведений М ихаила в сущности соответствует правописанию
„Поучений на Евангелие” XVI века. Буква Ь здесь тоже сме­
шивается с буквой е (напр. очи телеснии вместо они тѣлеснии)
или с и (напр. род. пад. ед. ч. отповиде вместо отповѣди). Это
явление свидетельствует о том, что этот звук (Ѣ) в XVII веке
произносился как нечто среднее между е и и (т.е. вероятнее всего
как и е ) . Л л я обозначения звука г в словах иноязычного происхож­
дения используется особая буква Г, которая впервые встречается
в памятниках русской письменности в XVII веке и походило на греческую букву t того времени, напр.: епископѣ вРомосцъ „его
милось епископ” (из польского jegomość), как насмешливо называл священник Михаил епископа Иосифа де Камеллиса.
М ихаилъ га ч е р в д к ъ , л н е ч д к ъ еслѵь, л е ц і е , е г д д c f c g b з а
Х р ї С Т А , ц д р л НАПіеГѴО, Ж Є Л 'ЬзН Ь ІМ Н В е р н Г А М It С В А З А Н Ы М Ъ ,
ЛЮ ДЇЄ Н жены ПЛАчѴціе ГЛАГОЛАХ^: \ѵгъ, горе Н А М Ъ , о горе
Д^ШН T W T O , КТО ПреДАеТЪ О у Ч И Т б Л А Б б З З Д К О Н И Ш Н Ъ Н
врдгомъ, ріМААНОМЪ С И М Ъ .
„К атех и зм ” , против которого отчасти обращал свои страст­
ные речи священник Михаил, напечатанный в 1698 году в иезу­
итской типографии в г. Трнава, был переведен с латыни. Его перевел переселенец из Польши униатский монах Ян Корниц-
кий, который использовал обычную для него неэстетичную смесь
малорусского диалекта и польского языка. Язык „Катехизма”
так перенасыщен польскими элементами, что о нем практически
невозможно сказать, что это русский язык. Даже совершенно обычная славянская терминология восточной церкви заменена
западной, польско- латинской терминологией: сакрамент употреб­
ляется вместо таинство либо тайна, прыказыня Божии вместо
заповѣди Божия, артикулы вѣры вместо нлены вѣры. Пример
языка „Катехизма” : ..Прето абы я моей досит ѵчынил повинности,
и вы абы знали и латвѣй могли учыти людий вашому попече­
нию порученых... сию книжку зложылем. в котрой коротко и простым диалектом ведлѵг понятя народу всѢ артыкѵлы Вѣры,
Прыказаня Божии и Церковний, сакраменты нового Тестаментѵ...
и трудности нѣкотории, звлашча котрий грецы звыкли приводи­
ти противно Рымлян, розвязуются” . (Полонизмы подчеркнуты): латвѣй вместо рус легче (диал. лекше), ведлуг понятя вместо
попонятъю или согласно понятья и т.д.
Другой печатный униатский памятник, относящийся уже к
XVIII веку, „Краткое припадков м орал ьн ы х и л и нравных с об ран и е”, опубликованное в 1727 году под покровительством
униатского мукачевского епископа Геннадия Византия в той же
иезуитской типографии в Трнаве, написан на церковнославянс­
ком языке русской редакции с такой же польско-русской смесью,
52

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

какую мы в и д е л и в „К атехизм е” . Небольшой отрывок нам ото
п р о и л л ю с т р и р у е т : „Ч и были С ак р а м е н та в Р аю ? - ОтвЪт: Не были, бо С а к р а м е н т е сть постановленный от Б о г а , для повстаня
от г р ѣ х о в , поневаж т е д ы А д ам в Р а и будучи, жадного хрЬхи (вместо г р ѣ х и ) н е м Ь л . п рето С акрам ен ту не потребовал” . (Под­черкн уты е с л о в а я в л я ю т с я полонизмами.) С оздателем этой книги был, в е р о я тн о , какой-нибудь униатский монах из Галиции.
Э ти м и д в у м я и здан и ям и религиозно-полемического х а р ак те р а
и з д а т е л ь с к а я д е я те л ь н о с ть ун иатов окончилась, не п ред став ля я
собой п р о гр е сс по сравн ени ю с рукописными памятниками XVII
века ни с точ ки зр е н и я язы ка, ни с точки зрения ли тературы . В
эти х у с л о в и я х создан и е рукописных произведений в Подкарпатс­
кой Р у с и продолж алось и в XVIII веке при сохранении традиций
русско-церковнославянского язы ка (т.е. славянско-русского) пре­дш ествую щ его сто л ети я. О т с у т с т в и е русских школ и типографий в П одкарп атской Р у с и д е л а л о невозможным разви ти е л и терату­
ры15. Рукописны е п роизведен и я могли р а сп ростран яться очень
медленно и в ограниченном количестве. Э то препятствовало
созданию единого л и те р а ту р н о го язы ка и определенной манеры
писания. П оэтом у и в XVIII веке каждый памятник письменности П одкарпатской Р у с и бы л, как и ранее, создан н а церковнославян­
ском (и ли славянско-русском ) язы ке с характерны ми особеннос­тями м естного г о в о р а , родного г о в о р а а в то р а.
Т а к , напр., сти хи и песни, сохраненные в рукописных сборни­
ках XVIII в е ка , нап и сан ы ч асти чн о н а традиционном церковносла­ вянском язы ке, ч ас т и ч н о н а разны х местных говорах. Д остойна внимания п е с н я „О о б р а з е ч е л о в е ч е с к о м ” , появивш аяся в кон­
це XVII века. Х о т я в ней описы вается оборона Вены от турок
в 1683 году, она н ап и са н а н а спишском говоре с полонизмами, объяснимыми б л и зо с тью спишского г о в о р а к польской языковой
тер р и то р и и .
К д ы с л с т а л и н ѣ м ц ы с т у р к о м в и т а т и ,
с т а л и т у р ц ы с п о д В і д н я п и л н о у т ѣ к а т и ,
Н ѣ м ц ы х в а л у Б о г у в о з д а ю т ,
з а т у р ч и н о м у г о н я ю т .
С туден чески е сти хи В а с и л и я Т а р а с о в и ч а (середина XVIII ве­
ка), родом и з Ш ари ш а, написаны на шаришском диалекте. Стихи
А р с е н и я К о д а к а , с о з д а т е л я „Русской грам м ати ки ” конца XVIII
века, созданы на церковнославянском языке. *
*5 Е д и н с т в е н н а я т и п о г р а ф и я , н а х о д и в ш а я с я в П о д к а р п а т с к о й Р у с и в X V II
в е ке в Г р у ш е в с к о м м о н а с т ы р е в М а р м а р о ш е и о т п е ч а т а в ш а я н е с к о л ь к о
ц е р к о в н ы х к н и г и а з б у к у , п р е к р а т и л а с в о е с у щ е с т в о в а н и е о д н о в р е м е н н о с
р а з р у ш е н и е м м о н а с т ы р я в к о н ц е X V II л и б о в н а ч а л е ХѴІП в е к а во в р е м я
в о с с т а н и я Ф е р е н ц а Р а к о ц и II.
53

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

И з д р у г и х п р о и з в е д е н и й X V III в е к а н а ц е р к о в н о с л а в я н с к о м
( с л а в я н с к о р у с с к о м ) я з ы к е н а п и с а н ы „ Б о г о с л о в и е ” Д м и т р и я Ф о­
м и н а Б а к е е в а (1778 г .) , „ П о м о щ н и к у д о м у в с т в Ъ ” (1791 г .) и
„ В р а ч д о м а ш н и й ” Н и к о л а я Ф е д о р о в и ч а . Э т и п р о и з в е д е н и я
с о д е р ж а т б о л ь ш е е и л и м е н ь ш е е ч и с л о м е с т н ы х д и а л е к т н ы х о с о ­ б е н н о с т е й . П р и в е д е м в к а ч е с т в е п р и м е р а п о с л е с л о в и е и з „ Б о г о с ­
л о в и я ” : Аціе который ч и т а т е л ь в книз’ѣ сен о в р яц іет во некоторых
м е с т а х якѴю помилку, или якое слово недоложеное, о т о м прошу Богл ради и с п р а в и т е , а не клеггЬте, понеже рукописанием невозмогох вся
нсп равнтн н вся доположнтн ради н ед о у м ен и я и ради лЄ ностн 16.
К о н е ц X V III в е к а
о т м е ч е н возн и к н о вен и -
Г Я А М М й Т И К Л Г ( ЬсСК,/ у\ ем в П о д к а р п а т с к о й
Л м Е Н Л л Т с л о е о е л о ж е н , и Р УСИ с а м о с т о я т е л ь н о й
c y t o A j i , / \ за / к л £\і с с к л г і ѵ - г р а м м а т и к и , в с о о т -
П Р € д и е р і t . в е т с т в и и с к о т о р о й
І У Л . происходило о б у ч е н и е
^ ---- в м о н а с т ы р с к и х шко-
'ГПЯ
ѴА
.жаспянж, т
- л а х , но к о т о р а я , одна-
ко, о с т а л а с ь р у к о п и с-
маг л Г г г т г i. flj. гі._ ng Щ «мт НОИ. А ВТО DOM ЭТОЙ
(r«a WifrmcAfo fm * ш^то-олм о&отгЛ Ś £ eomS ц =
г р а м м а т и к и бы л п р е ­
п о д а в а т е л ь м о н а с т ы р ­
ских школ м о н ах А р с е ­
ний К о ц а к (1737-1800)
р одом и з с е л а Б у к о в е ц
С т р о п к о в с к о г о р а й о ­
на. Г р а м м а т и к и А р с е ­
н и я К о ц а к а н а з ы в а е т ­ с я „ Г р а м м а т и к а р у с ­
с к а я с и р ѣ ч ъ п р а в и л а
и з в ѣ ш а т е л н а л и н а -
с т а в и т е л н а я о с л о в о ­
с л о ж е н и и с л о в а я з ы ­
к а с л а в е н с к а г о и л и
р у с с к а г о ” . К а к в и д н о
и з н а з в а н и я , А р с е н и й К о ц а к н е р а з л и ч а л р у с с к и й и ц е р к о в н о с ­
л а в я н с к и й я з ы к и , о п и с ы в а я в г р а м м а т и к е п р а в и л а п о с л е д н е г о .
Т о ч к а з р е н и я А р с е н и я К о ц а к а л и ш ь о т р а ж а е т в с е о б щ е е у б е ж д е ­
н и е п р о ш е д ш и х в е к о в в т о м , ч т о р у с с к и й и ц е р к о в н о с л а в я н с к и й
я з ы к и т о ж д е с т в е н н ы : п о с л е д н и й с ч и т а л с я л и т е р а т у р н о й р а з н о ­ в и д н о с т ь ю ж и в о й р у с с к о й р е ч и . T fd M M tT jr H K tl
/ѴЪсСК,/ уЛ
И м ЁПЛА W СЛОЮсложеніи O fо & л , уА за/ к а £ } / с с к л г £ ѵ .
П Р € ДЯС/łlt . .
I t i l At At /1ТНЧ еСКОС
£ &*■**•■"■*•*- * V г-ж ґ - n r
f i Р п р о gŁ. Ą . Ч т г £ £ T k i M « « A T К к а 1Г /О ст гг.
mjfm *i *7" *tr
«ї ь м
E*mt Ѵеялкяе-* TJt/r a f
..o'
-- 11 ям /ѴсЛІ.

ѵЛл»* ЫН »«U ą i c w A A

и-
cr««
S Z «W -я >
Ян «««‘W -тоіісшл crooo • »Л.
cc /t W? ль-мглга Mr
A«f i rotfj* • ftW *-«Лг" f*** "5Г
V,* - CM** -A.iWlr ОНл
gyyra>
ł.

* Лгг^мѴ w w*
U J * M x 2 Я с * & € с # '& * & т * уЫ г**u t ^ fc*і?йзд/»4ГА/Ж,* ЛгЙ>Л»|У/ЛГ/'ж Л"
D t f i m i .
«chu -w m - W . * - '‘■■■••Лс.
г.
' L/ІММЛЛ лг»-*" »•-«.-.<» . et***.*
_- JbifemS /Гґіто 7ПГ/М». »'»
Ф о т о 6. „ Г р а м м а т и к а р у с с к а я " А р с е ­
н и я К о ц а к а (1788).
Б в м . С а б о в . Х р е с т о м а т и я ц е р к о в н о с л а в я н с к и х и у г о р с к и х л и т е р а т у р ­
н ы х п а м я т н и к о в . У ж г о р о д 1894, с т р . 56.
54

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

В т о т п е р и о д в П о д к а р п а т с к о й Р у с и т а к ж е , к а к и во в с е х д р у ­
гих р е г и о н а х Р о с с и и и с п о л ь з о в а л а с ь г р а м м а т и к а ц е р к о в н о с л а ­
вян ск о го я з ы к а р у с с к о й р е д а к ц и и , н а п и с а н н а я М е л е т и е м С м о т -
р и ц к и м (1618). Э т а г р а м м а т и к а б ы л а в н о в ь и з д а н а в м е с т е ч к е
К а р л о в ц е в п е р е р а б о т а н н о м с е р б о м М р а з о в и ч е м в и д е (1794) и
т а к ж е и с п о л ь з о в а л а с ь в П о д к а р п а т с к о й Р у с и . В с в о е р а б о т е
А р с ен и й К о ц а к , в о с п и т а н н и к и е з у и т с к о й л а т и н с к о й с е м и н а р и и ,
п р и д е р ж и в а л с я р е к о м е н д а ц и й М е л е т и я С м о т р и ц к о г о , и с п р а в л я я
его в с о о т в е т с т в и и со с т а р ы м и л а т и н с к и м и г р а м м а т и к а м и . П р и
э т о м К о ц а к р у к о в о д с т в о в а л с я м ы с л ь ю , ч т о , п о с к о л ь к у в с е я з ы к и Е в р о п ы и м е ю т с в о и г р а м м а т и к и , р у с с к о е н а с е л е н и е П о д к а р п а т с ­
кой Р у с и в э т о м п л а н е д о л ж н о п о д н я т ь с я н а их у р о в е н ь .
Л л я в е р н о й о ц ен ки т р у д а А р с е н и я К о ц а к а н е о б х о д и м о п о н я т ь ,
ч т о он с н о в а и з л о ж и л п р а в и л а у с т а р е в ш е г о к н и ж н о г о с л а в я н с к о -
р у с с к о г о я з ы к а п р о ш е д ш и х в е к о в , к о т о р ы й в Р о с с и и б ы л п е р е ж и т
в н а ч а л е X V III в е к а в о в р е м е н а Ф е о ф а н а П р о к о п о в и ч а и К а н т е ­
м и р а , за м е н и в ш и м и в п и с ь м е н н о с т и ц е р к о в н о с л а в я н с к и й р у с с к и м
язы ком . Н е з а д о л г о д о н а п и с а н и я г р а м м а т и к и А р с е н и е м К о ц а к о м ,
в 1744 г о д у в Р о с с и и б ы л а и з д а н а г р а м м а т и к а Л о м о н о с о в а , з а ­ л о ж и вш а я о с н о в ы с о в р е м е н н о г о р у с с к о г о л и т е р а т у р н о г о я з ы к а . П о д к а р п а т с к а я Р у с ь в о т л и ч и е о т д р у г и х р е г и о н о в р у с с к о й я з ы ­
ковой о б л а с т и о к а з а л а с ь в н е э т о г о п р о ц е с с а , т.к . о н а б ы л а о т них о т р е з а н а не т о л ь к о п о л и т и ч е с к и , но и п о с л е в в е д е н и я ц е р к о в н о й
унии и р е л и г и о з н о . П о д к а р п а т с к а л Р у с ь о с т а л а с ь н а у р о в н е я з ы ­
ковой к у л ь т у р ы и л и т е р а т у р ы X VII в е к а . Г р а м м а т и к а А р с е н и я К о ц а к а , в к о т о р о й и з л а г а л и с ь п р а в и л а у с т а р е в ш е г о я з ы к а , сп о ­
с о б с т в о в а л а у т в е р ж д е н и ю з д е с ь к у л ь т у р н о й и с к л ю ч и т е л ь н о с т и и
о т с т а л о с т и .
Т е м не м е н е е, А р с е н и й К о ц а к , н е с м о т р я н а т о , ч т о он у ч и л
у с т а р е в ш е й п р а в и л ь н о с т и с л а в я н о - р у с с к о г о я з ы к а , н е с м о г и з ­ б е ж а т ь в л и я н и я ж и в о й н а р о д н о й р е ч и , о с о б е н н о с в о е г о р о д н о г о
55

