Marks_K._Kapital3._Kapital_Tom_Tretiyi.a4 (1)

Формат документа: pdf
Размер документа: 4.23 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.

Капитал
Карл  Маркс
Капитал. Том третий
«Public Domain»

Маркс К. Г.
Капитал. Том третий  /  К. Г. Маркс —  «Public Domain», 
 — (Капитал)
Отношение к Карлу Марксу всегда вызывало острейшие споры. Именно
его идеи оказали огромное влияние на формирование и понимание совре–
менного мира. Долгие десятилетия советские догмы были единственно
возможным и допустимым толкованием марксизма. Настало ли время нового
общественного интереса к Карлу Марксу? Будут ли и впредь волновать
людей те теории, с которыми он вошел в историю? Станет ли Маркс более
читаемым и безотчетно превозносимым или будет предан забвению и с
порога отвергнут? Об этом размышляют во вступительной статье философ
и экономист, полагающие, что для ответа на эти и многие другие вопросы
следует читать Маркса. Вниманию читателей предлагается третий том
главного труда жизни К. Маркса «Капитал»
© Маркс К. Г.
© Public Domain

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 4
Содержание ОТ РЕДАКЦИИ 6 ПРЕДИСЛОВИЕ 7 КНИГА ТРЕТЬЯ 20 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 20 ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ 20 ГЛАВА ПЕРВАЯ 20 ГЛАВА ВТОРАЯ 29 ГЛАВА ТРЕТЬЯ 34 ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ 48 ГЛАВА ПЯТАЯ 52 ГЛАВА ШЕСТАЯ 71 ГЛАВА СЕДЬМАЯ 93 ОТДЕЛ ВТОРОЙ 96 ГЛАВА ВОСЬМАЯ 96 ГЛАВА ДЕВЯТАЯ 104 ГЛАВА ДЕСЯТАЯ 116 ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ 134 ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ 137 ОТДЕЛ ТРЕТИЙ 141 ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ 141 ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ 155 ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ 161 ОТДЕЛ ЧЕТВЁРТЫЙ 179 ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ 179 ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ 187 ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ 202 ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ 210 ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ 215 ОТДЕЛ ПЯТЫЙ 224 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ 224 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ 237 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ 245 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ 260 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ 266 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ 277 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ 291 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ 295 ЧАСТЬ ВТОРАЯ 308 ОТДЕЛ ПЯТЫЙ 308 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ 308 ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ 315 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ 327 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ 334 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ 344 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ 362 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ 373

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 5 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ 392 ОТДЕЛ ШЕСТОЙ 405 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ 405 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ 422 ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ 428 ГЛАВА СОРОКОВАЯ 443 ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ 451 ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ 456 ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ 466 ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЁРТАЯ 483 ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ 489 ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ 505 ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ 511 ОТДЕЛ СЕДЬМОЙ 532 ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ 532 ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ 544 ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ 557 ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ 573 ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ 578 Ф. ЭНГЕЛЬС 580 I ЗАКОН СТОИМОСТИ И НОРМА ПРИБЫЛИ 581 II БИРЖА 593 Комментарии

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 6
Карл Маркс
Капитал
Критика политической экономии
Том третий
 
ОТ РЕДАКЦИИ
 
Настоящее издание второго тома «Капитала» представляет собой перевод со второго
немецкого издания, вышедшего в 1893  г. под редакцией Энгельса. Как и в русском издании
1939 г., за основу был взят перевод под редакцией И. И. Скворцова-Степанова ￿X]. При подго-
товке этого издания в указанный перевод внесено значительное количество поправок, некото-
рые из них имеют существенный характер. Сверка текста первого и второго немецких изда-
ний с рукописями Маркса и с окончательной рукописью, отредактированной и подготовленной
Энгельсом к набору, во многих случаях позволила выявить и устранить ряд описок и типограф-
ских опечаток, вкравшихся во второе немецкое издание. Вместе с тем заново были сверены
с первоисточниками все цитаты и ссылки, проверены фактические данные и подсчеты, при-
чем исправлены случайные неточности. В данном издании учтены все сделанные В. И. Лени-
ным переводы выдержек из немецких изданий второго тома «Капитала», которые он цити-
рует в своих произведениях, а также использован ленинский перевод отдельных выражений
и терминов. Новое издание второго тома «Капитала» снабжено редакционными примечани-
ями и указателями: именным, цитируемой и упоминаемой литературы, имеющихся русских
переводов цитируемых и упоминаемых книг, предметным. Подстрочные примечания Маркса
и Энгельса, как и в немецком издании 1893 г., обозначены номером с круглой скобкой. Лишь
некоторые примечания Энгельс подписал своими инициалами. В отличие от авторских при-
мечаний, редакционные примечания, помещенные под строкой, обозначаются звездочкой с
пометкой «Ред.», а редакционные примечания, помещенные в конце тома,  – номерами без
скобки. Отдельные места в авторском тексте и в приводимых цитатах, заключенные в круглые
скобки, принадлежат Марксу. В фигурных скобках содержится текст Энгельса, вставленный
им при подготовке рукописей Маркса к печати. Немногие труднопереводимые немецкие слова
или специальные термины даются рядом с их переводом на языке оригинала (в квадратных
скобках).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 7  
ПРЕДИСЛОВИЕ
 
Наконец мне удалось опубликовать эту третью книгу основного труда Маркса, заверше-
ние его теоретической части. При издании второй книги в 1885 г. я полагал, что третья книга,
за исключением некоторых, конечно, очень важных разделов, представит, пожалуй, только тех-
нические затруднения. Так оно и было в действительности; но тех трудностей, которые пред-
стояли мне именно в этих важнейших разделах целого, я в то время совсем не предвидел, равно
как не предвидел и других препятствий, которые столь сильно замедлили подготовку книги.
Прежде всего и больше всего мешала мне слабость зрения, которая на протяжении ряда
лет ограничивала до минимума моё рабочее время для письменных занятий, и ещё и теперь
позволяет мне браться за перо при искусственном освещении лишь изредка. К этому присо-
единились другие неотложные дела: новые издания и переводы прежних работ Маркса и моих,
следовательно пересмотры, предисловия, дополнения, часто невозможные без дополнитель-
ных исследований, и т. д. Прежде всего следует упомянуть английское издание первой книги,
за текст которого в конечном счёте отвечаю я и которое поэтому отняло у меня много вре-
мени. Кто хоть сколько-нибудь следил за колоссальным ростом международной социалистиче-
ской литературы за последние десять лет и в особенности за числом переводов прежних работ
Маркса и моих, тот согласится со мной, что я имел основания радоваться, что весьма ограни-
чено число языков, на которых я мог быть полезен переводчику и, следовательно, был обязан
не отказываться от просмотра его работы. Но рост литературы был только симптомом соот-
ветственного роста самого международного рабочего движения. А это налагало на меня новые
обязанности. С первых дней нашей общественной деятельности на Маркса и на меня выпала
значительная часть работы по посредничеству между национальными движениями социали-
стов и рабочих различных стран; работа эта возрастала соответственно росту всего движения.
Но если Маркс и в этой области основную тяжесть брал на себя, то после его смерти постоянно
увеличивающийся объём работы доставался мне одному. Между тем непосредственные сно-
шения отдельных национальных рабочих партий между собой стали с тех пор, и, к счастью,
изо дня в день всё более становятся общим правилом; несмотря на это, к моей помощи всё ещё
прибегают гораздо чаще, чем мне бы того хотелось, исходя из интересов моей теоретической
работы. Но кто, подобно мне, более пятидесяти лет активно участвовал в этом движении, для
того вытекающие отсюда дела являются неотложной обязанностью, требующей немедленного
исполнения. Как в шестнадцатом столетии, так и в наше бурное время чистые теоретики в
сфере общественных интересов встречаются только на стороне реакции, и именно потому эти
господа в действительности вовсе не теоретики, а простые апологеты этой реакции.
Так как я живу в Лондоне, эти партийные сношенья осуществляются зимой главным
образом в письменной форме, а летом – по большей части лично. Вследствие этого, а также
вследствие необходимости следить за ходом движения в постоянно возрастающем количестве
стран и за ещё сильнее растущим количеством органов печати, я не мог выполнять работы,
не допускающие никакого перерыва, кроме как зимой, преимущественно в первые три месяца
года. Когда человеку перевалило за семьдесят лет, мейнертовские ассоциативные волокна
мозга работают с какой-то непреодолимой медленностью; перерывы в трудной теоретической
работе преодолеваешь уже не так легко и не так быстро, как раньше. Поэтому выходило так,
что работу одной зимы, если она не была вполне доведена до конца, приходилось в следующую
зиму в значительной части проделывать заново; это и случилось как раз с наиболее трудным
пятым отделом.
Как увидит читатель из последующего изложения, работа по редактированию этой книги
существенно отличалась от редактирования второй книги. Для третьей книги имелся только
один первоначальный набросок, к тому же изобиловавший пробелами. Как правило, начало

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 8 каждого отдела было довольно тщательно обработано, даже в большинстве случаев отшлифо-
вано стилистически. Но чем дальше, тем более эскизной и неполной становилась обработка
рукописи, тем больше было экскурсов по поводу возникавших в ходе исследования побоч-
ных вопросов, причём работа по окончательному расположению материала откладывалась до
позднейшего времени, тем длиннее и более запутанными становились части текста, в кото-
рых мысли записывались in statu nascendi  ￿h]. Во многих местах почерк и изложение слишком
ясно выдают вторжение и постепенное развитие тех вызванных чрезмерным трудом приступов
болезни, которые сначала всё более и более затрудняли автору его самостоятельную работу
и, наконец, временами делали её совершенно невозможной. И неудивительно. Между 1863 и
1867  гг. Маркс не только сделал две последние книги «Капитала» вчерне, а первую книгу в
готовом для печати виде, но ещё выполнил гигантскую работу, связанную с основанием и дея-
тельностью Международного Товарищества Рабочих. Но вследствие этого уже в 1864 и 1865 гг.
обнаружились серьёзные признаки тех расстройств в здоровье Маркса, из-за которых не он сам
закончил обработку II и III книг.
Моя работа началась с того, что я продиктовал всю рукопись с оригинала, который даже
я часто лишь с трудом мог разобрать, и таким образом получил удобочитаемую копию, что
само по себе отняло уже довольно много времени. Лишь после этого могла начаться настоящая
редакция. Я ограничил её самым необходимым: всюду, где это допускала ясность, по возмож-
ности сохранил характер первоначального текста, даже не зачёркивал отдельных повторений
там, где они, как это обыкновенно бывает у Маркса, каждый раз касаются предмета с иной сто-
роны или по крайней мере освещают его в иных выражениях. В тех же случаях, когда я вносил
изменения или добавления чисто редакционного характера или когда я вынужден был обра-
батывать приведённый Марксом фактический материал и делать из него собственные, хотя и
по возможности выдержанные в духе Маркса, выводы, в таких случаях всё место заключено в
прямые скобки и отмечено моими инициалами  ￿[]. В моих подстрочных примечаниях скобки
кое-где отсутствуют; но там, где стоят мои инициалы, я отвечаю за всё примечание.
В рукописи, – как это само собой понятно для первого наброска, – имеются многочис-
ленные указания на те пункты, которые впоследствии должны быть развиты, причём эти обе-
щания не во всех случаях были выполнены. Я сохранил их, так как они дают представление о
намерениях автора относительно будущей разработки.
А теперь перейдём к отдельным вопросам.
Для первого отдела основной рукописью можно было воспользоваться лишь с большими
ограничениями. В самом начале её помещены все математические вычисления отношения
между нормой прибавочной стоимости и нормой прибыли (что составляет нашу главу III),
тогда как предмет, изложенный в нашей главе I, рассматривается лишь позже и мимоходом. В
этом случае оказали помощь два начала переработки, каждое в 8 страниц in folio  ￿U]; но и они
не везде разработаны с надлежащей связностью. Из них составилась глава I в её теперешнем
виде. Глава II взята из основной рукописи. Для главы III имелся целый ряд неоконченных мате-
матических вычислений, а также целая, почти законченная тетрадь, относящаяся к семидеся-
тым годам и представляющая в уравнениях отношение нормы прибавочной стоимости к норме
прибыли. Мой друг Самюэл Мур, выполнивший также бо́льшую часть английского перевода
первой книги, взялся обработать для меня эту тетрадь, к чему он в качестве старого кембридж-
ского математика был несравненно более способен. Из его резюме я составил затем главу III,
пользуясь для этого кое-где и основной рукописью. Из главы IV имелось только заглавие. Но
так как рассматриваемый здесь вопрос – влияние оборота на норму прибыли – имеет крайне
важное значение, то я разработал его сам, вследствие чего вся эта глава в тексте и заключена
в скобки. При этом оказалось, что данная в главе III формула нормы прибыли, для того чтобы
сделаться общезначимой, в действительности нуждается в некоторой модификации. Начиная
с пятой главы, основная рукопись является единственным источником для остальной части

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 9 отдела, хотя здесь также оказалось необходимым сделать очень много перестановок и допол-
нений.
Для следующих трёх отделов, если не говорить о стилистической редакции, я почти
сплошь мог придерживаться оригинала рукописи. Отдельные её места, в большинстве случаев
касающиеся влияния оборота, были обработаны в соответствии со вставленной мною главой
IV; они также заключены в скобки и отмечены моими инициалами.
Главное затруднение представлял отдел V, в котором к тому же рассматривается слож-
нейший вопрос всей книги. И как раз здесь во время работы застиг Маркса один из упомяну-
тых тяжких приступов болезни. Следовательно, это – не готовый набросок и даже не схема,
очертания которой следовало заполнить, а лишь самое начало работы, которое нередко пред-
ставляет собой неупорядоченную груду записей, заметок, материалов в форме выписок. Сна-
чала я пытался закончить этот отдел, как это мне до некоторой степени удалось с первым
отделом, заполняя пробелы и разрабатывая лишь намеченные отрывки, чтобы отдел этот хоть
приблизительно представлял собой то, что намеревался дать автор. По меньшей мере три раза
я делал такую попытку, но всякий раз безуспешно, и в потере времени на это заключается
главная причина задержки. Наконец, я убедился, что так дело не пойдёт. Мне пришлось бы
просмотреть всю обширную литературу в этой области, и в конечном счёте у меня получилось
бы нечто такое, что всё же не было бы книгой Маркса. Мне не оставалось ничего иного, как
отказаться от дальнейших попыток в этом направлении и по возможности ограничиться упо-
рядочением того, что имелось, сделав лишь самые необходимые дополнения. И таким образом
весной 1893 г. я закончил основную работу над этим отделом.
Из отдельных глав главы XXI–XXIV были в основном разработаны. Главы XXV и XXVI
потребовали проверки фактического материала и включения материала, находившегося в дру-
гих местах. Главы XXVII и XXIX можно было почти целиком дать по рукописи; напротив,
текст главы XXVIII пришлось расположить иначе. Но настоящие трудности начались с XXX
главы. Начиная отсюда, приходилось приводить в надлежащий порядок не только фактический
материал, но и самый ход мыслей, то и дело прерываемый вводными предложениями, отступ-
лениями и т. д. и потом получающий дальнейшее развитие в другом месте, часто совершенно
мимоходом. Таким образом XXX глава составилась путём перестановок и исключений отдель-
ных отрывков, для которых нашлось применение в другом месте. XXXI глава снова оказалась
разработанной в более связной форме. Но затем в рукописи следует большой раздел, озаглав-
ленный «Путаница», представляющий собой сплошь извлечения из парламентских отчётов о
кризисах 1847 и 1857 гг., в которых сгруппированы суждения двадцати трёх лиц из делового
мира и экономистов о деньгах и капитале, об отливе золота, о чрезмерной спекуляции и пр.,
иногда сопровождаемые краткими комментариями. Здесь, в вопросах и ответах, достаточно
представлены почти все ходячие взгляды того времени на отношение между деньгами и капи-
талом, и Маркс хотел критически и сатирически рассмотреть обнаруживающуюся при этом
«путаницу» в  вопросе о том, что́ является на денежном рынке деньгами и что́ – капиталом.
После многих попыток я убедился, что приведение в порядок этой главы невозможно; мате-
риал, в особенности в тех случаях, когда он сопровождается комментариями Маркса, я исполь-
зовал там, где это допускалось логикой изложения.
Затем следует в довольно упорядоченном виде то, что помещено мною в главе XXXII,
но непосредственно за этим – новая груда выписок из парламентских отчётов о всевозможных
предметах, затрагиваемых в этом отделе, вперемежку с более или менее пространными или
краткими замечаниями автора. К концу извлечения и комментарии всё более концентриру-
ются вокруг вопроса о движении денежного металла и колебаниях вексельного курса и закан-
чиваются опять всевозможными дополнительными замечаниями. Напротив, глава «Докапита-
листические отношения» (XXXVI) была вполне разработана.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 10 Из всего этого материала, начиная с «Путаницы», поскольку он уже не был помещён
раньше, я составил главы XXXIII–XXXV. Конечно, не обошлось без значительных вставок с
моей стороны для установления связи. Поскольку эти вставки не чисто формального свойства,
они прямо обозначены как принадлежащие мне. Таким образом мне, наконец, удалось вклю-
чить в текст все сколько-нибудь относящиеся к делу суждения автора; ничего не было опущено,
кроме незначительной части выписок, где или только повторялось то, что уже было приведено
в каком-нибудь другом месте, или же затрагивались пункты, которые в рукописи подробно не
рассматриваются.
Отдел о земельной ренте был разработан значительно полнее, хотя и он отнюдь не приве-
дён в порядок, как это явствует уже из того, что в главе XLIII (в рукописи самый конец отдела
о ренте) Маркс нашёл необходимым дать вкратце общий план всего отдела. При издании этот
план оказался тем более кстати, поскольку рукопись начинается главой XXXVII, за которой
следуют главы XLV–XLVII и только после того – главы XXXVIII–XLIV. Больше всего работы
потребовалось по таблицам дифференциальной ренты II в связи с тем, что в главе XLIII совер-
шенно не был исследован подлежащий здесь рассмотрению третий случай этого вида ренты.
Для этого отдела о земельной ренте Маркс в семидесятых годах предпринял совершенно
новые специальные исследования. В продолжение нескольких лет он изучал в подлинниках
ставшие в России неизбежными после «реформы» 1861 г. статистические справочники и дру-
гие публикации о земельной собственности, предоставленные в его распоряжение русскими
друзьями с желательной полнотой, делал из них выписки  ￿V] и намеревался воспользоваться ими
при новой переработке этого отдела. Благодаря разнообразию форм земельной собственности
и эксплуатации сельскохозяйственных производителей в России в отделе о земельной ренте
Россия должна была играть такую же роль, какую играла Англия в книге I при исследовании
промышленного наёмного труда. К сожалению, Марксу не удалось осуществить этот план.
Наконец, седьмой отдел был закончен в рукописи, но только как первый набросок,
отдельные части текста которого приходилось расчленять для того, чтобы сделать их пригод-
ными для печати. Из последней главы имелось только начало. Здесь предстояло рассмотреть
соответствующие трём главным формам дохода – земельной ренте, прибыли и заработной
плате – три крупных класса развитого капиталистического общества: земельных собственни-
ков, капиталистов и наёмных рабочих и неизбежного спутника их существования – классовую
борьбу как реальный продукт капиталистического периода. Подобные итоговые обобщения
Маркс обыкновенно откладывал до окончательной редакции, незадолго до печатания, причём
новейшие исторические события с неизменной закономерностью доставляли актуальнейший
иллюстративный материал для его теоретических положений.
Цитат и иллюстраций здесь, как и во II книге, значительно меньше, чем в первой. Цитаты
из книги I приводятся с указанием страниц 2-го и 3-го изданий  ￿`]. Там, где в рукописи имеется
ссылка на теоретические суждения прежних экономистов, большей частью указывается только
имя, а самую цитату предполагалось привести при окончательной обработке. Конечно, мне всё
это так и пришлось оставить. Из парламентских отчётов использованы только четыре, но они
использованы довольно широко. Эти отчёты следующие:
1) Reports from Committees (of the House of Commons), vol. VIII, Commercial Distress; vol.
II, part I, 1847–48. Minutes of Evidence. – Цитированы как Commercial Distress, 1847–48.
2)  Secret Committee of the House of Lords on Commercial Distress 1847. Report printed
1848. Evidence printed 1857 (потому что в 1848 г. он считался слишком компрометирующим). –
Цитируется как C. D. 1848–1857  ￿i].
3) Report on Banc Acts, 1857. – To же 1858. – Отчёты комиссии палаты общин о влиянии
банковских актов 1844 и 1845 годов. Со свидетельскими показаниями. – Цитируется как B. A.
(иногда также B. C.) 1857, соответственно 1858 годов  ￿Y].

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 11 К четвёртой книге – об истории теорий прибавочной стоимости  ￿Z] – я приступлю, как
только это будет для меня сколько-нибудь возможно. В предисловии ко второму тому «Капи-
тала» я должен был свести счёты с теми господами, которые к тому времени подняли большой
крик, желая найти «в Родбертусе тайный источник теории Маркса и его несравненного пред-
шественника».
Я предоставил им случай показать, «что́ в состоянии дать политическая экономия Род-
бертуса»; я  призвал их показать, «каким образом может и должна образоваться одинаковая
средняя норма прибыли не только без нарушения закона стоимости, но как раз на его основе».
Те самые господа, которые тогда, исходя из субъективных или объективных, как правило,
каких угодно, только не научных, соображений, провозглашали доброго Родбертуса экономи-
ческой звездой первой величины, все без исключения уклонились от ответа. Напротив, другие
люди сочли сто́ящим труда заняться этой проблемой.
В своей критике II тома («Conrads Jahrbücher»  ￿X}] , XI, 5, 1885, S. 452–465) профессор В.
Лексис поднял этот вопрос, хотя и не пожелал дать прямого решения. Он говорит:
«Разрешение этого противоречия» (между законом стоимости Рикардо – Маркса и оди-
наковой средней нормой прибыли) «невозможно, если рассматривать различные виды товаров
отдельно и если их стоимость должна быть равна их меновой стоимости, а эта последняя равна
или пропорциональна их цене».
Как полагает Лексис, это возможно лишь при том условии, если «отказаться от измере-
ния стоимости трудом для отдельных видов товара и иметь в виду лишь товарную продукцию в
целом и её распределение между целыми классами капиталистов и рабочих… Из совокупного
продукта рабочий класс получает только известную часть… Другая часть, достающаяся классу
капиталистов, образует прибавочный продукт в марксовом смысле слова, а потому и… при-
бавочную стоимость. Затем члены класса капиталистов распределяют между собой эту сово-
купную прибавочную стоимость не соответственно числу занятых ими рабочих, а пропорцио-
нально величине капитала, представляемого каждым из них, причём земля также принимается
в расчёт как капитальная стоимость».
Идеальные стоимости Маркса, определяемые единицами труда, воплощённого в товарах,
не соответствуют ценам, но могут «рассматриваться как исходный пункт смещения, которое
приводит к действительным ценам. Последние обусловливаются тем, что равные капиталы тре-
буют равновеликих прибылей».
Вследствие этого некоторые капиталисты будут получать за свои товары цену более высо-
кую, а другие цену более низкую, чем идеальная стоимость этих товаров.
«Но так как потери и прибавки в прибавочной стоимости взаимно погашаются в пределах
класса капиталистов, то в целом величина прибавочной стоимости оказывается такою же, как
если бы все цены были пропорциональны идеальным стоимостям товаров».
Как мы видим, вопрос здесь далеко не решён, но, хотя расплывчато и поверхностно, в
общем всё же поставлен правильно. А это действительно больше, чем мы можем ожидать от
кого бы то ни было, кто, подобно этому автору, с гордостью называет себя «вульгарным эко-
номистом»; это прямо поразительно, если сравнить с тем, что́ дали другие вульгарные эконо-
мисты и о чём речь будет позже. Правда, вульгарная политическая экономия Лексиса особого
рода. Он говорит, что доход на капитал, конечно, можно вывести по способу Маркса, но ничто
не обязывает к такому пониманию. Напротив, вульгарная политическая экономия имеет свой
способ объяснения, по меньшей мере, более приемлемый:
«Капиталистические продавцы, производитель сырья, фабрикант, оптовый торговец,
розничный торговец – получают доход от своих предприятий вследствие того, что каждый из
них продаёт дороже, чем покупает, следовательно завышает на какой-то процент издержки
производства своего товара. Только рабочий не в состоянии сделать подобной надбавки к
стоимости; вследствие своего неблагоприятного положения по отношению к капиталисту он

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 12 вынужден продавать свой труд по цене, в которую он обходится ему самому, именно за необ-
ходимые средства существования… таким образом эти надбавки к цене по отношению к поку-
пающим наёмным рабочим сохраняют своё полное значение и обусловливают перелив извест-
ной части стоимости совокупного продукта в руки класса капиталистов».
Не требуется больших усилий мысли, чтобы убедиться, что это «вульгарно-экономиче-
ское» объяснение прибыли на капитал практически ведёт к такому же результату, как и тео-
рия прибавочной стоимости Маркса; что, с точки зрения Лексиса, рабочие находятся совер-
шенно в таком же «неблагоприятном положении», как и по Марксу; что они совершенно так
же оказываются обманутыми, потому что каждый нерабочий может продавать выше цены, а
рабочий не может; и что на основе этой теории может быть построена по крайней мере столь
же поверхностная система вульгарного социализма, какая создана здесь, в Англии, на основе
теории потребительной стоимости и предельной полезности Джевонса – Менгера  ￿XX] . Я даже
думаю, что, если бы г-ну Джорджу Бернарду Шоу была известна эта теория прибыли, он был
бы способен ухватиться за неё обеими руками, дать отставку Джевонсу и Карлу Менгеру и на
этом камне вновь воздвигнуть фабианскую церковь будущего.
Но в действительности эта теория – только парафраз теории Маркса. Откуда же берутся
все надбавки к цене? Из «совокупного продукта» рабочих. И именно вследствие того, что
товар «труд», или, как говорит Маркс, товар рабочая сила должен продаваться ниже его
цены. Потому что если общее свойство всех товаров состоит в том, что их можно продавать
дороже издержек производства, и если труд представляет единственное исключение из этого
и постоянно продаётся лишь по издержкам производства, то он продаётся именно ниже той
цены, которая является общим правилом в этом вульгарно-экономическом мире. Добавочная
прибыль, достающаяся вследствие этого капиталисту, соответственно классу капиталистов,
именно в том и состоит и в конечном счёте только потому и может получиться, что рабочий,
воспроизведя возмещение цены своего труда, должен ещё сверх того производить продукт, за
который он не получает платы,  – прибавочный продукт, продукт неоплаченного труда, при-
бавочную стоимость. Лексис – человек в высшей степени осторожный в выборе выражений.
Он нигде не говорит прямо, что вышеприведённое понимание – его собственное; но если это
так, то совершенно ясно, что мы имеем здесь дело не с одним из тех обычных вульгарных эко-
номистов, о которых он сам говорит, что каждый из них в глазах Маркса «в лучшем случае
только безнадёжно слабоумен», а с марксистом, облачившимся в костюм вульгарного эконо-
миста. Произошло ли такое переодевание преднамеренно или непреднамеренно, этот психо-
логический вопрос нас здесь не интересует. Тот, кто захотел бы выяснить это, быть может,
исследует также, каким образом оказалось возможным, что такой несомненно разумный чело-
век, как Лексис, одно время мог защищать такую бессмыслицу, как биметаллизм  ￿Xh] .
Первый, кто действительно попытался дать ответ на вопрос, был д-р Конрад Шмидт
в работе: «Die Durchschnittsprofitrate auf Grundlage des Marx'schen Werthgesetzes». Stuttgart,
Dietz, 1889. Шмидт пытается согласовать детали образования рыночной цены как с законом
стоимости, так и со средней нормой прибыли. Промышленный капиталист получает в своём
продукте, во-первых, возмещение авансированного им капитала, во-вторых, прибавочный про-
дукт, за который он ничего не заплатил. Но чтобы получить этот прибавочный продукт, он
должен авансировать свой капитал на производство, т. е. он должен применить определённое
количество овеществлённого труда, чтобы иметь возможность присвоить этот прибавочный
продукт. Следовательно, для капиталиста этот авансированный им капитал есть количество
овеществлённого труда, общественно необходимое для того, чтобы обеспечить ему этот при-
бавочный продукт. Это относится и ко всякому другому промышленному капиталисту. А так
как по закону стоимости продукты обмениваются друг на друга пропорционально труду, обще-
ственно необходимому для их производства, и так как для капиталиста трудом, необходимым
для изготовления его прибавочного продукта, является как раз прошлый труд, накопленный в

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 13 его капитале, то из этого следует, что прибавочные продукты обмениваются пропорционально
капиталам, требующимся на их производство, а не пропорционально действительно вопло-
щённому в них труду. Следовательно, доля, приходящаяся на каждую единицу капитала, равна
сумме всей произведённой прибавочной стоимости, разделённой на сумму употреблённых на
это капиталов. Поэтому равновеликие капиталы в равные промежутки времени приносят рав-
ную прибыль, и это происходит таким образом, что исчисленные так издержки производства
прибавочного продукта, т. е. средняя прибыль, прибавляются к издержкам производства опла-
ченного продукта, и по этой повышенной цене продаётся и то и другое, и оплаченный и неопла-
ченный продукт. Устанавливается средняя норма прибыли, хотя, как думает Шмидт, средние
цены отдельных товаров определяются согласно закону стоимости.
Конструкция в высшей степени остроумная, она совершенно по гегелевскому образцу
и имеет то общее с большей частью гегелевского, что она неправильна. Если закон стоимо-
сти должен иметь непосредственное значение и для средних цен, то и прибавочный продукт и
продукт оплаченный – в этом отношении между ними нет различия – должны продаваться в
соответствии с общественно необходимым трудом, требующимся для их изготовления и упо-
треблённым на это. Закон стоимости с самого начала направлен против возникшего из капи-
талистического способа представления взгляда, будто накопленный прошлый труд, из кото-
рого состоит капитал, не только есть определённая сумма готовой стоимости, но как фактор
производства и образования прибыли обладает свойством создавать стоимость, следовательно
представляет собой источник большей стоимости, чем та, какую он сам имеет; закон стоимости
прочно устанавливает, что такое свойство принадлежит только живому труду. Что капитали-
сты в зависимости от величины своих капиталов ожидают пропорционально равной прибыли,
следовательно, смотрят на авансированные ими капиталы как на своего рода издержки произ-
водства их прибыли, это известно. Но если Шмидт пользуется таким представлением, чтобы
с его помощью привести в соответствие с законом стоимости цены, вычисленные на основе
средней нормы прибыли, то он таким образом упраздняет самый закон стоимости, присоеди-
няя к нему в качестве соопределяющего фактора представление, стоящее в полном противо-
речии с этим законом.
Или накопленный труд наряду с живым трудом создаёт стоимость. В таком случае закон
стоимости недействителен.
Или он не создаёт стоимости. Тогда доводы Шмидта несовместимы с законом стоимо-
сти. Шмидт отклонился от правильного пути в момент, когда он был уже очень близок к реше-
нию задачи, так как он думал, что нужно во что бы то ни стало найти математическую фор-
мулу, которая дала бы возможность показать соответствие средней цены каждого отдельного
товара с законом стоимости. Но если здесь, будучи совсем близко к цели, он последовал по
ложному пути, то остальное содержание брошюры показывает, с каким пониманием он сде-
лал из обеих первых книг «Капитала» дальнейшие выводы. Ему принадлежит честь самостоя-
тельного открытия правильного объяснения до того времени необъяснённой тенденции нормы
прибыли к понижению, – объяснения, данного Марксом в третьем отделе третьей книги; ему
принадлежит также заслуга выведения торговой прибыли из промышленной прибавочной сто-
имости и целый ряд замечаний о проценте и земельной ренте, в которых им предвосхищены
вещи, развитые Марксом в четвёртом и пятом отделах третьей книги.
В одной более поздней работе («Neue Zeit» №№  3 и 4, 1892–1893) Шмидт пытается
прийти к решению иным путём. Этот путь сводится к тому, что среднюю норму прибыли уста-
навливает конкуренция, поскольку она заставляет капитал переливаться из отраслей произ-
водства с недостаточной прибылью в другие отрасли, где получается избыточная прибыль. Что
конкуренция – великая уравнительница прибылей, это не ново. Но Шмидт стремится показать,
что эта нивелировка прибылей тождественна со сведением продажной цены товаров, произво-
димых в избыточном количестве, к такой стоимостной мере, которую общество может запла-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 14 тить за них согласно закону стоимости. Почему и это не могло привести к цели, достаточно
явствует из разъяснений Маркса в самой книге.
После Шмидта к проблеме приступил П. Фиреман («Conrads Jahrbücher», dritte Folge, III,
S. 793). Я не останавливаюсь на его замечаниях о других сторонах изложения у Маркса. Они
основываются на недоразумении, будто Маркс даёт определения там, где он в действительности
развивает, и на непонимании того, что у Маркса вообще пришлось бы поискать готовых и раз
навсегда пригодных определений. Ведь само собой разумеется, что, когда вещи и их взаимные
отношения рассматриваются не как постоянные, а как находящиеся в процессе изменений, то
и их мысленные отражения, понятия, тоже подвержены изменению и преобразованию; их не
втискивают в окостенелые определения, а рассматривают в их историческом, соответственно
логическом, процессе образования. После этого станет, конечно, ясно, почему Маркс в начале
первой книги, где он исходит из простого товарного производства, являющегося для него исто-
рической предпосылкой, чтобы затем в дальнейшем изложении перейти от этого базиса к капи-
талу,  – почему он при этом начинает именно с простого товара, а не с формы, логически и
исторически вторичной, не с товара, уже капиталистически модифицированного; этого Фире-
ман, конечно, никак не может понять. Эти и другие побочные обстоятельства, которые могли
бы дать повод ещё к кое-каким возражениям, мы предпочитаем оставить в стороне и переходим
прямо к существу дела. Тогда как теория учит Фиремана, что прибавочная стоимость при дан-
ной норме прибавочной стоимости пропорциональна числу применённых рабочих сил, опыт
показывает ему, что при данной средней норме прибыли прибыль пропорциональна величине
всего вложенного капитала. Фиреман объясняет это тем, что прибыль – явление лишь услов-
ное (для него это означает: принадлежащее определённой общественной формации, вместе с
ней существующее и исчезающее); её существование связано только с капиталом; последний,
если он достаточно силён для того, чтобы обеспечить себе прибыль, вследствие конкуренции
вынужден ограничиться получением нормы прибыли, равной для всех капиталов. Без равной
нормы прибыли капиталистическое производство было бы прямо невозможно; эта форма про-
изводства предполагает, что для каждого отдельного капиталиста масса прибыли при данной
норме прибыли может зависеть только от величины его капитала. С другой стороны, прибыль
состоит из прибавочной стоимости, из неоплаченного труда. Каким же образом происходит
при этом превращение прибавочной стоимости, величина которой определяется эксплуата-
цией труда, в прибыль, величина которой определяется величиной требующегося для этого
капитала?
«Просто таким образом, что во всех отраслях производства, где отношение между…
постоянным и переменным капиталом наибольшее, товары продаются выше их стоимости, а
это означает также, что в тех отраслях производства, где отношение постоянного капитала к
переменному капиталу = с: v наименьшее, товары продаются ниже их стоимости, и что только
там, где отношение с: v представляет определённую среднюю величину, товары отчуждаются
по их истинной стоимости… Является ли это несовпадение отдельных цен с их соответствен-
ными стоимостями опровержением принципа стоимости? Отнюдь нет. Ибо благодаря тому,
что цены одних товаров поднимаются выше стоимости в такой же степени, в какой цены дру-
гих товаров падают ниже их стоимости, общая сумма цен остаётся равной общей сумме стои-
мостей … в конечном счёте это несовпадение устраняется». Такое несовпадение представляет
собой «возмущение»; «но в точных науках возмущение, которое можно предвидеть, обыкно-
венно никогда не рассматривается как опровержение известного закона» ￿
 Y}`$Y}Y].
Сравните с этим соответствующие места главы IX и вы найдёте, что Фиреман действи-
тельно затронул здесь решающий пункт. Но сколько посредствующих звеньев потребовалось
бы Фиреману ещё и после этого открытия, чтобы выработать полное и ясное решение про-
блемы,  – это показывает незаслуженно холодный приём, которым была встречена его столь
значительная статья. Как ни много людей интересовалось этой проблемой, все они ещё боялись

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 15 на ней обжечься. И это объясняется не только несовершенной формой, в которую Фиреман
облёк своё открытие, но и бесспорными недостатками как его понимания изложения у Маркса,
так и его собственной общей критики этого изложения, основанной на таком понимании.
Если представляется случай оскандалиться на чём-либо трудном, то за г-ном профессо-
ром Юлиусом Вольфом из Цюриха дело никогда не станет. Вся проблема, рассказывает он нам
(«Conrads Jahrbücher», dritte Folge, II, 1891, S. 352 und ff.), разрешается при помощи относи-
тельной прибавочной стоимости. Производство относительной прибавочной стоимости осно-
вывается на увеличении постоянного капитала сравнительно с переменным.
«Прирост постоянного капитала предполагает прирост производительной силы рабочих.
Но так как этот прирост производительной силы (путём удешевления жизненных средств) вле-
чёт за собой прирост прибавочной стоимости, то устанавливается прямое отношение между
возрастанием прибавочной стоимости и возрастанием доли постоянного капитала в совокуп-
ном капитале. Увеличение постоянного капитала свидетельствует об увеличении производи-
тельной силы труда. При неизменяющемся переменном и возрастающем постоянном капитале
прибавочная стоимость должна поэтому возрастать в согласии с Марксом. Вот какой вопрос
был задан нам» ￿
 [VY].
Правда, Маркс в сотне мест первой книги говорит прямо противоположное; правда,
утверждение, будто по Марксу при уменьшающемся переменном капитале относительная при-
бавочная стоимость возрастает прямо пропорционально возрастанию постоянного капитала,
столь изумительно, что для него трудно подыскать парламентское выражение; правда, г-н
Юлиус Вольф каждой строчкой доказывает, что он ни относительно, ни абсолютно ничего не
понял ни в абсолютной, ни в относительной прибавочной стоимости; правда, он сам говорит:
«С первого взгляда кажется, что здесь находишься поистине в кругу несообразно-
стей» ￿
 [`X]$>$

/;$-(
+(( +;(/>(++
 ,
;7о
что же из того? Г-н Юлиус Вольф так горд своим гениальным открытием, что не может удер-
жаться, чтобы не воздать за это посмертной хвалы Марксу и эту свою собственную непомерную
бессмыслицу не превознести как «новое доказательство той проницательности и дальновид-
ности, с какой набросана его (Маркса) критическая система капиталистической экономики»!
Дальше ещё лучше: г-н Вольф говорит:
«Рикардо выдвинул два положения. Во-первых: равные затраты капитала – равная при-
бавочная стоимость (прибыль), во-вторых: равные затраты труда – равная (по массе) приба-
вочная стоимость. И вопрос заключался тогда в том, как одно согласуется с другим. Однако
Маркс не признавал такой постановки вопроса. Он без сомнения показал (в третьей книге) ,
что второе утверждение не представляет собой безусловного следствия закона стоимости, что
оно даже противоречит его закону стоимости и, следовательно… должно быть прямо отверг-
нуто» ￿
 [``].
И затем он исследует, кто из нас двоих заблуждался, я или Маркс. Что он сам пребывает
в заблуждении, этого он, конечно, не думает.
Если бы я захотел обронить хотя бы одно слово по поводу этого великолепного места, это
значило бы оскорбить моих читателей и не понять всей комичности положения. Я прибавлю к
этому только следующее: с такой же смелостью, с какой он уже тогда мог сказать, что «Маркс
в третьем томе без сомнения показал», он пользуется случаем, чтобы сообщить профессор-
скую сплетню о том, будто вышеупомянутая работа Конрада Шмидта «прямо инспирирована
Энгельсом» ￿
 [``]"(*
@;2@ $+  6+b-
+*+.$6т
быть, и принято, что человек, который публично ставит перед другими проблему, втихомолку
сообщает её решение своим личным друзьям. Что вы на это способны, я вам охотно верю. Что
до таких низостей не приходится опускаться в том мире, где вращаюсь я, докажет вам насто-
ящее предисловие.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 16 Едва Маркс умер, как г-н Акилле Лориа поспешил опубликовать статью о нём в «Nuova
Antologia» (апрель 1883 год) ￿X[] ; сначала это биография, переполненная ложными данными,
затем критика общественной, политической и литературной деятельности. Материалистиче-
ское понимание истории Маркса здесь фальсифицировано и искажено с таким апломбом, кото-
рый позволяет угадать великую цель. И эта цель была достигнута: в 1886 г. тот же г-н Лориа
издал книгу: «La teoria economica della costituzione politica», в которой он возвестил изумлён-
ным современникам как своё собственное открытие историческую теорию Маркса, так осно-
вательно и так умышленно искажённую им в 1883 году. Конечно, теорию Маркса он свёл
здесь к довольно филистерскому уровню; исторические иллюстрации и примеры также пестрят
ошибками, непростительными и для школьника четвёртого класса; но что ему до всего этого?
Открытие того, что политические условия и события всегда и всюду находят своё объяснение
в соответствующих экономических условиях, было сделано, как доказано упомянутой книгой,
отнюдь не Марксом в 1845 г., а г-ном Лориа в 1886 году. По крайней мере он счастливо уве-
рил в этом своих соотечественников, а с того времени, как его книга появилась на француз-
ском языке,  – и некоторых французов, и может теперь важничать в Италии как автор новой
эпохальной исторической теории, пока тамошние социалисты не найдут времени повыщипать
у illustre  ￿XU] Лориа краденые павлиньи перья.
Но это лишь один маленький образец приёмов г-на Лориа. Он уверяет нас, что все теории
Маркса основываются на сознательном софизме (un consaputo sofisma); что Маркс не останав-
ливался перед паралогизмами даже в тех случаях, если он сам распознавал их как таковые
(sapendoli tali) и т.  д. И после того, как он в целом ряде подобных пошлых россказней сооб-
щил своим читателям всё необходимое для того, чтобы они увидели в Марксе карьериста à la
Лориа, который достигает своих мизерных результатов при помощи таких же мизерных, негод-
ных шарлатанских приёмов, какими пользуется наш падуанский профессор, он может теперь
сообщить им важную тайну, а вместе с тем и нас возвращает к норме прибыли.
Г-н Лориа говорит: по Марксу масса прибавочной стоимости (которую г-н Лориа отож-
дествляет здесь с прибылью), произведённой в капиталистическом промышленном предпри-
ятии, зависит от применённого в нём переменного капитала, так как постоянный капитал не
приносит никакой прибыли. Но это противоречит действительности, потому что на практике
прибыль зависит не от переменного капитала, а от совокупного капитала. И Маркс сам видит
это (I, гл. XI  ￿XV] ) и соглашается, что факты по внешней видимости противоречат его теории.
Как же разрешает он это противоречие? Он отсылает своих читателей к ещё не появившемуся
следующему тому. Об этом томе Лориа уже раньше говорил своим читателям, что он не верит
тому, чтобы Маркс хотя бы одно мгновение думал о его написании, и теперь он торжествующе
восклицает:
«Итак, я справедливо утверждал, что этот второй том, которым Маркс постоянно угро-
жает своим противникам и который, однако, никогда не появится, что этот том, весьма веро-
ятно, служил хитроумной увёрткой, которую Маркс применял в тех случаях, когда у него
не хватало научных аргументов (un ingegnoso spediente ideato dal Marx a sostituzione degli
argomenti scientifici)».
И кто и теперь ещё не убеждён в том, что Маркс стоит на таком же уровне научного
шарлатанства, как illustre Лориа, того уже ничем не исправишь.
Итак, вот что мы узнали: по мнению г-на Лориа, теория прибавочной стоимости Маркса
абсолютно несовместима с фактом общей равной нормы прибыли. Но вот появилась вторая
книга и вместе с тем публично поставленный мною вопрос как раз об этом самом пункте  ￿X`] .
Если бы г-н Лориа был одним из нас, робких немцев, он пришёл бы в некоторое смущение. Но
он – смелый южанин, он происходит из страны с жарким климатом, где, как он утверждает, без-
застенчивость ￿Xi] является до некоторой степени естественным условием. Вопрос о норме при-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 17 были поставлен публично. Г-н Лориа публично объявил его неразрешимым. И именно потому
он теперь превзойдёт самого себя, разрешив его публично.
Такое чудо произошло в «Conrads Jahrbücher», neue Folge, Bd. XX ￿XYZ}]$whihgjj,
в статье о вышеупомянутой работе Конрада Шмидта. После того как он узнал от Шмидта, как
образуется торговая прибыль, для него сразу всё стало ясно.
«Так как определение стоимости рабочим временем даёт преимущество тем капитали-
стам, которые вкладывают бо́льшую часть своего капитала в заработную плату, то непроизво-
дительный» (следует сказать – торговый) «капитал может принудить этих пользующихся пре-
имуществом капиталистов платить ему более высокий процент» (следует сказать – прибыль)
«и создать равенство между отдельными промышленными капиталистами… Так, например,
если промышленные капиталисты A, B, C употребляют на производство по 100 рабочих дней
каждый и постоянного капитала соответственно 0, 100 и 200, а заработная плата за 100 рабо-
чих дней содержит в себе 50 рабочих дней, то каждый капиталист получает прибавочную сто-
имость в 50 рабочих дней, а норма прибыли составляет 100 % для первого, 33,3 % для второго
и 20  % для третьего капиталиста. Но если четвёртый капиталист D накопляет непроизводи-
тельный капитал в 300, который предъявляет притязание на получение от капиталиста A про-
цента» (прибыли) «стоимостью в 40 рабочих дней и от капиталиста B– процента стоимостью в
20 рабочих дней, то норма прибыли капиталистов A и B понизится до 20 %, как у C, а капита-
лист D с капиталом в 300 получит прибыль в 60, т. е. норму прибыли в 20 %, как и остальные
капиталисты».
С такой поразительной ловкостью, в один миг, illustre Лориа разрешил тот самый вопрос,
который он за десять лет перед тем объявил неразрешимым. К сожалению, он не открыл нам
тайны, откуда «непроизводительный капитал» приобретает силу для того, чтобы не только
отнять у промышленников эту их добавочную прибыль, превышающую среднюю норму при-
были, но и удержать её в собственном кармане совершенно так же, как земельный собствен-
ник кладёт себе в карман в виде земельной ренты добавочную прибыль арендатора. В самом
деле, при этом купцы взимали бы с промышленников дань, совершенно аналогичную земель-
ной ренте, и таким путём устанавливали бы среднюю норму прибыли. Конечно, торговый капи-
тал, как это достаточно известно всякому, очень существенный фактор в установлении общей
нормы прибыли. Но только литературный авантюрист, который в глубине души плюёт на всю
политическую экономию, может позволить себе утверждение, что торговый капитал обладает
волшебной силой поглощать всю избыточную прибавочную стоимость, превышающую общую
норму прибыли, к тому же поглощать прежде, чем последняя установлена, и превращать её
в земельную ренту для себя самого, причём для этого ему не требуется никакой земельной
собственности. Не менее удивительно утверждение, будто торговый капитал всегда находит
тех промышленников, прибавочная стоимость которых как раз достигает лишь средней нормы
прибыли, и что он почитает за честь для себя до некоторой степени облегчить участь этих
несчастных жертв закона стоимости Маркса, продавая их продукты даром, даже без всяких
комиссионных вознаграждений. Каким надо быть шарлатаном, чтобы вообразить себе, будто
Маркс нуждался в подобных жалких фокусах!
Но в полном блеске своей славы наш illustre Лориа выступает только тогда, когда мы
сравниваем его с его северными конкурентами, например с г-ном Юлиусом Вольфом, который
ведь тоже известен не со вчерашнего дня. Каким мелким брехуном кажется Вольф рядом с
итальянцем даже в своей толстой книге «Sozialismus und kapitalistische Gesellschaftsordnung»!
Как беспомощно, я чуть было даже не сказал как скромно, выглядит он по сравнению с тем
благородным дерзновением, с каким маэстро выдаёт как нечто само собой разумеющееся, что
Маркс не больше и не меньше, а такой же, как и все другие люди, что он совершенно такой же
сознательный софист, паралогист, хвастун и шарлатан, как сам г-н Лориа, что Маркс всякий
раз, когда попадает в затруднительное положение, обещает публике дать окончание своей тео-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 18 рии в следующем томе, который он, как это ему самому очень хорошо известно, и не может
и не собирается выпустить! Безграничная отвага, соединяющаяся с чрезвычайной изворотли-
востью и умением выходить из самых невозможных положений, героическое равнодушие к
полученным пинкам, стремительно быстрое присвоение чужих работ, назойливое шарлатан-
ство рекламы, организация успеха при помощи шумихи друзей, – кто может сравниться с ним
во всём этом?
Италия – страна классического. С того великого времени, когда там взошла заря совре-
менного мира, эта страна взрастила величественные характеры недосягаемого классического
совершенства, от Данте до Гарибальди. Но времена унижения и чужеземного господства оста-
вили ей и другие классические характеры, среди них два особенно рельефных типа: Сганареля
и Дулькамару  ￿XY] . Классическое единство обоих воплотилось, как мы видим, в нашем illustre
Лориа.
В заключение я должен повести своих читателей за океан. В Нью-Йорке г-н д-р медицины
Георг Штибелинг также нашёл решение задачи, и притом в высшей степени простое. Настолько
простое, что ни один человек ни по ту, ни по эту сторону океана не захотел признать его,
вследствие чего он пришёл в великий гнев и в бесконечном ряде брошюр и газетных статей по
обеим сторонам океана горько жаловался на такую несправедливость. Хотя в «Neue Zeit» ему
сказали  ￿XZ] , что всё его решение основывается на ошибке в вычислениях, но это не могло его
обеспокоить. Маркс-де тоже делал ошибки в вычислениях, однако во многих вещах оказался
прав. Итак, посмотрим на решение Штибелинга.
«Я беру две фабрики, работающие одинаковое время с одинаковым капиталом, но при
различном отношении постоянного и переменного капитала. Весь капитал (c + v) я принимаю
= y и обозначаю разницу в отношении постоянного к переменному капиталу через x. Для фаб-
рики I y = c + v ; для фабрики II y = (c−x) + (v+x) . Следовательно, норма прибавочной стои-
мости для фабрики I =  mv , а для фабрики II =  mv + x . Прибылью ( p) я называю совокупную
прибавочную стоимость ( m), на которую увеличивается совокупный капитал y, или c + v , в
течение данного времени; следовательно, p = m . Поэтому норма прибыли для фабрики I =  py ,
или  mc + v , и точно так же для фабрики II =  py , или  m(c − x) + (v + x) , т. е. точно так же =  mc
+ v . Следовательно, проблема разрешается таким образом, что на основе закона стоимости
при употреблении одинакового капитала и одинакового времени, но неодинаковых количеств
живого труда, равная средняя норма прибыли происходит от изменения нормы прибавочной
стоимости» (G. С. Stiebeling. «Das Werthgesetz und die Profitrate». New York ￿XYZ}$wX]&.
Как ни прекрасно, как ни ясно вышеприведённое вычисление, однако мы вынуждены
предложить г-ну д-ру Штибелингу один вопрос: откуда он знает, что сумма прибавочной стои-
мости, которую производит фабрика I, совершенно равна сумме прибавочной стоимости, про-
изведённой на фабрике II? Относительно c, v, y и x, следовательно, о всех остальных факторах
подсчёта, он нам прямо говорит, что они одинаковой величины для обеих фабрик, но об m ни
слова. Но из того, что он алгебраически обозначает оба упоминаемые здесь количества приба-
вочной стоимости через m, это отнюдь не следует. Напротив, это есть именно то, что должно
быть доказано, так как г-н Штибелинг без всяких околичностей и прибыль p отождествляет
с прибавочной стоимостью. Тут возможны только два случая: или оба m равны, каждая фаб-
рика производит одинаковые количества прибавочной стоимости, следовательно при одинако-
вом общем капитале – и одинаковое количество прибыли, а в таком случае г-н Штибелинг
уже наперёд предполагает то, что он должен ещё доказать; или же одна фабрика производит
бо́льшую сумму прибавочной стоимости, чем другая, и в таком случае весь его расчёт рушится.
Г-н Штибелинг не пожалел ни труда, ни средств для того, чтобы нагромоздить на этой
своей ошибке в расчёте целую груду вычислений и преподнести их публике. Я могу дать ему
успокоительное заверение, что почти все они одинаково неверны и что там, где они в виде
исключения правильны, они доказывают нечто совершенно иное, чем то, что он желает дока-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 19 зать. Так, сравнивая данные американских цензов 1870 и 1880 гг., он указывает на фактиче-
ское понижение нормы прибыли, но объясняет это совершенно ошибочно и полагает, что тео-
рия Маркса относительно никогда не изменяющейся, неподвижной нормы прибыли должна
быть исправлена на основе практики. Но вот из третьего отдела предлагаемой третьей книги
следует, что эта приписываемая Марксу «неподвижная норма прибыли» – чистая выдумка и
что тенденция нормы прибыли к понижению покоится на причинах, диаметрально противо-
положных тем, которые приводит д-р Штибелинг. У г-на д-ра Штибелинга намерения несо-
мненно добрые, но, если желаешь заниматься научными вопросами, необходимо прежде всего
научиться читать сочинения, которыми хочешь воспользоваться, так, как их написал автор, и
прежде всего не вычитывать из них того, чего в них нет.
Итог всего исследования: и что касается поставленного вопроса, то опять-таки кое-что
сделано только школой Маркса. Фиреман и Конрад Шмидт, читая эту третью книгу, могут быть
совершенно довольны каждый своей частью их собственных работ.
Ф. Энгельс
Лондон, 4 октября 1894 г.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 20  
КНИГА ТРЕТЬЯ
ПРОЦЕСС КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО
ПРОИЗВОДСТВА, ВЗЯТЫЙ В ЦЕЛОМ
Издан под редакцией Фридриха Энгельса
 
 
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
 
 
ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ
ПРЕВРАЩЕНИЕ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ
В ПРИБЫЛЬ И НОРМЫ ПРИБАВОЧНОЙ
СТОИМОСТИ В НОРМУ ПРИБЫЛИ
 
 
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ИЗДЕРЖКИ ПРОИЗВОДСТВА И ПРИБЫЛЬ
 
В первой книге были исследованы те явления, которые представляет капиталистиче-
ский процесс производства , взятый сам по себе как непосредственный процесс производ-
ства, причём оставлялись в стороне все вторичные воздействия чуждых ему обстоятельств. Но
этим непосредственным процессом производства ещё не исчерпывается жизненный путь капи-
тала. В действительном мире он дополняется процессом обращения , который составил пред-
мет исследования второй книги. Там, – именно в третьем отделе, при рассмотрении процесса
обращения как опосредствования общественного процесса воспроизводства, – оказалось, что
капиталистический процесс производства, рассматриваемый в целом, есть единство процесса
производства и обращения. Что касается того, о чём идёт речь в этой третьей книге, то оно не
может сводиться к общим рассуждениям относительно этого единства. Напротив, здесь необ-
ходимо найти и показать те конкретные формы, которые возникают из процесса движения
капитала, рассматриваемого как целое . В своём действительном движении капиталы проти-
востоят друг другу в таких конкретных формах, по отношению к которым вид ￿fdee] -
тала в непосредственном процессе производства, так же как и его вид в процессе обращения,
выступает лишь в качестве особых моментов. Видоизменения капитала, как мы их развиваем в
этой книге, шаг за шагом приближаются таким образом к той форме, в которой они выступают
на поверхности общества, в воздействии разных капиталов друг на друга, в конкуренции и в
обыденном сознании самих агентов производства.
Стоимость всякого капиталистически произведённого товара ( W ) выражается формулой:
W = c + v + m . Если из этой стоимости продукта вычесть прибавочную стоимость m, то оста-
нется только эквивалент или стоимость, возмещающая в товаре капитальную стоимость c + v ,
израсходованную в виде элементов производства.
Если, например, производство известного товара вызвало затрату капитала в 500 фунтов
стерлингов: 20 ф. ст. на изнашивание средств труда, 380 ф. ст. на производственные матери-
алы, 100 ф. ст. на рабочую силу, и если норма прибавочной стоимости составляет 100 %, то
стоимость продукта = 400 c + 100 v + 100 m = 600 фунтам стерлингов.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 21 По вычете прибавочной стоимости в 100 ф. ст. остаётся товарная стоимость в 500 ф. ст., и
она лишь возмещает израсходованный капитал в 500 фунтов стерлингов. Эта часть стоимости
товара, возмещающая цену потреблённых средств производства и цену применённой рабочей
силы, возмещает лишь то, чего стоит товар для самого капиталиста, и потому образует для
него издержки производства товара.
То, чего стоит товар капиталисту, и то, чего стоит само производство товара, это во вся-
ком случае – две совершенно различные величины. Та часть товарной стоимости, которая
состоит из прибавочной стоимости, ничего не стоит капиталисту именно потому, что рабо-
чему она стоит неоплаченного труда. Но так как на основе капиталистического производства
рабочий, вступив в процесс производства, сам образует составную часть функционирующего и
принадлежащего капиталисту производительного капитала, и, следовательно, действительным
производителем товара является капиталист, то издержки производства товара для него неиз-
бежно представляются действительной стоимостью ￿de] самого товара. Если мы издержки
производства назовём k, то формула: W = c + v + m превращается в формулу: W = k + m , или
товарная стоимость = издержкам производства + прибавочная стоимость.
Поэтому сведение различных частей стоимости товара, лишь возмещающих затрачен-
ную на его производство капитальную стоимость, к категории издержек производства, служит,
с одной стороны, выражением специфического характера капиталистического производства.
То, чего стоит товар капиталистам, измеряется затратой капитала ; то, чего товар действи-
тельно стоит,  – затратой труда . Поэтому капиталистические издержки производства товара
количественно отличны от его стоимости, или действительных издержек его производства; они
меньше, чем товарная стоимость, так как, раз W = k + m , то k = W − m . С другой стороны,
издержки производства товара отнюдь не являются такой рубрикой, которая существует лишь
в капиталистическом счетоводстве. Обособление этой части стоимости практически посто-
янно даёт о себе знать в действительном воспроизводстве товаров, так как из своей товар-
ной формы эта часть посредством процесса обращения снова и снова должна превращаться
обратно в форму производительного капитала и, следовательно, на издержки производства
необходимо снова и снова покупать элементы производства, потреблённые на производство
товара.
Напротив, категория издержек производства не имеет никакого отношения к образова-
нию стоимости товара или к процессу возрастания стоимости капитала. Если я знаю, что 5/6
товарной стоимости в 600 ф. ст., т. е. 500 ф. ст., составляют лишь эквивалент, стоимость, воз-
мещающую затраченный капитал в 500 ф. ст., и потому достаточны только для того, чтобы
вновь купить вещественные элементы этого капитала, то я от одного этого ещё не знаю ни того,
как произведены эти 5/6 стоимости товара, составляющие его издержки производства, ни того,
как произведена последняя шестая часть, составляющая прибавочную стоимость. Исследова-
ние, однако, покажет, что издержки производства в капиталистическом хозяйстве приобретают
ложную видимость категории, относящейся к самому производству стоимости.
Возвратимся к нашему примеру. Если мы предположим, что стоимость, произведённая
одним рабочим в течение одного среднего общественного рабочего дня, выражается денежной
суммой в 6 шилл. = 6 маркам, то авансированный капитал в 500 ф. ст. = 400 c + 100 v будет пред-
ставлять собой стоимость, произведённую в 1 666 2/3 десятичасового рабочего дня, из которых
1  333 1/3 рабочего дня кристаллизованы в стоимости средств производства = 400 c, 333 1/3 – в
стоимости рабочей силы = 100 v. Следовательно, если норма прибавочной стоимости = 100 %,
то производство самого вновь создаваемого товара сто́ит затраты рабочей силы = 100 v + 100 m
= 666 2/3 десятичасового рабочего дня.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 22 Далее, нам известно (см. «Капитал», кн. I, гл. VII, стр. 173 и сл. ￿h}] ), что стоимость вновь
произведённого продукта в 600 ф. ст. слагается из: 1) снова появляющейся стоимости посто-
янного капитала в 400 ф. ст., израсходованного на средства производства, и 2) из вновь про-
изведённой стоимости в 200 фунтов стерлингов. Издержки производства товара = 500 ф. ст.
заключают снова появившиеся 400 c и половину вновь произведённой стоимости в 200 ф. ст. (=
100 v), следовательно, два совершенно различных по своему происхождению элемента товар-
ной стоимости.
Благодаря целесообразному характеру труда, затраченного в течение 666 2/3 десятичасо-
вого дня, стоимость потреблённых средств производства суммой в 400 ф. ст. переносится с
этих средств производства на продукт. Поэтому эта старая стоимость снова появляется как
составная часть стоимости продукта, но она не возникает в процессе производства этого
товара. Она только потому существует как составная часть товарной стоимости, что раньше
существовала как составная часть авансированного капитала. Следовательно, израсходован-
ный постоянный капитал возмещается той частью товарной стоимости, которую он сам при-
соединяет к товарной стоимости. Таким образом, этот элемент издержек производства имеет
двоякое значение: с  одной стороны, он входит в издержки производства товара, потому что
является той составной частью товарной стоимости, которая возмещает израсходованный
капитал; а, с другой стороны, он лишь потому является составной частью товарной стоимости,
что представляет собой стоимость израсходованного капитала, или потому, что средства про-
изводства столько-то сто́ят.
Совершенно обратное происходит с другой составной частью издержек производства,
666 2/3 дня труда, израсходованного во время производства товара, образуют новую стоимость
в 200 фунтов стерлингов. Из этой новой стоимости одна часть возмещает только авансирован-
ный переменный капитал в 100 ф. ст., или цену применённой рабочей силы. Но эта авансиро-
ванная капитальная стоимость отнюдь не входит в образование новой стоимости. При аванси-
ровании капитала рабочая сила рассматривается как стоимость , но в процессе производства
она функционирует как созидатель стоимости. На место той стоимости рабочей силы, которая
фигурирует при авансировании капитала, в действительно функционирующем производитель-
ном капитале выступает сама живая, созидающая стоимость рабочая сила.
Различие между этими различными составными частями товарной стоимости, которые
вместе образуют издержки производства, бросается в глаза, как только наступает изменение в
величине стоимости: в одном случае – израсходованной постоянной, в другом случае – израс-
ходованной переменной части капитала. Пусть цена одних и тех же средств производства, или
постоянная часть капитала, повысится с 400 ф. ст. до 600 ф. ст. или, наоборот, упадёт до 200
фунтов стерлингов.
В первом случае повысятся не только издержки производства товара с 500 ф. ст. до 600 c
+ 100 v = 700 ф. ст., но и сама товарная стоимость повысится с 600 ф. ст. до 600 c + 100 v +
100 m = 800 фунтам стерлингов. Во втором случае упадут не только издержки производства с
500 ф. ст. до 200 c + 100 v = 300 ф. ст., но и сама товарная стоимость – с 600 ф. ст. до 200 c
+ 100 v + 100 m = 400 фунтам стерлингов. Так как израсходованный постоянный капитал пере-
носит на продукт свою собственную стоимость, то при прочих равных условиях стоимость
продукта возрастает или падает соответственно изменению абсолютной величины этой капи-
тальной стоимости. Предположим, наоборот, что при прочих равных условиях цена прежней
массы рабочей силы возрастает со 100 ф. ст. до 150 ф. ст. или, напротив, падает до 50 фунтов
стерлингов. Хотя издержки производства в первом случае повышаются с 500 ф. ст. до 400 c +
150 v = 550 ф. ст., а во втором случае падают с 500 ф. ст. до 400 c + 50 v = 450 ф. ст., однако
товарная стоимость в обоих случаях остаётся неизменной = 600 фунтам стерлингов: в первом
случае = 400 c + 150 v + 50 m, во втором случае = 400 c + 50 v + 150 m. Авансированный перемен-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 23 ный капитал не присоединяет к продукту своей собственной стоимости. Напротив, вместо его
стоимости в продукт вошла новая стоимость, созданная трудом. Поэтому изменение в абсо-
лютной величине стоимости переменного капитала, поскольку оно выражает лишь изменение
в цене рабочей силы, нисколько не изменяет абсолютной величины товарной стоимости, так
как ничего не изменяет в абсолютной величине новой стоимости, создаваемой действующей
рабочей силой. Напротив, такое изменение оказывает влияние лишь на отношение величин тех
двух составных частей новой стоимости, из которых одна составляет прибавочную стоимость,
а другая возмещает переменный капитал и потому входит в издержки производства товара.
Общим для обеих частей издержек производства – в нашем случае 400 c + 100 v – явля-
ется только одно: обе они суть части товарной стоимости, которые возмещают авансированный
капитал.
Но с точки зрения капиталистического производства это действительное положение
вещей необходимо проявляется в извращённом виде.
Капиталистический способ производства отличается от способа производства, основан-
ного на рабстве, между прочим, тем, что стоимость, соответственно цена, рабочей силы пред-
ставляется как стоимость, соответственно как цена, самого труда, или как заработная плата
(«Капитал», кн. I, гл. XVII).
Поэтому переменная часть стоимости авансированного капитала выступает в виде капи-
тала, израсходованного на заработную плату, в виде капитальной стоимости, оплачивающей
стоимость, соответственно цену, всего труда, израсходованного на производство. Если мы,
например, предположим, что средний общественный рабочий день 10-часовой продолжитель-
ности воплощается в количестве денег = 6 шилл., то авансированный переменный капитал в
100 ф. ст. будет денежным выражением стоимости, произведённой в 333 1/3 десятичасового
рабочего дня. Но эта стоимость купленной рабочей силы, фигурирующая при авансировании
капитала, отнюдь не составляет части действительно функционирующего капитала. Вместо неё
в процесс производства вступает сама живая рабочая сила. Если степень эксплуатации послед-
ней составляет, как в нашем примере, 100 %, то она расходуется в течение 666 2/3 десятичасо-
вого рабочего дня и поэтому присоединяет к продукту новую стоимость в 200 фунтов стерлин-
гов. Но при авансировании капитала переменный капитал в 100 ф. ст. фигурирует как капитал,
затраченный на заработную плату, или как цена труда, который совершается в течение 666 2/3
десятичасового дня, 100 ф. ст., делённые на 666 2/3, дают нам в качестве цены десятичасового
рабочего дня 3 шилл., стоимость, созданную в течение пятичасового труда.
Если мы теперь сравним авансированный капитал, с одной стороны, и товарную стои-
мость – с другой, то мы получим:
I. Авансированный капитал в 500 ф. ст. = 400 ф. ст. капитала, израсходованного на сред-
ства производства (цена средств производства), + 100 ф. ст. капитала, израсходованного на
труд (цена 666 2/3 рабочего дня, или заработная плата за них).
II. Товарная стоимость в 600 ф. ст. =  издержкам производства в 500 ф. ст. (400 ф. ст.,
цена израсходованных средств производства + 100 ф. ст., цена затраченных 666 2/3 рабочего
дня) + 100 ф. ст. прибавочной стоимости.
В этой формуле часть капитала, затраченная на труд, только тем отличается от части
капитала, затраченной на средства производства, например, на хлопок или уголь, что она слу-
жит для оплаты вещественно другого элемента производства, но отнюдь не тем, что в процессе
образования стоимости товара, а потому и в процессе увеличения стоимости капитала, она
играет функционально другую роль. В издержках производства товара цена средств производ-
ства воспроизводится такой же, какой она уже фигурировала при авансировании капитала,
и именно потому, что эти средства производства были целесообразно использованы. Совер-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 24 шенно так же в издержках производства товара цена, или заработная плата, 666 2/3 рабочего
дня, затраченного на его производство, воспроизводится такой, какой она уже фигурировала
при авансировании капитала, и опять же именно потому, что это количество труда затрачено
в целесообразной форме. Мы видим лишь готовые, наличные стоимости,  – те части стоимо-
сти авансированного капитала, которые участвуют в образовании стоимости продукта,  – но
не видим элемента, создающего новую стоимость. Различие между постоянным и перемен-
ным капиталом исчезло. Все издержки производства в 500 ф. ст. приобретают теперь двоя-
кий смысл: во-первых, они представляют собой ту составную часть товарной стоимости в 600
ф. ст., которая возмещает капитал в 500 ф. ст., затраченный на производство товара; и, во-
вторых, сама эта составная часть стоимости товара существует лишь потому, что раньше она
существовала как издержки производства применённых элементов производства, средств про-
изводства и труда, т. е. как авансированный капитал. Капитальная стоимость воспроизводится
как издержки производства товара потому и постольку, поскольку она была израсходована как
капитальная стоимость.
Тем обстоятельством, что различные составные части стоимости авансированного капи-
тала затрачены на вещественно различные элементы производства – на средства труда, сырьё,
вспомогательные материалы и труд, – обусловливается лишь то, что на издержки производства
товара опять придётся купить эти вещественно различные элементы производства. Напротив,
в том, что касается образования самих издержек производства, даёт о себе знать только одно
различие – различие между основным и оборотным капиталом. В нашем примере 20 ф. ст.
числились как средства труда (400 c = 20 ф. ст.  – износ средств труда + 380 ф. ст.  – произ-
водственные материалы). Если до производства товара стоимость этих средств труда была =
1  200 ф. ст., то после его производства она существует в двух видах: 20 ф. ст.  – как часть
товарной стоимости, 1 200 − 20, или 1 180 ф. ст. – как оставшаяся стоимость средств труда,
находящихся по-прежнему во владении капиталиста, или как элемент стоимости не его товар-
ного капитала, а его производительного капитала. В противоположность средствам труда про-
изводственные материалы и заработная плата целиком затрачиваются на производство товара,
а потому и вся их стоимость входит в стоимость произведённого товара. Мы видели, как эти
различные составные части авансированного капитала по отношению к обороту приобретают
формы основного и оборотного капитала.
Итак, авансированный капитал = 1 680 фунтам стерлингов: основной капитал = 1 200 ф.
ст. плюс оборотный капитал = 480 ф. ст. (= 380 ф. ст.  – производственные материалы плюс
100 ф. ст. – заработная плата).
Издержки производства товара, напротив, = только 500 ф. ст. (20 ф. ст. – износ основного
капитала, 480 ф. ст. – оборотный капитал).
Однако это различие между издержками производства товара и авансированным капи-
талом подтверждает лишь то, что издержки производства товара образуются исключительно
капиталом, действительно затраченным на его производство.
В производстве товара применяются средства труда стоимостью в 1 200 ф. ст., но из этой
авансированной капитальной стоимости в производстве потребляется только 20 фунтов стер-
лингов. Следовательно, применённый основной капитал лишь частично входит в издержки
производства товара потому, что лишь частично расходуется на производство товара. Приме-
нённый оборотный капитал целиком входит в издержки производства товара потому, что он
целиком расходуется на его производство. Но что же доказывает это, как не то, что потреблён-
ные основная и оборотная части капитала, pro rata ￿hX] величине их стоимости, одинаково входят
в издержки производства данного товара и что эта составная часть стоимости товара вообще
обязана своим происхождением лишь капиталу, израсходованному на его производство? Если
бы это было не так, то нельзя было бы понять, почему авансированный основной капитал в

