Яхонтов-Древне Китайский язык

Формат документа: pdf
Размер документа: 3.93 Мб





Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.




Теги: Учи китайский с Надеждой Араслановой! ►Группа ВКонтакте: http://vk.com/lovechinese ►Наш сайт : http://bestchinese.ru/videokurs/ ►Твиттер: https://twitter.com/Nadezhdalaoshi
  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.

С.
Е.
ЯХОНТОВ

ДРЕВНЕ-

КИТАЙСКИЙ

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

институт
народов Азии

языки

НАРОДОВ

АЗИИ

и

АФРИКИ

Под
общей

редакцией проф. Г.П.Сердюченко

С. Е.
ЯХОНТОВ

ДРЕВНЕ-

КИТАЙСКИЙ

язык

ИЗДАТЕЛЬСТВО
.«НАУКА»

Главная редакция
восточной
литературы

Москва
1 9 6 5

ОТ
РЕДАКЦИИ

Предлагаемая читателю работа С. Е. Яхонтова «Древне-

китайский
язык»
входит
в серию очерков по языкам народов

Азии и Африки, публикуемую Институтом народов Азии Ака-

демии наук
СССР.

Отдельные очерки посвящены характеристике языковых

групп, как, например: «Языки Индии, Пакистана, Цейлона

и
Непала», «Иранские языки», «Языки Юго-Восточной
Азии»,

«Монгольские языки и диалекты Китая», «Языки Африки»,

«Арабские
диалекты Магриба» и др.

В большей части очерков, как и в- данном, описываются

конкретные языки стран Азии и Африки: арабский, амхарский,

турецкий, монгольский, уйгурский, персидский,
пушту
(аф-

ганский),
фарси-кабули, белуджский, курдский, хинди,
урду,

маратхи, ассамский, ория,
телугу,
тамильский, каннада, мала-

ялам, китайский, чжуанский, тибетский, тайский (сиамский),

бирманский,
вьетнамский, кхмерский, индонезийский, яван-

ский,
мальгашский, тагальский (на Филиппинах), японский,

корейский,
зулу,
суахили, луганда,
хауса,
малинке (мандиго)

и
ряд
других,
а также языки прошлого, сыгравшие большую

культурно-историческую роль в жизни народов Азии и Аф-

рики:
египетский, финикийский, аккадский, санскрит, пали,

авестийский, древнеперсидский, среднеперсидский, древне-

уйгурский, хеттский, древнеяванскйй (кави) и др.

Конечно,
в построении каждого очерка имеются свои осо-

бенности и отступления от общей схемы, объясняемые спе-

цификой
описываемого языка и степенью его изученности.

Очерки, в которых дается описание языковых групп, компо-

зиционно
и по объему материала несколько отличаются от

очерков, посвященных конкретным языкам.

Очерки предназначены для широкого
круга
яаыковедов

и
историков — научных работников и аспирантов, преподава-

телей и
студентов
восточных, филологических и исторических

факультетов высших
учебных
заведений.

Учитывая возможное переиздание и тематическое расши-

рение очерков, редакция обращается к читателям с просьбой

присылать свои пожелания и замечания по
адресу:
Москва,

Армянский пер., 2, издательство "Наука", Главная редакция

восточной литературы, редакция серии «Языки народов Азии

и
Африки».

I.
ВВЕДЕНИЕ

ОБЩИЕ
СВЕДЕНИЯ О ДРЕВНЕКИТАЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Китайский
яаык имеет более чем трехтысячелетнюю исто-

рию. В ней выделяют обычно три периода — древнекитайский,

среднекитайский и современный. Уже в древнекитайский

период, примерно во II в. до н. э., появляются различия

между
письменным, литературным китайским языком и уст-

ной
речью. Письменный язык изменялся сравнительно мед-

ленно;
вплоть до XX в. в Китае употреблялся письменный

язык,
остававшийся в своей основе древнекитайским, так на-

зываемый вэньянь (что дословно и значит 'письменный язык').

В истории живого, устного языка древнекитайский период

кончается, скорее всего, около VI в. н. а,: во-первых, в VI—

VII вв. появляется ряд служебных слов и местоимений, ха-

рактерных для среднекитайского и современного китайского

языка;
во-вторых, в VII в. впервые становится ясно заметен

разрыв
между
литературным и разговорным языком и писатели

сознательно стремятся подражать языку памятников, напи-

санных на несколько столетий раньше.

Авторы, писавшие на вэньяне, брали за образец преиму-

щественно язык произведений V—III вв. до н. э. (конец

эпохи Чжоу и эпоха Цинь) и частично — следующих четы-

рех веков (эпоха Хань). Древнекитайский язык этого вре-

мени—
с V в. до н. э. по II в. н. э.—можно назвать класси-

ческим, язык более ранних памятников — доклассическим.

Язык III—VI вв. н. э.
будем
называть поздним древнеки-

тайским. Он во многом отличается от классического, но все же

стоит ближе к нему, чем к языку следующего, среднекитай-

ского периода. Почти все грамматические явления, свойствен-

ные позднему древнекитайскому, встречаются уже в текстах

эпохи Хань (206 г. до н.
э.—220
г. н. э.), только там они

еще редки. Вэньянь в средневековом Китае также претерпел

значительные изменения — хотя бы уже потому, что вобрал

в себя всю позднейшую политическую, научную и техниче-

скую терминологию.

В этой книге при описании древнекитайской фонетики бу-

дет взят за основу язык
VIII—VII
вв. до н. э., так как ос-

новные источники наших сведений о фонетике древнекитай-

ского языка относятся именно к этому времени. При изложении

грамматики за основу берется язык ранних произведений

классического периода (примерно
450—250
гг. до н. э.); если

какое-нибудь грамматическое явление в разные периоды исто-

рии
древнекитайского языка выглядело по-разному, описыва-

ется то состояние, которое имело место в
450—250
гг. до н. э.;

если же рассказывается о явлениях, специфических для ка-

кой-нибудь
другой
эпохи, это каждый раз специально ого-

варивается.

Древнейшими памятниками китайского языка являются

надписи на костях и черепашьих панцирях, служивших для

гадания (XIII—XI вв. до н. э.)\ а также на бронзовых
сосудах

(наиболее ранние из них также относятся к концу II тыся-

челетия до н. э.). Среди литературных памятников самые

старые — #^ «П1у цзин» («Книга истории») и ЦФМ «Ши цзин»

(«Книга
стихов»).
Первая содержит главным образом речи,

приписываемые царям и героям древности, вторая-—это со-

брание народных и обрядовых песен. Большая часть текстов,

вошедших в состав этих книг, возникла не позже VII—

VI вв. до н. э.

В V—III вв. до н. э. в Китае существовала обширная

литература,
преимущественно историческая и философ-

ская.

Наиболее известными произведениями ее являются:
2&Щ-

«Цзо
чжуань»
(«Комментарии Цзо»), Ц-^-
«Лунь
юй» («Суждения

и
изречения»), ^-? «Мэн-цзы» и ^^
«Чжуан-цзы»
(последние

две книги названы по имени их авторов). «Цзо
чжуань»
счи-

тался комментарием на официальную летопись
государства

Лу, принадлежащим историку Цзо Цю-мину; в действитель-

ности это совершенно самостоятельное историческое произ-

ведение, написанное в IV в. или в конце V в. до н. э. и

лишь значительно позднее превращенное в комментарий

к
Луской летописи.
«Лунь
юй» — это записи разговоров или

отдельных высказываний Конфуция
(551—479
гг. до н. э.).

и
его учеников, частично сделанные еще при жизни Конфу-

ция.
«Мэн-цзы» — книга конфуцианского философа и
госу-

дарственного деятеля Мэн Кэ (около
372—289
гг. до н. э.),

1 См. ЖЖ. +#*(ЙФЯ^11&*Г»Я. - *9§ Ш, 15. X. 1959,

стр.
3. По
традиционной хронологии гадательные надписи датируются

XIV"—XII
вв. до н. э.,
однако ошибочность этой даты
в
настоящее время

твердо доказана. Сводку существующих мнений
по
вопросам хроноло-

гии древнего Китая
см. В кн.: Л. С.
Васильев,Аграрные
отношения и.