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

шаришского говора: достаточно много примеров подобного рода
мы находим в грамматических пояснениях. Приведем одно из правил, касающееся образования степеней сравнения имен при­ лагательных: „у нас Руссов п одобаше положитися то чию двоим
сиргъч полагателному и сравнителному, понеже во писании нашем
превозносителный едва обрѣтается или употребляется; обаче об­
щаго ради употребления и обучения изволися мнѣ и сей третий по­
ложити, множицею бо потребный может быти.” В этом отрывке
отсутствуют отклонения от с л авянско- русского языка. Однако
в следующем примере, взятого из рифмованного введения к его
грамматике, мы уже находим отдельные выражения шаришского
происхождения (подчеркнуты):
„ В с ѣ у б о я з ы к и в Е в р о п ѣ с у щ и я
У в и д ѣ х з ѣ е л о л ю б о м у д р с т в у ю щ и я . Е д и н ы т о ч и ю , е д и н ы м ѣ з е о н ы русн& кы
М н я х у с я м н Ѣ б ы т и , а к и с п р о с т а к ы .
Е ж е м н ѣ з ѣ л о с о т в о р и с я н е с н о с н о
Т о м в с е г д а п о м ы ш л я х , н и б ы н е в о з м о ж н о ?
Г р а м м а т и к у н ѣ к у ю и я з ы к а р у с к а г о
И л и а щ е и з в о л и ш р а д и и с л о в е н с к а г о ,
Г р а м м а т и к у г л а г о л ю , н и б ы н е м о ж н о с л о ж и т и , И с и ю я в Ѣ м и р у в с е м у п р е д л о ж и т и . ”
Бесспорной заслугой Арсения Коцака и его грамматики яви­
лось установление строгих правил правописания и преодоление расшатанности норм XVII века в соответствии с правописанием,
используемым в памятниках русской письменности конца XVII -
н ач ала XVIII вв., основанном на словообразовании и историчес­ ком принципе. Арсений Коцак исключил и лишнюю букву t,
используемую для обозначения звука г в словах иноязычного
происхождения.
3 . Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Й Я З Ы К Н А Ч А Л А X I X В Е К А
В таком устаревшем церковнославянском виде русский лите­
ратурный язык Подкарпатской Руси вступил в XIX век. Во время
деятельности епископа Андрея Бачинского, охватывающее конец
XVIII - начало XIX века, еще более утвердились традиции старого
книжного славянорусского языка. В школе богословия, переведен­ ной в 1776 году одновременно с переносом резиденции епископа
из М укачева в Ужгород, обучение всем предметам вплоть до самой смерти Андрея Бачинского в 1809 году велось на церков­
нославянском языке, что сказывалось на языковой ситуации еще
почти полвека.
Славяно-русский язык в XIX веке был, естественно, анахро­
низмом. Однако в среде униатского духовенства, которое было
в то время единственным образованным сословием Подкарпатс­
кой Руси, духовенством, воспитывавшемся с начала XVIII века
в католических семинариях, где языком обучения была латынь,
56

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

в атмосфере, чуждой, враждебной славянскому обряду и рус­
скому народу, этот язык выполнял роль хранителя национальной
культуры. К тому же с конца XVIII века в Подкарпатской Руси
приобретали все большую известность произведения русских пи­
сателей XVIII века (Ломоносова, Державина и пр.), язык которых, близкий церковнославянскому, становился здесь популярным. Это
литературное влияние, а также то, что в конце XVIII - начале XIX
века из Подкарпатской Руси в Россию переселялись многие вы­
дающиеся образованные и талантливые люди, которые, получив образование в период деятельности Андрея Бачинского - период
национального движения, не могли найти применение своим си­ лам на родине, а в России снискали славу как проф ессора (И в а н
Орлай, П е тр Л оций, В а с и л и й К укольник и др.), государст­
венные д е я т е л и (М и х а и л Балуднн ский ) или у ч ен ы е (Ю р и й
Венелин) и которые способствовали сохранению подкарпаторус­ ской национальности, определяя направление духовной жизни
своей родины, с самого начала неизбежно вело к постепенному
сближению книжного славяно-русского языка Подкарпатской Ру­
си с языком русской литературы. Тем не менее, упомянутое
национальное движение рубежа ХѴІІІ-ХІХ вв. не могло уже по­
дорвать глубоко укоренившуюся латинизацию духовенства, а с
тридцатых годов XIX века - сменившую ее мадьяризацию. Вол­
шебная сила латинского языка как инструмента науки была столь
велика, что церковнославянский (славяно-русский) язык оставал­
ся исключительно обрядовым языком и языком, используемым в
семьях. Ближайшие сподвижники Андрея Бачинского, как, напри­
мер, И оанникий Б а з и л о в и ч , автор первого труда по истории
Подкарпатской Руси (B revis N o titio fu n d a tio n is K o ria to v ic s, I -
II, 1799-1804), писали свои основные работы на латинском языке
и лишь второстепенные, менее значимые - по-русски. Это от­
носится и к первой половине XIX века. Естественно, что при таких условиях не могло быть и речи о каком-либо культивиро­
вании родного языка. Среди писателей этого периода выделяется
Василий Д о в го в и ч (умер в 1849 году), автор научных трудов,
написанных на латинском и венгерском языках, который упраж­
нялся в сложении стихов на традиционном славян о-русском языке.
Другая часть его стихов представляет собой лишь переработку
(а возможно, что это вообще только записи) народных песен, и
поэтому они сохраняют свой первоначальный народный облик.
Вот, например, строфа из оды к Андрею Бачинскому, написанной
на традиционном с лавяно-русском книжном языке:
Церкви ВОСТОЧНОЙ К р Ф п Н А А С А г о р т а н ь .
£ ЗАПАууѢ, ВСЮдѴ ДОСАГАЛД, Гдѣ ДЛАНЬ
н годность с хвалой нашего Андреід
’ЛрхТереА
57

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

б л и ц ы
о у к о д н и его сїіаюх,
С ер д ца на р ад о сть з ѣ л о нлдтаглю т:
ОТ а т о р ж е с т в ѣ припиши сватом#
И великом#
Ф о т о 8. Ц е р к о в н о с л а в я н с к а я и р у с с к а я
г р а м м а т и к а Л у ч к а я (1830).
Р е ш и т е л ь н ы м с т о р о н н и к о м ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о (с л а в я н о - р у с ­
с к о г о ) к н и ж н о г о я з ы к а б ы л М и х а и л Л у ч к ай (М и хаи л Поп), н а­
п и с а в ш и й „И сторию Псщкарпатской Р у с и ” в т р е х т о м а х (H isto­
ria C a r p a th o - R u th e n o ru m ). О н т а к ж е я в л я е т с я а в т о р о м г р а м м а ­
т и к и ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о и р у с с к о г о я з ы к о в (G ra m m a tic a Slavo-
R u th e n a ), н а п и с а н н о й , о д н а к о , п о - л а т и н с к и и вы ш ед ш ей в Б у д е в
1830 г о д у . В с в о е й г р а м м а т и к е Л у ч к а й р а з д е л я е т т о ч к у з р е н и я
с в о е г о п р е д ш е с т в е н н и к а А р с е н и я К о ц а к а , с ч и т а я ц е р к о в н о с л а ­
в я н с к и й я з ы к б о л е е с т а р о й , л и т е р а т у р н о о б р а б о т а н н о й форм ой
р у с с к о й р е ч и . О д н а к о по с р а в н е н и ю с А р с е н и е м К о ц а к о м М и х а и л
Л у ч к а й ( П о п ) с д е л а л з н а ч и т е л ь н ы й ш а г в п е р е д , т.к . он б ы л л у ч ­
ш е п о д г о т о в л е н ф и л о л о г и ч е с к и и с м о г и с п о л ь з о в а т ь д о с т и ж е н и я с л а в я н с к о й ф и л о л о г и и п е р в о й ч е т в е р т и X IX в е к а . П р и н а п и с ан и и
г р а м м а т и к и он в н а и б о л ь ш е й с т е п е н и о п и р а л с я н а г р а м м а т и к у
ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о я з ы к а Й о зеф а Д о б р о в с к о г о, вы ш ед ш у ю в 1822
г о д у . О д н о в р е м е н н о в с о п о с т а в и т е л ь н ы х ц е л я х он и з л а г а е т и
г р а м м а т и ч е с к и е о с о б е н н о с т и о д н о го и з п о д к а р п а т о р у с с к и х г о в о ­ р о в - г о в о р а с в о е г о р о д н о г о с е л а В е л и к и е Л у ч к и , рас по л о ж е нн о го
н е д а л е к о о т М у к а ч е в а .
В э т о й р а б о т е (в о п и с а н и и ж и в о г о п о д к а р п а т о р у с с к о г о г о в о ­
р а ) М и х а и л Л у ч к а й б ы л а б с о л ю т н о с а м о с т о я т е л е н и не и м ел
п р е д ш е с т в е н н и к о в . И с т о ч н и к о м д л я н е го я в л я л о с ь н е п о с р е д с т ­
в е н н о е з н а н и е р о д н о й п р о с т о н а р о д н о й р е ч и , к о т о р у ю он с л ы ш а л
58

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

дома. И в этом большое значение труда Михаила Л учкая (Попа),
т.к. он впервые научно описал живую народную русскую речь.
В свою грамматику он включил и образцы народного фольклора
Подкарпатской Руси - небольшое, но ценное собрание поговорок,
песен и загадок.
Несмотря на это, Лучкай открыто подчеркивал, что лите­
ратурным языком Подкарпато русской Руси он считает только
церковнославянский язык, который, по его мнению, в качестве
литературного языка должны использовать все славяне. Лучкай
не одобряет переход русских в России с церковнославянского на
современный русский литературный язык, поскольку из-за это­
го возникли определенные расхождения между Подкарпатской
Русью и остальной Россией. По мнению Лучкая, подкарпато-
русский диалект так близок церковнославянскому языку, что ему
не нужна собственная грамматика, отличающаяся от грамматики церковнославянского языка. Он даже полагал, что подкарпато рус­
ский диалект произошел непосредственно от церковнославянского
языка, а церковнославянский язык является собственно лишь под­
карпато русским диалектом в его старом, первоначальном виде.
Заслугой грамматики Л учкая явилось дальнейшее упорядо­
чение правописания, используемого в Подкарпатской Руси того
времени. Д л я обозначения сочетания j o (а также для обозначения
о после шипящих) он впервые использует букву ё, введенную в
русский алфавит в начале XIX века писателем Карамзиным (на-
пр.: шёлг). Избыточная буква ґ для обозначения звука г в словах
иноязычного происхождения, исключенная еще Арсением Коца-
ком. с этого времени окончательно исчезает из литературного
языка Подкарпатской Руси. Взгляды Михаила Л учкая (Михаила Попа) на церковносла­
вянский язык и на его соотношение с русским языком разделял
и Иван Ф огараш ий, автор венгерско-русской грамматики, из­
данной в Вене в 1833 году под названием „Русъко-уторска и л и
мадярска Г р а м а т и к а д л я скораго и л егкаго я зы к а сего об у ­
чения” . Иван Фогараший также является автором размышлений
о подкарпато русском диалекте, которые под псевдонимом И в а н
Берѳяеанин он отправил в Россию живущему там и уже упо­
мянутому Ивану Орлаю („В ъ общ е о р а з л и ч іи С л а в я н с к и х ъ
нарѣ чій, собственно же о м а логи карп ато- и л и У грорусски-
хъ”). В этих размышлениях, свидетельствующих о его знании
работ того времени по славянской филологии, Фогараший пе­
речисляет некоторые особенности подкарпаторусского диалекта
в сравнении с великорусским и малорусским и достаточно вер­
но определяет распространение его основных говоров. Он также
приводит примеры текстов, написанных на подкарпаторусском ди­ алекте: „П оучения б о яр и н а Г о р зо в а своему сы ну” , возникшего
в период турецких войн XVI века, свадебные песни с описанием
59

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

свадебных обрядов. В конце размышлений о литературном языке
Подкарпатской Руси Фогараший говорит следующее: „Однако
все, что мы изложили (т.е. характеристики говоров), касается
только речи простых и необразованных людей, т.к. подобно Ма­ лороссии и в Угорской Руси ученая и образованная часть народа,
которую составляют духовенство, потомственное дворянство, пи­
сари и учителя, создает произведения, пишет и говорит на чистом,
древнем славянском или русском языке с совершенством, прису­ щим самим великороссам... Поэтому издание новых грамматик
названных диалектов означало бы их дальнейшее отдаление друг
от д р у га и от основного славянского или чисто русского язы­
ка”. (Оригинальное звучание этого места нам может служить в
качестве примера языка, которым писал сам Фогараший: „Обаче
предпомянутая о бесѣ дѣ простаго или неукаго народа розумѣти; зане як в Мало-, так в Угророссии ученна и просвѣсченна его
часть, ю же чин духовный, благородны земляне (немеши), дяки
и учителие составляют, пишуть и говорять чистым старинным
славянским или руським языком, так совершенно и чисто, как и
самый великороссияне... Откуду по помянутых наречиях новѣ
издавать граматики только бы значило, как тыя есче болѣе еди­
наго от другаго и кореннаго славянского или чистаго русскаго
языка отдалять” 17.
И здесь мы обнаруживаем то же мнение, что „старинный сла­
вянский” или церковнославянский язык является тождественным
с русским. При этом Фогараший признает самым чистым славян­ским и русским языком речь великороссов, выступая против соз­
дания грамматик отдельных русских диалектов. Однако единый общерусский литературный язык, который должен объединять все
русские диалекты, не отличается от древнего славяно-русского
языка, который он использует сам.
„Русско-угорская грамматика” Ивана Фогарашия отличается
своеобразием правописания, которое никто, кроме него, не исполь­
зовал. Вместо двух букв и и і, используемым для обозначения звука и, он пишет букву Ї, вместо щ - сч.
Другие книги первой половины XIX века - а это в основ­
ном сборн и ки п роп оведей (А л ександра М и га л и ч а , Стефана
М у с т я в о в и ч а и др.) - все написаны на традиционном славяно­ русском языке. Определенное исключение представляет И оанн
Ч у р г о в и ч , который собрал богатую библиотеку и усердно читал русские книги. Его язык смело приближался к русскому литера­
турному языку. Пример его языка: „Бог и человѣк. Бог видит
пророки наши и закрывает; человѣк сосѣд не видит и розсказует
свѣту (то), что не видѣ л. Ежели бы люди знали, о Боже! о
17 С в е н ц и ц к и й , М а т е р и а л ы п о и с т о р и и в о з р о ж д е н и я К а р п а т с к о й Р у с и . 60