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 25 1 200 ф. ст. не присоединяет к стоимости продукта помимо тех 20 ф. ст., которые он утрачи-
вает в процессе производства, также и те 1 180 ф. ст., которые не утрачены им в этом процессе.
Итак, это различие между основным и оборотным капиталом в отношении исчисления
издержек производства лишь подтверждает очевидное возникновение издержек производства
из затраченной капитальной стоимости или той цены, в которую обходятся самому капиталисту
израсходованные элементы производства, включая сюда и труд. С другой стороны, в отноше-
нии образования стоимости, переменная, затраченная на рабочую силу часть капитала прямо
отождествляется здесь под рубрикой оборотного капитала с постоянным капиталом (частью
капитала, состоящей из производственных материалов), и таким образом завершается мисти-
фикация процесса увеличения стоимости капитала. 1
До сих пор мы рассматривали только один элемент товарной стоимости – издержки про-
изводства. Мы должны теперь посмотреть и на другую составную часть товарной стоимости,
на избыток над издержками производства, или на прибавочную стоимость. Итак, прибавочная
стоимость представляет собой прежде всего избыток стоимости товара над издержками его
производства. Но так как издержки производства равны стоимости израсходованного капи-
тала, в вещественные элементы которого они постоянно обратно превращаются, то этот избы-
ток стоимости представляет собой прирост стоимости капитала, израсходованного на произ-
водство товара и возвращающегося из обращения этого товара.
Раньше мы уже видели, что хотя m, прибавочная стоимость, возникает лишь из изме-
нения стоимости v, переменного капитала, и потому по своему происхождению представляет
собой просто прирост переменного капитала, однако по окончании процесса производства она
в такой же мере образует прирост стоимости c + v , т. е. всего израсходованного капитала. Фор-
мула c + (v + m) , которая указывает, что m производится вследствие превращения определён-
ной капитальной стоимости v, авансированной на рабочую силу, в изменяющуюся величину,
следовательно, вследствие превращения постоянной величины в величину переменную, может
быть представлена точно так же в виде (c + v) + m . До производства у нас был капитал в 500
фунтов стерлингов. После производства у нас имеется капитал в 500 ф. ст. плюс прирост сто-
имости в 100 фунтов стерлингов. 2
Однако прибавочная стоимость составляет прирост не только к той части авансирован-
ного капитала, которая входит в процесс образования стоимости, но и к той части, которая не
входит в него; следовательно, – прирост стоимости не только к тому израсходованному капи-
талу, который возмещается из цены производства товара ￿depqfd]$(+58 +
* -
талу, вложенному в производство. До процесса производства у нас была капитальная стоимость
в 1  680 фунтов стерлингов: 1  200 ф. ст. основного капитала в средствах труда, из которого
только 20 ф. ст. износа входят в стоимость товара, плюс 480 ф. ст. оборотного капитала в про-
изводственных материалах и заработной плате. После процесса производства у нас имеется
1 180 ф. ст. как составная часть стоимости производительного капитала плюс товарный капи-
тал в 600 фунтов стерлингов. Если мы сложим эти две суммы стоимости, то окажется, что
капиталист владеет теперь стоимостью в 1  780 фунтов стерлингов. Если он вычтет из этого
весь авансированный капитал в 1 680 ф. ст., то у него остаётся прирост стоимости в 100 фун-
тов стерлингов. Итак, 100 ф. ст. прибавочной стоимости в такой же мере составляют прирост
1 Какая путаница может возникнуть из-за этого в головах экономистов, показано в «Капитале», кн. I, гл. VII, 3, стр. 185–
191, на примере Н. У. Сениора ￿
 
$R$ $XZ`Z$
 h[V3hU}]. 2 «В действительности мы уже знаем, что прибавочная стоимость есть просто следствие того изменения стоимости, которое
совершается с v, с частью капитала, превращённой в рабочую силу. что, следовательно, v + m = v + Δv (v плюс прирост v).
Но действительное изменение стоимости и отношение, в котором изменяется стоимость, затемняются тем обстоятельством,
что вследствие возрастания своей изменяющейся составной части возрастает и весь авансированный капитал. Раньше он был
равен 500, теперь он равен 590» («Капитал», кн. I, гл. VII, 1, стр. 175 ￿
 
$$R$F$XZ`Z$
 hhV]&.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 26 стоимости к вложенному капиталу в 1  680 ф. ст., как и к той его доле в 500 ф. ст., которая
израсходована во время производства.
Теперь для капиталиста ясно, что этот прирост стоимости возникает из производствен-
ных процессов, предпринятых с капиталом, что, следовательно, он порождается самим капита-
лом; после процесса производства указанный прирост уже существует, а до этого процесса его
не было. Что касается прежде всего капитала, израсходованного в производстве, то кажется,
будто прибавочная стоимость одинаково возникает из различных элементов его стоимости,
состоящих из средств производства и труда, ибо эти элементы одинаково участвуют в образова-
нии издержек производства. Они в одинаковой мере присоединяют к стоимости продукта свои
составляющие авансированный капитал стоимости и не различаются как постоянная и пере-
менная величины стоимости. Это становится очевидным, если мы на один момент представим
себе, что весь израсходованный капитал состоит или исключительно из заработной платы, или
исключительно из стоимости средств производства. Тогда в первом случае мы имели бы вме-
сто товарной стоимости 400 c + 100 v + 100 m товарную стоимость 500 v + 100 m. Затраченный на
заработную плату капитал в 500 ф. ст. представляет собой стоимость всего труда, употреблён-
ного на производство товарной стоимости в 600 ф. ст., и как раз поэтому образует издержки
производства всего продукта. Но образование этих издержек производства, вследствие чего
стоимость израсходованного капитала снова появляется как составная часть стоимости про-
дукта, является единственным нам известным процессом в создании этой товарной стоимости.
Как возникает та её составная часть в 100 ф. ст., которая образует прибавочную стоимость,
мы не знаем. То же самое было бы во втором случае, когда товарная стоимость была бы =
500 c + 100 m. В обоих случаях мы знаем, что прибавочная стоимость возникает из данной сто-
имости потому, что эта стоимость авансирована в форме производительного капитала, – без-
различно, в форме ли труда или в форме средств производства. Но, с другой стороны, аван-
сированная капитальная стоимость не может образовать прибавочной стоимости лишь по той
причине, что она израсходована и, следовательно, образует издержки производства товара. Как
раз в той мере, в какой она образует издержки производства товара, она образует не приба-
вочную стоимость, а лишь эквивалент, стоимость, возмещающую израсходованный капитал.
Следовательно, поскольку она образует прибавочную стоимость, она образует её не в своём
специфическом качестве израсходованного капитала, а вообще как авансированный и потому
применённый капитал. Следовательно, прибавочная стоимость происходит как из той части
авансированного капитала, которая входит в издержки производства товара, так и из той части,
которая не входит в издержки производства, словом, – в равной мере из основной и оборот-
ной составных частей применённого капитала. Весь капитал – как средства труда, так и про-
изводственные материалы и труд – вещественно служит созидателем продукта. Вещественно
в действительном процессе труда участвует весь капитал, а в процессе образования стоимо-
сти только часть его. Быть может, именно в этом лежит причина того, что он лишь частично
участвует в образовании издержек производства, но зато целиком в образовании прибавочной
стоимости. Как бы то ни было, в итоге оказывается, что прибавочная стоимость возникает
одновременно из всех частей вложенного капитала. Рассуждения можно было бы ещё более
сократить, если грубо и просто сказать вслед за Мальтусом:
«Капиталист ждёт одинаковой выгоды от всех частей авансированного им капитала». 3
Прибавочная стоимость, представленная как порождение всего авансированного капи-
тала, приобретает превращённую форму прибыли . Следовательно, известная сумма стоимо-
сти является капиталом потому, что она затрачена для того, чтобы произвести прибыль, 4 или
3 Malthus. «Principles of Political Economy». 2nd ed., London, 1836, p. 268.4 «Капитал это то, что расходуется в целях получения прибыли». Malthus. «Definitions in Political Economy». London, 1827,
p. 86.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 27 прибыль появляется потому, что известная сумма стоимости употребляется как капитал. Если
прибыль мы обозначим буквой p, то формула W = c + v + m = k + m превращается в формулу
W = k + p , или товарная стоимость = издержкам производства + прибыль .
Следовательно, прибыль, как мы её сначала здесь имеем перед собой, есть то же самое,
что и прибавочная стоимость, но только в мистифицированной форме, которая, однако, необ-
ходимо возникает из капиталистического способа производства. Так как при видимом обра-
зовании издержек производства нельзя обнаружить никакого различия между постоянным и
переменным капиталом, то изменение стоимости, совершающееся во время процесса произ-
водства, неизбежно связывается не с переменной частью капитала, а со всем капиталом. Так
как на одном полюсе цена рабочей силы выступает в превращённой форме заработной платы,
то на противоположном полюсе прибавочная стоимость выступает в превращённой форме при-
были.
Как мы видели, издержки производства товара меньше, чем его стоимость. Так как W =
k + m , то k = W – m . Формула W = k + m лишь при том условии сводится к W = k , равенству
товарной стоимости и издержек производства товара, если m = 0, – это случай, который никогда
не встречается на основе капиталистического производства, хотя при особой рыночной конъ-
юнктуре продажная цена товаров может падать до или даже ниже их издержек производства.
Поэтому если товар продаётся по его стоимости, то реализуется прибыль, равная избытку
его стоимости над издержками его производства, следовательно, равная всей прибавочной сто-
имости, заключающейся в товарной стоимости. Но капиталист может продавать товар с при-
былью, даже продавая его ниже его стоимости. До тех пор, пока продажная цена товара выше
издержек его производства, если даже при этом она и ниже его стоимости, всё время будет реа-
лизоваться часть заключающейся в нём прибавочной стоимости, следовательно, будет полу-
чаться прибыль. В нашем примере товарная стоимость = 600 ф. ст., издержки производства
= 500 фунтам стерлингов. Если товар продаётся за 510, 520, 530, 560, 590 ф. ст., то он прода-
ётся ниже его стоимости соответственно на 90, 80, 70, 40, 10 ф. ст. и, всё же, от его продажи
выручается прибыль соответственно в 10, 20, 30, 60, 90 фунтов стерлингов. Между стоимостью
товара и издержками его производства, очевидно, возможен неопределённый ряд продажных
цен. Чем больше тот элемент товарной стоимости, который состоит из прибавочной стоимости,
тем больше на практике пределы этих промежуточных цен.
Этим объясняются не только повседневные явления конкуренции, как, например, извест-
ные случаи продажи по пониженным ценам (underselling), ненормально низкий уровень товар-
ных цен в определённых отраслях промышленности 5 и т. д. Основной закон капиталистической
конкуренции, непонятый до сих пор политической экономией, закон, регулирующий общую
норму прибыли и определяемые ею так называемые цены производства, основывается, как мы
увидим позже, на этой разнице между стоимостью товара и его издержками производства и на
вытекающей из неё возможности с прибылью продавать товар ниже его стоимости.
Низшая граница продажной цены товара определяется издержками его производства.
Если товар продаётся ниже издержек его производства, то израсходованные составные части
производительного капитала не могут быть полностью возмещены из продажной цены. Если
этот процесс продолжается, то авансированная капитальная стоимость исчезает. Уже с этой
точки зрения капиталист склонен считать издержки производства действительной внутренней
стоимостью товара, потому что это – цена, необходимая для простого сохранения его капитала.
Но к этому присоединяется ещё то обстоятельство, что издержки производства товара есть
та покупная цена, которую сам капиталист уплатил для производства товара, следовательно,
покупная цена, определяемая самим процессом производства товара. Поэтому реализуемый
при продаже товара избыток стоимости, или прибавочная стоимость, представляется капита-
5 Ср. «Капитал», кн. I, гл. XVIII, стр. 511–512 ￿
 
$$R$ $XZ`Z$
 VVZ3V`}].

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 28 листу избытком продажной цены товара над его стоимостью, а не избытком его стоимости над
издержками его производства, так что выходит, будто прибавочная стоимость, заключающаяся
в товаре, не реализуется посредством его продажи, а возникает из самой продажи. Мы уже
выяснили эту иллюзию более подробно в «Капитале», кн. I, гл. IV, 2 («Противоречия всеоб-
щей формулы капитала»), теперь же на один момент возвратимся к той форме, которую вновь
выдвинули Торренс и др., изображая её шагом вперёд, сделанным политической экономией по
сравнению с Рикардо.
«Естественная цена, состоящая из издержек производства, или, другими словами, из
капитала, затраченного при производстве или изготовлении товара, не может включать норму
прибыли… Если фермер, затратив 100 квартеров зерна, получает обратно 120 квартеров, то 20
квартеров зерна составляют прибыль, и было бы абсурдно этот избыток, или эту прибыль, назы-
вать частью затрат… Фабрикант затрачивает известное количество сырья, орудий и средств
существования для труда и получает взамен известное количество готового товара. Этот гото-
вый товар должен обладать более высокой меновой стоимостью, чем то сырьё, те орудия и
средства существования, благодаря авансированию которых он создан».
Поэтому, заключает Торренс, избыток продажной цены над издержками производства,
или прибыль, возникает вследствие того, что потребители «путём ли непосредственного или
опосредствованного (circuitous) обмена дают за товар некоторое большее количество всех
составных частей капитала, чем стоило его производство». 6
На деле же избыток над данной величиной не может образовать части этой величины,
а потому и прибыль, избыток товарной стоимости над затратами капиталиста, не может обра-
зовать части этих затрат. Следовательно, если в образовании стоимости товара не участвует
какой-либо иной элемент, кроме стоимости, авансированной капиталистом, то непонятно,
каким образом из производства может выйти бо́льшая стоимость, чем та, которая вошла в
него,  – т.  е., как может нечто возникнуть из ничего. Однако Торренс отделывается от этого
созидания из ничего лишь таким способом, что переносит его из сферы производства товаров
в сферу обращения товаров. Прибыль не может получиться из производства, говорит Торренс,
потому, что иначе она уже содержалась бы в издержках производства, следовательно не было
бы никакого избытка над этими издержками. Прибыль не может получиться из обмена това-
ров, отвечает ему Рамсей  ￿hh] , если она уже не имелась в наличии до обмена товаров. Сумма
стоимости обмениваемых продуктов, очевидно, не изменяется вследствие обмена продуктов,
сумму стоимости которых они собой представляют. Она остаётся после обмена такой же, какой
была до обмена. Здесь следует заметить, что Мальтус 7 прямо ссылается на авторитет Торренса,
хотя сам он иначе объясняет продажу товаров выше их стоимости или, вернее, не объясняет
этого, так как все аргументы этого рода по существу совершенно под стать рассуждениям о
знаменитом в своё время отрицательном весе флогистона  ￿h[] .
В обществе, где господствует капиталистическое производство, даже некапиталистиче-
ский производитель находится во власти капиталистических представлений. В своём послед-
нем романе «Крестьяне» Бальзак, вообще отличающийся глубоким пониманием реальных
отношений, метко показывает, как мелкий крестьянин даром совершает всевозможные работы
на своего ростовщика, чтобы сохранить его благоволение, и при этом полагает, что ничего не
дарит ростовщику, так как для него самого его собственный труд не стоит никаких денежных
затрат.
Ростовщик, в свою очередь, убивает таким образом одним выстрелом двух зайцев. Он
избавляет себя от денежных расходов на заработную плату и втягивает всё больше и больше
6 R. Torrens. «An Essay on the Production of Wealth». London, 1821, p. 51–53, 349.7 Malthus. «Definitions in Political Economy». London, 1853, p. 70, 71

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 29 в долговую кабалу крестьянина, который постепенно разоряется, так как не работает на соб-
ственном поле.
Нелепое представление, будто издержки производства товара составляют его действи-
тельную стоимость, а прибавочная стоимость происходит из продажи товара выше его сто-
имости, что, следовательно, товары продаются по их стоимостям, если их продажная цена
равна издержкам их производства, т. е. равна цене средств производства, потреблённых на них,
плюс заработная плата, – это нелепое представление Прудон с обычным для него наукообраз-
ным шарлатанством возвестил как новое открытие тайны социализма. Это сведение стоимо-
сти товаров к издержкам их производства образует в действительности основу его «Народного
банка»  ￿hU] . Раньше было показано, что различные составные части стоимости продукта можно
представить в пропорциональных частях самого продукта. Если, например («Капитал», кн. I,
гл. VII, 2, стр. 182  ￿hV] ), стоимость 20 ф. пряжи составляет 30 шилл. – именно 24 шилл. средства
производства, 3 шилл. рабочая сила и 3 шилл. прибавочная стоимость, – то эту прибавочную
стоимость можно представить в виде 1/10 продукта = 2 ф. пряжи. Если эти 20 ф. пряжи будут
теперь проданы по их издержкам производства, за 27 шилл., то покупатель получит 2 ф. пряжи
даром, или товар будет продан на 1/10 ниже своей стоимости; рабочий так же, как и раньше,
совершил свой прибавочный труд, однако только для покупателя, а не для капиталистического
производителя пряжи. Было бы совершенно ошибочно предполагать, что если бы все товары
продавались по издержкам их производства, то результат фактически получился бы такой же,
как если бы все товары продавались выше издержек их производства, но по их стоимостям.
Если даже предположить, что стоимость рабочей силы, продолжительность рабочего дня и сте-
пень эксплуатации труда повсюду одинаковы, то всё же массы прибавочной стоимости, заклю-
чающиеся в стоимостях различных видов товара, в зависимости от различного органического
строения капитала, авансированного на их производство, отнюдь не будут равны. 8
 
ГЛАВА ВТОРАЯ
НОРМА ПРИБЫЛИ
 
Всеобщая формула капитала такова: Д – Т – Д' , т. е. известную сумму стоимости бросают
в обращение для того, чтобы извлечь из него бо́льшую сумму стоимости. Процесс, порождаю-
щий эту бо́льшую сумму стоимости, есть капиталистическое производство; процесс, реализую-
щий её, есть обращение капитала. Капиталист производит товар не ради самого товара, не ради
его потребительной стоимости или своего личного потребления. Продукт, который в действи-
тельности интересует капиталиста, – это не сам осязаемый продукт, а избыток стоимости про-
дукта над стоимостью потреблённого на него капитала. Капиталист авансирует весь капитал,
не обращая внимания на различные роли, которые составные части капитала играют в произ-
водстве прибавочной стоимости. Он одинаково авансирует все эти составные части не только
для того, чтобы воспроизвести авансированный капитал, но и произвести известный избыток
стоимости по сравнению с ним. Стоимость переменного капитала, авансируемого им, он может
превратить в бо́льшую стоимость лишь посредством обмена его на живой труд, посредством
эксплуатации живого труда. Но он может эксплуатировать труд только в том случае, если он
одновременно авансирует и условия для осуществления этого труда, – средства труда и предмет
труда, машины и сырьё, – т. е. если он ту сумму стоимости, которая имеется у него, превратит
в форму условий производства; как и вообще он только потому является капиталистом, только
8 «Производимые различными капиталами массы стоимости и прибавочной стоимости, при данной стоимости и одинако-
вой степени эксплуатации рабочей силы, прямо пропорциональны величинам переменных составных частей этих капиталов,
т. е. их составных частей, превращённых в живую рабочую силу» («Капитал», кн. I, гл. IX, стр. 270 ￿
 
$,
том I, M., 1969, стр. 316]).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 30 потому вообще может приняться за процесс эксплуатации труда, что он как собственник усло-
вий труда противостоит рабочему как владельцу только рабочей силы. Уже раньше, в первой
книге ￿h`] , было показано, что как раз то обстоятельство, что этими средствами производства
владеют нерабочие, превращает рабочих в наёмных рабочих, нерабочих – в капиталистов.
Для капиталиста безразлично, как смотрят на дело: что он авансирует постоянный капи-
тал для того, чтобы извлечь прибыль из переменного, или же он авансирует переменный капи-
тал для того, чтобы увеличить стоимость постоянного; что он затрачивает деньги на заработ-
ную плату для того, чтобы придать машинам и сырью более высокую стоимость, или же он
авансирует деньги на машины и сырьё для того, чтобы получить возможность эксплуатировать
труд. Хотя прибавочную стоимость создаёт только переменная часть капитала, однако создаёт
её лишь при том условии, если авансированы и другие части – необходимые для труда усло-
вия производства. Так как капиталист может эксплуатировать труд лишь путём авансирования
постоянного капитала, так как он может использовать постоянный капитал лишь путём аван-
сирования переменного, то в его представлении эти капиталы сливаются воедино, и это тем
более, что действительный уровень его прибыли определяется отношением её не к перемен-
ному капиталу, а ко всему капиталу, не нормой прибавочной стоимости, а нормой прибыли,
которая, как мы увидим, может оставаться одной и той же и тем не менее выражать различные
нормы прибавочной стоимости.
К издержкам производства продукта относятся все составные части его стоимости, кото-
рые оплачены капиталистом или эквивалент которых он бросил в производство. Для того
чтобы капитал просто сохранился или был воспроизведён в своих первоначальных размерах,
эти издержки должны быть возмещены.
Стоимость, заключающаяся в товаре, равна тому рабочему времени, которого сто́ит его
производство, а сумма этого труда состоит из оплаченного и неоплаченного труда. Напротив,
для капиталиста издержки производства товара состоят только из той части овеществлённого в
товаре труда, которую он оплатил. Содержащийся в товаре прибавочный труд ничего не сто́ит
капиталисту, хотя рабочему он совершенно так же сто́ит труда, как и оплаченный, и хотя он
совершенно так же, как оплаченный, создаёт стоимость и входит в товар как элемент, образу-
ющий стоимость. Прибыль капиталиста получается оттого, что он может продать нечто, чего
он не оплатил. Прибавочная стоимость, resp. ￿hi] прибыль, состоит как раз из избытка стоимости
товара над издержками его производства, т. е. из избытка всей суммы труда, содержащейся в
товаре, над содержащейся в нём оплаченной суммой труда. В соответствии с этим и прибавоч-
ная стоимость, каково бы ни было её происхождение, есть избыток над всем авансированным
капиталом. Следовательно, этот избыток стоит в таком отношении ко всему капиталу, кото-
рое выражается дробью  m/K, где К означает весь капитал. Таким образом мы получаем норму
прибыли
в отличие от нормы прибавочной стоимости  m/v.
Отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу называется нормой приба-
вочной стоимости; отношение прибавочной стоимости ко всему капиталу называется нормой
прибыли. Это – два различных измерения одной и той же величины, которые вследствие раз-
личия масштаба выражают различные пропорции или отношения одной и той же величины.
Превращение прибавочной стоимости в прибыль следует выводить из превращения
нормы прибавочной стоимости в норму прибыли,  – а не наоборот. И в самом деле, исход-
ным пунктом исторически была норма прибыли. Прибавочная стоимость и норма прибавочной
стоимости есть нечто относительно невидимое, существенное, подлежащее раскрытию путём

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 31 исследования, между тем как норма прибыли, а потому такая форма прибавочной стоимости,
как прибыль, обнаруживаются на поверхности явлений.
Что касается отдельного капиталиста, то ясно, что его интересует только одно: отношение
прибавочной стоимости, или того избытка стоимости, с которым он продаёт свои товары, ко
всему капиталу, авансированному на производство товара; между тем как определённое отно-
шение этого избытка к отдельно взятым составным частям капитала и его внутренняя связь
с этими частями вовсе не интересуют капиталиста, и более того, его интерес заключается как
раз в том, чтобы окутать туманом это определённое отношение и эту внутреннюю связь.
Хотя избыток стоимости товара над издержками его производства возникает в непосред-
ственном процессе производства, но реализуется он только в процессе обращения; и  види-
мость, будто этот избыток возник из процесса обращения, тем легче создаётся, что в действи-
тельности, в условиях конкуренции, на действительном рынке, от отношений рынка зависит,
будет или не будет и в какой степени он будет реализован. Здесь нет надобности говорить о
том, что если товар продаётся выше или ниже своей стоимости, то имеет место лишь иное
распределение прибавочной стоимости и что это иное распределение, изменение отношения,
в котором различные лица делят между собой прибавочную стоимость, ничего не изменяет
ни в величине, ни в природе прибавочной стоимости. В действительном процессе обращения
не только совершаются превращения, которые мы рассмотрели в «Капитале», кн. II, но они
совпадают с действительной конкуренцией, с куплей или продажей товаров выше или ниже их
стоимости, так что для отдельного капиталиста реализуемая им самим прибавочная стоимость
в такой же мере зависит от взаимного обмана, как и от непосредственной эксплуатации труда.
В процессе обращения наряду с рабочим временем вступает в действие время обраще-
ния, соответственно ограничивающее ту массу прибавочной стоимости, которую можно реали-
зовать за известный промежуток времени. На непосредственный процесс производства оказы-
вают определяющее влияние и другие моменты, возникающие из обращения. И тот и другой –
и непосредственный процесс производства и процесс обращения – постоянно переходят один в
другой, переплетаются и таким образом постоянно представляют в ложном виде свои характер-
ные отличительные признаки. Производство прибавочной стоимости, как и стоимости вообще,
приобретает в процессе обращения, как показано раньше, новые определения; капитал прохо-
дит круг своих превращений; наконец, из своей, так сказать, внутренней органической жизни
он вступает в отношения внешней жизни, в отношения, где противостоят друг другу не капи-
тал и труд, а, с одной стороны, капитал и капитал, с другой стороны, индивидуумы, опять-таки
просто как покупатели и продавцы; время обращения и рабочее время перекрещиваются на
своём пути, и таким образом кажется, будто и то и другое одинаково определяют прибавочную
стоимость; та первоначальная форма, в которой противостоят друг другу капитал и наёмный
труд, замаскировывается вмешательством таких отношений, которые кажутся независимыми
от неё; сама прибавочная стоимость представляется не продуктом присвоения рабочего вре-
мени, а избытком продажной цены товара над издержками его производства, благодаря чему
эти последние легко могут показаться его действительной стоимостью (valeur intrinsèque), так
что прибыль кажется избытком продажной цены товаров над их имманентной стоимостью.
Правда, в непосредственном процессе производства природа прибавочной стоимости всё
же постоянно доходит до сознания капиталиста, как это уже при рассмотрении прибавочной
стоимости показала нам его алчность к чужому рабочему времени и т. д. Но, во-первых, сам
непосредственный процесс производства есть лишь преходящий момент, который постоянно
переходит в процесс обращения, как и наоборот, так что с большей или меньшей ясностью
пробивающаяся в процессе производства догадка об источнике создаваемого в нём дохода,
т. е. о природе прибавочной стоимости, выступает в лучшем случае как столь же правомерный
момент наряду с представлением, будто реализуемый избыток происходит от такого движе-
ния, которое является независимым от процесса производства, возникает из самого обращения

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 32 и принадлежит капиталу независимо от его отношения к труду. Недаром даже современные
экономисты, как Рамсей, Мальтус, Сениор, Торренс и т. д., прямо ссылаются на эти явления
обращения, как на доказательства того, будто капитал просто в своём вещном существовании,
независимо от его общественного отношения к труду, которое только и делает его капиталом,
является, наряду с трудом и независимо от труда, самостоятельным источником прибавочной
стоимости. Во-вторых, под рубрикой издержек, к которой заработная плата относится совер-
шенно так же, как цена сырья, износ машин и т. д., выжимание неоплаченного труда выступает
лишь как сбережение на оплате одной из статей, входящих в издержки, лишь как меньшая
плата за определённое количество труда; совершенно так же, как происходит сбережение, когда
дешевле покупается сырьё или уменьшается изнашивание машин. Таким образом выжимание
прибавочного труда утрачивает свой специфический характер; его специфическое отношение
к прибавочной стоимости затемняется; этому сильно способствует и облегчает это, как пока-
зано в «Капитале», кн. I, отдел VI  ￿hY] , то обстоятельство, что стоимость рабочей силы пред-
ставлена в форме заработной платы.
Благодаря тому, что все части капитала одинаково кажутся источниками избыточной сто-
имости (прибыли), капиталистическое отношение мистифицируется.
Однако тот способ, которым прибавочная стоимость посредством перехода через норму
прибыли превращается в форму прибыли, представляет собой только дальнейшее развитие
того смешения субъекта и объекта, которое совершается уже в процессе производства. Мы
уже видели, как все субъективные производительные силы труда представляются производи-
тельными силами капитала  ￿hZ] . С одной стороны, стоимость, прошлый труд, господствующий
над живым трудом, персонифицируется в капиталисте; с другой стороны, рабочий, напротив,
выступает только как рабочая сила – как предмет, как товар. Из этого извращённого отноше-
ния необходимо возникает уже в само́м простом производственном отношении соответствую-
щее извращённое представление, ложное понимание, которое усугубляется превращениями и
модификациями собственно процесса обращения.
Как показывает пример школы Рикардо, попытка представить законы нормы прибыли
непосредственно в виде законов нормы прибавочной стоимости, или наоборот, является совер-
шенно ошибочной. Конечно, в голове капиталиста между ними нет различия. В выражении  m/K
прибавочная стоимость измеряется её отношением к стоимости всего капитала, который аван-
сирован на её производство и частью потреблён в этом производстве целиком, частью же только
применён к производству. В действительности отношение  m/K выражает степень возрастания
стоимости всего авансированного капитала; т.  е., будучи взято в соответствии с внутренней
существенной связью и природой прибавочной стоимости, оно показывает, каково отношение
той величины, на которую изменяется переменный капитал, к величине всего авансированного
капитала.
Величина стоимости всего капитала сама по себе не стоит ни в каком внутреннем отно-
шении к величине прибавочной стоимости, по крайней мере не стоит непосредственно. По
своим вещественным элементам весь капитал минус переменный капитал,  – т.  е. постоян-
ный капитал,  – состоит из вещественных условий осуществления труда – из средств труда и
материала труда. Для того чтобы определённое количество труда овеществилось в товарах, а
потому и образовало стоимость, требуется определённое количество материала труда и средств
труда. В зависимости от особого характера присоединяемого труда существует определённое
техническое отношение между массой труда и массой тех средств производства, к которым
должен быть присоединён этот живой труд. Постольку же, следовательно, существует опреде-
лённое отношение и между массой прибавочной стоимости, или прибавочного труда, и мас-
сой средств производства. Если, например, труд, необходимый для производства заработной
платы, составляет 6 часов ежедневно, то рабочий, чтобы доставить 6 часов прибавочного труда,
чтобы создать прибавочную стоимость в 100  %, должен работать 12 часов. За эти 12 часов

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 33 он потребляет вдвое больше средств производства, чем за 6 часов. Но от этого прибавочная
стоимость, присоединяемая им за 6 часов, ещё не становится ни в какое непосредственное
отношение к стоимости средств производства, потреблённых за 6 или хотя бы за 12 часов. Эта
стоимость не имеет здесь никакого значения; важно только, чтобы имелась технически необ-
ходимая масса. Дёшевы ли, дороги ли сырьё или средства труда, это совершенно безразлично,
если только они обладают требуемой потребительной стоимостью и имеются в предписывае-
мой техникой пропорции к тому живому труду, который подлежит поглощению. Однако если
мне известно, что за один час перепрядается x фунтов хлопка, сто́ящих a шиллингов, то мне,
конечно, известно также, что за 12 часов перепрядается 12  x фунтов хлопка = 12  a шиллингам,
и тогда я могу вычислить отношение прибавочной стоимости к стоимости 12 совершенно так
же, как к стоимости 6. Но отношение живого труда к стоимости средств производства имеет
здесь место лишь постольку, поскольку a шиллингов служат обозначением x фунтов хлопка:
так как определённое количество хлопка имеет определённую цену, то и обратно – определён-
ная цена может служить показателем определённого количества хлопка, пока цена последнего
не изменится. Если я знаю, что для того чтобы присвоить 6 часов прибавочного труда, я должен
заставить работать 12 часов, следовательно, должен иметь в готовности хлопка на 12 часов, и
если я знаю цену этого количества хлопка, которое требуется на 12 часов, то косвенным путём
устанавливается отношение между ценой хлопка (как показателем необходимого количества)
и прибавочной стоимостью. А по цене сырья я, наоборот, никогда не могу установить ту массу
сырья, для прядения которой потребуется, например, один, а не 6 часов. Следовательно, нет
никакого внутреннего, необходимого отношения между стоимостью постоянного капитала, а
следовательно, и стоимостью всего капитала ( = c + v ), и прибавочной стоимостью.
Если норма прибавочной стоимости известна и величина её дана, то норма прибыли
выражает не что иное, как то, что она есть в действительности: иное измерение прибавочной
стоимости, измерение её стоимостью всего капитала, а не стоимостью той части капитала, из
которой и при помощи обмена которой на труд она непосредственно возникает. Но в действи-
тельности (т. е. в мире явлений) дело обстоит наоборот. Прибавочная стоимость дана, но дана
как избыток продажной цены товара над издержками его производства; причём остаётся тай-
ной, откуда происходит этот избыток,  – из эксплуатации ли труда в процессе производства,
из надувательства ли покупателей в процессе обращения, или из того и другого. Дано, далее,
отношение этого избытка к стоимости всего капитала, или норма прибыли. Исчисление этого
избытка продажной цены над издержками производства в его отношении к стоимости всего
авансированного капитала очень важно и естественно, так как благодаря этому действительно
отыскивается то числовое отношение, в котором увеличивается стоимость всего капитала, или
степень увеличения его стоимости. Следовательно, если исходить из этой нормы прибыли, то
нет никакой возможности вывести отсюда специфическое отношение между избытком и той
частью капитала, которая затрачена на заработную плату. В одной из следующих глав мы уви-
дим, какие забавные фокусы проделывает Мальтус, когда он этим путём пытается проникнуть
в тайны прибавочной стоимости и её специфического отношения к переменной части капи-
тала  ￿[}] . На что указывает норма прибыли как таковая, так это скорее на то, что избыток стоит в
одинаковом отношении к равновеликим частям капитала, который с этой точки зрения вообще
не обнаруживает никаких внутренних различий, кроме различия между основным и оборот-
ным капиталом. Да и это различие обнаруживается лишь потому, что избыток исчисляется
двояко. Именно, во-первых, как простая величина: избыток над издержками производства. В
этой первой форме избытка весь оборотный капитал входит в издержки производства, между
тем как из основного капитала в них входит только износ. Далее, во-вторых: отношение этого
избытка стоимости ко всей стоимости авансированного капитала. Здесь в исчисление входит
стоимость всего основного капитала совершенно так же, как стоимость оборотного. Итак, обо-
ротный капитал оба раза входит одинаково, между тем как основной капитал в одном случае

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 34 входит иначе, а в другом – так же, как и оборотный капитал. Таким образом, различие между
оборотным и основным капиталом навязывается здесь как единственное различие.
Следовательно, избыток, если он, выражаясь языком Гегеля, обратно отражает себя от
нормы прибыли в себе самом, или, иначе, избыток, характеризуемый точнее нормой прибыли,
выступает как избыток, который ежегодно или в определённый период обращения произво-
дится капиталом сверх его собственной стоимости.
Поэтому, хотя норма прибыли в числовом выражении отлична от нормы прибавочной
стоимости, между тем как прибавочная стоимость и прибыль представляют в действительности
одно и то же и равны также в числовом выражении, тем не менее прибыль есть превращённая
форма прибавочной стоимости, форма, в которой её происхождение и тайна её бытия замас-
кированы и скрыты. В самом деле, прибыль есть форма проявления прибавочной стоимости, и
эту последнюю лишь посредством анализа надлежит выводить из первой. В прибавочной сто-
имости отношение между капиталом и трудом обнажено; в отношении капитала и прибыли, –
т. е. капитала и прибавочной стоимости, проявляющейся, с одной стороны, как реализованный
в процессе обращения избыток над издержками производства товара, а с другой, как избыток,
получающий более точное определение при посредстве его отношения ко всему капиталу,  –
капитал выступает как отношение к себе самому , как отношение, в котором он как первона-
чальная сумма стоимости отличается от новой стоимости, созданной им же самим. Что он про-
изводит эту новую стоимость во время своего движения через процесс производства и процесс
обращения – это имеется в сознании. Но каким образом это совершается – это покрыто тайной
и кажется, что прибавочная стоимость обязана своим происхождением каким-то присущим
самому капиталу скрытым свойствам.
Чем дальше прослеживаем мы процесс увеличения стоимости капитала, тем более
мистифицируется капиталистическое отношение и тем менее раскрывается тайна его внутрен-
него организма.
В этом отделе норма прибыли в числовом выражении отлична от нормы прибавочной
стоимости; напротив, прибыль и прибавочная стоимость рассматриваются как одна и та же
числовая величина, только в различной форме. В следующем отделе мы увидим, как разме-
жевание идёт дальше и как прибыль выражается величиной, которая и численно отлична от
прибавочной стоимости.
 
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ОТНОШЕНИЕ НОРМЫ ПРИБЫЛИ К
НОРМЕ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ
 
Как сказано в конце предыдущей главы, мы предполагаем здесь, как и вообще во всём
этом первом отделе, что сумма прибыли, приходящаяся на данный капитал, равна всей сумме
прибавочной стоимости, произведённой при посредстве этого капитала в течение данного
периода обращения. Следовательно, мы пока отвлекаемся от того, что эта прибавочная стои-
мость, с одной стороны, распадается на различные производные формы: процент на капитал,
земельную ренту, налоги и т. д., и что, с другой стороны, она в большинстве случаев не сов-
падает с прибылью в том виде, как прибыль эта присваивается в силу общей средней нормы
прибыли, о чём речь будет во втором отделе.
Поскольку прибыль предполагается количественно равной прибавочной стоимости, её
величина и величина нормы прибыли определяются отношениями простых числовых вели-
чин, которые даны или могут быть определены для каждого отдельного случая. Таким образом
исследование движется сначала в чисто математической области.
Мы сохраняем обозначения, применявшиеся в первой и второй книгах. Весь капитал
K разделяется на постоянный капитал c и переменный капитал v и производит прибавочную

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 35 стоимость m. Отношение этой прибавочной стоимости к авансированному переменному капи-
талу, следовательно  m/v, мы называем нормой прибавочной стоимости и обозначаем её посред-
ством m' . Следовательно, m/v = m' и потому m = m'v . Если эту прибавочную стоимость относить
не к переменному капиталу, а ко всему капиталу, то она называется прибылью ( p), а отноше-
ние прибавочной стоимости m ко всему капиталу K, следовательно,  m/K называется нормой
прибыли p'. Мы получаем таким образом:
если мы вместо m подставим его выше найденную величину m'v , то мы получим:
это уравнение можно выразить также в пропорции:
p': m'  =  v: K ,
где норма прибыли относится к норме прибавочной стоимости, как переменный капитал
ко всему капиталу.
Из этой пропорции следует, что p', норма прибыли, всегда меньше m' , нормы прибавоч-
ной стоимости, потому что v, переменный капитал, всегда меньше K, суммы v + c , перемен-
ного и постоянного капитала; это – за исключением единственного, практически невозмож-
ного случая, когда v = K , когда, следовательно, капиталист совсем не авансирует постоянного
капитала, средств производства, а лишь заработную плату.
В нашем исследовании принимается во внимание, между прочим, ещё ряд других фак-
торов, которые определяющим образом воздействуют на величину c, v и m и потому заслужи-
вают краткого упоминания.
Во-первых, стоимость денег . Её мы можем принимать повсюду постоянной.
Во-вторых, оборот . Этот фактор мы оставим пока в стороне, потому что его влияние на
норму прибыли исследуется особо в одной из последующих глав. {Здесь же мы, забегая впе-
рёд, заметим только, что формула р' = m' v/K строго верна только для одного оборота перемен-
ного капитала, но что мы можем сделать её правильной и для годового оборота, если вместо
m' простой нормы прибавочной стоимости, поставим m'n , годовую норму прибавочной стои-
мости, причём n обозначает число оборотов переменного капитала в течение одного года (см.
«Капитал», кн. II, гл. XVI, 1). – Ф. Э. }
В-третьих, следует принять во внимание производительность труда , влияние которой
на норму прибавочной стоимости подробно исследовано в «Капитале», кн. I, отдел IV. Но она
может оказывать также и прямое влияние на норму прибыли, по крайней мере отдельного
капитала, если, как показано в «Капитале», кн. I, гл. X, стр. 280–284  ￿[X] , этот отдельный капи-
тал работает с большей производительностью, чем общественно средняя, доставляет продукты
по стоимости более низкой, чем общественная средняя стоимость таких же товаров, и потому
реализует добавочную прибыль. Но этот случай мы оставляем здесь в стороне, так как и в этом
отделе мы всё ещё исходим из предположения, что товары производятся при общественно
нормальных условиях и продаются по своим стоимостям. Следовательно, в каждом отдель-
ном случае мы исходим из предположения, что производительность труда остаётся постоян-
ной. В самом деле, капитал, вложенный в известную отрасль промышленности, своим стои-
мостным строением, т.  е. определённым отношением переменного к постоянному капиталу,
всякий раз выражает определённую степень производительности труда. Следовательно, коль
скоро это отношение подвергается изменению иначе, чем путём простого изменения стоимо-
сти вещественных составных частей постоянного капитала или изменения заработной платы,
то изменение должна претерпеть и производительность труда, и потому мы довольно часто

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 36 будем иметь возможность наблюдать, что изменения, совершающиеся с факторами c, v и m,
предполагают в то же время и изменения в производительности труда.
То же самое относится и к трём остальным факторам: продолжительности рабочего дня,
интенсивности труда и заработной плате . Их влияние на массу и норму прибавочной стои-
мости подробно исследовано в первой книге  ￿[h] . Итак, понятно, что, хотя ради упрощения мы
всегда исходим из предположения, что эти три фактора остаются постоянными, тем не менее
изменения, совершающиеся с v и m, могут предполагать изменения величины этих их опреде-
ляющих моментов. Здесь следует лишь кратко напомнить, что заработная плата действует на
величину прибавочной стоимости и высоту нормы прибавочной стоимости обратно тому, как
действует на них продолжительность рабочего дня и интенсивность труда; повышение зара-
ботной платы уменьшает прибавочную стоимость, между тем как удлинение рабочего дня и
повышение интенсивности труда увеличивают её.
Если мы предположим, что капитал, например, в 100 с 20 рабочими при десятичасовом
труде и общей заработной плате 20 в неделю производит прибавочную стоимость в 20, то мы
получим:
80 c + 20 v + 20 m; m' = 100 %, р' = 20 %.
Пусть рабочий день без повышения заработной платы будет удлинён до 15 часов; благо-
даря этому вся вновь произведённая 20 рабочими стоимость повысится с 40 до 60 (10: 15 =
40: 60); так как v, уплаченная заработная плата, остаётся прежняя, то прибавочная стоимость
с 20 повышается до 40, и мы получаем:
80 c + 20 v + 40 m; m' = 200 %, р' = 40 %.
Если, с другой стороны, при десятичасовом труде заработная плата с 20 упадёт до 12,
то мы будем иметь так же, как и вначале, всю вновь созданную стоимость в 40, но теперь она
будет делиться по-иному: v понижается до 12, а m будет равна остатку в 28. Следовательно,
мы получаем:
80 c + 12 v + 28 m; m' = 233 1/3%;  p' = 28/92 = 30 10/23%.
Итак, мы видим, что как удлинение рабочего дня (или соответственное повышение
интенсивности труда), так и понижение заработной платы повышает массу, а потому и норму
прибавочной стоимости; наоборот, повышение заработной платы при прочих равных усло-
виях понизило бы норму прибавочной стоимости. Если, следовательно, v возрастает вследствие
повышения заработной платы, то это служит выражением не увеличения, а только более доро-
гой оплаты известного количества труда; m' и p' не повышаются, а понижаются.
Уже здесь видно, что изменения в рабочем дне, интенсивности труда и заработной плате
не могут не вызывать одновременного изменения v и m и отношения между ними, а потому и
p', отношения m к c + v , ко всему капиталу; и точно так же ясно, что изменения отношения m к
v тоже предполагают изменения по меньшей мере в одном из упомянутых трёх условий труда.
В этом обнаруживается как раз особое органическое отношение переменного капитала к
движению всего капитала и увеличению его стоимости, равно как и его отличие от постоянного
капитала. Постоянный капитал, поскольку дело касается образования стоимости, важен лишь
благодаря той стоимости, которой он обладает; причём для образования стоимости совер-
шенно безразлично, представляет ли постоянный капитал в 1  500 ф. ст. 1  500 тонн железа,
скажем, по 1 ф. ст., или 500 тонн железа по 3 фунта стерлингов. Количество действительного
вещества, в котором представлена стоимость постоянного капитала, совершенно безразлично
для образования стоимости и для нормы прибыли, которая изменяется в обратном направле-
нии с этой стоимостью, т.  е. совершенно безразлично, в каком отношении находится увели-
чение или уменьшение стоимости постоянного капитала к той массе вещественных потреби-
тельных стоимостей, в которой он представлен.
Совершенно иначе обстоит дело с переменным капиталом. Здесь важна в первую очередь
не та стоимость, которой он обладает, не тот труд, который овеществлён в нём, а эта стоимость

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 37 как простой показатель всего труда, который приводится переменным капиталом в движение
и который не выражен в переменном капитале; разница между всем этим трудом и трудом,
выраженным в самом переменном капитале, а потому трудом оплаченным, или та часть этого
труда, которая создаёт прибавочную стоимость, оказывается как раз тем больше, чем меньше
труд, содержащийся в самом переменном капитале. Пусть рабочий день в 10 часов равен десяти
шиллингам или десяти маркам. Если необходимый труд, возмещающий заработную плату, а
следовательно переменный капитал, = 5 часам = 5 шилл., то прибавочный труд = 5 часам и
прибавочная стоимость = 5 шиллингам; если необходимый труд = 4 часам = 4 шилл., то при-
бавочный труд = 6 часам и прибавочная стоимость = 6 шиллингам.
Итак, как только величина стоимости переменного капитала перестаёт быть показателем
массы труда, приводимой им в движение, и, более того, изменяется сама мера этого показателя,
то вместе с тем изменяется в противоположном направлении и в обратном отношении норма
прибавочной стоимости.
Теперь мы переходим к тому, чтобы применить к различным возможным случаям при-
ведённое выше уравнение нормы прибыли р'  =  m' v/K. Мы будем изменять значение одного
за другим отдельных факторов m' v/K и устанавливать влияние этих изменений на норму при-
были. Таким образом мы получим различные ряды случаев, в которых мы можем видеть или
последовательные изменения условий действия одного и того же капитала или же различные
одновременно существующие один возле другого и привлекаемые для сравнения капиталы в
различных отраслях промышленности или в различных странах. Поэтому, если понимание
некоторых наших примеров, как последовательных во времени состояний одного и того же
капитала, покажется натянутым или практически невозможным, то это возражение отпадает,
когда будем сравнивать независимые капиталы. Итак, мы выделяем в произведении m' v/K оба
его множителя, m' и  v/K; сначала мы возьмём m' как постоянную величину и исследуем влияние
возможных изменений  v/K; потом мы предположим, что дробь  v/K есть постоянная величина,
и заставим m' проделать возможные изменения; наконец, мы предположим, что все факторы
изменяются, и этим исчерпаем все случаи, из которых могут быть выведены законы, касающи-
еся нормы прибыли.
 
I. m' НЕ ИЗМЕНЯЕТСЯ,  v/K ИЗМЕНЯЕТСЯ
 
Для этого случая, охватывающего несколько частных случаев, можно составить общую
формулу. Если мы имеем два капитала: K и K1 с соответственными переменными составными
частями v и v1, с общей для обоих нормой прибавочной стоимости m' и нормами прибыли p'
и p'1, то р' = m' v/K; р' 1 =m' v1/K1
Если мы теперь определим отношение друг к другу K и K1, а также v и v1, если мы пред-
положим, например, дробь K1/K =  E, а дробь v1/v =  e, то получим K1 = EK и v1 = ev . Теперь, под-
ставив в прежнее уравнение полученные таким образом величины для р'1, K1 и v1, мы будем
иметь: р'1 = m' ev/EK
Но из прежних двух уравнений мы можем вывести и ещё одну формулу, превратив их
в следующую пропорцию:
р': р' 1 =m' v/K : m' v1/K1 = v/K : v1/K1
Так как величина дроби не изменится, если числитель и знаменатель помножить или
разделить на одно и то же число, то мы можем  v/K и v1/K1свести к процентному отношению, т. е.
предположить, что и K и K1 = 100. Тогда у нас будет v/K =  v/100 и v1/K1 =  v1/100 , и мы можем в
приведённой пропорции отбросить знаменатели; мы получаем:

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 38 р': р' 1 = v: v 1; или:
При двух произвольно взятых капиталах, функционирующих с равной нормой приба-
вочной стоимости, нормы прибыли относятся друг к другу, как переменные части капитала,
взятые в процентном отношении к соответствующим совокупным капиталам.
Эти две формулы охватывают все случаи изменений  vK .
Прежде чем исследовать эти случаи в отдельности, сделаем ещё одно замечание. Так как
K представляет сумму c и v, постоянного и переменного капитала, и так как норма прибавочной
стоимости, подобно норме прибыли, обыкновенно выражается в процентах, то вообще удобно
предполагать сумму c + v тоже равной сотне, т. е. выражать c и v в процентах. Для определения,
правда, не массы, а нормы прибыли, безразлично, скажем ли мы: капитал в 15  000, из них
12 000 постоянный и 3 000 переменный капитал, производит прибавочную стоимость в 3 000;
или же сведём этот капитал к процентам:
15 000  К = 12 000 c + 3 000 v (+ 3 000 m)100  K = 80 c + 20 v (+ 20 m).
В обоих случаях норма прибавочной стоимости m' = 100 %, норма прибыли = 20 %.
То же самое, когда мы сравниваем друг с другом два капитала, например, с предыдущим
капиталом сравниваем такой капитал:
12 000  К = 10 800 c + 1 200 v (+ 1 200 m)100  K = 90 c + 10 v (+ 10 m),
здесь в обоих случаях m' = 100 %, p' = 10 % и сравнение оказывается много нагляднее
в процентной форме.
Напротив, если дело касается изменений, совершающихся с одним и тем же капиталом,
то лишь изредка можно воспользоваться процентной формой, потому что она почти всегда
стирает эти изменения. Если капитал от процентной формы:
80 c + 20 v + 20 m
переходит к процентной форме:
90 c + 10 v + 10 m,
то не видно, возникло ли изменившееся процентное строение 90 c + 10 v вследствие абсо-
лютного уменьшения v или вследствие абсолютного увеличения c, или же вследствие того и
другого. Для этого мы должны располагать абсолютными числовыми величинами. Но при изу-
чении последующих отдельных случаев изменений всё сводится к тому, каким образом про-
изошли эти изменения: превратились ли 80 c + 20 v в 90 c + 10 v потому, что, например, 12 000 c +
3 000 v вследствие увеличения постоянного капитала при неизменившемся переменном капи-
тале превратились в 27 000 c + 3 000 v (в процентах 90 c + 10 v), или же они приняли эту форму
вследствие уменьшения переменного капитала при неизменившемся постоянном капитале,
т.  е. вследствие перехода в 12  000 c + 1  333 1/3v (в процентах тоже 90 c + 10 v), или, наконец,
вследствие изменения обоих слагаемых, например, 13  500 c + 1  500 v (в процентах опять 90 c
+ 10 v). Мы должны последовательно рассмотреть как раз все эти случаи, и потому нам прихо-
дится отказаться от удобств процентной формы или прибегать к ней лишь во вторую очередь.
1) m' и K не изменяются, v изменяется
Если v изменяет свою величину, K может остаться неизменным лишь потому, что другая
составная часть K, именно постоянный капитал c, изменяет свою величину на такую же сумму,
как v, но в противоположном направлении. Если K первоначально = 80 c + 20 v = 100, а потом v
уменьшается до 10, то K может остаться = 100 лишь при том условии, если c повышается до 90;
90 c + 10 v = 100. Вообще говоря, если v превращается в v ± d , в v увеличенное или уменьшенное
на d, то, чтобы были удовлетворены условия рассматриваемого случая, c должно превратиться
в c + d, должно измениться на такую же сумму, но в противоположном направлении.
Точно так же при неизменной норме прибавочной стоимости m' , но при меняющейся
величине переменного капитала v, масса прибавочной стоимости m должна измениться, так
как m = m'v , а в m'v один множитель, именно v, изменил свою величину.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 39 Предположения нашего случая, наряду с первоначальным уравнением:
р' = m' v/K
вследствие изменения v дают второе уравнение:
р'1 =m' v1/K
в котором v перешло в v1, а р'1, изменённая вследствие этого норма прибыли, должна
быть найдена.
Она определяется соответствующей пропорцией: ;
p: p' 1 = m' v/K: m' v1/K =  v: v 1
Или: при неизменной норме прибавочной стоимости и неизменной величине всего капи-
тала, первоначальная норма прибыли относится к норме прибыли, возникшей вследствие изме-
нения переменного капитала, как первоначальный переменный капитал относится к изменён-
ному.
Если капитал был первоначально, как выше:
I.  15  000 K = 12  000 c + 3  000 v (+ 3  000 m),  а теперь он: II.  15  000 K = 13  000 c + 2  000 v
(+ 2 000 m),
то в обоих случаях K = 15  000 и m' = 100  %, а норма прибыли I, 20  %, относится к
норме прибыли II, 13 1/3%, как переменный капитал I, 3 000, к переменному капиталу II, 2 000,
следовательно, 20 %: 13 1/3% = 3 000: 2 000.
Переменный капитал может или повыситься или понизиться. Возьмём сначала пример,
когда он повышается. Пусть капитал будет первоначально составлен и функционирует следу-
ющим образом:
I. 100 c + 20 v + 10 m; K = 120, m' = 50 %, p' = 8 1/3%.
Пусть теперь переменный капитал повысится до 30; тогда, согласно предположению,
чтобы весь капитал остался по-прежнему = 120, постоянный капитал должен понизиться со
100 до 90. Произведённая прибавочная стоимость при той же норме прибавочной стоимости
в 50 % должна повыситься до 15. Следовательно, мы получаем:
II. 90 c + 30 v + 15 m; К = 120, m' = 50 %, p' = 12½%.
Будем сначала исходить из предположения, что заработная плата не изменилась. Тогда
другие факторы нормы прибавочной стоимости – рабочий день и интенсивность труда – тоже
должны остаться неизменными. Следовательно, увеличение v (с 20 до 30) может иметь только
тот смысл, что рабочих применяется больше наполовину. В таком случае и вся вновь произве-
дённая ими стоимость тоже повышается наполовину, с 30 до 45, и делится, как и раньше, – 2/3
на заработную плату и 1/3 на прибавочную стоимость. Но одновременно с увеличением числа
рабочих понизился постоянный капитал, стоимость средств производства, со 100 до 90. Сле-
довательно, мы имеем перед собой случай уменьшающейся производительности труда, связан-
ный с одновременным уменьшением постоянного капитала; возможен ли экономически этот
случай?
В земледелии и добывающей промышленности, где было бы легко понять уменьшение
производительности труда, а потому и увеличение числа занятых рабочих, этот процесс – в
рамках капиталистического производства и на его базисе – связан не с уменьшением, а с уве-
личением постоянного капитала. Если бы даже упомянутое уменьшение c было обусловлено
простым понижением цены, отдельный капитал лишь при совершенно исключительных обсто-
ятельствах мог бы совершить переход от I к II. Но по отношению к двум независимым капи-
талам, которые вложены в различных странах или в различные отрасли земледелия или добы-
вающей промышленности, не было бы ничего удивительного в том, если бы в одном случае

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 40 применялось больше рабочих (поэтому и больший переменный капитал), которые работают со
средствами производства, меньшими по стоимости или объёму, чем в другом случае.
Если же мы отбросим предположение, что заработная плата остаётся неизменной, и объ-
ясним повышение переменного капитала с 20 до 30 увеличением заработной платы наполо-
вину, то перед нами будет совершенно иной случай. То же самое число рабочих, скажем 20
рабочих, и впредь работает с тем же самым или незначительно уменьшившимся количеством
средств производства. Если рабочий день остаётся неизменным, например 10 часов, то вся
вновь произведённая стоимость тоже остаётся неизменной: теперь, как и раньше, она равняется
30. Но эти 30 будут целиком употреблены на то, чтобы возместить авансированный перемен-
ный капитал в 30; прибавочная стоимость исчезла бы. Однако было предположено, что норма
прибавочной стоимости не изменяется, т.  е. как и в I, остаётся = 50  %. Это возможно лишь
при том условии, если рабочий день будет увеличен наполовину, т.  е. до 15 часов. Тогда 20
рабочих в 15 часов произвели бы новую стоимость в 45, и все условия были бы соблюдены:
II. 90 c + 30 v + 15 m; K = 120, m' = 50 %, p' = 12½%.
В этом случае эти 20 рабочих не потребуют средств труда, орудий, машин и т. д. больше,
чем в случае I; придётся увеличить наполовину только количество сырого материала или вспо-
могательных материалов. Следовательно, при понижении цен на эти материалы переход от I
к II, согласно нашим предположениям, был бы экономически допустим даже для отдельного
капитала. И капиталист за свою возможную потерю вследствие обесценения его постоянного
капитала был бы по меньшей мере отчасти компенсирован повышением прибыли.
Предположим теперь, что переменный капитал не увеличивается, а уменьшается. В таком
случае нам стоит только перевернуть наш прежний пример, взять II как первоначальный капи-
тал и от II перейти к I. II. 90 c + 30 v + 15 m, превращается тогда в:
I. 100 c + 20 v + 10 m, и ясно, что вследствие такой перестановки ничего не изменяется в
условиях, регулирующих в обоих случаях нормы прибыли и их взаимное отношение.
Если v с 30 понизится до 20 потому, что при возрастании постоянного капитала будет
занято рабочих меньше на 1/3, то перед нами будет здесь нормальный случай современной про-
мышленности: повышающаяся производительность труда, подчинение большей массы средств
производства меньшему числу рабочих. Что такое движение необходимо связано с одновре-
менно наступающим понижением нормы прибыли, это обнаружится в третьем отделе этой
книги.
Но если v с 30 понижается до 20 потому, что прежнее число рабочих занято по более
низкой заработной плате, то при неизменности рабочего дня вся вновь произведённая стои-
мость осталась бы, как и раньше, = 30 v + 15 m = 45; так как v понизилось до 20, то прибавочная
стоимость повысилась бы до 25, норма прибавочной стоимости – с 50 % до 125 %, что проти-
воречило бы нашему предположению. Чтобы сохранились условия нашего случая, прибавоч-
ная стоимость при норме в 50 % должна, напротив, понизиться до 10, следовательно вся вновь
произведённая стоимость – с 45 до 30, а это возможно лишь при сокращении рабочего дня на
1/3. Тогда мы получаем, как раньше:
100 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %, p' = 8 1/3%.
Конечно, нет надобности упоминать о том, что такого сокращения рабочего времени при
понижении заработной платы на практике не произошло бы. Впрочем, это пока безразлично.
Норма прибыли является функцией многих переменных, и, если мы желаем узнать, как влияют
эти переменные на норму прибыли, мы должны по порядку исследовать обособленное влияние
каждой из них, независимо от того, допустимо ли экономически такое изолированное влияние
по отношению к одному и тому же капиталу или же нет.
2) m' не изменяется, v изменяется, K изменяется вследствие изменения v