община в древнем
Китае,
М., 1961, стр.
221—230.

8

написанная
им самим или его учениками. «Чжуан-цзы» —

важнейший
памятник даосской философской школы; в ка-

честве автора его называют Чжуан Чжоу (около
369—286
гг.

до и. э.), но им написано лишь несколько глав этой книги,

остальная часть была добавлена позднее.
Поэзия
этого вре-

мени
представлена произведениями ЛЗЖ Цюй Юаня (340—

278 гг. до н. э.).

Памятники
китайской литературы до III в. н. э. напи-

саны
на разных диалектах. Некоторые служебные слова встре-

чаются только в определенной группе памятников, или одни

и
те же служебные слова в разных произведениях употреб-

ляются по-разному. По этому признаку можно выделить по

крайней
мере два диалекта. Один представлен текстами кон-

фуцианской
литературы
(«Лунь
юй», «Мэн-цзы»),
другой


памятниками
исторического содержания («Цзо
чжуань»
и
ЩЩ?

«Го юй»). Первый из них, вероятно, представляет собой диа-

лект древнего государства Лу (в современной провинции

Шаньдун),
откуда был родом Конфуций; в каких местах го-

ворили на «историческом» диалекте, пока неизвестно. В III в.

до н. э. диалектные различия
между
отдельными памятни-

ками
почти исчезают. Все тексты этого времени содержат

в
общем одни и те же служебные слова.

После
того как в 221 г. до н. э. одно из государств древ-

него Китая —
Цинь
— завоевало остальные и создало единую

китайскую империю, по приказу первого императора в 213 г.

до н. а. почти вся литература предшествующего периода была

уничтожена. Позднее она была восстановлена по случайно

сохранившимся экземплярам или со слов тех, кто знал от-

дельные произведения наизусть. Естественно, что подлинность

ряда существующих сейчас текстов этой литературы вызывает

сомнения.
Так, например, доказано, что значительная часть

«Шу цзина» (около трети
всех
его глав) является подделкой

III
в. н. э.

Среди обширной литературы эпохи Хань наиболее выда-

ющееся место занимает первая сводная история Китая с древ-

нейших времен—5»!2 «Ши цзи» («Записки историка») Сыма

Цяня
(около
145—87
гг. до н. э.)Г После Хань широкое рас-

пространение получил новый жанр литературы — короткие

рассказы,
главным образом на фантастические и исторические-

темы. Самым известным сборником таких рассказов был

ЙЙФ1В
«Соу
шэнь цзи» («Записки о поисках
духов»)
Гань

Бао,
составленный в первой половине IV в. н. э. Хотя начи-

ная
со II в. до н. э. постепенно появляется разрыв
между

разговорным и литературным языком, многие произведения

эпохи Хань и после Хань (в том числе «Ши цзи» и рассказы)

содержат элементы разговорного языка. Однако ближе всего

к
устной речи была не оригинальная китайская литература

этого времени, а переводы буддийских сутр, во множестве

появлявшиеся
в Китае с конца эпохи Хань.

В дальнейшем древнекитайский язык, вернее, его не-

•скоЛько видоизмененная форма—-вэньянь, продолжает упо-

требляться в философской, исторической, научной литературе,

в
законодательстве, официальной и деловой переписке, а от-

части и в художественной литературе; параллельно суще-

ствует
(начиная с
IX—X
вв.) литература на разговорном

языке,
но жанры, где он господствовал, считались «низкими»,

не
заслуживающими внимания образованного человека. Вэнь-

янь
долгое время служил литературным языком не только

для Китая, но и для ряда соседних стран — Кореи, Японии,

Вьетнама. В Китае он сохранял свои позиции до начала 20-х

годов XX в.

Китайский
язык в древности был распространен на мень-

шем пространстве, чем теперь. В эпоху Чжоу Китай зани-

мал территорию современных провинций Хэбзй, Хэнань,

Щаньдун,
Шаньси, средней части Шэньси, северной части

Аньхуэя
и Цзянсу. Население государств Чу, У и Юэ, рас-

положенных к югу и юго-востоку от этой территории, перво-

начально говорило не на китайском, а на каких-то
других

языках. По размерам армий китайских государств IV—III вв.

до н. э. можно приблизительно подсчитать численность насе-

ления
Китая в это время. Она составляла около 20 млн. че-

ловек (возможно, что в южных
государствах
часть населения

по-прежнему еще говорила не по-китайски).

После
объединения Китая к нему были присоединены об-

ширные
районы на юге и юго-западе. Во многих местах

китайский
язык вытеснил прежние языки местного населения,

подобно тому как латинский вытеснил
другие
языки в За-

падной
Римской империи. Население империи Хань в первых

годах
нашей эры, согласно переписи, составляло около 60 млн.

человек, причем из этого количества менее одной десятой при-

ходилось на недавно завоеванные территории.

В начале IV в. н. э. Северный Китай был завоеван гун-

нами
и другими кочевыми народами. После этого более

250 лет (до конца древнего периода в истории китайского

языка)
Китай был разделен на Северный и Южный. В резуль-

тате
непрерывных войн население страны сильно сократилось

{•в 2—3 раза, если верить переписям). В годы первых вторжений

кочевников
много людей бежало на юг, за р. Янцзы; там

возникли
новые экономические и культурные центры. Тем

временем на севере завоеватели постепенно смешались

с местным населением, приняли китайские обычаи и язык.

Древнекитайский
язык распадался на ряд диалектов. Диа-

лектные различия частично отражались в литературе до III в.

до н. э.; но гораздо более обширный материал по древним

40
. .

диалектам сохранил для нас словарь ^ § «Фан янь» («Местные

слова»), составленный в первых
годах
нашей эры. В этом

словаре при каждом слове указано, в каком районе (на тер-

ритории каких древних
государств)
оно распространено.

По
тому,
какие географические названия постоянно встреча-

ются рядом, при одних и тех же словах, мы видим, в ка-

ких районах говорили на близких диалектах. В «Фан яне»

•чаще всего противопоставляются два больших диалектных

района — «к западу от заставы» и «к востоку от заставы»

•(имеется в виду застава
Ханьгу
— горный проход около за-

падной границы нынешней провинции Хэнань). Первый район

включал в себя современные провинции Шаньси, Щэньси и

Сычуань, второй — остальную часть Северного Китая. «К во-

стоку от заставы» существовало несколько диалектов: на се-

вере собственный диалект имели государства Янь и Дай,

южнее, в современной провинции Шаньдун, — Ци и Лу, в Хэ-

бэе — Чжао и Вэй (§Я)2, в центре (северная часть современ-

ной
Хэнани) — Чжоу, Чжэн и Хань, на юге — Чэнь и Чу;

государство Чу занимало огромную территорию в нынешнем

Хубэе, Хунани, Хэнани и
между
рр.
Хуайхэ
и Янцзыцзян.

Неясно
положение маленьких государств Сун и Вэй
({§}):

названия
их постоянно упоминаются в «Фан яне» рядом, но

•с
другой
стороны Сун имеет много общих слов с государ-

ствами Лу, Чэнь и Лян. Отдельно фигурируют в «Фан яне»

диалекты некоторых периферийных районов — государств У

и
Юэ (на морском
берегу
южнее устья р. Янцзыцзян), а также

областей «к югу от Чу» и «к востоку от Ци».

Некоторые сведения о фонетических особенностях китай-

ских диалектов в эпоху Хань и позднее можно почерпнуть

из
наблюдений над рифмами поэтических произведений, на-

яиеанных в разных -аастях Китая, и из отдельных замечаний

китайских филологов того времени.

МЕСТО КИТАЙСКОГО ЯЗЫКА СРЕДИ ЯЗЫКОВ МИРА

В китайском языке грамматические отношения
между
сло-

вами в предложении выражаются порядком их расположе-

ния,
а также специальными
-
служебными словами, например

предлогами, но не изменением формы слов. В древнекитай-

ском
отсутствуют
какие-либо формы склонения и спряжения.