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

л ю дя х , ч т о т ы з н а є ш , н и к т о о т к л е в е т н и к о в п р е д к л е в е т н и к а м и
не и м ѣ л бы п о к о я .”
Т а к и м о б р а з о м , п е р ­
в а я п о л о в и н а XIX ве­
к а п р о д о л ж а е т т р а д и ­
ц ии X V III в е к а в у т в е р ­
ж д е н и и у н а с л е д о в а н н о ­
г о д р е в н е г о к н и ж н о ­ го ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о ( с л а в я н о - р у с с к о г о ) я з ы ­
к а . С д р у г о й с т о р о н ы , в
п е р в о й п о л о в и н е X IX в е ­
к а п р о и с х о д и т п р о ц е с с п о с т е п е н н о г о , но р е ­
ш и т е л ь н о г о с б л и ж е н и я
с т а р о г о л и т е р а т у р н о г о
я з ы к а , б ы в ш е г о р а н е е
и н с т р у м е н т о м о б р а з о ­
в а н н о с т и в с е й Р о с с и и ,
с с о в р е м е н н ы м р у с с к и м
л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м
п у т е м р а с п р о с т р а н е н и я
п о с л е д н е г о в П о д к а р ­
п а т с к о й Р у с и . В э т о м
с м ы с л е в п е р в о й п о ло ­ в и н е XIX в е к а у ж е н а м е ­
ч а л и с ь д а л ь н е й ш и е т е н ­
д е н ц и и р а з в и т и я л и т е ­
р а т у р н о г о я з ы к а П од­
к а р п а т с к о й Р у с и , р е а ­
л и з о в а в ш и х с я во в т о р о й п о л о в и н е XIX в е к а .
4 . Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Й Я З Ы К В П Е Р И О Д Н А Ц И О Н А Л Ь Н О Г О В О З Р О Ж Д Е Н И Я ( В О В Т О Р О Й П О Л О В И Н Е X I X В Е К А )
В о с с т а н и е в В е н г р и и в 1848-49 г г . з н а м е н у е т н а ч а л о в о з р о ж ­
д е н и я р у с с к о й н а р о д н о с т и в П о д к а р п а т с к о й Р у с и и о д н о в р е м е н н о
к о ренн ой п о в о р о т в и с т о р и и е е п и с ь м е н н о с т и и я з ы к а . С э т о ­
го в р е м е н и я з ы к п о д к а р п а т с к о й л и т е р а т у р ы о с в о б о ж д а е т с я о т
ц е р к о в н о с л а в я н с к о г о я з ы к а и б ы с т р о п р о д в и г а е т с я по п у т и с б л и ­
ж е н и я и п о л н о го с л и я н и я с р у с с к и м л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м , н а к о т о р о м с о з д а в а л а с ь л и т е р а т у р а в Р о с с и и .
Э т о н а п р а в л е н и е р а з в и т и я б ы л о п о д г о т о в л е н о в с е й п р е д ш е с т ­
в ую щ ей и с т о р и е й П о д к а р п а т с к о й Р у с и , я з ы к к о т о р о й н и к о г д а не
у т р а ч и в а л к о н т а к т ы с я з ы к о м о с т а л ь н о й Р о с с и и . Ф ото 9. С т р а н и ц а и з „ Г р а м м а т и ­
ки р у с с к о г о л и т е р а т у р н о г о я з ы к а ”
А . Д у х н о в и ч а (1853).
61

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Русский литературный язык после своего оформления во вре­
мена Ломоносова никогда не противопоставлялся унаследован­
ной, создаваемой веками языковой культуре церковнославянского языка. Наоборот, он сохранил все словарное богатство этого
языка, охватывающее культурные понятия, устраняя лишь формы
(именные и глагольные), не существующие в живой русской речи,
а также архаизмы, вышедшие из живого употребления. Истори­
ческий же принцип правописания был сохранен без изменений.
Поэтому неудивительно, что жителям Подкарпатской Руси, знав­
шим русскую литературу XVIII - н ачала XIX века, письменный
русский язык представлялся почти тем же книжным славяно­русским (русско-церковнославянским) языком, который был при­
вычен, с той лишь разницей, что он был еще более приспособлен
к живой речи. К тому же в Подкарпатской Руси привыкли счи­
тать образцом правильности и неиспорченности русскую речь в России (великорусский диалект), как об этом сказал Фогараший,
понимая под ней, естественно, русскую литературную речь.
Таким образом, переход со старого книжного русско-церковно-
славянского (славяно-русского) языка на русский литературный
язык Ломоносова в Подкарпатской Руси явился в сущности тем
же процессом, который осуществился в России во времена Ло­
моносова (в середине XVIII века), с той лишь разницей, что он произошел в меньшем масштабе и с опозданием на сто лет. И этот задержавшийся процесс для Подкарпатской Руси был столь же
необходим и естествен, как в свое время и для остальной России. Таков был внутренний смысл этого события.
Решающим толчком, ставшим всеобщим потрясением, а затем
объединившим русские силы для возрождения русской народнос­
ти в Подкарпатской Руси в том смысле, о чем мы уже говорили
выше, явилось восстание в Венгрии в 1848-49 гг., в результате чего у всех славян возникли опасения, что они будут поглощены
усилившимися венграми, а также приход русских войск в Карпа­
ты, объединивший на время Подкарпатскую Русь с Российской
империей.
Лидером национального возрождения стал А .И . Добрянский,
организатор национального сопротивления восставшим венграм,
разработчик плана создания русского герцогства в составе Авст­
рии и вдохновитель образованных слоев народа на организацию
духовной жизни в соответствии с требованиями времени и на современном языке. Положение, которого добился русский язык
во время недолгой деятельности А.И. Добрянского в Ужгороде,
когда существовал округ, состоявший из четырех русских ко­ митатов (Ужского, Береженого, Угочского и Мармарошского), и
особенно допущение русского языка в учреждения, средние школы
и в общественные места (на русском языке могли писаться вы­
вески и т.п.), значительно его возвысило в глазах современников
62

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

и п о в с е м е с т н о в о с п р и н и м а л о с ь с э н т у з и а з м о м . В л и т е р а т у р н ы х
к р у г а х п о я в и л и с ь н о в ы е л ю д и , п р и ч е м не т о л ь к о с в я щ е н н и к и , к а к
э т о б ы л о р а н ь ш е , но и с в е т с к и е , т .к . т е п е р ь р у с с к и е и м е л и д о с т у п
в л ю б ы е о б щ е с т в е н н ы е з а в е д е н и я .
П р и с п о с о б л е н и е л и ­
т е р а т у р н о г о я з ы к а к
п о т р е б н о с т я м с о в р е ­
м е нн ости с о п р о в о ж ­
д а л о с ь о д н о в р е м е н н о
и з а м е н о й ц е р к о в н ы х букв, у п о т р е б л я в ш и х ­
с я р а н е е и в с в е т с ­
кой л и т е р а т у р е , т .н а з .
р у сс к о й г р а ж д а н с к о й
а з б у к о й . Р а з л и ч и я
м еж ду н им и н е с у щ е с ­
твен ны и з а т р а г и в а ­
ю т л и ш ь б о л ь ш у ю ок­
р у г л о с т ь г р а ж д а н с к и х
букв, о д на ко а в с т р и й с ­
кое п р а в и т е л ь с т в о н а ­ с т а и в а л о н а и с к л ю ч и ­
т е л ь н о м у п о т р е б л е н и и
ц е р к о в н ы х б у к в . Э т и
н о в о в в е д е н и я н е м о г ­ ли о с у щ е с т в и т ь с я с р а ­
зу и н а т о л к н у л и с ь н а е с т е с т в е н н ы е п р е п я т с ­
т в и я . М о л о д ы е п и с а ­
т е л и , в с т у п и в ш и е в л и ­ т е р а т у р у п о с л е 1848-49 г г ., с к л о н и л и с ь к у п о т р е б л е н и ю н о в о г о
л и т е р а т у р н о г о я з ы к а , п и с а т е л и ж е с т а р ш е г о п о к о л е н и я , о с о б е н н о
с вящ ен ни ки , д е я т е л ь н о с т ь к о т о р ы х н а ч а л а с ь в п е р в о й п о л о в и н е
XIX в е к а , б о л е е и л и м е н е е п р и с п о с а б л и в а л и с ь к н о в ы м т р е б о ­
в а н и я м я з ы к о в о й к у л ь т у р ы , о д н а к о в ц е л о м они н е б ы л и г о т о в ы
и з б а в и т с я о т п р и н я т ы х ф о р м с т а р о г о к н и ж н о г о я з ы к а . М е ж д у
д в у м я э т и м и к р а й н о с т я м и - н о в ы м р у с с к и м л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м
и ц е р к о в н о с л а в я н с к и м я з ы к о м - п о я в л я л и с ь п е р е х о д н ы е я з ы к о в ы е о б р а з о в а н и я , н е р е д к о о с л о ж н е н н ы е д и а л е к т и з м а м и и д о в о л ь н о
ч а с т о н а х о д и в ш и е с я под в л и я н и е м д р у г и х я з ы к о в ( л а т и н с к о г о ,
н е м е ц к о го , в е н г е р с к о г о ) , и з у ч а в ш и х с я в ш к о ла х .
К п и с а т е л я м с т а р ш е г о п о к о л е н и я , в с т р е т и в ш и м с о б ы т и я 1848-
49 г г . и н а ч а в ш и й с я з а т е м п е р и о д н а ц и о н а л ь н о г о в о з р о ж д е н и я в з р е л о м в о з р а с т е , п р и н а д л е ж и т А лексан др Д ухн ов и ч , к о т о р ы й
с н а ч а л а п и с а л п о - л а т и н с к и , а о к о н ч а т е л ь н о п е р е ш е л н а р у с с к и й
я з ы к т о л ь к о п о с л е в е н г е р с к о г о в о с с т а н и я . Я з ы к Д у х н о в и ч а н еод- Ф о т о 10. „ Ц е р к о в н а я г а з е т а ” И в а н а
Р а к о в с к о г о (1 8 5 6 -5 7 ).
63

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

н о р о де н . Е г о п р о з а
(„П ам ять Щ авника”),
в к о т о р о й п р о с л е ж и в а ­ е т с я з н а н и е р у с с к о й л и ­
т е р а т у р ы н а ч а л а XIX в е к а (К а р а м з и н ) , и оды,
в к о т о р ы х он п о д р а ж а е т
Л о м о н о с о в у и Д е р ж а ­
ви н у , н а п и с а н ы н а т я ж е ­
л о в е с н о м ц е р к о в н о с л а ­
в я н с к о м я з ы к е со с т р е м ­
л е н и е м п р и б л и з и т ь его
к р у с с к о м у л и т е р а т у р ­
ном у с л о г у . С т и х и , н а ­
п и с а н н ы е в д у х е н а р о д ­
ной п о э з и и , с о б и р а т е ­л е м к о т о р о й бы л Д у х -
н о ви ч , о т л и ч а ю т с я тем ,
ч т о их я з ы к п р и б л и ­
ж а е т с я к н а р о д н о й ре­
ч и 18. Е г о н а р о д н а я д р а ­
м а „ Д о б р о д ѣ те л ь п р евы ш ает богатство” , п р е д н а з н а ч е н н а я д л я
н а р о д н о г о п р е д с т а в л е н и я , б ы л а н а п и с а н а н а н ар о д н о м г о в о р е
(в о с т о ч н о - з е м п л и н с к о м ) , к о т о р ы й Д у х н о в и ч з н а л с д е т с т в а . П и с ь ­
м а ж е Д у х н о в и ч а н а п и с а н ы н а я з ы к е , с в и д е т е л ь с т в у ю щ е м о е го с т р е м л е н и и о с в о и т ь р у с с к и й л и т е р а т у р н ы й язы к . Р а з л и ч н ы е ф о р ­
мы я з ы к а , п р е д с т а в л е н н ы е в п р о и з в е д е н и я х Д у х н о в и ч а , г о в о р я т ,
в о -п е р в ы х , т о , ч т о п р и н а п и с а н и и л и т е р а т у р н ы х п р о и з в е д е н и й
р а з н о г о х а р а к т е р а он и с п о л ь з о в а л и ной с л о г , а в о -в т о р ы х , ч т о он
п о с т о я н н о р а б о т а л н а д с о в е р ш е н с т в о в а н и е м с в о е г о я з ы к а . П ло­
д о м у с и л и й Д у х н о в и ч а я в и л а с ь „Грам матика русского лите­
р а ту р н о го я зы к а ” , и з д а н н а я в 1853 го д у в Б у д е . Г р а м м а т и к а
б ы л а б ы с т р о р а с п р о д а н а и и м е л а б о л ь ш о е з н а ч е н и е д л я п о д н я ти я
п р е с т и ж а р о д н о г о я з ы к а . В к а ч е с т в е п р и м е р о в р а з л и ч н ы х ф о р м я з ы к а Д у х н о в и ч а п р и ­
в о ди м с л е д у ю щ и е о т р ы в к и :
О , с л а в н а я п р и р о д о ! т е б е я в е л и ч а ю в ъ т в о е м ъ ве­
л е л Ѣпіи, - к а к ъ т ы п р е к р а с н а ! т в о я ч и с т а я од еж д а, *
*8 И н т е р е с н о , ч т о Д у х н о в и ч , р о д и в ш и й с я в в о с т о ч н о м З е м п л и н е , г д е
б е з и з м е н е н и й с о х р а н и л о с ь т а к н а з . р а з н о м е с т н о е р у с с к о е у д а р е н и е , во
в р е м я у ч е б ы в ш к о л е и м н о г о л е т н е г о п р о ж и в а н и я в П р я ш е в е с о в е р ш е н н о
у т р а т и л с п о с о б н о с т ь и с п о л ь з о в а т ь у д а р е н и е п р и с т и х о с л о ж е н и и . С и с т е м а
с о в р е м е н н о г о р у с с к о г о с т и х о с л о ж е н и я о с н о в а н а н а у д а р е н и и , т о г д а к а к
с т р у к т у р а с т и х о в Д у х н о в и ч а — н а к о л и ч е с т в е с л о г о в . П о д о б н ы й сп о со б
п и с а н и я с т и х о в б ы л о б ы ч н ы м в р у с с к о й л и т е р а т у р ы н а ч а л а X V III в е к а . Ф о т о 11. К и р и л л С а б о в , п р о ф е с с о р
р у с с к о г о я з ы к а в У ж г о р о д е и а в т о р
р у с с к о й г р а м м а т и к и .
64

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

твой невинный уборъ изящнѣйшій, пріятнѣйшій естъ,
нежели всѣхъ художниковъ искуснѣйшія рукодѣланія.
(„Память Ш авника” ).
С о н ъ т о б ы л , и л и и с т и н а , У ж е и с а м ъ не з н а ю ,
Не б ы л ъ т о с о н ъ , м н ѣ в и д и т с я ,
И не п о д о з р ѣ в а ю ,
Я б о д р с т в о в а л ъ и в с е ж и в о , И в с е с в ѣ ж о п а м я т а л ъ ,
Ч е г о в и д ѣ л ъ , ч е г о с л ы ш а л ъ , В с е т а к ъ я с н о о б р а ж а л ъ .
( „ Х р а м ъ л ю б в и . ” )
Буква Ѣ звучитъ въ карпато-рускомъ языкѣ какъ ji,
или слитно, іі н.п. бѣда произносится б ii да, Ѣсти, jiszti
по письменному рускому языку же произносится какъ
іе. Помѣщается же: и т.д.
(„Сокращенная грамматика” .)
Издателем первых журналов в Подкарпатской Руси был И в а н
Ракове кий. „Ц ерковная г а зе т а ”, выходившая еженедельно в те­
чение двух лет (1856-57 гг.) под его редакцией, издавалась на рус­ ском литературном языке; в ней публиковались не только статьи
религиозного характера, но и исторические, и литературные, а
также большое количество писем из разных мест Подкарпатской
Руси. Этот журнал прекратил свое существование по требованию
правительства, поскольку статьи печатались на русском литера­
турном языке, а не на местном диалекте, и гражданским русским
письмом, а не церковной кириллицей. Под прямым давлением
правительства Раковский был вынужден опубликовать несколько
номеров нового журнала под названием „Церковный В ѣ с т н и к ”
на местном диалекте и церковными буквами.
Пример языка „Церковной газеты”:
Объ учрежденіи каѲедры для преподаванія Русскаго
языка въ здѣшней гимназіи, до сихъ поръ мы еще не получили окончательного рѣшенія. Предварительно
только то объявлено высочайше, чтобы слушателямъ
высшихъ классовъ, именно начиная съ 5-го, препода­
вался Русскій языкъ экстраординарно за награжденіе, смотря по требованію обстоятельствъ, опредѣляемое.
Пример языка „Церковного Вестника” : Зв а ж и в ш и , ч т о з ъ начала предпрїдтЇА ндшего многій не
могли подрѴжнтнсА съ чдсопнсью ндіііею единственно ЗА
65