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 41 Этот случай отличается от предыдущего только степенью. Вместо того чтобы c умень-
шалось или увеличивалось настолько, насколько увеличивается или уменьшается v, c оста-
ётся здесь неизменным. Но при современных условиях крупной промышленности и сельского
хозяйства переменный капитал представляет собой относительно лишь небольшую часть всего
капитала, и потому уменьшение или возрастание последнего, поскольку оно определяется
изменением первого, тоже относительно невелико. Если бы мы опять исходили из капитала:
I. 100 c + 20 v + 10 m; K = 120, m' = 50 %, p' = 8 1/3%, то он превратился бы, например, в:
II. 100 c + 30 v + 15m; K = 130, m' = 50 %, p' = 11 7/13%.
Противоположный случай уменьшения переменного капитала опять-таки иллюстриро-
вался бы обратным переходом от II к I.
Экономические условия по существу были бы такие же, как в предыдущем случае,
поэтому они не требуют повторного изложения. Переход от I к II предполагает: уменьшение
производительности труда наполовину, подчинение 100 c во II потребует наполовину больше
труда, чем в I. Этот случай может иметь место в земледелии. 9
Но в то время как в предыдущем случае весь капитал оставался неизменным потому, что
постоянный капитал превращался в переменный или наоборот, здесь при увеличении пере-
менной части происходит связывание дополнительного капитала, при уменьшении перемен-
ной части – высвобождение капитала, применявшегося до того времени.
3) m' и v не изменяются, c, а потому и K изменяются
В этом случае уравнение:
p' = m'  v/K изменяется в:  p'1 = m'  v/K1
и при соответствующем сокращении множителей на обеих сторонах приводит к пропор-
ции:
p'1: p' = K: K 1;
при равенстве норм прибавочной стоимости и равенстве переменных частей капитала
нормы прибыли обратно пропорциональны общей величине капиталов.
Если перед нами, например, три капитала или три различных строения одного и того же
капитала:
I. 80 c + 20 v + 20 m; K = 100, m' = 100 %, p' = 20 %;I
I. 100 c + 20 v + 20 m; K = 120, m' = 100 %, p' = 16 2/3%;I
II. 60 c + 20 v + 20 m; K = 80, m' = 100 %, p' = 25 %;
то получаются такие отношения:
20 %: 16 2/3% = 120: 100 и 20 %: 25 % = 80: 100.
Ранее данная общая формула изменений v/K при неизменяющейся m' была такова:
p'1 = m' ev/EK ; теперь же она превращается в: p' = m' v/K
так как v не претерпевает изменений, и поэтому множитель e =  v1/v становится здесь = 1.
Так как m'v = m , массе прибавочной стоимости, и так как m' и v остаются неизменными,
то и m не затрагивается изменением K; масса прибавочной стоимости остаётся такой же, как
была перед этим изменением.
Если бы c упало до нуля, то p' было бы = m' , норма прибыли была бы равна норме при-
бавочной стоимости.
Изменение c может возникнуть или вследствие простого изменения стоимости веще-
ственных элементов постоянного капитала, или вследствие изменения технического строе-
ния всего капитала, т. е. вследствие изменения производительности труда в соответствующей
9 Здесь в рукописи стоит: «Исследовать позже, в какой связи стоит этот случай с земельной рентой». ￿PQ]

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 42 отрасли производства. В последнем случае повышение производительности общественного
труда, совершающееся с развитием крупной промышленности и сельского хозяйства, обусло-
вило бы то, что переход происходил бы (в только что приведённом примере) в последователь-
ности от III к I и от I к II. То количество труда, которое оплачивается в 20 и производит сто-
имость в 40, приводило бы в движение сначала массу средств труда стоимостью в 60; при
повышении производительности и неизменяющейся стоимости масса приводимых в движение
средств труда возросла бы сначала до 80, потом до 100. Обратная последовательность обу-
словила бы понижение производительности; то же самое количество труда было бы в состоя-
нии привести в движение меньше средств производства, производство сократилось бы, как это
может случиться в земледелии, горном деле и т. д.
Экономия на постоянном капитале, с одной стороны, повышает норму прибыли, а с
другой – высвобождает капитал, следовательно, имеет важное значение для капиталистов.
Позже  ￿[[] мы подробнее исследуем этот вопрос, а также влияние изменения цены элементов
постоянного капитала, особенно сырья.
И здесь снова оказывается, что изменение постоянного капитала одинаково действует на
норму прибыли, независимо от того, вызвано это изменение увеличением или уменьшением
вещественных составных частей c или же простым изменением их стоимости.
4) m' не изменяется, v, c и K меняются
В этом случае остаётся в силе прежняя общая формула изменённой нормы прибыли:
p'1 = m' ev/EK
Из неё следует, что при неизменной норме прибавочной стоимости:
a)  Норма прибыли падает, если E больше, чем e, т.  е. если постоянный капитал увели-
чивается таким образом, что весь капитал возрастает относительно быстрее, чем переменный
капитал. Если капитал от 80 c+ 20 v + 20 m получает строение 170 c + 30 v + 30 m, то m' остаётся
= 100 %, но  v/K падает с 20/100 до 30/200, несмотря на то, что увеличились как v, так и K, и
норма прибыли соответственно падает с 20 % до 15 %.
b) Норма прибыли остаётся неизменной только в том случае, если e = E, т. е. если дробь v/K
при кажущемся изменении сохраняет прежнюю величину, т. е. если числитель и знаменатель
будут помножены или разделены на одно и то же число. 80 c + + 20 v + 20 m и 160 c + 40 v + 40 m
очевидно, имеют одну и ту же норму прибыли в 20  %, потому что m' остаётся = 100  %, а
v/K = 20/100 = 40/200 в обоих примерах имеет одно и то же значение.
c)  Норма прибыли повышается, если e больше, чем E, т.  е. если переменный капитал
возрастает относительно быстрее, чем весь капитал. Если 80 c + 20 v + 20 m превращается в 120 c
+ 40 v + 40 m, то норма прибыли повышается с 20 % до 25 %, потому что m' не изменилось, а
v/K= 20/100 увеличилось до 40/160, с 1/5 до 1/4.
При изменении v и К в одном направлении мы могли бы представить это изменение вели-
чин таким образом, как будто обе они до известной границы изменяются в одном и том же
отношении, так что до этой границы  v/K остаётся неизменным. За этой границей стала бы изме-
няться лишь одна из двух величин, и мы таким образом сведём этот более сложный случай к
одному из предыдущих, более простых.
Если, например, 80 c + 20 v + 20 m переходит в 100 c + 30 v + 30 m, то в процессе этого изме-
нения отношение v к c, а потому и к K, будет оставаться неизменным вплоть до тех пор, пока
не будет достигнуто 100 c + 25 v + 25 m. Следовательно, до этих пор и норма прибыли остаётся
прежней. Таким образом в качестве исходного пункта мы можем принять теперь 100 c + 25 v +
25 m; мы находим, что v увеличилось на 5, до 30 v, а благодаря этому K увеличивается со 125 до
130, и, следовательно, получаем второй случай – случай простого изменения v и вызванного

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 43 этим изменения K. Норма прибыли, которая первоначально была 20 %, вследствие этого при-
соединения 5 v при прежней норме прибавочной стоимости повышается до 23 1/13%.
Такое же сведение к более простому случаю может иметь место, если даже v и K изменя-
ются в противоположном направлении. Если бы мы опять исходили, например, из 80 c + 20 v +
20 m и постарались бы перейти к форме 110 c + 10 v + 10 m, то при изменении до 40 c + 10 v + 10 m
норма прибыли осталась бы прежняя, именно 20 %. Вследствие присоединения к этой проме-
жуточной форме 70 c норма прибыли упадёт до 8 1/3%. Следовательно, мы свели этот случай
опять-таки к случаю изменения одной-единственной переменной, именно c.
Таким образом одновременное изменение v, c и K не даёт никаких новых точек зрения
и в конечном счёте всегда приводит к случаю, когда изменяется только один фактор.
Даже единственный ещё остающийся случай фактически уже исчерпан, именно тот слу-
чай, когда v и K численно сохраняют прежнюю величину, но их вещественные элементы пре-
терпевают изменения стоимости, когда, следовательно, v означает изменившееся количество
приводимого в движение труда, c– изменившееся количество приводимых в движение средств
производства.
Допустим в капитале 80 c + 20 v + 20 m 20 v первоначально представляли заработную плату
20 рабочих за 10 часов труда в день. Пусть заработная плата каждого повысится с 1 до 1¼. Тогда
20 v оплачивают не 20, а только 16 рабочих. Но если эти 20 за 200 рабочих часов производили
стоимость в 40, то эти 16 за 10 часов в день, следовательно, в общей сложности за 160 рабочих
часов, произведут стоимость только в 32. За вычетом 20 v, на заработную плату от 32 останется
тогда всего 12 на прибавочную стоимость; норма прибавочной стоимости понизилась бы со
100 % до 60 %. Но так как, согласно предположению, норма прибавочной стоимости должна
остаться неизменной, то рабочий день должен быть удлинён на ¼, с 10 до 12½ часов; если 20
рабочих за 10 часов в день = 200 часам труда производят стоимость в 40, то 16 рабочих за 12½
часов в день = 200 часам труда произведут такую же стоимость, и капитал 80 c + 20 v произведёт,
как и раньше, прибавочную стоимость в 20.
Наоборот: если заработная плата понижается таким образом, что 20 v составляют зара-
ботную плату 30 рабочих, то m' может остаться неизменным лишь при том условии, если рабо-
чий день будет сокращён с 10 до 6 2/3 часов. 20×10 = 30×6 2/3 = 200 рабочим часам.
Насколько при таких противоположных предположениях c, в денежном выражении его
стоимости, может остаться неизменным, хотя оно представляет количество средств производ-
ства, изменившееся соответственно изменившимся отношениям, это по существу уже рассмот-
рено выше. В своём чистом виде этот случай возможен лишь как совершенно исключительный.
Что касается такого изменения стоимости элементов c, которое увеличивает или умень-
шает их массу, но оставляет неизменной сумму стоимости c, то, пока оно не влечёт за собой
изменения величины v, оно не затрагивает ни нормы прибыли, ни нормы прибавочной стои-
мости.
Таким образом мы исчерпали в нашем уравнении все возможные случаи изменения v,
c и K. Мы видели, что при неизменной норме прибавочной стоимости норма прибыли может
понижаться, оставаться неизменной или возрастать, так как самого незначительного изменения
в отношении v к c, соответственно к K, достаточно для того, чтобы изменить и норму прибыли.
Далее, оказалось, что при изменении v всегда достигается граница, когда неизменяемость
m' становится экономически невозможной. Так как всякое одностороннее изменение c тоже
должно дойти до границы, когда v не может более оставаться неизменным, то оказывается,
что для всех возможных изменений v/K существуют границы, за которыми m' тоже должно
сделаться изменяющимся. Это взаимодействие различных переменных нашего уравнения ещё
яснее выступит при исследовании изменений m' , к чему мы теперь и переходим.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 44  
II. m' ИЗМЕНЯЕТСЯ  
Общая формула норм прибыли при различных нормах прибавочной стоимости – безраз-
лично, остаётся ли vK неизменным или, в свою очередь, изменяется, – получится, если урав-
нение:
p' =  m' v/K
мы превратим в другое:
p'1 =  m' 1 v1/K1
где p'1, m' 1, v1 и K1 означают изменившиеся величины p', m', v и K. Мы тогда получаем:
p': p' 1 =  m' v/K: m' 1v1/K1
а отсюда:
p'1 =  m'1/m' ×  v'1/v' × K/K1 ×  p'.
1)  m' изменяется, vK не изменяется
В этом случае мы имеем уравнения:
p' =  m' v/K; p'1 =  m' 1v/K
в которых  v/K равны между собой. Поэтому получается такое отношение:
p': p' 1 =  m': m' 1.
Нормы прибыли двух капиталов одинакового строения относятся друг к другу, как
нормы прибавочной стоимости у обоих этих капиталов. Так как в дроби  vK важны не абсолют-
ные величины v и K, а лишь отношение между ними, то это относится ко всем капиталам оди-
накового строения, какова бы ни была их абсолютная величина.
80 c + 20 v + 20 m; K = 100, m' = 100 %,  p' = 20%160 c + 40 v + 20 m; K = 200, m' = 50 %,  p'
= 10%100 %: 50 % = 20 %: 10 %.
Если абсолютные величины v и K в обоих случаях одинаковы, то нормы прибыли отно-
сятся друг к другу, кроме того, как массы прибавочной стоимости:
p': р' 1 = m'v: m' 1v = m: m 1.
Например:
80 c + 20 v + 20 m;  m' =  100  %,  p' = 20%80 c + 20 v + 10 m;  m' =  50  %,  p' = 10%20  %: 10  %
= 100 × 20: 50 × 20 = 20: 10.
Теперь ясно, что у капиталов одинакового строения – одинакового в абсолютных числах
или в процентном отношении – нормы прибавочной стоимости могут быть различны лишь в
том случае, если различны или заработная плата, или продолжительность рабочего дня, или
интенсивность труда. В трёх случаях:
I. 80 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %,  p' = 10 %,II. 80 c + 20 v + 20 m; m' = 100 %,  p' = 20 %,III. 80 c
+ 20 v+ 40 m; m' = 200 %,  p' = 40 %,
вся вновь произведённая стоимость составляет в I – 30 (20 v + 10 m), во II – 40, в III – 60.
Это могло произойти трояким способом.
Во-первых , если заработная плата различна, следовательно, если 20 v в каждом отдельном
случае выражают неодинаковое число рабочих. Предположим, что в I заняты 15 рабочих 10
часов при заработной плате в 1 1/3 ф. ст. и что они производят стоимость в 30 ф. ст., из которых
20 ф. ст. возмещают заработную плату, а 10 ф. ст. составляют прибавочную стоимость. Если
заработная плата понижается до 1 ф. ст., то может быть занято в течение 10 часов 20 рабочих;
тогда они производят стоимость в 40 ф. ст., в том числе 20 ф. ст. на возмещение заработной
платы и 20 ф. ст. прибавочной стоимости. Если заработная плата понижается ещё больше, до
2/3 ф. ст., то может быть занято 30 рабочих по 10 часов; производят они стоимость в 60 ф.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 45 ст., из которых за вычетом 20 ф. ст. на возмещение заработной платы останется ещё 40 ф. ст.
прибавочной стоимости.
Этот случай: неизменное в процентном отношении строение капитала, неизменный рабо-
чий день, неизменная интенсивность труда, изменение нормы прибавочной стоимости, вызван-
ное изменением заработной платы, представляет единственный случай, когда оправдывается
положение Рикардо:
«Прибыль будет высока или низка в точном соответствии с тем , низка или высока
будет заработная плата» («Principles of Political Economy etc.», ch. I, sec. III, p. 18. «Works of
D. Ricardo», ed. by Mac Culloch, 1852).
Или, во-вторых, если интенсивность труда различна. Тогда, например, 20 рабочих при
одинаковых средствах труда за 10 рабочих часов в день производят в I случае – 30, во II – 40,
в III – 60 штук определённого товара, каждая штука которого, кроме стоимости потреблённых
на неё средств производства, представляет новую стоимость в 1 фунт стерлингов. Так как в
каждом случае 20 штук = 20 ф. ст. возмещают заработную плату, то на прибавочную стоимость
остаются в I случае – 10 штук = 10 ф. ст., во II – 20 штук = 20 ф. ст., в III – 40 штук = 40
фунтам стерлингов.
Или, в-третьих , если продолжительность рабочего дня различна. Если 20 рабочих при
одинаковой интенсивности труда работают в I случае девять, во II двенадцать, в III восемна-
дцать часов в день, то продукты их труда 30:  40:  60 относятся друг к другу, как 9:  12:  18, и
так как заработная плата каждый раз = 20, то на прибавочную стоимость опять остаётся 10,
соответственно 20 и 40.
Итак, на величину нормы прибавочной стоимости, а потому, при неизменности  v/K , и на
норму прибыли повышение или понижение заработной платы действует в обратном направле-
нии, повышение или понижение интенсивности труда и удлинение или сокращение рабочего
дня – в том же направлении.
2)  m' [или m] и v изменяются, K не изменяется
К этому случаю относится пропорция:
p': p' 1 = m' v/K: m' 1v1/K = m'v: m' 1v1 = m: m 1
Нормы прибыли относятся друг к другу, как соответственные массы прибавочной стои-
мости.
Изменение нормы прибавочной стоимости при неизменности переменного капитала
означает изменение величины и деления вновь произведённой стоимости. Одновременное
изменение v и m' тоже всегда предполагает иное деление вновь произведённой стоимости, но
не всегда – изменение её величины. Возможны три случая:
a)  v и m изменяются в противоположном направлении, но на одинаковую величину,
например:
80 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %,  p' = 10%90 c + 10 v + 20 m; m'=  200 %,  p' = 20 %.
Вновь произведённая стоимость одинакова в обоих случаях, следовательно, одинаково и
количество совершённого труда; 20 v + 10 m = 10 v + 20 m = 30. Различие заключается только в
том, что в первом случае 20 уплачивается на заработную плату и 10 остаётся на прибавочную
стоимость, между тем как во втором случае заработная плата составляет всего 10, а потому
прибавочная стоимость – 20. Это – единственный случай, когда при одновременном измене-
нии v и m число рабочих, интенсивность труда и продолжительность рабочего дня остаются
неизменными.
b) Изменение m' и v совершается опять в противоположном направлении, однако не на
одну и ту же величину. В таком случае перевес оказывается или на стороне изменения v или
на стороне изменения m'.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 46 I. 80 c + 20 v + 20 m; m' = 100 %,  p' = 20%II. 72 c + 28 v + 20 m; m' = 71 3/7%,  p' = 20%III. 84 c
+ 16 v + 20 m; m' = 125 %,  p' = 20 %.
В I за вновь произведённую стоимость в 40 уплачивается 20 v, во II за вновь произведён-
ную стоимость в 48 уплачивается 28 v, в III за вновь произведённую стоимость в 36 уплачи-
вается 16 v. Как вновь произведённая стоимость, так и заработная плата изменились; но изме-
нение вновь произведённой стоимости означает изменение количества совершённого труда,
следовательно, или числа рабочих, или продолжительности труда, или интенсивности труда,
или одновременно нескольких из этих трёх факторов.
c) Изменение m' и v происходит в одинаковом направлении; в таком случае одно усили-
вает действие другого.
90 c + 10 v + 10 m; m' = 100 %,  p' = 10%80 c + 20 v + 30 m; m' = 150 %,  p' = 30%92 c + 8 v + 6 m; m'
= 75 %,  p' = 6 %.
И здесь во всех трёх случаях вновь произведённая стоимость различна, именно: 20, 50 и
14; и это различие в величине соответствующего каждому случаю количества труда опять сво-
дится к различию числа рабочих, продолжительности труда, интенсивности труда или несколь-
ких, или, соответственно всех, этих факторов.
3)  m', v и K изменяются
Этот случай не даёт новых точек зрения и разрешается общей формулой, данной под II,
когда m' изменяется.
 
* * *
 
Итак, действие изменений величины нормы прибавочной стоимости на норму прибыли
допускает следующие случаи:
1) если  v/K остаётся неизменным, то p' увеличивается или уменьшается в том же отноше-
нии, как m' .
80 c + 20 v + 20 m; m' = 100 %,  p' = 20%80 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %,  p' = 10%100 %: 50 %
= 20 %: 10 %.
2) Если  v/K изменяется в одинаковом направлении с m' , т. е. увеличивается или умень-
шается, когда увеличивается или уменьшается m' , то p' повышается или понижается в большей
степени, чем m' .
80 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %,  p' = 10%70 c + 30 v + 20 m; m' = 66 2/3%,  p' = 20%50 %: 66 2/3%
< 10 %: 20 %.
3) Если  v/K изменяется в направлении, противоположном m' , но относительно слабее, чем
m' , то p' повышается или понижается относительно слабее, чем m' .
80 c + 20 v + 10 m; m' = 50 %,  p' = 10%90 c + 10 v + 15 m; m' = 150 %,  p' = 15%50 %: 150 %
> 10 %: 15 %.
4)  Если  v/K изменяется в направлении, противоположном m' , и относительно сильнее,
чем m' , то p' повышается, хотя m' понижается, или p' понижается, хотя m' повышается.
80 c + 20 v + 20 m; m' = 100 %,  p' = 20%90 c + 10 v + 15 m; m' = 150 %,  p' = 15 %,
m' повысилось со 100 % до 150 %, p' понизилось с 20 % до 15 %.
5) Наконец, если  v/K изменяется в направлении, противоположном m' , но изменяет свою
величину точно в том же отношении, как и m', p' остаётся неизменным, хотя m' повышается
или понижается. Только этот последний случай и требует ещё некоторого рассмотрения. Как
выше, при изменениях  vK , мы видели, что одна и та же норма прибавочной стоимости может
выражаться в разнообразнейших нормах прибыли, так здесь мы видим, что в основе одной и

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 47 той же нормы прибыли могут лежать очень различные нормы прибавочной стоимости. Но в
то время как при неизменности m' любого изменения в отношении между v и K достаточно
для того, чтобы дать различные нормы прибыли, здесь при изменении величины m' требуется
строго соответственное обратное изменение величины  vK для того, чтобы норма прибыли оста-
лась прежняя. Для одного и того же капитала или для двух капиталов в одной и той же стране
это возможно лишь в очень редких случаях. Возьмём, например, капитал
80 c + 20 v + 20 m; K = 100, m' = 100 %, p' = 20 %
и предположим, что заработная плата понижается настолько, что теперь на 16 v можно
иметь такое же число рабочих, которому раньше уплачивалось 20 v. В таком случае при прочих
неизменных условиях высвободится 4 v, и мы получим:
80 c + 16 v + 24 m; K = 96, m' = 150 %, p' = 25 %.
Теперь для того, чтобы p' было = 20 %, как прежде, весь капитал должен был бы возрасти
до 120, следовательно, постоянный капитал до 104:
104 c + 16 c + 24 m;  K = 120, m' = 150  %, p' = 20  %. Но это было бы возможно лишь в
том случае, если бы одновременно с понижением заработной платы произошло изменение в
производительности труда, которое потребовало бы такого изменения в строении капитала;
или же если бы денежная стоимость постоянного капитала повысилась с 80 до 104; одним сло-
вом, – если бы произошло такое случайное совпадение условий, которое бывает лишь в исклю-
чительных случаях. В действительности такое изменение m' которое не предполагает одновре-
менного изменения v, а потому и изменения  vK , мыслимо только при вполне определённых
обстоятельствах, именно в таких отраслях промышленности, в которых применяется только
основной капитал и труд, а предмет труда даётся природой.
Но при сравнении норм прибыли в двух странах дело обстоит иначе. Одна и та же норма
прибыли здесь служит в действительности выражением по большей части различных норм при-
бавочной стоимости.
Итак, из всех пяти случаев вытекает, что повышающаяся норма прибыли может соответ-
ствовать понижающейся или повышающейся норме прибавочной стоимости, понижающаяся
норма прибыли – повышающейся или понижающейся норме прибавочной стоимости, неизмен-
ная норма прибыли – повышающейся или понижающейся норме прибавочной стоимости. Что
повышающаяся, понижающаяся или неизменная норма прибыли тоже может соответствовать
неизменяющейся норме прибавочной стоимости, это мы видели в случае I.
 
* * *
 
Итак, норма прибыли определяется двумя главными факторами: нормой прибавочной
стоимости и стоимостным строением капитала. Влияние этих двух факторов можно кратко
резюмировать следующим образом, причём строение мы можем выражать в процентах, так как
здесь безразлично, от какой из двух частей капитала исходит изменение.
Нормы прибыли двух капиталов или одного и того же капитала в двух последовательных
различных состояниях
равны:
1)  При одинаковом в процентном отношении строении капиталов и одинаковой норме
прибавочной стоимости.
2)  При неодинаковом в процентном отношении строении капиталов и неодинаковой
норме прибавочной стоимости, если равны произведения норм прибавочной стоимости на
выраженные в процентах переменные части капиталов (произведения m' на v), т. е. если равны
массы прибавочной стоимости, рассчитанные в процентах ко всему капиталу ( m = m' v ), дру-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 48 гими словами, если в обоих случаях множители m' и v стоят в обратном отношении друг к
другу.
Они не равны:
1) При равном в процентном отношении строении капиталов, если нормы прибавочной
стоимости не равны; при этом нормы относятся друг к другу, как нормы прибавочной стои-
мости.
2) При равной норме прибавочной стоимости и неравном в процентном отношении стро-
ении, причём они относятся друг к другу, как переменные части капиталов.
3) При неодинаковой норме прибавочной стоимости и неодинаковом в процентном отно-
шении строении, причём они относятся друг к другу, как произведения mv , т.  е. как массы
прибавочной стоимости, рассчитанные в процентах ко всему капиталу. 10
 
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
ВЛИЯНИЕ ОБОРОТА НА НОРМУ ПРИБЫЛИ
 
{Влияние оборота на производство прибавочной стоимости, а следовательно и прибыли,
было рассмотрено во второй книге. Вкратце его можно резюмировать в следующих положе-
ниях: так как для оборота требуется время известной продолжительности, на производство не
может быть употреблён одновременно весь капитал, следовательно, часть капитала постоянно
должна бездействовать,  – в форме ли денежного капитала, запасного ли сырья, готового, но
ещё не проданного товарного капитала, или долговых требований, для которых ещё не насту-
пил срок; капитал, действующий в активном производстве, т.  е. в  процессе создания и при-
своения прибавочной стоимости, постоянно уменьшается на эту часть и в том же самом отно-
шении постоянно сокращается производимая и присваиваемая прибавочная стоимость. Чем
короче время оборота, тем меньше по сравнению со всем капиталом эта бездействующая часть
капитала; и, следовательно, при прочих равных условиях тем больше становится присваивае-
мая прибавочная стоимость.
Во второй книге подробно показано, как сокращение времени оборота или одного из его
двух отрезков – времени производства и времени обращения – повышает массу производимой
прибавочной стоимости ￿[U] . Но так как норма прибыли служит лишь выражением отношения
произведённой массы прибавочной стоимости ко всему капиталу, занятому в её производстве,
то ясно, что всякое такое сокращение повышает норму прибыли. То, что раньше, во втором
отделе второй книги, сказано относительно прибавочной стоимости, в такой же мере касается
и прибыли и нормы прибыли и не нуждается здесь в повторении. Мы намерены отметить лишь
несколько главных моментов.
Главным средством сокращения времени производства является повышение произво-
дительности труда, что обычно называют прогрессом промышленности. Если этим не будет
вызвано одновременно значительное увеличение общих затрат капитала вследствие внедре-
ния дорогостоящих машин и т. д. и, следовательно, понижение нормы прибыли, исчисляемой
на весь капитал, то последняя должна повыситься. И это определённо имеет место при осу-
ществлении многих новшеств в области металлургии и химической промышленности. Вновь
открытые способы производства железа и стали Бессемера, Сименса, Джилкриста – Томаса и
др. при сравнительно незначительных издержках сокращают до минимума процессы, в преж-
10 В рукописи имеются ещё очень подробные вычисления разности между нормой прибавочной стоимости и нормой при-
были (m' − p'); она отличается разнообразными любопытными особенностями, и её движение обнаруживает случаи, когда обе
нормы удаляются друг от друга или сближаются друг с другом. Это движение можно изобразить и в виде кривых. Я воздер-
живаюсь от воспроизведения этого материала, так как он менее важен для непосредственных целей настоящей книги. Здесь
достаточно будет просто обратить на это внимание тех читателей, которые захотят изучить данный вопрос более глубоко. –
Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 49 нее время чрезвычайно продолжительные. Изготовление ализарина или мареновой краски из
каменноугольного дёгтя, и притом при помощи фабричных установок, которые уже применя-
лись до этого для изготовления других красок из каменноугольного дёгтя, даёт в несколько
недель такой же результат, для которого раньше нужны были годы; один год требовался для
произрастания марены, а потом ещё несколько лет корни оставляли для дозревания, прежде
чем употреблять их на крашение.
Главным средством для сокращения времени обращения является совершенствование
путей сообщения. И в этом отношении за последние пятьдесят лет произошла революция,
которую можно сравнить только с промышленной революцией последней половины прошлого
века. На суше мощённые камнем дороги оттеснены на задний план железной дорогой, на море
медленное и нерегулярное парусное сообщение – быстрым и регулярным пароходным сообще-
нием, и весь земной шар опутан телеграфной проволокой. Суэцкий канал собственно только
и открыл Восточную Азию и Австралию для пароходных сообщений. Время обращения для
товаров, отправляемых в Восточную Азию, ещё в 1847 г. составляло по меньшей мере двена-
дцать месяцев (см. «Капитал», кн. II, стр. 235  ￿[V] ), теперь оно сведено почти к стольким же
неделям. Два великих очага кризисов 1825 и 1857  гг., Америка и Индия, вследствие такого
переворота в средствах сообщения приблизились к европейским промышленным странам на
70–90 % и таким образом утратили бо́льшую часть своей способности к взрывам. Время обо-
рота в такой же мере сократилось для всей мировой торговли, и дееспособность занятого в ней
капитала повысилась более чем вдвое или втрое. Что это не осталось без влияния на норму
прибыли, понятно само собой.
Чтобы представить в чистом виде влияние оборота всего капитала на норму прибыли,
мы должны предположить, что все остальные условия для сравниваемых двух капиталов оди-
наковы. В частности, кроме нормы прибавочной стоимости и рабочего дня, пусть будет оди-
наково и строение капиталов, выраженное в процентах. Возьмём теперь капитал A строения
80 c + 20 v = 100 K, совершающий при норме прибавочной стоимости в 100 % два оборота в год.
В таком случае годовой продукт будет:
160 c + 40 v + 40 m.
Но для определения нормы прибыли мы исчисляем эти 40 m не к сумме оборота капи-
тальной стоимости в 200, а к авансированной капитальной стоимости в 100 и таким образом
получаем p' = 40 %.
Сравним с капиталом A капитал B = 160 c + 40 v = 200 K с такой же нормой прибавочной
стоимости в 100 %, но оборачивающийся лишь один раз в год. Годовой продукт будет такой
же, как выше:
160 c + 40 v + 40 m.
Но эти 40 m на этот раз следует исчислять на авансированный капитал в 200, что даст
норму прибыли только 20 %, т. е. только половину нормы A.
Из этого следует: при капиталах одинакового процентного строения, при одинаковой
норме прибавочной стоимости и одинаковом рабочем дне, нормы прибыли двух капиталов
обратно пропорциональны времени их оборотов. Если в двух сравниваемых случаях неоди-
наковы или строение, или норма прибавочной стоимости, или рабочий день, или заработная
плата, то этим, конечно, будут вызваны и дальнейшие различия в норме прибыли; но они неза-
висимы от оборота и потому здесь не интересуют нас; к тому же они рассмотрены уже в главе
III.
Прямое влияние сокращения времени оборота на производство прибавочной стоимости,
а следовательно и прибыли, заключается в достигаемом таким способом повышении действен-
ности переменной части капитала, о чём см. «Капитал», кн. II, гл. XVI: «Оборот переменного
капитала». Там показано, что переменный капитал в 500, совершающий десять оборотов в
год, за это время присваивает столько же прибавочной стоимости, как переменный капитал в

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 50 5 000, который при той же норме прибавочной стоимости и той же заработной плате совершает
только один оборот в год.
Возьмём капитал I, состоящий из 10  000 основного капитала, годовой износ которого
составляет 10 % = 1 000, 500 постоянного оборотного и 500 переменного капитала. Перемен-
ный капитал оборачивается десять раз в год при норме прибавочной стоимости в 100 %. Для
упрощения предположим во всех следующих примерах, что оборотный постоянный капитал
за такое же время совершает такой же оборот, как переменный, что́ в большинстве случаев и
бывает на практике. Тогда продукт одного такого периода оборота будет:
100 c (износ) + 500 c + 500 v + 500 m = 1 600,
а продукт целого года с десятью такими оборотами:
1 000 c (износ) + 5 000 c + 5 000 v + 5 000 m = 16 000,
K = 11 000, m = 5 000, p' = 5 000/11 000= 45 5/11%.
Возьмём теперь капитал II: основной капитал 9 000, его годовой износ 1 000, оборотный
постоянный капитал 1 000, переменный капитал 1 000, норма прибавочной стоимости 100 %,
число оборотов переменного капитала в год 5. Следовательно, продукт за каждый период обо-
рота переменного капитала будет таков:
200 c (износ) + 1 000 c + 1 000 v + 1 000 m = 3 200,
а весь годовой продукт при пяти оборотах:
1 000 c (износ) + 5 000 c + 5 000 v + 5 000 m = 16 000,
K = 11 000, m = 5 000, p' = 5 000/11 000= 45 5/11%.
Возьмём, далее, капитал III, в котором нет совсем основного капитала, оборотный же
постоянный капитал составляет 6  000 и переменный 5  000. Пусть при норме прибавочной
стоимости в 100 % он оборачивается один раз в год. В таком случае весь продукт за год будет:
6 000 c + 5 000 v + 5 000 m = 16 000,
K = 11 000, m = 5 000, p' = 5 000/11 000= 45 5/11%.
Следовательно, во всех трёх случаях мы получаем одинаковую годовую массу прибавоч-
ной стоимости = 5 000, и так как весь капитал во всех трёх случаях тоже одинаков, именно =
11 000, то получаем и одинаковую норму прибыли в 45 5/11%.
Напротив, если бы при капитале I у нас было не 10, а только 5 годовых оборотов пере-
менной части, то дело обстояло бы иначе. Тогда продукт одного оборота был бы:
200 c (износ) + 500 c + 500 v + 500 m = 1 700.
Или годовой продукт:
1 000 c (износ) + 2 500 c + 2 500 v + 2 500 m = 8 500,
K = 11 000, m = 2 500, p' = 2 500/11 000= 22 8/11%.
Норма прибыли понизилась наполовину, так как время оборота удвоилось.
Итак, масса прибавочной стоимости, присваиваемая в течение года, равна массе приба-
вочной стоимости, присваиваемой в течение одного оборота переменного капитала, умножен-
ной на число таких оборотов в год. Если мы присваиваемую за год прибавочную стоимость,
или прибыль, назовём M, присваиваемую за один оборот прибавочную стоимость – m, число
оборотов переменного капитала в год – n, то M = mn , и годовая норма прибавочной стоимости
M' = m'n , как показано уже в «Капитале», кн. 11, гл. XVI, I ￿[`] .
Само собой разумеется, что формула нормы прибыли p' = m'  v/K = m' v/c + v верна лишь при
том условии, если v числителя равно v знаменателя. В знаменателе v представляет всю ту часть
всего капитала, которая в среднем была употреблена как переменный капитал на заработную
плату. В числителе v прежде всего определяется только тем, что оно произвело и присвоило

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 51 известное количество прибавочной стоимости = m, отношение которой к этому v,  m/v, есть
норма прибавочной стоимости m' .
Только таким путём уравнение p' =  v/c + v превратилось в другое: p' =  m'  v/c + v . Теперь
v числителя должно быть уже равно v знаменателя, т.  е. всей переменной части капитала K.
Другими словами, уравнение p' =  m/K лишь при том условии можно без ошибки превратить
в уравнение p' = m'  v/c + v , если m означает прибавочную стоимость, произведённую за один
период оборота переменного капитала. Если m составляет только некоторую часть этой при-
бавочной стоимости, то хотя m = m'v верно, но это v здесь меньше, чем v в K = c + v , потому
что оно меньше, чем весь переменный капитал, затраченный на заработную плату. Но если
m составляет больше, чем прибавочную стоимость от одного оборота v, то часть этого v или
даже всё v функционирует дважды: сначала в первом обороте, потом во втором, или, соответ-
ственно, во втором и дальнейших оборотах; следовательно, это v, которое производит приба-
вочную стоимость и представляет собой сумму всей выданной заработной платы, больше чем
v в c + v , и потому вычисление становится неверным.
Для того чтобы формула годовой нормы прибыли сделалась вполне верной, мы должны
вместо простой нормы прибавочной стоимости поставить годовую норму прибавочной стои-
мости, т. е. вместо m' поставить M' или m'n . Другими словами, m' , норму прибавочной стои-
мости, или, что сводится к тому же, v, переменную часть капитала, заключающуюся в K, мы
должны помножить на n, на число оборотов этого переменного капитала в год, и таким образом
у нас получится: р' = m'n v/K – формула для вычисления годовой нормы прибыли.
Но какова именно величина переменного капитала в данном предприятии, этого в боль-
шинстве случаев не знает и сам капиталист. В восьмой главе второй книги мы видели и в даль-
нейшем ещё увидим, что единственное различие в капитале, которое воспринимает капиталист
как существенное, есть различие между основным и оборотным капиталом. Из кассы, в кото-
рой хранится часть оборотного капитала, имеющаяся в его распоряжении в денежной форме, –
если она не лежит в банке, – он берёт деньги на заработную плату, из той же самой кассы он
берёт деньги на сырьё и вспомогательные материалы, и все эти расходы записывает на один и
тот же счёт. А если бы даже ему пришлось вести особый счёт выдаваемой заработной платы, то
этот счёт в конце года показал бы сумму выплаты, т. е. vn , но не величину самого переменного
капитала v. Чтобы выяснить последнюю, капиталисту пришлось бы сделать особый подсчёт,
пример которого мы сейчас приведём.
Для этого возьмём хлопчатобумажную прядильную фабрику с 10 000 мюльных веретён,
описанную в «Капитале», кн. I, стр. 180–181  ￿[i] , и предположим, что данные, относящиеся
к одной неделе апреля 1871  г., сохраняют своё значение на целый год. Основной капитал в
машинах составляет 10  000 фунтов стерлингов. Оборотный капитал не был указан; предпо-
ложим, что он составлял 2500 ф. ст.,  – довольно высокая цифра, однако оправдываемая тем
предположением, которое мы здесь должны сделать, именно – отсутствием кредитных опера-
ций, следовательно, постоянного или временного использования чужого капитала. Недельный
продукт по своей стоимости состоял из 20 ф. ст. на износ машин, 358 ф. ст. авансированного
оборотного постоянного капитала (плата за наём помещения 6 ф. ст., хлопок 342 ф. ст., уголь,
газ, масло 10 ф. ст.), 52 ф. ст. затраченного на заработную плату переменного капитала и 80
ф. ст. прибавочной стоимости, следовательно:
20 c (износ) + 358 c + 52 v + 80 m = 510.
Итак, еженедельное авансирование оборотного капитала составляло 358 c + 52 v = 410, и
его строение в процентах = 87,3 c + 12,7 v. При пересчёте на весь оборотный капитал в 2 500 ф.
ст. это даёт 2 182 ф. ст. постоянного и 318 ф. ст. переменного капитала. Так как вся затрата на
заработную плату составила в год 52 × 52 ф. ст., следовательно, 2 704 ф. ст., то оказывается, что

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 52 переменный капитал в 318 ф. ст. обернулся в течение года почти 8½ раз. Норма прибавочной
стоимости была 80/52 = 153 11/13%. По этим данным мы вычислим норму прибыли, подставив в
формулу p' = m'n v/K величины: m' = 153 11/13, n = 8½, v = 318, K = 12 500; итак:
p' = 153 11/13 × 8½ × 318/12 500 = 33,27 %.
Для проверки мы воспользуемся простой формулой p' =  m/K . Вся прибавочная стои-
мость, или прибыль, составляет в год 80 ф. ст. × 52 = 4 160 ф. ст., а это, будучи разделено на
весь капитал в 12 500 ф. ст., даёт почти столько же, как выше, 33,28 %, – чрезвычайно высокую
норму прибыли, которая объясняется лишь крайне благоприятными в данный момент услови-
ями (очень низкие цены хлопка наряду с очень высокими ценами пряжи) и которая в действи-
тельности несомненно имела место не на протяжении всего года. В формуле p' = m'n vK , как
сказано, m'n представляет собой то, что во второй книге названо годовой нормой прибавочной
стоимости  ￿[Y] . В приведённом сейчас случае она составляет 153 11/13% × 8½, или по точному
подсчёту, 1 307 9/13%. Следовательно, если некий Бидерман всплеснул руками перед чудовищ-
ностью годовой нормы прибавочной стоимости в 1 000 %, приведённой в одном примере во
второй книге, то его, быть может, успокоит факт годовой нормы прибавочной стоимости свыше
1 300 %, приведённый здесь из действительной практики Манчестера. Во времена наивысшего
процветания, каких мы, правда, уже давно не переживали, такая норма отнюдь не редкость.
Кстати сказать, мы имеем здесь пример действительного строения капитала в современ-
ной крупной промышленности. Весь капитал распадается на 12 182 ф. ст. постоянного и 318
ф. ст. переменного капитала, итого 12 500 фунтов стерлингов. Или, в процентах, 97½ c + 2½ v =
100 K. Только сороковая доля всего капитала, совершая более восьми оборотов в год, служит
для выдачи заработной платы.
 
* * *
 
Так как, конечно, лишь немногим капиталистам приходит в голову производить такие
вычисления применительно к своим собственным предприятиям, то статистика почти совер-
шенно умалчивает об отношении постоянной части всего общественного капитала к перемен-
ной части. Только американские цензы дают то, что возможно при современных отношениях:
сумму заработной платы, выданной в каждой отрасли предпринимательства, и сумму полу-
ченных прибылей. Как ни сомнительны эти данные, – потому что они основываются лишь на
непроверяемых сообщениях самих промышленников,  – тем не менее они в высшей степени
ценны и представляют собой всё, что имеется у нас по этому предмету. В Европе мы слишком
щепетильны, чтобы требовать подобных разоблачений от наших крупных промышленников. –
Ф. Э. }
 
ГЛАВА ПЯТАЯ
ЭКОНОМИЯ В ПРИМЕНЕНИИ ПОСТОЯННОГО КАПИТАЛА
 
 
I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ  
Увеличение абсолютной прибавочной стоимости, или удлинение прибавочного труда, а
следовательно и рабочего дня, при неизменной величине переменного капитала, т. е. при том
же числе рабочих, получающих номинально ту же заработную плату,  – причём безразлично,
оплачивается или не оплачивается сверхурочное время,  – относительно понижает стоимость
постоянного капитала по сравнению со стоимостью всего капитала и стоимостью переменного
капитала и повышает благодаря этому норму прибыли, опять-таки независимо от роста массы

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 53 прибавочной стоимости и от возможного повышения нормы прибавочной стоимости. Размер
основной части постоянного капитала – фабричные здания, машины и т.  д.  – остаётся неиз-
менным, работают ли с его помощью 16 или 12 часов. Удлинение рабочего дня не требует
новых затрат на эту наиболее дорогостоящую часть постоянного капитала. Кроме того, стои-
мость основного капитала воспроизводится благодаря этому в течение меньшего количества
периодов оборота, следовательно, сокращается время, на которое он должен быть авансирован,
чтобы извлечь определённую прибыль. Удлинение рабочего дня повышает поэтому прибыль
даже в том случае, если сверхурочное время оплачивается, и, в известных границах, даже в
том случае, если оно оплачивается выше, чем нормальные рабочие часы. Постоянно растущая
при современной промышленной системе необходимость увеличивать основной капитал была
поэтому для алчных до прибыли капиталистов главным толчком к удлинению рабочего дня. 11
Иные условия имеют место при постоянном рабочем дне. В этом случае для увеличения
массы эксплуатируемого труда (мы здесь отвлекаемся от вычетов из заработной платы или от
понижения заработной платы ниже её нормального уровня) необходимо увеличить число рабо-
чих, а вместе с тем в известном отношении и массу основного капитала – строений, машин и
т. д. Или же, если увеличивается интенсивность труда или повышается производительная сила
труда и вообще производится больше относительной прибавочной стоимости, то в отраслях
производства, применяющих сырьё, растёт масса оборотной части постоянного капитала, так
как в данный промежуток времени перерабатывается больше сырья и т. п., и, во-вторых, воз-
растает количество машин, приводимых в движение тем же числом рабочих, следовательно,
возрастает и эта часть постоянного капитала. Возрастание прибавочной стоимости сопровож-
дается, таким образом, возрастанием постоянного капитала, возрастающая эксплуатация труда
сопровождается вздорожанием тех условий производства, при помощи которых эксплуатиру-
ется труд, т. е. сопровождается возрастанием затрат капитала. Таким образом, норма прибыли
вследствие этого, с одной стороны, уменьшается, а с другой стороны, повышается.
Целый ряд текущих расходов остаётся почти или совершенно одинаковым как при более
длинном, так и при более коротком рабочем дне. Расходы по надзору меньше при 500 рабочих
и 18-часовом дне, чем при 750 рабочих и 12-часовом дне.
«Текущие расходы фабрики при десятичасовом рабочем дне почти такие же, как и при
двенадцатичасовом» («Reports of Insp. of Fact., October 1848», p. 37).
Государственные и коммунальные налоги, страхование на случай пожара, жалованье раз-
личным постоянным служащим, обесценение машин и различные другие расходы фабрики
остаются неизменными при длинном или коротком рабочем дне; по мере сокращения произ-
водства они возрастают за счёт прибыли («Reports of Insp. of Fact, October 1862», p. 19).
Продолжительность времени, в течение которого воспроизводится стоимость машин и
других составных частей основного капитала, практически определяется не тем временем, в
течение которого они просто существуют, а общей продолжительностью того процесса труда, в
течение которого они функционируют и используются. Если рабочие вынуждены гнуть спину
18 часов вместо 12, то это составляет три лишних дня в неделю, неделя превращается в пол-
торы недели, два года – в три.
Если сверхурочное время не оплачивается, то рабочие сверх нормального прибавочного
времени отдают ещё даром неделю на каждые две недели, год – на каждые два года труда.
Таким образом воспроизводство стоимости машин ускоряется на 50  % и занимает лишь 2/3
того времени, которое было бы необходимо при 12-часовом рабочем дне.
11 «Так как на всех фабриках очень значительная сумма основного капитала вложена в строения и машины, то прибыль
будет тем больше, чем больше число часов, в течение которых эти машины работают» («Reports of insp. of Pact., 31st October
1858», p. 8).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 54 В этом исследовании, точно так же как в исследовании колебаний цены сырого материала
(глава VI), мы, чтобы избежать ненужного усложнения вопроса, исходим из предположения,
что масса и норма прибавочной стоимости даны.
Как уже было указано при анализе кооперации, разделения труда и роли машин  ￿[Z] ,
экономия на условиях производства, характеризующая производство в крупном масштабе,
в основном возникает благодаря тому, что эти условия функционируют как условия обще-
ственного, общественно-комбинированного труда, следовательно,  – как общественные усло-
вия труда. Они используются в процессе производства сообща, совокупным рабочим, а не в
раздробленной форме массой не связанных между собой рабочих или, в лучшем случае, рабо-
чими, кооперирующимися между собой лишь в ничтожной степени. На крупной фабрике с
одним или двумя центральными двигателями издержки на эти двигатели возрастают не в той
пропорции, в какой растёт количество лошадиных сил двигателей, а следовательно, и возмож-
ная сфера их действия; издержки на передаточные механизмы растут не в той пропорции,
в какой растёт масса рабочих машин, которым они сообщают движение; сам остов рабочей
машины удорожается не в той пропорции, в какой увеличивается число орудий, которыми
она действует как своими органами, и т. д. Далее, благодаря концентрации средств производ-
ства сберегаются издержки на всякого рода постройки, не только на мастерские в собственном
смысле слова, но также на складские помещения и т. п. То же самое имеет место по отноше-
нию к расходам на отопление, освещение и т. п. Другие условия производства остаются те же
самые, независимо от того, много или мало людей используют их.
Но вся эта экономия, вытекающая из концентрации средств производства и их массо-
вого применения, предполагает, как своё существенное условие, сосредоточение и совместную
деятельность рабочих, т.  е. общественное комбинирование труда. Следовательно, она выте-
кает из общественного характера труда точно так же, как прибавочная стоимость вытекает
из прибавочного труда каждого отдельного рабочего, рассматриваемого изолированно. Даже
те постоянные усовершенствования, которые здесь возможны и необходимы, возникают все-
цело и исключительно из общественного опыта и наблюдений, которые делает возможными
и доставляет производство, осуществляемое совокупным, комбинированным в крупном мас-
штабе рабочим.
То же самое приходится сказать и о другой крупной области экономии на условиях про-
изводства. Мы имеем в виду обратное превращение экскрементов производства, так называе-
мых отходов, в новые элементы производства той же самой или другой отрасли промышлен-
ности,  – процессы, при помощи которых эти так называемые экскременты снова вводятся в
кругооборот производства, а следовательно и потребления – производительного или индивиду-
ального. И эта область сбережений, которой мы впоследствии коснёмся несколько подробнее,
есть результат общественного труда в крупном масштабе. Только при таком масштабе отходы
получаются в столь значительных массах, что они сами становятся снова предметом торговли,
а следовательно новыми элементами производства. Только как отходы совместного производ-
ства, а следовательно производства в крупном масштабе, получают они это значение для про-
изводственного процесса, остаются носителями меновой стоимости. Эти отходы – независимо
от той роли, которую они выполняют в качестве новых элементов производства – удешевляют
в той мере, в какой они могут быть вновь проданы, издержки на сырьё, так как к этим издерж-
кам всегда причисляется нормальный отход его, именно то его количество, которое в среднем
должно быть потеряно при обработке. Уменьшение издержек на эту часть постоянного капи-
тала повышает pro tanto  ￿U}] норму прибыли при данной величине переменного капитала и дан-
ной норме прибавочной стоимости.
Раз прибавочная стоимость дана, норма прибыли может быть увеличена только
путём уменьшения стоимости постоянного капитала, необходимого для производства товара.
Поскольку постоянный капитал входит в производство товаров, постольку приобретает значе-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 55 ние не его меновая стоимость, а исключительно его потребительная стоимость. Сколько труда
способен впитать в себя лён на прядильной фабрике, зависит не от его стоимости, а от его
количества, раз дан уровень производительности труда, т. е. уровень технического развития.
Равным образом та помощь, которую машина оказывает, например, трём рабочим, зависит не
от её стоимости, но от её потребительной стоимости как машины. На одной ступени техниче-
ского развития плохая машина может быть дорога, на другой – хорошая машина может быть
дешева.
Возросшая прибыль, которую капиталист получает благодаря тому, например, что хло-
пок или прядильные машины стали дешевле, является результатом возросшей производитель-
ности труда, правда, не в прядильном производстве, а в производстве машин и хлопка. Чтобы
овеществить данное количество труда и, следовательно, присвоить данное количество при-
бавочного труда, требуется теперь меньше затрат на условия труда. Уменьшаются издержки,
необходимые для того, чтобы присвоить определённое количество прибавочного труда.
Мы уже говорили о сбережениях, которые получаются в процессе производства
благодаря совместному применению средств производства совокупным рабочим,  – обще-
ственно-комбинированным рабочим. Дальнейшие сбережения в затратах постоянного капи-
тала, вытекающие из сокращения времени обращения (причём существенным материальным
моментом является развитие средств сообщения), мы рассмотрим ниже. Но уже здесь должно
быть упомянуто об экономии, получающейся благодаря непрерывному усовершенствованию
машин, а именно: 1) благодаря улучшению их материала, например, замене дерева железом;
2) благодаря удешевлению машин вследствие улучшения производства машин вообще; при-
чём, хотя стоимость основной части постоянного капитала с развитием труда в широком мас-
штабе непрерывно возрастает, она возрастает далеко не в той же степени; 12{380} 3) благодаря
специальным усовершенствованиям, которые удешевляют и делают более эффектной эксплу-
атацию уже имеющихся машин, как, например, усовершенствование паровых котлов и т. п., о
чём некоторые подробности будут даны ниже; 4) благодаря уменьшению количества отходов
при усовершенствованных машинах.
Всё, что уменьшает изнашивание машин и вообще основного капитала в течение данного
периода производства, не только удешевляет отдельный товар в силу того, что каждый отдель-
ный товар воспроизводит в своей цене причитающуюся на его долю часть износа, но и сокра-
щает соответственные затраты капитала на этот период. Ремонтные работы и т. п., поскольку
они необходимы, причисляются к первоначальным издержкам на машины. Их уменьшение
вследствие большей прочности машин уменьшает pro tanto цену последних.
Всякая экономия подобного рода характеризуется опять-таки тем, что в большинстве
случаев она возможна лишь при наличии комбинированного рабочего и зачастую может быть
осуществлена лишь при работах, организованных в ещё более широком масштабе; следова-
тельно, она требует ещё более значительного комбинирования рабочих непосредственно в про-
цессе производства.
Но, с другой стороны, развитие производительной силы труда в одной отрасли производ-
ства, – например, в производстве железа, угля, машин, в строительном деле и т. д., – которое,
в свою очередь, может отчасти зависеть от успехов в области интеллектуального производства,
именно от успехов естественных наук и их применения, является условием уменьшения стои-
мости, а следовательно, и издержек на средства производства в других отраслях промышлен-
ности, например, в текстильной промышленности или земледелии. Это само собой понятно,
потому что товар, вышедший как продукт из одной отрасли промышленности, снова всту-
12 См. Юр о прогрессе в строительстве фабрик  {380} . {380}  Маркс имеет в виду следующую работу: A. Ure. «The Philosophy of Manufactures: or, An Exposition of the Scientific,
Moral, and Commercial Economy of the Factory System of Great Britain». Second edition, London, 1835.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 56 пает как средство производства в другую отрасль промышленности. Его бо́льшая или меньшая
дешевизна зависит от производительности труда в той отрасли производства, из которой он
выходит как продукт; в то же время она является не только условием удешевления тех това-
ров, в производство которых входит данный товар как средство производства, но и условием
уменьшения стоимости постоянного капитала, элементом которого становится здесь данный
товар, а следовательно условием повышения нормы прибыли.
Характерная особенность этого рода экономии на постоянном капитале, обусловленной
неуклонным развитием промышленности, состоит в том, что здесь возрастание нормы при-
были в одной отрасли промышленности вызывается развитием производительной силы труда
в другой отрасли. То, что при этом выигрывает капиталист, есть опять-таки та выгода, кото-
рая является продуктом общественного труда, хотя в данном случае не продуктом рабочего,
эксплуатируемого непосредственно самим этим капиталистом. Такое развитие производитель-
ной силы в конечном счёте всегда сводится к общественному характеру действующего труда, к
разделению труда внутри общества, к развитию интеллектуального труда, особенно естествен-
ных наук. Капиталист использует здесь выгоды всей системы общественного разделения труда.
Развитие производительной силы труда не в данной отрасли промышленности, а в той, которая
доставляет ей средства производства, – вот что в рассматриваемом случае относительно пони-
жает стоимость применяемого капиталистом постоянного капитала, а следовательно, повы-
шает норму прибыли.
В другом случае повышение нормы прибыли достигается не вследствие экономии на
труде, производящем постоянный капитал, а вследствие экономии в применении самого посто-
янного капитала. Благодаря концентрации рабочих и их кооперации в широком масштабе
сберегается постоянный капитал. Одни и те же постройки, приспособления для отопления
и освещения и т.  п. обходятся относительно дешевле при производстве в крупном, чем при
производстве в мелком масштабе. То же самое следует сказать о двигателях и рабочих маши-
нах. Стоимость их, хотя и возрастает абсолютно, относительно падает по сравнению с расту-
щим расширением производства и величиной переменного капитала или массой рабочей силы,
приводимой в движение. Экономия, которую данный капитал осуществляет в своей собствен-
ной отрасли производства, состоит прежде всего и непосредственно в экономии на труде, т. е.
в сокращении оплачиваемого труда своих собственных рабочих; напротив, упомянутая выше
экономия сводится к тому, чтобы осуществлять это возможно большее присвоение чужого
неоплаченного труда возможно более экономным способом, т.  е. с  возможно меньшими при
данном масштабе производства издержками. Поскольку эта экономия основывается не на упо-
мянутой уже эксплуатации производительности общественного труда, применяемого в произ-
водстве постоянного капитала, а на экономии в применении самого постоянного капитала, она
создаётся или непосредственно кооперацией и общественной формой труда в самой данной
отрасли производства или производством машин и т. д. в таком масштабе, при котором стои-
мость их возрастает не в такой степени, как их потребительная стоимость.
Здесь необходимо иметь в виду два момента. Если стоимость c = 0, то p' было бы = m'
и норма прибыли достигла бы своего максимума. Но, во-вторых: для непосредственной экс-
плуатации самого труда важна отнюдь не стоимость применяемых средств эксплуатации, будь
то основной капитал или сырьё и вспомогательные материалы. Поскольку они служат в каче-
стве поглотителей труда, в качестве средств, в которых или при помощи которых овеществля-
ется труд, а следовательно и прибавочный труд, меновая стоимость машин, строений, сырья
и т.  п. совершенно не имеет значения. Единственно, что здесь имеет значение, это, с одной
стороны, их масса, которая технически необходима для соединения с определённым количе-
ством живого труда, и, с другой стороны, их соответствие поставленной цели, т. е. хорошими
должны быть не только машины, но также сырьё и вспомогательные материалы. От качества
сырья зависит отчасти норма прибыли. Хороший материал даёт меньшее количество отходов;

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 57 следовательно, требуется меньшая масса сырья для впитывания того же самого количества
труда. Далее, становится меньше то сопротивление, которое встречает рабочая машина. Отча-
сти это влияет даже на прибавочную стоимость и норму прибавочной стоимости. При плохом
сырьё рабочий для переработки того же самого количества затрачивает больше времени; при
неизменной заработной плате это приводит к сокращению прибавочного труда. Это оказывает,
далее, значительное влияние на воспроизводство и накопление капитала, которое, как было
показано в «Капитале», кн. I, стр. 568  ￿UX] , зависит больше от производительности, чем от массы
применяемого труда.
Отсюда понятно фанатическое стремление капиталистов экономить на средствах произ-
водства. Когда ничто не расточается и не пропадает даром, когда средства производства рас-
ходуются именно так, как этого требует само производство – такое положение достигается
частью при помощи дрессировки и обучения рабочих, частью при помощи дисциплины, кото-
рой капиталист подчиняет комбинированных рабочих и которая становится излишней при
таком общественном строе, где рабочие трудятся на себя, она уже теперь становится почти
совершенно излишней при поштучной заработной плате. Этот же фанатизм проявляется, с
другой стороны, и в фальсификации элементов производства, что представляет собой главное
средство понижения стоимости постоянного капитала по сравнению с переменным и повы-
шения, таким образом, нормы прибыли; как существенный элемент надувательства сюда при-
соединяется ещё продажа этих элементов производства выше их стоимости, поскольку эта
стоимость снова появляется в продукте. Этот момент играет решающую роль, особенно в гер-
манской промышленности, основной принцип которой таков: самый лучший способ угодить
людям – это сначала послать им хорошие образцы, а затем плохие товары. Впрочем, эти явле-
ния, относящиеся к области конкуренции, нас здесь не касаются.
Следует заметить, что такое повышение нормы прибыли, вызываемое уменьшением сто-
имости, а следовательно и цены постоянного капитала, совершенно не зависит от того, произ-
водит ли отрасль промышленности, в которой оно имеет место, предметы роскоши, или жиз-
ненные средства, входящие в потребление рабочих, или же средства производства вообще.
Последнее обстоятельство может иметь значение лишь постольку, поскольку речь идёт о норме
прибавочной стоимости, которая существенно зависит от стоимости рабочей силы, т. е. от сто-
имости обычных жизненных средств рабочих. Но в рассматриваемом случае прибавочная сто-
имость и норма прибавочной стоимости предполагаются данными. При этих условиях отноше-
ние прибавочной стоимости ко всему капиталу – оно и определяет норму прибыли – зависит
исключительно от стоимости постоянного капитала, а отнюдь не от потребительной стоимости
элементов, из которых он состоит.
Относительное удешевление средств производства, конечно, не исключает возрастания
абсолютной суммы их стоимости, потому что абсолютное количество применяемых средств
производства чрезвычайно увеличивается вместе с развитием производительной силы труда
и сопровождающим его ростом размеров производства. Экономия в применении постоянного
капитала, с какой бы стороны мы её ни рассматривали, отчасти является результатом исклю-
чительно того факта, что средства производства функционируют и потребляются как общие
средства производства комбинированного рабочего, так что сама эта экономия оказывается
продуктом общественного характера непосредственно производительного труда; отчасти же
– результатом развития производительности труда в сферах, которые доставляют капиталу
его средства производства; таким образом, если мы будем противопоставлять весь труд всему
капиталу,  – а не одних только рабочих, занятых капиталистом X, этому капиталисту X,  – то
эта экономия опять-таки окажется продуктом развития производительных сил общественного
труда, и вся разница сведётся к тому, что капиталист X извлекает выгоду из производительно-
сти труда не только своей собственной мастерской, но также и чужих мастерских. Тем не менее
капиталисту экономия на постоянном капитале представляется условием, совершенно чуждым

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 58 рабочему и абсолютно не касающимся его, условием, к которому рабочий не имеет никакого
отношения; между тем для капиталиста всегда совершенно ясно, что рабочему отнюдь не без-
различно, много или мало труда покупает капиталист за одни и те же деньги (так как именно в
этом виде представляется в его сознании сделка между капиталистом и рабочим). Эта эконо-
мия в применении средств производства, этот метод достигать определённого результата при
наименьших затратах, в ещё большей степени, чем другие силы, заложенные в труде, представ-
ляется силой, присущей капиталу, методом, свойственным капиталистическому способу про-
изводства и характеризующим его.
Такой способ представления тем менее может казаться странным, что ему соответствует
внешняя видимость фактов и что капиталистическое отношение на самом деле скрывает внут-
реннюю связь вещей за тем полнейшим безразличием, обособленностью и отчуждённостью, в
которые оно ставит рабочего по отношению к условиям осуществления его собственного труда.
Во-первых: Средства производства, из которых состоит постоянный капитал, представ-
ляют только деньги капиталиста (подобно тому, как, по Ленге, тело римского должника пред-
ставляло деньги его кредитора  ￿Uh] ) и находятся в известном отношении только к нему, тогда
как рабочий, поскольку он приходит с ними в соприкосновение в действительном процессе
производства, имеет с ними дело только как с потребительными стоимостями производства,
как со средствами труда и материалом труда. Поэтому уменьшение или увеличение этой сто-
имости так же мало затрагивает отношение рабочего к капиталисту, как, например, то обсто-
ятельство, обрабатывает ли он медь или железо. Впрочем, капиталист предпочитает, как мы
покажем впоследствии, рассматривать дело иначе в тех случаях, когда имеет место возраста-
ние стоимости средств производства и вследствие этого уменьшается норма прибыли.
Во-вторых: Поскольку средства производства в процессе капиталистического производ-
ства являются в то же время средствами эксплуатации труда, сравнительная дешевизна или
дороговизна этих средств эксплуатации столь же безразлична для рабочего, как безразлично
для лошади, дорогими или дешёвыми удилами и уздой ею управляют.
Наконец , как мы видели раньше  ￿U[] , рабочий в действительности относится к обществен-
ному характеру своего труда, к его комбинации с трудом других ради общей цели, как к неко-
торой чуждой ему силе; условием осуществления этой комбинации является чуждая рабочему
собственность, расточение которой нисколько не затрагивало бы интересов рабочего, если бы
его не принуждали экономить её. Совершенно иначе обстоит дело на фабриках, принадлежа-
щих самим рабочим, например, в Рочдейле ￿UU] .
Таким образом, едва ли надо говорить, что, поскольку производительность труда в одной
отрасли производства проявляется как удешевление и улучшение средств производства в дру-
гой и тем повышает норму прибыли, эта всеобщая связь общественного труда выступает
как нечто совершенно чуждое рабочим, касается фактически только капиталиста, поскольку
только он покупает и присваивает эти средства производства. Тот факт, что он покупает про-
дукт рабочих чужой отрасли производства на продукт рабочих своей собственной отрасли про-
изводства и, следовательно, располагает продуктом чужих рабочих лишь постольку, поскольку
он безвозмездно присвоил себе продукт своих собственных, – этот факт представляет собой
связь, которая благополучно маскируется процессом обращения и т. д.
Сюда присоединяется ещё следующее обстоятельство. Так как производство в крупном
масштабе развивается впервые в капиталистической форме, то и погоня за прибылью, с одной
стороны, а с другой стороны, конкуренция, вынуждающая производить товары как можно
дешевле, придают этой экономии в применении постоянного капитала такой вид, как будто
она является специфической особенностью капиталистического способа производства и, сле-
довательно, функцией капиталиста.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 59 Капиталистический способ производства усиливает, с одной стороны, развитие произво-
дительных сил общественного труда и, с другой стороны, экономию в применении постоянного
капитала.
Однако дело не ограничивается этим отношением отчуждённости и безразличия, кото-
рое устанавливается между рабочим, носителем живого труда, и экономным, т. е. рациональ-
ным и бережливым, применением условий его труда. В силу своей противоречивой, антагони-
стической природы капиталистический способ производства приводит к тому, что расточение
жизни и здоровья рабочего, ухудшение условий его существования само причисляется к эко-
номии в применении постоянного капитала и, следовательно, к средствам повышения нормы
прибыли.
Так как рабочий бо́льшую часть своей жизни отдаёт процессу производства, то условия
процесса производства являются в значительной мере также и условиями его активного жиз-
ненного процесса, его условиями жизни, а экономия на этих условиях жизни есть один из
методов повышения нормы прибыли, совершенно так же,  – что мы видели раньше  ￿UV] ,  – как
чрезмерная работа, превращение рабочего в рабочий скот, является методом ускорения само-
возрастания стоимости капитала, производства прибавочной стоимости. Эта экономия при-
водит к переполнению рабочими тесных, нездоровых помещений, что на капиталистическом
языке называется сбережением на постройках, к нагромождению опасных машин в одном и том
же помещении и отсутствию приспособлений, предохраняющих от опасности, отсутствию мер
предосторожности в процессах производства, которые по своей природе вредны для здоровья
или сопряжены с опасностью, как рудники и т.  д. Мы уже не говорим об отсутствии каких-
либо приспособлений, которые сделали бы для рабочего процесс производства более человеч-
ным, приятным или хотя бы только сносным. С капиталистической точки зрения это было
бы совершенно бесцельной и бессмысленной расточительностью. Вообще капиталистическое
производство, несмотря на всё своё скопидомство, несомненно расточительно в обращении с
человеческим материалом; точно так же как, с другой стороны, оно, благодаря методу распре-
деления своих продуктов при помощи торговли и свойственному ему способу конкуренции,
оказывается также весьма расточительным в расходовании материальных средств, причём для
общества теряется то, что выигрывают отдельные капиталисты.
Так же как капиталу присуща тенденция при непосредственном применении живого
труда сводить его к необходимому труду и путём эксплуатации общественных производитель-
ных сил труда постоянно сокращать необходимый для изготовления продукта труд, а следо-
вательно, всячески экономить непосредственно применяемый живой труд, так ему присуща
и тенденция – применять этот сведённый к необходимой мере труд при возможно более эко-
номных условиях, т. е. сводить стоимость применяемого постоянного капитала к возможному
минимуму. Если стоимость товаров определяется заключающимся в них необходимым рабо-
чим временем, а не рабочим временем, вообще заключающимся в них, то определение это
реализуется только капиталом, который в то же время непрерывно сокращает рабочее время,
общественно необходимое для производства того или иного товара. Цена товара сводится
таким образом к минимуму благодаря тому, что сводится к минимуму каждая часть труда,
необходимого для его производства.
Рассматривая экономию в применении постоянного капитала, необходимо иметь в виду
следующее различие. Если растёт масса, а вместе с тем и сумма стоимости применяемого капи-
тала, то это, прежде всего, означает лишь концентрацию большего количества капитала в одних
руках. Но как раз это увеличение применяемой одним владельцем массы капитала, – которой в
большинстве случаев соответствует также абсолютно большее, но относительно меньшее коли-
чество применяемого труда, – и допускает экономию на постоянном капитале. Для отдельного
капиталиста растут размеры необходимых затрат капитала, в особенности основного капитала;

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 60 но по отношению к массе перерабатываемого материала и эксплуатируемого труда стоимость
этих затрат уменьшается.
Мы иллюстрируем это вкратце отдельными примерами. Начнём с конца,  – с экономии
на условиях производства, поскольку последние представляют собой в то же время условия
существования и жизни рабочего.
 