Только некоторые местоимения
существуют^
нем в
двух-

трех
фонетических вариантах, каждому из которых свой-

2 В древнем Китае было два государства Вэй (в то время их на-

звания
звучали неодинаково); то Вай, которое имеется в виду здесь,

известно также как Лян (по названию его столицы, нынешнего Кай-

фэна).

•-'•••• .11

ственны свои особые синтаксические функции (как английским

формам
вроде / — те или французским /е — те — тог, но

в
китайском правила употребления их гораздо менее строги).

Древнекитайский
не знает агглютинативных словоизменитель-

ных аффиксов, вроде тех, которые в современном китайском

языке
образуют видо-временные формы глагола; время и

залог глагола в древнекитайском тоже выражаются
елужеб-

ными
словами. Только в области словообразования мы в нем

находим довольно много элементов флексии (а также, может

быть, агглютинации).

Языки,
в которых грамматические отношения
между
сло-

вами выражаются с помощью порядка слов или служебных

слов, в типологической классификации называют либо изо-

лирующими, либо аналитическими (этим
двум
терминам —

«изолирующие» и «аналитические» —
дают
совершенно одина-

ковое определение3, но первый употребляется только по отно-

шению
к языкам Азии и Африки, второй —• преимущественно

к
европейским языкам). Итак, китайский язык является ана-

литическим или» что то же самое, изолирующим. К этому же

языковому типу принадлежат многие
другие
языки Дальнего

Востока, как, например, тибетский, таи (сиамский), вьетнам-

ский>
кхмерский, затем некоторые языки Африки (языки

гвинейской
группы в Западном Судане, например, эве, йоруба,

ибо) и, наконец, отдельные языки Европы — английский,

французский,
скандинавские. Среди них аналитическим язы-

кам
Европы и классическому тибетскому частично свойственна

также флексия и агглютинация. Отдельные элементы флексии

и
агглютинации можно найти и в
других
аналитических (изо-

лирующих) языках.

Важной отличительной особенностью древнекитайского

языка
является его слоговой характер; все корни этого языка

односложны. Односложность свойственна также всем анали-

тическим языкам Дальнего Востока и гвинейским языкам.

Другая особенность древнекитайского —наличие музыкальных

тонов;
среди слоговых языков "тоны есть также в таи, вьет-

намском,
современном тибетском и гвинейском языках, но они

'отсутствуют
в кхмерском и классическом тибетском. В от-

личие от современного китайского языка (а также таи и вьет-

намского),
корень в древнекитайском не был совершенно не-

изменяемым
— возможны были чередования звуков внутри

корня,
т. е. внутренняя флексия.

Языки
Дальнего Востока, близкие по строю к китайскому,,

в
генеалогической классификации образуют четыре основ-

ные
семьи: тибето-бирманскую, тайскую, мяо-яо и мон-кхмер-

3 См., например, П. С. Кузнецов,
Морфологическая
классифика-

ция
языков,
Изд-во МГУ, 1954, стр.
13—14,
16 и 20.

12

Однако для некоторых языков, в том числе и для китайского,

место их в этой классификации остается спорным. Неясно

также, родственны ли
между
собой отдельные семьи.

В настоящее время
существуют
две основные точки эре-"

ния
на эти спорные вопросы. Согласно первой из них, все

языки,
о которых выше шла речь, делятся прежде всего на

две основные группы: имеющие музыкальные тоны и не име-

ющие их. Во
вторую
группу попадают только языки мон-

кхмер, которые объединяют с малайско-Полинезийскими; все

остальные, имеющие тоны, включают в одну китайско-ти-

бетскую (или сино-тибетскую) семью. В этой последней разли-

чают обычно две ветви — тибето-бирманскую и китайско-тай-

скую; основой этого деления служит порядок слов в пред-

ложении: в китайско-тайских языках дополнение стоит после

глагола, в тибето-бирманских — перед ним. Между отдельными

группами внутри китайско-тайской ветви (китайский язык,

тайские, мяо-яо) граница проводится также по синтаксиче-

ским
признакам. Эту классификацию защищал А. Масперо4;

в настоящее время она является наиболее распространенной

в
КНР5.

Другое
решение вопроса о родственных связях
между

языками
Дальнего Востока было предложено П. Бенедиктом®.

П.
Бенедикт показывает родство тайских языков с малайско-

полинезийскими,
сближая далее с этими семьями языки

мон-кхмер и мяо-яо; китайский язык оказывается при этом

родственным только тибето-бирманским языкам. Сходных

взглядов придерживаются многие лингвисты в Европе и Аме-

рике7.

В основе первой из этих классификаций лежат особенности

•строя языков — наличие тонов, порядок слов в предложении.

Однако структурные признаки не
могут
служить основанием

для отнесения языка к той или иной семье8; они учитываются

только в типологической, но не в генеалогической классифи-

кации.
Известно, что гвинейские языки обладают музыкаль-

ными
тонами и порядок слов в них такой же, как и в ки-

тайском языке, но это не доказывает, что они родственны

китайскому.

* Н. Мазрёго, Ьев
1ап§иез,
— в кн.: <Шп
етр!ге
ео1оша!
{гапсагз,

НпйосЪте», УО1. I, Рапя, 1929.

5 См., например, 1#, ШИ^И- ±Ш, 4Ш> 1957 4р, Ш 25-

31 Н-

6 Р. К. Вепе<Ис1, Ткаг,
КаАаг
'апд,
1пйопе81ап:
а
7Уеи>
АИ§птеп(
1п

8оШкеазгегп
Аг1а,—«Атепсап
Ап1горо1о§1зЬ»,
УО1. 44," 1942, № 4.

7 См., например, Г. Глисон,
Введение
в
дескриптивную
лингвистику,

М., 1959, стр.
469-470.

8 См., например, А. Мейе,
Сравнительный
метод
в
историческом

языкознании,
М., 1954, стр.
26—28.

- 13

Родство языков может быть доказано только на основа-

нии
материальных совпадений
между
языками, т. е. случаев,

когда морфемы с одним и тем же значением в разных языках

связаны
между
собой регулярными фонетическими соответстви-

ями9.
При изучении флективных языков обычно главное вни-

мание
обращается на служебные морфемы — суффиксы и

окончания;
но для аналитических языков приходится до-

вольствоваться сопоставлением слов (или корней). Правда,

слова
могут
заимствоваться из одного языка в другой. Но есть

некоторые области лексики, где заимствования почти невоз-

можны,
например: местоимения, названия частей тела, род-

ственных отношений, важнейших явлений природы, некото-

рые наиболее употребительные глаголы и прилагательные и

т. п. С
другой
стороны, слова, связанные с культурой или

хозяйством, заимствуются сравнительно легко. Поэтому соот-

ветствия в лексике являются доказательством родства языков

только в том случае, если они относятся преимущественно

к
ее «незаимствуемым» областям.

Среди аналитических языков Азии больше всего слов

общих с китайским можно найти во вьетнамском языке (ко-

торый, как это сейчас уже можно считать доказанным, род-

ствен мон-кхмерской семье языков). Однако эти слова яв-

ляются сравнительно недавними- заимствованиями из китай-

ского.

Иной
характер имеют связи китайского с тибето-бирман-

ской
семьей. Тибето-бирманские языки сильно различаются

между
собой (вероятно, не меньше, чем языки индоевропей-

ской
семьи), но есть некоторое количество слов или корней,

которые свойственны если не всем этим языкам, то по край-

ней
мере большинству из них. Очень многим из этих общих

тибето-бирманских элементов можно найти соответствия и

в
древнекитайском языке. Например 10:

9 См.,
например,
В.
Георгиев,
Исследования
по
сравнительно-исто-

рическому
языкознанию,
М., 1958, стр. 176—177.