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Т О , НТ О А ДЛИ СМЫ Ю П Є Ч А Т А Т Н ГРАЖДАНСКИМИ БУКВАМ И, А
не кирилицею.
„ Ц е р к о в н о й г а з е т о й ”
б ы л и н е д о в о л ь н ы н е­
к о т о р ы е ж и т е л и Г а л и ­
ц ии , к о т о р ы е в н и м а т е л ь ­
но с л е д и л и з а л и т е р а т у р ­
н о й ( ж у р н а л и с т с к о й ) д е ­
я т е л ь н о с т ь ю Р а к о в с к о г о
и д о н о с и л и н а н е г о а в с т ­ р и й с к о м у п р а в и т е л ь с т в у
в В е н у . В П о д к а р п а т с к о й Р у с и э т о т ж у р н а л н а ­
х о д и л п о л н о е п о н и м а н и е
у ч и т а т е л е й и п о д д е р ж ­
ку о б о и х р у с с к и х у н и а т ­
ск их е п и с к о п о в , м у к а ч е в -
с к о г о и п р я ш е в с к о г о . Н е ­
д о л г а я д е я т е л ь н о с т ь а в ­
с т р и й с к и х ч и н о в н и к о в в В е н г р и и п о с л е 1849 г о д а ,
з а м е н е н н ы х в ш е с т и д е с я ­ т ы е го д ы в е н г е р с к о й а д ­
м и н и с т р а ц и е й , н е с о з д а ­
л о в П о д к а р п а т с к о й Р у ­
си б л а г о п р и я т н ы х у с л о ­
в и й д л я з а м е н ы р у с с к о ­
го л и т е р а т у р н о г о я з ы к а
д р у г о й ф о р м о й р у с с к о й
р е ч и , а с л у ч а й с „ Ц е р ­
к о в н о й г а з е т о й ” о с т а л с я е д и н с т в е н н ы м в с в о е м роде. В Г а л и ц и и
ж е , н а о б о р о т , с и с т е м а т и ч е с к и е у с и л и я а в с т р и й с к о г о п р а в и т е л ь ­
с т в а в т е ч е н и е п о л у в е к а п р и в е л и к с о з д а н и ю с о б с т в е н н о г о я з ы к а
г а л и ц к о й и н т е л л и г е н ц и и , о т л и ч н о г о о т р у с с к о г о л и т е р а т у р н о г о
я з ы к а , п р о н и з а н н о г о м н о г о ч и с л е н н ы м и п о л о н и зм а м и и по своей с т р у к т у р е , с и н т а к с и с у , с л о в а р н о м у с о с т а в у и д а ж е ф о н ети к е (в
п р о и з н о ш е н и и р у с с к и х з в у к о в ) п о л н о с т ь ю з а в и с и м о г о о т п о ль­
с к о г о я з ы к а , т .к . э т о т н о в ы й я з ы к г а л и ц к о й и н т е л л и г е н ц и и по
с в о е й с у т и б ы л р а з г о в о р н о й г о р о д с к о й р е ч ь ю см еш анн ы х русско-
п о л ь с к и х г о р о д о в В о с т о ч н о й Г а л и ц и и . Т а к в о з н и к л а т р е щ и н а
м е ж д у р у с с к и м л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м П о д к а р п а т с к о й Р у с и и осо­
бы м я з ы к о м г а л и ц к о й и н т е л л и г е н ц и и . Ч и с т а я н а р о д н а я р е ч ь т а к ж е б ы л а п р е д с т а в л е н а в л и т е р а т у ­
р е в т о р о й п о л о в и н ы XIX в е к а . Р о в е с н и к Д у х н о в и ч а Александр
П а в л о в и ч , с в я щ е н н и к в С в и д н и к е С т р о п к о в с к о г о р а й о н а , ро д ив­
ш и й с я в Ш а р и ш е , с о з д а л м н о г о п р е к р а с н ы х с т и х о т в о р е н и й н а •і II
- II II-
н у м .
Т' Ч « 0 «
Искал і.і к і г я . "t г л и .д .і . і И.Ішим ..бича
іійіогті а И псі u fiamiii.. Ці iw ГОЦ k 4. Вт. rigjrciBiiTiMtuiJv ■МТЛЦШХГЯ п
ияя. а. я. сенгйяя. г>< і ЛШЛ її
i i. Л и • ii at.
из ж 1 u .
5 И u r > b n \.-.i i
с к і м і і а і і і . i d - r r a i i r u e a * . (і. На кепці «лгі'ім. кмачжшіма
i к j * .t u . m i a n u . Пщч і.чиііг I. Пчг.и c n r a i i c i a n t г. к. X. ж. ч
іи. ц і. п я к о п » « г іш п іс г г а u . а я б м п і . а и г Л і а г и і і .
. І І Г І І І а а г и т к и б . r a t x i i t а по і а ї х д й . г к і ж і и а *г
е к х ж и В , ж ігш і. а » г а и д а а ь . ш йп-іи я я е ні ат ы й . «ч.л ц ы
а а с щ и а ц и . Пгая кчипіе 2. ІІскдпчэі.іга мах йьціпго огинала
iii.KOTurua. оГ'ібсінп ж г с л і д ) л ін ія нчема нгн .іагитг.іі.-
а и а ; б д ах п іі). бгітаїїі. вггхкій . а с ч с г я іі. аг.ІІП. кч гглаї- л ій . tu m a iu . дибдіЙ. дочпінпіи. ді'гіш пі. .m in im a . и .іг -
аІІІ. .іа » іі1 . зліший. нспЛ.іаііі. к&іій. із-т іш н . лінії,
маїггаїй. нижній. кйнмшіііі. 6 сДІЙ. іичіі). вигідній. віч ж -
иііі. н і м і й . у т г м а ій . н аса кивчйціівгя ха ч і п . їй мі. і
тіо. а. и. и й ці і А. ч е д а ч і й и »гчч.
1.
Бѵяал t , їм я к п . о . а а м а я і'- р у г н ч ч а « ш и косі. j .
иди ідеї ач И. u. а. б і. .їй . ПіШІишитгЯ: І їіід л , і . - ї м .
jf**li. ач ннгі.чі нноні і-)гкчч> л 'цк> . пгчяагмяіга
КЯІП. І г . H intЦіігтгя Жг :
І Ha nrraeaarKjnućaia t a Ын-лыиічх. і. ІІгсддйж-
" О ч а Н Я І г ж . ч М I ій т ч t | t . n a n . ч и й I г II « . . J e , B U I a .
a a Я а д ».
і H i ІІгі иижді иі. належ* г і и г п а . чигай ц п . і о
И Я r f l t j x . ЧИ С і ч . , * .
3 *1‘ tin u.i4.4t. 1 ІІгімдчжаччі нзігжАх к глймпн:
ч а с а » Ч і п . , « « , « « я . ї й . г н і ц . * н . i i i . i n U . г г Л •
І Ч > і т»ачг*іа : T o t i , R r r b .
•И'.жгс It. часаа аааи i r a w r a i І. ч. ' ІЛ
L ttn Д« ■
Ф о то 12. С т р а н и ц а и з „ Г р а м м а т и -
ки р у с с к о г о л и т е р а т у р н о г о я з ы ­
к а ” К и р и л л а С а б о в а (1865).
66

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

своем родном шаришском говоре. Употребление народной ре­
чи обусловливалось и содержанием стихотворений, описывающих
жизнь простого народа. Стихи Павловича силлабические (т.е. в
их основу положено количество слогов), что соответствует ситуа­
ции в шаришском говоре, утратившем, как уже говорилось выше, русское динамическое ударение. Силлабические стихи Павлович
писал и на русском литературном языке, но это у него получа­
лось хуже, хотя он довольно хорошо знал русскую литературу (русскую поэзию) ХѴІІІ-ХІХ вв.
Д а в н о л ю д е н е т а к ъ ж и л и , я к ъ д н е с ь л ю д е ж і ю т ъ ,
Д а в н о л ю д е н е т а к ъ п и л и , я к ъ д н е с ь л ю д е п і ю т ъ .
Д а в н о г а з д о в е п а н щ и н у р о б и л и г р а ф о в и ,
Л д н е с ь р о б л я т ь ж и д о в щ и н у
п а н у к о р ч м а р о в и .
( „ Д а в н о и д н е с ь ” )
Другие писатели, принадлежащие к младшему поколению и
сгруппированные вокруг л и тер а ту р н о го общ ества св. В а с и л и я
Великого, основанного в 1865 году А, И. Л о брянским, все без иск­
лючения пользовались русским литературным языком с большим
или меньшим успехом и мастерством и с теми или иными откло­
нениями и печатали свои произведения в литературном журнале „Свет”, издававшимся обществом. Все овладели русским языком
самостоятельно, т.к. они не обучались в школе на родном языке и литературная правильность их языка зависела от степени их начи­
танности в области русской литературы. В их языке отражались
не столько диалектные особенности их родного говора, сколько
влияние других языков (латинского, венгерского или немецкого), которые они выучили в школе. Даже лучшие представители под-
карпаторусской письменности, такие, как А натолий К р ал и ц к и й ,
аббат, известный собиратель древних памятников письменности
и автор многих произведений, И в ан С и л ь вай (У р и и л М етеор),
создатель стихотворений и рассказов, А лексан др М и тр а к , лек­
сикограф и поэт, не были свободны от этих недостатков. Тем
не менее, это был все же русский язык, мало чем отличающийся от русского литературного языка (т.наз. подкарпатская разновид­
ность русского литературного языка).
Приведем в качестве примера отрывок из автобиографии Силь-
вая:
С ъ 1850-го года, съ измѣнившимися обстоятельства­
ми, явились чиновники изъ дѣтей русскаго народа,
но это явленіе было до того ново, что къ нему преж­
де слѣдовало привыкнуть и у вѣдаться въ томъ, что
67

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

будущность рѣшающихся на мирское поприще людей
зиждется на прочномъ основаніи19.
Отрывок из стихотворения „ Старий Думко” Ивана Сильвая:
Н а д в о р ѣ с о с ѣ д н е м ъ д ѣ т о ч е к ъ г р о м а д а
В е с е л о р ѣ з в и т с я , с в ѣ т у с о л н ц а р а д а ,
Р а д у е т с я ж и з н и и п р и х о д и т ъ б л и ж е ,
Г д ѣ с и д и т ъ в ъ р а з д у м ь я с т а р е ц ъ с а м ъ п о д ъ х и ж е й .
Отрывок из стихотворения Александра Митрака: Г о р ы н а ш и , г о р ы ,Н а ш и б ѣ д н ы г о р ы !
Н а в а с ъ я п е ч а л ь н о
У с т р е м л я ю в з о р ы .
Ч т о з а д и в н а с и л а
Т у т ъ в а с ъ н а м е т а л а
Л у ч ъ т е п л е н ь к і й с о л н ц а И з е м л ю у к р а л а ?
К р о е т е л и в ъ н ѣ д р а х ъ
З о л о т у ю д о л ю , - И л ь г о т о в и т е н а м ъ
В ѣ ч н у ю н е в о л ю ?
( Н а В е р х о в и н ѣ , 1 8 6 7 г . )
Произведения А.И. Добрянского выходили на разных языках
(немецком, латинском), однако в своих произведениях, написанных
на русском языке, в разговоре даже с селянами в своем имении
Чертежном в Межилаборецком районе он использовал только
литературный язык.
Приведем пример из его „Обзора о засѣданіяхъ собранія для
организаціи угорской церковной автономіи.” I. Буда, 1870:
То несомнѣнно извѣстно, что, когда угорскіе русскіе,
принадлежавшіе и по догматамъ къ восточной церкви, 1649-го года 25 А прѣля соединились по догматамъ съ
западною церковію, они свой особенный обрядъ и при
этомъ свою особенную восточно-церковную организа­
цію не только удержали, но и обезпечили договоромъ,
которымъ совершено соединеніе.
Общество св. Василия Великого за короткий период со вре­
мени своего возникновения до роспуска в 1871 году развернуло
активную издательскую деятельность на русском языке. Оно
издавало учебники, в которых ощущалась острая необходимость,
19 К а р п а т с к и й К р а й . I ( 1 9 2 9 ) с т р . 1 1 - 1 2 , 39. 68

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

т.к. в гимназиях некоторые предметы преподавались на русском
языке. Особой правильностью литературного языка отличаются
учебники всеобщей и с т о р и и (в трех томах), автором которых
был блестящий знаток русского литературного языка В и кто р
Кимак (изданы в 1868-1870 гг.).
По кончинѣ Теодора Алексѣевича, умершаго бездѣт­
нымъ, остались два брата его: Іоаннъ и Петръ. На
престолъ долженъ былъ вступити Іоаннъ, как старшій лѣтами, но тѣлесные недугй не дозволили ему занять­
ся дѣлами правленія, и онъ отказался отъ короны;
государемъ провзглашенъ Петръ.
Особо следует упомянуть о г р а м м а ти к ах русского язы к а К и­
рилла С абова (1865) и И в а н а Раковского (1867). Грамматика
Раковского была написана на венгерском языке и предназначена
для мадьяризованной части русского общества. Грамматика же Кирилла Сабова была написана с акцентом на подкарпаторус-
ский диалект и показывала, в чем речь жителей Подкарпатской
Руси может отличаться от правильного русского литературного
языка. В 1868 году Кирилл Сабов издал хрестоматию „Краткій
сборникъ и зб р ан н ы х ъ сочи н ен ій в ъ п р о зѣ и с т и х а х ъ д л я
упражненія в ъ русском я з ы к ѣ ”, в которой были помещены от­ рывки из русской литературы: из „Истории Российской империи”
Карамзина, из „Писем русского путешественника” того же автора,
а также из произведений других писателей и поэтов начала XIX
века (Пушкина, Лермонтова, Жуковского, Батюшкова, Вяземско­
го и других), несколько статей было посвящено Ломоносову. Эти
книги использовались в качестве учебников в трех гимназиях (в
Ужгороде, Пряшеве и Сиготе), где по ним в течение почти 25 лет слушатели обучались русскому языку. В шестидесятые годы (с 1862-го) в ужгородской гимназии на
русском языке велось обучение следующим предметам: всеобщей
истории, географии, русскому языку и закону божьему. Однако это продолжалось недолго: в отчете за 1869-70 учебный год уже
отсутствуют свидетельства того, что эти предметы преподаются
на русском языке. В 1871 году лучшие русские преподаватели были переведены из Ужгорода в венгерские области (Виктор
Кимак - в Пешт, Кирилл Сабов - в Сегед), а преподавание
на русском языке было заменено преподаванием на венгерском.
Только русский язык, как об этом свидетельствует отчет за 1871-
72 учебный год, продолжал преподаваться так же, как и раньше: с
1-го класса по грамматике Кирилла Сабова и венгерско-русской
грамматике Ивана Раковского, с 6-го класса - по „Сборнику...”
Кирилла Сабова, а в 7 и 8 классах ученики записывали историю русской литературы новейшего периода под диктовку учителя, а
69

