Левый берег. Вступление

Формат документа: pdf
Размер документа: 0.14 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.

Вступление
Вчера я вернулся в комнату, где мой далекий предок сложил сотни книг, спасенных
от уничтожения. Мой отец и его отец до него утверждали, что здесь сохранились последние
и самые ценные остатки цивилизации, которая была до нас. Каждая из плотно упакованных
книг на полках рассказывает нам о жизни людей до Катастрофы и дает нам представление
о том, что мы испытаем, когда придет время вернуться на поверхность.
Я зажег одну из тысяч свечей, расставленных в шкафу у раздвижных дверей и
предназначенных исключительно для чтения. Если бы другие узнали, что в нашем жилище
на Сорбонне скрывается такой запас тускло мерцающих горелок и спичечных коробков ,
они тут же попытались бы отнять их у нас, чтобы перепродать по бешеной цене по всему
Левобережью. Я единст венный, кто знает о существовании этого сокровища. Перед
смертью отец заставил меня торжественно поклясться никому не говорить об этом, даже
моей буд ущей жене. Я смогу, так уж велено, раскрыть тайну только своему старшему сыну,
который, когда научится чита ть и писать, будет, в свою очередь, отвечать за книги и
передаст тайну своему собственному сыну. «Что будет, если у тебя будут только девочки?»
— могут возразить мне некоторые. Такого случая пока не возникало (наша родословная, по
моим оценкам, насчитывает более двадцати поколений), и если бы такой разрыв
действительно произошел, я думаю, у нас не было бы выбора, кроме как подстроиться. Но
не нужно строить догадки, сначала я должен встретить женщину, которая мне понравится,
или ту, которая мне подойдет, и мы оба не будем бесплодны.
П ока же я решил продолжить рассказ, начатый моими предками, чтобы сохранить
нашу историю. Он послужит свидетельством для будущих поколений. Забвение кажется
неизбежным явлением, которое я и мои предки отчаянно пытаемся остановить. Метролиты
не знают другой среды, кроме Метро 2033, или Левого берега, этой мрачной вселенной
галерей, коридоров и станций. Вы могли бы сказать мне, что, поскольку я тоже родился тут,
мне тоже не с чем сравнивать. Это означает, что мы забываем о драгоценны х книгах и их
роскошных изображениях, в которых угадываются пейзажи, ослепительные огни,
бескрайнее небо и перспективы в ярких цветах, пестрая, экстравагантная растительность,
океаны с прозрачными водами. Большинство метролитов не подозрева ет, что их предк и
когда -то были изгнаны из этих чудесных мест, и этот эпизод в религии Восхождения
называется первородной ошибкой. Они понятия не имеют, что миф о возвращении на
поверхность основывается на древней реальности, которая постепенно исчезает из их
памяти. Они не проводят связи между восхождениями, этими наказаниями, которые я лично
считаю жестокими, даже варварскими (хотя и поучительными), и Катастрофой, которая
заставила людей искать убежища в недрах земли. Однако изменения, наблюдаемые за
последние несколько поколений, постоянно увеличивающиеся, должны заставить их
задуматься о том, что Метро 2033 не является естественной средой обитания людей. Ведь
появились никты, которые видят в темноте, как будто она освещена вечным пламенем;
кро тты , которые практически слепы и различают не больше пяти шагов перед собой, зато
разbают удивительно тонкий слух; вибы, чьи волосы и щетина разрастаются непомерно,
как антенны, позволяя улавливать малейшее движение, малейшее колебание на сотни
шаго hdjm] ; двинны, дети с огромной головой, которые видят сцены, происходящие в
нескольких сотнях или даже тысячах шагов от них, и даже вне времени. Мутации появились
одновременно в станциопиях и независимых станциях, что свидетельствует о том, что они
возникли не из-за воды, воздуха, пищи, инцестов или животных, а жизненной потребности
в адаптации к враждебной среде.