Примеры
из
языка сани приводятся
по кн.: ЩЩ-$^,
ШЛЁЯЦЕ

ояЩ$ь>
_ЬШ>
1951 ^-
Тангутские примеры заимствованы
у Н. А. Нев-

ского («Тангутская филология»,
М.,
1960). Фонетика тангутского языка

плохо исследована, поэтому здесь приведено просто чтение китайских

иероглифов, которыми соответствующие тангутские слова транскриби-

руются
в
тангутско-китайском словаре^ «Чжан чжун
чжу»
(начальный

согласный
в
некоторых случаях исправлен
в
соответствии
с
тибетской

транскрипцией
тех же
слов).
Для
языков бирманского
и
сани
в
ряде

случаев указаны
не
законченные слова,
а
корни, которые употреб-

ляются
в
речи только
в
сочетании
с
префиксом (образующим само-

стоятельный слог)
или в
составе сложных слов. Тибетские
и
бирман-

ские слова приводятся
в
транслитерации. Тон обозначен римскими
или

арабскими цифрами; первый
тон и тон
слогов, кончающихся шумным

согласным,
не
обозначаются.

14
, : . •

Значение

солнце

огонь

вода

собака

рыба

глаз

ухо -

хвост

имя

умереть

близко

горький

три

пять

я

не
Древне-

китайский

(3
щек


8-таг11

7}С 5-й шг"

^ ккГгэп11

& п§ш

Ц тШк

Ж
п1эп

^
т1еп§

Ж
фг11

Ш
пШг11

^
кка11

=
вит
Тибетский

пуг

те
г

ски

кку1

пуа

ту1§ \

г-па

— • • .

тт§

з1
(мертвый)

пуе

кка

§-зит

1-п§а

п§а

^ тш (нет) та
Бир-

ман-

ский

пе

та3

ге

ккже3

п§а3

туак

па5

тг1ъ

тай

хе

п1ъ

кка3

8ШП?

п§а3

ща

та
Сани

(группа
И)

пъ
(день)

то*

2»з

гзкг^

п§а

пе2

па

та -

та?

32ю3

па?



ща

щаъ

та*
Тангут-

ский

пе, пэ

(день)

тэ



кЩэ

пйг

тиа1

пй

те

те2

81

пе2



50

щи

ща

те, тэ-

В большинстве слов этого списка (как и в
других
сло-

вах, общих для китайского и тибето-бирманских) мы нахо-

дим одинаковые или очень близкие начальные согласные

и
гласные, иногда и
другие
звуки. Там же, где эти звуки

в
разных языках различны, соответствия
между
ними носят

регулярный характер, т. е. встречаются в целой группе

слов. Например, можно привести ряд слов, в которых ки-

тайским
начальным й-, йк1- соответствует в тибетском Л или

шипящие
(восходящие к д,у-,
гку-),
а в бирманеком и многих

других
языках — /, иногда г.

Значение

ЛИСТ

вода

четыре

камень

язык

лизать
Древне-

китайский

Л й1ар

2}С 8-й1иги

Щ
8-ШЭ-8

^3 йкгак

§• йк1а'1

Ж
аЪге11
Тибетский

'-йоЬ

ски'

Ъ-21

г-йо

.,
1-]а&-8

1-(1а&
Бирманский

поак

ге

1е3

— (сани 1иг, цзинпо

п-Ыщ)

Муа

1уак

Семантически слова, общие для тибето-бирманских языков

и
китайского, почти все относятся к числу «незаимствуемых».

Все это доказывает, что тибето-бирманские языки и ки-

тайский
следует
рассматривать как члены одной китайско-

тибетской семьи языков.

15

В тайских языках можно найти довольно много слои,

общих с китайским. Но слова эти в большинстве случаен

связаны
с культурой, поэтому могли быть заимствованы из

одного языка в другой. Правда, в языках китайском и тай-

скйх совпадают также числительные, а общность числиголь-

ных обычно считается важным доказательством родетиа яаы-

ков.
Но как раз на Дальнем Востоке можно найти примеры

заимствования числительных (например, китайские числи-

тельные в японском или вьетнамском языках). Кроме того,

по-видимому, не все тайские языки имеют одни и те же чи-

слительные: в языке ли на о. Хайнань числительные отли-

чаются от китайских или сиамских. Поэтому не доказано,

что названия чисел, близкие к китайским, являются искон-

ными
в тайской семье.

Слова, совпадающие в китайском и тайских языках, имеют|

во
всех
этих языках очень близкую, часто почти одинаковую^

фонетическую форму. Однако любопытно, что в ряде случаев

тайское звучание слов приближается не к древнекитайскому"

произношению,
а к среднекитайскому (или по крайней мере,

к
произношению древнекитайского языка позднего периода)."

Например,
слово =5 'три' в эпоху Чжоу звучало как зит,'

но
в среднекитайском оно стало произноситься ват (это его

звучание появилось значительно раньше VII в., но неясно,

когда именно). Между тем в тайских языках мы находим

именно
эту более позднюю форму — ват. Каждому китайскому

тону в-тайских языках есть регулярное соответствие; в том

числе есть постоянное соответствие падающему тону, хотя

этот тон появился в китайском языке только около III в.

до н. э. В языке таи (сиамском) есть служебные слова /аи'2

(показатель законченности действия) и киа1 (служит для

выражения сравнения), которые соответствуют среднекитай-

ским
у Ней,11 и Л киа111, однако первое из этих китайских

слов получило служебное значение только в среднекитай-

ский
период, а второе имеет те же функции, что и в языке

таи,
лишь в некоторых южнокитайских диалектах.

Короче
говоря, связи китайского языка с тайскими
уста-

новились
сравнительно поздно и не являются результатом

их общего происхождения. Родства
между
этими языками нет.

Что касается языков мяо и яо, то решить вопрос об их

родстве с китайским пока трудно иа-за того, что сама семья

мяо-яо
еще недостаточно изучеип. Замечу только, что евйи

для доказательства родства наыкон мяо-яо с мон-кхмерскИМИ

обычно указывают на общие для обеих семей лекснчвеиии

элементы, то сторонники
п
ключ опия мяо-яо в китайожитн

бетскую семью ссылаются на
сходство
грамматического отрои

и
фонетики, которое в действительности не может

доказательством родства. • . •

• •• "» ;> '

16
•••

Таким образом, китайский язык и тибето-бирманские

составляют одну семью языков — китайско-тибетскую. В эту

семью
входит,
помимо китайского, тибетского и бирманского,

также ряд менее известных,, по большей части бесписьмен-

ных (или лишь совсем недавно получивших письменность)

языков.
Некоторые из них близко родственны тибетскому

или бирманскому,
другие
образуют отдельные группы, как,

например,
группа и в Китае и Бирме, каренские языки

в Южной Бирме, группа бодо-нага в
Ассаме
и другие.

К
группе языков и, возможно, относится и мертвый тан-

гутский — язык государства Си-ся, существовавшего в XI—

XIII вв. н. э. в районе нынешней китайской провинции

Ганьсу. Сравнительное изучение языков китайско-тибетской

семьи еще только начинается.

ИСТОРИЯ
ИЗУЧЕНИЯ
ДРЕВНЕКИТАЙСКОГО
ЯЗЫКА

к

% Изучение китайского языка в Китае возникло на основе

комментирования памятников древней литературы, в особен-

ности доклассической, которая уже в конце эпохи Чжоу не

'была вполне понятной. Первый китайский словарь Щ!$к «Эр я»

(III
в. до н. э.) представлял собой собрание толкований

отдельных слов, расположенных по смысловым, группам.

Из
двух
наиболее известных словарей эпохи Хань один —

^"|§
«Фан янь» («Местные
слова»)
Ян Сюна (53 г. до н. э. —

18 г. н. э.)—был словарем диалектизмов;
другой

ШЗС

«Шо вэнь» Сюй
Шэня,
составленный в 100 г. н.
э.,':—

объяснял не столько значения слов, сколько
структуру
и

этимологию иероглифов. Начиная с III в. н. э. в Китае

появляются словари рифм, в которых слова сгруппированы

по
фонетическому принципу, но наиболее ранние из них

(III—VI вв.) до нас не дошли.