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

в к а ч е с т в е х р е с т о м а т и и и с п о л ь з о в а л а с ь и з в е с т н а я к н и г а Г а л а х а ,
и з д а н н а я в Р о с с и и .
Т а к к а к в с р е д ­
ней ш к о л е н а ч а л о с ь
р е г у л я р н о е о б у ч е н и е р у с с к о м у я з ы к у , х о ­
т я и т о л ь к о н е к о т о ­
р ы м п р е д м е т а м , мож ­
но б ы л о о ж и д а т ь ,
ч т о б у д е т в о с п и т а ­
но н о в о е п о к о л е н и е , в
с о в е р ш е н с т в е о с в о и в ­
ш е е р у с с к и й л и т е р а ­
т у р н ы й я з ы к . З а п р е т
п р е п о д а в а н и я н а р у с ­
с к о м я з ы к е и и з г н а ­
н и е р у с с к и х у ч и т е л е й
и з У ж г о р о д а в т о т п е­
р и од, к о г д а б ы л р а с ­
п у щ ен к о м и т е т л и т е ­ р а т у р н о г о о б щ е с т в а
св. В а с и л и я В е л и к о ­
г о (1871) и с о в е р ш е н о
н а п а д е н и е в о о р у ж е н ­
ны х в е н г е р с к и х г о н ­
в е д о в в д е н ь о б щ е г о с о б р а н и я н а е г о п р е ­
д с е д а т е л я А .И . Д о б -
р я н с к о г о , с т а л о н а ­
ц и о н а л ь н о й б е д о й и с е р ь е з н ы м п р е п я т с т ­
в и е м в д е л е р а з в и т и я л и т е р а т у р ы и л и т е ­
р а т у р н о г о я з ы к а П о д к а р п а т с к о й Р у с и . Э т о в ы р а з и л А л е к с а н д р
П а в л о в и ч в с л е д у ю щ и х с т и х а х :
Ч т о б ы м ы в ѣ ч н о в ъ т е м н о т ѣ ж и л и ,
Т р е б у ю т ъ с о с ѣ д и о т ъ н а с ,
Ч т о б ъ р у с с к и х ъ з в у к и з а н ѣ м ѣ л и ,
Ч т о б ъ в ъ р у с с к и х ъ р у с с к ій с в ѣ т п о г а с ъ . ... і ч а і ._____
і. і. ш

( В
Ы Ъ

н\ і выг» Ф о т о
13. Ж у р н а л „ С в ѣ т ъ " , и з д а ­
в а в ш и й с я л и т е р а т у р н ы м о б щ е с т в о м
с в . В а с и л и я В е л и к о г о в У ж г о р о д е (1866-1871).
В м е с т о з а п р е щ е н н о г о „ С в е т а ” с т а л в ы х о д и т ь „Новый Свет”
к а к ж у р н а л о б щ е с т в а св. В а с и л и я В е л и к о г о , о т л и ч а в ш и й с я своей н а п р а в л е н н о с т ь ю , х о т я с т о ч к и з р е н и я я з ы к а н и ч е г о не и зм ен и ­
л о с ь , и б о м ы с л ь о н е о б х о д и м о с т и р у с с к о г о л и т е р а т у р н о г о я з ы к а
п р о н и к л а в о в с е с ф е р ы и н а в с е г д а . А н а л о г и ч н о и в с е п е р и о д и ч е с ­
70

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

кие и з д а н и я , в ы х о ­
дивш ие в П о д к а р п а т ­
ской Р у с и в ш е с т и ­
д е с я т ы е , с е м и д е с я т ы е
и в о с ь м и д е с я т ы е г о ­
ды п р о ш л о г о в е к а , бы ­ ли н а п и с а н ы и с к л ю ч и ­
тел ьн о н а э т о м я з ы ­
ке. Э т о , н а п р и м е р ,
ж у р н а л „Карпат” , вы ­
ходивший п о с л е з а к ­
р ы ти я „Н о в о го С в е т а ”
под р е д а к ц и е й Н ико­
лая и А лександра Г о
мичковых (1873-1886), „Сова”, ю м о р и с т и ч е с ­
кий ж у р н а л В и к т о р а
К им ака, в ы х о д и вш и й в 1871 году в п е р и о д п е­
ревода В. К и м а к а до
его о т ъ е з д а в Р о с с и ю ,
„Газета д л я народных у ч и т е л е й ” , и з д а в а е м а я М и н и с т е р с т в о м
н ародного п р о с в е щ е н и я в Б у д а п е ш т е с 1868 г о д а под р е д а к ц и е й
Ивана К ернея, и, н а к о н е ц , „Л исток” Е вген и я Фенцика, в ы х о ­
дивш ий с 1885 д о 1903 г г .
П р и м е р я з ы к а „ Г а з е т ы д л я у ч и т е л е й ” , 1868 г ., № 10:
В ъ н а ш и х ъ д н я х ъ не н у ж д а ю т с я б о л ь ш е в ъ за щ и щ е н і
и е с т е с т в е н н ы я н а у к и , п о т о м у ч т о в о о б щ е п р и з н а н о , ч т о они и м ѣ ю т ъ в л ія н іе и н а р е л и г іо з н о - н р а в с т в е н н ы я
ч у в с т в а .
Пример из журнала „Сова” (1871): О д н а ч а с т ь в ѣ р ѣ и з м ѣ н и л а ,
Д р у г а я п р о д а в а т ь н о с и л а ,Ч т о т о л ь к о с в я т о р у с с к о м у , —
Я з ы к ъ , п р е д а н ь я , ч е с т ь и н р а в ы ,
О т ц е в ъ с в я щ е н н ы е к у р г а н ы ,
Ч т о б ъ в к р а с т ь с я в ъ м и л о с т ь в р а ж і ю . Ф о т о 14. В и к т о р К и м а к , а в т о р у ч е б ­
н и к о в р у с с к о г о я з ы к а .
Т а к и м о б р а з о м , мож но с к а з а т ь , ч т о в к о р о т к и й п е р и о д н а ц и ­
о н а л ь н о г о в о з р о ж д е н и я п о с л е 1848-59 г г . р у с с к и й л и т е р а т у р н ы й
язык, к о т о р ы м б ы л з а м е н е н с т а р ы й кн и ж н ы й с л а в я н о - р у с с к и й язык, в П о д к а р п а т с к о й Р у с и не т о л ь к о о в л а д е л в с е й д у х о в н о й
ж и зн ью ее н а с е л е н и я , но и з а к р е п и л с я в г о с у д а р с т в е н н ы х ш к о ла х
и о ф и ц и а л ь н ы х и з д а н и я х в е н г е р с к о г о п р а в и т е л ь с т в а .
71

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

5. Я З Ы К К О Н Ц А X I X - Н А Ч А Л А X X В В .
Писатели последней четверти XIX века, поэт Ю л и й Став-
р о в с ки й (П о п р адо в ) и Е в ге н и й Фенцик, автор стихотворений,
рассказов и проповедей, последние значительные представители
довоенной письменности Подкарпатской Руси, продолжают пи­
сать на русском языке такого же характера, каким писали их
предшественники. Стихи Ю лия Ставровского, родившегося в самой западной части Подкарпатской Руси в деревне Сулина в Спише, отчетливо показывают, как он постепенно совершенст­
вовался во владении нормами русского литературного языка, в
том числе и русского ударения, имеющего большое значение для
техники русского стихосложения. Ставровскому пришлось при­ ложить для этого немало усилий, поскольку он был родом из
С п и та , где русское разноместное ударение было утрачено. В
этом плане для него было очень полезным то, что он в 1879 году
поселился в Чертежном, в имении А.И. До брянского, где он имел
возможность ежедневно слышать русскую литературную речь, звучавшую из уст членов семьи А.И. Добрянского. Первые стихи Ставровского были еще на уровне силлабических стихов Духно-
вича, однако его последние стихи уже могут быть сравнены с
хорошими русским стихами. Д л я сравнения приводим отрывки
из стихотворения Ставровского, написанное в 1872 году, когда
автор был еще юношей, и из стихотворения, написанного в 1893
году, когда он был уже в зрелом возрасте. Второе стихотворение
как с точки зрения языка, так и формы является значительно более совершенным.
В с т а н ь т е , н а р о д а м а т е р и ,
Р у с с к и х ъ с ы н о в ъ в о с п и т а т ь !
В с т а н ь т е , р у с с к і я д о ч е р и ,Р у с с к у ю ж и з н ь р а з в и в а т ь !
(„ К с в о е м у н а р о д у ” , 1872).
Н а н е б ѣ б е з м р а ч н о м ъ с т р у я т с я б о г а т о
Л у ч и с в ѣ т о з а р н ы , и в е с ь н е б о с к л о н ъ
Р а с п л ы л с я а л м а з о м ъ , о д ѣ л с я в о з л а т о ,
Б л и с т а е т ъ к р а с а м и м о н а р ш и х ъ к о р о н ъ .
( „ Н а Б е с к и д Ѣ ” , 1893).
Язык Фенцика, автора стихов, рассказов и проповедей, в от­
личие от языка старшего поколения писателей, а также от языка
Ставровского содержит много искусственных отклонений от обыч­
ных грамматических форм русского литературного языка. Важ­ нейшими из них являю тся следующие: имена прилагательных
мужского рода в русском литературном языке под ударением име­
ют окончание -ой (дорогой), а без ударения - окончание -ыи или
-ий (сильный); Фенцикже непоследовательно употребляет указан­
ные окончания (напр., дорогий); в неопределенной форме глагола
72

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

вместо русского окончания - т ь (звать) он пишет -т и (звати);
вместо форм
крою, мою от глаголов крыть, мить он пишет к рою
или крию. Хотя подобные отклонения встречались и раньше, те­
перь они появляются значительно чаще. Эти отклонения, с одной
стороны, возвращали к нормам старого славяно-русского языка, а
с другой, сближали литературный язык с народной речью и были
ответом на упреки в стремлении употреблять „московский язык”,
звучавшие в устах ярых мадьяронов, пытавшихся подорвать лю­ бое русское духовное движение. Эти незначительные отклонения
остались бы вообще без внимания, если бы в языке отдельных
писателей не появлялись языковые ошибки, обусловленные влия­
нием все усиливающейся мадьяризации. Мадьяриэация в средних
школах была столь сильна, что урок русского языка, будучи к то­
му же еще и необязательным, не мог нейтрализовать это влияние
и дать детям необходимые знания родной речи в ее литератур­
ном звучании, поэтому, кроме мадьяризмов, в литературный язык
проникали и диалектизмы.
Пример поэтического языка Евгения Фенцика:
Т у ч и о б н я л и К а р п & т ы ,И з о в с ѣ х т е м н ѣ е т ъ с т р а н ъ .
В и ж у : ч о р н а я , к р ы л а т а
М ч и т с я п р я м о г и б е л ь к ъ н а м ъ .
В опли, с т о н ы с л ы ш н ы в с ю д у ,
Р у сь о т ч а я н ь я п олн а,
И и з м у ч е н н о м у л ю д у
Ж и з н ь н а с к у ч и л а б о л ь н а .
(„С о в р ем ен н ы й с т и х ъ ” ).
Восьмидесятые годы ознаменовались изданием в Подкарпат­
ской Руси словарей. В 1881 году был издан русско-венгерский
словарь Александра М итрака („ Р усско-м ад ьярски й с л о в а р ь ” ,
4°, V II, 854). Это была первая попытка такого рода, обращенная
к мадьяр изованной части образованных людей Подкарпатской
Руси и свидетельствующая о трудолюбии автора, добросовестно
собравшего множество подкарпаторусских слов, что наряду с пе­
реводом на венгерский язык общеупотребительных слов русского
литературного языка до сих пор не получило должной оценки. Вторая, венгеро-русская часть словаря вышла в свет только по­
сле переворота (4°, 1020).
Тревога, возникшая после появления упреков в употреблении
„московского языка”, не была праздной, ибо под этим предлогом
венгерское правительство попыталось в восьмидесятые годы ввес­
ти в школы Подкарпатской Руси в качестве языка обучения один
из местных говоров - говор, распространенный в самой южной
части Бережского комитата, в котором было много слов, заимс­
твованных из венгерского языка. В осуществление этого плана
включился В ас и л и й (по-венгерски Ласлов) "Чопей, написавший
73

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

по заказу необходимые книги. Настоящей же целью было лише-
ние Подкарпатской Руси национальной культуры и отрыв ее от
культуры остальной части России путем введения в школы просто­
народного языка, что отразилось бы на характере письменности,
а в конечном счете привело бы к успеху политики мадьяризации. Василий Чопей составил „Русско-м адьярский словарь” (16°,
стр. XLVI, 440), который вышел в 1883 году и был отмечен премией
Венгерской академии наук. В словаре Чопей неумело объединил
слова подкарпаторусского диалекта, которые он сам собирал, с
галицизмами и полонизмами, взятыми из галицкого словаря Пар­
тийного (1867), а также со словами русского литературного языка.
Последних особенно много в этом словаре, что свидетельствует
о том, что Чопей составлял свой диалектный словарь на осно­
ве готового словаря русского литературного языка. С другой стороны, они показывают, насколько глубоко русский литератур­
ный язык укоренился в Подкарпатской Руси, что даже Чопей
не мог их исключить из словарного состава. Диалектные слова
приводятся бессистемно, в разном звуковом виде и независимо
друг от друга, например: х л ’ив (хлѣв) и х л ’юв (хльйвъ), годуля и
годовля (годювл’а), м н ’ид, мнюд и мед. Подкарпаторусскими он
называет слова, выписанные из словаря Партийного и являющие­ ся галицкими полонизмами, напр.: потяг „поезд” (польск. pociąg),
збоже (вместо русск. зерно), футро (польск. futro, русск. шуба),
стосунок (польск. stosunek, русск. обстоятельство) и т.д. Из слов
русского литературного языка мы здесь находим, например, сло­
ва неразборчивый, неожиданный, непослѣдовательный, неловкий и
т.д. и т.п. И все это связывается в предисловии с теорией о „двух русских народностях” и об отличии и самостоятельности
малорусского диалекта и одновременно с заявлением, что „пре­
дназначением этого словаря является облегчение нашим русинам изучения венгерского языка” , „...так им необходимого” .
Пример языка и орфографии Василия Чопей:
Коли вже вопросъ сякъ поставльонъ, по мому ачей
не буде даремна праця досвѣдчити. ожъ руський язык мае только п рава на назывъ самостойного языка, якъ
хоть-котрый изъ славянскихъ його братовъ.
Чопей создал и собственную орфографию, приспособив ее к
бережскому говору: о обозначало звук ю, после к, г, х он обычно
пишет ы . Подчеркнутые слова в приведенном отрывке являются
полонизмами, взятыми Чопеем из галицких книг.
Василий Чопей по поручению венгерского правительства пере­
вел н а этот же говор и некоторые венгерские учебники, также ис­ пользуя собственное правописание („Руська читанка дъля другой
класы народныхъ школъ. Приспособлено ид говору берегскому,
74