II. ЭКОНОМИЯ НА УСЛОВИЯХ ТРУДА ЗА СЧЁТ РАБОЧЕГО.
ПРЕНЕБРЕЖЕНИЕ САМЫМИ НЕОБХОДИМЫМИ ЗАТРАТАМИ  
Каменноугольные копи.
«При конкуренции, господствующей между владельцами каменноугольных шахт… не
делается иных затрат, кроме тех, которые необходимы для того, чтобы преодолеть самые оче-
видные физические трудности; а при конкуренции между рабочими-шахтёрами, которых име-
ется обыкновенно в избытке, рабочие эти охотно подвергают себя значительным опасностям
и самым вредным влияниям за плату, лишь немного превышающую заработок соседних дере-
венских подёнщиков, так как работа в шахтах позволяет, кроме того, с выгодой использовать
и их детей. Этой двойной конкуренции совершенно достаточно для того… чтобы работы в
большинстве копей велись при самом несовершенном способе осушения и вентиляции, часто
в плохо построенных шахтах, с плохими креплениями, неподготовленными машинистами, с
плохо проложенными и плохо отстроенными штольнями и откатными путями; разрушение
жизни и здоровья, увечья рабочих – таковы результаты, статистика которых представила бы
ужасающую картину» («First Report on Children's Employment in Mines and Collieries etc.», 21
April 1841, p. 102).
Около 1860 г. в английских каменноугольных копях еженедельно погибало в среднем 15
человек. По данным отчёта «Coal Mines Accidents» (6 февраля 1862 г.) за 10 лет, 1852–1861 гг.,
было убито в общей сложности 8 466 человек. Число это, однако, гораздо меньше действитель-
ного, как указывает и сам отчёт, так как в первые годы, когда институт фабричных инспекто-
ров был только что учреждён, а подлежащие их надзору округа были слишком обширны, о
многих несчастных и смертных случаях вовсе не заявлялось. Естественная тенденция капита-
листической эксплуатации лучше всего обнаруживается именно в том, что несмотря на недо-
статочное число и незначительную власть фабричных инспекторов количество несчастных слу-
чаев сильно уменьшилось с учреждением инспекции, хотя и в настоящее время истребление
рабочих совершается ещё в очень крупных размерах. Эти человеческие жертвы являются в
большинстве случаев результатом гнусной скаредности владельцев копей, которые, например,
зачастую делают только один ствол, вследствие чего не только невозможна никакая действи-
тельная вентиляция, но невозможен также выход наружу в случае, если этот единственный
путь засыпан.
Капиталистическое производство, если мы будем рассматривать его обособленно, отвле-
каясь от процесса обращения и расходов в связи с конкуренцией, относится крайне бережливо
к труду, уже осуществлённому, овеществлённому в товарах. Напротив, оно в несравненно боль-
шей степени, чем всякий другой способ производства, является расточителем людей, живого
труда, расточителем не только тела и крови, но и нервов и мозга. В самом деле, только ценой
колоссального расточения сил отдельного индивидуума обеспечивается и осуществляется раз-
витие человечества в эту историческую эпоху, непосредственно предшествующую сознатель-
ному переустройству человеческого общества. Так как вся экономия, о которой здесь идёт
речь, вытекает из общественного характера труда, то фактически именно этот непосредственно
общественный характер труда и вызывает это расточение жизни и здоровья рабочего. Харак-
терным в этом отношении является вопрос, поставленный уже фабричным инспектором Р.
Бейкером:

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 61 «Весь вопрос, заслуживающий серьёзных размышлений, состоит в том, каким образом
можно лучше всего избежать обусловленного совместным трудом принесения в жертву дет-
ских жизней ?» («Reports of Insp. of Fact., 31 October 1863», p. 157).
Фабрики. Сюда относится отсутствие всех предохранительных мер, обеспечивающих без-
опасность, удобство и здоровье рабочих также и на фабриках в собственном смысле этого
слова. Отсюда исходит бо́льшая часть боевых сводок о раненых и убитых в промышленной
армии (см. ежегодные фабричные отчёты). Для фабрик характерны также тесные помещения,
плохая вентиляция и т. д.
Ещё в октябре 1855 г. Леонард Хорнер жаловался на сопротивление, оказываемое зна-
чительным числом фабрикантов требованиям закона относительно предохранительных при-
способлений к горизонтальным валам, несмотря на то, что опасность постоянно подтвержда-
ется всё новыми несчастными случаями, часто со смертельным исходом, и что приспособления
эти стоят недорого и никоим образом не мешают производству («Reports of Insp. of Fact.,
October 1855», p. 6). В своём сопротивлении этому и другим положениям закона фабриканты
нашли дружескую поддержку со стороны безвозмездно исполняющих обязанности мировых
судей, которые, в большинстве случаев сами являясь фабрикантами или друзьями фабрикан-
тов, должны были решать судебные дела подобного рода. Какого сорта приговоры выносились
этими господами, видно из слов верховного судьи Кэмпбелла, сказанных им по поводу одного
из таких приговоров, поступивших на его рассмотрение по апелляционной жалобе.
«Это не истолкование парламентского акта, а простая его отмена» (там же, стр. 11).
В том же самом отчёте Джон Кинкейд рассказывает, что на многих фабриках машины
пускают без предварительного предупреждения об этом рабочих. Так как и на остановленной
машине всегда найдётся какая-нибудь работа, причём руки и пальцы неизбежно приходят в
соприкосновение с машиной, то в данном случае вследствие одной только неподачи сигнала
постоянно происходят несчастные случаи (там же, стр. 44). Манчестерские фабриканты обра-
зовали в то время с целью противодействия фабричному законодательству предприниматель-
ский союз, так называемую Национальную ассоциацию по пересмотру фабричных законов,
который в марте 1855  г. в  виде взносов по 2 шилл. с  лошадиной силы собрал сумму свыше
50 000 ф. ст., предназначенную для оплаты судебных издержек своих членов в связи с контр-
процессами по поводу обвинений, с которыми выступали фабричные инспектора. Предприни-
матели старались доказать, что, раз речь идёт о прибыли, «killing no murder»  ￿U`] . Шотландский
фабричный инспектор, сэр Джон Кинкейд, рассказывает, что одна глазговская фирма снабдила
все свои машины на фабрике предохранительными приспособлениями из старого железа, что
обошлось ей в 9 ф. ст. 1 шиллинг. Если бы она присоединилась к вышеупомянутому союзу, ей
пришлось бы со своих 110 лошадиных сил уплатить 11 ф. ст. взносов, т. е. больше, чем стоили
ей все предохранительные приспособления. Однако Национальная ассоциация была основана в
1854 г. с явно выраженной целью противиться закону, предписывающему установление предо-
хранительных приспособлений. В течение 1844–1854 гг. фабриканты не обращали на закон ни
малейшего внимания. Фабричные инспектора по предписанию Пальмерстона заявили фабри-
кантам, что отныне закон будет применяться со всей строгостью. Тотчас же фабриканты осно-
вали свою Ассоциацию, многие из членов которой были мировыми судьями и в качестве тако-
вых должны были сами применять закон. В апреле 1855 г. новый министр внутренних дел, сэр
Джордж Грей, обратился к фабрикантам с компромиссным предложением, согласно которому
правительство обещало удовольствоваться почти исключительно формальным исполнением
закона о предохранительных приспособлениях; однако Ассоциация с негодованием отвергла
и это предложение. Известный инженер Уильям Фэрберн поставил на карту свою репутацию,
выступая в различных процессах экспертом-защитником экономии и попранной свободы капи-
тала. Глава фабричной инспекции Леонард Хорнер подвергался со стороны фабрикантов вся-
кого рода преследованиям и неприятностям.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 62 Фабриканты, однако, не успокоились до тех пор, пока не добились решения суда королев-
ской скамьи  ￿Ui] , толкующего закон 1844 г. так, что он не обязывает-де устраивать предохрани-
тельные приспособления для горизонтальных валов, поднятых над уровнем пола более чем на
7 футов. В 1856 г. им удалось, наконец, при посредстве ханжи Уилсона-Паттена, – одного из тех
благочестивых людей, показная религия которых делает их всегда готовыми выполнять любую
грязную работу в угоду рыцарям денежного мешка,  – провести в парламенте акт, которым
они были удовлетворены. Акт этот фактически лишил рабочих всякой специальной защиты,
предоставив им при несчастных случаях, причинённых машинами, добиваться компенсации в
обычных судах (прямая насмешка при высоких в Англии судебных издержках), между тем, с
другой стороны, он при помощи весьма крючкотворных положений о производстве экспертизы
почти полностью исключил проигрыш процесса фабрикантами. В результате число несчаст-
ных случаев быстро возросло. За полугодие май – октябрь 1858 г. инспектор Бейкер отметил
повышение числа несчастных случаев на 21 % по сравнению с предшествующим полугодием.
36,7  % всех несчастных случаев, по его мнению, можно было бы предотвратить. Во всяком
случае, по сравнению с 1845 и 1846  гг. число несчастных случаев в 1858 и 1859  гг. значи-
тельно уменьшилось, а именно на 29 %, при увеличении на 20 % числа рабочих, работающих
в отраслях промышленности, подчинённых надзору фабричной инспекции. В чём же причина
этого? К 1865  г. страсти улеглись главным образом благодаря введению новых машин, кото-
рые с самого начала делаются с готовыми предохранительными приспособлениями и с кото-
рыми фабрикант мирится, так как они не требуют от него добавочных издержек. Кроме того,
отдельным рабочим удалось получить по суду крупную компенсацию за потерю рук, причём
эти судебные решения были подтверждены даже самой высокой инстанцией («Reports of Insp.
of Fact., 30 April 1861», p. 31; также April 1862, р. 17).
Этим мы ограничимся в вопросе об экономии на средствах, предохраняющих жизнь
рабочих (среди которых много детей) от опасностей и конечности рабочих от увечий, непо-
средственно обусловленных работой при машинах.
Работа в закрытых помещениях вообще. Известно, насколько экономия на простран-
стве, а следовательно на строениях, способствует скученности рабочих в тесных помещениях.
Сюда присоединяется экономия на приспособлениях для вентиляции. В связи с продолжитель-
ным рабочим временем обе эти причины вызывают сильное увеличение болезней дыхатель-
ных органов и, следовательно, повышают смертность. Нижеследующие иллюстрации взяты из
отчёта «Public Health, 1863, 6th Report»; отчёт составлен д-ром Джоном Саймоном, хорошо
известным читателю по книге I этой работы.
Комбинирование рабочих и их кооперация – таково условие, допускающее применение
машин в широком масштабе, концентрацию средств производства и экономию в их примене-
нии; равным образом эта совместная работа масс в закрытых помещениях и при таких усло-
виях, когда решающим является не здоровье рабочих, а более успешное изготовление про-
дукта,  – это сосредоточение массы рабочих в одной и той же мастерской является, с одной
стороны, источником растущей прибыли капиталистов, с другой же стороны, раз его послед-
ствия не компенсируются сокращением рабочего времени и специальными мерами предосто-
рожности, оно является причиной расточения жизни и здоровья рабочих.
Д-р Саймон устанавливает следующее общее правило, доказывая его массовыми стати-
стическими данными:
«В прямом отношении к тому, насколько население данного округа вынуждено прибегать
к совместному труду в закрытых помещениях, растёт при прочих равных условиях процент
смертности но данному округу вследствие лёгочных заболеваний» (стр. 23). Причина – пло-
хая вентиляция. «И, по всей вероятности, во всей Англии нет ни одного исключения из того
общего правила, что в каждом округе, где имеется значительная промышленность, сосредо-
точенная в закрытых помещениях, высокая смертность рабочих этой промышленности пред-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 63 ставляет достаточную величину, чтобы обеспечить во всей статистике смертности по данному
округу абсолютное преобладание лёгочных заболеваний» (стр. 23).
Статистика смертности в отраслях промышленности, в которых работы производятся в
закрытых помещениях и которые в 1860 и 1861 гг. подверглись обследованию со стороны сани-
тарного надзора, даёт следующие результаты: на то же самое число мужчин 15–55-летнего воз-
раста, на которое в земледельческих округах Англии падает 100 смертных случаев от чахотки
и других лёгочных заболеваний, приходится: в Ковентри – 163 смертных случая от чахотки, в
Блэкберне и Скиптоне – 167, в Конглтоне и Брадфорде – 168, в Лестере – 171, в Лике – 182,
в Маклсфилде – 184, в Болтоне – 190, в Ноттингеме – 192, в Рочдейле – 193, в Дерби – 198,
в Солфорде и Аштоне-андер-Лайн – 203, в Лидсе – 218, в Престоне – 220 и в Манчестере –
263 (стр. 24). Нижеследующая таблица даёт ещё более разительный пример. Она показывает
количество смертных случаев от лёгочных заболеваний отдельно для обоих полов в возрасте
от 15 до 25 лет на каждые 100 000 телей.
Выбор пал на такие округа, в промышленности которых, сосредоточенной в закрытых
помещениях, заняты только женщины, тогда как мужчины заняты в самых разнообразных
отраслях труда.
В округах с шёлковой промышленностью, где участие мужчин в фабричном труде выше,
выше также и смертность. Показатели смертности от чахотки и т.  п. среди лиц обоего пола
вскрывают здесь, как гласит отчёт, «возмутительные (atrocious) санитарные условия на значи-
тельной части предприятий нашей шёлковой промышленности».
И это как раз та самая шёлковая промышленность, фабриканты которой, указывая на
исключительно благоприятные санитарные условия своего производства, требовали и отчасти
добились исключительно продолжительного рабочего времени для детей моложе 13-летнего
возраста (см. «Капитал», кн. I, гл. VIII, 6, стр. 256  ￿UY] ).
«Пожалуй, ни одна из обследованных до сих пор отраслей промышленности не даёт более
печальной картины, чем швейное производство, обрисованное с этой стороны д-ром Смитом…
„Мастерские“, говорит он, „весьма различны в санитарном отношении; но почти все они пере-
полнены, плохо проветриваются и в высшей степени неблагоприятны для здоровья… В таких
комнатах, кроме того, неизбежно душно; а когда зажигают газ, как это делается днём во время
тумана или зимними вечерами, температура достигает 80 и даже 90 градусов (по Фаренгейту =
27–33° Цельсия), вследствие чего рабочие обливаются по́том, оконные стёкла отпотевают, вода
постоянно струится и каплет с потолка, и рабочие вынуждены держать открытыми несколько
окон, хотя они при этом неизбежно простуживаются“. Состояние 16 наиболее значительных
мастерских в лондонском Уэст-Энде описывается следующим образом: „наибольшая кубатура
на одного рабочего в этих плохо проветриваемых комнатах 270 куб. футов, наименьшая 105
футов, в среднем всего лишь 156 футов на человека. В помещении, окружённом со всех сто-
рон галереей и получающем свет только сверху, работают от 92 до 100 человек; горит значи-
тельное количество газовых рожков; отхожие места находятся рядом с мастерской; на каждого
человека приходится не более 150 куб. футов. В другой мастерской, которая, подобно соба-
чьей конуре, помещается в глубине двора и в которую свет и воздух поступают только через
небольшое отверстие в крыше, работают 5 или 6 человек, причём на каждого из них прихо-
дится всего 112 куб. футов“. И „в этих ужасных (atrocious) мастерских, описанных д-ром Сми-
том, портные работают обыкновенно 12–13 часов в день, а порой работа продолжается целых
15–16 часов“» (стр. 25, 26, 28).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 64
Необходимо отметить – и это действительно отмечено Джоном Саймоном, составителем
отчёта, заведующим медицинским отделом,  – что для лиц в возрасте 25–35 лет приводятся
заниженные цифры смертности среди портных, наборщиков и печатников Лондона, так как
в обеих отраслях промышленности лондонские мастера получают из деревни значительное
число молодых людей (вероятно, до 30-летнего возраста), работающих в качестве учеников и
«improvers», т.  е. совершенствующихся в ремесле. Они увеличивают общее число занятых в
промышленности, на которое рассчитывается процент смертности промышленного населения
Лондона; но число смертей в Лондоне среди них меньше, чем среди других рабочих, так как их
пребывание в городе лишь временное; если они заболевают в течение этого времени, они воз-
вращаются домой в деревню, где и регистрируется их смерть, когда болезнь имеет смертельный
исход. Это в ещё большей степени касается более ранних возрастных групп, и потому лондон-
ские цифры смертности для лиц этих групп лишены всякого значения в качестве показателя
вредности промышленности для здоровья (стр. 30).
Приблизительно так же, как с портными, обстоит дело с наборщиками, у которых к недо-
статку вентиляции, отравленному воздуху и т. д. присоединяется ещё ночная работа. Их обыч-
ное рабочее время продолжается 12–13 часов, иногда 15–16.
«Страшная жара и духота, как только зажгут газ… Нередко случается, что испарения
из словолитни или смрад от машин и сточной канавы поднимаются вверх с нижнего этажа и
усугубляют недостатки верхнего помещения. Разгорячённый воздух нижних помещений под-
нимает температуру в верхних уже только нагреванием пола, и если комнаты низки, а газа
потребляется много, – это настоящее бедствие. Ещё хуже обстоит дело там, где паровые котлы
помещаются внизу и наполняют весь дом несносным жаром… В общем можно сказать, что
вентиляция сплошь неудовлетворительна и совершенно недостаточна для того, чтобы после
захода солнца умерять жару и удалять продукты сгорания газа, и что во многих мастерских,
особенно там, где раньше были жилые помещения, санитарные условия в высшей степени
достойны осуждения».
В некоторых мастерских, в особенности там, где печатаются еженедельники, работа про-
изводится почти без перерыва в течение двух дней и одной ночи, причём здесь также работают
подростки 12–16 лет; в других наборных мастерских, выполняющих срочные работы, рабочие
не имеют отдыха даже по воскресеньям, и их рабочая неделя составляет 7 дней вместо 6 (стр.
26, 28).
О белошвейках и модистках (milliners and dressmakers) мы говорили уже в «Капитале»,
кн. I, гл. VIII; 3, стр. 215–217  ￿UZ] , когда речь шла о чрезмерном труде. Их рабочие помеще-
ния в приводимом нами отчёте описаны д-ром Ордом. Даже в тех случаях, когда они днём
несколько лучше, то в те часы, когда горит газ, в них чрезвычайно жарко, атмосфера испор-
ченная и нездоровая. В 34 более благоустроенных мастерских д-р Орд нашёл, что в среднем
кубатура на одну работницу была:
«В 4 случаях более 500 футов; в 4 других – от 400 до 500 футов… в 7 – 200–250; в 4 –
150–200 и, наконец, в 9 случаях – только 100–150 куб. футов. Даже самый благоприятный из
этих случаев даёт содержание воздуха, едва достаточное при продолжительной работе в поме-
щении с несовершенной вентиляцией. Даже при хорошей вентиляции вечером в мастерских
становится очень жарко и душно вследствие того, что требуется значительное число горящих
газовых рожков».
А вот замечания д-ра Орда об одной из посещённых им мастерских низшего разряда, где
работы ведутся за счёт посредника (middleman):

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 65 «Комната объёмом 1  280 куб. футов; в  ней находятся 14 человек; на каждого прихо-
дится 91,5 куб. фута. Работницы выглядели здесь переутомлёнными и измученными. Зарабо-
ток определяется в 7–15 шилл. в  неделю, кроме того чай… Работают от 8 утра до 8 вечера.
Маленькая комната, в которой скучены эти 14 человек, плохо проветривается. Имеются два
открывающихся окна и камин, который, впрочем, засорён; нет никаких специальных приспо-
соблений для вентиляции» (стр. 27).
В том же самом отчёте о чрезмерной работе модисток говорится следующее:
«Чрезмерный труд молодых женщин господствует в фешенебельных модных мастерских
только в течение приблизительно 4 месяцев, но он столь чудовищно чрезмерен, что это порой
вызывало даже изумление и возмущение публики; в течение этих месяцев в мастерской рабо-
тают, как правило, 14 полных часов, а при накоплении спешных заказов даже 17–18 часов
ежедневно. В остальное время года работы продолжаются, вероятно, 10–14 часов; работаю-
щие на дому заняты обыкновенно 12 или 13 часов. В производстве дамского верхнего платья,
воротничков, сорочек и т.  п. работы в общей мастерской, в том числе и шитьё на швейной
машине, продолжаются не так долго, обыкновенно не более 10–12 часов»; но, прибавляет д-р
Орд, «в некоторых заведениях обычное рабочее время удлиняется в известные периоды сверх-
урочными работами, оплачиваемыми особо, в других по окончании обычного рабочего дня
работу берут с собой на дом, чтобы там закончить её. Прибавим, что и в той и в другой форме
сверхурочные работы зачастую являются принудительными» (стр. 28).
Джон Саймон делает к этой странице следующее примечание:
«Г-н Редклифф, секретарь эпидемиологического общества, которому предоставлялось
особенно много случаев обследовать здоровье работниц в заведениях первого типа, из каж-
дых 20 девушек, которые говорили о себе, что они „совершенно здоровы“, нашёл здоровой
только одну; остальные обнаруживали различную степень упадка сил, нервного истощения и
многочисленных обусловленных этим функциональных расстройств. Причинами этого он счи-
тает: в первую очередь, чрезмерную продолжительность рабочего дня, которую он определяет
даже для спокойного времени года минимум в 12 часов ежедневно; во-вторых, переполнение и
плохую вентиляцию мастерских, испорченный газовыми рожками воздух, недостаточное или
плохое питание, недостаточную заботу об удобствах помещения».
Д-р Саймон приходит в конце концов к заключению, «что рабочие практически не могут
настоять на выполнении того, что теоретически является их элементарнейшим правом на здо-
ровье, а именно, настоять на выполнении требования, чтобы работодатель, на какую бы работу
он их ни назначал, за свой счёт устранил, поскольку это от него зависит, все условия, делающие
исполнение этой совместной работы без нужды вредным для здоровья… между тем рабочие
фактически не в состоянии собственными силами добиться этой санитарной справедливости
и, несмотря на предполагаемое намерение законодателя, столь же мало могут рассчитывать на
какую-либо действительную поддержку со стороны чиновников, которым вверено проведение
в жизнь актов о санитарной охране труда» (стр. 29). – «Несомненно, определение точных гра-
ниц, в которых предприниматели должны руководствоваться законом, представляет неболь-
шие технические затруднения. Но… в принципе требования, направленные к охране здоро-
вья, имеют всеобщий характер. И в интересах миллионов рабочих и работниц, жизнь которых
теперь без всякой нужды отравляется и сокращается бесконечными физическими страдани-
ями, вызываемыми исключительно характером их работы, я осмеливаюсь высказать надежду,
что вообще санитарные условия труда будут везде поставлены под надлежащую защиту зако-
нов; необходимо по меньшей мере гарантировать устройство удовлетворительной вентиляции
во всех закрытых рабочих помещениях и в каждой отрасли труда, вредной для здоровья по
самой своей природе, ограничить, насколько возможно, влияния, особенно вредные для здо-
ровья» (стр. 31).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 66  
III. ЭКОНОМИЯ В ПРОИЗВОДСТВЕ ДВИГАТЕЛЬНОЙ
СИЛЫ, НА ПЕРЕДАЧЕ СИЛЫ И НА ПОСТРОЙКАХ  
В своём октябрьском отчёте за 1852 г. Л. Хорнер цитирует письмо известного инженера
Джемса Несмита из Патрикрофта, изобретателя парового молота; в письме этом, между про-
чим, говорится:
«Публика очень мало знакома с тем, какое колоссальное приращение двигательной силы
получается вследствие таких изменений системы и усовершенствований» (паровых машин),
«как те, о которых я говорю. Сила машин нашего округа» (Ланкашира) «почти в течение 40 лет
находилась под гнётом боязливой и полной предрассудков рутины, от которой мы теперь, к сча-
стью, освободились. В течение последних 15 лет, в особенности же за последние 4 года» (следо-
вательно, с 1848 г.), «имели место очень важные изменения в способе использования конден-
сационных паровых машин… В результате… те же самые машины производят гораздо больше
полезной работы при значительно уменьшенном потреблении топлива… В течение очень мно-
гих лет после введения паровой силы на фабриках этого округа полагали, что скорость движе-
ния поршня конденсационных машин может равняться приблизительно 220 футам в минуту,
т.  е. машина с 5-футовым ходом поршня была уже заранее ограничена 22 оборотами колен-
чатого вала в минуту. Считалось нецелесообразным пускать машину быстрее; и  так как все
механизмы были приспособлены к этой 220-футовой скорости движения поршня, эта малая и
бессмысленно ограниченная скорость господствовала во всей промышленности в течение мно-
гих лет. Наконец, вследствие ли счастливого неведения установленной нормы или же созна-
тельно по инициативе какого-то смелого новатора, была испробована бо́льшая скорость, и, так
как результат оказался в высшей степени благоприятным, пример нашёл себе подражателей;
машине, как тогда выражались, отпустили вожжи, переделав главные колёса передаточного
механизма таким образом, что паровая машина могла развивать скорость в 300 футов и более
в минуту, в то время как механизмы сохраняли свою прежнюю скорость… Это увеличение
скорости паровой машины является теперь всеобщим фактом, так как опыт показал, что при
этом не только та же самая машина даёт больше полезной силы, но и самое движение вслед-
ствие увеличенной инерции махового колеса становится много регулярнее… При неизменном
давлении пара и неизменном разрежении в конденсаторе получается больше силы вследствие
простого ускорения движения поршня. Если бы удалось, например, паровую машину, разви-
вающую при скорости поршня 200 футов в минуту 40 лошадиных сил, так изменить, чтобы
её поршень при том же давлении пара и разрежении делал 400 футов в минуту, то мы имели
бы как раз двойное количество силы; а так как давление пара и разрежение в обоих случаях
одинаковы, то напряжение отдельных частей машины, а следовательно, и опасность несчаст-
ных случаев при увеличении скорости, не увеличится сколько-нибудь значительно. Вся раз-
ница сводится к тому, что теперь количество потребляемого пара увеличивается приблизи-
тельно в том же отношении, в каком возрастает скорость движения поршня, и, кроме того,
несколько быстрее изнашиваются подшипники, т. е. части машины, подвергающиеся трению,
но это едва ли заслуживает упоминания… Но, чтобы от той же самой машины получить больше
силы путём ускорения движения поршня, необходимо сжечь больше угля под тем же самым
паровым котлом или применять котёл с увеличенной способностью парообразования, одним
словом, необходимо получить больше пара. Это и было достигнуто, и котлы с большей спо-
собностью парообразования были приспособлены к старым „ускоренным“ машинам; благодаря
этому последние во многих случаях доставляли работы на 100 % больше. В 1842 г. начинает
привлекать к себе внимание чрезвычайно дешёвый способ производства силы пара в рудни-
ках Корнуэлла; конкуренция в хлопчатобумажной промышленности вынуждала фабрикантов
видеть в экономии главный источник их прибыли; значительная разница в потреблении угля,
при расчёте на один час и одну лошадиную силу, между корнуэллскими и другими машинами,

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 67 а также чрезвычайная экономия, достигаемая применением двухцилиндровых машин Вулфа,
заставили и в нашей местности выдвинуть на первый план вопрос об экономии горючего мате-
риала. Корнуэллские машины и машины с двумя цилиндрами Вулфа давали 1 лошадиную силу
в течение часа при сжигании от 3½ до 4 фунтов угля, в то время как машины в хлопчатобумаж-
ных округах потребляли обыкновенно 8–12 фунтов угля на одну лошадиную силу в течение
часа. Столь значительная разница побудила фабрикантов и владельцев машиностроительных
заводов нашего округа добиваться со своей стороны этой чрезвычайной экономии, употребляя
средства, аналогичные тем, которые вошли уже в обычай в Корнуэлле и во Франции, где высо-
кие цены на уголь заставляли фабрикантов по возможности сокращать затраты по этой наклад-
ной их предприятия. Это привело к очень важным результатам. Во-первых, многие котлы,
половина поверхности которых в доброе старое время высоких прибылей была не защищена от
холодного внешнего воздуха, теперь покрывались толстым слоем войлока или кирпича и шту-
катуркой или другими материалами, благодаря чему затруднилось излучение тепла, получен-
ного с такими издержками. Подобным же образом стали защищать паровые трубы и обшивать
войлоком и деревом цилиндры. Во-вторых, стали применять высокое давление. Раньше предо-
хранительный клапан открывался уже при давлении пара в 4, 6 или 8 фунтов на квадратный
дюйм; теперь было установлено, что повышение давления до 14 или 20 фунтов… приводит
к весьма значительной экономии угля; другими словами, работа на фабрике стала осуществ-
ляться при значительно меньшем потреблении угля… Люди, обладающие необходимыми для
этого средствами и предприимчивостью, стали применять систему повышенного давления во
всей её полноте и ввели в употребление соответственно построенные паровые котлы, развивав-
шие давление в 30, 40, 60 и 70 фунтов на квадратный дюйм, – давление, которое инженера ста-
рой школы повергло бы в обморок от страха. Но так как экономические результаты этого повы-
шенного давления пара… очень быстро обнаружились в совершенно осязаемой форме фунтов,
шиллингов и пенсов, паровые котлы высокого давления при конденсационных машинах полу-
чили почти всеобщее распространение. Те, кто провёл реформу радикально, стали применять
вулфовские машины; большинство наших недавно построенных фабрик употребляли вулфов-
ские машины, в особенности двухцилиндровые, в одном из цилиндров пар из котла развивает
силу вследствие перевеса давления над атмосферным и затем, вместо того чтобы выходить
наружу после каждого движения поршня, как это делалось прежде, поступает в цилиндр низ-
кого давления, приблизительно в четыре раза более обширный по объёму, и, совершив там
новое расширение, проводится в конденсатор. Экономия, достигаемая в результате примене-
ния таких машин, выражается в том, что здесь работа одной лошадиной силы в течение часа
совершается при помощи 3½–4 фунтов угля, тогда как на машинах старой системы для этого
необходимо было от 12 до 14 фунтов. При помощи искусных приспособлений удалось вулфов-
скую систему двух цилиндров или комбинированной машины высокого и низкого давления
применить к существующим машинам более старого типа и таким образом повысить произ-
водительность, понижая в то же время потребление угля. Тот же самый результат в течение
последних 8–10 лет был достигнут путём соединения машины высокого давления с конден-
сационной машиной таким образом, чтобы отработанный пар первой переходил во вторую и
приводил её в движение. Эта система во многих случаях оказалась полезной».
«Трудно было бы точно установить, в какой степени увеличилась работа, выполняемая
теми из прежних машин, к которым были применены некоторые из указанных выше новых
усовершенствований или все эти усовершенствования, вместе взятые. Я, однако, уверен, что
на единицу веса паровой машины мы в среднем получаем в настоящее время по крайней мере
на 50 % больше работы и что во многих случаях та же самая паровая машина, которая в период
ограничения скорости 220 футами в минуту давала 50 лошадиных сил, даёт их теперь более
100. В высшей степени важные в смысле экономии результаты применения высокого давления
при конденсационной машине, а также значительно повышенные требования, предъявляемые

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 68 к старым машинам с целью расширения предприятия, привели за последние три года к введе-
нию трубчатых котлов, благодаря чему опять-таки сильно уменьшились издержки производ-
ства пара» («Reports of Insp. of Fact., October 1852», p. 23–27).
Всё сказанное выше о двигателях применимо также к передаточным механизмам и рабо-
чим машинам.
«Быстрота, с которой совершенствовались машины за последние годы, позволила фабри-
кантам расширить производство, не увеличивая двигательную силу. Более экономное исполь-
зование труда стало необходимым вследствие сокращения рабочего дня, и на большинстве
хорошо управляемых фабрик постоянно изыскиваются способы расширить производство при
меньших затратах. Благодаря любезности одного очень интеллигентного фабриканта моего
округа в моём распоряжении имеются данные относительно числа и возраста рабочих, занятых
на его фабрике, относительно применяемых там машин и заработной платы, выплаченной за
период с 1840 г. до настоящего времени. В октябре 1840 г. на фабрике его фирмы было 600
рабочих, из которых 200 было в возрасте до 13 лет; в октябре 1852 г. – только 350 рабочих, из
которых лишь 60 в возрасте до 13 лет. В оба года на фабрике действовало одно и то же число
машин, за самыми ничтожными исключениями, и была выплачена та же сумма заработной
платы» (отчёт Редгрейва в «Reports of Insp. of Fact., October 1852», p. 58–59).
Эти усовершенствования машин обнаруживают все свои результаты лишь тогда, когда
они применяются в новых, целесообразно устроенных фабричных зданиях.
«Что касается усовершенствования машин, то я должен отметить, что сделаны крупные
успехи прежде всего в постройке фабрик, приспособленных к установке этих новых машин… В
нижнем этаже я произвожу трощение всей пряжи, и исключительно там сосредоточены 29 000
тростильных веретён. В одном этом помещении и в пристройке я достигаю экономии труда по
крайней мере на 10 %, и не столько вследствие усовершенствований в системе самого троще-
ния, сколько благодаря концентрации машин под одним управлением; то же самое количество
веретён я могу привести в движение при помощи одного передаточного вала, вследствие чего
я, по сравнению с другими фирмами, выгадываю на одном передаточном механизме от 60 % до
80 %. Кроме того, при этом получается крупная экономия на смазочном масле, жире и т. п. …
Одним словом, нри усовершенствованном устройстве фабрики и улучшенных машинах я, по
самому скромному подсчёту, сократил на 10 % труд и, кроме того, добился большой экономии
силы, угля, масла, сала, передаточных валов, ремней и т.  п.» (показания одного хлопчатобу-
мажного фабриканта, «Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 109, 110).
 
IV. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЭКСКРЕМЕНТОВ ПРОИЗВОДСТВА  
Вместе с развитием капиталистического способа производства расширяется использова-
ние экскрементов производства и потребления. Под первыми мы понимаем отходы промыш-
ленности и сельского хозяйства, под последними – частью экскременты, являющиеся резуль-
татом естественного обмена веществ у человека, частью ту форму, какую принимают предметы
потребления после того, как процесс потребления их закончен. Экскрементами производства
являются, таким образом, в химической промышленности побочные продукты, которые не
используются при малых размерах производства; железные стружки, образующиеся при про-
изводстве машин и снова вступающие в железоделательное производство в качестве сырья, и
т. п. Экскременты потребления – это естественные вещества, выделяемые человеческим орга-
низмом, остатки платья в форме тряпья и т. д. Экскременты потребления наиболее важны для
сельского хозяйства. В отношении их использования капиталистическое хозяйство отличается
колоссальной расточительностью; в Лондоне, например, оно не находит для испражнений 4½
миллиона людей лучшего употребления, кроме как с огромными издержками загрязнять ими
Темзу.
Вздорожание сырья служит, конечно, стимулом к использованию отходов.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 69 В общем условия этого вторичного использования таковы: накопление значительных
масс экскрементов, которое возможно только при работе в крупном масштабе; усовершенство-
вание машин, благодаря чему вещества, не находившие прежде употребления в данной форме,
получают вид, пригодный для применения в новом производстве; успехи наук, в особенности
химии, открывающей полезные свойства таких отходов. Правда, и при мелкой грядковой зем-
ледельческой культуре, как, например, в Ломбардии, Южном Китае и Японии, тоже достига-
ется крупная экономия этого рода. Однако в общем при этой системе производительность зем-
леделия достигается ценой огромного расточения человеческой рабочей силы, отвлекаемой от
других сфер производства.
Так называемые отходы играют значительную роль почти в каждой отрасли промышлен-
ности. Так, например, в октябрьском фабричном отчёте за 1863 г. указывается на следующее
обстоятельство, как на одну из главных причин, вследствие которых фермеры Англии и мно-
гих районов Ирландии лишь неохотно и редко занимаются культурой льна:
«Значительные отходы… которые получаются при обработке льна в небольших водя-
ных льночесальнях (scutch mills) … Угары при обработке хлопка сравнительно невелики, при
обработке же льна очень значительны. Тщательная постановка работ при мочении и механиче-
ском чесании может значительно уменьшить этот ущерб… В Ирландии чесание льна произво-
дится зачастую в высшей степени неудовлетворительно, так что 28–30 % продукта пропадают
даром» («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 139, 142).
Всё это могло бы быть устранено при употреблении более совершенных машин. Очёски
получаются при этом в таком значительном количестве, что фабричный инспектор говорит:
«Из некоторых чесальных предприятий Ирландии мне сообщают, что рабочие часто
забирают с собой домой образовавшиеся отходы и употребляют их в качестве топлива для
своих печей, а ведь это весьма ценный материал» (там же, стр. 140).
О хлопковых угарах мы будем говорить ниже, там, где речь пойдёт о колебаниях цен на
сырьё.
В шерстяной промышленности поступали благоразумнее, чем при обработке льна.
«Прежде обычно считалось позорным собирать отходы шерсти и шерстяной лоскут для
новой переработки, но предрассудок этот совершенно исчез в связи с shoddy trade (производ-
ством искусственной шерсти), которое сделалось важной отраслью шерстяной промышленно-
сти йоркширского округа; без сомнения, и предприятия, перерабатывающие хлопковые угары,
скоро займут то же самое место в качестве отрасли производства, отвечающей общепризнан-
ной потребности. 30 лет назад шерстяной лоскут, т. е. куски ткани из чистой шерсти, оцени-
вался в среднем 4 ф. ст. 4  шилл. за тонну; за последние несколько лет он вздорожал до 44
ф. ст. за тонну. При этом спрос настолько возрос, что используется даже смешанная ткань из
шерсти и хлопка, так как найдено средство, которое разъедает хлопок, не повреждая шерсти;
и в настоящее время тысячи рабочих заняты изготовлением shoddy, от чего потребитель полу-
чает крупную выгоду, так как в настоящее время он может купить сукно хорошего среднего
качества за очень умеренную цену» («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 107).
Изготовляемая таким образом искусственная шерсть уже к концу 1862 г. составляла одну
треть всего потребления шерсти в английской промышленности («Reports of Insp. of Fact.,
October 1862», p. 81). «Крупная выгода» для «потребителя» состоит в том, что его шерстяные
платья теперь изнашиваются в три раза скорее, чем прежде, и в шесть раз скорее начинают
расползаться по ниткам.
Английская шёлковая промышленность двигалась по той же наклонной плоскости. С
1839 по 1862 г. потребление натурального шёлка-сырца несколько уменьшилось, в то время как
потребление шёлковых отходов удвоилось. При помощи усовершенствованных машин стало
возможным производить из этого при других условиях довольно малоценного материала шёл-
ковую ткань, применимую для различных целей.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 70 Наиболее яркий пример применения отходов даёт химическая промышленность. Она
потребляет не только свои собственные отходы, находя для них новое применение, но также
отходы самых разнообразных других отраслей промышленности и превращает, например,
раньше почти бесполезный каменноугольный дёготь в анилиновые краски, в ализарин, а за
последнее время также в медикаменты.
От этой экономии на отходах производства путём вторичного использования последних
следует отличать экономию за счёт сокращения самих отходов, т.  е. сведение экскрементов
производства к минимуму и непосредственное максимальное использование сырья и вспомо-
гательных материалов, входящих в производство.
Экономия на отходах частью обусловлена хорошим качеством применяемых машин.
Масло, мыло и т. п. экономятся тем более, чем точнее изготовлены отдельные детали машин
и чем лучше они отполированы. Это касается вспомогательных материалов. Отчасти же – и
это самое важное – от качества применяемых машин и орудий зависит, больше или меньше
сырья в процессе производства превращается в отходы. Наконец, это зависит также от качества
самого сырья. Это качество, в свою очередь, зависит частью от уровня развития добывающей
промышленности и земледелия, которые производят сырьё (от успехов культуры в собствен-
ном смысле этого слова), частью от степени развития процессов, которым сырьё подвергается
до своего поступления в обрабатывающую промышленность.
«Пармантье доказал, что с не очень давних пор, например со времени Людовика XIV,
искусство помола зерна значительно усовершенствовалось во Франции, так что современные
мельницы по сравнению с прежними могут дать почти наполовину больше хлеба из того же
самого количества зерна. В самом деле, годовое потребление парижанина, исчислявшееся
прежде в 4 сетье зерна, затем в 3, наконец в 2, в настоящее время составляет только 1 1/3 сетье,
или приблизительно 342 фунта на душу… В Перше, где я долго жил, грубо сколоченные мель-
ницы с жерновами из гранита и трапа в большинстве случаев реконструированы согласно тре-
бованиям механики, сделавшей такие крупные успехи за последние 30 лет. Их снабдили хоро-
шими жерновами Ла Ферте, стали перемалывать зерно два раза, ситу придали кругообразное
движение, и в результате из того же самого количества зерна получается на 1/6 больше муки.
Таким образом, я легко объясняю себе громадную разницу между ежедневным потреблением
зерна у римлян и у нас; причина заключается исключительно в несовершенстве способов пере-
малывания зерна и приготовления хлеба. В этом также я вижу объяснение того замечатель-
ного факта, который приводит Плиний, XVIII, гл. 20, 2… Мука продавалась в Риме, смотря
по качеству, по 40, 48 или 96 ассов за модий. Эти цены, чрезвычайно высокие по сравнению с
ценами на зерно того времени, объясняются несовершенством мельниц, переживавших тогда
своё детство, и вытекающими отсюда значительными издержками на помол» (Dureau de la
Malle. «Économie politique des Romains». T. I, Paris, 1840, p. 280–281).
 
V. ЭКОНОМИЯ, ДОСТИГАЕМАЯ БЛАГОДАРЯ ИЗОБРЕТЕНИЯМ  
Этого рода экономия на основном капитале является, как уже сказано, результатом того,
что условия труда применяются в крупном масштабе, короче говоря, результатом того, что
они служат условиями непосредственно общественного обобществлённого труда или непо-
средственной кооперации в процессе производства. С одной стороны, только при этом условии
механические и химические изобретения могут быть применены, не повышая цену товара, а
последнее обстоятельство является всегда conditio sine qua non ￿V}] . С другой стороны, только
при производстве, организованном в крупном масштабе, становится возможной экономия,
вытекающая из того, что производительное потребление осуществляется целыми коллекти-
вами рабочих. Наконец, только опыт комбинированного рабочего открывает и показывает, где
и как надо экономить, как проще всего воспользоваться уже сделанными открытиями, какие

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 71 практические затруднения приходится преодолевать, следуя требованиям теории, – применяя
её к производственному процессу, и т. д.
Заметим мимоходом, что следует различать всеобщий труд и совместный труд. Тот и дру-
гой играют в процессе производства свою роль, каждый из них переходит в другой, но между
ними существует также и различие. Всеобщим трудом является всякий научный труд, вся-
кое открытие, всякое изобретение. Он обусловливается частью кооперацией современников,
частью использованием труда предшественников. Совместный труд предполагает непосред-
ственную кооперацию индивидуумов.
Вышесказанное получает новое подтверждение в неоднократно наблюдавшихся фактах:
1)  В большой разнице между издержками первоначальной постройки новой машины и
издержками её производства в последующем, о чём писали Юр и Баббедж  ￿VX] .
2)  В том, что издержки, которых требует ведение предприятия, применяющего впер-
вые новые изобретения, всегда значительно больше, чем издержки более поздних предприя-
тий, возникших на его развалинах, ex suis ossibus  *. Этот момент настолько значителен, что
предприниматели-пионеры в своём большинстве терпят банкротство, и процветают лишь их
последователи, которым строения, машины и т. п. достаются по более дешёвым ценам. Именно
поэтому наибольшую выгоду из всех новых достижений всеобщей работы человеческого ума
и их общественного применения, осуществляемого комбинированным трудом, в большинстве
случаев извлекают самые ничтожные и жалкие представители денежного капитала.
 
ГЛАВА ШЕСТАЯ
ВЛИЯНИЕ ИЗМЕНЕНИЯ ЦЕН
 
 
I. КОЛЕБАНИЯ ЦЕН СЫРЬЯ, НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ
ВЛИЯНИЕ ИХ НА НОРМУ ПРИБЫЛИ  
Здесь предполагается, как и раньше, что норма прибавочной стоимости не претерпе-
вает никакого изменения. Эта предпосылка необходима для исследования данного случая в
его чистом виде. Представляется, однако, возможным, что при неизменной норме прибавоч-
ной стоимости капитал занимает увеличивающееся или уменьшающееся количество рабочих
вследствие тех его сокращений или расширений, которые вызываются подлежащими здесь
нашему рассмотрению колебаниями цен на сырьё. В этом случае масса прибавочной стоимости
могла бы изменяться при постоянной норме прибавочной стоимости. Однако мы должны здесь
устранить и этот случай. Если усовершенствование машин и изменение цены сырья одновре-
менно влияют на количество занятых данным капиталом рабочих или на величину заработной
платы, то следует только сопоставить 1) влияние, которое оказывают на норму прибыли изме-
нения постоянного капитала, и 2) влияние, которое оказывают на норму прибыли изменения
заработной платы; итог получается сам собой.
Но здесь, как и в предыдущем случае, необходимо, вообще говоря, иметь в виду следу-
ющее. Раз наступают изменения, вследствие ли экономии на постоянном капитале или вслед-
ствие колебания цены сырья, они всегда затрагивают норму прибыли, даже в том случае, если
они совершенно не изменяют заработной платы, а следовательно, также нормы и массы при-
бавочной стоимости. В формуле m' v/K они изменяют величину K, а вместе с тем и величину
всей дроби. Таким образом здесь, – в отличие от того, что мы видели при рассмотрении при-
бавочной стоимости,  – совершенно безразлично, в каких сферах производства совершаются
эти изменения, производят ли затронутые ими отрасли промышленности жизненные средства
рабочих или постоянный капитал для производства этих жизненных средств, или нет. Все раз-
виваемые здесь соображения применимы также к тем случаям, когда изменения происходят в

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 72 производстве предметов роскоши, причём под производством предметов роскоши подразуме-
вается всякое вообще производство, не являющееся необходимым для воспроизводства рабо-
чей силы.
К сырью причисляются здесь также вспомогательные материалы, как индиго, уголь, газ и
т. п. Далее, поскольку к этой рубрике относятся машины, сырьё для их собственного производ-
ства состоит из железа, дерева, кожи и т. п. На их собственную цену влияет поэтому колебание
цен на сырьё, входящее в их производство. И, поскольку цена эта повышается вследствие коле-
бания цен сырья, из которого они состоят, или вспомогательных материалов, которые потреб-
ляются при их эксплуатации, понижается pro tanto  ￿Vh] и норма прибыли. И наоборот.
В дальнейшем исследовании мы ограничимся колебаниями цен только того сырья, из
которого непосредственно производится товар; мы оставим таким образом в стороне сырьё,
поскольку оно является сырым материалом для производства машин, функционирующих в
качестве средств труда, или вспомогательным материалом, потребляемым при их применении.
Только одно здесь следует ещё отметить: естественное богатство железом, углём, деревом и
т.  д., вообще главными элементами, необходимыми для производства и применения машин,
кажется здесь естественной производительностью самого капитала и является одним из эле-
ментов, определяющих норму прибыли, независимо от высокого или низкого уровня заработ-
ной платы.
Так как норма прибыли =  m/K или =  m/c + v то, очевидно, всё, что изменяет величину c, а
следовательно и K, изменяет в то же время и норму прибыли даже в том случае, если m и v и
их взаимное отношение остаются неизменными. Но сырьё образует главную составную часть
постоянного капитала. Даже в те отрасли промышленности, в которых нет сырья в собственном
смысле слова, сырьё входит в качестве вспомогательного материала или как составная часть
машин и т. п., и таким образом колебания его цен влияют pro tanto на норму прибыли. Если
цена сырья падает на сумму = d, то  m/K или  m/c + v превращается в  m/K − d или  m/(c − d) + v .
Следовательно, норма прибыли повышается.
Наоборот, если цена сырья повышается, то  m/K или  m/c + v превращается в  m/K + d или  m/(c +
d) + v , т. е. норма прибыли падает. При прочих равных условиях норма прибыли повышается или
понижается, как мы видим, в направлении, обратном движению цены сырья. Отсюда видно,
между прочим, насколько важны для промышленных стран низкие цены сырья, даже если коле-
бания цен на сырьё не сопровождаются изменениями в сфере сбыта продукта, т. е. если даже
совершенно отвлечься от соотношения между спросом и предложением. Отсюда следует далее,
что внешняя торговля влияет на норму прибыли даже независимо от всякого воздействия её на
заработную плату путём удешевления необходимых жизненных средств. А именно, она влияет
на цены сырья и вспомогательных материалов, применяемых в промышленности или земле-
делии. Существующее до сих пор совершенно недостаточное понимание природы нормы при-
были и её специфического отличия от нормы прибавочной стоимости повинно в том, что, с
одной стороны, те экономисты, которые подчёркивают установленное практическим опытом
значительное влияние цен сырья на норму прибыли, совершенно неверно объясняют это тео-
ретически (Торренс  ￿V[] ), между тем как, с другой стороны, те экономисты, которые придержи-
ваются общих принципов, как Рикардо  ￿VU] , не признают влияния на норму прибыли, например,
мировой торговли.
Понятно поэтому, какое большое значение для промышленности представляет отмена
или понижение пошлин на сырьё; по возможности свободный ввоз сырья был поэтому основ-
ным положением рационально построенной протекционистской системы. Наряду с отменой
хлебных пошлин  ￿VV] это было центральным пунктом для английских фритредеров, которые
особенно заботились об отмене пошлин и на хлопок.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 73 Иллюстрацией того значения, которое имеет понижение цены не на собственно сырьё,
а на вспомогательный материал, являющийся в то же время и главным элементом питания,
может послужить потребление муки в хлопчатобумажной промышленности. Уже в 1837 г., по
вычислению Р. X. Грега, 13 действовавшие в то время в хлопчатобумажной промышленности
Великобритании 100  000 механических и 250  000 ручных ткацких станков потребляли еже-
годно 41 миллион фунтов муки для шлихтования основы. К этому надо присоединить ещё одну
треть указанного количества на отбелку и другие процессы. Общую стоимость потребляемой
таким образом муки он определяет в 342 000 ф. ст. ежегодно за последние 10 лет. Сравнение
с ценами муки на континенте показало, что вследствие хлебных пошлин фабриканты вынуж-
дены были переплачивать на одной только муке 170 000 ф. ст. ежегодно. Для 1837 г. Грег оце-
нивает эту переплату по меньшей мере в 200 000 ф. ст. и указывает на одну фирму, которой
эта надбавка к цене на муку обходилась ежегодно в. 1 000 фунтов стерлингов. Вследствие этого
«крупные фабриканты, скрупулёзные и расчётливые дельцы, утверждают, что 10
часов ежедневного труда было бы вполне достаточно, если бы отменили хлебные
пошлины» («Reports of Inap. of Fact., October 1848» p. 98).
Хлебные пошлины, а также пошлины на хлопок и другое сырьё были отменены; но едва
это было достигнуто, как оппозиция фабрикантов биллю о десятичасовом рабочем дне  ￿V`] сде-
лалась более энергичной, чем когда бы то ни было. И когда вслед за тем десятичасовой день
на фабриках всё-таки стал законом, его первым последствием была попытка всеобщего пони-
жения заработной платы.
Стоимость сырья и вспомогательных материалов сразу и целиком входит в стоимость
продукта, на изготовление которого они потребляются, в то время как стоимость элементов
основного капитала входит в продукт лишь по мере их изнашивания, следовательно, лишь
постепенно. Отсюда следует, что на цену продукта в гораздо большей степени оказывает вли-
яние цена сырья, чем цена основного капитала, хотя норма прибыли определяется общей
суммой стоимости вложенного капитала, независимо от того, какая часть его потребляется
в данное время. Очевидно, однако, что расширение или сокращение рынка зависит от цены
отдельного товара и находится в обратном отношении к повышению или падению этой цены, –
впрочем, об этой стороне дела мы упоминаем лишь мимоходом, так как здесь мы всё ещё пред-
полагаем, что товары продаются по их стоимости, и, следовательно, совершенно отвлекаемся
от колебания цен, вызванного конкуренцией. Поэтому в действительности оказывается, что
цена готового товара повышается не пропорционально повышению цены сырья и понижается
не пропорционально понижению цены сырья. Таким образом в одном случае норма прибыли
падает ниже, в другом поднимается выше, чем это имело бы место при продаже товаров по
их стоимости.
Далее: масса и стоимость применяемых машин возрастает с развитием производительной
силы труда, но не пропорционально росту самой производительной силы, т. е. не пропорцио-
нально увеличению количества продукта, доставляемого этими машинами. Таким образом, в
тех отраслях промышленности, куда вообще входит сырьё, или, другими словами, где предмет
труда сам является уже продуктом предшествующего труда, – в этих отраслях промышленно-
сти рост производительной силы труда выражается как раз в том отношении, в каком большее
количество сырья поглощает данное количество труда, следовательно, в растущей массе сырья,
превращаемой в продукт, перерабатываемой в товар в течение, например, одного рабочего
часа. Итак, по мере развития производительной силы труда стоимость сырья образует всё воз-
растающую составную часть стоимости товарного продукта, и не только потому, что она цели-
ком входит в эту последнюю, но также потому, что в каждой доле всего продукта обе части, –
как часть, соответствующая износу машин, так и часть, создаваемая вновь присоединённым
13 «The Factory Question and the Ten Hours Bill». By R. H. Greg. London, 1837, p. 115.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 74 трудом, – уменьшаются. Вследствие этого движения в сторону понижения относительно воз-
растает другая часть стоимости, образуемая сырьём, если только этот рост не уничтожается
соответственным уменьшением стоимости сырья, которое является результатом растущей про-
изводительности труда, применяемого для изготовления самого этого сырья.
Далее, так как сырьё и вспомогательные материалы совершенно так же, как и заработная
плата, образуют составные части оборотного капитала, то они постоянно должны полностью
возмещаться из каждой отдельной продажи продукта, в то время как у машин возмещается
только их износ и к тому же сначала в форме резервного фонда; при этом на деле отнюдь не
столь существенно – выделяется определённая часть в резервный фонд при каждой отдельной
продаже продукта или нет, предполагается только, что из всей годовой выручки производится
соответственное годовое отчисление. Таким образом, здесь снова обнаруживается, что повы-
шение цены сырья может урезать или затормозить весь процесс воспроизводства в том слу-
чае, если цена, вырученная от продажи товара, недостаточна для возмещения всех элементов
товара или если цена эта делает невозможным продолжение процесса производства в размерах,
отвечающих его техническому базису, так что в результате или работает только часть машин
или же все машины не могут работать обычное полное время.
Наконец, издержки, связанные с образованием отходов, изменяются в прямом отноше-
нии к колебаниям цены сырья: растут, если она растёт, надают, если она падает. Но и здесь
имеется известная граница. Уже в 1850 г. были написаны следующие строки:
«Один из источников значительных потерь, вызываемых повышением цены сырья, обык-
новенно ускользает от внимания всякого, кто не является прядильщиком-практиком, а именно
потери на угарах. Мне сообщают, что при повышении цен хлопка издержки прядильщика, в
особенности при изготовлении пряжи низших сортов, растут сильнее, чем уплачиваемая над-
бавка к цене. Угары при прядении грубой пряжи достигают более 15 %; следовательно, если эта
норма при цене хлопка в 3½ пенса причиняет потерю в ½ пенни на 1 фунт, то при возрастании
цены хлопка до 7 пенсов на фунт потеря составит уже 1 пенни на фунт» («Reports of Insp. of
Fact., April 1850», p. 17).
Но в тот период, когда вследствие Гражданской войны в Америке цена хлопка достигла
высоты, неслыханной почти за целое столетие, мы находим в отчёте уже нечто совсем иное:
«Цена, которую дают в настоящее время за хлопковые угары, и вторичная переработка
этих угаров на фабрике в качестве сырья до известной степени компенсируют ту разницу в
потере на угарах, которая получается при употреблении индийского хлопка вместо амери-
канского. Разница эта составляет приблизительно 12½%. Потеря при обработке индийского
хлопка достигает 25  %, так что в действительности хлопок обходится прядильщику на ¼
дороже, чем он за него платит. Потеря на угарах не играла большой роли, когда американский
хлопок стоил 5 или 6 пенсов за фунт, потому что тогда она не превышала ¾ пенни на фунт; но
сейчас, когда фунт хлопка стоит 2 шилл., а следовательно, потеря на угарах составляет 6 пен-
сов на фунт, она имеет большое значение» 14 («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 106).
 