С
этого времени главным направлением в китайском языко-

знании
становится фонетика. Одновременно продолжается

комментирование текстов и составление словарей. Словари

были рассчитаны преимущественно на древнекитайский язык

или вэньянь, а не на разговорный язык. Последним большим

словарем этого типа, которым нередко пользуются и сейчас,

был «Канси цзыдянь» [4, 171 б]11.

В
XVII—XVIII
вв. в китайском языкознании появляются

некоторые новые направления. Во-первых, к этому времени

относятся первые грамматические работы — словари так назы-

паемых
«пустых
слов»
(к числу которых относили служебные

11 В квадратных скобках указывается порядковый номер в списке

•'шжфатурьГТсТр1. Ч'1*И»412^
прш
де это необходимо, год написания или

ип||)Дго_^эд&11лцС>Ц
Ь К а А! -



17

Однако после того как вэньянь в 20-х
годах
вышел-из прак-

тического употребления, интерес к древнекитайскому языку

уменьшается. Важнейшие работы по древнекитайской грам-

матике,
изданные в это время (не только в Китае, но и

в
Европе), по форме приближаются к традиционным китай-

ским
словарям служебных слов.

В 1915 г. в Китае вышли два важных словаря—«Боль-

шой
китайский словарь»
(«Чжунхуа
да цзыдянь») [5] и

«Источник
слов»
(«Цы юань») [3]. Первый содержит объясне-

ния
одиночных иероглифов; второй — это словарь-энцикло-

педия,
где, в частности, мбжно найти описание реалий древ-

него Китая. В 1936 г. был составлен еще один словарь

энциклопедического
типа — «Море
слов»
(Цы
хай»)
[2]. Эти три

словаря были, кажется, последними, специально рассчитан-

ными
на древнекитайский язык или вэньянь. Пере-

водные словари, ориентирующиеся на вэньянь, вообще

редки;
видное место среди них занимает китайско-русский

словарь Палладия (П. И. Кафарова), изданный после смерти

автора П. С. Поповым [1]. В настоящее время при со-

ставлении словарей берется за основу современный язык,

но
многие из них содержат и древнюю лексику, так что

в
общем пригодны для перевода любых китайских текстов.

После
первой мировой войны начало быстро развиваться

изучение исторической фонетики китайского языка. Наиболь-

ший
вклад в эту область китаеведения внес шведский уче-

ный
Б. Карлгрен. Сначала он реконструировал произноше-

ние
китайского языка
500—600
гг. н. э., потом постепенно

перешел к фонетике I тысячелетия до н. э. В работе по

восстановлению китайской фонетики различных эпох приняли

участие многие европейские и китайские ученые, в том числе

в
СССР
— А. А. Драгунов. Результаты своих исследований

Б.
Карлгрен в 1940 г. обобщил в виде своеобразного сло-

варя—
«Китайские письмена» [21, 1940], в котором для каж-

дого слова дается его древнее произношение (для обеих

исследованных эпох), а также указываются тексты (до дина-

стии
Цинь),
в которых это слово встречается. Несколько

позже в Китае Дун Тун-хэ опубликовал собственные рекон-

струкции древнекитайской фонетики [20, 1944]. Основную

часть его работы составляют таблицы, в которых слова рас-

положены по фонетическому принципу в соответствии с их

древним произношением. Новые системы реконструкции

предложили затем Ван Ли [23] и совсем недавно Э. Дж. Пул-

либлэнк
[22]. Над отдельными вопросами древнекитайской

фонетики
работают сейчас У. Саймон, А. Г. Одрикур, Чжоу

Цзу-мо и
другие
ученые; П. Серрейс в своих работах по

древнекитайской диалектологии также постоянно обращается

к
фонетике.

• •-• • - • /•• " - 2* • 19

Важной заслугой Б, Карлгрена является то, что он пер-

вый в китаеведении применил лингвистические методы для

критики
текста16. Его исследовательские приемы были раз-

виты Ян Бо-цзюнем, применившим их для датировки текста

«Ле-цзы»
[24].

В 40-х
годах
в Китае вышло несколько больших теоре-

тических
трудов
по грамматике. В одних из них рассматри-

вается современный язык, в
других
описываются парал-

лельно . факты современного и древнего языка. Из этих

последних наибольшее значение имеет книга Люй Шу-сяна17,

переведенная на русский язык. После образования

КНР
был издан ряд грамматик древнекитайского языка,

главным образом практического назначения. Непосред-

ственное отношение к изучению древнекитайского имеют

также исследования по истории китайского языка, в пер-

вую очередь «Очерк истории китайского языка» Ван

Ли [23], — первая работа этого рода, охватывающая все

основные аспекты языка — фонетику, грамматику и лексику.

Очень интересна также монография Гуань Се-чу, посвящен-

ная
грамматике древнейших китайских текстов — надписей

на
гадательных костях18.

. В Европе Ж. Мюлли, опубликовавший в
1946—1949
гг.

трехтомную грамматику древнекитайского языка [15],
следует

традиции Г. Габеленца. К совершенно иному направлению

принадлежит канадский ученый Добсон; он применяет к древне-

китайскому методы и термины дескриптивной лингвистики.

Книги
Добсона [13, 14] интересны еще и тем, что он едва

ли не первый ставит своей целью описать не древнекитай-

ский
язык вообще, а язык определенной эпохи или опреде-

ленной
группы текстов, имеющих более или менее однород-

ную грамматику.

Советские языковеды всегда уделяли главное внимание

современному китайскому языку. Материалы древнекитай-

ского привлекались обычно только для сравнения с совре-

менным состоянием или для объяснения тех или иных фак-

тов современного языка. Однако в самое последнее время

16 В. Каг1^гео, Оп 1ке Аи(кепНсИу апЛ N0,1^6 о/ Тво-скаап, —

«СоШюгдз Нбдвко1аз АгззкгНЬ,
XXXII,
1926, рр.
3—65;
Тке АЫкеп-

НсНу о/
Апмепг
СЫпеве
Тех1$, — «ТЬе ВиИеМп о{ №е Мизеит о! Раг

ЕазЬегп АпМдиШез», № 1, 8ЪоскЪо1т, 1929, рр.
165—183;
Ехсигзгопв

1п
СЫпезе
Огаттаг,
— «ТЬе
Ви11е1ш
оГ Иге Мизеит о! Раг Еаз1егп

АпидиШез», .№ 23, 1951, рр.
107—133;
./Уеш
Ехсигвгопя
Ы
Сктезе

Огаттаг,
— «ТЬе ВиПеИп о! №е Мизеит о{ Каг ЕазЪегп Ап^^иШез»,

№ 24, 1952, рр.
51—80.

17 в&ЙВ>
ФЩЗСШШШ,
1941-1944
#,
&$Х&,
1956 #. Рус-

ский
перевод — [8].

»*шшт,
ш&яъ1№шшт%,
АШ,
1953 #.

20

было опубликовано несколько статей, специально посвящен-

ных древнекитайскому языку19.

ПИСЬМЕННОСТЬ

Китайский
язык пользуется идеографической письмен-

ностью; знаки китайской письменности называют иерогли-

фами.
В идеографической письменности, в отличие от фоне-

тической, каждый знак соответствует не звуковой единице —

звуку или слогу, а значимой — слову или морфеме. Слово

(или
морфема) записывается как единое целое, а не чле-

нится
на составляющие его звуки. Разные слова пишутся

по-разному, даже если звучат одинаково.

Из
этого
следует,
между прочим, что одно и то же слово

на
всем протяжении истории китайского языка пишется

одинаково, как бы ни менялось его произношение. Китай-

ская
письменность не дает нам никаких прямых свидетельств

фонетических изменений, происходящих в языке, или све-

дений о фонетических различиях между китайскими диалек-

тами. Слово «черный»
2500
лет назад звучало как з-тэк,

сейчас — как хег1, но пишется оно все тем же иероглифом Щ.