В настоящее время Левый берег имеет десять станциопий и шестнадцать
независимых станций. Если вы читаете эти строки и, к счастью, не знакомы с Ме тро 2033,
имейте в виду, что ст анциопии состоят из нескольких объединенных станций, от двух до
девяти, в то время как независимые станции, как следует из названия, не принадлежат ни к
какой группировке.
Главная станциопия — это Монпарнас, или Восхождение, самая густонаселенная и
центральная часть Левобережья, также являющаяся местом религии Восхождения. В ней
состоят Гар, Пастер, Гаи те , Кине, Вав ен, Дам -де -Ш ан, Бьенвеню , Фальгьер и Пласид. Она
традиционно связана со станциопиями 4П (Пернети, Плезанс, Порт -де -Ван в — плантации)
и Версаль (Порт -де -Версаль, Конвансьон , Вожирар).
На втором месте по значимости стоит Италия , или Малый Китай, объединяющий
Плас , Гобелен, Марсел ь, Кампо Формио, Толбиак, Мезон -Бланш и Порт -д’И. Её влияние и
мощь вс ё больше омрачают Монпарнас с тех пор, как он а заключил а соглашения с
государственными властями Иври и Вильжюифа . Через Мэрию д ’Иври она тепе рь имеет
прямой доступ к линии RER C, точная длина которой не известна, но которая кажется
многообещающей для развития животноводства и плантаций. Затем мы видим Мобур ( Эколь Милитер , Тур); Одеон (Жермен -де -Пре, Маби льон,
Сюльпис, Одеон, Сорбонна, Мишель); Бак (Орсе, Ассамблея, Сольфери но, Рю, Вав илон);
Бал уб уфф (Балар, Лурмель, Бусико, Феликс Фор), главный поставщик рыбы, ракообразных,
моллюсков и других h^оплавающи х существ на Левобережье. Автономность
изолированных станций во многом зависит от доброй воли их могущественных соседей.
Н екоторые из них поставили себя под защиту станциопий, которые вскоре соединятся с
ними. Сансье, например, просил Италию защитить е го от грабителей Монжа. Дюрок,
обязательный пункт пересечения границы на запад Лево го бере га, переводит б о́льшую
часть огромной прибыли от своих пошлин гигантск ому Монпарнас у.
Не будем забывать и о кочевых бандах, которые не принадлежат ни к какой
группировке или станции. Одни, мародеры, живут разбоем, ведут непрестанную войну с
ополченцами и систематически обречены на восхождение при взятии в плен. Оружейники
тем временем обыскивают подвалы в поисках оружия и боеприпасов, брошенных в
подвалах, которые обычно защищены и труднодоступны — дополнительное
доказательство, если кому надо , наследия, оставленного цивилизацие й поверхности. Они
также перепродают различные товары, например, горючее для питания
электрогенераторов, и ценные вещи, такие как зажигалки, спички, сигареты, свечи,
масляные лампы, батареи, алкоголь, извлеченные из подземных складов, куда искатели
мог ут п роникнуть. Оружейников обычно хорошо принимают, хотя они не соблюдают
никаких правил, что регулируют обычное население Левобережья. Свобода — их
единственный закон, приключения — их единственная вера. В любом случае они
оказываются полезны, возможно, не на столько, как фермеры, ухаживающие за грядками
шампиньонов и овощными плантациями, или разводчик и крыс, насекомых, червей, рыбы,
ракообразных, но они по- своему вносят вклад в общее благополучие.
Население быстро растет. Чересчур быстро. Мы начинаем производ ить потомство
все моложе и моложе, с пятнадцати у мальчиков и с тринадцати у девочек. У меня нет
официальной статистики, но личный опрос нескольких семей позволил мне
приблизительно оценить в среднем шесть детей на пару, максимум — шестнадцать, а
минимум — двоих. Поэтому голодных ртов становится вс ё больше, и я не уверен, что мы 
состоянии производить достаточно пищи, чтобы накормить их всех. Существуют также

проблемы с водой, которые пока что решены благодаря огромным цистернам,
обнаруженным в нескольких местах на Левом берегу, но первые меры по ограничению
потребления были приняты повсеместно. Балуб уфф, Инвалид, Мишель, Жюсс ьё, Марсель,
общины, расположенные на берегах Сены, рассматривают возможность создания системы
трубопроводов для сбора части воды из реки и отвод а ее после фильтрации в резервуары
различных общин, но работы будут чрезвычайно сложными, и лидеры опасаются
дальнейшего наводнения.
Что касается меня, я не буду раскрывать ни свое имя, ни место пребывания.
Представьте себе, что злой ч еловек со смутными представлениями о чтении найдет эту
тетрадь и обнаружит место, где я живу , — он поспешит добраться до моего дома, чтобы
украсть мои запасы свечей и спичек (сомневаюсь, что он будет мотивирован перепродажей
книг, ведь б о́льшая часть насел ения неграмотна). Тем, кто считает меня эгоистом, я отвечу,
что и мои предки, и я занимаемся спасением общества так же, как и земледельцы, как и
скотоводы, потому что человек — это не просто живот, который нужно набить ; что, когда
возникнет непреодолимая потребность в интеллектуальной и духовной пище, эти тет ради
позволят нашим братьям и сё страм ознакомиться с их историей и связать все нити воедино.

— Сколько тебе лет?
— Еще ребенок, у меня нет ни волос, ни сисек. А тебе?
— Точно хэ-зэ . Я бы сказал, что ко гда у меня отрастут волосы, я буду подростком.
Как тебя зовут?
— Плезанс.
— Нравится станция?
— Ничего особенного. Я здесь родилась. Мама умерла, родив меня. Я была ее
девятым ребенком. Отец продал меня оружейникам, как только я научилась ходить. — Он знал , что ты никт?
— Разумеется ! Никт стоит намного больше. А ты, как тебя зовут?
— Жюсс. Но остальные члены банды называют меня Крысиной Харей из -за моего
острого носа.
— По -моему, он не такой уж и острый.
— Со временем он заостряется. Ты видишь вс ё перед собой?
— Например, я вижу там буквы на табличке, но не могу их прочитать.
— А ведь до нее добрых пятьдесят шагов. И нет яркого пламени. Я даже таблички
не вижу.
— Ты что, кротт ?
— Просто обычный парень. Тот, кто видит, слышит и улавливает нормально, ничё
не предугадывает . Я всего лишь ищейка, хорошо умеющий обнаруживать парковки и
старые запасы.
— Как давно ты оружейник?
— Всё время. Как и ты, я был продан им в детстве. Мне нравит ся эта станция, хоть
она и находится в жопе мира.
— Мэрия д’Иври?
— Да. С неё есть ход на полуразрушенную лестницу, ведущую к л инии RER C. Я бы
хотел исследовать ее до самого конца
— Ох! Мы же не знаем, что там. Возможно, свирепые чудовища.
— Меня они не пугают. Ты знаешь, что я однажды видел?