II. ПОВЫШЕНИЕ И ПОНИЖЕНИЕ СТОИМОСТИ
КАПИТАЛА, ЕГО ВЫСВОБОЖДЕНИЕ И СВЯЗЫВАНИЕ  
Явления, которые мы рассматриваем в этой главе, предполагают для своего полного
развития существование кредита и конкуренции на мировом рынке, который вообще явля-
14 В заключительной фразе этого отчёта допущена ошибка. Потеря на угарах составляет не 6 пенсов, а 3 пенса. Эта потеря
достигает 25 % при обработке индийского хлопка, но она равняется только 12½–15 % при обработке американскою хлопка,
о котором здесь идёт речь, причём выше, по отношению к цене 5–6 пенсов, этот же самый процент вычислен правильно.
Впрочем, и при употреблении того американского хлопка, который вводился в Европу в последние годы Гражданской войны,
доля угаров зачастую была значительно выше, чем в прежнее время. – Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 75 ется базисом и жизненной атмосферой капиталистического способа производства. Однако эти
более конкретные формы капиталистического производства могут быть исследованы исчер-
пывающим образом лишь после того, как будет выяснена общая природа капитала; к тому же
такое исследование не входит в план нашей работы и относится к теме, которая могла бы соста-
вить её продолжение. Тем не менее явления, указанные в заголовке, могут быть рассмотрены
здесь в общей форме. Они находятся в связи, с одной стороны, между собой, с другой стороны,
с нормой и массой прибыли. Они подлежат здесь краткому рассмотрению уже по одной той
причине, что ими вызывается иллюзия, будто не только норма, но и масса прибыли, – в дей-
ствительности тождественная с массой прибавочной стоимости, – может уменьшаться и уве-
личиваться независимо от движения массы и нормы прибавочной стоимости.
Можно ли рассматривать высвобождение и связывание капитала, с одной стороны, повы-
шение и понижение его стоимости, с другой, как различные явления?
Прежде всего возникает вопрос: что понимаем мы под высвобождением и связыванием
капитала? Повышение и понижение стоимости понятны сами собой. Они означают лишь, что
вследствие каких-либо общих экономических причин – так как здесь речь идёт не об особой
судьбе каждого отдельного частного капитала – увеличивается или уменьшается стоимость уже
существующего капитала, следовательно, повышается или падает стоимость капитала, аван-
сированного на производство, несмотря на её увеличение тем прибавочным трудом, который
применяется этим капиталом.
Под связыванием капитала подразумевается то, что определённые данные части совокуп-
ной стоимости продукта должны быть снова превращены в элементы постоянного или перемен-
ного капитала, для того чтобы производство могло продолжаться в своих прежних размерах.
Под высвобождением капитала мы понимаем то, что часть совокупной стоимости продукта,
которая до сих пор должна была превращаться в постоянный или переменный капитал, ста-
новится свободной и излишней, хотя производство продолжается в прежних размерах. Это
высвобождение и связывание капитала отличается от высвобождения и связывания дохода.
Если, например, годовая прибавочная стоимость для капитала K = x, то вследствие удешевле-
ния товаров, входящих в потребление капиталиста, x  −  a может оказаться достаточным для
того, чтобы удовлетворить те же самые потребности, что и раньше, благодаря этому часть
дохода =  a высвобождается и может служить или для расширения потребления, или же для
обратного превращения в капитал (для накопления). Наоборот, если потребуется x + a для
того, чтобы продолжать прежний образ жизни, то или этот последний должен претерпеть огра-
ничение, или часть дохода, равная a и прежде накоплявшаяся, должна быть израсходована
теперь в качестве дохода.
Повышение и понижение стоимости может коснуться или постоянного, или переменного
капитала, или того и другого одновременно, причём по отношению к постоянному капиталу
оно может опять-таки коснуться или основной, или оборотной его части, или обеих вместе.
В составе постоянного капитала следует рассмотреть: сырьё и вспомогательные матери-
алы, к которым относятся и полуфабрикаты, – всё это мы объединяем под общим названием
сырья, – а также машины и прочий основной капитал.
Выше мы уже рассмотрели изменения цены, соответственно стоимости, сырья, их влия-
ние на норму прибыли и установили тот общий закон, что при прочих равных условиях норма
прибыли находится в обратном отношении к величине стоимости сырья. Это безусловно верно
для капитала, который заново вкладывается в предприятие, т. е. для того случая, когда вложе-
ние капитала, превращение денег в производительный капитал, совершается впервые.
Но и помимо этого капитала, составляющего новые вложения, значительная часть капи-
тала, уже функционирующего, находится в сфере обращения, в то время как другая часть его
остаётся в сфере производства. Часть имеется на рынке в виде товара и должна быть превра-
щена в деньги; другая часть существует в виде денег в какой бы то ни было форме и должна

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 76 быть снова превращена в условия производства; наконец, третья часть находится в сфере
производства, частично в первоначальной форме средств производства, сырья, вспомогатель-
ных материалов, купленных на рынке полуфабрикатов, машин и прочего основного капитала,
частично в виде продукта, ещё находящегося в процессе изготовления. Каким образом вли-
яет здесь повышение и понижение стоимости, в значительной степени зависит от соотноше-
ния между этими составными частями. Для упрощения вопроса мы оставим пока в стороне
весь основной капитал и будем рассматривать лишь ту часть постоянного капитала, которая
состоит из сырья и вспомогательных материалов, полуфабрикатов и товаров, или ещё только
изготовляемых, или уже находящихся на рынке в готовом виде.
Если повышается цена сырья, например, хлопка, то повышается также цена и хлопча-
тобумажных товаров – полуфабрикатов, как пряжа, и готовых товаров, как ткань и т.  п.,  –
которые изготовлены из более дешёвого хлопка; равным образом повышается как стоимость
ещё не обработанного, находящегося на складе хлопка, так и стоимость того хлопка, который
ещё только подвергается обработке. Последний, благодаря обратному влиянию изменившихся
условий, становится выражением большего рабочего времени, присоединяет к продукту, в
который он входит составной частью, бо́льшую стоимость, чем та, которой он сам обладал пер-
воначально и которую капиталист заплатил за него.
Таким образом, если при повышении цены сырья на рынке находятся значительные
массы готового товара,  – на какой бы то ни было ступени обработки,  – то повышается стои-
мость этого товара и вместе с тем происходит повышение стоимости уже существующего капи-
тала. То же самое следует сказать о находящихся в руках производителей запасах сырья и т. п.
Это повышение стоимости может компенсировать или более чем компенсировать отдельных
капиталистов или даже капиталистов целой отрасли промышленности за падение нормы при-
были, обусловленное повышением цены сырья. Не входя здесь в детали влияния конкуренции,
можно, однако, ради полноты отметить, что: 1) если находящиеся на складах запасы сырья зна-
чительны, они противодействуют повышению цен, возникающему в самом очаге производства
сырья; 2) если находящиеся на рынке полуфабрикаты или готовые товары оказывают очень
сильное давление на рынок, то они препятствуют возрастанию цены готовых товаров или полу-
фабрикатов пропорционально цене их сырья.
Наоборот, при падении цены сырья норма прибыли при прочих равных условиях повы-
шается. Товары, находящиеся на рынке, предметы, обработка которых ещё не закончена,
запасы сырья обесцениваются, противодействуя тем самым одновременному повышению
нормы прибыли.
Чем меньше запасы, находящиеся в сфере производства и на рынке, например, к концу
производственного года, ко времени, когда сырьё вновь доставляется в большом количестве, –
следовательно, для земледельческих продуктов после уборки урожая,  – тем в более чистом
виде проявляется влияние изменения цен на сырьё.
Во всём нашем исследовании мы исходим из предположения, что повышение или пони-
жение цен является выражением действительных колебаний стоимости. Но так как здесь речь
идёт о том влиянии, которое колебания цен оказывают на норму прибыли, то источник самих
этих колебаний в действительности не имеет значения; развитые здесь выводы остаются спра-
ведливыми и в том случае, если цены повышаются и падают не вследствие колебаний стоимо-
сти, а вследствие воздействия системы кредита, конкуренции и т. п.
Так как норма прибыли равняется отношению избытка стоимости продукта к стоимости
всего авансированного капитала, то повышение нормы прибыли, вызываемое обесценением
авансированного капитала, связано с потерей капитальной стоимости точно так же, как пони-
жение нормы прибыли, вызываемое повышением стоимости авансированного капитала, может
быть связано с выигрышем капитальной стоимости.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 77 Что касается другой части постоянного капитала, машин и вообще основного капитала,
то повышения стоимости, имеющие здесь место, а именно касающиеся построек, капиталовло-
жений в землю и т.  п., могут быть исследованы только в связи с учением о земельной ренте
и потому не относятся сюда. Однако среди факторов обесценения этой части капитала общее
значение имеют следующие.
Прежде всего, постоянные усовершенствования, вследствие которых уже имеющиеся
машины, фабричные здания и т. д. утрачивают в известной мере свою потребительную стои-
мость, а следовательно и свою стоимость. Этот процесс действует с особой силой в первый
период введения новых машин, когда эти последние не достигли ещё достаточной степени зре-
лости и когда поэтому они сплошь да рядом оказываются устарелыми раньше, чем успеют вос-
произвести свою стоимость. Это является одной из причин обычного в такие периоды чрезмер-
ного удлинения рабочего времени, непрерывной работы благодаря системе дневных и ночных
смен, имеющей целью в течение возможно более короткого периода воспроизвести стоимость
машин, не отчисляя слишком больших сумм на их амортизацию. Если бы короткий период
действия машин (сокращённый срок их жизни ввиду вероятных новых усовершенствований)
не компенсировался таким образом, то на продукт вследствие морального износа машин пере-
ходила бы столь значительная часть их стоимости, что они не могли бы конкурировать даже
с ручным трудом. 15{381}
Если машины, постройки, вообще основной капитал, достигли известной зрелости, так
что в течение более или менее продолжительного периода остаются неизменными, по крайней
мере в основе своей конструкции, то подобного же рода обесценение происходит вследствие
усовершенствования методов воспроизводства этого основного капитала. Стоимость машин
и т. п. падает теперь не потому, что они быстро вытесняются и до известной степени обесце-
ниваются новыми более производительными машинами, а потому, что они теперь могут быть
воспроизведены дешевле. Такова одна из причин того, почему крупное предприятие зачастую
процветает лишь во вторых руках, после того как обанкротится его первый владелец, а второй,
купив его за дешёвую цену, таким образом уже с самого начала приступит к производству с
меньшими затратами капитала.
В земледелии особенно бросается в глаза то, что в силу тех же самых причин, которые
вызывают повышение или понижение цены продукта, повышается или понижается также и
стоимость капитала, так как последний в значительной своей части сам состоит из этого про-
дукта: зерно, скот и т. п. (Рикардо  ￿Vi] ).
 
* * *
 
Следовало бы сказать ещё несколько слов о переменном капитале.
Раз стоимость рабочей силы возрастает вследствие повышения стоимости жизненных
средств, необходимых для её воспроизводства, или, наоборот, понижается вследствие пониже-
ния стоимости этих жизненных средств, – а повышение и понижение стоимости переменного
капитала не выражает ничего иного, кроме этих двух случаев,  – то при неизменной продол-
жительности рабочего дня повышению стоимости жизненных средств соответствует падение
прибавочной стоимости, понижению их – увеличение прибавочной стоимости. Но с этим в то
же время могут быть связаны и другие обстоятельства – высвобождение и связывание капи-
тала, – которые ещё не были исследованы и которые мы должны теперь вкратце рассмотреть.
15 Примеры этого см., между прочим, у Баббеджа  {381} . Обычное средство – понижение заработной платы – применяется
и в данном случае, и таким образом это постоянное обесценение приводит к совершенно иным последствиям, чем это пред-
ставляется «гармоничной голове» г-на Кэри. {381}  Ch. Babbage. «On the Economy of Machinery and Manufactures». London, 1832, p. 280–281.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 78 Если заработная плата падает вследствие понижения стоимости рабочей силы (хотя при
этом может иметь место даже повышение реальной цены труда), то высвобождается часть
капитала, которая до сих пор затрачивалась на заработную плату. Происходит высвобождение
переменного капитала. На вновь вкладываемый капитал это оказывает лишь то влияние, что
он функционирует с повышенной нормой прибавочной стоимости. Меньшее по сравнению с
прежним количество денег приводит в движение то же самое количество труда, и таким обра-
зом неоплаченная часть труда увеличивается за счёт оплаченной. Но что касается капитала,
бывшего до сих пор в деле, то не только повышается норма прибавочной стоимости, но и,
кроме того, высвобождается часть капитала, который до того времени расходовался на зара-
ботную плату. До сих пор она была связана и непременно должна была отчисляться от выручки
за продукт, затрачиваться на заработную плату, функционировать как переменный капитал,
коль скоро предприятие должно продолжаться в прежнем масштабе. Теперь эта часть капитала
становится свободной и, следовательно, она может быть употреблена как новая затрата капи-
тала – или для расширения того же самого предприятия, или для функционирования в другой
сфере производства.
Допустим, например, что первоначально требовалось 500 ф. ст. для того, чтобы ежене-
дельно использовать труд 500 рабочих, а теперь для этой цели требуется только 400 фунтов
стерлингов. Если масса произведённой стоимости в обоих случаях = 1  000 ф. ст., то масса
еженедельной прибавочной стоимости в первом случае будет = 500 ф. ст., норма прибавочной
стоимости 500 /500   = 100  %; после же понижения заработной платы масса прибавочной стои-
мости будет 1 000 ф. ст. − 400 ф. ст. = 600 ф. ст. и её норма 600 /400  = 150 %. И это повыше-
ние нормы прибавочной стоимости есть единственный результат для того, кто с переменным
капиталом в 400 ф. ст. и соответственным постоянным капиталом начинает новое предприя-
тие в той же самой сфере производства. Напротив, в предприятии, уже функционирующем,
в этом случае вследствие понижения стоимости переменного капитала не только повышается
масса прибавочной стоимости с 500 до 600 ф. ст., а норма прибавочной стоимости – со 100 %
до 150  %, но, кроме того, высвобождаются 100 ф. ст. переменного капитала, которые могут
быть снова употреблены на эксплуатацию труда. Следовательно, не только прежнее количество
труда эксплуатируется с большей выгодой, но благодаря высвобождению этих 100 ф. ст. преж-
ний переменный капитал в 500 ф. ст. даёт возможность эксплуатировать при более высокой
норме прибавочной стоимости больше рабочих, чем раньше.
Теперь возьмём обратный случай. Предположим, что первоначальное распределение
продукта совершалось при 500 рабочих в таком отношении: 400 v + 600 m = 1  000, следова-
тельно, норма прибавочной стоимости = 150 %. Таким образом рабочий получает еженедельно
4/5 ф. ст. = 16 шиллингам. Если теперь вследствие повышения стоимости переменного капи-
тала 500 рабочих обходятся в неделю в 500 ф. ст., то еженедельная заработная плата каждого
отдельного рабочего будет = 1 ф. ст., и 400 ф. ст. могут привести в движение всего 400 рабо-
чих. И если будет занято то же самое число рабочих, как и раньше, то мы получим 500 v + 500 m
= 1  000; норма прибавочной стоимости понизилась бы со 150  % до 100  %, т.  е. на 1/3. Для
вновь вкладываемого капитала это понижение нормы прибавочной стоимости было бы един-
ственным результатом. При прочих равных условиях в связи с этим понизилась бы и норма
прибыли, хотя и не в том же самом отношении. Если, например, c = 2 000, то в первом случае
мы имеем 2 000 c + 400 v + 600 m, = 3 000; m' = 150 %, p' =  600 /2 400 = 25 %. Во втором случае 2 000 c
+ 500 v + 500 m = 3 000; m' = 100 %, p' =  500 /2 500 = 20 %. Напротив, для уже вложенного капитала
результат оказался бы двояким. При помощи 400 ф. ст. переменного капитала можно теперь
дать занятие только 400 рабочим и притом с нормой прибавочной стоимости в 100 %. Таким
образом вся прибавочная стоимость, произведённая ими, составит 400 фунтов стерлингов. Так

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 79 как, далее, постоянный капитал стоимостью в 2 000 ф. ст. требует для своего функционирова-
ния 500 рабочих, то 400 рабочих приведут в движение лишь постоянный капитал стоимостью
в 1 600 фунтов стерлингов. Следовательно, коль скоро производство должно продолжаться в
прежнем масштабе и чтобы 1/5 машин не бездействовала, необходимо переменный капитал
увеличить на 100 ф. ст. и, как и прежде, занять 500 рабочих; а  это может быть достигнуто
лишь одним способом: капитал, бывший до сих пор свободным, связывается, причём та часть
накопления, которая должна была бы служить для расширения производства, теперь служит
только для восполнения, или же та часть, которая предназначена для того, чтобы расходоваться
как доход, присоединяется к прежнему капиталу. В результате затрата переменного капитала,
увеличенная на 100 ф. ст., производит на 100 ф. ст. меньше прибавочной стоимости. Чтобы
привести в движение то же самое количество рабочих, требуется больше капитала, и в то же
время уменьшается прибавочная стоимость, доставляемая каждым отдельным рабочим.
Выгоды, вытекающие из высвобождения, и потери, вытекающие из связывания перемен-
ного капитала, существуют только для капитала, уже вложенного в дело и, следовательно,
воспроизводящегося при данных отношениях. Для капитала, вкладываемого вновь, выгоды
в одном случае, потери в другом сводятся к повышению, соответственно понижению, нормы
прибавочной стоимости и к соответственному, хотя отнюдь не пропорциональному, измене-
нию нормы прибыли.
Только что исследованное высвобождение и связывание переменного капитала есть
результат понижения или повышения стоимости элементов переменного капитала, т. е. издер-
жек воспроизводства рабочей силы. Переменный капитал может, однако, высвобождаться
также в том случае, если вследствие развития производительной силы труда при неизменной
норме заработной платы требуется меньше рабочих для того, чтобы привести в движение ту
же самую массу постоянного капитала. Равным образом и наоборот, связывание добавочного
переменного капитала может иметь место, если вследствие понижения производительной силы
труда требуется больше рабочих на ту же самую массу постоянного капитала. Если, напро-
тив, часть капитала, применявшегося до сих пор в качестве переменного, теперь применяется
в форме постоянного капитала, если, следовательно, происходит лишь иное распределение
между составными частями того же самого капитала, то хотя это и оказывает влияние на норму
прибавочной стоимости и прибыли, но не относится к рассматриваемой здесь рубрике связы-
вания и высвобождения капитала.
Постоянный капитал, как мы уже видели, также может связываться или высвобождаться
вследствие повышения или понижения стоимости элементов, из которых он состоит. Если
отвлечься от этого, связывание постоянного капитала (предполагается, что часть переменного
не превращается в постоянный) возможно лишь в том случае, если производительная сила
труда увеличивается, т.  е. если та же самая масса труда производит больше продукта и, сле-
довательно, приводит в движение больше постоянного капитала. То же самое при известных
условиях может иметь место, если производительная сила уменьшается, например в земледе-
лии, так что то же самое количество труда для производства того же самого продукта требует
больше средств производства, например, больше семян, удобрений, дренирования и т. п. Без
понижения стоимости его элементов постоянный капитал может высвобождаться в том слу-
чае, если усовершенствования, применение сил природы и т.  д. делают постоянный капитал
меньшей стоимости способным выполнять ту же техническую роль, какую раньше выполнял
капитал более высокой стоимости.
В «Капитале», кн. II, мы уже видели  ￿VY] , что после того как товары превращены в деньги,
проданы, определённая часть этих денег должна снова превратиться в вещественные элементы
постоянного капитала и как раз в том отношении, какого требует определённый технический
характер каждой данной отрасли производства. С этой точки зрения во всех отраслях важней-
шим элементом, – если оставить в стороне заработную плату, следовательно, переменный капи-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 80 тал, – является сырьё, включая и вспомогательные материалы, которые имеют особенно боль-
шое значение в тех отраслях производства, где нет сырья в строгом смысле слова, например,
в горном деле и вообще в добывающей промышленности. Та часть цены, которая должна воз-
мещать износ машин, принимается в расчёт скорее идеально, до тех пор пока машины вообще
способны функционировать; причём не так уж важно, будет ли эта часть оплачена и возме-
щена деньгами сегодня или завтра или в любой иной момент оборота капитала. Иначе обстоит
дело с сырьём. Если цена сырья возрастает, становится невозможным после вычета заработ-
ной платы полностью возместить её из стоимости товаров. Поэтому сильные колебания цен
вызывают перерывы, крупные коллизии и даже катастрофы в процессе воспроизводства. Таким
колебаниям стоимости вследствие изменчивых урожаев и т. п., – влияние кредитной системы
мы здесь ещё совершенно оставляем в стороне, – в особенности подвержены собственно зем-
ледельческие продукты, органическое сырьё. Одно и то же количество труда может здесь в
зависимости от не поддающихся контролю природных условий, благоприятной или неблаго-
приятной погоды и т. д. выражаться в очень различных количествах потребительных стоимо-
стей, и потому определённое количество этих потребительных стоимостей может иметь весьма
различную цену. Если стоимость x воплощается в 100 фунтах товара a, то цена одного фунта
товара a =  x/100 ; если та же стоимость представлена в 1  000 фунтах a, то цена одного фунта
a =  x/1  000 и т.  д. Таков, следовательно, один из элементов рассматриваемых нами колебаний
цены сырья. Второй элемент, о котором мы упоминаем здесь только ради полноты, – так как
конкуренция и система кредита лежат пока вне круга нашего рассмотрения, – заключается в
следующем: количество растительного и животного сырья, рост и производство которого под-
чинены определённым органическим законам и связаны с известными естественными проме-
жутками времени, по самой природе вещей не может быть внезапно увеличено в такой степени,
как, например, количество машин и прочего основного капитала, угля, руды и т.  п., увели-
чение которого при соответствующих природных условиях в промышленно развитой стране
может совершаться очень быстро. Поэтому возможно, а при развитом капиталистическом про-
изводстве даже неизбежно, что производство и рост части постоянного капитала, состоящий
из основного капитала, машин и т. д., значительно обгоняет производство и рост той его части,
которая состоит из органического сырья; вследствие этого спрос на такое сырьё увеличивается
быстрее его предложения, и потому цена его повышается. Это повышение цены приводит на
деле к тому, что: 1) сырьё начинает подвозиться из более отдалённых местностей, так как повы-
шенная цена покрывает увеличенные издержки перевозки; 2) производство его увеличивается,
правда, действительное увеличение массы продукта по природе вещей может произойти не
сразу, а, быть может, лишь через год, и 3) используются ранее неиспользуемые суррогаты и
экономнее обращаются с отходами. Если повышение цен начинает очень заметно влиять на
расширение производства и предложение, то это означает в большинстве случаев, что достиг-
нут уже поворотный пункт, после которого вследствие продолжающегося удорожания сырья
и всех товаров, в последние сырьё входит как элемент, спрос понижается, а потому наступает
реакция и в движении цен сырья. Кроме конвульсий, которые вызывает эта реакция вследствие
понижения стоимости капитала в его различных формах, наступает ещё ряд других обстоя-
тельств, о которых мы сейчас упомянем.
Прежде всего уже из сказанного до сих пор ясно следующее: чем больше развито капи-
талистическое производство, чем больше поэтому средств для быстрого и непрерывного уве-
личения части постоянного капитала, состоящей из машин и т.  д., чем быстрее накопление
(особенно в периоды процветания), тем больше относительное перепроизводство машин и про-
чего основного капитала, тем чаще наступает относительное недопроизводство растительного
и животного сырья, тем отчётливее проявляется вышеописанное увеличение их цены и соот-
ветствующая этому последнему реакция, тем чаще, следовательно, происходят те потрясения,

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 81 которые вытекают из этого сильного колебания цены одного из главных элементов процесса
воспроизводства.
И если наступает резкое падение этих высоких цен вследствие того, что рост их вызвал,
с одной стороны, уменьшение спроса, а с другой, – расширение производства в данном месте
и предложение со стороны отдалённых, до сих пор мало или вовсе не использованных про-
изводственных областей, в результате чего предложение сырья превышает спрос на него,  –
превышает именно при старых высоких ценах, – то последствия этого должны быть рассмот-
рены с различных точек зрения. Внезапное падение цен на сырьё тормозит его воспроизвод-
ство, и благодаря этому восстанавливается монополия тех стран его вывоза, которые произво-
дят при наиболее благоприятных условиях,  – восстанавливается, быть может, с известными
ограничениями, но всё-таки восстанавливается. Правда, воспроизводство сырья вследствие
раз данного толчка продолжается в расширенном масштабе, особенно в странах, которые в
большей или меньшей степени обладают монополией этого производства. Но базис, на кото-
ром вследствие увеличения количества машин и т. п. совершается теперь производство и кото-
рый теперь после нескольких колебаний должен стать новым нормальным базисом, новым
исходным пунктом развития, чрезвычайно расширился благодаря процессам, имевшим место
в течение последнего цикла оборота. Но при этом в некоторой части второстепенных источ-
ников сырья расширившееся было воспроизводство испытывает опять значительные затруд-
нения. Так, например, данные об экспорте показывают, как за последние 30 лет (до 1865  г.)
возрастало индийское производство хлопка, когда наступала убыль в американском производ-
стве и затем вдруг снова начиналось более или менее длительное сокращение производства.
При вздорожании промышленного сырья капиталисты объединяются, образуют ассоциации
для регулирования производства. Так было, например, в Манчестере после повышения цен
хлопка в 1848 г., то же было с производством льна в Ирландии. Но как только непосредствен-
ный повод исчезает и снова воцарится общий принцип конкуренции «покупать на самом дешё-
вом рынке» (вместо того чтобы стремиться, подобно вышеупомянутым ассоциациям, к повы-
шению производственной мощности соответствующих стран, доставляющих сырой продукт,
независимо от цены, за которую непосредственно в данное время эти страны могут доставить
продукт),  – итак, раз принцип конкуренции снова полновластно господствует, регулировать
предложение предоставляют снова «ценам». Всякая мысль о коллективном, решительном и
дальновидном контроле над производством сырья,  – контроле, который вообще совершенно
несовместим с законами капиталистического производства и потому всегда остаётся благим
пожеланием или ограничивается имеющими характер исключения коллективными действиями
в момент большой непосредственной опасности и беспомощности, – уступает место вере, что
предложение и спрос будут взаимно регулировать друг друга. 16 Суеверие капиталистов в этой
области настолько грубо, что даже фабричные инспектора в своих отчётах снова и снова оста-
навливаются перед ним с величайшим изумлением. Смена благоприятных и неблагоприятных
лет, конечно, также вызывает удешевление сырья. Помимо того непосредственного влияния,
которое оказывает это обстоятельство на расширение спроса, сюда присоединяется ещё в каче-
16 После того как были написаны эти строки (1865 г.), конкуренция на мировом рынке значительно усилилась вследствие
быстрого развития промышленности во всех развитых странах, в особенности в Америке и Германии. Тот факт, что быстро
и значительно увеличивающиеся современные производительные силы с каждым днём всё сильнее перерастают законы капи-
талистического товарообмена, в рамках которых должно совершаться их движение, – факт этот в настоящее время всё более
и более проникает в сознание даже самих капиталистов. Это особенно проявляется в двух симптомах. Во-первых, в новой
всеобщей мании запретительных пошлин, которая от старой протекционистской системы отличается в особенности тем, что
больше всего стремится защитить как раз те продукты, которые способны к вывозу. Во-вторых, в картелях (трестах) фабри-
кантов целых крупных сфер производства, имеющих целью регулировать производство, а следовательно, цены и прибыль.
Само собой разумеется, что эти эксперименты осуществимы лишь при сравнительно благоприятной экономической погоде.
Первая же буря должна разрушить их и доказать, что хотя производство и нуждается в регулировании, но несомненно не
капиталистический класс призван осуществить его на деле. Пока что картели эти имеют своей целью позаботиться лишь о
том, чтобы мелкие капиталисты пожирались крупными ещё быстрее, чем до сих пор. – Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 82 стве стимула упомянутое выше влияние на норму прибыли. И вышеуказанный процесс, при
котором производство сырья постепенно обгоняется производством машин и т. д., повторяется
тогда в более широком масштабе. Действительное улучшение сырья, при котором оно достав-
лялось бы не только в надлежащем количестве, но и надлежащего качества, например полу-
чение хлопка из Индии, по качеству не уступающего американскому, потребовало бы продол-
жительного, регулярно возрастающего и постоянного спроса со стороны Европы (совершенно
независимо от тех экономических условий, в которые поставлен индийский производитель у
себя на родине). Но сфера производства сырья изменяется только скачками: то внезапно рас-
ширяясь, то сильно сокращаясь. Всё это, как и дух капиталистического производства вообще,
очень хорошо можно проследить на примере хлопкового голода 1861–1865 гг. ￿VZ] , когда наблю-
далась ещё та особенность, что временами вообще не было сырья, являющегося существенней-
шим элементом воспроизводства. Собственно говоря, цена может повышаться и при вполне
достаточном предложении, если это предложение осуществляется при сравнительно тяжёлых
условиях. Или же может иметь место действительный недостаток сырья. Во время хлопкового
кризиса первоначально наблюдалось последнее.
Поэтому, чем ближе подходим мы в истории производства к современному моменту, тем
регулярнее оказывается, и в особенности в решающих отраслях промышленности, постоянно
повторяющаяся смена периодов относительного вздорожания и вытекающего отсюда после-
дующего обесценения сырья органического происхождения. Иллюстрации к вышесказанному
даны в приводимых ниже примерах из отчётов фабричных инспекторов.
Мораль истории, которую можно также извлечь, рассматривая земледелие с иной точки
зрения, состоит в том, что капиталистическая система противоречит рациональному земледе-
лию, или что рациональное земледелие несовместимо с капиталистической системой (хотя эта
последняя и способствует его техническому развитию) и требует либо руки мелкого, живущего
своим трудом крестьянина, либо контроля ассоциированных производителей.
 
* * *
 
Теперь мы приведём только что упомянутые иллюстрации из отчётов английских фаб-
ричных инспекторов.
«Положение дел улучшается; но цикл благоприятных и неблагоприятных периодов
сокращается с увеличением количества машин, и так как при этом растёт спрос на сырьё, то
вместе с тем становятся чаще колебания в ходе дел… В настоящее время не только восстанов-
лено доверие после паники 1857 г., но и сама паника, по-видимому, почти совершенно забыта.
Будет ли это улучшение длительным или нет, зависит в очень значительной степени от цены
сырья. И, на мой взгляд, имеются признаки того, что в некоторых случаях уже достигнут тот
максимум, выше которого производство будет становиться всё менее выгодным, пока, нако-
нец, оно не перестанет вовсе давать прибыли. Если возьмём, например, прибыльные годы в
шерстяном производстве, 1849 и 1850, то мы увидим, что цена английской чёсаной шерсти
достигала 13 пенсов, австралийской 14–17 пенсов за фунт и что в среднем за 10 лет, с 1841
по 1850 г., цена английской шерсти никогда не превышала 14 пенсов, цена австралийской – 17
пенсов за фунт. Но в начале неблагоприятного 1857 г. австралийская шерсть продавалась по
23 пенса; в декабре, в самый разгар паники, цена её упала до 18 пенсов, но в течение 1858 г.
опять поднялась и достигла своей теперешней высоты – 21 пенса. Равным образом в начале
1857 г. цена английской шерсти была 20 пенсов, в апреле и сентябре повысилась до 21 пенса,
в январе 1858 г. упала до 14 пенсов и затем поднялась до 17 пенсов, так что теперь она стоит
на 3 пенса за фунт выше по сравнению со средней за вышеприведённое десятилетие… Это
показывает, по моему мнению, что или банкротства 1857 г., вызванные аналогичными ценами,
забыты, или шерсти производится как раз столько, сколько могут выпрясть наличные веретёна,

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 83 или же что цены на ткани испытывают стабильное повышение… Но в моей прошлой практике
я имел возможность убедиться, что, с одной стороны, в невероятно короткое время может быть
увеличено не только количество веретён и ткацких станков, но и скорость их работы; что, с
другой стороны, почти в такой же степени увеличился наш вывоз шерсти во Францию, в то
время как средний возраст разводимых овец как внутри страны, так и за границей становится
всё ниже, так как население быстро возрастает и овцеводы стремятся как можно скорее пре-
вратить свой скот в деньги. Поэтому я часто испытывал тяжёлое чувство при виде людей, кото-
рые, не зная этого, связывали свою судьбу и свой капитал с предприятиями, успех которых
зависит от предложения продукта, способного к увеличению только в рамках известных орга-
нических законов… Состояние спроса и предложения всех сырых материалов… объясняет,
по-видимому, многие колебания в хлопчатобумажном деле, а также положение английского
шерстяного рынка осенью 1857 г. и обусловленный последним промышленный кризис» 17 (Р.
Бейкер в «Reports of Insp. of Fact., October 1858», p. 56–57, 61).
Время расцвета камвольной промышленности Уэст-Райдинга в Йоркшире
относится к 1849–1850 годам. В 1838 г. там было занято 29 246 чел., в 1843 г. – 37 000,
в 1845 г. – 48 097, в 1850 г. – 74 891. В том же самом округе в 1838 г. было 2 768 меха-
нических ткацких станков, в 1841  г.  – 11  458, в 1843  г.  – 16  870, в 1845  г.  – 19  121 и в
1850 г. – 29 539 («Re￿]^_`]a9b`. of Fact., [October] 1850», ￿ US@ 1 
.K K 3-
ной промышленности уже в октябре 1850  г. начал становиться подозрительным. В
апрельском отчёте за 1851 г. субинспектор Бейкер пишет о Лидсе и Брадфорде:
«Состояние дел с некоторого времени очень неудовлетворительно. Прядильщики чёса-
ной шерсти быстро лишаются прибылей, какие они имели в 1850  г., и большинство ткачей
находится не в лучшем положении. Мне кажется, что в настоящее время в шерстяной промыш-
ленности бездействует больше машин, чем когда бы то ни было раньше, и льнопрядильщики
точно так же увольняют рабочих и останавливают машины. Циклы в текстильной промышлен-
ности являются в настоящее время действительно весьма неопределёнными, и, я думаю, мы
скоро придём к взгляду… что не соблюдается пропорциональность между производственной
мощностью веретён, количеством сырья и ростом населения» (стр. 52).
То же самое наблюдается и в хлопчатобумажной промышленности. В цитиро-
ванном выше октябрьском отчёте за 1858 г. мы читаем:
«С тех пор, как на фабриках установлен строго определённый рабочий день, количество
потребляемого сырья, размеры производства и величина заработной платы во всех отраслях
текстильной промышленности устанавливаются на основании простого тройного правила… Я
привожу выдержку из недавнего доклада… г-на Бейнса, нынешнего мэра Блэкберна, о хлопча-
тобумажной промышленности, в котором он с чрезвычайной тщательностью суммирует дан-
ные промышленной статистики своего округа:
«Каждая действительная лошадиная сила приводит в движение 450 автоматических
веретён с соответствующим подготовительным оборудованием, или 200 тростильных веретён,
или 15 станков для 40-дюймового сукна вместе с машинами для наматывания шпуль, снова-
ния и шлихтования. На каждую лошадиную силу при прядении приходится 2½ рабочих, а при
ткачестве 10; их средняя заработная плата составляет более 10½ шилл. на одного человека в
неделю… Средние вырабатываемые номера – № 30–32 для основы и № 34–36 для утка; если
принять, что еженедельно производимая пряжа составляет 13 унций на веретено, то это даст
824 700 фунтов пряжи в неделю, для чего должно быть потреблено 970 000 фунтов, или 2 300
кип хлопка на сумму в 28 300 фунтов стерлингов… В нашем округе (район вокруг Блэкберна
17  Само собой разумеется, что мы не считаем, подобно г-ну Бейкеру, что кризис в шерстяной промышленности 1857  г.
вызван несоответствием между ценами сырья и готового продукта. Это несоответствие само было лишь симптомом, кризис
же был всеобщий. – Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 84 радиусом в 5 английских миль) еженедельное потребление хлопка 1 530 000 фунтов, или 3 650
кип на сумму в 44  625 фунтов стерлингов. Это составляет 1/18 всей хлопчатобумажной про-
мышленности Соединённого королевства и 1/6 всего механического ткачества».
Таким образом, по подсчётам г-на Бейнса, общее число веретён в хлопчатобумажной
промышленности Соединённого королевства должно составлять 28 800 000, и, чтобы держать
их в полном ходу, требуется ежегодно 1 432 080 000 фунтов хлопка. Но ввоз хлопка, за вычетом
вывоза в 1856 и 1857 гг., составлял лишь 1 022 576 832 фунта, следовательно, неизбежно дол-
жен был оказаться дефицит в 409 503 168 фунтов. Г-н Бейнс, который любезно согласился дать
мне свои разъяснения по этому вопросу, полагает, что подсчёт годового потребления хлопка,
основанный на потреблении блэкбернского округа, должен был оказаться преувеличенным не
только вследствие различия выпрядаемых номеров, но также вследствие большего совершен-
ства машин. Он оценивает всё годовое потребление хлопка в Соединённом королевстве в 1 000
миллионов фунтов. Но если даже он прав, если действительно предложение превышает спрос
на 22½ миллиона фунтов, то уже теперь спрос и предложение, по-видимому, почти уравнове-
шиваются; между тем следует ещё принять во внимание добавочные веретёна и станки, кото-
рые, по г-ну Бейнсу, вводятся в его округе и, судя по последнему, вероятно, также и в других
округах» (стр. 59, 60, 61).
 
III. ОБЩАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ: ХЛОПКОВЫЙ КРИЗИС 1861–
1865 ГОДОВПРЕДШЕСТВУЮЩИЙ ПЕРИОД 1845–1860 ГОДОВ  
1845 год. Расцвет хлопчатобумажной промышленности. Очень низкие цены на хлопок.
Л. Хорнер пишет об этом времени:
«За последние 8 лет я не наблюдал ни одного периода столь интенсивного оживления в
делах, как прошлым летом и осенью, в особенности в хлопчатобумажной промышленности. В
течение целого полугодия я каждую неделю получал сообщения о новых капиталовложениях в
фабрики: то сообщали о вновь строящихся фабриках, то немногие пустующие фабрики нахо-
дили новых арендаторов, то, наконец, действующие фабрики расширялись и на них устанав-
ливали более мощные паровые машины и большее количество рабочих машин» («Reports of
Insp. of Fact., October 1845», p. 13).
1846 год. Начинаются жалобы:
«Уже в течение довольно продолжительного времени я слышу от очень многих хлопча-
тобумажных фабрикантов жалобы на угнетённое состояние их дел… за последние 6 недель
различные фабрики перешли на сокращённое время работы, обыкновенно работают 8 часов
в день вместо 12; это, по-видимому, распространяется… цены хлопка сильно повысились…
не только не произошло повышения цен на готовые изделия, но… цены их стоят ниже, чем
до вздорожания хлопка. Крупное увеличение числа хлопчатобумажных фабрик за последние
4 года должно было иметь своим последствием, с одной стороны, сильно возросший спрос на
сырьё, с другой стороны, сильно возросшее предложение готовых изделий на рынке; обе при-
чины должны были, действуя одновременно, способствовать понижению прибыли, пока оста-
вались неизменными предложение сырья и спрос на готовые изделия; но действие их оказалось
тем значительнее, что, с одной стороны, предложение хлопка было за последнее время недо-
статочным, с другой стороны, спрос на готовые изделия со стороны различных внутренних и
внешних рынков уменьшился» («Reports of Insp. of Fact., October 1846», p. 10).
Растущий спрос на сырьё и переполнение рынка готовыми изделиями естественно идут
рука об руку. Между прочим, тогдашнее расширение промышленности и последующий застой
не ограничивались хлопчатобумажными округами. В брадфордском камвольном округе в
1836  г. было лишь 318 фабрик, а в 1846  г.  – 490. Эти цифры далеко не выражают действи-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 85 тельного роста производства, так как существующие фабрики в то время были значительно
расширены. Это в особенности относится к льнопрядильным фабрикам.
«В течение последних 10 лет все они в большей или меньшей степени способствовали
переполнению рынка, которому главным образом должен быть приписан теперешний застой
в делах… Угнетённое положение дел является совершенно естественным следствием столь
быстрого увеличения числа фабрик и машин» («Reports of Insp. of Fact., October 1846», p. 30).
1847 год. В октябре денежный кризис. Учётная ставка 8 %. Уже ранее произошёл крах
железнодорожных спекуляций и махинаций с ост-индскими векселями. Но:
«Г-н Бейкер приводит очень интересные детали относительно возросшего за послед-
ние годы спроса на хлопок, шерсть и лён вследствие расширения соответственных отраслей
промышленности. Возросший спрос на эти виды сырья, особенно потому, что он наступил в
период, когда их предложение "упало далеко ниже средней, Бейкер считает почти достаточ-
ным для объяснения современного угнетённого состояния этих отраслей промышленности,
даже если не принимать во внимание расстройства денежного рынка. Этот взгляд вполне под-
тверждается моими собственными наблюдениями и тем, что я узнал от компетентных людей.
Эти различные отрасли промышленности испытывали уже очень сильное затруднение в тот
период, когда учёт легко можно было производить из 5  % и менее. Между тем предложение
шёлка-сырца было достаточным, цены умеренными, и соответственно этому дела шли ожив-
лённо до… последних 2 или 3 недель, когда денежный кризис несомненно затронул не только
самих фабрикантов шёлка, но, и в ещё большей степени, их главных клиентов – фабрикантов
модных товаров. Стоит взглянуть на опубликованные официальные отчёты, чтобы убедиться,
что хлопчатобумажное производство за последние три года выросло почти на 27  %. Вслед-
ствие этого хлопок повысился в цене в округлённых цифрах с 4 пенсов до 6 пенсов за фунт, в
то время как цена пряжи благодаря увеличившемуся предложению стоит лишь немного выше
своего прежнего уровня. Шерстяная промышленность начала расширяться в 1836 году; с этого
времени в Йоркшире её производство возросло на 40 %, а в Шотландии ещё больше. Ещё зна-
чительнее рост камвольной промышленности. 18 Здесь за тот же период расширение составляет
более чем 74 %. Потребление сырой шерсти было поэтому огромно. Льняная промышленность
обнаруживает с 1839  г. прирост приблизительно на 25  % в Англии, на 22  % в Шотландии и
почти на 90 % в Ирландии; 19 в результате цена сырья при одновременных плохих урожаях льна
поднялась на 10 ф. ст. за тонну, тогда как цена пряжи упала на 6 пенсов за моток» («Reports
of Insp. of Fact., 31st October 1847», p. 30–31).
1849 год. За последние месяцы 1848 г. дела снова оживились.
«Цена сырья, стоявшая настолько низко, что достаточная прибыль казалась обеспечен-
ной чуть ли не при всяких условиях, побуждала фабрикантов непрерывно развивать своё про-
изводство… Фабриканты шерстяных изделий в начале года работали очень интенсивно… но
я опасаюсь, что посылка шерстяных товаров на консигнацию зачастую заступает место дей-
ствительного спроса и что периоды кажущегося процветания, т.  е. периоды полной загрузки
предприятий, не всегда являются периодами реального спроса. В течение нескольких месяцев
камвольное производство находилось в особенно хорошем состоянии… В начале упомяну-
того периода цена на шерсть стояла особенно низко; прядильщики запаслись ею по выгодным
ценам, конечно, в значительном количестве. Когда во время весенних аукционов цена шерсти
поднялась, прядильщики извлекли выгоду из этого и удержали её, так как спрос на готовые
изделия был значителен и постоянен» («Reports of Insp. of Fact., ￿ypq]XYUZ$pUh&.
18  В Англии строго различают Woollen Manufacture ￿)
1(*< промышленность] – прядение и ткачество из короткой
шерсти, дающей аппаратную пряжу (главный центр – Лидс), и Worsted Manufacture ￿ +;(*< .)((
;]3 1-(е
и ткачество из длинной шерсти, дающей гребенную пряжу (главный центр – Брадфорд в Йоркшире). – Ф. Э. 19 Это быстрое расширение машинного производства льняной пряжи в Ирландии нанесло тогда смертельный удар вывозу
германского (силезского, лаузицкого, вестфальского) полотна, вытканного из пряжи, изготовляемой ручным способом. – Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 86 «Если мы присмотримся к колебаниям в положении дел, имевшим место в фабричных
округах Англии за последние 3 или 4 года, то мы должны, как мне кажется, допустить, что где-
то существует серьёзная причина, нарушающая правильный ход промышленности… Не явля-
ется ли в этом отношении новым элементом гигантская производительная сила разросшегося
машинного производства?» («Reports of Insp. of Fact., 30th April 1849», p. 42, 43).
В ноябре 1848  г., а также в мае и летом 1849  г. вплоть до октября, положение дел всё
улучшалось.
«В особенности это относится к производству материала из камвольной пряжи, кото-
рое концентрируется вокруг Брадфорда и Галифакса; это производство никогда раньше даже
приблизительно не достигало своих нынешних размеров… Спекуляция сырьём и неизвест-
ность относительно размеров его возможного предложения уже давно вызывают в хлопчато-
бумажной промышленности большее возбуждение и более частые колебания, чем в какой бы
то ни было другой отрасли промышленности. В настоящее время здесь наблюдается накопле-
ние запасов более грубых сортов хлопчатобумажных товаров, что вызывает беспокойство мел-
ких прядильщиков и уже причиняет им вред, так что некоторые из них работают неполное
время» («Reports of Insp. of Fact., October 1849», p. 64–65).
1850 год. Апрель. Дела идут по-прежнему оживлённо. Исключение:
«Сильно угнетённое состояние в части хлопчатобумажной промышленности вследствие
недостаточного предложения сырья как раз для грубых номеров пряжи и тяжёлых тканей. Воз-
никает опасение, что аналогичная реакция будет вызвана и в камвольной промышленности, где
за последнее время увеличено количество машин. По подсчётам г-на Бейкера, в одном только
1849 г. в этой отрасли производство на ткацких станках выросло на 40 %, на веретёнах – на 25–
30 %, причём расширение предприятий всё ещё продолжается прежним темпом» («Reports of
Insp. of Fact., April 1850», p. 54).
1850 год. Октябрь.
«Цена хлопка продолжает… вызывать заметное угнетение в этой отрасли промышлен-
ности, особенно для таких товаров, у которых сырьё составляет значительную часть издержек
производства. Крупное повышение цен на шёлк-сырец во многих случаях приводило к угне-
тённому положению и в этой отрасли» («Reports of Insp. of Fact., October 1850», p. 14)
Согласно цитированному здесь отчёту Комитета королевского общества культуры льна
в Ирландии, высокая цена льна при низких ценах на другие сельскохозяйственные продукты
обеспечивает значительное расширение производства льна в будущем году (там же, стр. 31, 33).
185￿'
. Апрель. Интенсивный расцвет.
«За последние 17 лет ни разу в течение всего того времени, когда мне приходилось офи-
циально знакомиться с положением дел в фабричном округе Ланкашира, я не наблюдал такого
всеобщего процветания; оживление во всех отраслях чрезвычайное», – говорит Леонард Хор-
нер («Reports of Insp. of Fact., April 1853», p. 19).
185￿ год. Октябрь. Депрессия в хлопчатобумажной промышленности. «Перепроизвод-
ство» («Reports of Insp. of Fact., October 1853», p. 15).
1854 год. Апрель.
«Хотя дела в шерстяной промышленности шли не бойко, всё же она доставляла всем
фабрикам работу в полном объёме; это относится и к хлопчатобумажной промышленности.
Камвольная промышленность в течение всего истёкшего полугодия сплошь работала с пере-
боями… В льнообрабатывающей промышленности имели место трудности, так как вследствие
Крымской войны уменьшилось предложение льна и пеньки из России» («Reports of Insp. of
Fact., ￿ypq]XYVU$p[i&.
1859 год.
«В шотландской льнообрабатывающей промышленности дела всё ещё находятся в угне-
тённом состоянии… так как сырья не хватает и оно дорого; плохой урожай в прибалтийских

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 87 странах, являющихся нашими главными поставщиками, будет оказывать отрицательное влия-
ние на ход дел в этом округе; между тем джут, который мало-помалу вытесняет лён в производ-
стве многих грубых товаров, стоит не слишком дорого и имеется в достаточном количестве…
приблизительно половина машин в Данди прядёт в настоящее время джут» («Reports of Insp.
of Fact., April 1859», p. 19). – «Вследствие высокой цены сырья льнопрядение всё ещё не даёт
достаточной выгоды, и в то время как все другие фабрики работают полное время, мы имеем
целый ряд примеров приостановки машин, перерабатывающих лён… Прядение джута… нахо-
дится в более удовлетворительном положении, так как за последнее время цена на этот мате-
риал стала более умеренной» («Reports of Insp. of Pact., October 1859», p. 20).
1861–1864 ГОДЫ. ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА В АМЕРИКЕ. ХЛОПКОВЫЙ
ГОЛОД. ЯРЧАЙШИЙ ПРИМЕР ПЕРЕРЫВА В ПРОЦЕССЕ ПРОИЗВОДСТВА
ВСЛЕДСТВИЕ НЕДОСТАТКА И ДОРОГОВИЗНЫ СЫРЬЯ
1860 год. Апрель.
«Что касается хода дел, то я радуюсь возможности сообщить вам, что, несмотря на высо-
кую цену сырья, все отрасли текстильной промышленности, за исключением шёлкоткацкой,
работали за последнее полугодие довольно хорошо… В некоторых хлопчатобумажных окру-
гах рабочих находили при помощи объявлений, и рабочие направлялись туда из Норфолка и
других земледельческих графств… По-видимому, во всех отраслях промышленности имеет
место острый недостаток сырья. Только… этот недостаток сдерживает нас в известных грани-
цах. В хлопчатобумажном деле число вновь созданных фабрик, расширение уже существую-
щих и спрос на рабочих, быть может, никогда не достигали такой высоты, как в настоящее
время. Везде и всюду ищут сырьё» («Reports of Insp. of Fact., April 1860», p. 57).
1860 год. Октябрь.
«Положение дел в хлопчатобумажных, шерстяных и льнопрядильных округах было хоро-
шим; в  Ирландии, как говорят, положение дел за последний год было даже очень хорошее
и было бы ещё лучше, если бы не высокая цена сырья. По-видимому, льнопрядильщики с
большим нетерпением, чем когда бы то ни было, ожидают от железных, дорог открытия доба-
вочных индийских источников снабжения и соответственного развития индийского земледе-
лия, чтобы, наконец… добиться предложения льна, которое соответствовало бы их потребно-
стям» («Reports of Insp. of Fact., October 1860», p. 37).
1861 год. Апрель.
«Положение дел в настоящий момент угнетённое… некоторые хлопчатобумажные фаб-
рики работают сокращённое время, и многие шёлковые фабрики загружены только частично.
Сырьё дорого. Почти во всех отраслях текстильной промышленности цена его выше той цены,
при которой оно могло бы быть переработано для массы потребителей» («Reports of Insp. of
Fact., April 1861», p. 33).
Теперь обнаружилось, что в 1860 г. в хлопчатобумажной промышленности имело место
перепроизводство; последствия его ощущались ещё в течение ряда лет.
«Потребовалось от двух до трёх лет, чтобы мировой рынок поглотил массу товаров, пере-
произведённых в 1860 году» («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 127). «Угнетённое
состояние рынков хлопчатобумажных готовых изделий в Восточной Азии оказало в начале
1860 г. соответствующее обратное влияние на состояние дел в Блэкберне, где в среднем 30 000
механических ткацких станков почти исключительно заняты производством ткани для этого
рынка. Вследствие этого спрос на труд был здесь ограниченным уже за много месяцев до того,
как сказалось влияние хлопковой блокады… к счастью, это спасло многих фабрикантов от
разорения. Запасы возросли по стоимости, пока их держали на складах, и таким образом уда-
лось избежать ужасного обесценения, которое в противном случае было бы неизбежно при
таком кризисе» («Reports of Insp. of Fact., October 1862», p. 28, 29, 30).
1861 год. Октябрь.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 88 «Положение дел с некоторого времени было очень угнетённым… Очень вероятно, что в
течение зимних месяцев многие фабрики значительно сократят производство. Это, впрочем,
можно было предвидеть… совершенно независимо от причин, прервавших наш обычный ввоз
хлопка из Америки и наш вывоз в Америку, сокращение рабочего времени в течение наступа-
ющей зимы стало бы необходимым вследствие сильного увеличения производства за послед-
ние три года и затруднений на индийском и китайском рынках» («Reports of Insp. of Fact.,
October 1861», p. 19).
Хлопковые угары. Ост-индский хлопок (Surat). Влияние на заработную плату рабо-
чих. Усовершенствование машин. Замена хлопка крахмальной мукой и минеральными веще-
ствами. Влияние этого шлихтования крахмальной мукой на рабочих. Прядильщики тонких
номеров. Жульничество фабрикантов.
«Один фабрикант пишет мне следующее: „Что касается количества хлопка, потребляе-
мого на одно веретено, то вы несомненно недостаточно считаетесь с тем фактом, что при доро-
говизне хлопка каждый прядильщик обычной пряжи (скажем, до № 40, преимущественно же
№№ 12–32) производит настолько тонкие номера, насколько может, т. е. он будет выпрядать
№ 16 вместо прежних № 12 или № 22 вместо № 16 и т. д., и ткач, который перерабатывает эту
тонкую пряжу, доведёт свой миткаль до обычного веса, присоединив к нему соответственно
большее количество шлихты. Этот приём применяется теперь поистине в позорных размерах.
Из авторитетного источника я знаю, что 8-фунтовая ткань приготовляется из 5¼ ф. хлопка и
2¾ ф. шлихты. В другой 5¼-фунтовой ткани заключаются два фунта шлихты. Это – обыкно-
венная рубашечная ткань для экспорта. В иные сорта иногда прибавляют 50  % шлихты, так
что фабриканты могли бы похвалиться и действительно хвалятся тем, что они обогащаются,
продавая ткани дешевле, чем номинально стоит заключающаяся в них пряжа“»(«Reports of
Insp. of Fact., April 1864», p. 27).
«Мне сообщали также, что ткачи приписывают свою возросшую заболеваемость шлихте,
которая употребляется для основы, выпряденной из ост-индского хлопка, и которая не состоит,
как раньше, из чистой муки. Но этот суррогат муки, как говорят, представляет ту крупную
выгоду, что значительно увеличивает вес ткани, так что 15 фунтов пряжи дают 20 фунтов
ткани» («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 63.
Этим суррогатом был перемолотый тальк, так называемый «China clay», или гипс, так
называемый «French chalk»).
«Заработок ткачей» (здесь имеются в виду ткачи-рабочие) «сильно уменьшается из-за
применения суррогатов муки для шлихтования основы. Эта шлихта делает пряжу более тяжё-
лой, но в то же время твёрдой и ломкой. Каждая нить основы проходит в ткацком станке через
так называемый ремиз, крепкие нити которого удерживают основу в правильном положении;
сильно шлихтованная основа вызывает постоянные разрывы нитей в ремизе; каждый разрыв
отнимает у ткача пять минут времени для исправления; в настоящее время ткачу приходится
исправлять такие повреждения по крайней мере в 10 раз чаще, чем раньше, и, само собой
разумеется, станок в течение рабочего дня даёт соответственно меньше ткани» (там же, стр.
42–43).
«В Аштоне, Стейлибридже, Мосли, Олдеме и т.  д. рабочее время сокращено на целую
треть и с каждой новой неделей сокращается всё больше… Одновременно с этим сокращением
рабочего дня во многих отраслях имеет место и понижение заработной платы» («Reports of
Insp. of Fact., October 1861», p. 12, 13).
В начале 1861  г. произошла стачка механических ткачей в некоторых районах Ланка-
шира. Некоторые фабриканты заявили о предстоящем понижении заработной платы на 5–7½
%, рабочие настаивали на том, чтобы ставки заработной платы были сохранены, а рабочий день
сокращён. Предприниматели не согласились, и началась стачка. Через месяц рабочие вынуж-
дены были уступить. Однако теперь и заработная плата понижена и рабочий день сокращён:

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 89 «Кроме того, что была понижена заработная плата, на что согласились в конце концов
рабочие, многие фабрики работают теперь неполное время» («Reports of Insp. of Fact., April
1861», p. 23).
1862 год. Апрель.
«Страдания рабочих со времени моего последнего отчёта значительно увеличились;
но ещё никогда в истории промышленности столь неожиданные и столь тяжёлые страда-
ния не переносились с такой молчаливой покорностью и с таким терпеливым самооблада-
нием» («Reports of Insp. of Fact., April 1862», p. 10). «Число полностью безработных в насто-
ящий момент, по-видимому, незначительно превышает число безработных 1848  г., когда
господствовала обычная паника, оказавшаяся, однако, достаточной для того, чтобы побудить
обеспокоенных фабрикантов собрать статистические данные по хлопчатобумажной промыш-
ленности, аналогичные тем, какие в настоящее время публикуются еженедельно… В мае
1848 г. не работали 15 % всех хлопчатобумажных рабочих Манчестера, 12 % работали непол-
ное время, в то время как свыше 70 % работали полное время. 28 мая 1862 г. 15 % рабочих
были без работы, 35  % работали неполное время, 49  % – полное время… В соседних мест-
ностях, например в Стокпорте, процент работающих неполное время и вовсе неработающих
выше, процент работающих полное время ниже», так как здесь выпрядаются более грубые
номера, чем в Манчестере (стр. 16).
1862 год. Октябрь.
«По последним сведениям официальной статистики, в Соединённом королевстве в
1861 г. было всего 2 887 хлопчатобумажных фабрик: из них 2 109 в моём округе» (Ланкашир
и Чешир). «Я, конечно, знал, что очень значительная часть этих 2109 фабрик моего округа –
мелкие предприятия с небольшим количеством рабочих. Я был, однако, удивлён, когда узнал,
насколько велико это число. На 392 фабриках, составляющих 19  % общего их числа, двига-
тельная сила – паровая или водяная – меньше 10 лошадиных сил; на 345, или 16  %,  – от 10
до 20 лошадиных сил; на 1 372 – 20 лошадиных сил и выше… Очень значительная часть этих
мелких фабрикантов – более чем одна треть всего их числа – не так давно сами были рабочими;
это люди, не располагающие капиталами… Центр тяжести падает, следовательно, на остальные
2/3» («Reports of Insp. of Fact., October 1862», p. 18, 19).
По данным того же отчёта, в хлопчатобумажной промышленности Ланкашира и Чешира
в то время работало полное время 40  146 рабочих, или 11,3  %; неполное время – 134  767,
или 38  %; не имело работы 179  721, или 50,7  %. Если вычесть отсюда цифры, относящиеся
к Манчестеру и Болтону, где выпрядались главным образом тонкие номера,  – отрасль, срав-
нительно мало пострадавшая от недостатка хлопка,  – то положение дел представится в ещё
более неблагоприятном виде, а именно: занятых полное время 8,5  %, неполное время 38  %,
безработных 53,5 % (стр. 19, 20).
«Для рабочего представляет существенную разницу, перерабатывает ли он хороший или
плохой хлопок. В первые месяцы года, когда все фабриканты старались держать свои фабрики
в ходу, применяя всякий хлопок, какой только можно было купить по дешёвым ценам, много
плохого хлопка попало на фабрики, где раньше употреблялся обыкновенно хороший; разница
в заработной плате рабочих оказалась настолько велика, что произошло много стачек, так как
рабочие при старой поштучной плате не могли теперь добиться сносного ежедневного зара-
ботка… В некоторых случаях разница вследствие применения плохого хлопка достигала поло-
вины всего заработка даже при полном рабочем времени» (стр. 27).
186￿'
. Апрель.
«В течение этого года может работать полное время лишь немного больше половины всех
рабочих хлопчатобумажной промышленности» («Reports of Insp. of Fact., April 1863», p. 14).
«Употребление ост-индского хлопка, который вынуждены применять теперь фабрики,
имеет ту весьма серьёзную отрицательную сторону, что скорость машин в процессе произ-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 90 водства приходится сильно замедлять. В течение последних лет были пущены в ход все сред-
ства, чтобы увеличить эту скорость и таким образом заставить те же самые машины произво-
дить больше работы. Уменьшение скорости машин затрагивает интересы как рабочего, так и
фабриканта, потому что большинство рабочих получает поштучную плату: прядильщик полу-
чает за фунт выпряденной пряжи, ткач – за кусок изготовленной им ткани; но даже у рабо-
чих, оплачиваемых понедельно, заработная плата должна понизиться вследствие сокращения
производства. По моим сведениям и доставленным мне данным относительно заработка рабо-
чих хлопчатобумажной промышленности в течение этого года получается понижение заработ-
ной платы в среднем на 20  %, в некоторых случаях на 50  % по сравнению с её величиной в
1861 году» (стр. 13). – «Сумма заработка зависит от… того, какого качества перерабатывае-
мый материал… Положение рабочих в том, что касается их заработной платы, в настоящий
момент» (октябрь 1863 г.) «гораздо лучше, чем в то же время в прошлом году. Машины усовер-
шенствованы, лучше освоено сырьё, и рабочие легче справляются с теми трудностями, с кото-
рыми им приходилось иметь дело вначале. Прошлой весной я был в Престоне в одной швей-
ной школе» (благотворительное учреждение для безработных); «две юные девушки, посланные
незадолго перед тем в ткацкую мастерскую, где, по уверениям фабриканта, они могли бы зара-
ботать 4 шилл. в  неделю, просили об обратном приёме в школу и жаловались, что они не в
состоянии заработать и 1 шилл. в  неделю. У меня были сведения относительно мюльщиков
при сельфакторах… Мужчины, управляющие парой сельфакторов, зарабатывали за 14 дней
полного рабочего времени 8 шилл. 11 пенсов, из этой суммы вычиталась квартирная плата,
половину которой фабрикант» (о, великодушие!), «возвращал им в виде подарка. Рабочие при-
носили домой по 6 шилл. 11 пенсов. Во многих местах за последние месяцы 1862  г. мюль-
щики при сельфакторах зарабатывали 5–9 шилл. в  неделю, ткачи – 2–6 шилл. в  неделю… В
настоящее время положение дел гораздо лучше, хотя заработок в большинстве округов всё ещё
очень низкий… Наряду с коротким волокном индийского хлопка и его загрязнённостью раз-
личные другие причины способствовали уменьшению заработка. Так, например, теперь вошло
в обыкновение обильно подмешивать к индийскому хлопку хлопковые угары, и это, конечно,
ещё более увеличивает трудности прядения. При коротком волокне нити легко обрываются
при выходе мюлей и наматывании пряжи, причём невозможно с такой регулярностью поддер-
живать мюль в ходу… Равным образом вследствие того, что нитям приходится уделять очень
много внимания, одна ткачиха зачастую способна следить только за одним станком, и лишь
очень немногие могут следить более чем за двумя станками… Во многих случаях заработная
плата рабочих понизилась на 5 %, 7½% и 10 %… в большинстве случаев рабочему предостав-
ляется самому решить, как справиться с сырьём и достигнуть обычного размера заработка…
Другое затруднение, с которым порою приходится сталкиваться ткачу, состоит в том, что его
заставляют делать хорошую ткань из плохого материала и наказывают вычетами из заработной
платы, если работа не даёт желаемых результатов» («Reports of Insp. of Fact., October 1863»,
p. 41–43).
Заработная плата была ничтожной даже там, где работали полное время. Рабочие хлоп-
чатобумажной промышленности охотно брались за всякие общественные работы, куда только
их принимали: дренаж, проведение дорог, дробление камней, мощение улиц, чтобы получать
от местных властей пособие (которое было на деле пособием для фабрикантов, см. «Капитал»,
кн. I. стр. 536 и сл. ￿`}] ). Вся буржуазия зорко следила за рабочими. Если рабочему предлагался
мизернейший заработок и тот отказывался от него, то комитет вспомоществования немедленно
вычёркивал рабочего, из списка лиц, получающих пособие. Это было золотое время для господ
фабрикантов, так как рабочим приходилось или умирать с голоду, или работать за всякую плату
на самых выгодных для капиталистов условиях, причём комитеты вспомоществования дей-
ствовали как верные сторожевые псы последних. В то же время фабриканты в тайном союзе с
правительством препятствовали насколько возможно эмиграции частью для того, чтобы иметь

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 91 наготове капитал, воплощённый в теле и крови рабочих, частью для того, чтобы обеспечить
себе выжимаемую из рабочих квартирную плату…
«Комитеты вспомоществования поступали в этом случае с величайшей строгостью. Раз
предлагалась работа, рабочие, которым она предлагалась, тотчас вычёркивались из списков
и принуждались таким образом принимать её. Если рабочие уклонялись от предлагаемой
работы… то по той причине, что заработок их был бы только номинальным, а труд чрезвы-
чайно тяжёлым» («Reports of Insp. of Fact., October 1863», p. 97).
Рабочие готовы были взять всякую работу, которая предназначалась для них, согласно
акту об общественных работах.
«Условия организации промышленных работ были далеко не одинаковы в различных
городах. Но даже в тех местах, где труд под открытым небом не был исключительно проб-
ной работой (labour test), труд этот оплачивался или в размерах обычного регулярного посо-
бия, или лишь немного выше и таким образом фактически носил характер трудового испыта-
ния» (стр. 69). «Акт об общественных работах 1863  г. должен был помочь этой беде и дать
рабочему возможность добывать свой дневной заработок в качестве независимого подёнщика.
Цель этого акта была троякая: 1) уполномочить местные власти заимствовать деньги у комис-
саров, ведавших государственными займами» (с согласия президента Центрального государ-
ственного ведомства попечительства о бедных); «2) способствовать благоустройству городов в
хлопчатобумажных округах; 3) доставить безработным работу и достаточное вознаграждение
(remunerative wages)». До конца октября 1863  г. было предоставлено займов, согласно этому
акту, на сумму до 883 700 ф. ст. (стр. 70).
Предпринятые работы состояли главным образом в устройстве канализации, проведении
дорог, мощении улиц, возведении запруд для водяных двигателей и т. п.
Г-н Хендерсон, президент блэкбернского комитета, пишет по этому поводу фабричному
инспектору Редгрейву:
«Из всего, что мне пришлось наблюдать в течение переживаемого нами периода страда-
ний и нищеты, ничто в такой степени не поражало и не радовало меня, как та бодрая готов-
ность, с которой безработные этого округа берутся за работы, предлагаемые им городским
советом Блэкберна на основании акта об общественных работах. Трудно представить себе кон-
траст более резкий, чем тот, который существует между прядильщиком, работавшим прежде
в качестве квалифицированного рабочего на фабрике, и тем же прядильщиком, работающим
теперь в качестве подёнщика в спускном канале на глубине 14 или 18 футов».
(Рабочие получали при этом в зависимости от размера семьи от 4 до 12 шилл. в неделю;
именно на эту «гигантскую сумму» нередко содержалась семья в 8 человек. Господа обыватели
получали здесь двойную выгоду: во-первых, на улучшение своих прокопчённых и запущенных
городов они получали деньги из исключительно низких процентов; во-вторых, они платили
рабочим гораздо меньше обычной заработной платы.)
«Рабочий, привыкший к почти тропической жаре, к труду, при котором искусство и точ-
ность манипуляции были для него бесконечно важнее мускульной силы, привыкшей к двойной,
иногда тройной плате по сравнению с тем, что он может получить в настоящее время, – такой
рабочий, соглашаясь на предлагаемые условия, обнаруживает самоотверженность и благора-
зумие, делающие ему величайшую честь. В Блэкберне безработные были испробованы чуть
ли не на всех возможных работах, ведущихся под открытым небом: они копали вязкую, тяжё-
лую глинистую землю на значительной глубине, производили осушительные работы, дробили
камни, прокладывали дороги, копали уличные канавы глубиной 14, 16 и порой 20 футов. Зача-
стую им приходилось при этом стоять на 10–12 дюймов в грязи и воде и подвергаться действию
климата, с которым по сырости и холоду едва ли может сравниться климат какого-либо дру-
гого округа Англии, если вообще такой климат где-нибудь встречается» (стр. 91, 92). – «Рабо-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 92 чие держали себя почти безукоризненно; они были готовы брать на себя работу под открытым
небом и мужественно выполнять её…» (стр. 69).
1864 год. Апрель.
«Время от времени в различных округах раздаются жалобы на недостаток рабочих, глав-
ным образом в таких отраслях, как, например, ткацкое дело… Но эти жалобы являются резуль-
татом как низкого уровня заработной платы, которую в состоянии заработать теперь рабочие
вследствие употребления плохих сортов пряжи, так и некоторого действительного недостатка
рабочих в этой специальной отрасли. В прошлом месяце происходили многочисленные столк-
новения между хозяевами отдельных фабрик и их рабочими из-за заработной платы. Я сожа-
лею, что стачки стали происходить слишком часто… Влияние акта об общественных рабо-
тах фабриканты рассматривают как конкуренцию; и местный комитет в Бейкепе приостановил
свою деятельность, так как хотя ещё не все фабрики в ходу, тем не менее обнаружилась
нехватка рабочих» («Reports of Insp. of Fact., April 1864», p. 9).
Во всяком случае, господам фабрикантам пора было задуматься. Благодаря акту об
общественных работах спрос на их рабочую силу настолько возрос, что в каменоломнях Бей-
кепа некоторые фабричные рабочие зарабатывали 4–5 шилл. в  день. И потому мало-помалу
были приостановлены общественные работы – это новое издание национальных мастерских
1848 г.  ￿`X] , устроенных, однако, на этот раз в интересах буржуазии.
Эксперименты in corpore vili  ￿`h]
«Хотя я привёл здесь сильно пониженную заработную плату» (рабочих, занятых полное
время), «составляющую действительный заработок рабочих на различных фабриках, но отсюда
ещё отнюдь не следует, что рабочие из недели в неделю зарабатывают одну и ту же сумму. Здесь
имеют место сильные колебания вследствие того, что фабриканты на одних и тех же фабриках
производят постоянные эксперименты с различными сортами хлопка и с различными комби-
нациями хлопка и угаров; эти „смеси“, как их называют, часто меняются, и заработок рабо-
чего повышается или падает в зависимости от качества хлопковой смеси. В некоторых случаях
заработок составляет лишь 15 % прежней величины и за какие-нибудь одну-две недели падает
на 50 % или 60 %».
Инспектор Редгрейв, которого мы здесь цитируем, приводит взятые из практики данные
о заработной плате, из которых здесь будет достаточно привести следующие примеры:
A, ткач, семья из 6 лиц, занят 4 дня в неделю, зарабатывает 6 шилл. 8½ пенса; B, прису-
чальщик, занят 4½ дня в неделю, зарабатывает 6 шиллингов; C, ткач, семья из 4 лиц, занят 5
дней в неделю, зарабатывает 5 шилл. 1  пенс; D, тростильщик, семья из 6 лиц, занят 4 дня в
неделю, зарабатывает 7 шилл. 10 пенсов; E, ткач, семья из 7 лиц, занят 3 дня в неделю, зара-
батывает 5 шилл. и т. д. Редгрейв продолжает:
«Эти данные заслуживают внимания, так как они показывают, что для некоторых семей
работа была бы несчастьем, потому что она не просто уменьшает доход, но понижает его
настолько, что его совершенно недостаточно было бы для удовлетворения ничтожной части
абсолютно необходимых потребностей, если бы не выдавалось добавочного вспомоществова-
ния в тех случаях, когда заработок семьи не достигает той суммы, которую она получала бы
в качестве вспомоществования, если бы вовсе не имела работы» («Reports of Insp. of Fact.,
October 1863», p. 50–53).
«Начиная с 5 июня 1863  г., все рабочие были заняты в среднем не более двух дней в
неделю, по 7 часов с несколькими минутами» (там же, стр. 121).
С начала кризиса до 25 марта 1863  г. было выдано почти три миллиона фунтов стер-
лингов ведомствами попечительства о бедных, центральным комитетом вспомоществования и
лондонским муниципальным комитетом (там же, стр. 13).
«В одном округе, где выпрядаются наиболее тонкие номера пряжи… прядильщики под-
верглись косвенному понижению заработной платы на 15 % вследствие перехода от сорта сиай-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 93 ленд к египетскому хлопку… В одном обширном округе, где хлопковые угары массами приме-
няются для смешивания с индийским хлопком, заработная плата понизилась на 5 % и, кроме
того, они потеряли ещё 20–30 % вследствие переработки сурата и угаров. Ткачи, управлявшие
прежде четырьмя станками, теперь работают на двух. В 1860  г. на каждом станке они выра-
батывали 5 шилл. 7  пенсов, в 1863  г. только 3 шилл. 4  пенса… Денежные штрафы, которые
раньше при употреблении американского хлопка колебались от 3 до 6 пенсов (для прядиль-
щика), достигают теперь 1 шилл. – 3 шилл. 6 пенсов».
В одном округе, где египетский хлопок применялся в смеси с ост-индским,
«средняя заработная плата прядильщика на мюле была в 1860 г. 18–25 шилл., а теперь
от 10 до 18 шиллингов. Причина этого заключается не только в ухудшении хлопка, но также
в уменьшении скорости движения мюля с целью производства более тугой пряжи, за что в
обычное время уплачивается, согласно условиям найма, добавочное вознаграждение» (стр. 43,
44). «Хотя переработка ост-индского хлопка, быть может, и принесла в том или ином случае
выгоду фабрикантам, но мы видим зато (см. расценочный лист, стр. 53), что должны были
вытерпеть вследствие этого рабочие по сравнению с 1861 годом. Если упрочится применение
сурата, то рабочие потребуют такого же заработка, как в 1861 году; но это серьёзно скажется на
прибыли фабрикантов, поскольку не будет компенсации изменением цены хлопка или готовых
изделий» (стр. 105).
Квартирная плата.
«Квартирная плата, уплачиваемая рабочими в тех случаях, когда рабочие живут в котте-
джах, принадлежащих фабриканту, часто вычитается последним из заработной платы, хотя бы
работы и производились неполное время. Тем не менее стоимость этого рода строений упала,
и домики сдаются теперь на 25–50 % дешевле, чем раньше; коттедж, который стоил 3 шилл.
6 пенсов в неделю, можно снять теперь за 2 шилл. 4 пенса, а порой и ещё дешевле» (стр. 57).
Эмиграция. Фабриканты были, конечно, против эмиграции рабочих, так как, с одной сто-
роны,
«в ожидании лучших времён для хлопчатобумажной промышленности они стремились
удержать у себя под рукой средства вести свои фабрики наиболее выгодным способом». Кроме
того, «многие фабриканты – собственники домов, в которых живут занятые ими рабочие, и по
крайней мере некоторые из них безусловно рассчитывают получить впоследствии хоть часть
той наёмной платы за квартиры, которую задолжали им рабочие» (стр. 96).
Г-н Бернал Осборн, депутат парламента, в одной из речей перед своими избирателями 22
октября 1864 г. говорил, что рабочие Ланкашира вели себя, как античные философы (стоики).
А не как овцы ли?
 