Слово
«учиться»
в Пекине читается как Шйг, в Кантоне
•—

как
кок®, но пишется одинаково Щ. И обратно: текст, запи-

санный
иероглифами, может быть прочитан
вслух
на любом

из
современных китайских диалектов, а также по-японски,

по-корейски,
по-вьетнамски — на любом языке, пользующемся

китайской письменностью. Древние китайские тексты сейчас

никто
не читает с древним произношением (оно йам даже

не вполне известно). Каждый китаец читает эти тексты на

своем родном диалекте, т. е. произнося слова так, как они

звучат в его диалекте в настоящее время, или же пользу-

ется общепринятым пекинским произношением.

В этой книге древнее произношение приводится только

в разделах, специально посвященных фонетике; в осталь-

ных же случаях при древнекитайских примерах указано

пекинское
чтение в обычной русской транскрипции.

19 И. С. Гуревич,
Личные
местоимения
в китайском
языке

П1—^ вв.,— «Краткие сообщения Института народов Азии», № 68,

1964, стр. 90—98; Т. Н. Никитина,
Способы
образования
сложных

предложений
в
древнекитайском,
языке,
-г-
«Ученые
записки
ЛГУ»,

№ 256, 1958, стр.
163—177;
Т. Н. Никитина,
Служебное
слово
цаэ

в
древнекитайском
языке,
— «Вопросы филологии и истории стран

советского и зарубежного Востока», М., 1961, стр.
19—29;
а также

наши
статьи:
Части
речи
в
древнекитайском
языке,
— «Вестник
ЛГУ»,

1960, № 14, стр.
113—124;
Фонетика
китайского
языка
1
тысячеле-

тия до н. э., — «Проблемы востоковедения», 1959, № 2, стр.
137—147;

1960, № 6, стр.
102—115;
Сочетания
согласных
в
древнекитайском
языке,—

«Труды
XXV Международного конгресса востоковедов», т. V, М., 1963,

стр. 89—95.

21

Фонетически
каждый иероглиф соответствует
слогу.
Мор-

фологически неразложимые двухсложные слова, которых,

впрочем, в древнекитайском языке немного, пишутся двумя

иероглифами.

Первая
классификация китайских письменных знаков,

впервые подробно изложенная в словаре «Шо вэнь», до сих

пор
остается самой распространенной.

По
этой классификации все знаки делятся прежде всего

на
простые (Зс
вэнъ1)
и сложные (^ цзы^). Сложные знаки

состоят из
двух
или нескольких простых; но они имеют

значение
только взятые целиком, сложный иероглиф нельзя

прочесть по составным частям так, как по-русски мы читаем

слово по буквам.

Простых знаков
существует
несколько сотен. Они делятся

на
изобразительные и указательные. Первые представляют

собой упрощенные рисунки обозначаемых предметов: ^с му*

'дерево', Ц|
шанъ1
'гора', В
дата4
'солнце', Щ маъ 'лошадь',

•%
цюанъ3
'собака', Ц
няо3
'птица', § му* 'глаз', ^ эр3
'ухо',

Щ^
шоу9
'рука', у\ дао1 'нож', РЗ
мэнъ1
'дверь'. Конечно, внеш-

ний
вид их сейчас уже сильно изменился, и они почти сов-

сем потеряли
сходство
с теми предметами, которые они

должны обозначать. Указательные иероглифы — это символи-

ческие значки, как, например: —- и1 'один', ^ эр4 'два', =3

есть1
'три' или _^ шан^ 'наверху' и "р ся4 'внизу'.

Сложные знаки тоже делятся на две категории. Первая —

это
идеограммы (в узком смысле слова; в широком смысле

идеограммой называют любой китайский иероглиф). Эти знаки

представляют собой сочетания
двух
или более простых зна-

ков,
по смыслу в той или иной степени связанных со зна-

чением знака в целом. Например, идеограмма Щ
нанъ1
'муж-

чина'
состоит из простых иероглифов Щ
тянъ2
'поле' и 3] ли*

'сила'; Р^ дбэй4 'лаять'.— из Р коу% 'рот' и -%
цюанъ3
'собака';

^ цзо^ 'сидеть' — из Д
жэнъ2
'человек', повторенного дважды,

и
^ ту3 'земля'. Надо сказать, что объяснения струк-

туры
идеограмм часто бывают довольно натянутыми. Во вся-

ком
случае, догадаться о точном значении иероглифа по его

составным частям невозможно.

Вторая категория сложных знаков, самая многочисленная,

это
так называемые фонетические иероглифы, или фонограммы.

Иероглифы
этой категории состоят из
двух
частей, из кото-

рых одна (фонетический знак или фонетическая часть) ука-

зывает на приблизительное чтение иероглифа в целом, а дру-

гая (ключ) — на смысловую категорию, к которой относится

значение
слова, обозначаемого иероглифом. Например, иерог-

лиф
ЦН
вэнъ2
'услышать' состоит из РЗ
мэнъ2
'дверь' и ^р эр3

'ухо'.
РЭ
мэнъ%
'дверь' — фонетический знак: он указывает,

что иероглиф Щ читается приблизительно как
мэнь^;
3$. эр*

22

'ухо' — ключ: значение иероглифа |Щ имеет какое-то отноше-

ние
к уху. Другой пример: ^
бай3
'кипарис' состоит из ключа

?(с му^ 'дерево' и фонетического знака ^
бай2
'белый'. Фоне-

тический знак сам может представлять собой сложный иеро-

глиф.
Например, в иероглифе $|] ху2 'озеро' нетрудно выде-

лить ключ $ (сокращение иероглифа ^К
шуй3
'вода') и фо-

нетический знак {•$ ху2 'подгрудок быка', который в свою

очередь содержит ключ ^ (сокращение иероглифа $1 жоу^

'мясо') и фонетический знак -^ гу3 'древний'; но и этот по-

следний тоже является сложным знаком (идеограммой).

Фонетические иероглифы занимают особое место в китай-

ской
письменности, так как их состав отражает не только

значение, но и звучание слова. Тем не менее было бы не-

правильно рассматривать их как подобие фонетической,

буквенной письменности. В них по-прежнему нет деления

слова на чисто фонетические, не имеющие значения единицы.

Употребление -одного иероглифа как фонетического знака

в составе
другого
означает лишь, что звучание одного слова

целиком сравнивается со звучанием
другого.

В классификации, приводимой Сюй
Шэнем,
различаются

еще две категории иероглифов — иероглифы заимствованные

и
«взаимно поясняющие». Заимствованным считается иеро-

глиф,
употребляющийся не в своем первоначальном значении,

а для записи омонимичного или близкого по звучанию слова.

Например,
местоимение 3-го лица 'его' обозначается иерог-

лифом ^ ци2. Этот знак представляет собой изображение

корзины
и первоначально действительно служил для записи

слова цзи1 'корзина для веяния зерна', но позже был «заим-

ствован» для близкого по звучанию слова 'его'. Таким же

образом для местоимения жуъ 'ты'
«заимствуется»
иероглиф

$С жуэ (название реки в нынешней провинции Хзнань).

Сущность
другой
категории не совсем ясна. В древности,

по-видимому, «взаимно поясняющими» называли иероглифы,

имеющие один и тот же ключ и одинаковое значение. Так

или иначе, обе эти категории связаны не со структурой

иероглифов, а с их употреблением или отношением
друг

к
другу.
Каждый иероглиф, входящий в одну из них, одно-

временно принадлежит к одной из первых четырех кате-

горий.

Из
всех
категорий иероглифов фонетическая — самая мо-

лодая. В надписях на костях и на бронзе фонетических

иероглифов очень мало; зато в них широко распространено

заимствование иероглифов, употребление одного знака для

нескольких сходно звучавших слов. Но иероглифы литера-

турных памятников эпохи Чжоу по
структуре
мало от-

личаются от тех; которые употребляются в настоящее

время.