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

% ! « , - nsl а
л і Ь ь і ш і і і у о м і * « r U c n i* U ili tb * n tt> U - i.
LjV i w k U n U fp xbu « « k i • « ■ h b * .
- Lb a* u u»~«iUs& :Un U m j, bo jr f а пмц гѵаг.г»;4-'
► 'hilig eaali uk»r*ciS*« c fjr U okr.Jtks tr y l w b »
і c t U y c r y ІЫ mM U z.rrac4t e y fljr W g m -h k . M Ы 1 -
t О j e w t i w n — аагг*пі*}«ш •> < u r i d M c k u |ir « U t . 'гіы*>
і tvW vycii-m 4a і . ' и г » и ^ ы і і « и к і ш » н ^ . *■'< * »e-
Г ы * « т м > r l i v ю юрш . д г ^ п п «оАлго c tffS A kisitctl>fn c s« n u » lS l I IjraM» lb —> i k « о г г а . -artfl « у Wfsakkos, — a a y u g n u i'-* kcfc ii * ггіе гті* ы к 1*л а U r
tocnak.
Ila entCJJ *»o* K n o j n n m f t а п а ш . K i l i c t w Г.* tUnU. bogy яккмг ші4Ла і k i t i u u n t n k aa f fc
n e « m a . t a n •» i W M i m u t u t v o M и г р м а г o ja a. l l»kU*i rrjlC « c r b i ^ r t a И с к «~jrtk ІгІІтѵ. u
pm payionu o lp u a aaa p m U u r ic i aa « v j t n m n ■ * - narC n l i v r ( H h b c r m i k * • »»aU1v.«xak. - a w t u r l a r
■ac,l. - a m j a aaam a a W t i г у м » aa acaa» aca«]* « m a l u c r c s a tt r ^ H y i ^ m r k a Wfek r w k (clrav a s k *
a .•« v c a a a tr js a ia u x a a p n w i i r . acaóaaaa aa r a *Д »тг*ц*г>т ad k 4»jr ..'« t - ! W ksm iU ? t% k'-r*«k-t >k.
т і о м п м а т ч т ч і г д і m ayasa a r a v s a r a W cy a « m U r t a u bO telrk »y y—ii3 r ł r ; .‘m k a bii ^ c asa ti
Wn. aayyaiMB aa «a«c»» jk a c n ja ta p iia a * e « o n . a aa* fc f c f y Ua U l rl Uan, A u r u n r e k c r r i n l f e b b k«to*»
tą y a d a l k*U a b k iia i . i*С а м ¥ V kurni « а х ъ ^ м Ъ * »rrfr W f W . m k**r
Ыаагтѵ. ja и к р а « р м a a 'ум ггтаоаааіа aj
m i • lU cnia м аи м аъ *aaa І Д Ь і < і і к м і і к і і а І й Ь І р т а іЛ і« »-. v k i t U l i k i і ѵ у і м
■ .S m je m e m к м WilU* t o m * І А * «a*rtarbb<' c ^ r ó tta lg tH к • * ) n a b -
Г - д а о р т - Ц м Я fik ^riW n M U 4Ы а г . t r j t t l r V , k .ib nvW t. f c ~ t m
« ła a r a i a y a a M W u k b a a tu rrO nynt « r r e r t » m r ^ — r»- bti, 4* K.гакові*» 4h*1 in r^fiiaiM U a m t f d e e i tfyvik *«w «
T« H c e a i U r uUm. m a r
• r* mu /i K*y а Івсх»«»т 4a OttkMd|_
* Ійіукугш > * ear rati i- y j« C - * n U

frw th aliln ua* l a - .a iU « а Ы а І а г к / « « I t , u !•».> u lir a a a k c lu ja l a a іиЧкс.1 m r j
f.-jULm J
'«HCaiini nra. kWi
a « u U - . -ria m «а «rofrsto p y m « , | В / S a d k i « U r r l a 1 т г а ї а а П ж а frj kato
- a . . m a t aa ь * ” ” " * a r p m ' i m t ф с І Ц а k i p e m * a « a c . n u i f d v .
Лт ** “ Г '■ " • в о . aa < - • > > № « V e r . Lazbtui а тпт тпя% ліі.\ krU t- « m a r t M
1 ****** • « f n .a e a u e k A s w ia l f k U | t i i U.Ui i l k Ц ^ у
_ “ “ і M i* «в-t»’» ; к • k V i i i. i!i ідім» u r tta o U
*M*r ’ ■ a a * ''» • M- -• - a r i a m i 1МЭ. Iri
Ф о то 15. „ О т ч е т о з а с е д а н и я х к о м и т е т а по о р ­ г а н и з а ц и и в е н г е р с к о г о ц е р к о в н о г о с а м о у п р а в л е ­
н и я ” А .И . Д о б р я н с к о г о (1870).
у г о ч а н с к о м у и м а р а м о р е ш с к о м у .” У Б у д а п е ш т ѣ . С о б с т в е н н о с т ь
м а д я р с к о й д е р ж а в ы 1894.) Э т и у ч е б н и к и , о д н а к о , о ж и д а л а п о л н а я н е у д а ч а , п о э т о м у в
более п о зд н и х и з д а н и я х Ч о п е й д о л ж е н б ы л в н е с т и к о р р е к т и в ы к а к
в я зы к , т а к и в п р а в и л а п р а в о п и с а н и я . О ч е н ь с к о р о у ч е б н и к и Ч о п е я б ы л и п о л н о с т ь ю в ы т е с н е н ы у ч е б н и к а м и , н а п и с а н н ы м и н а
р у с с к о м я з ы к е и в с о о т в е т с т в и и с п р а в и л а м и р у с с к о й о р ф о г р а ф и и ,
о б ы ч н ы м и д л я п о д к а р п а т о р у с с к о й л и т е р а т у р ы . И х а в т о р а м и бы ли Иосиф Ч а с и н , Евгений Фенцик, И ван Поливка и д р .
П и с а т е л и д е в я н о с т ы х го д о в - Ю р и й Ж а тк о в и ч , а в т о р м н о г о ­
ч и с л е н н ы х с т а т е й об и с т о р и и П о д к а р п а т с к о й Р у с и , п е ч а т а в ш и х с я
п о -р у с с к и и п о -в е н г е р с к и , и Евмений Сабов, - а т а к ж е п и с а т е л и
п е р в о г о д е с я т и л е т и я XX в е к а ( А в г у с т и н В о л о ш и н и д р .) п о л ь з о в а ­ л и с ь т р а д и ц и о н н ы м л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м П о д к а р п а т с к о й Р у с и .
В д е л е п р е п о д а в а н и я р у с с к о г о я з ы к а П о д к а р п а т с к о й Р у с и в с р е д ­
них ш к олах и е г о н а у ч н о г о и з у ч е н и я в е л и к а з а с л у г а Е в м е н и я С а б о в а , с в я щ е н н и к а и у ч и т е л я р у с с к о г о я з ы к а в У ж г о р о д е , а ны ­
не а р х и д и а к о н а в С е в л ю ш е (р о д . в 1859 г о д у ). О н н а п и с а л у ч е б н и к р у с с к о г о я з ы к а , и з д а н н ы й в У ж г о р о д е в 1890 го д у и з а м е н и в ш и й
у ж е р а с с м о т р е н н у ю г р а м м а т и к у К и р и л л а С а б о в а . У ч е б н и к б ы л
н а п и с а н по т о м у ж е о б р а з ц у , но со с п и с к о м с л о в , у п о т р е б л я е м ы х в
п о д к а р п а т о р у с с к о м д и а л е к т е ( к о н ь в м е с т о л о ш а д ь, о н и в м е с т о г л а з а
и т .п .), а т а к ж е с п а р а л л е л ь н ы м в е н г е р с к и м т е к с т о м . В х р е с т о м а ­
т и ю , с л е д у ю щ у ю з а г р а м м а т и ч е с к и м и з л о ж е н и е м , Е в м е н и й С а б о в в к л ю ч и л о т р ы в к и и з п р о и з в е д е н и й р у с с к о й л и т е р а т у р ы б е з у к а -
75

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Ф о т о 16. А д о л ь ф И в а н о в и ч Д о б р я н с к и й - С а ч у р о в (1817-
1901).
76

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

зания их авторов и с незначительными заменами некоторых слов
и выражений и некоторыми изменениями их написания (реже - с
грамматическими исправлениями) в соответствии с тем, как было
принято писать в подкарпатской разновидности литературного
русского языка. Спустя два десятилетия после издания грамма­
тики Кирилла Сабова ситуация изменилась. Еще в семидесятые
годы совершенно открыто и без каких-либо препятствий обуче­
ние истории русской письменности в VII и VIII классах велось
по учебникам, изданным в России (т.е. по хрестоматии Галахо­
ва). В девяностые же годы произведения русской литературы
могли появляться в учебниках, используемых в Подкарпатской
Руси, только тайно, без указания имен авторов. „Христома-
тія церковно-сла в ян с ки х ъ и у гр о -р у с с к и х ъ л и т е р а т у р н ы х ъ
памятниковъ” Евмения Сабова, изданная в 1894 году, имеет и
научное значение, т.к. представляла собой первую попытку по­
дачи образцов письменности и языка Подкарпатской Руси в их
развитии с самого древнего периода до XIX века. Хрестоматия
содержит и „Очерк литературной деятельности и образованности
угророссов”. Язык Евмения Сабова является в сущности русским
литературным языком с отдельными диалектными особенностями.
Августин Волошин, редактор „Науки” , последнего довоен­
ного журнала Подкарпатской Руси, и автор многих учебников
для народных школ, написал две русские грамматики: „Методи­
ческую гр а м м ати ку угро-русскаго л и т е р а т у р н а г о я зы к а дакя
народныхъ ш колъ” , первое издание которой вышло в 1901 году, и „Практическую гр а м м а ти к у м алорусского язы ка” , написанную
по-венгерски и изданную в 1907 году. Эти грамматики существен­
но отличались друг от друга, т.к. в первой из них описывается русский язык в том варианте, который функционировал в качестве
письменного языка Подкарпатской Руси во второй половине XIX
века, т.е. язык, мало чем отличавшийся от русского литературно­
го языка. Аналогично и в книгах для чтения Волошин публиковал
отрывки из произведений ведущих русских писателей без ука­
зания их имен с незначительными изменениями для их лучшего
восприятия детьми. В „Практической грамматике”, написанной
на венгерском языке, Волошин стоит на другой точке зрения и
пытается приблизить литературный язык к живой народной речи,
т.е. к говорам восточной части Подкарпатской Руси, исходя из
того, „что для изучения малорусского языка нет необходимос­
ти учить русский литературный язык”. Однако он не отрица­ ет значение русского литературного языка, который „возник из
всех русских диалектов на основе церковнославянского языка” , и
выступает против стремления населения Галиции отделиться от
русского языка, создав собственную грамматику с собственными
правилами правописания. Несмотря на ото, Волошин вводит два
новых значка, напоминающие значки галицкого правописания: ґ
77

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

для обозначения взрывного г в отличие от буквы г, означаю­
щей г фрикативное, и 6, ё д л я обозначения звука, возникшего
из этих гласных в закрытых слогах, желая таким образом более
точно отразить произношение. Бросается в гл а за повышенная
частотность употребления Волошиным буквы Ѣ на месте и. При
этом ни словарный состав, ни произношение в его „Практической
грамматике” не совпадает ни с одним из живых народных говоров Подкарпатской Руси, а являю тся плодом вымысла Волошина.
Отрывок из грамматики 1901 года.
Молчаніе знакъ согласія. Мой отец написалъ прія­
телю письмо. Миръ вамъ! Любовь ко ближнему -
законъ христіанскій. Якій гость, такое и угощеніе.
Ж ивите мирно. Всякое даяніе благо. Хворый ожида­
етъ выздоровленья до самой смерти. Люди живутъ
в ъ мірі», но не въ мирѣ.
Отрывок из „Практической грамматики” 1907 года. Кажда хижа мае чотыри стѣны и верьхъ. Стѣны
хижы и зъ камѣня суть и тогда хижа камѣнна или
мурована, або изъ цеголъ и тогда она цеглина, або
и зъ дерева, коли деревяна.
Комнаты маютъ быти доста великѣ чистѣ и свѣтлѣ.
Тем не менее, Августин Волошин не порвал с разновидностью
русского литературного языка, принятой в Подкарпатской Руси,
расхождения между его „Методической грамматикой...” и венгерс­
кой „Практической грамматикой...” наводят на мысль, что первая была написана автором в соответствии со вкусом самих русских
для их собственных нужд, а вторая - вследствие тяжелого положе­
ния, создавшегося под воздействием венгерского гнета. Туманно высказанная точка зрения на русский язык действительно при­
несла „Практической грамматике” премию Венгерской академии наук в Будапеште. „Практическая грамматика” была одобрена в
качестве учебника факультативного обучения русскому языку в гимназиях и в Ужгородской учительской семинарии, где учебники,
написанные на венгерском языке способствовали мадьяризации студентов, которые уже были не в состоянии читать по-русски. В итоге Подкарпатская Русь в предвоенный период оказалась
там, где она находилась после событий 1848-49 гг.: слушате­ ли гимназий русской национальности, не понимающие по-русски,
занимались по грамматике, написанной по-венгерски. Таким об­
разом проявлялись признаки полного упадка уровня образования
русского населения Подкарпатской Руси в довоенный период.
78

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Т о т ж е 1907 го д ,
к о г д а в ы ш л а в е н г е р с к о ­ р у с с к а я г р а м м а т и к а
А в г у с т и н а В о л о ш и н а ,
о к а з а л с я п р и м е ч а т е л ь ­
ным ещ е и те м , ч т о
вп е р вы е в у ж г о р о д с ­
кой „ Н а у к е ” з а пол­
ный р а з р ы в в с е х с в я ­
зей с р у с с к и м л и т е ­
р а т у р н ы м я з ы к о м под
п севд о ни м о м Б и л ен ь-
кий в ы с т у п и л И а д о р
Стрипский. В с в о ­
ей с т а т ь е „Старина
руська письменность на У го рщ и н ѣ ” , цен­
ной с н а у ч н о й т о ч ­
ки з р е н и я , он п р и з ы ­ в ал в е р н у т ь с я к о б р а з ­
цам с т а р о й п о д к а р п а ­
т о р у с с к о й п и с ь м е н н о с ­
ти XVII в е к а и к ее я з ы ­
ку. Э т о т р е б о в а н и е
в с т р е т и л о с о п р о т и в л е ­
ние и м н о г о ч и с л е н ­
ные в о з р а ж е н и я . О д ­ нако И а д о р С т р и п с ­
кий, у ч и в ш и й с я н е к о ­
т о р о е в р е м я в Л ь в о в ­ ском у н и в е р с и т е т е и
в п и т а в ш и й в с е б я и д е и с о з д а н и я о с о б о г о , с а м о с т о я т е л ь н о г о у к ­
р а и н с к о г о л и т е р а т у р н о г о я з ы к а и у к р а и н с к о й к у л ь т у р ы в Ю ж н о й
Р у с и , з а д у м а л н а й т и и х с т о р о н н и к о в в П о д к а р п а т с к о й Р у с и .
О д н а к о э т о в ы с т у п л е н и е о с т а л о с ь е д и н с т в е н н ы м в с в о е м р о д е,
не н а ш л о п о с л е д о в а т е л е й и ь с к о р е б ы л о з а б ы т о . С а м И а д о р С т р и п с к и й п у б л и к о в а л с я в н а у ч н ы х „Записках общ ества Ш е в ­
ченко” , и з д а в а в ш и х с я во Л ь в о в е , и в т о р и ч н о в ы с т у п и л с т о й
ж е с а м о й и д е е й т о л ь к о в о в р е м я п е р е в о р о т а и н е д о л г о г о с у щ е с ­ т в о в а н и я в е н г е р с к о г о „ Р у с с к о г о о к р у г а ” с с о г л а с и я в е н г е р с к о г о
п р а в и т е л ь с т в а . В ы с т у п л е н и е И а д о р а С т р и п с к о г о в 1907 го д у н е б ы л о с в я з а ­
но с п о п ы т к о й в е н г е р с к о г о п р а в и т е л ь с т в а в в о с ь м и д е с я т ы е го д ы и с п о л ь з о в а т ь В а с и л и я Ч о п е я д л я в в е д е н и я о д н о го и з м е с т н ы х
г о в о р о в в к а ч е с т в е я з ы к а о б у ч е н и я , о д н а к о и И а д о р С т р и п с ­
кий д е й с т в о в а л под ч у ж и м в л и я н и е м . У г а с а ю щ а я н а ц и о н а л ь н о - М . Д р а г о м а н о в а о р у с с к о й н а р о д н о й
с л о в е с н о с т и с о б р а щ е н и е м к п о д к а р - п а т о р у с с к и м с о б и р а т е л я м ф о л ь к л о ­
р а ) .
79