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
ДОБАВЛЕНИЯ
 
Допустим, как это мы вообще делаем в настоящем отделе, что масса прибыли, присва-
иваемая в каждой отдельной сфере производства, равна сумме прибавочной стоимости, про-
изводимой всем капиталом, вложенным в эту сферу. Даже и в этом случае буржуа не будет
рассматривать прибыль как нечто тождественное прибавочной стоимости, т. е. неоплаченному
прибавочному труду, и не будет по следующим причинам:
1) В процессе обращения он забывает процесс производства. Реализация стоимости това-
ров, – включающая и реализацию заключающейся в них прибавочной стоимости, – ему пред-
ставляется созиданием прибавочной стоимости. {Здесь в рукописи пропуск, указывающий на
то, что Маркс намеревался более подробно развить этот пункт. – Ф. Э. }
2) Если предположить, что степень эксплуатации труда остаётся неизменной, то, как мы
уже видели, независимо от всех модификаций, вызываемых кредитной системой, независимо

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 94 от взаимного обмана и взаимного надувательства капиталистов и усилий каждого выиграть
за счёт другого, независимо, далее, от всякого удачного выбора рынка норма прибыли может
быть весьма различной в зависимости от большей или меньшей дешевизны сырья, от большего
или меньшего умения его закупить; в зависимости от того, насколько производительны, целе-
сообразны и дёшевы применяемые машины; в  зависимости от того, более или менее совер-
шенна общая организация различных ступеней производственного процесса, насколько устра-
нено расточительство сырья, насколько просто и целесообразно организовано управление и
надзор и т. п. Короче говоря, если дана прибавочная стоимость для определённого перемен-
ного капитала, то одна и та же прибавочная стоимость может выражаться в более высокой и
более низкой норме прибыли, следовательно, может доставлять бо́льшую или меньшую массу
прибыли в зависимости от индивидуальных деловых способностей самого капиталиста или его
надсмотрщиков и приказчиков. Пусть одна и та же прибавочная стоимость в 1 000 ф. ст., про-
дукт 1 000 ф. ст. заработной платы, в предприятии A приходится на 9 000 ф. ст., а в другом
предприятии B на 11 000 ф. ст. постоянного капитала. В случае A мы имеем p' =  1 000 /10 000  =
10 %. В случае B мы имеем p' =  1 000 /12 000  = 8 1/3%. Весь капитал производит в A относительно
больше прибыли, чем в B, так как там норма прибыли выше, чем здесь, хотя в обоих случаях
авансированный переменный капитал = 1 000 и извлечённая из него прибавочная стоимость
также = 1 000, следовательно, в обоих случаях имеет место одинаковая эксплуатация одина-
кового числа рабочих. Это различное выражение одной и той же массы прибавочной стоимо-
сти, или различие норм прибыли, а следовательно, и величины самой прибыли при одинаковой
эксплуатации труда, может происходить и из других источников; но оно может также вытекать
всецело и исключительно из различия в той умелости, с какой ведутся оба предприятия. И
это обстоятельство создаёт у капиталиста иллюзию, убеждение в том, что его прибыль обязана
своим существованием не эксплуатации труда, но по крайней мере отчасти и другим, не зави-
симым от этого обстоятельствам, в особенности его индивидуальной деятельности.
Из всего изложенного в этом первом отделе видна ошибочность того взгляда (Родбер-
тус  ￿`[] ), согласно которому (в отличие от земельной ренты, где, например, площадь земли оста-
ётся неизменной, в то время как рента растёт) изменение величины капитала не оказывает
влияния на отношение между прибылью и капиталом, а следовательно, и на норму прибыли,
так как в том случае, когда растёт масса прибыли, растёт и масса капитала, на которую она
исчисляется, и наоборот.
Это справедливо только в двух случаях. Во-первых, тогда, когда при неизменности всех
прочих условий, а следовательно, прежде всего нормы прибавочной стоимости, наступает
изменение стоимости товара, являющегося денежным товаром. (То же самое имеет место при
исключительно номинальном изменении стоимости, повышении или падении знаков стоимо-
сти при прочих равных условиях.) Пусть весь капитал равен 100 ф. ст., прибыль = 20 ф. ст.,
следовательно норма прибыли = 20  %. Если стоимость золота понижается или повышается
вдвое, то в первом случае тот же самый капитал, который раньше стоил 100 ф. ст., теперь стоит
200 ф. ст., и прибыль будет иметь стоимость 40 ф. ст., т. е. будет выражаться в этой сумме денег
вместо прежних 20 фунтов стерлингов. Во втором случае стоимость капитала падает до 50 ф.
ст., и прибыль выражается в продукте стоимостью в 10 фунтов стерлингов. Но в обоих случаях
40: 200 = 10: 50 = 20: 100 = 20 %. В действительности, однако, во всех этих случаях изменилась
бы не величина капитальной стоимости, а произошло бы только изменение в денежном выра-
жении одной и той же стоимости и одной и той же прибавочной стоимости. Следовательно, это
не могло бы повлиять и на отношение  mK , или на норму прибыли.
Другой случай – тот, когда имеет место действительное изменение величины стоимости,
но это изменение не сопровождается изменением отношения v: c , т. е. когда при постоянной
норме прибавочной стоимости отношение капитала, затраченного на рабочую силу (причём

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 95 переменный капитал рассматривается как показатель приведённой в движение рабочей силы),
к капиталу, затраченному на средства производства, остаётся прежнее. При этих условиях,
если мы имеем K, или nK , или  K/n, например, 1 000, или 2 000, или 500, прибыль при норме
прибыли в 20 % будет в первом случае = 200, во втором = 400, в третьем = 100, но 200 /1 000  =  400 /
2 000  =  100 /500  = 20 % . Другими словами, норма прибыли остаётся здесь неизменной, так как
строение капитала остаётся прежним и не затрагивается изменением его величины. Поэтому
увеличение или уменьшение массы прибыли является здесь лишь показателем увеличения или
уменьшения величины применяемого капитала.
Итак, в первом случае имеет место лишь кажущееся изменение величины применяе-
мого капитала, во втором случае происходит действительное изменение величины, но при
неизменном органическом строении капитала, при неизменном отношении его переменной
части к постоянной. Но, за исключением обоих этих случаев, изменение величины применяе-
мого капитала является или следствием предшествующего изменения стоимости одной из его
составных частей – и потому (поскольку изменение переменного капитала не сопровождается
изменением самой прибавочной стоимости) следствием изменения относительной величины
его составных частей, – или же это изменение величины капитала (как при работах в расши-
ренном масштабе, при введении новых машин и т. п.) есть причина изменения относительной
величины его обеих органических составных частей. Поэтому во всех этих случаях при прочих
равных условиях изменение величины применяемого капитала должно сопровождаться одно-
временным изменением нормы прибыли.
 
* * *
 
Увеличение нормы прибыли всегда происходит вследствие того, что прибавочная стои-
мость увеличивается относительно или абсолютно по сравнению с издержками её производ-
ства, т. е. с размерами всего авансированного капитала; другими словами, вследствие того, что
разница между нормой прибыли и нормой прибавочной стоимости уменьшается.
Колебания нормы прибыли, независимые от изменений органических составных частей
капитала или от его абсолютной величины, возможны в том случае, если стоимость авансиро-
ванного капитала, в какой бы форме – основной или оборотной – он ни являлся, повышается
или понижается вследствие независимого от уже существующего капитала увеличения или
уменьшения рабочего времени, необходимого для его воспроизводства. Стоимость всякого
товара, – а следовательно, и товаров, из которых состоит капитал, – определяется не тем необ-
ходимым рабочим временем, которое заключается в нём самом, а рабочим временем, обще-
ственно необходимым для его воспроизводства. Это воспроизводство может происходить при
улучшающихся или ухудшающихся условиях, при условиях, отличных по сравнению с усло-
виями первоначального производства. Пусть при изменившихся условиях требуется, вообще
говоря, вдвое больше или, наоборот, вдвое меньше рабочего времени, чтобы воспроизвести
тот же по своему вещественному содержанию капитал; тогда при неизменной стоимости денег
капитал, стоивший раньше 100 ф. ст., теперь будет стоить 200 ф. ст. или соответственно 50
фунтов стерлингов. Если бы это повышение стоимости или, наоборот, обесценение затраги-
вало все части капитала в равной степени, то и прибыль соответственно с этим выразилась
бы в двойной или вдвое меньшей сумме денег. Если же оно сопровождается изменением орга-
нического строения капитала, повышением или понижением отношения переменной части
капитала к постоянной, то при прочих равных условиях норма прибыли будет расти при отно-
сительном возрастании, будет падать при относительном уменьшении переменного капитала.
Если же повышается или понижается только денежная стоимость (вследствие изменения сто-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 96 имости денег) авансированного капитала, то в том же отношении повышается или понижается
денежное выражение прибавочной стоимости. Норма прибыли остаётся неизменной.
 
ОТДЕЛ ВТОРОЙ
ПРЕВРАЩЕНИЕ ПРИБЫЛИ В СРЕДНЮЮ ПРИБЫЛЬ
 
 
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
РАЗЛИЧНОЕ СТРОЕНИЕ КАПИТАЛОВ В РАЗНЫХ
ОТРАСЛЯХ ПРОИЗВОДСТВА И ВЫТЕКАЮЩИЕ
ОТСЮДА РАЗЛИЧИЯ В НОРМАХ ПРИБЫЛИ
 
В предыдущем отделе было, между прочим, показано, каким образом норма прибыли
может изменяться – повышаться или понижаться – при неизменной норме прибавочной стои-
мости. В этой главе предполагается, что степень эксплуатации труда, а следовательно, норма
прибавочной стоимости и длина рабочего дня, имеет одинаковую величину, стоит на одина-
ковом уровне во всех сферах производства, на которые распадается общественный труд дан-
ной страны. Что касается значительных различий в эксплуатации труда в разных сферах про-
изводства, то уже A. Смит обстоятельно показал  ￿`U] , что они выравниваются в силу всякого
рода действительных или основанных на предрассудке компенсирующих условий, и, следова-
тельно, различия эти, как только кажущиеся и преходящие, не должны приниматься в рас-
чёт при исследовании общих отношений. Другие различия, например, в уровне заработной
платы, покоятся главным образом на указанном уже в начале «Капитала», кн. I, стр. 11  ￿`V]
различии между простым и сложным трудом, причём, хотя они и делают участь рабочих в
различных сферах производства далеко не одинаковой, однако нисколько не затрагивают сте-
пени эксплуатации труда в этих различных сферах. Если, например, труд золотых дел мастера
оплачивается выше, чем труд подёнщика, то прибавочный труд золотых дел мастера произво-
дит по сравнению с прибавочным трудом подёнщика пропорционально больше прибавочной
стоимости. И если выравнивание заработной платы и продолжительности рабочего дня, а сле-
довательно и нормы прибавочной стоимости в различных сферах производства и даже между
различными капиталистическими предприятиями в одной и той же сфере производства, задер-
живается многочисленными обстоятельствами местного значения, то с прогрессом капитали-
стического производства и по мере подчинения этому способу производства всех экономиче-
ских отношений это выравнивание осуществляется всё более и более полно. Как ни важно
изучение подобного рода осложняющих моментов для каждой специальной работы о заработ-
ной плате, в общем исследовании капиталистического производства ими можно пренебречь
как случайными и несущественными. В таком общем исследовании вообще всегда предпола-
гается, что действительные отношения соответствуют своему понятию или, что́ то же самое,
что действительные отношения изображаются лишь постольку, поскольку они выражают свой
собственный общий тип.
Различия норм прибавочной стоимости в различных странах, т. е. национальные разли-
чия в степени эксплуатации труда, для настоящего исследования не имеют значения. Ведь в
этом отделе мы как раз хотим показать, каким путём образуется известная общая норма при-
были в пределах каждой отдельной страны. В самом деле, очевидно, что при сравнении раз-
личных национальных норм прибыли придётся только сопоставить то, что́ было исследовано
нами раньше, с тем, что́ предстоит исследовать теперь. Сначала пришлось бы рассмотреть раз-
личие национальных норм прибавочной стоимости, а затем на основе этих данных норм при-
бавочной стоимости сравнить различные национальные нормы прибыли. Поскольку различие
их не вытекает из различия национальных норм прибавочной стоимости, оно, очевидно, выте-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 97 кает из условий, при которых, как и в нашем исследовании в настоящей главе, прибавочная
стоимость предполагается везде одинаковой, постоянной.
В предыдущей главе было показано, что при неизменной норме прибавочной стоимости
норма прибыли, доставляемая определённым капиталом, может повышаться или понижаться
в зависимости от обстоятельств, которые повышают или понижают стоимость той или другой
части постоянного капитала и, следовательно, вообще влияют на отношение между постоян-
ной и переменной составными частями капитала. Далее было отмечено, что обстоятельства,
удлиняющие или сокращающие время оборота капитала, могут оказывать аналогичное влия-
ние на норму прибыли. Так как масса прибыли тождественна с массой прибавочной стоимо-
сти, с самой прибавочной стоимостью, то оказалось, что масса прибыли – в отличие от нормы
прибыли – не затрагивается вышеупомянутыми колебаниями стоимости. Они модифицируют
только норму, в которой выражается данная прибавочная стоимость, а следовательно и при-
быль данной величины, т. е. модифицируют лишь относительную величину прибыли, её вели-
чину по сравнению с величиной авансированного капитала. Правда, поскольку вследствие этих
колебаний стоимости происходит связывание или высвобождение капитала, таким косвенным
путём может подвергнуться влиянию не только норма прибыли, но и сама прибыль. Однако
это касается лишь капитала, уже функционирующего, а не новых вложений капитала; и, кроме
того, увеличение или уменьшение самой прибыли всегда зависит от того, насколько больше или
меньше труда вследствие указанных колебаний стоимости может быть приведено в движение
тем же самым капиталом; другими словами, от того, насколько бо́льшую или меньшую массу
прибавочной стоимости – при неизменной норме прибавочной стоимости – может произвести
один и тот же капитал. Таким образом это кажущееся исключение в действительности отнюдь
не противоречит общему закону, не является исключением из него, а, напротив, представляет
собой лишь особый случай применения общего закона.
В предыдущем отделе мы видели, что при неизменной степени эксплуатации труда изме-
нение стоимости составных частей постоянного капитала, а также изменение времени обо-
рота капитала изменяют норму прибыли. Отсюда само собой вытекает, что нормы прибыли в
различных, одновременно существующих одна возле другой, сферах производства будут раз-
личны, если капиталы, применяемые в различных отраслях производства, имеют при прочих
равных условиях различное время оборота или различные по стоимости отношения между
своими органическими составными частями. То, что раньше мы рассматривали как изменения,
которые совершаются с одним и тем же капиталом последовательно во времени, теперь мы
рассматриваем как одновременно существующие различия между капиталистическими пред-
приятиями, действующими одно рядом с другим в различных сферах производства.
Нам предстоит при этом исследовать: 1) различие в органическом строении капиталов,
2) различие во времени их оборота.
Само собой понятно, что если мы в этом исследовании говорим о строении или времени
оборота капитала в определённой отрасли производства, мы всегда имеем в виду средние, нор-
мальные отношения капитала, вложенного в данную отрасль производства; вообще речь здесь
идёт о средних отношениях для всего капитала данной сферы производства, а не о случайных
различиях между отдельными капиталами, вложенными в эту сферу.
Так как, далее, предполагается, что норма прибавочной стоимости и рабочий день оста-
ются неизменными, а это предположение включает в себя также неизменность заработной
платы, то при этих условиях определённое количество переменного капитала выражает опре-
делённое количество приведённой в движение рабочей силы, а, следовательно, определённое
количество овеществлённого труда. Итак, если 100 ф. ст. выражают недельную заработную
плату 100 рабочих, т. е. на деле 100 рабочих сил, то 100 ф. ст. × n выражают заработную плату
100 × n рабочих, а  100 ф. ст./ n заработную плату  100 /n рабочих. Таким образом переменный капи-
тал служит здесь (как и всегда при данной величине заработной платы) показателем массы

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 98 труда, приводимого в движение всем капиталом определённой величины; следовательно, раз-
личия в величине применяемого переменного капитала служат показателями различия в массе
применяемой рабочей силы. Если 100 ф. ст. представляют 100 рабочих в течение недели и,
следовательно, при 60 часах недельного труда 6 000 рабочих часов, то 200 ф. ст. соответствуют
12 000, а 50 ф. ст. лишь 3 000 рабочих часов.
Под строением капитала мы понимаем, как уже указано в «Капитале» кн. I, отношение
между его активной и пассивной составными частями, между переменным и постоянным капи-
талом. При этом нашему рассмотрению подлежат два отношения, имеющие неодинаковое зна-
чение, хотя при известных обстоятельствах могущие оказывать одинаковое действие.
Первое отношение покоится на техническом базисе и на известной ступени развития
производительных сил может рассматриваться как данное. Требуется определённая масса
рабочей силы, представленная определённым числом рабочих, чтобы произвести определён-
ную массу продукта, например, в течение одного дня, и, следовательно, – что уже при этом само
собой разумеется,  – привести в движение, потребить производительно определённую массу
средств производства, машин, сырья и т. д. Определённое число рабочих приходится на опре-
делённое количество средств производства, следовательно, определённое количество живого
труда приходится на определённое количество труда, уже овеществлённого в средствах про-
изводства. Отношение это очень различно в различных отраслях производства, часто даже в
различных подразделениях одной и той же отрасли промышленности, хотя, с другой стороны,
в очень отдалённых друг от друга отраслях промышленности оно случайно может быть совер-
шенно или почти одинаковым.
Это отношение образует техническое строение капитала и является действительной
основой его органического строения.
Возможен, однако, и такой случай: указанное отношение одинаково в различных отрас-
лях промышленности, поскольку переменный капитал является простым показателем рабочей
силы, а постоянный капитал – простым показателем массы средств производства, приводимых
в движение этой рабочей силой. Например, известные работы с применением меди и железа
могут требовать одинакового отношения между рабочей силой и массой средств производства.
Но так как медь дороже железа, то отношение между стоимостью переменного и постоянного
капитала в обоих случаях будет различно, а вместе с тем будет различно и стоимостное стро-
ение совокупных капиталов на обоих предприятиях. Разница между техническим строением
и стоимостным строением обнаруживается в каждой отрасли промышленности в том, что при
неизменном техническом строении отношение стоимости обеих частей капитала может изме-
няться, и, наоборот, при изменении технического строения отношение стоимости их может
оставаться неизменным; последнее имеет место, конечно, лишь в том случае, если изменение
в отношении между массой применяемых средств производства и рабочей силой уравновеши-
вается противоположным изменением их стоимостей.
Стоимостное строение капитала, поскольку оно определяется его техническим строе-
нием и отражает в себе изменение технического строения, мы называем органическим строе-
нием капитала. 20
Итак, по отношению к переменному капиталу мы предполагаем, что он является пока-
зателем определённого количества рабочей силы, определённого числа рабочих или опреде-
лённой массы приводимого в движение живого труда. В предыдущем отделе мы видели, что
при некоторых условиях изменение величины стоимости переменного капитала может выра-
жать только увеличение или уменьшение цены той же самой массы труда; но здесь, где норма
20 Вышеизложенное вкратце было уже развито в третьем издании «Капитала». кн. I, стр. 628, в начале гл. XXIII ￿
.
Маркс. «Капитал», том I, М., 1969, стр. 626]. Так как в первых двух изданиях этого места нет, повторение его здесь имело
тем больше оснований. – Ф. Э.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 99 прибавочной стоимости и рабочий день рассматриваются как величины постоянные, а зара-
ботная плата за определённое рабочее время – как величина данная, этот случай отпадает.
Напротив, разница в величине постоянного капитала, правда, тоже может быть показателем
изменения массы средств производства, приводимых в движение определённым количеством
рабочей силы; но она может также вытекать из различия в стоимости средств производства,
приводимых в движение в одной из сфер производства, по сравнению с другими сферами про-
изводства. Таким образом, обе точки зрения подлежат здесь нашему рассмотрению.
Необходимо, наконец, отметить следующее существенное обстоятельство:
Пусть 100 ф. ст. представляют собой недельную заработную плату 100 рабочих. Пусть
недельное рабочее время = 60 часам. Пусть, далее, норма прибавочной стоимости = 100  %.
В этом случае рабочие 30 часов из 60 работают на себя и 30 даром на капиталиста. В 100 ф.
ст. заработной платы в действительности воплощено только 30 рабочих часов каждого из 100
рабочих, или всего 3 000 рабочих часов, в то время как остальные 3 000 часов, проводимых
ими на работе, воплощены в 100 ф. ст. прибавочной стоимости, соответственно и прибыли,
которую забирает себе капиталист. Таким образом, хотя заработная плата в 100 ф. ст. и  не
выражает той стоимости, в которой овеществляется недельный труд 100 рабочих, но всё же она
показывает (так как продолжительность рабочего дня и норма прибавочной стоимости даны),
что данный капитал приводит в движение 100 рабочих в течение в общей сложности 6  000
рабочих часов. Капитал в 100 ф. ст. показывает это, так как, во-первых, он показывает число
приведённых в движение рабочих, потому что 1 ф. ст. = 1 рабочему в неделю, следовательно
100 ф. ст. = 100 рабочим; так как, во-вторых, каждый приводимый в движение рабочий при
данной норме прибавочной стоимости в 100 % совершает вдвое больше труда, чем заключа-
ется в его заработной плате; следовательно, 1 ф. ст., его заработная плата, выражение полу-
недельного труда, приводит в движение труд в течение целой недели, и равным образом 100
ф. ст., хотя они заключают в себе лишь труд 50 недель, приводят в движение труд в течение
100 рабочих недель. Поэтому необходимо проводить весьма существенное различие между
переменным, затраченным на заработную плату капиталом, поскольку его стоимость – сумма
заработных плат – представляет определённое количество овеществлённого труда, и тем же
переменным капиталом, поскольку его стоимость есть простой показатель массы живого труда,
приводимой им в движение. Масса живого труда всегда больше, чем количество труда, заклю-
чающееся в переменном капитале, и выражается поэтому в стоимости большей, чем стоимость
переменного капитала, в стоимости, которая, с одной стороны, определяется числом рабочих,
приводимых в движение переменным капиталом, а с другой стороны, тем количеством приба-
вочного труда, которое они совершают.
Из этого способа рассмотрения переменного капитала вытекает следующее:
Пусть на капиталистическом предприятии в сфере производства A на каждые 700 еди-
ниц всего капитала расходуется только 100 единиц на переменный и 600 на постоянный капи-
тал, тогда как в сфере производства B – 600 на переменный и 100 на постоянный капитал.
Тогда весь капитал A в 700 будет приводить в движение рабочую силу, равную всего 100, что,
при прежнем нашем предположении даёт лишь 100 рабочих недель, или 6 000 часов живого
труда; между тем равновеликий совокупный капитал B приводит в движение труд в 600 недель,
и, следовательно, 36  000 часов живого труда. Поэтому капитал в сфере A мог бы присвоить
только 50 рабочих недель, или 3 000 часов прибавочного труда, тогда как равновеликий капи-
тал в сфере B – 300 рабочих недель, или 18 000 часов. Переменный капитал есть показатель
не только труда, заключающегося в нём самом, но при данной норме прибавочной стоимости
вместе с тем и показатель приводимого им в движение труда сверх этой меры, избыточного или
прибавочного труда. При одинаковой степени эксплуатации труда прибыль в первом случае
была бы =  100 /700 = 1/7 = 14 2/7%, а во втором =  600 /700 = 85 5/7%, т. е. в шесть раз бо́льшая норма
прибыли. Но в действительности в этом случае сама прибыль была бы в шесть раз больше, 600

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 100 для B против 100 для A, так как в шесть раз больше живого труда приводится в движение таким
же самым капиталом, следовательно, при равной степени эксплуатации труда, производится в
шесть раз больше прибавочной стоимости, а значит и в шесть раз больше прибыли.
Если бы в сфере A применялось не 700, а 7  000 ф. ст., а в сфере B только 700 ф. ст.
капитала, то при неизменном органическом строении из 7 000 ф. ст. капитала A было бы при-
менено в качестве переменного капитала 1 000 ф. ст., т. е. 1 000 рабочих в течение недели =
60 000 часов живого труда, в том числе 30 000 часов прибавочного труда. Но по-прежнему в
сфере A по сравнению с B посредством каждых 700 ф. ст. приводилось бы в движение в шесть
раз меньше живого труда и, следовательно, в шесть раз меньше прибавочного труда, а потому
и прибыли здесь получилось бы в шесть раз меньше.
Если мы будем рассматривать норму прибыли, то получим для A 1 000 /7 000  =  100 /700 = 14 2/
7% по сравнению с  600 /700 или 85 5/7% для капитала B. Несмотря на равную величину капиталов,
нормы прибыли здесь различны, так как при равной норме прибавочной стоимости различны
массы произведённой прибавочной стоимости, а значит и прибыли, вследствие того, что приве-
дены в движение неодинаковые массы живого труда. Фактически тот же самый результат полу-
чается в том случае, если технические условия в одной сфере производства те же самые, что
и в другой, но стоимость применяемых элементов постоянного капитала больше или меньше.
Допустим, что обе сферы применяют по 100 ф. ст. переменного капитала, следовательно, в
обоих случаях требуется 100 рабочих в неделю, чтобы привести в движение одно и то же коли-
чество машин и сырья, но последние в B дороже, чем в A. Тогда на 100 ф. ст. переменного
капитала приходится постоянного в сфере A, например, 200 ф. ст. и в сфере B – 400 фунтов
стерлингов. При норме прибавочной стоимости в 100 % произведённая прибавочная стоимость
в обоих случаях равна 100 ф. ст., следовательно и прибыль в обоих случаях равна 100 фунтам
стерлингов. Но в сфере A мы имеем  100 /200 c + 100 v= 1/3 = 33 1/3%, тогда как в сфере B 100 /400 c
+ 100 v= 1/3 = 33 1/3% = 1/5 = 20  %. В самом деле, если мы в обоих случаях возьмём опреде-
лённые части совокупного капитала, то в сфере B из каждых 100 ф. ст. на долю переменного
капитала придётся только 20 ф. ст., или 1/5, тогда как в A из каждых 100 ф. ст. переменный
капитал составляет 33 1/3 ф. ст., или 1/3. B производит на каждые 100 ф. ст. меньше прибыли,
так как приводит в движение меньше живого труда, чем A. Таким образом, различие в нормах
прибыли сводится здесь опять-таки к различию масс прибавочной стоимости, а потому и масс
прибыли, производимых на каждые 100 единиц вложенного капитала.
Отличие этого второго примера от предыдущего заключается лишь в следующем: во вто-
ром случае выравнивание A и B потребовало бы только изменения стоимости постоянного
капитала в A или в B при неизменном техническом базисе; напротив, в первом случае в двух
сферах производства само техническое строение капитала различно и для выравнивания их
должны быть предприняты соответствующие преобразования технического базиса.
Таким образом, различное органическое строение капиталов не зависит от их абсолют-
ной величины. Вопрос состоит всегда лишь в том, сколько из каждых 100 единиц капитала
приходится на переменный и сколько на постоянный капитал.
Итак, капиталы различной величины, выраженные в 100 единиц,  – или, что здесь сво-
дится к тому же, равновеликие капиталы – производят при равном рабочем дне и равной
степени эксплуатации труда весьма различные количества прибыли, так как они производят
различные количества прибавочной стоимости; это вызывается именно тем, что вследствие
различного органического строения капиталов в различных сферах производства различны их
переменные части, следовательно, различны количества приводимого ими в движение живого
труда, а потому различны и количества присваиваемого ими прибавочного труда – этой суб-
станции прибавочной стоимости, а следовательно и прибыли. Равновеликие части совокупного

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 101 капитала в различных сферах производства заключают в себе неравные по величине источники
прибавочной стоимости, а ведь единственный источник прибавочной стоимости есть живой
труд. При равной степени эксплуатации труда масса труда, приводимого в движение, скажем,
капиталом = 100, а следовательно и масса присваиваемого им прибавочного труда, зависит от
величины его переменной составной части. Если бы капитал, процентное отношение состав-
ных частей которого 90 c + 10 v, при равной степени эксплуатации труда производил столько
же прибавочной стоимости, или прибыли, как и капитал, состоящий из 10 c + 90 v, то было
бы совершенно очевидно, что прибавочная стоимость, а следовательно и стоимость вообще,
должна была бы иметь своим источником не труд, а что-то совершенно другое, и вместе с тем
отпала бы всякая рациональная основа политической экономии. Допустим, как мы это делали
раньше, что 1 ф. ст. есть недельная заработная плата одного рабочего за 60 рабочих часов и что
норма прибавочной стоимости = 100  %. Тогда очевидно, что вся вновь произведённая стои-
мость, которую один рабочий может доставить в течение недели, = 2 фунтам стерлингов; таким
образом при этом условии 10 рабочих не могли бы доставить более 20 фунтов стерлингов; а так
как из этих 20 ф. ст. 10 ф. ст. возмещают заработную плату, то 10 рабочих не могут создать
прибавочной стоимости большей, чем 10 фунтов стерлингов; между тем 90 рабочих, вся вновь
произведённая стоимость которых = 180 ф. ст., а заработная плата = 90 ф. ст., создали бы
прибавочную стоимость в 90 фунтов стерлингов. Норма прибыли была бы таким образом в
одном случае 10  %, в другом 90  %. Если бы дело обстояло иначе, стоимость и прибавочная
стоимость должны были бы быть не овеществлённым трудом, а чем-то иным. Таким образом,
так как в различных сферах производства равновеликие капиталы, выраженные в процентном
соотношении своих составных частей, неодинаково разделяются на постоянный и переменный
элементы, приводят в движение неодинаковое количество живого труда и, следовательно, про-
изводят неодинаковое количество прибавочной стоимости, а потому и прибыли, то норма при-
были, которая как раз и есть процентное отношение прибавочной стоимости ко всему капи-
талу, у них различна.
Но если в различных сферах производства равновеликие капиталы, выраженные в про-
центном соотношении своих составных частей, производят неравные прибыли вследствие раз-
личий своего органического строения, то отсюда следует, что прибыли неравных капиталов
в различных сферах производства не могут быть пропорциональны соответственным величи-
нам этих капиталов, что, следовательно, прибыли в различных сферах производства не про-
порциональны соответственным величинам вложенных в них капиталов. Потому что возрас-
тание прибыли pro rata  ￿``] величине вложенного капитала предполагало бы, что в процентном
выражении прибыль оказывается одинаковой, следовательно, что равновеликие капиталы в
различных сферах производства имеют одинаковую норму прибыли независимо от их различ-
ного органического строения. Только в пределах одной и той же сферы производства, где, сле-
довательно, органическое строение капитала дано, или в различных сферах производства с
одинаковым органическим строением капитала, массы прибыли прямо пропорциональны мас-
сам вложенного капитала. Что прибыли неравных капиталов пропорциональны их величинам,
означает вообще лишь то, что равновеликие капиталы доставляют равновеликие прибыли, или
что нормы прибыли для всех капиталов равны, какова бы ни была их величина и их органи-
ческое строение.
Все предыдущие рассуждения исходят из предположения, что товары продаются по их
стоимостям. Стоимость товара равна стоимости заключающегося в нём постоянного капитала
плюс стоимость воспроизведённого в нём переменного капитала плюс приращение этого пере-
менного капитала, т. е. произведённая прибавочная стоимость. При данной норме прибавоч-
ной стоимости масса её, очевидно, зависит от массы переменного капитала. Пусть стоимость
продукта, произведённого капиталом 100, в одном случае = 90 c + 10 v + 10 m = 110, в другом
случае = 10 c + 90 v + 90 m = 190. Если товары продаются по их стоимости, то первый продукт

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 102 продаётся за 110, из которых 10 представляют прибавочную стоимость, или неоплаченный
труд, второй продукт продаётся за 190, из которых 90 – прибавочная стоимость, или неопла-
ченный труд.
Этот случай особенно важен, когда сравниваются между собой национальные нормы при-
были. Пусть в какой-либо европейской стране норма прибавочной стоимости = 100  %, т.  е.
рабочий половину дня работает на себя и половину дня на предпринимателя; пусть в какой-
либо азиатской стране норма прибавочной стоимости = 25 %, т. е. рабочий 4/5 дня работает на
себя и 1/5 на предпринимателя. Пусть в европейской стране строение национального капитала
будет 84 c + 16 v, а в азиатской стране, где применяется мало машин и т. п. и в течение данного
периода данным количеством рабочей силы производительно потребляется сравнительно мало
сырья, строение будет 16 c + 84 v. Тогда мы получаем следующий расчёт:
В европейской стране стоимость продукта = 84 c + 16 v + 16 m = 116; норма прибыли =  16/
100  = 16 %.
В азиатской стране стоимость продукта = 16 c + 84 v + 21 m = 121; норма прибыли =  21/100  =
21 %.
Таким образом норма прибыли в азиатской стране более чем на 25 % выше, чем в евро-
пейской, хотя норма прибавочной стоимости в ней в четыре раза меньше; Кэри, Бастиа и tutti
quanti  ￿`i] сделали бы, конечно, как раз противоположный вывод.
Это между прочим. Различие национальных норм прибыли в большинстве случаев обу-
словливается различием национальных норм прибавочной стоимости; но мы сравниваем в этой
главе неодинаковые нормы прибыли, в основе которых одна и та же норма прибавочной сто-
имости.
Кроме различного органического строения капиталов, следовательно, кроме различия
в массах труда, а значит при прочих равных условиях и прибавочного труда, приводимого в
движение равновеликими капиталами в различных сферах производства, существует ещё один
источник неравенства норм прибыли: различная продолжительность оборота капитала в раз-
ных сферах производства. В IV главе мы видели, что при одинаковом строении капиталов и
при прочих равных условиях нормы прибыли обратно пропорциональны времени их оборота;
мы видели также, что один и тот же переменный капитал, если он оборачивается в различные
отрезки времени, создаёт неравные массы годовой прибавочной стоимости. Итак, различие
времени оборота – вот другая причина, вследствие которой в разных сферах производства рав-
ные капиталы в равные отрезки времени производят неравную прибыль и вследствие которой
нормы прибыли в этих различных сферах различны.
Что касается той пропорции, в которой совокупный капитал распадается на основной
и оборотный, то это соотношение само по себе вовсе не затрагивает нормы прибыли. Оно
может влиять на норму прибыли лишь в двух случаях: или тогда, когда различие в соотноше-
нии между основным и оборотным капиталами совпадает с различием в соотношении между
переменной и постоянной частями, следовательно, когда этому различию, а не различию в
соотношении оборотной и основной частей обязана своим происхождением разница в норме
прибыли; или же тогда, когда различие в соотношении между основной и оборотной состав-
ными частями обусловливает различие во времени оборота, в течение которого реализуется
определённая прибыль. Если капиталы распадаются в различной пропорции на основной и
оборотный, то это обстоятельство, правда, всегда будет оказывать влияние на время их обо-
рота и вызывать различия в последнем; однако отсюда ещё не следует, что будет различно
время оборота, в течение которого одни и те же капиталы реализуют данную прибыль. Пусть,
например, A постоянно должен продавать бо́льшую часть продукта для приобретения сырья и
т.  п., тогда как B более продолжительное время применяет одни и те же машины и т.  п. при
меньшем количестве сырья; во всяком случае у обоих, поскольку они производят, постоянно

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 103 занята часть капитала; у  одного она вложена в сырьё, т.  е. в  оборотный капитал, у другого –
в машины и т.  д., т.  е. в  основной капитал. A постоянно превращает часть своего капитала
из товарной в денежную форму и из этой последней обратно в форму сырья; между тем B
часть своего капитала более или менее продолжительное время употребляет как орудие труда
без такого превращения. Если оба они применяют одинаковое количество труда, то хотя они
продадут в течение года массы продуктов неодинаковой стоимости, но обе массы продуктов
будут заключать в себе одинаковые количества прибавочной стоимости, и их нормы прибыли,
исчисляемые на весь авансированный капитал, одинаковы, хотя в обоих случаях различна та
пропорция, в какой каждый из этих капиталов состоит из основной и оборотной частей, так же
как различно и время их оборота. Оба капитала реализуют в равное время равные прибыли,
хотя оборачиваются они в продолжение различного времени. 21 Различие во времени оборота
само по себе имеет значение лишь постольку, поскольку оно влияет на массу прибавочного
труда, которая в течение данного времени может быть присвоена и реализована одним и тем
же капиталом. Следовательно, если неодинаковое деление капитала на оборотный и основной
не приводит с необходимостью к различию во времени оборота, которое, в свою очередь, обу-
словливает неравенство норм прибыли, то, очевидно, раз это последнее имеет место, оно обу-
словливается не самим по себе различным делением капитала на оборотный и основной, а,
напротив, тем, что это деление капитала является в данном случае лишь показателем влияю-
щего на норму прибыли различия во времени оборота.
Итак, различное деление постоянного капитала на оборотный и основной в разных отрас-
лях промышленности само по себе не имеет значения для нормы прибыли, так как решающее
влияние оказывает отношение переменного капитала к постоянному, причём стоимость посто-
янного капитала, а следовательно и его относительная величина по сравнению с переменным,
не стоит ни в какой зависимости от основного или оборотного характера его составных частей.
Совершенно справедливо, однако,  – и это зачастую приводит к ложным выводам,  – что там,
где значительно развит основной капитал, это является выражением только того факта, что
производство ведётся в крупном масштабе и, следовательно, постоянный капитал сильно пре-
обладает над переменным, другими словами, применяемая к делу живая рабочая сила незна-
чительна по сравнению с массой средств производства, приводимых ею в движение.
Мы показали таким образом следующее: в  разных отраслях промышленности господ-
ствуют различные нормы прибыли, соответствующие различию в органическом строении капи-
талов и в известных пределах – различиям времени оборота; поэтому даже при равной норме
прибавочной стоимости только по отношению к капиталам одинакового органического строе-
ния, – если предположить равное время оборота, – сохраняет силу закон (в общей тенденции),
согласно которому прибыли относятся между собой, как величины капиталов и, следовательно,
равновеликие капиталы в равные промежутки времени дают равновеликие прибыли. Развитые
нами соображения покоятся на той основе, которая до сих пор была основой всего нашего
исследования, – что товары продаются по их стоимостям. С другой стороны, не подлежит ника-
кому сомнению, что в действительности, если оставить в стороне несущественные случайные и
взаимно уничтожающиеся различия, в разных отраслях промышленности не существует раз-
личия между средними нормами прибыли, да и не может существовать его без разрушения
21  {Как следует из главы IV, вышеизложенное справедливо лишь в том случае, если капиталы A и B имеют различное
стоимостное строение и если их переменные составные части, выраженные в процентах, прямо пропорциональны времени
их оборота, т.  е. обратно пропорциональны количеству оборотов за данное время. Пусть процентное строение капитала A
= 20 c основного + 70 c оборотного, следовательно, 90 c + 10 v = 100. При норме прибавочной стоимости в 100  % эти 10 v в
течение одного оборота производят 10 m. Норма прибыли для одного оборота = 10 %. Пусть, с другой стороны, капитал B =
60c основного + 20 c оборотного, следовательно, 80 c + 20 v = 100. Эти 20 v при той же норме прибавочной стоимости произведут
в течение одного оборота 20 m; норма прибыли для одного оборота равна 20 %, т. е. вдвое больше по сравнению с A. Но если
A оборачивается два раза в год, а B лишь один раз, то за год мы получаем для A также 10×2 = 20 m; таким образом годовая
норма прибыли оказывается в обоих случаях одинаковой, а именно 20 %. – Ф. Э. }

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 104 всей системы капиталистического производства. Таким образом кажется, будто теория стоимо-
сти не согласуется с действительным движением, не согласуется с действительными явлениями
производства, и что поэтому приходится вообще отказаться от надежды понять эти последние.
Из первого отдела настоящей книги следует, что издержки производства одинаковы для
продуктов различных сфер производства, если на производство этих продуктов авансированы
равновеликие капиталы, как бы ни было различно органическое строение этих капиталов. В
издержках производства для капиталиста исчезает различие между переменным и постоянным
капиталом. Для него товар, на производство которого он должен затратить 100 ф. ст., сто́ит
одинаково дорого, должен ли он затратить 90 c + 10 v или 10 c + 90 v. Товар во всяком случае
обходится ему в 100 ф. ст., не больше и не меньше. Издержки производства в различных сфе-
рах производства при равновеликих затратах капитала одни и те же, как бы ни были различны
между собой произведённые стоимости и прибавочные стоимости. Это равенство издержек
производства образует базис капиталистической конкуренции, посредством которой устанав-
ливается средняя прибыль.
 
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ОБРАЗОВАНИЕ ОБЩЕЙ НОРМЫ ПРИБЫЛИ
(СРЕДНЕЙ НОРМЫ ПРИБЫЛИ) И ПРЕВРАЩЕНИЕ
СТОИМОСТИ ТОВАРОВ В ЦЕНУ ПРОИЗВОДСТВА
 
Органическое строение капитала зависит в каждый данный момент от двух обстоя-
тельств: во-первых, от технического отношения между применяемой рабочей силой и мас-
сой применяемых средств производства; во-вторых, от цены этих средств производства. Его
следует рассматривать, как мы видели, в процентном отношении. Органическое строение
капитала, состоящего на 4/5 из постоянного и на 1/5 из переменного капитала, мы выражаем
формулой 80 c + 20 v. Далее, при сравнении предполагается неизменная норма прибавочной
стоимости, а именно какая-либо произвольная норма, например 100 %. Капитал, состоящий
из 80 c + 20 v, даёт таким образом прибавочную стоимость в 20 m, что составляет на весь капи-
тал норму прибыли в 20 %. Величина действительной стоимости его продукта зависит от того,
насколько велика основная часть постоянного капитала, и от того, много или мало из этой
последней входит в стоимость продукта вследствие изнашивания. Но так как это обстоятель-
ство не имеет значения для нормы прибыли, а потому и для настоящего исследования, то ради
простоты мы принимаем, что постоянный капитал одинаково везде входит целиком в годовой
продукт рассматриваемых капиталов. Мы принимаем далее, что капиталы различных сфер
производства реализуют ежегодно одинаковое по отношению к величине переменной их части
количество прибавочной стоимости; следовательно, мы пока оставляем в стороне ту разницу,
которую в этом отношении может вызвать различие во времени оборота. Этот пункт мы рас-
смотрим позже.
Возьмём, к примеру, пять различных сфер производства с различным органическим
строением вложенных в них капиталов:
Мы получаем здесь для различных сфер производства при одинаковой степени эксплу-
атации труда весьма различные нормы прибыли, соответственно различному органическому
строению капиталов.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 105 Общая сумма капиталов, вложенных в пять сфер, = 500; общая сумма произведённой
ими прибавочной стоимости = 110; общая стоимость произведённых ими товаров = 610. Рас-
смотрим 500 как единый капитал, по отношению к которому капиталы I–V являются только
отдельными частями (как, например, это имеет место на хлопчатобумажной фабрике, в раз-
личных отделах которой – кардном, приготовительном, прядильном, ткацком – существует
различное отношение между постоянным и переменным капиталом и среднее отношение для
всей фабрики получается только путём вычисления). В этом случае среднее строение капитала
500 было бы = 390 c + 110 v, или в процентах 78 c + 22 v. Строение каждого из капиталов в 100,
рассматриваемого лишь как 1/5 всего капитала, было бы этим средним строением 78 c + 22 v;
равным образом на каждые 100 единиц приходилось бы 22 единицы в качестве средней приба-
вочной стоимости; поэтому средняя норма прибыли была бы = 22 %, и, наконец, цена каждой
1/5 всего продукта, произведённого капиталом в 500, равнялась бы 122. Продукт каждой пятой
части всего авансированного капитала должен был бы, таким образом, продаваться за 122.
Однако во избежание совершенно ложных выводов необходимо считать, что издержки
производства не во всех случаях равны 100.
При 80 c + 20 v и норме прибавочной стоимости = 100 % вся стоимость товара, произве-
дённого капиталом I = 100, была бы = 80 c + 20 v + 20 m = 120, если бы весь постоянный капи-
тал входил в годовой продукт. При определённых условиях это, конечно, может иметь место
в некоторых сферах производства.
Однако едва ли это возможно там, где отношение c: v = 4: 1. Таким образом следует иметь
в виду, что стоимости товаров, производимые каждыми 100 единицами различных капиталов,
могут быть различны в зависимости от различного деления c на основную и оборотную состав-
ные части и что основные составные части различных капиталов могут, в свою очередь, изна-
шиваться медленнее или быстрее, следовательно, в равные промежутки времени присоединять
к продукту неравные количества стоимости. На норму прибыли это, однако, не оказывает вли-
яния. Отдают ли 80 c годовому продукту стоимость, равную 80 или 50, или 5, будет ли поэтому
годовой продукт = 80 c + 20 v + 20 m = 120, или = 50 c + 20 v + 20 m = 90, или = 5 c + 20 v + 20 m
= 45,  – во всех этих случаях избыток стоимости продукта над его издержками производства
= 20, и во всех этих случаях при установлении нормы прибыли, эти 20 рассчитываются на
капитал, равный 100; норма прибыли для капитала I таким образом во всех случаях = 20 %.
Чтобы представить это ещё отчётливее, мы в следующей таблице, относящейся к тем же пяти
капиталам, что и раньше, принимаем, что в стоимость продукта входят различные доли посто-
янного капитала.
Если мы капиталы I–V будем опять рассматривать как единый совокупный капитал, то
мы увидим, что и в этом случае строение суммы пяти капиталов = 500 = 390 c + 110 v, следо-
вательно, среднее строение остаётся тем же самым = 78 c + 22 v, точно так же и средняя приба-
вочная стоимость = 22 единицам. Распределив эту прибавочную стоимость равномерно между
капиталами I–V, мы получили бы следующие товарные цены:

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 106 В общей сложности товары продаются на 2  +  7  +  17 = 26 выше и на 8  +  18 = 26 ниже
стоимости, так что отклонения цен взаимно уничтожаются благодаря равномерному распре-
делению прибавочной стоимости, т. е. благодаря присоединению к соответственным издерж-
кам производства товаров I–V средней прибыли в 22 единицы на каждую сотню авансирован-
ного капитала; в той же самой мере, в какой одна часть товаров продаётся выше, другая часть
продаётся ниже её стоимости. И только продажа их по таким ценам делает возможным, что
норма прибыли для капиталов I–V одинакова и равна 22  %, несмотря на различное органи-
ческое строение капиталов I–V. Цены, возникающие таким образом, что из различных норм
прибыли в различных сферах производства выводится средняя и эта средняя присоединяется к
издержкам производства в различных сферах производства, – такие цены суть цены производ-
ства . Предпосылкой их является существование какой-то общей нормы прибыли, а эта послед-
няя предполагает, в свою очередь, что нормы прибыли в каждой особой сфере производства
в отдельности уже сведены к соответствующей средней норме. Эти особые нормы прибыли в
каждой сфере производства =  m/K и должны быть выведены, как это и сделано в первом отделе
настоящей книги, из стоимости товара. Без такого выведения общая норма прибыли (а следо-
вательно и цена производства товара) была бы представлением, лишённым смысла и содержа-
ния. Цена производства товара равняется, таким образом, издержкам его производства плюс
присоединённая к ним прибыль, исчисленная соответственно общей норме прибыли, другими
словами: цена производства товара равна его издержкам производства плюс средняя прибыль.
Вследствие различного органического строения капиталов, вложенных в различные
отрасли производства, а потому вследствие того, что в зависимости от различного процентного
отношения переменной части ко всему капиталу данной величины равновеликими капиталами
приводятся в движение весьма различные количества труда, равновеликими капиталами при-
сваиваются также весьма различные количества прибавочного труда, или производятся весьма
различные массы прибавочной стоимости. Соответственно этому нормы прибыли, господству-
ющие в различных отраслях производства, первоначально весьма различны. Эти различные
нормы прибыли выравниваются путём конкуренции в единую общую норму прибыли, пред-
ставляющую собой среднее из этих различных норм прибыли. Прибыль, выпадающая согласно
этой общей норме на капитал данной величины, каково бы ни было его органическое стро-
ение, называется средней прибылью. Цена товара, равная его издержкам производства плюс
выпадающая на его долю при данных условиях его оборота часть годовой средней прибыли на
капитал, применяемый в производстве товара (а не только потреблённый в его производстве),
есть его цена производства. Возьмём для примера капитал в 500, в том числе 100 основного
капитала, 10 % которого изнашивается в течение одного периода оборота, совершаемого обо-
ротным капиталом в 400. Средняя норма прибыли в продолжение этого периода оборота пусть
будет 10 %. Тогда издержки производства продукта, изготовленного за время этого оборота,
будут: 10 c (износ) плюс 400 ( c + v ) оборотного капитала = 410; и его цена производства: 410
издержки производства плюс (10 % прибыли на 500) 50 = 460.
Таким образом, хотя капиталисты различных отраслей производства при продаже своих
товаров получают обратно капитальные стоимости, затраченные на производство этих това-
ров, однако они получают не ту прибавочную стоимость, а следовательно и не ту прибыль,
которая произведена в их собственной отрасли при производстве этих товаров, а лишь столько
прибавочной стоимости, а следовательно и прибыли, сколько при равномерном распределе-
нии её приходится на каждую соответственную часть совокупного общественного капитала
из всей прибавочной стоимости, или всей прибыли, произведённой в течение данного проме-
жутка времени этим совокупным общественным капиталом во всех сферах производства, вме-
сте взятых. На 100 единиц каждого авансированного капитала, каково бы ни было его стро-
ение, приходится в течение года или иного промежутка времени столько прибыли, сколько
и на каждую сотню всего совокупного капитала за этот же промежуток времени. Поскольку

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 107 дело касается прибыли, различные капиталисты относятся здесь друг к другу, как простые
акционеры одного акционерного общества, в котором прибыль распределяется между ними
равномерно на каждую сотню капитала и поэтому для различных капиталистов она бывает
различна лишь в зависимости от величины капитала, вложенного каждым в общее предприя-
тие в зависимости от относительных размеров участия каждого в этом общем предприятии,
в зависимости от числа принадлежащих каждому акций. Итак, если та часть товарной цены,
которая возмещает части капитальной стоимости, потреблённые в производстве товара, и на
которую, следовательно, эти потреблённые капитальные стоимости снова должны быть закуп-
лены, если эта часть, составляющая издержки производства, всецело определяется затратами,
произведёнными в пределах соответственной сферы производства, то другая составная часть
товарной цены, присоединяемая к этим издержкам производства, прибыль, определяется не
массой прибыли, произведённой этим определённым капиталом в этой определённой сфере
производства в течение данного времени, а той массой прибыли, которая за данный промежу-
ток времени в среднем приходится на каждый вложенный в дело капитал, как определённую
часть совокупного общественного капитала, вложенного во всё производство в целом. 22{382}
Таким образом, если капиталист продаёт свой товар по цене производства, то он полу-
чает количество денег, соответствующее величине стоимости капитала, потреблённого им в
производстве, и извлекает прибыль, пропорциональную величине авансированного им капи-
тала, просто как определённой части совокупного общественного капитала. Издержки произ-
водства для каждого капиталиста носят специфический характер. Прибыль, присоединяемая
к этим издержкам производства, не зависит от условий соответствующей особой сферы про-
изводства и есть простая средняя на каждую сотню авансированного капитала.
Допустим, что в предыдущем примере пять различных капиталов I–V принадлежат
одному лицу. Количество переменного и постоянного капитала, потреблённое в производстве
товаров на каждую сотню вложенного в дело капитала, здесь дано для каждого предприятия I–
V, и эта часть стоимости товаров I–V, само собой разумеется, часть их цены, так как эта цена
необходима для возмещения авансированной и потреблённой части капитала. Таким образом,
эти издержки производства различны для каждого рода товаров I–V и как таковые должны
быть фиксированы владельцем. Что же касается различных масс прибавочной стоимости, или
прибыли, произведённых на предприятиях I–V, то капиталист мог бы рассматривать их как
прибыль на весь свой авансированный капитал, так что на каждую сотню капитала пришлась
бы соответствующая часть всей этой прибыли. Следовательно, издержки производства товаров
на каждом из предприятий I–V были бы различны; но у всех этих товаров оказалась бы рав-
ной та часть продажной цены, которая образуется присоединяемой к издержкам производства
прибылью на каждую сотню капитала. Общая цена товаров I–V равнялась бы, таким образом,
общей их стоимости, т. е. сумме издержек производства I–V плюс сумма прибавочной стоимо-
сти, или прибыли, произведённой в I–V; следовательно, на деле общая их цена была бы денеж-
ным выражением совокупного количества труда как прошлого, так и вновь присоединённого,
заключающегося в товарах I–V. Подобным же образом в масштабе общества, – если рассмат-
ривать все отрасли производства как одно целое,  – сумма цен производства произведённых
товаров равна сумме их стоимостей.
Кажется, будто этому положению противоречит тот факт, что в капиталистическом про-
изводстве элементы производительного капитала покупаются обыкновенно на рынке, следова-
тельно, цены их содержат уже реализованную прибыль, и поэтому цена производства вместе
с заключающейся в ней прибылью одной отрасли промышленности входит в издержки произ-
22 Cherbuliez ￿osfddfpuqfeqd$XYUX$piX3ih]  {382}
{382}  Взгляды Шербюлье об образовании общей нормы прибыли Маркс специально рассматривает в «Теориях прибавочной
стоимости» (см. К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, изд. 2, том 26, ч. III, стр. 389).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 108 водства другой. Но если мы подсчитаем, с одной стороны, сумму издержек производства това-
ров в целой стране, с другой стороны, – сумму производимой в ней прибыли, или прибавочной
стоимости, то, очевидно, мы получим правильный итог. Возьмём, например, какой-либо товар
A; пусть в издержки его производства входят прибыли от B, C, D , а в издержки производства B,
C, D , в свою очередь, входит прибыль от A. Производя вышеуказанный подсчёт, мы не будем
прибыль от A причислять к его собственным издержкам производства, и точно так же прибыли
от B, C, D и т.  д. не войдут в их собственные издержки производства. Никто не причисляет
своей собственной прибыли к издержкам своего производства. И, следовательно, если имеется,
например, n отраслей производства и в каждой из них прибыль равна p, то издержки произ-
водства всех их вместе взятых = k − np . Рассматривая весь расчёт в целом, мы находим таким
образом, что прибыли одной сферы производства, поскольку они входят в издержки производ-
ства другой сферы, уже учитываются здесь как составная часть общей цены окончательного
продукта и не могут снова появиться в графе прибылей. Если же они появляются в этой графе,
то только потому, что данный товар сам есть окончательный продукт и, следовательно, его цена
производства не входит в издержки производства какого-либо другого товара.
Если в издержки производства товара входит сумма = p, составляющая прибыль произ-
водителей средств производства, и если на эти издержки производства набавляется прибыль,
равная p1, то общая прибыль будет P = p + p1. Общая сумма издержек производства товара,
абстрагированная от всех элементов цены, приходящихся на прибыль, равняется его собствен-
ным издержкам в данной сфере производства без p. Если мы эти издержки производства назо-
вём k, то, очевидно, k + P = k + p + p1. При исследовании прибавочной стоимости в «Капитале»,
кн. I, гл. VII, 2, стр. 182 и сл.  ￿`Y] мы видели, что продукт каждого капитала можно рассмат-
ривать таким образом, что одна часть его только возмещает капитал, тогда как другая выра-
жает лишь прибавочную стоимость. Применяя этот расчёт к совокупному продукту общества,
необходимо сделать соответственные поправки, так как по отношению ко всему обществу в
целом прибыль, заключающаяся, например, в цене льна, не может фигурировать дважды: один
раз – как часть цены полотна и другой раз – как прибыль производителя льна.
Между прибылью и прибавочной стоимостью не существует различия, поскольку, напри-
мер, прибавочная стоимость капиталиста A входит в постоянный капитал B. Ведь для стоимо-
сти товара совершенно безразлично, состоит ли заключающийся в нём труд из оплаченного
или неоплаченного труда. Это показывает только, что B уплачивает прибавочную стоимость A.
В общем итоге прибавочная стоимость A не может засчитываться два раза.
Однако существует всё же следующее различие. Мало того, что цена продукта, произ-
ведённого, например, капиталом B, отклоняется от его стоимости, так как прибавочная сто-
имость, реализованная в B, может быть больше или меньше, чем прибыль, присоединённая
к цене продуктов B,  – то же самое обстоятельство сохраняет свою силу и по отношению к
товарам, которые образуют постоянную часть капитала B, а косвенно – в качестве жизненных
средств рабочих – и переменную его часть. Что касается постоянной части, то она сама равна
издержкам производства плюс прибавочная стоимость, т. е. в данном случае равна издержкам
производства плюс прибыль, а эта прибыль, в свою очередь, может быть больше или меньше,
чем та прибавочная стоимость, место которой она заступает. Что касается переменного капи-
тала, то хотя дневная заработная плата в среднем всегда равна новой стоимости, созданной в
течение того количества часов, которое рабочий должен работать для того, чтобы произвести
необходимые жизненные средства, однако само это количество часов, в свою очередь, непо-
стоянно в силу того, что цены производства необходимых жизненных средств отклоняются от
их стоимостей. Всё это разрешается, однако, благодаря тому, что в один товар прибавочной
стоимости входит на столько больше, на сколько её недостаёт в другом, а следовательно, откло-
нения от стоимости, заключающиеся в ценах производства товаров, взаимно уничтожаются.
Вообще при капиталистическом производстве общие законы осуществляются весьма запутан-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 109 ным и приблизительным образом, лишь как господствующая тенденция, как некоторая нико-
гда твёрдо не устанавливающаяся средняя постоянных колебаний.
Так как общая норма прибыли образуется из средней различных норм прибыли на каж-
дую сотню авансированного капитала за определённый период времени, скажем, за один год,
то в ней погашается и то различие, которое создаётся различием времени оборота различных
капиталов. Но эти различия являются определяющим моментом для различных норм прибыли
тех разных сфер производства, средняя которых образует общую норму прибыли.
В предыдущей иллюстрации образования общей нормы прибыли каждый капитал каж-
дой сферы производства был принят = 100, и это было сделано для того, чтобы выяснить
процентную разницу в нормах прибыли, а следовательно, и разницу в стоимости товаров,
производимых капиталами одинаковой величины. Но, разумеется, в действительности массы
прибавочной стоимости, создаваемые в каждой отдельной сфере производства, зависят, раз
дано строение капитала в каждой из этих данных сфер производства, от величины вложенных
в дело капиталов. Между тем особая норма прибыли каждой отдельной сферы производства
не изменяется от того, применяется ли в данном случае капитал, равный 100, m × 100 или
xm × 100. Норма прибыли одинаково составляет 10  % как в том случае, когда вся прибыль
составляет 10: 100, так и в том случае, когда она составляет 1 000: 10 000.
Но так как нормы прибыли в разных сферах производства различны вследствие того, что
в этих последних, в зависимости от процентного отношения переменного капитала ко всему
капиталу, производятся весьма различные массы прибавочной стоимости и, следовательно,
весьма различные массы прибыли, то, очевидно, средняя прибыль на сотню общественного
капитала, а потому и средняя норма прибыли, или общая норма прибыли, будет весьма значи-
тельно изменяться в зависимости от соответственной величины капиталов, вложенных в раз-
ные сферы производства. Возьмём четыре капитала A, B, C, D . Пусть норма прибавочной стои-
мости для всех них будет = 100 %. Пусть, наконец, на каждую сотню всего капитала приходится
переменного капитала в A = 25, в B = 40, в C = 15, в D = 10. Тогда прибавочная стоимость, или
прибыль, на каждую сотню всего капитала составила бы для A = 25, для B = 40, для C = 15,
для D = 10, всего = 90; следовательно, если все четыре капитала равновелики, средняя норма
прибыли =  90/4 = 22½%.
Но если общие величины капиталов будут: A = 200, B = 300, C = 1000, D = 4  000, то
произведённые прибыли составят соответственно 50, 120, 150 и 400. Всего на 5  500 единиц
капитала приходится 720 единиц прибыли, т. е. средняя норма прибыли равна 13 1/11%.
Массы всей произведённой стоимости различны в зависимости от различия общих вели-
чин соответственных капиталов, авансированных в A, B, C и D. Поэтому при образовании
общей нормы прибыли речь идёт не только о различии норм прибыли в разных сферах произ-
водства, из которых надлежало бы просто вывести среднюю арифметическую, а и о том удель-
ном весе, с которым эти различные нормы прибыли вступают в образование средней. Но это
зависит от относительной величины капитала, вложенного в каждую отдельную сферу, т. е. от
того, какую часть совокупного общественного капитала составляет капитал, вложенный в каж-
дую отдельную сферу производства. Конечно, имеет очень существенное значение, бо́льшая
или меньшая часть всего капитала даёт бо́льшую или меньшую норму прибыли. А это зависит
опять-таки от того, сколько капитала вложено в отрасли производства с высоким и сколько в
отрасли с низким отношением переменного капитала ко всему капиталу. Здесь дело обстоит
совершенно так же, как со средней ставкой процента, получаемого ростовщиком, ссужающим
различные части своего капитала из различных процентов, например из 4 %, 5 %, 6 %, 7 % и
т. п. Средняя норма всецело зависит от того, какую часть своего капитала ростовщик ссудил
по каждой из этих различных процентных ставок.
Таким образом, общая норма прибыли определяется двумя факторами:

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 110 1)  органическим строением капиталов в разных сферах производства, следовательно,
различными нормами прибыли в отдельных сферах;
2) распределением совокупного общественного капитала между этими различными сфе-
рами, следовательно, относительной величиной капитала, вложенного в каждую отдельную
сферу и имеющего поэтому особую норму прибыли, т. е. той долей, которая поглощается каж-
дой отдельной сферой производства из всей массы общественного капитала.
В кн. I и II «Капитала» мы имели дело только со стоимостями товаров. Теперь же, с
одной стороны, обособлены издержки производства как часть этой стоимости, с другой сто-
роны, развита цена производства как превращённая форма стоимости товара.
Пусть среднее строение общественного капитала 80 c + 20 v и норма годовой прибавочной
стоимости m' = 100 %, тогда средняя годовая прибыль для капитала в 100 будет = 20 и общая
годовая норма прибыли = 20 %. Каковы бы ни были k, издержки производства товаров, произ-
ведённых в течение года капиталом 100, их цена производства была бы во всяком случае = k +
20. В сферах производства, где строение капитала = (80 − x)c + (20 + x)v, действительно произ-
ведённая прибавочная стоимость или прибыль, произведённая в течение года в данной сфере
производства, была бы = 20 + x, т. е. больше, чем 20, и произведённая товарная стоимость была
бы = k + 20 + x, больше, чем k + 20, или больше, чем цена производства. В сферах, где стро-
ение капитала = (80 + x)c + (20 − x)v, произведённая в течение года прибавочная стоимость,
или прибыль, была бы = 20 − x, т.  е. меньше, чем 20, и потому стоимость товара k + 20 – x
была бы меньше, чем цена производства, которая = k + 20. Если оставить в стороне возможные
различия во времени оборота, цена производства товаров была бы равна их стоимости только
в тех сферах, где строение капитала случайно = 80 c + 20 v.
Специфическое развитие общественной производительной силы труда в каждой, отдель-
ной сфере производства различно по степени, выше или ниже в зависимости от того, каково
количество средств производства, приводимых в движение определённым количеством труда,
или – при данном рабочем дне – определённым числом рабочих, т.  е. оно обратно пропор-
ционально количеству труда, требуемого определённым количеством средств производства.
Поэтому капиталы, которые содержат больший процент постоянного и, следовательно, мень-
ший процент переменного капитала, чем средний общественный капитал, мы называем капи-
талами высокого строения. Наоборот, капиталы, в которых постоянный капитал занимает отно-
сительно меньшее, а переменный относительно большее место, чем в среднем общественном
капитале, мы называем капиталами низкого строения. Наконец, капиталами среднего строения
мы называем такие, строение которых совпадает со строением среднего общественного капи-
тала. Если средний общественный капитал состоит в процентах из 80 c + 20 v, то капитал 90 c +
10 v стоит выше , капитал 70 c + 30 v ниже среднего общественного. Вообще при строении сред-
него общественного капитала, равном mc + nv, где m и n суть величины постоянные и m + n =
100, ( m + x)c + ( n − x)v представляет высшее, ( m − x)c + ( n + x)v – низшее строение отдельного
капитала или группы капиталов. Как функционируют эти капиталы по установлении средней
нормы прибыли при предположении, что все они оборачиваются один раз в год, – показывает
следующая таблица, где I представляет среднее строение, а средняя норма прибыли поэтому
= 20 %.
I. 80 c + 20 v + 20 m. Норма прибыли = 20 %.
Цена продукта = 120. Стоимость = 120.
II. 90 c + 10 v + 10 m. Норма прибыли = 20 %.
Цена продукта = 120. Стоимость = 110.
III. 70 c + 30 v + 30 m. Норма прибыли = 20 %.
Цена продукта = 120. Стоимость = 130.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 111 Таким образом, для товаров, произведённых капиталом II, стоимость меньше, чем цена
производства; для товаров, произведённых капиталом III, цена производства меньше, чем сто-
имость, и только для капитала I в отрасли производства, где строение капитала случайно сов-
падает со средним общественным строением, стоимость и цена производства равны. Впрочем,
при применении этих обозначений к определённым случаям необходимо, конечно, учитывать,
в какой мере отклонение отношения c к v от среднего уровня вызывается не разницей в тех-
ническом строении, а простым изменением стоимости элементов постоянного капитала.
Рассуждения, развитые выше, несомненно модифицируют определение издержек про-
изводства товаров. Первоначально предполагалось, что издержки производства товара равны
стоимости товаров, потреблённых при его производстве. Но цена производства данного
товара для покупателя последнего является его издержками производства и может таким обра-
зом войти в образование цены другого товара в качестве издержек производства. Так как цена
производства товара может отклоняться от его стоимости, то и издержки производства товара,
в которые включена эта цена производства другого товара, могут быть выше или ниже той
части всей его стоимости, которая образуется стоимостью входящих в него средств производ-
ства. Не следует забывать об этом модифицированном значении издержек производства, не
следует поэтому забывать, что всегда возможна ошибка, если приравнять в какой-либо отдель-
ной сфере производства издержки производства товаров к стоимости потреблённых при их
изготовлении средств производства. Для нашего настоящего исследования нет необходимости
подробнее входить в рассмотрение этого пункта. При этом во всяком случае остаётся справед-
ливым положение, что издержки производства товаров всегда меньше их стоимости. В самом
деле, как бы ни отклонялись издержки производства товара от стоимости потреблённых им
средств производства, для капиталиста эти прошлые отклонения не имеют никакого значения.
Издержки производства товара есть данная, независимая от его, капиталиста, производства
предпосылка, в то время как результат его производства есть товар, содержащий прибавочную
стоимость, т.  е. некоторый избыток стоимости над издержками его производства. Впрочем,
положение, что издержки производства меньше, чем стоимость товара, практически превра-
тилось теперь в положение, что издержки производства меньше, чем цена производства. По
отношению к совокупному общественному капиталу, для которого цена производства равна
стоимости, это положение тождественно с предыдущим, что издержки производства меньше,
чем стоимость. Хотя для отдельных сфер производства оно модифицируется, тем не менее в
основе его всегда остаётся тот факт, что при рассмотрении совокупного общественного капи-
тала издержки производства произведённых им товаров оказываются ниже, чем стоимость,
или, в данном случае, применительно ко всей массе произведённых товаров, издержки про-
изводства их оказываются ниже, чем тождественная с этой стоимостью цена производства.
Издержки производства товара соответствуют только количеству заключающегося в нём опла-
ченного труда, стоимость – всему количеству заключающегося в товаре оплаченного и неопла-
ченного труда, цена производства – сумме оплаченного труда плюс определённое количество
неоплаченного труда, независимое от особых условий данной сферы производства.
Формула, согласно которой цена производства товара = k + p , т. е. равна издержкам про-
изводства плюс прибыль, теперь точнее определилась в том смысле, что p = kp' (где p – общая
норма прибыли) и, следовательно, цена производства = k + kp' . Если k = 300 и p' = 15  %, то
цена производства k + kp' = 300 + 300 ×  15/100 = 345.
Цена производства товаров в каждой отдельной отрасли производства может изменяться:
1) при неизменной стоимости товаров (т. е. при условии, что в производство товара вхо-
дит неизменно одно и то же количество мёртвого и живого труда) – вследствие такого изме-
нения общей нормы прибыли, которое не зависит от конкретных условий данной сферы про-
изводства;

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 112 2) при неизменной общей норме прибыли – вследствие изменения стоимости как в самой
данной сфере производства в результате технических перемен, так и вследствие изменения
стоимости товаров, которые входят в постоянный капитал данной сферы производства в каче-
стве образующих элементов;
3) наконец, – вследствие совместного влияния обоих этих обстоятельств.
Несмотря на крупные изменения, которым,  – как будет показано дальше,  – постоянно
подвергаются фактические нормы прибыли в отдельных сферах производства, действительное
изменение общей нормы прибыли, поскольку оно не вызывается какими-либо исключитель-
ными чрезвычайными экономическими событиями, наступает очень поздно вследствие целого
ряда колебаний, охватывающих весьма продолжительные периоды, т. е. колебаний, требующих
много времени для того, чтобы наступило прочное и уравновешенное изменение общей нормы
прибыли. Поэтому при рассмотрении сравнительно коротких периодов (колебания рыночных
цен мы совершенно оставляем в стороне) изменения цен производства всегда следует объяс-
нять prima facie  ￿`Z] действительным изменением стоимости товаров, т.  е. изменением общей
суммы рабочего времени, необходимого для их производства. Простое изменение денежного
выражения одних и тех же стоимостей здесь, разумеется, вовсе не принимается во внимание. 23
С другой стороны, очевидно, что если рассматривать совокупный общественный капи-
тал, то сумма стоимости произведённых им товаров (или, в денежном выражении, их цена)
будет = стоимости постоянного капитала + стоимость переменного капитала + прибавочная
стоимость. Если степень эксплуатации труда принять за величину постоянную, то при неиз-
менной массе прибавочной стоимости норма прибыли может изменяться здесь лишь при том
условии, если изменяется стоимость постоянного капитала, если изменяется стоимость пере-
менного капитала, или если обе они вместе изменяются так, что изменяется K, а следовательно
и mK , общая норма прибыли. Следовательно, в каждом случае изменение общей нормы при-
были предполагает изменение стоимости товаров, которые входят в качестве образующих эле-
ментов в постоянный капитал, в переменный капитал или одновременно в тот и другой.
Далее, общая норма прибыли может изменяться при неизменной стоимости товаров, раз
изменяется степень эксплуатации труда.
Наконец, при неизменной степени эксплуатации труда общая норма прибыли может
изменяться, если сумма применяемого труда относительно изменяется по сравнению с посто-
янным капиталом вследствие технических перемен в процессе труда. Но такие технические
перемены всегда должны обнаруживаться в изменении стоимости товаров, а потому должны
всегда сопровождаться изменением стоимости товаров, на производство которых теперь тре-
буется больше или меньше труда, чем требовалось раньше.
В первом отделе мы видели, что прибавочная стоимость и прибыль тождественны,
поскольку они рассматриваются со стороны их массы. Однако норма прибыли уже с самого
начала оказывается отличной от нормы прибавочной стоимости, причём отличие это перво-
начально представляется лишь иной формой расчёта; но так как норма прибыли может повы-
шаться или понижаться при неизменной норме прибавочной стоимости и наоборот, и так как
капиталиста практически интересует исключительно норма прибыли, то это обстоятельство
опять-таки с самого начала совершенно затемняет и мистифицирует происхождение приба-
вочной стоимости. Тем не менее количественное различие было только между нормой приба-
вочной стоимости и нормой прибыли, а не между самой прибавочной стоимостью и прибылью.
Так как в норме прибыли прибавочная стоимость исчисляется на весь капитал и относится
к этому последнему как к своей мере, то вследствие этого кажется, будто сама прибавочная
стоимость возникла из всего капитала, и притом равномерно из всех его частей, и таким обра-
зом органическое различие между постоянным и переменным капиталами погашается в поня-
23 Corbet ￿yRqeesfrdfdgFgfdjesffesjRgugdng$XYUX]$pXiU.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 113 тии прибыли; поэтому в действительности в этом своём превращённом виде, в качестве при-
были, прибавочная стоимость сама отрицает своё происхождение, утрачивает свой характер,
становится неузнаваемой. Однако до сих пор различие между прибылью и прибавочной стои-
мостью сводилось лишь к качественному изменению, к изменению формы, в то время как дей-
ствительное количественное различие на этой первой ступени превращения существует лишь
между нормой прибыли и нормой прибавочной стоимости, но ещё не между прибылью и при-
бавочной стоимостью.
Иначе обстоит дело, когда установлена общая норма прибыли и при её посредстве сред-
няя прибыль, соответствующая величине применяемого капитала, величине, данной для раз-
личных отраслей производства.
Теперь только случайно прибавочная стоимость, а следовательно и прибыль, действи-
тельно произведённая в какой-либо особой отрасли производства, может совпасть с прибы-
лью, заключающейся в продажной цене товара. Как правило, прибыль и прибавочная стои-
мость, а не только их нормы, являются действительно различными величинами. Теперь, при
данной степени эксплуатации труда, масса прибавочной стоимости, произведённая в какой-
либо отдельной сфере производства, оказывается важнее для совокупной средней прибыли
общественного капитала, т. е. для класса капиталистов вообще, чем непосредственно для капи-
талиста в пределах каждой отдельной отрасли производства. Для последнего 24 она важна лишь
постольку, поскольку количество прибавочной стоимости, произведённой в его отрасли про-
изводства, участвует как один из определяющих моментов в регулировании средней прибыли.
Но это есть процесс, который протекает за спиной капиталиста, процесс, которого капиталист
не видит, не понимает и которым он фактически не интересуется. Действительная разница в
величине между прибылью и прибавочной стоимостью, – а не только между нормами прибыли
и прибавочной стоимости,  – в отдельных сферах производства совершенно скрывает теперь
истинную природу и происхождение прибыли, и не только для капиталиста, который в данном
случае имеет особый интерес обманываться, но и для рабочего. С превращением стоимости
в цену производства скрывается от глаз самая основа определения стоимости. Наконец, если
уже при простом превращении прибавочной стоимости в прибыль та часть стоимости товара,
которая образует прибыль, противопоставляется другой части стоимости как издержкам про-
изводства, то уже здесь понятие стоимости ускользает от капиталиста, потому что последний
имеет перед собой не всё количество труда, которого сто́ит производство товара, а лишь ту
часть этого труда, которую он оплатил в форме живых или мёртвых средств производства, и
таким образом капиталисту прибыль представляется чем-то стоящим вне имманентной стои-
мости товара; с превращением стоимости в цену производства это представление окончательно
утверждается, упрочивается и закостеневает, так как теперь, если рассматривать отдельную
сферу производства, прибыль, надбавляемая к издержкам производства, действительно опре-
деляется не границами процесса образования стоимости, совершающегося в данной отрасли,
а условиями, лежащими совершенно вне её.
То обстоятельство, что эта внутренняя зависимость раскрыта здесь впервые; что поли-
тическая экономия, как будет показано в дальнейшем изложении и в книге IV  ￿i}] , до сих пор
или произвольно абстрагировалась от различия между прибавочной стоимостью и прибылью,
нормой прибавочной стоимости и нормой прибыли с тем, чтобы иметь возможность сохранить
в качестве основы определение стоимости, или же отказывалась от этого определения стоимо-
сти и вместе с ним от всякой почвы для научного отношения к вопросу, чтобы ухватиться за
различия, лежащие на поверхности явлений и бросающиеся в глаза, – эта путаница, царящая
среди теоретиков, лучше всего показывает, как капиталист, всецело захваченный конкурент-
24 Само собой разумеется, мы совершенно отвлекаемся здесь от возможности получить временную добавочную прибыль
путём понижения заработной платы, монопольных цен и т. п. ￿PQ]

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 114 ной борьбой и отнюдь не проникающий за её внешние проявления, как такой капиталист-прак-
тик не способен распознать за обманчивой внешностью внутреннюю сущность и внутренний
строй этого процесса.
Все законы повышения и понижения нормы прибыли, развитые в первом отделе, в дей-
ствительности имеют следующее двоякое значение:
1) С одной стороны, это – законы общей нормы прибыли. При обилии различных при-
чин, которые, согласно вышеизложенному, заставляют норму прибыли повышаться или пони-
жаться, можно было бы думать, что общая норма прибыли ежедневно должна изменяться. Но
движение в одной сфере производства уничтожается движением в другой сфере производства;
влияния перекрещиваются и взаимно парализуются. В дальнейшем мы исследуем, в какую сто-
рону в конечном счёте склоняются эти колебания; но происходят они медленно; внезапность,
многосторонность и различная продолжительность колебаний в отдельных сферах производ-
ства приводят к тому, что колебания отчасти уравновешиваются благодаря своему чередова-
нию во времени, так что за повышением цен следует их понижение и наоборот; следовательно,
колебания остаются местными, т. е. ограниченными определённой сферой производства; нако-
нец, по этим же причинам различные местные колебания взаимно нейтрализуются. В пределах
каждой отдельной сферы производства происходят изменения, отклонения от общей нормы
прибыли, которые, с одной стороны, выравниваются в течение определённого периода времени
и поэтому не влияют на общую норму прибыли и, с другой стороны, не могут влиять на неё, так
как уничтожаются другими, одновременно происходящими местными колебаниями. Так как
общая норма прибыли определяется не только средней нормой прибыли в каждой сфере, но
также распределением совокупного капитала между различными отдельными сферами, и так
как это распределение постоянно изменяется, то здесь мы снова имеем постоянную причину
изменения общей нормы прибыли, но такую причину изменения, которая благодаря непре-
рывности  ￿iX] и всесторонности этого движения опять-таки в значительной степени парализует
самое себя.
2) В пределах каждой сферы норма прибыли этой сферы имеет возможность колебаться
в течение более или менее продолжительного периода, пока колебание это после ряда повы-
шений и понижений не консолидируется настолько, чтобы иметь достаточно времени для воз-
действия на общую норму прибыли и, следовательно, для того чтобы приобрести более чем
местное значение. Поэтому в пределах таких пространственных и временных границ законы
нормы прибыли, развитые в первом отделе этой книги, опять-таки сохраняют свою силу.
Теоретический взгляд, – относительно первого превращения прибавочной стоимости в
прибыль, – что каждая часть капитала в равной мере производит прибыль, 25 выражает прак-
тический факт. Каково бы ни было строение промышленного капитала, приводит ли он в дви-
жение четверть мёртвого труда и три четверти живого или три четверти мёртвого и одну чет-
верть живого, впитывает ли в одном случае втрое больше прибавочного труда, или производит
втрое больше прибавочной стоимости, чем в другом, при одинаковой степени эксплуатации
труда и независимо от индивидуальных различий, которые, впрочем, исчезают сами собой,
так как в этом и другом случае мы имеем лишь среднее строение для всей сферы производ-
ства, в обоих этих случаях прибыль будет одинакова. Отдельно взятый капиталист (или все
капиталисты в каждой сфере производства), взгляд которого ограничен, справедливо полагает,
что его прибыль происходит не только из труда, применяемого им или в его отрасли произ-
водства. Это совершенно верно, поскольку дело идёт о средней прибыли отдельного капита-
листа. Насколько же эта прибыль обусловливается общей эксплуатацией труда совокупным
капиталом, т. е. всеми собратьями-капиталистами, это является для него совершеннейшей тай-
ной, тем более что сами буржуазные теоретики, экономисты, до сих пор не разоблачили этой
25 Malthus ￿qpfdjevhgfg$ng$XY[`$ph`Y].

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 115 тайны. Экономия на труде – не только на труде, необходимом для производства определённого
продукта, но и на числе занятых рабочих – и большее применение мёртвого труда (постоян-
ного капитала) представляется операцией, экономически совершенно правильной и отнюдь не
затрагивающей общей нормы прибыли и средней прибыли. Но как же тогда живой труд может
быть исключительным источником прибыли, если оказывается, что уменьшение количества
труда, необходимого для производства, не только не понижает прибыли, но при известных
условиях является, напротив, ближайшим источником увеличения прибыли, по крайней мере
для отдельного капиталиста?
Если в данной сфере производства повышается или понижается та часть издержек про-
изводства, которая представляет стоимость постоянного капитала, то эта часть выходит из
сферы обращения и вступает в процесс производства товара уже с самого начала увеличен-
ной или уменьшенной. Если, с другой стороны, данное число рабочих производит в течение
того же самого времени меньше или больше продукта, следовательно, при неизменном числе
рабочих изменяется количество труда, необходимое для производства определённого количе-
ства товаров, то часть издержек производства, представляющая стоимость переменного капи-
тала, может остаться неизменной, т. е. войти в тех же самых размерах в издержки производ-
ства всего продукта. Но на каждую единицу товаров, сумма которых составляет весь продукт,
падает теперь больше или меньше труда (оплаченного, а значит и неоплаченного), следова-
тельно также больше или меньше затрат на этот труд, т.  е. бо́льшая или меньшая доля зара-
ботной платы. Вся выплаченная капиталистом заработная плата осталась той же самой, но
она изменилась в расчёте на штуку товара. Таким образом, здесь имеет место изменение в
этой части издержек производства товаров. Повысятся или понизятся издержки производства
отдельного товара вследствие таких изменений стоимости его самого или его элементов (или
же изменятся также издержки производства суммы товаров, производимых капиталом данной
величины), – во всяком случае средняя норма прибыли, если она была 10 %, так и останется
10 %; хотя по отношению к отдельному товару 10 % представляют весьма различную величину
в зависимости от того, насколько изменилась величина издержек производства этого отдель-
ного товара вследствие предположенного нами изменения стоимости. 26
Что касается переменного капитала, – а это как раз самое важное, так как он есть источ-
ник прибавочной стоимости и так как всё, скрывающее его действительную роль в обогащении
капиталиста, мистифицирует всю систему, – то капиталисту дело представляется в грубо упро-
щённом виде, а именно следующим образом: пусть переменный капитал в 100 ф. ст. представ-
ляет недельную заработную плату 100 рабочих. Если эти 100 рабочих при данном рабочем дне
производят в неделю 200 штук товара = 200 T, то, отвлекаясь от той части издержек производ-
ства, которую присоединяет постоянный капитал, 1 T =  100 ф. ст /200 .= 10 шилл., так как 100 ф.
ст. = 200 T. Допустим теперь, что произошло изменение в производительной силе труда; пусть
она удвоилась, так что прежнее число рабочих производит дважды по 200 T за то самое время,
в течение которого раньше производилось только 200 T. В этом случае (поскольку издержки
производства складываются только из заработной платы) 1 T =  100 ф. ст. /400 = 5 шилл., так как 100
ф. ст. = 400 T. Если бы, наоборот, производительная сила уменьшилась вдвое, то тот же самый
труд произвёл бы лишь  200 T/2; и так как 100 ф. ст. =  200 T/2, то 1 T теперь =  200 ф. ст. /200 = 1 фунту
стерлингов. Изменение рабочего времени, необходимого для производства товаров, а следова-
тельно изменение стоимости товаров, представляется теперь по отношению к издержкам про-
изводства, а потому и к ценам производства, как иное распределение той же самой заработ-
ной платы на большее или меньшее количество товаров, смотря по тому, больше или меньше
товаров производится в течение того же самого рабочего времени за ту же самую заработную
26 Corbet ￿yRqeesfrdfdgFgfdjesffesjRgugdng$XYUX$ph}].

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 116 плату. Капиталист, а следовательно и экономист, видят, что с изменением производительности
труда изменяется количество оплаченного труда, которое падает на каждую штуку товара, а
вместе с тем и стоимость каждой отдельной штуки; но они не видят, что то же самое имеет
место и по отношению к неоплаченному труду, содержащемуся в каждой штуке товара, и они
тем более не видят этого, так как средняя прибыль действительно лишь случайно определяется
неоплаченным трудом, поглощённым в данной сфере производства. Только в такой грубой и
бессодержательной форме проявляется теперь тот факт, что стоимость товаров определяется
заключающимся в них трудом.
 
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
ВЫРАВНИВАНИЕ ОБЩЕЙ НОРМЫ ПРИБЫЛИ
ПОСРЕДСТВОМ КОНКУРЕНЦИИ. РЫНОЧНЫЕ ЦЕНЫ
И РЫНОЧНЫЕ СТОИМОСТИ. ДОБАВОЧНАЯ ПРИБЫЛЬ
 
Часть сфер производства имеет среднее строение капитала, т.  е. строение их капитала
вполне или приблизительно такое же, как строение среднего общественного капитала.
Цена производства товаров, производимых в этих сферах, полностью или приблизи-
тельно совпадает с их стоимостью, выраженной в деньгах. Стоимость составляет математиче-
ский предел цены производства. Конкуренция так распределяет общественный капитал между
различными сферами производства, что цены производства в каждой сфере складываются по
образцу цен производства в сферах среднего строения, т. е. = k + kp' (издержки производства
плюс произведение издержек производства на среднюю норму прибыли). Но эта средняя норма
прибыли есть не что иное как выраженная в процентах прибыль в указанной сфере производ-
ства среднего строения, где, следовательно, прибыль совпадает с прибавочной стоимостью.
Следовательно, норма прибыли во всех сферах производства одна и та же, а именно, равная
норме прибыли в тех средних сферах производства, где господствует среднее строение капи-
тала. Поэтому сумма прибыли всех различных сфер производства должна быть равна сумме
прибавочной стоимости, и сумма цен производства всего общественного продукта должна
быть равна сумме его стоимости. Но, очевидно, выравнивание сфер производства с различным
строением капитала всегда должно стремиться уравнять эти сферы с теми, где строение капи-
тала среднее, безразлично, совпадает ли это последнее точно или только приблизительно со
средним строением совокупного общественного капитала. В отраслях производства, в боль-
шей или меньшей степени приближающихся к средней, опять-таки наблюдается тенденция к
выравниванию, которая стремится к идеальному, т. е. в действительности не существующему,
среднему уровню, иными словами, наблюдается тенденция устанавливать норму, находящу-
юся около этого идеального уровня. Итак, в этом отношении неизбежно господствует тен-
денция сделать цены производства просто превращённой формой стоимости или превратить
прибыли в простые части прибавочной стоимости, которые, однако, распределяются не про-
порционально прибавочной стоимости, произведённой в каждой отдельной сфере производ-
ства, а пропорционально массе капитала, применяемого в каждой сфере производства, так что
на равновеликие массы капитала, каково бы ни было их органическое строение, приходятся
равновеликие доли (части) совокупной прибавочной стоимости, произведённой совокупным
общественным капиталом.
Таким образом, для капиталов среднего или приблизительно среднего строения цена
производства совпадает со стоимостью или приближается к ней, а прибыль – с произведённой
ими прибавочной стоимостью. Все другие капиталы, каково бы ни было их строение, стремятся
под давлением конкуренции выравняться с капиталами среднего строения. Но так как капи-
талы среднего строения по своему строению равны или приблизительно равны среднему обще-
ственному капиталу, то все капиталы, какова бы ни была произведённая ими самими приба-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 117 вочная стоимость, стремятся вместо этой прибавочной стоимости реализовать в ценах своих
товаров среднюю прибыль, т. е. стремятся реализовать цены производства.
С другой стороны, можно сказать, что везде, где образуется средняя прибыль, а следова-
тельно, и общая норма прибыли, – каким бы путём ни достигался этот результат, – эта средняя
прибыль не может быть ничем иным, как только прибылью на средний общественный капитал,
сумма которой равна сумме прибавочной стоимости, и что цены, получаемые путём надбавки
этой средней прибыли к издержкам производства, не могут быть ничем иным, как только стои-
мостью, превращённой в цены производства. Дело нисколько не изменилось бы, если бы капи-
талы, вложенные в определённые сферы производства, по каким-либо причинам не подлежали
процессу выравнивания. Средняя прибыль исчислялась бы тогда на ту часть общественного
капитала, которая входит в процесс выравнивания. Очевидно, средняя прибыль не может быть
ничем иным, как совокупной массой прибавочной стоимости, распределённой в каждой сфере
производства на массы вложенных в неё капиталов пропорционально их величинам. Это есть
сумма реализованного неоплаченного труда, и вся эта масса неоплаченного труда, так же как и
оплаченный мёртвый и живой труд, получает выражение во всей массе товаров и денег, при-
сваиваемых капиталистами.
Действительно трудным вопросом является здесь следующий – каким образом происхо-
дит это выравнивание прибылей в общую норму прибыли, раз оно, очевидно, есть результат
и не может быть исходным пунктом.
Прежде всего очевидно, что оценка товарной стоимости, например в деньгах, может быть
лишь результатом её обмена и что, предположив такую оценку, мы должны рассматривать её
как результат действительного обмена товарной стоимости на товарную стоимость. Каким же
образом может осуществиться этот обмен товаров по их действительным стоимостям?
Допустим сначала, что все товары в различных сферах производства продаются по их
действительным стоимостям. Что произошло бы тогда? Согласно вышеизложенному, в этом
случае в разных сферах производства господствовали бы очень различные нормы прибыли.
Продаются ли товары по их стоимости (т.  е. обмениваются ли они друг на друга пропорци-
онально заключённой в них стоимости, по ценам, соответствующим их стоимости), или же
они продаются по таким ценам, что продажа их доставляет одинаковые по величине прибыли
на одинаковые массы соответственных капиталов, авансированных на их производство, – это
вещи prima facie  ￿ih] совершенно различные.
То обстоятельство, что капиталы, приводящие в движение неодинаковое количество
живого труда, производят неодинаковое количество прибавочной стоимости, предполагает, по
крайней мере до известных пределов, что степень эксплуатации труда, или норма прибавочной
стоимости, везде одинакова, или что различия, существующие в этой области, выравниваются
в силу действительных или воображаемых (условных) оснований для компенсации. Это пред-
полагает конкуренцию между рабочими и выравнивание путём постоянных переходов их из
одной отрасли производства в другую. Такая общая норма прибавочной стоимости, – в виде
тенденции, как и все экономические законы, – была допущена нами в качестве теоретического
упрощения; однако в действительности она является фактической предпосылкой капиталисти-
ческого способа производства, хотя установление её и тормозится в большей или меньшей сте-
пени практическими препятствиями, которые создают более или менее значительные местные
различия, – таковы, например, законы об оседлости (settlement laws)  ￿i[] для английских сель-
скохозяйственных рабочих. Но в теории предполагается, что законы капиталистического спо-
соба производства развиваются в чистом виде. В действительности же всегда имеется налицо
лишь некоторое приближение; но приближение это тем больше, чем полнее развит капитали-
стический способ производства, чем полнее устранены чуждые ему остатки прежних эконо-
мических укладов.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 118 Вся трудность происходит оттого, что товары обмениваются не просто как товары , но
как продукты капиталов , которые претендуют на пропорциональное их величине или – при
равенстве их величин – на равное участие в совокупной массе прибавочной стоимости. И
совокупная цена товаров, произведённых данным капиталом за данный промежуток времени,
должна удовлетворить этому требованию. Но совокупная цена этих товаров есть просто сумма
цен отдельных товаров, образующих продукт капитала.
Punctum saliens  ￿iU] выступит всего ярче, если мы подойдём к вопросу следующим обра-
зом: пусть сами рабочие владеют соответствующими средствами производства и обменивают
свои товары друг с другом. Эти товары не были бы тогда продуктами капитала. Стоимость
средств труда и материалов труда, применяемых в различных отраслях труда, была бы различна
в зависимости от технической природы различных работ. Равным образом, независимо от
различной стоимости применяемых средств производства, потребовалась бы различная масса
этих последних для данной массы труда, так как один товар может быть изготовлен в один час,
другой – только в течение целого дня и т. д. Допустим далее, что эти рабочие в среднем рабо-
тают одинаковое количество времени, причём принимаются в расчёт те уравнивающие влия-
ния, которые вытекают из различной интенсивности труда и т. д. Тогда двое рабочих ￿/-+*х
различных отраслей труда] в товарах, составляющих продукт их дневного труда, воспроизвели
бы, во-первых, эквивалент своих затрат, т.  е. издержек средств производства, потреблённых
в процессе их труда. Последние были бы различны в зависимости от технической природы
их отраслей труда. Во-вторых, оба рабочих создали бы равные количества новой стоимости, а
именно – стоимость, присоединённую к средствам производства в течение рабочего дня. Эта
новая стоимость заключала бы в себе их заработную плату плюс прибавочная стоимость, при-
бавочный труд, продолжающийся за пределы их необходимых потребностей, причём резуль-
таты прибавочного труда принадлежали бы самим рабочим. Выражаясь капиталистическим
языком, оба рабочих получают равную заработную плату плюс равная прибыль, – стоимость,
выраженную в продукте, например, десятичасового рабочего дня. Но, во-первых, стоимости их
товаров были бы различны. Пусть, например, в стоимости товара I на потреблённые средства
производства приходится бо́льшая часть, чем в товаре II; и для того, чтобы сразу учесть все воз-
можные различия, допустим, что товар I впитывает больше живого труда, следовательно, для
его изготовления требуется более продолжительное рабочее время, чем для товара II. Таким
образом стоимость этих товаров I и II очень различна. Равным образом различны и суммы
товарных стоимостей, составляющих продукт труда, выполненного в течение данного времени
рабочим I и рабочим II. Нормы прибыли для I и II будут также очень различны, если мы в
данном случае назовём нормой прибыли отношение прибавочной стоимости ко всей стоимо-
сти затраченных средств производства. Жизненные средства, ежедневно потребляемые I и II
рабочим во время производства и представляющие заработную плату, образуют здесь ту часть
авансированных средств производства, которую мы в других случаях называем переменным
капиталом. Но прибавочные стоимости для I и II были бы за одинаковое рабочее время оди-
наковы; или, ещё точнее, так как I и II получают каждый стоимость продукта одного рабочего
дня, то оба они за вычетом стоимости авансированных «постоянных» элементов получают рав-
ную стоимость, одну часть которой можно рассматривать как возмещение жизненных средств,
потреблённых при производстве, а другую – как остающуюся сверх того прибавочную стои-
мость. Если I сделал больше затрат, то последние возмещаются бо́льшей суммой той части
стоимости его товара, которая возмещает эту «постоянную» часть, и потому он должен также
бо́льшую часть всей стоимости своего продукта превратить обратно в вещественные элементы
этой постоянной части, тогда как II, если он и выручает меньше, то должен зато и превращать
меньшую часть стоимости в вещественные элементы постоянной части. Таким образом, при
этом предположении различие норм прибыли было бы безразличным обстоятельством, совер-
шенно так же, как в настоящее время для наёмного рабочего безразлично, в какой норме при-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 119 были выражается выжатое из него количество прибавочной стоимости, и совершенно так же,
как в международной торговле различие норм прибыли у различных наций оказывается совер-
шенно безразличным обстоятельством для их товарообмена.
Обмен товаров по их стоимостям или приблизительно по их стоимостям требует поэтому
гораздо более низкой ступени, чем обмен по ценам производства, для которого необходима
определённо высокая степень капиталистического развития.
Каким бы образом ни устанавливались и ни регулировались первоначально цены различ-
ных товаров по отношению друг к другу, движение их подчиняется закону стоимости. Когда
уменьшается рабочее время, необходимое для производства товара, падают и цены; когда оно
увеличивается, повышаются при прочих равных условиях и цены.
Таким образом, независимо от подчинения цен и их движения закону стоимости, будет
совершенно правильно рассматривать стоимости товаров не только теоретически, но и исто-
рически как prius  ￿iV] цен производства. Это относится к таким общественным условиям, когда
работнику принадлежат средства производства; таково положение, как в старом, так и в совре-
менном мире, крестьянина, живущего собственным трудом и владеющего землёй, и ремеслен-
ника. Это согласуется и с тем высказанным нами ранее мнением, 27{383} что развитие продук-
тов в товары возникает вследствие обмена между различными общинами, а не между членами
одной и той же общины  ￿i`] . Сказанное относится как к этому первобытному состоянию, так
и к позднейшим общественным отношениям, основанным на рабстве и крепостничестве, а
также к цеховой организации ремесла, пока средства производства, закреплённые в каждой
отрасли производства, лишь с трудом могут быть перенесены из одной сферы в другую, и
потому разные сферы производства относятся друг к другу до известной степени так же, как
разные страны или коммунистические общины.
Для того чтобы цены, по которым взаимно обмениваются товары, соответствовали при-
близительно их стоимостям, требуется лишь: 1) чтобы обмен различных товаров перестал быть
чисто случайным или только единичным явлением; 2) чтобы, поскольку мы рассматриваем
непосредственный обмен товаров, товары эти производились с той и другой стороны в коли-
чествах, приблизительно соответствующих взаимной потребности в них, что́ устанавливается
взаимным опытом, приобретаемым при сбыте, и таким образом возникает как результат дли-
тельно существующего обмена, и 3), поскольку речь идёт о продаже, чтобы никакая естествен-
ная или искусственная монополия не давала возможности сторонам, совершающим сделку,
продавать выше стоимости или не принуждала их уступать ниже её. Под случайной монопо-
лией мы понимаем монополию, возникающую для покупателя или продавца из случайного
соотношения спроса и предложения.
Предположение, что товары различных сфер производства продаются по их стоимостям,
означает, конечно, лишь то, что их стоимость является центром тяготения, вокруг которого
вращаются их цены и по которому уравниваются их постоянные колебания вверх и вниз.
Необходимо, кроме того, всегда отличать рыночную стоимость ,  – о которой мы поговорим
позднее, – от индивидуальной стоимости отдельных товаров, произведённых различными про-
изводителями. Индивидуальная стоимость некоторых из этих товаров будет стоять ниже их
рыночной стоимости (т. е. для их производства требуется меньше рабочего времени, чем выра-
жает рыночная стоимость), индивидуальная стоимость других товаров – выше их рыночной
27  Тогда, в 1865  г., это было только «мнением» Маркса. Теперь, после обширных исследований первобытной общины,
начиная с Маурера и кончая Морганом  {383} , это – едва ли кем-либо оспариваемый факт. – Ф. Э. {383}   Имеются в виду труды Г. Л. Маурера: «Einleitung zur Geschichte der Mark-, Hof-, Dorf– und Stadt-Verfassung und
der öffentlichen Gewalt». München, 1854; «Geschichte der Markenverfassung in Deutschland». Erlangen, 1856; «Geschichte der
Fronhöfe, der Bauernhöfe und der Hofverfassung in Deutschland». Bd. I–IV, Erlangen, 1862–1863; «Geschichte der Dorfverfassung
in Deutschland». Bd. I–II, Erlangen, 1865–1866; «Geschichte der Städteverfassung in Deutschland». Bd. I–IV, Erlangen, 1869–1871.
L. H. Morgan. «Ancient Society or Researches in the Lines of Human Progress from Savagery, through Barbarism to Civilization».
London, 1877.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 120 стоимости. Рыночная стоимость должна рассматриваться, с одной стороны, как средняя сто-
имость товаров, произведённых в данной сфере производства, с другой стороны, как инди-
видуальная стоимость товаров, которые производятся при средних условиях данной сферы и
которые составляют значительную массу продуктов последней. Только при исключительных
комбинациях рыночная стоимость регулируется товарами, произведёнными при наихудших
или наиболее благоприятных условиях, причём эта рыночная стоимость, в свою очередь, явля-
ется центром колебаний для рыночных цен, которые, однако, всегда одинаковы для товаров
одного и того же вида. Если обычный спрос удовлетворяется предложением товаров по средней
стоимости, т. е. по средней стоимости той массы, которая лежит между обеими крайностями,
то товары, индивидуальная стоимость которых ниже рыночной, реализуют добавочную при-
бавочную стоимость, или добавочную прибыль, тогда как товары, индивидуальная стоимость
которых выше рыночной, не могут реализовать части заключающейся в них прибавочной сто-
имости.
Отнюдь не уясняет вопроса утверждение, что продажа товаров, произведённых при наи-
худших условиях, доказывает, что они необходимы для покрытия спроса. Если бы в разби-
раемом случае цена стояла выше средней рыночной стоимости, то спрос был бы меньше  ￿ii] .
При определённых ценах известный вид товаров может занимать на рынке лишь определён-
ное место; при изменении цен место это может оставаться неизменным лишь в том случае,
если повышение цены совпадает с уменьшением количества товаров или понижение цены –
с увеличением количества товаров. Если же спрос настолько сильный, что он не сокращается
даже тогда, когда цена регулируется стоимостью товаров, произведённых при наихудших усло-
виях, то эти последние определяют рыночную стоимость. Это возможно лишь в том случае,
если спрос превышает обычный уровень или предложение падает ниже обычной величины.
Наконец, если масса произведённых товаров превышает количество их, находящее себе сбыт
по средним рыночным стоимостям, то рыночную стоимость определяют товары, произведён-
ные при наилучших условиях. Товары этой последней категории могут, например, продаваться
вполне или приблизительно по их индивидуальным стоимостям, причём может случиться, что
товары, произведённые при наихудших условиях, не реализуют даже своих издержек произ-
водства, в то время как товары, произведённые при средних условиях, могут реализовать лишь
часть заключающейся в них прибавочной стоимости. То, что сказано здесь о рыночной стои-
мости, относится и к цене производства, раз последняя заступает место рыночной стоимости.
Цена производства регулируется в каждой отдельной сфере и регулируется точно так же в зави-
симости от определённых обстоятельств. Но сама она опять-таки является центром, вокруг
которого колеблются ежедневные рыночные цены и по которому эти цены выравниваются в
течение определённых периодов (см. Рикардо об определении цен производства предприяти-
ями, работающими при наихудших условиях  ￿iY] ).
Как бы ни регулировались цены, получаются следующие выводы:
1) Закон стоимости управляет движением цен так, что уменьшение или увеличение рабо-
чего времени, необходимого для производства, заставляет цены производства понижаться или
повышаться. Именно в этом смысле Рикардо (который чувствует, конечно, что его цены про-
изводства отклоняются от стоимости товаров) говорит, что «исследование, на которое он хочет
обратить внимание читателя, касается влияния изменений не абсолютной, а относительной
стоимости товаров» ￿ Ricardo. «Principles of Political Economy». Works ed. by MacCulloch,
London, 1852, p. 15].
2) Средняя прибыль, определяющая цены производства, всегда должна быть приблизи-
тельно равна тому количеству прибавочной стоимости, которое приходится на данный капи-
тал, как соответствующую часть всего общественного капитала. Допустим, что общая норма
прибыли и, следовательно, средняя прибыль выражается в денежной стоимости более высо-
кой, чем действительная средняя прибавочная стоимость в денежном выражении. Поскольку

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 121 дело касается капиталистов, безразлично, начисляют ли они взаимно 10  % или 15  % при-
были. 10  % соответствуют действительной стоимости товаров не более, чем 15  %, так как
денежное выражение преувеличивается взаимно. Что же касается рабочих (предполагается,
что они получают свою нормальную заработную плату, следовательно, повышение средней
прибыли не означает действительного вычета из заработной платы, т. е. не выражает чего-либо
совершенно отличного от нормальной прибавочной стоимости капиталиста), то вызванному
повышением средней прибыли повышению товарных цен должно соответствовать повышение
денежного выражения переменного капитала. В самом деле, такое общее номинальное повы-
шение нормы прибыли и средней прибыли выше уровня, определяемого отношением действи-
тельной прибавочной стоимости ко всему авансированному капиталу, невозможно без того,
чтобы не вызвать повышения заработной платы, а также повышения цен товаров, образующих
постоянный капитал. Понижение должно оказать обратное действие. Так как совокупная сто-
имость товаров регулирует совокупную прибавочную стоимость, а эта последняя регулирует
– как общий закон, управляющий колебаниями,  – высоту средней прибыли, а следовательно
общую норму прибыли, то, очевидно, закон стоимости регулирует цены производства.
Что осуществляет конкуренция, прежде всего, в одной сфере производства, так это –
установление одинаковой рыночной стоимости и рыночной цены из различных индивидуаль-
ных стоимостей товаров. Но только конкуренция капиталов в различных отраслях производ-
ства создаёт цену производства, которая выравнивает нормы прибыли различных отраслей.
Для образования цен производства требуется более высокое развитие капиталистического спо-
соба производства, чем для установления одинаковой рыночной стоимости и рыночной цены.
Для того чтобы товары одной и той же сферы производства, одного и того же вида и при-
близительно одного и того же качества продавались по их стоимости, необходимы два условия:
Во-первых , различные индивидуальные стоимости должны выравняться в одну обще-
ственную стоимость, выше разобранную нами рыночную стоимость, а для этого требуется
наличие конкуренции между производителями одного и того же вида товаров, так же как и
наличие рынка, на котором они одновременно предлагают свои товары. Для того чтобы рыноч-
ная цена товаров, тождественных между собой, но производимых каждый при условиях с раз-
личной индивидуальной окраской, соответствовала рыночной стоимости, не отклонялась от
неё ни вверх, ни вниз, давление, оказываемое различными продавцами друг на друга, должно
быть достаточно велико, чтобы выбросить на рынок такую массу товаров, которая соответ-
ствует общественной потребности, т.  е. такое количество их, за которое общество способно
уплатить рыночную стоимость. Если масса продуктов превышает эту потребность, товары
должны быть проданы ниже их рыночной стоимости; наоборот, они должны быть проданы
выше их рыночной стоимости, если масса продуктов недостаточно велика или, что то же самое,
если давление конкуренции среди продавцов недостаточно сильно для того, чтобы принудить
их вынести соответствующую массу товаров на рынок. Если бы изменилась рыночная стои-
мость, то изменились бы и те условия, на которых может быть продана вся масса товаров. При
падении рыночной стоимости общественная потребность (под которой здесь всегда разумеется
платёжеспособная потребность) в среднем расширяется и в известных границах может погло-
тить более значительные массы товаров. При повышении рыночной стоимости общественная
потребность в товарах сокращается и поглощает меньшие массы их. Поэтому, если спрос и
предложение регулируют рыночные цены или, точнее, отклонения рыночных цен от рыночной
стоимости, то, с другой стороны, рыночная стоимость регулирует отношения спроса и предло-
жения или тот центр, вокруг которого изменения спроса и предложения заставляют колебаться
рыночные цены.
Рассматривая вопрос подробнее, мы находим, что условия, действительные для стои-
мости отдельного товара, воспроизводятся здесь как условия, определяющие стоимость всей
суммы товаров данного вида, так как капиталистическое производство с самого начала есть

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 122 производство массовое; да и при других, менее развитых способах производства, товары, – по
крайней мере основные товары, – производимые в сравнительно незначительных количествах
как общий продукт хотя бы и многих мелких производителей, сосредоточиваются на рынке
крупными массами в руках сравнительно немногих купцов, накопляются и продаются ими как
общий продукт целой отрасли производства или её более или менее крупных частей.
Отметим здесь совсем мимоходом, что «общественная потребность», т. е. то, что регу-
лирует принцип спроса, обусловливается в основном отношением различных классов друг к
другу и их относительным экономическим положением, а следовательно, в частности, во-пер-
вых, отношением сей прибавочной стоимости к заработной плате и, во-вторых, соотношением
различных частей, на которые распадается прибавочная стоимость (прибыль, процент, земель-
ная рента, налоги и т. п.); таким образом также и здесь снова обнаруживается, что отношение
спроса и предложения абсолютно ничего не в состоянии объяснить, пока не раскрыт базис, на
котором покоится это отношение.
Хотя и товар и деньги представляют собой единство меновой стоимости и потребитель-
ной стоимости, тем не менее, как мы уже видели («Капитал», кн. I, гл. I, 3), в акте продажи
и купли оба эти определения располагаются полярно на двух крайних точках, так что товар
(продавец) представляет потребительную стоимость, а деньги (покупатель)  – меновую стои-
мость. Что товар должен иметь потребительную стоимость, должен, следовательно, удовлетво-
рять общественной потребности, в этом, как мы установили, заключается первая предпосылка
продажи. Другая состоит в том, что количество труда, заключающееся в товаре, должно пред-
ставлять общественно необходимый труд, следовательно, индивидуальная стоимость (или, что
при данном предположении то же самое,  – продажная цена) товара должна совпадать с его
общественной стоимостью. 28
Применим это к находящейся на рынке массе товаров, составляющей продукт целой
отрасли производства.
Дело будет представлено всего проще, если мы всю массу товаров, сначала лишь одной
отрасли производства, будем рассматривать как один товар, а сумму цен многих тождествен-
ных товаров как одну суммарную цену. В этом случае всё, что было сказано об отдельном
товаре, буквально применимо к находящейся на рынке массе товаров определённой отрасли
производства. Требование, чтобы индивидуальная стоимость товара соответствовала его обще-
ственной стоимости, осуществляется или определяется теперь в том смысле, что всё количе-
ство товара содержит в себе труд, общественно необходимый для его производства, и что сто-
имость этой массы товаров равна её рыночной стоимости.
Допустим теперь, что значительная масса этих товаров произведена при приблизительно
одинаковых, нормальных общественных условиях, так что общественная стоимость является
в то же время индивидуальной стоимостью образующих эту массу отдельных товаров. И если
одна сравнительно небольшая часть товаров произведена при худших, другая при лучших усло-
виях, так что индивидуальная стоимость первой части больше, а второй меньше, чем средняя
стоимость большинства товаров, если притом обе эти крайности уравновешиваются и средняя
стоимость товаров этих двух частей равна стоимости товаров, принадлежащих к средней массе,
то рыночная стоимость определяется стоимостью товаров, произведённых при средних усло-
виях. 29 Стоимость всей товарной массы равна действительной сумме стоимостей всех отдель-
ных товаров, вместе взятых, – как тех, которые произведены при средних условиях, так и тех,
которые произведены при условиях лучших или худших, чем средние. В этом случае рыноч-
ная стоимость, или общественная стоимость, массы товаров – содержащееся в этих последних
28 Карл Маркс. «К критике политической экономии», Берлин, 1859 ￿
 
PQ(,;
=>((1$/-h$X[].29 Карл Маркс. «К критике политической экономии» ￿
 
PQ(,;
=>((1$/-h$X[]

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 123 необходимое рабочее время – определяется стоимостью преобладающей средней массы това-
ров.
Допустим, наоборот, что всё количество требуемых товаров, которые выброшены на
рынок, осталось то же самое, но стоимость товаров, произведённых при худших условиях, не
уравновешивается стоимостью товаров, произведённых при лучших условиях, причём часть
общего количества, произведённая при худших условиях, составляет относительно значитель-
ную величину как по сравнению со средней массой товаров, так и по сравнению с другой край-
ностью. Тогда рыночная стоимость, или общественная стоимость, регулируется товарной мас-
сой, произведённой при худших условиях.
Допустим, наконец, что товары, произведённые при условиях лучших, чем средние, по
своему количеству значительно превышают товары, произведённые при худших условиях, и
притом составляют значительную величину даже по сравнению с товарами, произведёнными
при средних условиях; тогда часть товаров, произведённая при наилучших условиях, будет
регулировать рыночную стоимость. Мы оставляем здесь в стороне переполнение рынка, при
котором рыночные цены всегда регулируют с частью товаров, произведённой при наилучших
условиях; мы имеем здесь дело не с рыночной ценой, поскольку она отличается от рыночной
стоимости, а с различными определениями самой рыночной стоимости. 30{384} {385}
В самом деле, в случае I рыночная стоимость всей массы товаров, регулируемая сред-
ними стоимостями, строго говоря (в действительности это, разумеется, осуществляется лишь
приблизительно и с бесчисленными модификациями), равна сумме их индивидуальных стои-
мостей; при этом, однако, для товаров, произведённых при наихудших и наилучших условиях,
эта стоимость является навязанной им средней стоимостью. Лица, производящие свои товары
при наихудших условиях, должны продавать их ниже индивидуальной стоимости; производя-
щие при наилучших условиях продают товары выше индивидуальной стоимости.
В случае II индивидуальные массы стоимости, произведённые при наихудших и наилуч-
ших условиях, не уравновешиваются, и решающее значение приобретают товары, произведён-
ные при худших условиях. Строго говоря, средняя цена, или рыночная стоимость, каждого
отдельного товара или каждой соответственной части всей массы товаров определяется здесь
совокупной стоимостью всей массы товаров, получаемой в результате сложения отдельных сто-
имостей товаров, произведённых при самых разнообразных условиях, и той частью этой сово-
купной стоимости, которая приходится на каждый отдельный товар. Полученная таким обра-
зом рыночная стоимость стояла бы выше индивидуальной стоимости не только тех товаров,
которые произведены при наиболее благоприятных условиях, но также и тех товаров, которые
принадлежат к средней массе; тем не менее она всё же была бы ниже индивидуальной стоимо-
30 Следовательно, спор по поводу земельной ренты между Шторхом и Рикардо (лишь по существу спор: фактически ни
один из них не обращал внимания на то, что говорил другой) о том, регулируется ли рыночная стоимость (у них скорее
рыночная цена, соответственно цена производства) товарами, произведёнными при наихудших (Рикардо) или, наоборот, при
наилучших (Шторх) условиях  {384} , – спор этот разрешается в том смысле, что оба они были правы и оба неправы и что оба они
совершенно упустили из виду средний случай. Сравни рассуждения Корбета о тех случаях, когда цена регулируется товарами,
произведёнными при наилучших условиях  {385} . «Не следует думать, будто он» (Рикардо) «утверждает, что два отдельных
экземпляра  двух различных товаров, например, шляпа и пара башмаков, обмениваются друг на друга в том случае, если
именно эти два отдельных экземпляра были произведены одинаковыми количествами труда. Под „товаром“ здесь следует
понимать „род товара“, а не отдельную индивидуальную шляпу, пару башмаков и т.  д. Весь труд, производящий в Англии
все шляпы, следует с этой целью рассматривать как распределяющийся между, всеми этими шляпами. Это, как мне кажется,
было недостаточно ясно выражено в начале и в общих положениях учения Рикардо» («Observations on certain Verbal Disputes
in Political Economy etc.». London, 1821, p. 53–54). {384}  Указанные взгляды высказываются в работах: D. Ricardo. «On the Principles of Political Economy, and Taxation». Third
edition, London, 1821, p. 60–61; H. Storch. «Cours d'économie politique, ou Exposition des principes qui déterminent la prospérité
des nations». Tome II, St.-Pétersbourg, 1815, p. 78–79 (об этом см. также К. Маркс. «Теории прибавочной стоимости».  – К.
Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, изд. 2, том 26, ч. II, стр. 102). {385}  Th. Corbet. «An Inquiry into the Causes and Modes of the Wealth of Individuals; or the Principles of Trade and Speculation
Explained». London, 1841, p. 42–44.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 124 сти товаров, произведённых при наименее благоприятных условиях. Насколько близко подхо-
дит она к этой последней и может ли, наконец, совершенно совпасть с ней, это зависит всецело
от размеров той части, которая в данной сфере производства приходится на долю товаров,
произведённых при наихудших условиях. Если при этом спрос преобладает хотя бы незначи-
тельно, то рыночную стоимость регулирует индивидуальная стоимость товаров, произведён-
ных при наименее благоприятных условиях.
Допустим, наконец, как в случае III, что количество товаров, произведённых при наи-
лучших условиях, преобладает не только по сравнению с другой крайностью, но и по срав-
нению со средними условиями; тогда рыночная стоимость падает ниже средней стоимости.
Средняя стоимость, вычисленная путём сложения стоимостей товаров, произведённых как при
обоих крайних, так и при средних условиях, стоит здесь ниже стоимости средней группы и
приближается к последней или удаляется от неё в зависимости от относительных размеров той
части, которая произведена при наиболее благоприятных условиях. Если спрос по сравнению
с предложением слабый, то часть товаров, произведённая при наиболее благоприятных усло-
виях, независимо от её размеров, сокращая свою цену до уровня своей индивидуальной стои-
мости, насильственно приобретает определяющее положение. С этой индивидуальной стоимо-
стью товаров, произведённых при наилучших условиях, рыночная стоимость никогда не может
совпасть, за исключением того случая, когда предложение сильно преобладает над спросом.
Это представленное здесь абстрактно установление рыночной стоимости совершается
на действительном рынке посредством конкуренции между покупателями, если спрос как раз
настолько велик, чтобы поглотить данную массу товаров по её установленной таким образом
стоимости. Мы подходим здесь к другому пункту.
Во-вторых . То обстоятельство, что товар имеет потребительную стоимость, означает
лишь, что он удовлетворяет какой-либо общественной потребности. Пока мы имели дело
только с отдельными товарами, мы могли предполагать, что существует потребность в этом
определённом товаре, – количество которого уже заключено в его цене, – и дальше не вдавались
в рассмотрение размеров потребности, подлежащей удовлетворению. Но эта количественная
сторона дела становится существенным моментом, коль скоро, с одной стороны, имеется про-
дукт целой отрасли производства, а с другой – общественная потребность в нём. Теперь необ-
ходимо рассмотреть размеры, т. е. количество этой общественной потребности.
В данных выше определениях рыночной стоимости предполагалось, что масса произве-
дённых товаров дана, т. е. остаётся неизменной, что изменяется лишь отношение между состав-
ными частями этой массы, произведёнными при различных условиях, что поэтому рыночная
стоимость одной и той же массы товаров регулируется различным способом. Допустим, что
масса эта представляет собой предложение обычных размеров, причём мы оставляем в стороне
возможность временного ухода с рынка части произведённых товаров. Если спрос на эту массу
сохраняет также свои обычные размеры, то товар продаётся по его рыночной стоимости, каким
бы из трёх исследованных выше способов ни регулировалась эта рыночная стоимость. Товар-
ная масса не только удовлетворяет известную потребность, но удовлетворяет её в обществен-
ных размерах. Если количество товаров на рынке больше или меньше, чем спрос на них, то
имеют место отклонения рыночной цены от рыночной стоимости. И первое отклонение состоит
в том, что при недостаточном количестве рыночную стоимость всегда регулируют товары, про-
изведённые при худших условиях; при избыточном количестве – всегда товары, произведён-
ные при наилучших условиях; что, таким образом, рыночную стоимость определяет одна из
двух крайностей, несмотря на то, что на основании самого по себе отношения между массами,
произведёнными при различных условиях, должен был бы получиться иной результат. Если
разница между спросом и предложением продуктов значительнее, то и рыночная цена будет
значительнее отклоняться вверх или вниз от рыночной стоимости. Но разница между количе-
ством произведённых товаров и тем количеством их, которое продаётся по их рыночной стои-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 125 мости, может иметь двоякую причину. Или изменяется, становится слишком малым или слиш-
ком большим само количество произведённых товаров, так что воспроизводство совершается
в ином масштабе, чем тот, который регулировал данную рыночную стоимость. В этом слу-
чае изменяется предложение, хотя спрос остаётся неизменным, и, следовательно, имеет место
относительное перепроизводство или недопроизводство. Или же воспроизводство, т. е. предло-
жение, остаётся неизменным, а спрос падает или поднимается, что может совершиться по раз-
личным причинам, хотя при этом абсолютная величина предложения осталась той же самой,
его относительная величина, его величина по сравнению с потребностью, изменилась. Это ока-
зало бы такое же влияние, как и в первом случае, только в противоположном направлении.
Наконец, если изменения совершаются с той и с другой стороны, но в различных направле-
ниях, или же хотя в одном направлении, но в различной степени, – одним словом, если совер-
шаются изменения двусторонние, но в то же время изменяющие прежнее соотношение между
сторонами, то конечный результат неизбежно должен свестись к одному из двух рассмотрен-
ных выше случаев.
Действительная трудность при общем определении понятий спроса и предложения
заключается в том, что определения эти как будто сводятся к тавтологии. Рассмотрим сначала
предложение, т.  е. продукт, который находится на рынке или может быть доставлен на него.
Чтобы не входить в совершенно излишние здесь детали, мы возьмём массу товаров, произ-
ведённых за год в каждой отдельной отрасли промышленности, и совершенно оставим в сто-
роне то обстоятельство, что различные товары в большей или меньшей мере могут не посту-
пить на рынок и будут храниться на складах с целью потребления, скажем, в ближайшем году.
Это годовое воспроизводство выражается прежде всего в определённом количестве – мере
или числе,  – смотря по тому, измеряется ли данная масса товаров оптом или же поштучно;
перед нами не просто потребительные стоимости, удовлетворяющие человеческие потребно-
сти, но потребительные стоимости, находящиеся на рынке в определённом количестве. Во-
вторых, эта масса товаров имеет определённую рыночную стоимость, которую можно выра-
зить в виде рыночной стоимости отдельного товара или товарной меры, служащей единицей.
Поэтому между количеством находящихся на рынке товаров и их рыночной стоимостью не
существует необходимой связи; например, в то время как некоторые товары имеют специфи-
чески высокую стоимость, другие – специфически низкую, и таким образом данная сумма
стоимости может быть выражена в очень большом количестве одних и очень малом количе-
стве других товаров. Между количеством товаров, находящихся на рынке, и рыночной стои-
мостью этих товаров имеет место лишь следующая связь: при данном уровне производитель-
ности труда в каждой данной сфере производства для изготовления определённого количества
товаров требуется определённое количество общественного рабочего времени, хотя в различ-
ных сферах производства отношение это, конечно, различно и не стоит ни в какой внутренней
связи с полезностью данного товара или особой природой его потребительной стоимости. Если
количество a данного вида товаров сто́ит b рабочего времени, то при прочих равных условиях
количество na сто́ит nb рабочего времени. Далее: поскольку общество хочет удовлетворить
свои потребности и производить с этой целью известный вид товаров, оно должно оплатить
их. В самом деле, так как при товарном производстве предполагается разделение труда, то
общество оплачивает эти товары тем, что употребляет на их производство часть находящегося
в его распоряжении рабочего времени, следовательно, оно покупает их при помощи опреде-
лённого количества рабочего времени, которым оно – это данное общество – может распо-
лагать. Та часть общества, которой благодаря разделению труда приходится употребить свой
труд на производство данного определённого товара, должна получить эквивалент в обще-
ственном труде, воплощённом в товарах, удовлетворяющих её потребности. Но не существует
никакой необходимой связи, а наблюдается лишь случайная связь между всем количеством
общественного труда, затраченного на данный общественный продукт, т. е. между той долей