23

Создание фонетических иероглифов шло несколькими

разными путями. Чаще всего они образовывались путем

присоединения ключа к заимствованному знаку. Например,

служебное слово (связка) доклассического языка вэй* в над-

писях на костях и на бронзе писалось иероглифом Щ
чжуй1

'птица'; позднее для него появился специальный иероглиф Щ

вэй2. Нередко ключом отмечалось не заимствованное, а ста-

рое, первоначальное значение иероглифа. Например, знак ж:

юнъ% сначала значил 'облако' и был изображением облака;

затем им стали записывать
другое
слово с тем же звучанием —

юнъг
'сказать', а для слова 'облако' присоединили к нему

ключ |^ юй3 'дождь' — :Ц. В составе этого нового иероглифа

знак
э5
тот2
(исторически рисунок облака) воспринимается

как
его фонетический знак. Наконец, в ряде случаев ключ

присоединялся, чтобы выделить одно из значений слова или

одно из
двух
родственных слов, которые прежде записы-

вались одним иероглифом. Например, слово 3*
цюй*
'же-

ниться'
пишется иероглифом, состоящим из У(л
цюй3
'взять',


которому присоединен ключ -к^
нюй3
'женщина'. Слово ^

цюй*
родственно слову ^
цюй3,
но имеет более узкое зна-

чение, на что и указывает ключ. Такие иероглифы, как Щ

юнь2
'облако' и ^
цюй*
'жениться', кажутся принадлежащими

одновременно и к фонетической, и к идеографической кате-

гориям: в них обе части связаны с их значением, но одна,

кроме того, указывает и на чтение.

Общее число фонетических иероглифов сейчас во много

раз превышает число иероглифов любой
другой
категории.

Но
в тексте они составляют меньше половины, потому что

наиболее распространенные слова пишутся, как правило,

простыми знаками.

Внешняя
форма китайских иероглифов в III в. до н. э.

и
позднее претерпела сильные изменения, вызванные глав-

ным
образом изменением техники письма. В I в. н. э. впер-

вые появился тот стиль письма, который сохранился до на-

стоящего времени
(«кайшу»
— образцовое или уставное

письмо).
Он отличается от существовавших ранее, в част-

ности,
тем, что все знаки в нем строятся из небольшого

числа одних и тех же основных графических элементов (го-

ризонтальная черта, вертикальная черта, крюк, точка и т. д.).

Они
окончательно потеряли всякое
сходство
с рисунками,

от которых произошли.

24

II.
ФОНЕТИКА

ОБЩИЕ
ОСОБЕННОСТИ
ФОНЕТИКИ

ДРЕВНЕКИТАЙСКОГО
ЯЗЫКА

Древнекитайский
язык принадлежал к числу слоговых

языков,
т. е. таких, в которых фонетические границы
между

слогами
служат
одновременно границами
между
значимыми

элементами — словами или частями слов. За очень немногими

исключениями,
слова древнекитайского языка были одно-

сложными или представляли собой повтор однослога. Как

и
в
других
слоговых языках, слог в древнекитайском имел

постоянную
структуру,
элементы которой могли занимать

в
его составе только строго определенное место.

В слоговых языках Дальнего Востока, в том числе и

в
китайском, основными элементами елога 'являются ини-

циаль,
финаль и тон. Инициаль представляет собой началь-

ный
согласный звук (в ряде языков это может быть и соче-

тание согласных), финаль — слогообразующий гласный, диф-

тонг или же сочетание гласного и конечного согласного.

Например,
слог ко имеет инициаль к и финаль о, слог

Ыоп§ — инициаль Ы и финаль оп§. Наконец, тоном назы-

вается мелодическая характеристика слога (точнее, финали).

Тон
является такой же неотъемлемой частью фонетического

облика слова, как и входящие в его состав звуки.

Между инициалью и финалью может находиться медиаль —

промежуточный (неслогообразующий) гласный или полугла-

сный
звук.

Звуки,
предшествующие слогообразующему гласному

(т. е. составляющие инициаль и медиаль), если их несколько,

располагаются в порядке возрастания звучности: шумный

согласный, сонорный согласный, полугласный (или неслого-

образующий гласный). Число возможных конечных согласных

очень невелико; почти всегда они являются имплозивными.

В некоторых слоговых языках, в том числе в древне-

китайском
(а также в классическом тибетском), в составе

слога могли быть еще так называемые «суффиксы» и «пре-

фиксы» — согласные звуки, присоединявшиеся к слогам лю-

бого состава и не входившие в основную
структуру
слога

(не
включавшиеся в состав инициали или финали). Между

суффиксом
или префиксом и остальной частью слога могла

проходить морфологическая граница, и
тогда
они были под-

линными
аффиксами в обычном смысле этого слова — грам-

матическими элементами, служившими для словообразования


тибетском — и для словоизменения); но чаще они не со-

ставляли отдельных морфем.

Важнейшими материалами, по которым мы можем судить

о
фонетике древнекитайского языка, являются рифмы древ-

25

ней
китайской поэзии и иероглифы фонетической категории.

Большая
часть песен «Ши цзина» возникла около
800—600
гг.

до н. э.; в это же время или несколько раньше была создана

основная
масса фонограмм, встречающихся в древнекитайских

текстах
классического периода. В китайском языке рифмуются

между
собой слова с одинаковой финалью и тоном; инициаль

и
медиаль на рифму не влияют. Что же касается иерогли-

фов
фонетической категории, то несколько слов могли пи-

саться иероглифами с одним и тем же фонетическим знаком,

если в них был один и тот же основной гласный и похожие

(но
не обязательно совершенно одинаковые) начальный и

и
конечный согласные звуки; тон и медиаль безразличны.

(Совокупность слов, пишущихся иероглифами, имеющими

в
своем составе один и тот же фонетический знак, условимся

в
дальнейшем называть «графической группой»).

Пользуясь этими материалами, китайские филологи еще

в
XVII—XIX
вв. выделили в древнекитайском языке группы

слов, имевших одинаковую финаль, и определили общее

число финалей. По отдельным неточным рифмам было
уста-

новлено,
какие финали были близки
между
собой, и это
дало

возможность восстановить
общую
систему финалей.
Хуже

обстоит
дело
с инициалами, так как употребление фонети-

ческих знаков иероглифов не отличается большой правиль-

ностью и регулярностью. Мы можем лишь
утверждать,
что

чем меньше различие
между
двумя
согласными звуками, тем

чаще они встречаются внутри одних и тех же графических

групп. К счастью, согласные в китайском языке изменялись

сравнительно медленно, и в области инициален древнеки-

тайский
не так сильно отличается от среднекитайского, как

в
области гласных. Поэтому при реконструкции древнеки-

тайских инициален обычно отталкиваются от среднекитай-

ского и вносят в его систему необходимые «поправки»: если,

рассматривая среднекитайское чтение иероглифов, мы видим,

что какие-нибудь два звука, имеющие
между
собой очень

мало общего, тем не менее регулярно встречаются в
словах

одних и тех же графических групп, из этого можно
сделать

вывод, что в период создания китайской письменности со-

ответствующие
слова имели какое-то
другое
произношение,

не
такое, как в среднекитайском.

ФИНАЛИ
И ТОН

Конечных
согласных в древнекитайском языке было семь:

т п щ

р I к <

г

Шесть
из них в большинстве случаев сохранились без

изменения
в современных южнокитайских диалектах. Только

звук г еще до начала новой эры перешел в -г или исчез.

Этот звук был, например, в таких словах, как Щ 1иг 'гром',

^ эгэг 'одежда', ^
йгког11
'сидеть'.

Гласных тоже было семь; они образовывали
следующую

систему: ' • •- .

Передние Задние

• Закрытые е, й э, и

Открытые а а, о

Вот примеры слов с этими гласными: Щ ке 'курица', Ц^ ка

'петь', ±. &&11 'земля', з$ 1э 'прийти', р кко11 'рот', ^§ Ш11

'старый', ^ кй 'высокий'.

Относительно звука й можно сомневаться, правильно ли

он
реконструирован. Несомненно только, что этот звук был

близок
к и. Довольно рано, не позже II в. до н. э., он пе-

решел в дифтонг ои или аи (с этого времени слоги с быв-

шим
ц начинают иногда рифмоваться со слогами, имевшими

гласный о или а).