— Лютого зверя?
— Видела Оша, кота банды? Тот кот был в двадцать раз больше, белый с серыми
полосами.
— Ты шутишь, да?
— Ни в коем разе. Это было на Клюни. Он определенно переплыл Сену.
— То есть он с Правого б ерега?
— Скорее всего.
— Как ты думаешь, на Правом б ерегу обитают монстры?
— Понятия не имею. Лучший способ узнать — отправиться туда.
— Ох!
— Люди повсюду рассказывают, что правобережные мерзавцы выкинут что -то
эдакое, проберутся через один из четырех проходов на Левобережье и перебьют нас.
Лучший способ избежать беды — начать шпионить за ними, чтобы знать их сильные и
слабые стороны.
— Вот и та женщина, Мадонна де Бак, всюду твердит, что они собираются нас убить.
Мне это не нравится .
— Она говорит, что соберет население Левобережья, чтобы в случае войны
объединить все силы против Правобережья. По мне, так неплохая идея. Но это явно не
произойдет с бухты -барахты: людям Восхождения и Малого Китая наплевать.
— Что такое Китай?
— Без понятия. Я думаю, что это… Ну, т ы слишком мелкая.
— Эй, я оружейник, как и ты!
— Ты пока только ученица. Когда ты подрастешь настолько, что не сможешь больше
проходить в крысиные норы, тогда ты станешь настоящим оружейником.
— Ты женат?
— Ты глупышка! Я слишком молод, чтобы совать шею в петлю.
— Что это значит?
— Я не очень понимаю, но старики всегда так говорят, когда речь заходит о браке.
— Я хочу выйти за тебя замуж. Ты будешь меня ждать?
— Это будет зависеть от того, какой ты станешь. Сейчас у тебя обычное лицо,
которое может стать красивым, а я пока хочу объявить себя твоим защитником. Даже если
у меня не слишком хорошее зрение, я легко могу убить кого-нибудь в тридцати шагах этим.
— Откуда у тебя пистолет?
— Мне его Дик дал , когда я нашел свой первый арсе нал. Там, по крайней мере,
тридцать пуль.
— Он меня пугает, этот Дик .
— Нормально, что он тебя пугает, он же шеф. Я видел, как он зубами вырвал язык
парню, который его не слушался. Его рот был весь залит кровью . Бедолага остался жив, но
мы больше о нем не слышали. Но Дик не самый плохой, в клане есть и похуже.
— Кто?
— Скорпион Бланк. Его, правда, не надо искать, он сошел с ума и способен
переломать тебе кости одну за другой острым камнем. — А кто еще?
— Рок. Его хобби — отрезать… ну, мужские причиндалы и в онзать их в рот или глаз
покалеченному. Отвратительное зрелище.
— Ну, раз уж я видела восхождение, мне ничто не кажется более уродливым.

— Ты права. Нет ничего более мерзкого, чем рассматривать эти полусгнившие
трупы.
— Ты веришь, что мы когда -нибудь верне мся на поверхность?
— Смеешься! Это просто детские сказки.
— Почему мы никогда не выходим на поверхность?
— Она создана не для нас. Мы бы не смогли там жить. Невидимые тZjb поселяются
в твоем теле и съедают тебя изнутри, даже если ты этого не замечаешь. В оздухом
невозможно дышать, вода непригодна для питья, еда несъедобна. Не говоря уж о жаре,
который мощнее, чем тлеющие угли. Поверь, в Метро 2033 намного безопаснее.
— Почему 2033?
— Не задавай таких вопросов! По словам Ауре, возможно, вначале было дв е тыс ячи
тридцат ь тр и жителя . Или, может быть, две тысячи тридцать три станции. А может , какой-
то парень назвал число наугад , и оно прижилось . Люди иногда бывают такими чудаками!
— Там кто -то есть.
— Где? Я никого не вижу …
— В самом конце туннеля. Выглядит как … Рок.
— Похоже, ты права, это Рок.
— Почему он ходит голый?
— Черт, да он весь в крови ! Он, должно быть, дрался и кастрировал другого.
— Мне кажется, он… был ранен тем местом, о котором ты говорил недавно.
— Черти прав обережные, они отрезали ему его… его…
— Он упал и больше не двигается…
— В таком случае ему больше нечего бояться.
X