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 126 совокупной рабочей силы, которую общество употребляет на производство этого продукта,
следовательно, между объёмом, который производство этого продукта занимает во всём произ-
водстве, с одной стороны, и, с другой стороны, между тем объёмом, в котором общество стре-
мится удовлетворить потребность при помощи данного определённого продукта. Хотя каж-
дый отдельный товар или каждое данное количество определённого вида товаров заключает
в себе лишь общественный труд, необходимый для его производства, и с этой стороны рыноч-
ная стоимость всей массы товаров данного вида выражает только необходимый труд, тем не
менее, раз определённый товар произведён в количестве, превышающем наличную обществен-
ную потребность, часть общественного рабочего времени оказывается растраченной попусту,
и вся масса товаров представляет тогда на рынке гораздо меньшее количество общественного
труда, чем то, которое в ней действительно заключается. (Только там, где производство нахо-
дится под действительным предопределяющим это производство контролем общества, обще-
ство создаёт связь между количеством общественного рабочего времени, затрачиваемым на
производство определённого предмета, и размерами общественной потребности, подлежащей
удовлетворению при помощи этого предмета.) Поэтому эти товары должны быть проданы ниже
их рыночной стоимости, а часть их и вовсе не может быть продана. Как раз обратное будет
иметь место, если количество общественного труда, затраченного на производство определён-
ного вида товаров, слишком мало по сравнению с размерами общественной потребности, под-
лежащей удовлетворению при помощи данного продукта. Если же количество общественного
труда, затраченного на производство определённого товара, соответствует размерам подлежа-
щей удовлетворению общественной потребности, так что произведённая масса продукта соот-
ветствует обычному масштабу воспроизводства при неизменном спросе, то товар продаётся
по его рыночной стоимости. Обмен или продажа товаров по их стоимости есть рациональный
принцип, естественный закон их равновесия; исходя из этого закона, следует объяснять откло-
нения, а не наоборот, – не из отклонений выводить самый закон.
Рассмотрим теперь другую сторону дела – спрос.
Товары покупаются или как средства производства или как жизненные средства для того,
чтобы войти в производительное или личное потребление, причём дело не изменяется от того,
что некоторые виды товаров могут служить обеим этим целям. Следовательно, спрос на них
предъявляется со стороны производителей (в данном случае капиталистов, так как предпола-
гается, что средства производства превращены в капитал) и со стороны потребителей. Кажется,
что этим прежде всего предполагается на стороне спроса наличие определённых размеров
общественной потребности, которой на стороне предложения соответствуют определённые
размеры общественного производства в различных отраслях производства. Чтобы хлопчато-
бумажная промышленность могла вновь осуществить своё годовое воспроизводство в данном
масштабе, необходимо обычное количество хлопка, а если принять во внимание ежегодное
расширение воспроизводства вследствие накопления капитала, то, при прочих равных усло-
виях, необходимо добавочное количество хлопка. То же самое и по отношению к жизненным
средствам. Рабочий класс, чтобы сохранить свой обычный средний уровень жизни, должен
вновь получить по меньшей мере прежнее количество необходимых жизненных средств, хотя,
быть может, и несколько изменённое по характеру составляющих его товаров; если же при-
нять в расчёт ежегодный рост населения, то необходимо и добавочное количество жизненных
средств; то же самое с бо́льшими или меньшими поправками можно сказать и относительно
других классов.
Итак, оказывается, что на стороне спроса имеется определённая общественная потреб-
ность данной величины, которая требует для своего покрытия наличия на рынке определён-
ного количества товаров. Но количественная определённость этой потребности чрезвычайно
эластична и изменчива. Она только кажется фиксированной. Если бы жизненные средства
были дешевле или денежная заработная плата была бы выше, то рабочие покупали бы их

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 127 больше, и обнаружилась бы более значительная «общественная потребность» в данных видах
товаров, причём мы совершенно оставляем в стороне пауперов и т. д., «спрос» которых стоит
ниже самых крайних границ их физической потребности. Если бы, с другой стороны, цена,
например, хлопка, понизилась, то возрос бы спрос капиталистов на хлопок, больше дополни-
тельного капитала было бы вложено в хлопчатобумажную промышленность и т.  д. При этом
не следует вообще забывать, что при наших предположениях спрос для производительного
потребления есть спрос со стороны капиталиста, истинная цель которого – производство при-
бавочной стоимости, и что только ради прибавочной стоимости он производит известный вид
товаров. С другой стороны, это отнюдь не препятствует тому, что капиталист, поскольку он
выступает на рынке как покупатель, например хлопка, является представителем потребности
в хлопке; точно так же для продавца хлопка ведь безразлично, превращает ли покупатель этот
хлопок в ткань для рубашек, в пироксилин или же намерен затыкать им уши себе и всему
миру. Но, конечно, это оказывает большое влияние на то, какого рода покупателем он явля-
ется. Его потребность в хлопке существенно видоизменяется благодаря тому обстоятельству,
что в действительности она прикрывает лишь его потребность в получении прибыли. Пределы,
в которых представленная на рынке потребность в товарах – спрос – количественно отклоня-
ется от действительной общественной потребности, конечно, очень различны для различных
товаров; я имею в виду разницу между количеством товаров, на которое фактически предъяв-
лен спрос, и тем количеством их, на которое был бы предъявлен спрос при иных денежных
ценах товаров или при иных денежных, соответственно жизненных, условиях покупателей.
Нет ничего легче, как понять неравномерность спроса и предложения и вытекающие
отсюда отклонения рыночных цен от рыночных стоимостей. Действительная трудность состоит
в определении того, что́ следует понимать под выражением: предложение и спрос покрываются.
Предложение и спрос покрываются, если они находятся в таком отношении, что масса
товаров определённой отрасли производства может быть продана по её рыночной стоимости –
не выше и не ниже. Вот первое, что нам говорят по этому поводу.
И во-вторых, если товары могут быть проданы по их рыночной стоимости, то предложе-
ние и спрос покрываются.
Если предложение и спрос покрываются, то они перестают действовать, и именно потому
товары продаются по их рыночной стоимости. Если две силы, равные по величине, действуют
в противоположных направлениях, то они взаимно уничтожаются, вовсе не действуют вовне,
и явления, происходящие при этом условии, должны быть объяснены как-нибудь иначе, а не
действием этих двух сил. Раз спрос и предложение взаимно уничтожаются, они перестают объ-
яснять что бы то ни было, не воздействуют более на рыночную стоимость и оставляют нас в
полном неведении относительно того, почему рыночная стоимость выражается именно в этой
сумме денег, а не в какой-либо иной. Действительные внутренние законы капиталистического
производства, очевидно, не могут быть объяснены из взаимодействия спроса и предложения
(если даже оставить в стороне более глубокий анализ обеих этих общественных движущих
сил, который сюда не относится), так как законы эти оказываются осуществлёнными в чистом
виде лишь тогда, когда спрос и предложение перестают действовать, т. е. покрываются. Спрос
и предложение в действительности никогда не покрывают друг друга или если и покрывают, то
только случайно, следовательно, с научной точки зрения этот случай должен быть = 0, должен
рассматриваться как несуществующий. Однако в политической экономии предполагается, что
они покрывают друг друга. Почему? Это делается для того, чтобы рассматривать явления в их
закономерном, соответствующем их понятию виде, т. е. рассматривать их независимо от той
их внешней видимости, которая порождается колебаниями спроса и предложения; с  другой
стороны, – для того, чтобы найти действительную тенденцию их движения, известным обра-
зом фиксировать её. Так как отклонения от равенства имеют противоположный характер и так
как они постоянно следуют друг за другом, они взаимно уравновешиваются благодаря проти-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 128 воположности их направления, благодаря их взаимному противоречию. Итак, если ни в одном
конкретном случае спрос и предложение не покрываются, то отклонения от равенства следуют
друг за другом таким образом,  – ведь отклонение в одном направлении вызывает как свой
результат отклонение в противоположном направлении, – что, если рассматривать итог движе-
ния за более или менее продолжительный период, спрос и предложение всегда взаимно покры-
ваются; однако результат этот получается лишь как средняя уже истёкшего движения и лишь
как постоянное движение их противоречия. Этим путём рыночные цены, отклоняющиеся от
рыночных стоимостей, если рассматривать их среднюю величину, выравниваются и дают сред-
нюю, совпадающую с рыночной стоимостью, причём отклонения от этой последней взаимно
уничтожаются как плюс и минус. И эта средняя имеет отнюдь не одно только теоретическое,
но и практическое значение для капитала, затраты которого рассчитаны на колебания и вырав-
нивания в течение более или менее определённого периода времени.
Следовательно, отношение между спросом и предложением объясняет, с одной стороны,
лишь отклонения рыночных цен от рыночных стоимостей и, с другой стороны, тенденцию,
стремящуюся уничтожить эти отклонения, т. е. уничтожить влияние отношения между спро-
сом и предложением. (Те представляющие исключение товары, которые имеют цены, но не
имеют стоимости, не входят здесь в наше рассмотрение.) Устранение этого влияния, которое
оказывают спрос и предложение благодаря своим отклонениям от равенства, может осуществ-
ляться в очень различных формах. Если, например, падает спрос, а следовательно и рыночная
цена, то это может привести к тому, что капитал будет извлекаться из данной отрасли, и таким
образом предложение уменьшится. Но это может иметь также и тот результат, что сама рыноч-
ная стоимость благодаря изобретениям, сокращающим необходимое рабочее время, понизится
и выравняется таким образом с рыночной ценой. Наоборот, если спрос растёт, а следовательно,
рыночная цена превышает рыночную стоимость, то это может привести к избыточному при-
ливу капитала в данную отрасль производства и к такому расширению производства, при кото-
ром рыночная цена упадёт даже ниже рыночной стоимости; или, с другой стороны, это может
повести к такому повышению цен, которое сократит самый спрос. В отдельных отраслях про-
изводства это может также вызвать тот результат, что сама рыночная стоимость на более или
менее значительный период возрастёт, так как в течение этого времени часть требуемого на
рынке товара придётся производить при худших условиях.
Если спрос и предложение определяют рыночную цену, то, с другой стороны, рыночная
цена, а при дальнейшем анализе рыночная стоимость определяет спрос и предложение. По
отношению к спросу это очевидно, так как он изменяется в направлении, противоположном
ценам: повышается, когда цены падают, и наоборот. Но то же самое применимо и к предложе-
нию. В самом деле, цены средств производства, входящих в товар, предлагаемый на рынке,
определяют спрос на эти средства производства, а следовательно, – и предложение тех това-
ров, предложение которых включает в себя спрос на эти средства производства. Цены хлопка
имеют определяющее значение для предложения хлопчатобумажных тканей.
Эта путаница – определение цен спросом и предложением и наряду с этим определение
спроса и предложения ценами – осложняется ещё тем, что спрос определяет предложение и,
наоборот, предложение определяет спрос, производство определяет рынок и рынок – произ-
водство. 31{386}
31 Порядочный вздор представляют следующие «остроумные» соображения: «Если количество заработной платы, капи-
тала и земли, необходимое для производства данного продукта, изменяется по сравнению с прежней величиной, то изменяется
и то, что Адам Смит называет его естественной ценой, а та цена, которая первоначально была его естественной ценой, стано-
вится по отношению к этому изменению его рыночной ценой, хотя предложение и спрос могут не измениться» (и то и другое
изменяется как раз потому, что изменяется вследствие изменения стоимости рыночная стоимость или – о чём собственно
и говорится у А. Смита – цена производства), «тем не менее предложение это не соответствует теперь вполне точно требо-
ваниям лиц, способных и желающих оплатить то, что теперь является издержками производства, а оказывается или больше
или меньше их; так что отношение между предложением и тем фактическим спросом, который устанавливается теперь, при-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 129 Даже заурядный экономист (см. сноску) понимает, что и без порождаемого внешними
обстоятельствами изменения предложения или спроса отношение между ними может изме-
ниться вследствие изменения рыночной стоимости товаров. Даже он вынужден согласиться,
что, какова бы ни была рыночная стоимость, спрос и предложение должны уравновеситься,
чтобы она реализовалась. Это значит, что не отношение спроса к предложению объясняет
рыночную стоимость, а, наоборот, эта последняя объясняет колебания спроса и предложения.
Автор «Observations» вслед за местом, цитированным в сноске, продолжает:
«Однако отношение это» (между спросом и предложением), «если только мы будем пони-
мать под „спросом“ и „естественной ценой“ то, что мы только что понимали, ссылаясь на А.
Смита, всегда должно быть отношением равенства; потому что только в том случае, когда
предложение равно фактическому спросу, т.  е. тому спросу, который не желает оплачивать
ни больше, ни меньше естественной цены,  – только в этом случае естественная цена может
быть действительно уплачена; следовательно, в различное время один и тот же товар может
иметь две весьма различные естественные цены, и всё же отношение между спросом и предло-
жением в обоих случаях может остаться неизменным, а именно – остаться отношением равен-
ства» ￿
 `X].
Итак, здесь допускается, что при двух различных «естественных ценах» одного и того же
товара в различное время спрос и предложение могут и даже должны покрывать друг друга,
чтобы товар в обоих случаях действительно был продан по его «естественной цене». Но так
как при этом в обоих случаях ничуть не изменяется отношение спроса к предложению, но
изменяется величина самой «естественной цены», то последняя, очевидно, устанавливается
независимо от спроса и предложения и потому менее всего может определяться ими.
Чтобы товар мог быть продан по его рыночной стоимости, т. е. в соответствии с содер-
жащимся в нём общественно необходимым трудом, для этого всё количество общественного
труда, употреблённого на производство всей массы данного вида товаров, должно соответ-
ствовать величине общественной потребности в них, т.  е. платёжеспособной общественной
потребности. Конкуренция, колебания рыночных цен, соответствующие колебаниям отноше-
ния между спросом и предложением, всегда стремятся свести к этой мере общее количество
труда, затраченного на каждый вид товаров.
В отношении между спросом и предложением товаров отражается, во-первых, отноше-
ние между потребительной стоимостью и меновой стоимостью, между товаром и деньгами,
покупателем и продавцом; во-вторых,  – отношение между производителем и потребителем,
хотя оба последние могут быть представлены третьими лицами, торговцами. Чтобы вполне раз-
вить это отношение, достаточно противопоставить покупателя и продавца друг другу в отдель-
ности. Трёх лиц достаточно для полного метаморфоза товара, а следовательно, для процесса
купли-продажи, взятого в целом. A превращает свой товар в деньги B, которому он продаёт
товар, и снова превращает свои деньги в товар, который он покупает у C; весь процесс проте-
нимая во внимание новые издержки производства, отличается от своей прежней величины. В результате, если не встретится
препятствий, изменятся размеры предложения, что в конце концов приведёт товар к его новой естественной цене. Так как
товары доходят до своей естественной цены благодаря изменению в их предложении, то, быть может, позволительно было бы
сказать, что естественная цена в такой же степени обязана своим существованием одному отношению между спросом и пред-
ложением, в какой рыночная цена обязана другому отношению; и следовательно, естественная цена, совершенно так же, как и
рыночная цена, зависит от взаимного отношения между спросом и предложением. („Великий принцип спроса и предложения
призван определить то, что А. Смит называет естественной ценой, а также рыночной ценой“. – Мальтус  {386} .)» («Observations
on certain Verbal Disputes etc.». London, 1821, p. 60, 61.) Мудрый автор не понимает, что в разбираемом случае как раз измене-
ние в издержках производства, а следовательно и в стоимости, изменяет спрос, а следовательно и отношение между спросом и
предложением, и что изменение спроса может вызвать изменение предложения; а это доказывало бы как раз противополож-
ное тому, что пытается доказать наш мыслитель, – это доказывало бы, что издержки производства отнюдь не регулируются
отношением между спросом и предложением, а, наоборот, сами регулируют это отношение. {386}   Автор анонимного сочинения «Observations on certain Verbal Disputes in Political Economy» цитирует здесь первое
издание книги Мальтуса «Principles of Political Economy». London, 1820, p. 75.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 130 кает между этими тремя лицами. Далее, при исследовании денег мы допускали, что товары
продаются по их стоимости, так как не было никакого основания рассматривать цены, отклоня-
ющиеся от стоимости, раз дело шло исключительно о тех изменениях формы, которые претер-
певает товар, становясь деньгами и превращаясь обратно из денег в товар. Если товар вообще
продаётся и на вырученные деньги покупается новый товар, то мы имеем перед собой весь
метаморфоз, и для него как такового совершенно безразлично, стоит ли цена товара выше или
ниже его стоимости. Стоимость товара сохраняет своё значение основы, так как только из этого
основания могут быть развиты в понятии деньги, а цена, по своему общему понятию, есть
прежде всего лишь стоимость в денежной форме. Конечно, при рассмотрении денег как сред-
ства обращения предполагается, что происходит не только один метаморфоз товара. Напротив,
рассматривается общественное сплетение этих метаморфозов. Только таким образом подхо-
дим мы к обращению денег и к развитию их функции в качестве средства обращения. Но,
насколько эта связь важна для перехода денег к функции средства обращения и для вытекаю-
щего отсюда изменения их вида, настолько же безразлична она для сделки между отдельными
покупателями и продавцами.
Между тем, рассматривая спрос и предложение, мы считаем, что предложение представ-
ляет сумму продавцов, или производителей, данного определённого товара, а спрос – покупа-
телей, или потребителей (индивидуальных или производительных), этого же самого товара. И
притом суммы эти действуют друг на друга как целое, как агрегатные силы. Отдельная лич-
ность действует здесь лишь как часть общественной силы, как атом всей массы,  – именно в
такой форме конкуренция обнаруживает общественный характер производства и потребления.
Та из конкурирующих сторон, которая в данный момент слабее, является вместе с тем и
той стороной, где каждое отдельное лицо действует независимо от массы своих конкурентов, а
зачастую прямо против них и как раз таким путём делает ощутительной зависимость отдель-
ного конкурента от других; между тем более сильная сторона всегда противостоит своим про-
тивникам как более или менее сплочённое целое. Если спрос на данный вид товаров больше,
чем предложение, то – в известных границах – один покупатель стремится перебить другого
и поднимает таким образом для всех покупателей цену товара выше его рыночной стоимо-
сти, в то время как, с другой стороны, продавцы совместно стараются продать товар по высо-
кой рыночной цене. Если, наоборот, предложение больше спроса, то один начинает продавать
дешевле, а за ним вынуждены следовать другие, в то время как покупатели совместно стре-
мятся возможно больше понизить рыночную цену по сравнению с рыночной стоимостью. Сов-
местные действия интересуют каждого лишь до тех пор, пока он благодаря им выигрывает
больше, чем без них. Единство действий прекращается, как только данная сторона как таковая
оказывается слабее другой, и тогда каждое отдельное лицо старается возможно лучше устро-
иться собственными силами. Далее, если один из конкурентов производит дешевле других,
может сбывать больше товара и отвоёвывать для себя больше места на рынке, продавая товар
ниже господствующей в данный момент рыночной цены, или рыночной стоимости, то он так и
поступает и начинает действовать таким образом, что мало-помалу принуждает других ввести
более дешёвый метод производства и сводит общественно необходимый труд к новому, менее
значительному количеству. Если одна из сторон получает преимущество, то выигрывает вся-
кий, кто к ней принадлежит; дело происходит таким образом, как если бы все принадлежащие
к ней осуществляли общую монополию. Если одна из сторон оказывается слабее другой, то
каждый может попытаться своими собственными усилиями стать сильнее противника (напри-
мер тот, кто работает с меньшими издержками производства) или по крайней мере отделаться
возможно меньшими потерями, и в этом случае ему уже нет никакого дела до своих соседей,
хотя действия его касаются не только его самого, но и всех его сообщников. 32
32  «Если каждый член группы никак не может получить больше определённой доли или соответственной части общих

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 131 Спрос и предложение предполагают превращение стоимости в рыночную стоимость, и,
поскольку они действуют на капиталистическом базисе, поскольку товары являются продук-
том капитала, спрос и предложение предполагают капиталистический процесс производства, а
следовательно, совершенно иное сплетение отношений, чем простая купля и продажа товаров.
Здесь речь идёт не о формальном превращении стоимости товаров в цену, т. е. не о простом
изменении формы; речь идёт об определённых количественных отклонениях рыночных цен от
рыночных стоимостей и, далее, от цен производства. При простой купле и продаже достаточно,
чтобы производители товаров как таковые противостояли друг другу. Спрос и предложение
при дальнейшем анализе предполагают существование различных классов и подразделений
классов, которые распределяют между собой совокупный доход общества и потребляют его
как доход, которые, следовательно, предъявляют спрос, образуемый этим доходом; между тем,
с другой стороны, для понимания спроса и предложения, которые производители как таковые
создают друг для друга, необходимо уяснение всего строя капиталистического процесса про-
изводства в целом.
При капиталистическом производстве речь идёт не только о том, чтобы за массу стои-
мости, брошенную в обращение в форме товара, выручить равную массу стоимости в другой
форме,  – денежной или товарной,  – речь идёт о том, чтобы на капитал, авансированный на
производство, извлечь такую же прибавочную стоимость, или прибыль, какую получает всякий
другой капитал такой же величины, или pro rata  ￿iZ] его величине, независимо от того, в какой
отрасли производства он применяется; следовательно, речь идёт о том, чтобы продать товары
по меньшей мере по ценам, доставляющим среднюю прибыль, т. е. по ценам производства. В
этой форме капитал сам начинает сознавать себя как общественную силу , в которой каждый
капиталист имеет свою долю, пропорциональную его участию во всём общественном капитале.
Во-первых, капиталистическое производство само по себе относится совершенно безраз-
лично к определённой потребительной стоимости и вообще к специфическим особенностям
того товара, который оно создаёт. В каждой сфере производства речь идёт для него лишь о
том, чтобы произвести прибавочную стоимость, присвоить себе в продукте труда определённое
количество неоплаченного труда. И равным образом наёмный труд, подчинённый капиталу, по
самой своей природе относится безразлично к специфическому характеру своих работ, он дол-
жен видоизменяться сообразно потребностям капитала и допускать переброску его из одной
сферы производства в другую.
Во-вторых, на деле одна сфера производства так же хороша или плоха, как и другая;
каждая приносит одинаковую прибыль, и каждая не оправдывала бы своего назначения, если
бы производимые ею товары не удовлетворяли какой-либо общественной потребности.
Но если товары продаются по их стоимостям, то, как было уже показано выше, в разных
сферах производства возникают весьма различные нормы прибыли в зависимости от различия
органического строения вложенных в них масс капитала. Но капитал извлекается из отрасли
с более низкой нормой прибыли и устремляется в другие, которые приносят более высокую
прибыль. Посредством такой постоянной эмиграции и иммиграции,  – словом, посредством
своего распределения между различными сферами производства, в зависимости от понижения
и повышения нормы прибыли, капитал обусловливает такое соотношение между спросом и
предложением, что в различных сферах производства создаётся одна и та же средняя прибыль,
и благодаря этому стоимости превращаются в цены производства. Это выравнивание капи-
талу удаётся осуществить тем полнее, чем выше капиталистическое развитие в данном нацио-
выгод или владений, то он охотно будет объединяться с другими, чтобы повысить эти выгоды» (так он и делает, когда отно-
шение между спросом и предложением позволяет ему это); «это – монополия. Но если каждый убеждён, что можно каким-
либо способом повысить абсолютную величину своей доли, хотя бы даже путём уменьшения общей суммы, он часто именно
так и будет поступать; это – конкуренция» («An Inquiry into those Principles, respecting the Nature of Demand etc.». London,
1821, p. 105).

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 132 нальном обществе, т. е. чем больше условия данной страны приспособлены к капиталистиче-
скому способу производства. С прогрессом капиталистического производства развиваются и
его условия; оно подчиняет своему специфическому характеру, своим имманентным законам
всю совокупность общественных предпосылок, при которых совершается процесс производ-
ства.
Постоянное выравнивание постоянно возникающих неравенств происходит тем быстрее,
чем, во-первых, подвижнее капитал, т. е. чем легче он может быть перенесён из одной сферы
и из одного места в другие; во-вторых, чем скорее рабочая сила может быть переброшена из
одной сферы в другую, из одного центра производства данной местности в другой. Пункт пер-
вый предполагает полную свободу торговли внутри общества и устранение всех монополий,
кроме естественных, т. е. устранение монополий, которые возникают из самого капиталисти-
ческого способа производства. Далее, предполагается развитие кредитной системы, которая
концентрирует распылённую массу свободного общественного капитала, противопоставляя её
отдельному капиталисту; наконец, – подчинение различных сфер производства капиталистам.
Последнее уже включено в принятые нами предпосылки, раз мы допустили, что речь идёт
о превращении стоимостей в цены производства во всех капиталистически эксплуатируемых
сферах производства; однако само это выравнивание наталкивается на более крупные препят-
ствия, если между капиталистическими предприятиями вклиниваются и с ними переплета-
ются многочисленные и носящие массовый характер сферы производства, которые ведутся
некапиталистически (например, земледелие мелких крестьян). Необходима, наконец, значи-
тельная плотность населения. Пункт второй предполагает: отмену всех законов, препятству-
ющих рабочим перемещаться из одной сферы производства в другую или из одного центра
производства данной местности в другой; безразличное отношение рабочего к содержанию его
труда; возможно большее сведение труда во всех сферах производства к простому труду; осво-
бождение рабочих от всех профессиональных предрассудков; наконец, – и это в особенности
– подчинение рабочего капиталистическому способу производства. Дальнейший анализ этого
вопроса относится к специальному исследованию конкуренции.
Из сказанного следует, что каждый отдельный капиталист точно так же, как и совокуп-
ность всех капиталистов каждой отдельной сферы производства, участвует в эксплуатации
всего рабочего класса всем капиталом и обусловливает своим участием определённую степень
этой эксплуатации – и участвует не только в силу общей классовой симпатии, но и непосред-
ственно экономически; потому что, – если предположить данными все прочие условия, в том
числе стоимость всего авансированного постоянного капитала, – средняя норма прибыли зави-
сит от степени эксплуатации совокупного труда совокупным капиталом.
Средняя прибыль совпадает со средней прибавочной стоимостью, производимой капи-
талом на каждую сотню, и по отношению к прибавочной стоимости только что сказанное
понятно само собой. Что касается средней прибыли, то тут в качестве одного из моментов,
определяющих норму прибыли, присоединяется ещё стоимость авансированного капитала. В
самом деле, для капиталиста или для капитала определённой сферы производства специаль-
ный интерес в эксплуатации непосредственно занятых им рабочих ограничивается тем, чтобы
при помощи исключительного чрезмерного труда, или при помощи понижения заработной
платы ниже среднего уровня, или же при помощи исключительной производительности при-
меняемого труда получить необычно высокую прибыль, – такую прибыль, которая превышает
среднюю. Если же оставить это обстоятельство в стороне, то капиталист, даже вовсе не затра-
чивающий в своей отрасли производства переменного капитала, следовательно вовсе не при-
меняющий труда (что в действительности, конечно, невозможно), был бы столь же сильно
заинтересован в эксплуатации рабочего класса капиталом и совершенно так же извлекал бы
свою прибыль из неоплаченного прибавочного труда, как и капиталист, который (опять-таки
в действительности невозможное допущение) применял бы только один переменный капитал,

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 133 затрачивая таким образом весь свой капитал да заработную плату. Но степень эксплуатации
труда при данном рабочем дне зависит от средней интенсивности труда, при данной интенсив-
ности – от длины рабочего дня. От степени эксплуатации труда зависит высота нормы приба-
вочной стоимости, следовательно, при данной общей массе переменного капитала – величина
прибавочной стоимости, а потому и величина прибыли. Тот же специальный интерес, который
капитал известной отрасли – в отличие от всего совокупного капитала – имеет в эксплуатации
специально им занятых рабочих, отдельный капиталист – в отличие от всех капиталистов его
отрасли – имеет в эксплуатации лично им занятых рабочих.
С другой стороны, каждая отдельная сфера капитала и каждый отдельный капиталист
одинаково заинтересованы в производительности общественного труда, применяемого сово-
купным капиталом, потому что от этого зависят два обстоятельства. Во-первых, масса потре-
бительных стоимостей, в которой выражается средняя прибыль; а это вдвойне важно, так как
прибыль служит и фондом накопления нового капитала и фондом доходов, предназначенным
для потребления. Во-вторых, величина стоимости всего авансированного капитала (постоян-
ного и переменного), которая при данной величине прибавочной стоимости, или прибыли
всего класса капиталистов, определяет норму прибыли, или прибыль на определённое количе-
ство капитала. Особый уровень производительности труда в отдельной сфере или на отдель-
ном индивидуальном предприятии этой сферы интересует лишь непосредственно причастных
к делу капиталистов, поскольку он обеспечивает отдельной сфере возможность получать доба-
вочную прибыль по сравнению со всем капиталом или отдельному капиталисту – по сравнению
со всей его сферой.
Итак, мы имеем здесь математически точное объяснение того, почему капиталисты,
обнаруживая столь мало братских чувств при взаимной конкуренции друг с другом, состав-
ляют в то же время поистине масонское братство в борьбе с рабочим классом как целым.
Цена производства включает в себя среднюю прибыль. Мы называем её ценой произ-
водства – фактически это то же самое, что А. Смит называет «естественной ценой», Рикадо
– «ценой производства», «стоимостью производства», физиократы – «необходимой ценой»,
причём никто из них не исследовал отличия цены производства от стоимости, – так как цена
производства является постоянным условием предложения и воспроизводства товаров в каж-
дой отдельной сфере производства. 33 Понятно также, почему те самые экономисты, которые
восстают против определения стоимости товаров рабочим временем, количеством заключаю-
щегося в них труда, всегда говорят о ценах производства как о центрах, вокруг которых колеб-
лются рыночные цены. Они могут позволить себе это, так как цена производства представляет
собой форму, ставшую уже вполне внешней, и prima facie  ￿Y}] иррациональную форму товарной
стоимости, такую форму, которая выступает в процессе конкуренции, следовательно, в созна-
нии обыкновенного капиталиста, а значит и в сознании вульгарных экономистов.
 
* * *
 
Из предшествующего изложения видно, каким образом рыночная стоимость (а всё ска-
занное о ней применимо с необходимыми ограничениями и к цене производства) включает в
себя добавочную прибыль тех, кто в каждой особой сфере производства производит при наибо-
лее благоприятных условиях. За исключением случаев кризисов и перепроизводства вообще,
это применимо ко всем рыночным ценам, как бы сильно они ни отклонялись от рыночных
стоимостей и рыночных цен производства. Рыночная цена именно предполагает, что за все
товары данного вида уплачивается одинаковая цена, несмотря на то, что товары эти могут быть
произведены при очень различных индивидуальных условиях и могут, следовательно, иметь
33 Malthus ￿qpfdjevng$XY[`$piigd]

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 134 очень различные издержки производства. (О добавочной прибыли как следствии монополий в
обычном смысле этого слова – искусственных или естественных – мы здесь не говорим.)
Однако добавочная прибыль может возникнуть, кроме того, ещё в том случае, когда
известные сферы производства в состоянии избежать превращения их товарных стоимостей в
цены производства, а потому и сведе́ния их прибылей к средней прибыли. В отделе о земель-
ной ренте мы рассмотрим дальнейшее видоизменение этих двух форм добавочной прибыли.
 
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ВЛИЯНИЕ ОБЩИХ КОЛЕБАНИЙ ЗАРАБОТНОЙ
ПЛАТЫ НА ЦЕНЫ ПРОИЗВОДСТВА
 
Пусть среднее строение общественного капитала будет 80 c + 20 v, а прибыль 20 единиц.
В таком случае норма прибавочной стоимости 100  %. Общее повышение заработной платы,
при прочих равных условиях, означает понижение нормы прибавочной стоимости. Для сред-
него капитала прибыль и прибавочная стоимость совпадают. Пусть заработная плата возросла
на 25 %. Та самая масса труда, привести в движение которую стоило 20 единиц, сто́ит теперь
25. Следовательно, мы имеем вместо 80 c + 20 v + 20 p за один оборот стоимость 80 c + 25 v +
15 p. Труд, приведённый в движение переменным капиталом, производит теперь, как и раньше,
сумму стоимости, равную 40. Раз v возросло с 20 до 25, то избыток, m, соответственно p, теперь
= только 15. Прибыль 15 на 105 составляет 14 2/7%, и это было бы новой средней нормой при-
были. Так как цена производства товаров, производимых средним капиталом, совпадает с их
стоимостью, то цена производства этих товаров не изменилась бы; следовательно, повышение
заработной платы хотя и вызвало бы понижение прибыли, но не привело бы к изменению сто-
имости и цены товаров.
Раньше, когда средняя прибыль была = 20 единицам, цена производства товаров, про-
изведённых в течение одного периода оборота, равнялась их издержкам производства плюс
прибыль в 20 единиц на эти издержки производства, следовательно = k + kp = k +  20k/100 , где k
переменная величина, различная в зависимости от стоимости средств производства, входящих
в товары, и в зависимости от величины износа, выражающего переход на продукт стоимости
основного капитала, применённого в производстве этих товаров. Теперь цена производства
составляет k + 14 2/7k/100 .
Возьмём теперь капитал, строение которого ниже, чем первоначальное строение сред-
него общественного капитала 80 c + 20 v (превратившееся теперь в 76 4/21c + 23 17/21v), – напри-
мер, 50 c + 50 v. Здесь до повышения заработной платы цена производства годового продукта
равнялась 50 c + 50 v + 20 p = 120, – ради упрощения мы принимаем, что весь основной капитал
входит в результате износа в годовой продукт и что время оборота такое же, как и в случае
I. Повышение заработной платы на 25 % даёт для того же самого количества приведённого в
движение труда повышение переменного капитала с 50 до 62½. Если бы годовой продукт был
продан по прежней цене производства 120, то это дало бы 50 c + 62½ v + 7½ p, следовательно, –
норму прибыли 6 2/3. Но новая средняя норма прибыли 14 2/7, и, так как мы предположили все
прочие условия равными, этот капитал в 50 c + 62½ v должен также дать указанную прибыль.
Но капитал в 112½ при норме прибыли 14 2/7% даёт 16 1/14 прибыли. Таким образом, цена про-
изводства произведённых им товаров равна теперь 50 c + 62½ v + 16 1/14p = 128 8/14. Итак, вслед-
ствие повышения заработной платы на 25 % цена производства того же самого количества того
же самого товара возросла здесь со 120 до 128 8/14, или более чем на 7 %.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 135 Возьмём, наоборот, сферу производства более высокого строения, чем средний капитал,
например 92 c + 8 v. Следовательно, первоначальная средняя прибыль и здесь = 20, и если мы
опять допустим, что весь основной капитал входит в годовой продукт и что время оборота
остаётся такое же, как в случаях I и II, то цена производства товара и здесь = 120.
Вследствие повышения заработной платы на 25 % переменный капитал, затрачиваемый
на то же самое количество труда, возрастает с 8 до 10, издержки производства товаров уве-
личиваются, следовательно, со 100 до 102; с другой стороны, средняя норма прибыли с 20 %
упала до 14 2/7%. Но 100: 14 2/7 = 102: 14 4/7. Следовательно, прибыль, причитающаяся теперь
на 102, составляет 14 4/7. И потому весь продукт продаётся за k + kp' = 102 + 14 4/7 = 116 4/7.
Следовательно, цена производства упала с 120 до 116 4/7, или на 3 3/7.
Итак, вследствие повышения заработной платы на 25 %:
1)  для капитала среднего общественного строения цена производства товара осталась
неизменной;
2) для капитала более низкого строения цена производства товара возросла, хотя и не в
том отношении, в каком упала прибыль;
3)  для капитала более высокого строения цена производства товара упала, хотя и не в
том отношении, как прибыль.
Так как цена производства товаров, производимых капиталом среднего строения, оста-
лась неизменной, равной стоимости продукта, то и сумма цен производства продуктов всех
капиталов осталась неизменной, равной сумме стоимостей, произведённых совокупным капи-
талом; повышение, с одной стороны, понижение, с другой стороны, для всего капитала вырав-
ниваются до уровня общественного среднего капитала.
Если цена производства товаров в примере II повышается, а в примере III падает, то уже
одно это противоположное действие, вытекающее из падения нормы прибавочной стоимости
или из общего повышения заработной платы, показывает, что речь здесь не может идти о воз-
мещении в цене товара потери, вызываемой повышением заработной платы, ибо в III случае
падением цены производства капиталист не может, конечно, быть компенсирован за падение
прибыли, да и повышение цены в случае II не предотвращает падения прибыли. Напротив, в
обоих случаях,  – и там, где цена повышается, и там, где она падает,  – прибыль одинакова с
прибылью среднего капитала, где цена остаётся неизменной. Прибыль одна и та же во II и III
случае, а именно, это – средняя прибыль, понизившаяся на 5 5/7, или более чем на 25 %. Отсюда
следует, что, если бы в случае II цена не возрастала, а в III не падала, товары продавались бы
в случае II с прибылью меньшей, а в III большей, чем новая понизившаяся средняя прибыль.
Само собой понятно, что в зависимости от того, 50 %, 25 % или 10 % капитала затрачиваются
на труд, повышение заработной платы должно в весьма различной степени затрагивать того,
кто затратил на заработную плату 1/10, и того, кто затратил на неё ¼ или ½ своего капитала.
Повышение цен производства, с одной стороны, их падение – с другой, смотря по тому, выше
или ниже строение данного капитала по сравнению с общественным средним строением, обу-
словливается лишь выравниванием до новой понизившейся средней прибыли.
Каким же образом подействует общее понижение заработной платы и соответствующее
ему общее повышение нормы прибыли, а следовательно и средней прибыли, на цены произ-
водства товаров, которые являются продуктом капиталов, отклоняющихся от общественного
среднего строения в противоположных направлениях? Стоит только перевернуть вышеприве-
дённые рассуждения, чтобы получить результат (которого не исследует Рикадо).
I. Капитал со средним строением = 80 c + 20 v = 100; норма прибавочной стоимости =
100 %; цена производства = стоимости товара = 80 c + 20 v + 20 p = 120; норма прибыли = 20 %.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 136 Пусть заработная плата понизится на одну четверть, так что тот же самый постоянный
капитал будет приводиться в движение 15 v вместо прежних 20 v. Следовательно, мы получаем
стоимость товара = 80 c + 15 v + 25 p = 120. Количество труда, произведённое v, остаётся неиз-
менным, и лишь созданная им новая стоимость иначе распределяется между капиталистом и
рабочим. Прибавочная стоимость возросла с 20 до 25, и норма прибавочной стоимости с  20/20
до  25/15, следовательно, со 100 % до 166 2/3%. Прибыль на 95 теперь = 25; следовательно, норма
прибыли на 100 = 26 6/19. Новое процентное строение капитала теперь 84 4/19c + 15 15/19v = 100.
II. Капитал с низким строением. Первоначально 50 c + 50 v, как выше. Вследствие пони-
жения заработной платы на ¼ v сокращается до 37½, а тем самым весь авансированный капи-
тал – до 50 c + 37½ v = 87½. Если мы применим сюда новую норму прибыли 26 6/l9%, то 100:
26 6/19 = 87½: 23 1/38. Та же самая масса товаров, которая раньше стоила 120, стоит теперь 87½
+ 23 1/38 = 110 10/19; цена упала почти на 10 единиц.
III. Капитал с высоким строением. Первоначально 92 c + 8 v = 100. Понижение заработной
платы на ¼ понижает 8 v до 6 v, весь капитал – до 98. Следовательно, 100: 26 6/l9 = 98: 25 15/19.
Цена производства товаров, составлявшая прежде 100 + 20 = 120, теперь, после падения зара-
ботной платы, равна 98 + 25 15/19 = 123 15/19; следовательно, она возросла почти на 4 единицы.
Итак, мы видим, что следует лишь повторить предыдущие рассуждения, но в обратном
направлении и с соответствующими поправками; общее понижение заработной платы имеет
своим результатом: общее повышение прибавочной стоимости, нормы прибавочной стоимо-
сти, а следовательно, при прочих равных условиях, нормы прибыли, хотя и в иной пропорции;
понижение цен производства для товаров, произведённых капиталами с низким, повышение
цен производства для товаров, произведённых капиталами с высоким строением. Результат
– как раз противоположный тому, который мы имели при общем повышении заработной
платы. 34{387} {388} В обоих случаях – и при повышении и при понижении заработной платы –
продолжительность рабочего дня предполагалась неизменяющейся точно так же, как и цена
всех необходимых жизненных средств. Таким образом, понижение заработной платы здесь
возможно лишь при том условии, если она или раньше стояла выше нормальной цены труда,
или теперь опускается ниже её. Какие произойдут модификации, если понижение или повы-
шение заработной платы вызывается изменением стоимости, а следовательно и цен производ-
ства товаров, входящих в обычное потребление рабочего, это будет отчасти исследовано ниже,
в отделе о земельной ренте. Здесь же мы заметим раз навсегда следующее:
Если повышение или понижение заработной платы вызывается изменением стоимо-
сти необходимых жизненных средств, то вышеприведённые соображения могут модифициро-
ваться лишь постольку, поскольку товары, изменение цен которых повышает или понижает
размеры переменного капитала, входят в то же время и в постоянный капитал в качестве обра-
зующих его элементов и, следовательно, воздействуют не на одну только заработную плату.
Поскольку же они воздействуют только на заработную плату, вышеприведённые соображения
заключают в себе всё, что следует сказать относительно этого случая.
34 В высшей степени странно, что Рикардо  {387} (который, конечно, строит свои рассуждения не так, как это сделано здесь,
потому что процесс выравнивания стоимости в цену производства не был им понят) даже не касается этого случая и рассмат-
ривает лишь первый случай – повышение заработной платы и его влияние на цены производства товаров. A servum pecus
imitatorum  {388} не додумалось даже до того, чтобы сделать это само собой разумеющееся, в сущности тавтологическое, при-
менение. {387}  D. Ricardo. «On the Principles of Political Economy, and Taxation». Third edition, London, 1821, p. 36–41. {388}  Servum pecus imitatorum (раболепное стадо подражателей) – перефразировка слов «O imitatores, servum pecus!» («О
подражатели, раболепное стадо!») из посланий Горация, книга I, послание 19.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 137 Во всей этой главе образование общей нормы прибыли, средней прибыли, а следова-
тельно, и превращение стоимостей в цены производства, предполагалось как данный факт.
Вопрос состоял лишь в том, каким образом общее повышение или понижение заработной
платы должно повлиять на цены производства товаров, предположенные как данные величины.
По сравнению с другими исследованными в этом отделе пунктами это очень второстепенный
вопрос. Но это единственный из затронутых здесь вопросов, который рассматривает Рикардо,
и притом, как увидим ниже  ￿YX] , рассматривает односторонне и неудовлетворительно.
 
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ДОБАВЛЕНИЯ
 
1
 
I. ПРИЧИНЫ, ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ
ИЗМЕНЕНИЯ В ЦЕНЕ ПРОИЗВОДСТВА  
Цена производства какого-либо товара может изменяться только в результате двух при-
чин:
Во-первых. Изменяется общая норма прибыли. Это возможно лишь при том условии,
если изменяется сама средняя норма прибавочной стоимости или – при неизменной средней
норме прибавочной стоимости – если изменяется отношение суммы присваиваемой прибавоч-
ной стоимости к сумме всего авансированного общественного капитала.
Поскольку изменение нормы прибавочной стоимости основывается не на понижении
заработной платы ниже или повышении её выше нормального уровня, – а подобного рода дви-
жения следует рассматривать лишь как случайные колебания заработной платы, – изменение
это может произойти только или вследствие того, что стоимость рабочей силы повысилась или
понизилась; то и другое одинаково невозможно без изменения производительности труда, про-
изводящего жизненные средства, следовательно, без изменения стоимости товаров, входящих
в потребление рабочих.
Или же изменяется отношение суммы присваиваемой прибавочной стоимости ко всему
авансированному общественному капиталу. Так как изменение исходит здесь не от нормы
прибавочной стоимости, то оно должно исходить от всего капитала, а именно от постоян-
ной его части. Масса последней, рассматриваемая с технической стороны, увеличивается или
уменьшается пропорционально количеству рабочей силы, купленной переменным капиталом,
а масса стоимости постоянной части капитала растёт или падает вместе с ростом и уменьше-
нием самой её массы, следовательно, она растёт или падает также пропорционально массе сто-
имости переменного капитала. Если прежнее количество труда приводит в движение больше
постоянного капитала, то труд стал производительнее, и наоборот. Следовательно, раз совер-
шилось изменение в производительности труда, то должно произойти изменение стоимости
известных товаров.
Итак, в обоих случаях сохраняет силу следующий закон: если изменяется цена производ-
ства данного товара вследствие изменения общей нормы прибыли, то собственная стоимость
этого товара может остаться неизменной, однако должно произойти изменение стоимости дру-
гих товаров.
Во-вторых . Общая норма прибыли остаётся неизменной. Тогда цена производства товара
может измениться лишь при том условии, если изменилась его собственная стоимость, если
теперь требуется больше или меньше труда, чем раньше, для воспроизводства его самого, при-
чём безразлично, изменяется ли производительность того труда, который производит данный
товар в окончательной форме, или того труда, который производит товары, входящие в про-
изводство данного товара. Цена производства хлопчатобумажной пряжи может упасть или

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 138 потому, что дешевле производится хлопок-сырец, или потому, что труд прядения стал произ-
водительнее вследствие усовершенствования машин.
Цена производства, как было показано выше, равняется k + p, т.  е. издержкам произ-
водства плюс прибыль. А это, в свою очередь, равно k + kp' , где k, издержки производства, –
неопределённая величина, изменяющаяся в различных сферах производства и всегда равная
стоимости постоянного и переменного капитала, потреблённого в производстве товара, а p'
есть исчисленная в процентах средняя норма прибыли. Если k = 200, а p' = 20 %, то цена про-
изводства k + kp' = 200 + 200 ×  20/100  = 200 + 40 = 240. Очевидно, что эта цена производства
может оставаться неизменной, хотя стоимость товаров изменяется.
Всякое изменение цены производства товаров в конечном счёте сводится к изменению
стоимости; но не всякое изменение стоимости товаров должно обязательно выразиться в изме-
нении цены производства, так как эта последняя определяется не только стоимостью дан-
ного товара, но также совокупной стоимостью всех товаров. Изменение, касающееся товара A,
может быть уравновешено противоположным изменением товара B, так что общее отношение
остаётся неизменным.
 
II. ЦЕНА ПРОИЗВОДСТВА ТОВАРОВ СРЕДНЕГО СТРОЕНИЯ  
Мы видели, что отклонения цен производства от стоимостей происходят вследствие того:
1) что к издержкам производства товара присоединяется не та прибавочная стоимость,
которая в нём содержится, а средняя прибыль;
2) что цена производства товара, отклоняющаяся таким образом от его стоимости, входит
как элемент в издержки производства другого товара, так что уже в издержках производства
товара может заключаться отклонение от стоимости потреблённых на него средств производ-
ства независимо от того отклонения, которое для самого этого товара получается вследствие
разницы между средней прибылью и прибавочной стоимостью.
Возможно таким образом, что и у товаров, произведённых капиталами среднего строе-
ния, издержки производства отклоняются от суммы стоимости элементов, из которых слага-
ется эта составная часть их цены производства. Пусть среднее строение 80 c + 20 v. Возможно,
что в действительных капиталах, составленных таким образом, 80 c больше или меньше сто-
имости c, постоянного капитала, так как это c состоит из товаров, цена производства кото-
рых отклоняется от их стоимости. Равным образом 20 v могут отклоняться от их стоимости,
если заработная плата расходуется на товары, цена производства которых отлична от стоимо-
сти; следовательно, рабочий, чтобы выкупить эти товары (возместить их), должен затратить
больше или меньше рабочего времени, т.  е. должен выполнить больше или меньше необхо-
димого труда, чем это требовалось бы, если бы цены производства необходимых жизненных
средств совпадали с их стоимостями.
Однако эта возможность нисколько не колеблет справедливости положений, установлен-
ных для товаров среднего строения. Количество прибыли, приходящейся на эти товары, равно
количеству заключающейся в них самих прибавочной стоимости. Например, в вышеприведён-
ном капитале строения 80 c + 20 v для определения прибавочной стоимости важно не то, выра-
жают эти числа действительные стоимости или нет, а то, в каком отношении они находятся
между собой, именно, что v = 1/5 всего капитала и c = 4/5. Раз это так, прибавочная стоимость,
которую произвело v, равна, как было выше предположено, средней прибыли. С другой сто-
роны, так как прибавочная стоимость равна средней прибыли, то цена производства = издерж-
кам производства + прибыль = k + p = k + m , практически равна стоимости товара. То есть
повышение или понижение заработной платы оставляет в этом случае k + p столь же неизмен-
ным, сколь неизменной оставило бы оно стоимость товара, и вызывает только соответственное
обратное движение, понижение или повышение, на стороне нормы прибыли. А именно, если

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 139 бы вследствие повышения или понижения заработной платы изменилась в данном случае цена
товаров, то норма прибыли в этих сферах среднего строения оказалась бы выше или ниже её
уровня в других сферах. Лишь поскольку цена остаётся неизменной, сферы среднего строения
сохраняют свой уровень прибыли, одинаковый с другими сферами. Таким образом практиче-
ски дело происходит совершенно так, как если бы продукты этой сферы продавались по их
действительной стоимости. В самом деле, если товары продаются по их действительным стои-
мостям, то очевидно, что при прочих равных условиях повышение или понижение заработной
платы вызовет соответственное понижение или повышение прибыли, но отнюдь не изменение
стоимости товаров, и что при всех обстоятельствах повышение или понижение заработной
платы может затронуть только величину прибавочной стоимости, а никак не стоимость това-
ров.
 
III. ОСНОВАНИЯ У КАПИТАЛИСТА ДЛЯ КОМПЕНСАЦИИ  
Как уже было сказано, конкуренция выравнивает нормы прибыли различных сфер про-
изводства в среднюю норму прибыли и именно этим превращает стоимости продуктов этих
различных сфер в цены производства. И это совершается путём постоянного перелива капи-
тала из одной сферы в другую, где в данный момент прибыль стоит выше среднего уровня; при
этом, однако, должны быть приняты во внимание колебания прибыли, связанные для извест-
ной отрасли промышленности на протяжении известного периода с чередованием скудных и
весьма прибыльных годов. Эта непрерывная эмиграция и иммиграция капитала, происходя-
щая между различными сферами производства, вызывает восходящие и нисходящие движения
нормы прибыли, которые более или менее взаимно уравновешиваются и в силу этого имеют
тенденцию повсюду сводить норму прибыли к одному общему уровню.
Это движение капиталов обусловливается в первую очередь состоянием рыночных цен,
которые здесь поднимают прибыль выше общего среднего уровня, там понижают её ниже этого
уровня. Мы оставляем пока в стороне купеческий капитал, до которого здесь нам ещё нет
дела и который, как показывают внезапно разражающиеся пароксизмы спекуляции известными
излюбленными ею предметами, с чрезвычайной быстротой способен извлекать массы капитала
из одной отрасли предпринимательства и столь же быстро бросать их в другую. Но в каждой
сфере собственно производства – промышленности, земледелии, горном деле и т.  д.  – пере-
лив капитала из одной сферы в другую представляет значительные трудности, в особенности
ввиду наличия основного капитала. К тому же опыт показывает, что если какая-либо отрасль
промышленности, например хлопчатобумажная промышленность, в течение известного вре-
мени приносит необычно высокую прибыль, то в течение другого периода она приносит лишь
ничтожную прибыль или даже убыток, так что за известный цикл лет средняя прибыль ока-
зывается здесь приблизительно одинаковой с другими отраслями. И с этим опытом капитал
скоро привыкает считаться.
Но чего конкуренция не обнаруживает, так это того, что стоимость господствует над
движением производства, она не обнаруживает стоимостей, которые скрываются за ценами
производства и в конечном счёте определяют их. Зато конкуренция обнаруживает, напротив:
1) средние прибыли, независимые от органического строения капитала в различных сферах
производства, следовательно, независимые и от массы живого труда, присваиваемого данным
капиталом в данной сфере эксплуатации; 2) повышение и понижение цен производства вслед-
ствие изменения заработной платы – явление, на первый взгляд совершенно противореча-
щее стоимостному отношению товаров; 3) колебания рыночных цен, которые сводят среднюю
рыночную цену товаров за данный период не к рыночной стоимости , а к уклоняющейся от неё,
весьма отличной от неё рыночной цене производства. Кажется , что все эти явления противо-
речат в равной степени и определению стоимости рабочим временем, и природе прибавочной
стоимости, состоящей из неоплаченного прибавочного труда. Таким образом в конкуренции

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 140 всё проявляется в искажённом виде . Тот сложившийся уже вид экономических отношений,
который выступает на поверхности, в их реальном существовании, а следовательно и в тех
представлениях, при помощи которых пытаются уяснить себе эти отношения их носители и
агенты, весьма сильно отличается от их внутреннего, существенного, но скрытого основного
содержания и на деле искажает его и противоречит как ему самому, так и соответствующему
ему понятию.
Далее. Когда капиталистическое производство достигает известной степени развития,
выравнивание различных норм прибыли отдельных сфер производства в общую норму при-
были отнюдь не совершается исключительно путём отталкивания и притяжения капитала
рыночными ценами. После того как на известный период установились средние цены и соот-
ветствующие им рыночные цены, до сознания отдельных капиталистов доходит, что при
таком выравнивании выравниваются определённые различия , которые немедленно учитыва-
ются капиталистами в их взаимных расчётах. В представлении капиталистов эти различия
живут и учитываются ими как основания для компенсации.
Основой такого представления является при этом сама средняя прибыль, т.  е. то, что
капиталы равной величины в равные промежутки времени должны давать равную прибыль. А
это, в свою очередь, основывается на том, что капитал каждой сферы производства должен pro
rata  * своей величине участвовать в присвоении совокупной прибавочной стоимости, выжатой
из рабочих совокупным общественным капиталом; или что каждый отдельный капитал дол-
жен рассматриваться просто как часть совокупного капитала, каждый отдельный капиталист
должен рассматриваться по существу как акционер общего предприятия, который участвует в
общей прибыли pro rata величине своей доли во всём капитале.
На этом представлении основываются затем расчёты капиталистов. Так, например, если
капитал оборачивается сравнительно медленно или потому, что товары дольше остаются в
процессе производства, или потому, что они должны быть проданы на более отдалённых рын-
ках, то прибыль, ускользающая от него вследствие этого, всё-таки начисляется, следовательно,
компенсируется путём надбавки к цене. Точно так же капиталовложения, подвергающиеся
исключительно большим опасностям, например вложения в морской транспорт, тоже полу-
чают компенсацию в виде надбавки к цене. Когда капиталистическое производство, а вместе с
ним и страховое дело достаточно развиваются, опасность становится фактически одинаковой
для всех сфер производства (см. Корбет  ￿Yh] ); предприятия, наиболее подверженные опасно-
сти, платят, однако, более высокие страховые взносы и компенсируют себя за это в цене своих
товаров. На практике всё сводится к тому, что каждое обстоятельство, которое делает данное
вложение капитала более прибыльным, а другое менее прибыльным, – а в известных границах
все вложения считаются одинаково необходимыми, – принимается в расчёт, как раз навсегда
установленное основание для компенсации; причём уже нет надобности в новых и новых дей-
ствиях конкуренции, чтобы оправдать этот мотив или правильность этого расчёта. Капиталист
забывает только, – или, скорее, не видит, так как конкуренция ему этого не показывает, – что
все эти основания для компенсации, выдвигаемые капиталистами друг против друга при вза-
имном расчёте товарных цен в различных отраслях производства, покоятся исключительно на
том, что все капиталисты имеют pro rata их капиталу одинаковое притязание на общую добычу,
на совокупную прибавочную стоимость. Наоборот, так как фактически полученная ими при-
быль отлична от выжатой ими прибавочной стоимости, то им кажется , что их основания для
компенсации не выравнивают их участия в совокупной прибавочной стоимости, а создают
самоё прибыль , так как эта последняя возникает якобы просто из так или иначе мотивирован-
ной надбавки к издержкам производства товаров.
В остальном и к средней прибыли применимо всё то, что в главе VII, стр. 116  ￿Y[] , было
сказано о представлении капиталиста относительно источника прибавочной стоимости. Здесь
постановка вопроса меняется лишь постольку, поскольку при данной рыночной цене товаров и

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 141 данной эксплуатации труда экономия на издержках производства зависит от индивидуального
искусства, внимательности и т. д.
 
ОТДЕЛ ТРЕТИЙ
ЗАКОН ТЕНДЕНЦИИ НОРМЫ ПРИБЫЛИ К ПОНИЖЕНИЮ
 
 
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ЗАКОН КАК ТАКОВОЙ
 
При данной заработной плате и при данной продолжительности рабочего дня перемен-
ный капитал, например в 100, представляет определённое число рабочих, приводимых в дви-
жение; он является показателем этого числа. Пусть, например, 100 ф. ст. составляют зара-
ботную плату 100 рабочих, скажем, за неделю. Если эти 100 рабочих совершают столько же
необходимого труда, сколько прибавочного труда, если, следовательно, они ежедневно рабо-
тают столько же времени на самих себя, т.  е. для воспроизводства своей заработной платы,
сколько на капиталистов, т. е. для производства прибавочной стоимости, то вся произведённая
ими стоимость была бы = 200 ф. ст., а произведённая ими прибавочная стоимость составила бы
100 фунтов стерлингов. Норма прибавочной стоимости  mv была бы = 100 %. Однако эта норма
прибавочной стоимости, как мы видели, выражалась бы в очень различных нормах прибыли
соответственно различной величине постоянного капитала c и вместе с тем всего капитала K,
так как норма прибыли =  mK . При норме прибавочной стоимости 100 %:
Если c = 50,  v = 100, то p' =  100 /150  = 66 2/3%;
« c = 100,  v = 100, то p' =  100 /200  = 50 %;
« c = 200,  v = 100, то p' =  100 /300  = 33 1/3%;
« c = 300,  v = 100, то p' =  100 /400  = 25 %;
« c = 400,  v = 100, то p' =  100 /500  = 20 %.
Таким образом, при неизменяющейся степени эксплуатации труда одна и та же норма
прибавочной стоимости выражалась бы в понижающейся норме прибыли, потому что вместе
с материальным объёмом постоянного капитала возрастает, хотя и не в той же пропорции, и
величина стоимости постоянного, а следовательно и всего, капитала.
Если мы далее предположим, что это постепенное изменение строения капитала проис-
ходит не только в отдельных сферах производства, но более или менее во всех или, по крайней
мере, в решающих сферах производства, так что оно равносильно изменению среднего органи-
ческого строения всего капитала, принадлежащего определённому обществу, то такое посте-
пенное возрастание постоянного капитала по сравнению с переменным необходимо должно
иметь своим результатом постепенное понижение общей нормы прибыли при неизменяющейся
норме прибавочной стоимости, или при неизменяющейся степени эксплуатации труда капи-
талом. Но законом капиталистического способа производства оказалось, что с его развитием
совершается относительное уменьшение переменного капитала по сравнению с постоянным
капиталом и, следовательно, по сравнению со всем приводимым в движение капиталом. Это
означает только то, что одинаковое число рабочих, одинаковое количество рабочей силы, кото-
рым может располагать переменный капитал данной стоимостной величины, вследствие раз-
вития методов производства, свойственных капиталистическому производству, за одинаковое
время приводит в движение, перерабатывает и производительно потребляет постоянно возрас-
тающую массу средств труда, машин и других видов основного капитала, сырья и вспомогатель-
ных материалов, а потому – и постоянный капитал, постоянно возрастающий по своей стои-

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 142 мостной величине. Такое прогрессирующее относительное уменьшение переменного капитала
по сравнению с постоянным, и, следовательно со всем, капиталом тождественно с прогрессиру-
ющим повышением среднего органического строения общественного капитала. Это является
также только иным выражением прогрессирующего развития общественной производитель-
ной силы труда, которое сказывается именно в том, что посредством возрастающего приме-
нения машин и вообще основного капитала при том же числе рабочих в такое же время,
т. е. с меньшим трудом, превращается в продукты большее количество сырья и вспомогатель-
ных материалов. Этому возрастанию стоимостной величины постоянного капитала, – хотя оно
лишь отдалённым образом представляет возрастание действительной массы потребительных
стоимостей, из которых вещественно состоит постоянный капитал,  – соответствует возрас-
тающее удешевление продукта. Каждый индивидуальный продукт, рассматриваемый сам по
себе, содержит меньшую сумму труда, чем на низшей ступени производства, где отношение
капитала, затраченного на труд, к капиталу, затраченному на средства производства, пред-
ставляет несравненно бо́льшую величину. Следовательно, гипотетический ряд, приведённый
нами в начале главы, выражает действительную тенденцию капиталистического производства.
Последнее вместе с прогрессирующим относительным уменьшением переменного капитала по
сравнению с постоянным создаёт всё более высокое органическое строение всего капитала,
непосредственным результатом чего является то, что при неизменяющейся и даже при повы-
шающейся степени эксплуатации труда норма прибавочной стоимости выражается в постоянно
понижающейся общей норме прибыли. (Дальше будет показано  ￿YU] , почему понижение высту-
пает не в этой абсолютной форме, а скорее как тенденция к прогрессивному понижению.) Сле-
довательно, возрастающая тенденция общей нормы прибыли к понижению есть только выра-
жение прогрессирующего развития общественной производительной силы труда, выражение,
свойственное капиталистическому способу производства . Это не значит, что норма прибыли
не может временно понижаться и по другим причинам, но таким образом, исходя из сущно-
сти капиталистического способа производства, доказано, как сама собой разумеющаяся необ-
ходимость, что с развитием капиталистического способа производства общая средняя норма
прибавочной стоимости должна выражаться в понижающейся общей норме прибыли. Так как
масса применяемого живого труда постоянно уменьшается по сравнению с массой приводи-
мого им в движение овеществлённого труда, с массой производительно потребляемых средств
производства, то отношение той части этого живого труда, которая не оплачена и овеществ-
лена в прибавочной стоимости, к стоимостной величине всего вложенного капитала должно
постоянно уменьшаться. Но это отношение массы прибавочной стоимости к стоимости всего
вложенного капитала образует норму прибыли, которая поэтому должна постоянно падать.
Как ни прост кажется этот закон после всего нами изложенного, но всей предшествую-
щей политической экономии не удавалось открыть его, как мы это увидим в одном из последу-
ющих отделов  ￿YV] . Она наблюдала явление и мучилась в противоречивых попытках объяснить
его. Но при том огромном значении, какое имеет этот закон дли капиталистического произ-
водства, можно сказать, что он составляет тайну, над разрешением которой бьётся вся поли-
тическая экономия со времени Адама Смита, и что различие между разными школами после
А. Смита состоит в различии попыток её разрешения. С другой стороны, если принять во вни-
мание, что хотя вся предшествующая политическая экономия и ходила вокруг да около разли-
чия между постоянным и переменным капиталом, но так и не сумела определённо его сфор-
мулировать; что она никогда не представляла прибавочную стоимость отдельно от прибыли, а
прибыль вообще никогда не представляла в чистом виде, в отличие от её различных обособив-
шихся друг от друга составных частей, – как промышленная прибыль, торговая прибыль, про-
цент, земельная рента; – что она никогда не анализировала основательно различия в органиче-
ском строении капитала, а следовательно и образования общей нормы прибыли, – то перестаёт
быть загадочным то обстоятельство, что ей никогда не удавалось разрешить этой загадки.

К.  Г.  Маркс.  «Капитал. Том третий» 143 Мы намеренно даём изложение этого закона раньше, чем показали распадение прибыли
на различные обособившиеся одна от другой категории. Возможность выведения этого закона
независимо от распадения прибыли на различные части, приходящиеся на долю лиц различ-
ных категорий, прямо доказывает независимость закона в его всеобщности от такого распаде-
ния и от взаимных отношений между различными категориями прибыли, возникающими в
результате этого распадения. Прибыль, о которой мы говорим здесь, есть только другое назва-
ние самой прибавочной стоимости, которая представлена лишь в отношении ко всему капи-
талу, а не только к одному переменному капиталу, из которого она возникает. Следовательно,
понижение нормы прибыли выражает убывающее отношение самой прибавочной стоимости
ко всему авансированному капиталу, и потому оно независимо от какого бы то ни было рас-
пределения этой прибавочной стоимости между различными категориями.
Мы видели, что если на одной ступени капиталистического развития, когда строение
капитала c: v = 50: 100, норма прибавочной стоимости в 100 % выражается в норме прибыли
= 66 2/3, то на более высокой ступени, когда c: v = 400: 100, та же самая норма прибавочной
стоимости выражается в норме прибыли лишь 20 %. То, что относится к различным последо-
вательным ступеням развития одной и той же страны, относится и к различию ступеней разви-
тия в одно и то же время, различных стран. В неразвитой стране, где первое строение капитала
является средним, общая норма прибыли была бы = 66 2/3, тогда как в стране со вторым строе-
нием капитала, стоящей на значительно более высокой ступени развития, она была бы = 20 %.
Различие обеих национальных норм прибыли могло бы исчезнуть и даже принять обрат-
ный вид вследствие того, что в менее развитой стране труд был бы менее производителен,
поэтому большее количество труда выражалось бы в меньшем количестве одного и того же
товара, бо́льшая меновая стоимость выражалась бы в меньшей потребительной стоимости, сле-
довательно, рабочий тратил бы бо́льшую часть своего времени на воспроизводство средств
своего собственного существования или их стоимости и меньшую часть на создание прибавоч-
ной стоимости, доставлял бы меньше прибавочного труда, так что норма прибавочной стоимо-
сти была бы