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

культурная жизнь Подкарпатской Руси несмотря на национальный
гнет оставалась верна однажды выбранному пути - отстаиванию русского литературного языка в его подкарпаторусском вариан­
те. Э то положение сохранялось как в довоенный период, так и
во время войны, когда преследование русского языка было осо­ бенно сильным. В 1916 году венгерское правительство запретило
использование н а территории Подкарпатской Руси русского ал­ фавита, заменив его латиницей, используемой в соответствии с
нормами венгерской орфографии. Русский язык в таком экзоти­
ческом одеянии невозможно было даже узнать. Это был последний
эпизод в истории русского языка в Подкарпатской Руси под вен­
герским игом.
Приведем в качестве примера отрывок из журнала „Н едѣ ля” ,
издававшегося с 1896 года венгерским министерством сельского
хозяйства в Будапеште для русского сельского населения сначала русскими буквами, а с 1916 года - латиницей в соответствии с
венгерской орфографией.
Ot Pozsonya do Nizsnyaho Dunaj a, ot Karpat do Adriatic- seszkoho morja sztoit za otecsesztvo jeden voodusevlenoj i
na vszi zsertvo hotovoj naród.
(„Negyilya” 1916, X* 8, c. 113).
6 . Л И Т Е Р А Т У Р Н Ы Й Я З Ы К П О С Л Е В О Е Н Н О Г О
П Е Р И О Д А
После п ереворота п рава русского языка в школьном обучении,
в государственной и общественной жизни были восстановлены,
и вновь введен русский кириллический алфавит, запрещенный
венграми. В 1919 году вышло новое издание „Методической
грамматики” Августина Волошина (под названием „Методичес­
ки г р а м м а т и к а к а рп ато-русского язы к а д л я народрых школ”),
которое лишь копировало издание 1901 года с незначительными
языковыми изменениями (эти изменения касались только форм
глаголов 3 лица и форм именительного падежа ед.ч. имен прила­ гательных женского рода):
Издание 1901 г.:
4. В н ач алѣ предложения по­ слѣ точки пишется великая буква. Издание 1919 г.:
4. В началѣ предложения по­ слѣ точки пишеся велика бук­
ва.
„Генеральный статут для организации и администрации Под­
карпатской Руси” от 18 сентября 1919 года в пункте III, 2 содержит следующее предписание: „Народный язык будет языком обучения
в школах и официальным языком вообще” . Для более точного
80

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

определения понятия „народный язык” 4 декабря того же года в
Праге была создана комиссия, в которую вошли члены Чешской
академии наук, Комиссия объявила о введении в качестве языка
обучения в Подкарпатской Руси „галицкого украинского язы­
ка” , считая, что подкарпаторусский диалект вместе с галицким
диалектом относится к группе южнорусских (малорусских) диа­ лектов. Одновременно комиссия рекомендовала ввести в старших
классах и литературный русский язык для того, чтобы ученики не
забывали о своей принадлежности к великому русскому народу.
Это решение, позже реализованное в жизни, привело к тому,
что народный язык полностью утратил свое значение в школе и одновременно был устранен традиционный язык просвещения и
культуры в Подкарпатской Руси.
В 1920 году выходцы из польской Галиции основали в Ужго­
роде культурно-просветительское общество „Просвита” , которое
начало свою деятельность галицко-украинской направленности.
Из карпатороссов к „Просвите” присоединился Волошин.
В 1922 году была опубликована „ Г р ам м а ти к а руського я зы к а
д л я молодших кляс ш кол сер ед н и х и горожанъских” И в а ­
на П анькевича. Это грамматика малорусской галицкой речи в форме, употребляемой галицкой интеллигенцией как устно, так и
на письме и функционировавшей в галицких школах в австрийс­
кий период. Этот галицкий вариант украинского языка пронизан
многочисленными полонизмами и своим произношением, формами
и словарным составом резко отличается не только от русско­ го литературного языка, но и от подкарпаторусской народной
речи. Важной особенностью этой грамматики было также и
правописание, удивляющее своей бессистемностью и непоследо­
вательностью и настолько сложное, что даже сам автор оказался
неспособным соблюдать собственные нормы. Например, звук и
в соответствии с нормами его правописания мог обозначаться
четырьмя буквами: і, и , б, Ѣ. Слово розный „разный” пишет­
ся, например, то как розный, то как ргъзный. Непродуманная
система написания слов, естественно, и на практике оказалась абсолютно нереальной и должна была в скором времени привести
к переходу от исторического к современному галицкому право­
писанию (т.наз. фонетическому), используемому и в украинском литературном языке.
В 1923 году вышло новое издание „Методической грамматики”
Августина Волошина под новым названием „М етодична г р а м а ­
тика карпато-руського язы к а ” . По сравнению с изданием 1919
года язык этой книги претерпел существенные изменения. Осно­
вательно была изменена орфография: были введены новые буквы:
є (вместо е для обозначения сочетания j e ) , ґ (для обозначения г
взрывного в отличие от г, обозначавшего как взрывное г, так и фрикативное), о (для обозначения измененного о в закрытом сло­
ге, напр.: к о н ^ к о н ^ к и н ’). Изменены грамматические термины:
81

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Ф о т о 18. „ М е т о д и ч е с к а я г р а м м а т и к а ” ( с л е в а ) и „ М е т о ­
д и ч н а г р а м а т и к а ” ( с п р а в а ) А в г у с т и н а В о л о ш и н а (со­
о т в е т с т в е н н о 1919 и 1923).
в м е с т о с л о в п р е д л о ж е н и е , с л о г , п о д л е ж а щ е е , у п о т р е б л я в ш и е с я
в г р а м м а т и к е 1919 г о д а , в н о в о м и з д а н и и у п о т р е б л я ю т с я с л о в а
р е ч е н е , с к л а д , п о д м е ш и т .д . П р е т е р п е л и зм е н е н и я и с а м язы к:
н а п р и м е р , в о п р о с : „ П о н я т н о л и п е р в о е п р е д л о ж е н и е ? А в т о ­
р о е ? ” , п р е д с т а в л е н н ы й в и з д а н и и 1919 г о д а , т е п е р ь з в у ч и т как
„П и р о з у м Ь е т е п е р в о е р е ч е н е ? А д р у г о е ? ” С о з д а е т с я в п е ч а т л е ­
н ие , ч т о н о в о е и з д а н и е г р а м м а т и к и В о л о ш и н а я в л я е т с я п ер ев о д о м с о д н о г о я з ы к а н а д р у г о й . В 1923 го д у б ы л о о с н о в а н о к у л ь т у р н о - п р о с в е т и т е л ь с к о е о б ­
щ е с т в о Д у х н о в и ч а , ч л е н ы к о т о р о г о с ч и т а л и с е б я н а с л е д н и к а м и
о б щ е с т в а св. В а с и л и я В е л и к о г о , о с н о в а н н о г о в ш е с т и д е с я т ы е го ­
д ы п р о ш л о г о в е к а . И х ц е л ь ю с т а л а з а щ и т а с т а р ы х л и т е р а т у р н ы х
и я з ы к о в ы х т р а д и ц и й П о д к а р п а т с к о й Р у с и . Е г о пожизненны м п р е д с е д а т е л е м я в л я л с я у ж е у п о м я н у т ы й Е в м е н и й С а б о в , а в т о р
д о в о е н н о г о у ч е б н и к а р у с с к о г о я з ы к а , д о л г и е годы п р е п о д а в а в ш и й
р у с с к и й я з ы к в у ж г о р о д с к о й г и м н а з и и . Д о в о л ь н о п о зд н е е о с н о в а ­
н и е э т о г о о б щ е с т в а м е с т н ы м и п о д к а р п а т о р о с с а м и , о к а з а в ш и м и с я
н е п о д г о т о в л е н н ы м и к н а ч а в ш е й с я б о р ь б е з а я зы к , б ы л о з а д у м а н о
к а к т о р м о з н а п у т и к в в е д е н и ю г а л и ц к о г о л и т е р а т у р н о г о я зы к а ,
ч у ж д о г о и н е п р и я т н о г о п о д к а р п а т с к о м у с л у х у и н еп р и в ы ч н о г о
д л я г л а з , в м е с т о я з ы к а с о б с т в е н н о й д о в о е н н о й п и с ьм е н н о с т и , с ч и ­
т а в ш е г о с я т о ж д е с т в е н н ы м я з ы к у р у с с к о й л и т е р а т у р ы .
В 1924 го д у в ы ш л а у ж е т р е т ь я г р а м м а т и к а , о т л и ч а в ш а я с я от
п р е д ы д у щ и х . Э т о - „ Г р а м м а т и к а р у с с к а г о я з ы к а ” , и з д а н н а я под р е д а к ц и е й Е в м е н и я С а б о в а . В о т л и ч и е о т д в у х г р а м м а т и к ,
о к о т о р ы х р е ч ь ш л а вы ш е, э т а г р а м м а т и к а д о л ж н а б ы л а с т а т ь
82

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

связующим звеном литературного языка Подкарпатской Руси с
языком довоенных грамматик Александра Духновича (1853), Ки­
рилла Сабова (1865), Ивана Раковского (1867), Бвмения Сабова
(1890) и Августина Волошина (1901 и 1919). Одновременно с
этим авторы грамматики полностью отождествляют подкарпатс-
кий вариант русского литературного языка с языком современной
русской литературы.
Расхождения в концепции школьных учебников русского языка
и включения названной грамматики Панькевича и других учеб­
ников, написанных на этом же языке, в школьную программу
после переворота привело к языковому раздвоению Подкарпатс­
кой Руси, которое с течением времени лишь усиливалось. В двух
гимназиях (ужгородской и береговской) обучение велось на Га­ лицком варианте украинского языка, в одной - в Хусте - частично
на русском языке, а в одной - мукачевской - только по-русски. В
государственном учительском институте в Мукачеве также обу­
чение ведется только на русском языке, а в торговых училищах в
Ужгороде и Мукачеве - на украинском. На практике же обучение
на галицком (украинском) языке даже в тех средних школах, кото­
рые выбрали этот язык в качестве языка обучения только потому,
что в них преподавали профессора, эмигрировавшие из Галиции
или из южных губерний России, велось по учебникам, написан­
ным этими же профессорами, или по перепечатанным галицким учебникам. Профессора же, родившиеся в Подкарпатской Руси,
так и не смогли к нему приспособиться, и поэтому преподавали
либо на своем родном говоре, либо, если они этого не могли, так
как в результате мадьяризации забыли свой родной говор, - на смеси языка церковнославянских книг с русским.
Церковные (конфессиональные) школы униатского мукачевско-
го епископата первое время после переворота продолжали вести
обучение на традиционном литературном языке, который они
пытались соединить с языком русской литературы. С течени­
ем времени, однако, произошла полная украинизация сначала в
униатском мужском, а затем и женском учительском институте (в последнем - в 1926 году). Реальный же результат оказался
таким, что каждый учитель и каждый ученик стали говорить на
языке своего родного села, в результате чего с языковой точ­ ки зрения сложилась ситуация, практически не существующая в
школьной практике. В униатской русской семинарии в Пряшеве эти изменения, касающиеся языка обучения, находились пока в
зародышевом состоянии, т.к. русская языковая область на терри­
тории Словакии оставалась некоторое время в стороне от борьбы
за язык и сохраняла в своих школах в качестве языка обучения
язык довоенных учебников.
Практика же использования того или иного языка в учреждени­
ях была различной и менялась с течением времени в зависимости
83

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

от х арактера учреждения. Так, например, в первые годы издания
ужгородская г а зе т а „У ржедни новины” (І-ІѴ за 1920-1923) вы­
ходила на русском языке под очень сильным влиянием чешского оригинала. Например, сочетание слов zdsilky hestejne tarifujicich
zviat „отправка животных по разным тарифам” переводится на русский язык как „засилки не стало тарифуючих скотов” (1921,
№ 17), сочетание rychle a vydatne dodavky zhovuvybudovani fadneho
zasobcvani „быстрые и значительные по объему поставки зерна
для возобновления регулярного снабжения” по-русски звучит как
„пилны и выдати додавки обЬлый к зновувыбудованию правного
засобования” . (1920, К* 11) и т.д. Ланные „переводы” представля­
ют собой переписывание чешских слов русским буквами. С 1924 года „Уржедни новины” издаются на правильном русском литера­
турном языке. Ср. пример: „Конкурс на мЬсто участкового врача
с мѣстом нахождения в Мармарошской СолотвинЪ. Участок сос­
тоит из 3 сел в разстоянии 8,33 км2 с 10.629 жителями” (1924, № 5). Лишь изредка при переводе с чешских оригиналов переводчики
допускают некоторые неточности, что понятно.
Аналогично и другие учреждения, ранее подчинявшиеся граж­
данской администрации Подкарпатской Руси, а теперь находящи­
еся в сфере подчинения земельной администрации Подкарпатской
земли, использовали и продолжают использовать без исключения
русский литературный язык. Исключения встречались редко.
Ч асто это зависело от переводчика, особенно если переводчик
был переселенцем из Галиции.
Приведем в качестве примера одно из последних постановлений
земельной администрации, вывешенное в Мукачеве, датированное
январем 1933 года и касающееся городского самоуправления. Это
постановление также написано на русском языке.
Объявленіе.
РЬшеніе. Н а основаніи § 28 закона JY* 243/22 сборни­
ка законовъ и распоряженій... распускаю городское заступительство въ МукачевЬ, избранное дня П-го
декабря 1927 года.
Против официального языка, используемого в газете „Уржедни
новины” и в официальных документах земельной администрации и
подчинявшихся ей учреждениях, выступал „У рядови й ВѢстник” школьной администрации, выходящий в Ужгороде, который при­
держивался норм галицкого языка, грамматику которого описал
Панькевич и который был осложнен бесчисленными вариантами
и имел сложное правописание. Это было обусловлено тем, что
галицкий язык был языком обучения большей части школ, что
мы уже показали выше.
84

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Приведем отрывок из „Урядового вѣстника” школьной адми­
нистрации в Ужгороде (1926, VI, 7-8):
Передача всѣх школьных инвентарѣв робится прото-
колярно на основѣ инвентарѣв. По спальной ревизіи
всѣх урядових книг, инвентарѣв и под. и инвентарных
предметов, з обох сторон напишеся протокол.
О высшенаведеном предметѣ звертаеся увага управ и
учительства всѣх школ на розпоряженя министерства
школьництва и нар. просвѣты атд.
(Подчеркнутые слова являются полонизма­
ми).
Указанная языковая практика земельной администрации от­
ражает реальные языковые отношения, существовавшие в под­
карпатской Руси вне системы просвещения и в соответствии с
тем, что в общественной жизни русского населения преобладал русский литературный язык. Языковая же практика школьной
администрации была подчинена инструкциям, предназначенным
для нее. Исключительно русский литературный язык использовали и
городские управы в Ужгороде и Мукачеве, на этом же языке были
написаны и вывески с названиями улиц в Ужгороде, Мукачеве и в
менее крупных городах (в Великом Березном, в Сваляве и др.).
Речь населения Подкарпатской Руси представлена в несколь­
ких вариантах. Старшее население образованных людей, вос­
питанное в довоенных литературных традициях Подкарпатской Руси, говорит на языке, словарный состав и морфология которого
являются русскими литературными, но имеет особенности собст­
венного, подкарпатского произношения. Менее образованные лю­
ди говорят на местных говорах с большей или меньшей примесью книжных выражений. Поколение первых после переворота выпус­
кников средних школ по большей части владеет русским языком в
совершенстве. Т е же, кто окончил школу позже, с точки зрения
языка не являются едиными, что отражает ситуацию раздвоения,
произошедшую в литературном языке Подкарпатской Руси.
О соотношении двух языковых течений, проявляющихся в об­
щественной жизни, можно получить представление на основании
статистики. Из русских газет и журналов, выходящих в Под­
карпатской Руси, на русском литературном языке (или в его
традиционной форме) выходило 14: одна ежедневная газета, 5
еженедельников, две газеты выходили один раз в две недели, ос­
тальные - раз в месяц. На собственно галицком языке выходит
8 газет и журналов, из которых одна газета (коммунистичес­
кая „К арпатьска П р а в д а ”) еженедельная, три газеты выходят
один раз в две недели, остальные - раз в месяц. Народных
85

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

сельских читальных залов русского культурно-просветительского
общества Лухновича в 1931 году было 274, библиотек - 248: чи­
тальных залов „Просвиты” было 111, в библиотек - 101. Однако
издательство „Просвиты” , будучи более богатым в финансовом
отношении, чем общество Лухновича, гораздо более активно в
издательском отношении. „Н аукови й Зборн и к” , имеющий боль­ шое значение в изучении края, его языка и истории, издаваемый
„Просвитой” с 1922 года, ежегодно издается на языке и в соот­
ветствии с нормами правописания Панькевича. Иногда в нем, однако, появляются и статьи, написанные на русском литератур­
ном языке по желанию автора. На русском языке в 1931 году
однажды вышел научный „К арпато-русский Сборник” , издан­
ный П одкар п аторусски м н ародно-образовательны м союзом в
Ужгороде, который также имеет очень ограниченные финансовые
возможности для продолжения публикации подобных работ. Галицко-украинский литературный язык распространяется с
очень большим трудом, и даже выпускники гимназий с украинс­
ким языком обучения не в состоянии полностью преодолеть труд­
ности в произношении, которое очень существенно отличается от естественных звуков подкарпато рус ской речи.
Послевоенная письменность Подкарпатской Руси, возрожден­
ная за четырнадцать лет свободного развития, также несет на себе
печать возникшего языкового раздвоения. Писатели, окончившие
русские школы (гимназию в Мукачеве), пользуются русским ли­
тературным языком, как об этом свидетельствуют очень удачные стихи молодых поэтов Андрея Карабелеша и Михаила Поповича:
В хож у я вх л ѣ с ъ , в ъ з е л е н у ю д у б р а в у ,
В ъ г л у б о к ій , т е м н ы й , с т а р о д а в н ій л ѣ с ъ ,К р у г о м ъ с п л е т а ю т с я и г н у т с я т р а в ы ,
К а ш т а н ы , б у к и , с л о в н о д о н еб ес ъ
В з д ы м а ю т ъ г о р д ы я , г у с т ы я г л а в ы .
( А . К а р а б е л е ш . „ И з б р а н н ы е с т и х о т в о р е н и я ” , 1928).
П оля п а х у ч и м и ц в ѣ т а м и
С і я ю т ъ в ъ м а й с к о м ъ б л е с к ѣ в н о в ь,
С т а д а н а д ъ с в ѣ ж и м и л у г а м и
У ж е ш у м я т ъ м е ж ъ б е р е г о в ъ .
И н и в ы в ъ с о л н е ч н ы х ъ л у ч а х ъ
Б л е с т я т ъ , в о л н у я с ь н а п о л я х ъ .
( М . П о п о в и ч . П е р в ы е с т и х и , 1928).
Наоборот, молодые талантливые писатели, попавшие под вли­
яние галицких течений, несут на себе печать этой школы и пишут
н а языке галицких и украинских писателей. Их родные гово­
ры в произведениях никак не проявляются. Это не относится к
языку Гренджи-Донского, который не получил систематического
школьного образования.
Отрывок из стихотворения Воршоша-Комятского:
86

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Одна, п о л е т іл а в п ал е н ім п а т о с і
т а м д е се р ц е с в іт у б е с я у х ао сі,
И б а ч и л а в П а р и ж з л ю д с ь к о г о н а п я т т я
к а л ік злодіїв і л ю т е п р о к л я т т я .
Отрывок из стихотворения Гренджи-Донского „Зивялым Ко­
сицям” :
К о си чк и з і в я л ѣ , яка в ы с у м н іѣ ,
Н емов т Ѣ по п о л ю п ід в їс т р ь о м ко сы ,
И соненько н е с в іт и т ь , бо хм а р ы х м у р н Іѣ , В ы п р о т о зм & рн ѣ ли к в іт к и б е з р о сы .
В стороне от втих течений, появившихся в кругах послевоен­
ных выпускников средних шкал, находится самосознание народа,
который сохранил воспоминания о старой письменности второй половины XIX века. Народ считает языком своей культуры только
язык русской литературы. Существует множество доказатель­ ств втого, особенно когда народ решает сам, без какого-либо
вмешательства со стороны интеллигенции. Так, например, богос­ лужебным (церковным) языком различных религиозных сект (бап­
тистов, субботников, исследователей „Святого письма” и т.д.),
число членов которых после войны значительно возросло (а в
их деятельности интеллигенция не принимает никакого участия),
является русский литературный язык, на котором написана и вся религиозная литература, используемая верующими.
В качестве примера приведем отрывок из духовной песни, зву­
чащей при богослужении членов секты «исследователей „Свя­
того письма” »:
О к а к о й н а м п у т ь о т к р ы л с я ,
Ч т о б ы в ц а р с т в і е и т т и !
Б о ж ій С ы н с н е б е с я в и л с я ,Ч т о б ы н а с т у д а в е с т и .
В мІрѢ с к о р б и О н р о д и л с я ,
В и д р а б а О н в о с п р и н я л ,
В к р о т о с т и д л я в с ѣ х т р у д и л с я ,
Б ы л ъ р а с п я т , з а т ѣ м ъ в о з с т а л .
( „ Д у х о в н ы я п ѣ с н и т ы с я ч е л ѣ т н я г о р о з с в ѣ т а " . С т р . 25)
Традиционной разновидностью русского литературного языка
является язык лубочной литературы Подкарпатской Руси, при­
ведем в качестве примера отрывок из предсказания будущего,
которые вытягивают попугаи шарманщиков в подкарпатских го­
родах и на рынках:
К о зе р о г ъ . Сатурнъ.
Полное и правдивое сочувствіе развиваетъ братскую
любовь, безъ которой Ваша жизнь такъ пуста, такъ
87

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

одинока. Поищите нѣсколько хорошихъ товарищей и
т.д.
Вот так выглядит история литературного языка Подкарпатс­
кой Руси в прошлые века и в настоящее время. Примечательным
в истории языка маленького полумиллионного народа, ведшего в
условиях венгерского господства постоянную борьбу за то, чтобы все больше не отдаляться от своих русских корней путем введения
собственных диалектных особенностей в письменность, и постоян­
но тяготеющего к языку русской литературы и к обучению на нем, было то, что она (история) была обусловлена естественным инс­
тинктом самосохранения и чувством языковой принадлежности.
Л И Т Е Р А Т У Р А
К народной речи Подкарпатской Руси проявлял интерес еще
Йозеф Добровский в статье „Russniaken inder Marmarosch” (Vater-
landische Blatter, № 27, Praha 1812). Он задавал вопрос: „Кто нам когда-нибудь продемонстрирует образны их речи?” Важнейшие
особенности подкарпаторусской речи впервые привел Иван Фога-
раший (Иван Бережанин) в статье, написанной в 1827 году: „Въ
обще о различіи Славинскихъ нарѣчій, собственно же о мало-
и карпато- или У грорусскихъ” (издал И.С. Свенцицкий в книге „Матеріалы по исторіи возрожденія Карпатской Руси” , I, Львов
1906, с. 46). В грамматическом аспекте подкарпаторусский диа­
лект (точнее, один из его говоров) - что касается его отличий
от церковнославянского языка - впервые описал Михаил Лучкай
(Михаил Поп) в грамматике „Grammatica Slavo-Ruthena” , Budm
1830. В 1842 году с подкарпаторусскими говорами познакомился
русский языковед И.И. Срезневский, который в то время посетил
Подкарпатскую Русь. Плодом его исследования стали следующие
труды; „Русь Угорская. Отрывокъ изъ опыта географіи русска­ го языка.” (Вѣстникъ императорскаго русскаго географическаго
общества, П етербург 1852); „Путевыя письма изъ славянскихъ
земель” , 1839-1842 (П етербург 1895). О подкарпаторусском ди­ алекте упоминал также Яков Головацкий в статье „Росправа о
языцѣ южно-русскомъ и его н арѣчіяхъ” , Львов 1849; кроме того,
он издал большое количество подкарпатских народных песен (в
сборнике „Народныя пѣсни Галицкой и Угорской Руси” , Ї-ІІІ. Москва 1878).
И з более новой литературы, посвященной языку Подкарпат­
ской Ру си,укажем следующие работы: Евмений Сабов. „Хрис-
томатія церковно-славянскихъ и у гро-русскихъ литературныхъ
памятниковъ” , Ужгород 1893. Это первая попытка собрать ста­
рые памятники литературы и образцы литературного творчества
88

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Подкарпатской Руси. В этой книге также содержатся и тексты на
подкарпаторусских говорах, однако классификация д а н а неверно.
- Й. Верхратский. „Ueber die Mundarfc der Marmaroscher Ruthenen” , Станиславов 1883, а также „Знадоби для пізнаня угорско-русских
говорів”, Записки Наук. тов. м. Шевченка ХХѴІІ-ХХХ и отдель­
ным оттиском, Львов 1899—1901. О б а эти труда содержат записи особенностей этих говоров того периода, когда этот усердный
галицкий собиратель приезжал в Подкарпатскую Русь. - Олаф
Брох. „Zum Kleinrussischen in Ungam” в журнале „Archiv fur
slavische Philologie” XVII (1895); „Угрорусское нарѣчіе села Убли
(земплинского комитата)” было опубликовано в „изслячъдованія-
хъ по русскому языку” , П етербург 1900. Эти работы известного
норвежского исследователя являются образцом, базой современ­ ного научного изучеия подкарпаторусского диалекта. - S. Czam-
bel. „Slovenska гес а jej miesto v rodine slovanxkych jazykov” , Turc.
Sv, martin 1906. В этой работе на многих страницах рассматрива­
ются и русские говоры, поскольку они соседствуют со словацким
языком. - Иван Панькевич. „Говір села Валашковець бувшої
Земплинської жупи на Закарп атті” , Записки Наук. тов. м. Шев­
ченки 1930. Автор описывает говор села Валашковец в Снинском районе на границе с районом Гуменне, поэтому в нем отражается
влияние соседних с лов авизированных говоров „сотацких” и „цо-
тацких”. - Георгий Геровский. „Zur Behandłung der Lautverbindun-
gen -tl-, -dl-im Sudkarpatorussischen (Ugrorussischen)” , zeitschrift fur
slavische Philologie VI (1929), 77-85. Он объясняет одну из наиболее
старых и наиболее важных особенностей подкарпаторусского го­
вора, т.е. наличие форм действительного причастия прошедшего времени некоторых глаголов, оканчивающихся в мужском роде
на -г вместо обычного -л. далее: „Русскій язык въ церковно­
славянско-русской грамматикѣ Михаила Попа-Лучкая” , Ужгород
1930 (оттиск из сборника „Карпаторусскій Сборникъ 1931”). Он
сравнивает родной говор М ихаила Л учкая (Михаила Попа), опи­
санный в его грамматике, с современный состоянием села Лучек
под Мукачевом. - Йозеф Вира. „Vysledky dosavadnich badani о
vokalismu karpato-ukrajinskych hovorii se zvlastnim zretelem k hovorum
uzemi 4CP” . - Годовой отчет I государственной реальной гимназии в Брно (1930-1931). Автор описывает звуки подкарпаторусского
диалекта на основе ранее опубликованных работ различных ис­
следователей. - Иван Панькевич. „Перезвук етимологичного о, е
на у (ю), u , і наших говоров т а их географичне поширеня” . „Под-
карпатска Русь” 1927, № 5-6. Географическое распространение
звуков у, ю, и, возникших из древних б, є, дано, однако, не верно. - А.Л. Петров. „Къ вопросу о словенско-русской этнографической
границѣ.” Ужгород. Здесь речь идет о национальной русско­ словацкой границе на основе переписи населения 1919 года. - Ян Гусек. „Narodopisna hranice mezu Slovaky a Karpatorusy” . Bratislava
89

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

1925. Объемная книга, в которой отобран богатый материал,
однако он обработан недостаточно строго и критически. И з новых работ общего характера о русском языке пробле­
матику подкарпаторусского диалекта затрагивают следующие:
Николай Дурново. „Введение в ъ историю русского языка” , часть
I, Брно 1927. О соотношении подкарпаторусского диалекта с
другими .диалектами русского языка говорится во второй части этого труда.
О языке старой письменности писал А.Л. Петров во введении
к изданию у р б а р а Марии Терезы „Первый печатный памятникъ
угрорусскаго нарѣчія. У рбаръ и иные связанные съ крестьянс­
кой Маріи Терезы реформой документы” , Sbormk oddeleni ruskeho
jazyka ruske akademie ved, LXXXIV (1908), str. 3-5, 25-38, а также „Отзывъ реформац и в ъ русскомъ Закарпатьѣ XVI в.” Прага
1923, с. 7. - Влад. Францев. „Изъ исторіи борьбы за русскій
литературный языкъ въ Подкарпатской Руси в ъ половинѣ XIX
столѣтія” , „Карпаторусскшй Сборникъ” , Ужгород 1931, с. 1-49.
Автор описывает борьбу, в результате которой Подкарпатская
Русь после 1849 года перешла с церковнославянского языка на русский литературный язык.
О языке письменности Подкарпатской Руси речь идет и в
следующих работах: В уже упомянутой „Хрестоматіи” Евмения
Сабова. - Д алее это Игорь Ив. Гуснай. „Языковый вопросъ
въ Подкарпатской Руси” , Прешов 1921. - Авг. Волошин. „О письменномъ языцѣ Подкарпатскихъ Русиновъ” , Ужгород 1921. - Обе книги освещают вопрос о литературном языке с разных точек
зрения, однако обе далеки от научного и действительного знания
дела. - Евмений Сабов. „Literami jazyk Podkarpatske Rusi” в сбор­
нике „Podkarpatska Rus” (издали Й. Хмеларж, Ст. Клима и Нечас.
П рага 1922) на с. 125-129. В работе описывается состояние лите­ратурного языка Подкарпатской Руси в довоенный период, однако
недостаточно четко. - Иван Панькевич. „Jazykova otazka v Pod­
karpatske Rusi” в том же сборнике на с. 130-150. Образцы народной речи и старой письменности, которые иллюстрируют изложения
автора, подаются неточно и переписаны несовершенно (два раз­
ных звука и ы обозначаются одним одним знаком ы, не приводится ни один образец богатой литературы Подкарпатской Руси второй
половины XIX века. - Об особенностях галицкого языка, введенно­
го в Подкарпатской Руси в противовес подкарпаторусской речи,
в конфронтации с традиционным литературным языком речь идет в рецензии Георгия Геровского на „Грамматику Русского языка”
Ивана Панькевича, опубликованной в журнале „Slavia” VI (1927), 133-142. Ср. также „Грамматика Панькевича. Разборъ ея на ос­
нованіи данныхъ науки о языкѣ” , Ужгород 1930. Характеристика
языка подкарпаторусской письменности XIX века.
90

aCCRnУуу*ЬRЬъhpnРnpу

Д Л Я З А М Е Т О К

X