Все семь гласных различались только в открытом слоге.

Перед конечными согласными возможно было разное число

гласных — от шести (перед А;) до
двух
(перед т, р). В целом

система финалей древнекитайского языка выглядела следую-

щим
образом:

ар ат

ир ит

Как
видно из этого списка, передний а и задний а противопо-

ставлялись только в открытом слоге. В закрытом слоге был

возможен только один из этих звуков — либо а, либо а, в за-

висимости от конечного согласного. Передний й и задний и

противопоставлялись только в открытых слогах и перед к.

Финаль
аг встречается в крайне незначительном числе

слов (важнейшее из них — ^
8-таг11
'огонь'); возможно, что

произношение
их восстановлено неверно, и этой финали

вообще не существовало.

Не
вполне
ясно,
какой гласный был в финалях с конеч-

ными
согласными р и те; может быть, эти финали правиль-

нее восстанавливать как ар, ат и эр, эт.

27
а

а

э

е

о

и

и
ак

эк

ек

ок

ик

йк
ап§

эщ

еп§

ОЩ

ищ
аг (?)

дГ

ог

иг
аЧ

д1

е1

ОГ

и1
ап

эп

еп

оп

ип

В древнекитайском языке середины 1 тысячелетия до н. э..

различались только два тона, соответствующие ровному и

восходящему тонам более позднего времени: например-,

Ц ща 'я', но Л ща11 'пять'; -# кат 'сладкий', но
%%
кат11

'сметь'. Слоги, кончавшиеся на р, I, к, вообще не знали то

нальных различий (традиционная китайская филология при-

писывает этим слогам особый тон — «входящий», но в дей-

ствительности они отличались от
других
слогов не особой

мелодикой, а характером конечного согласного).

В древнейший период истории китайского языка в нем

существовал суффикс -«, присоединявшийся к словам любого

фонетического состава. Это значит, что в конце слога были

возможны сочетания согласных вроде тз, кз, гз (причем
между

двумя согласными могла проходить морфологическая граница).

Однако уже в период создания иероглифов фонетической

категории конечные неносовые согласные и суффикс начали

воздействовать
друг
на
друга.
Конечные р, Г, Г перед суф-

фиксом
в это время уже не различались. Позднее, примерно

в
III в. до н. э., перед суффиксом исчез и конечный к.

В это время и позднее слоги с бывшими сочетаниями -р$,

-1$, -гз иногда рифмуются со слогами на -I, а слоги, в кото-

рых суффикс первоначально присоединялся к -к или глас-

ному, — со слогами на -к. Из этого можно заключить, что

в
слогах
первой группы был в это время переднеязычный

конечный
согласный — 5, а в
слогах
второй группы — звук,

близкий
к к, например к (или х).

В это же время все слова, имевшие суффикс, получают

особый тон (по традиционной терминологии—«падающий»).

Прежде слова с суффиксом могли иметь любой из
двух

существовавших
тогда
тонов и рифмоваться со словами

соответствующего тона, но с III в. до н. э. они почти
всегда

рифмуются только
друг
с
другом.
Вскоре после этого сам

суффикс окончательно исчез, и слова, которые прежде отли-

чались от
других
наличием конечного -5, стали теперь отли-

чаться только тоном. Только в словах с древними -рз, -ГЗ,

-гз звук -я сохранился
чуть
ли не до V в. н. э.: эти слова

в
V в. по-прежнему могли иногда рифмоваться со словами

на
-Г. ПОТОМ -З, как ранее -г, перешел в -I или исчез.

Все эти сложные процессы можно проследить на несколь-

ких примерах.

Середина После После V в..

1тыс. дон. э. III в. до н.э. н. э.

пи-з пи-$111 ,:;-'.

Ш-з Ш-зт Ш1П

рэк-к
рэ-к1и
риэ1ш

ка-к™
ка-кт
ко111

28
щ

да

#

ш
'внутри'

'пояс'

'спина'

'оглянуться'

'древний'
До I тыс.

до н. э.

пир-з

Ш1-з

р»к-з

ка-811

Следы суффикса -5 А. Одрикур находит в древнейших

китайских
заимствованиях во вьетнамском языке. Существо-

вание его подтверждается также китайскими транскрипциями

иностранных слов; например, название р. Таласе в начале

нашей
эры записывалось иероглифами ЩЩ Ы Ш-з.

До конца III в. до н. э. система китайских финалей мало

изменилась;
если не считать появления нового тона (падаю-

щего),
рифмы «Ши цзина» и поэзии Цюй Юаня почти

одинаковы,
хотя эти памятники разделяют несколько сто-

летий.

Единственное существенное новшество состояло в «расщеп-

лении» лабиализованных гласных перед переднеязычными:

перед п, {, г и з (из рз, 1;з, гз) звук и перешел в иэ, а о —

в
па (например, ип-> иэп, оЬ-^-иа'1 и т. п.). Таким образом,

в
китайском языке появилась новая медиаль — и. Кроме того,

ко
II в. до н. э. финали эп, э1, эг после переднеязычных ини-

циалей,
если в слоге не было медиали и, перешли в еп, е1, ег

(или
скорее ег). В яекоторых небольших группах слов из-

менился
гласный под влиянием медиалей. Но общее число

гласных, видимо, осталось тем же.

Однако в дальнейшем старая система все сильнее и силь-

нее разрушается. Это особенно заметно в
IV—VI
вв. н. э.,

на
границе среднекитайского периода.

К
этому времени все или почти все древнекитайские фи-

нали
разделяются на две, а многие
даже
на три (в зависи-

мости от того, предшествует ли им медиаль и какая именно)

и
совершенно по-новому перегруппировываются. Например,

начинают рифмоваться слова, которые раньше оканчивались

на
о и 1и, оп§ и 1ищ; слова, оканчивавшиеся прежде на щп,

теперь рифмуются частью со словами на эп, а частью со

словами на еп, и т. д. Растет число дифтонгов. Сначала они

возникли
из финалей на г: эг->эг, е1; позже финаль б,

а вслед за ней и (последняя только в слогах без медиали)

переходит в аи; э и е (без медиали) переходит в эг и ег; на-

конец,
появляется дифтонг а1 из бывшего сочетания аз. Если

закрытые гласные, таким абразом, все дифтонгизирова-

лись,
то открытые (в слогах без медиалей и конечных со-

гласных) как бы передвинулись на соседние места: о->и,

а-> о, а-* а.

В общем, не
будет
преувеличением сказать, что в тече-

ние
первых пяти веков новой эры ни одна древнекитайская

финаль
не осталась без изменений. Образовалась совершенно

новая
система рифм, финалей и гласных.

29

а

п

8
Щ

X
НАЧАЛЬНЫЕ СОГЛАСНЫЕ

Система начальных согласных древнекитайского языка

имела следующий вид:

р Г 18 к ка ? ?"\

рк
1к 1&к кк кк№

Ък , йк йгк §к фю

т

I

Характерной особенностью древнекитайской фонетики

были лабиовелярные согласные (заднеязычные огубленные,,

как
к", хю, п$"). Гортанная смычка также могла быть чистой (?)

и
огубленной (?ю). Огубленные согласные довольно рано (еще

в
классический период) перешли в сочетания обычных задне-

язычных или гортанной смычки с промежуточным п.

Согласные, которые обозначены выше как й, §, §", обычно

считают звонкими непридыхательными. Однако вполне воз-

можно,
что на самом
деле
это были звонкие щелевые (д, у, ую)

или
даже
сонорные (г, /, ы). После согласных этой группы

всегда следовала медиаль I или I. В среднекитайском языке

звуки й, §, §" либо исчезли (перед I), либо . перешли в г

(перед Г). ИХ МОЖНО восстановить в древнекитайском благо-

даря
тому,
что слова, начинающиеся с этих согласных, вхо-

дят в одни и те же графические группы со словами, содер-

жащими
другие
смычные неносовые инициали, причем й

объединяется с передаеязычными, § — с заднеязычными, а §ю —

с лабиовелярными. Например:

^ д,1а 'я': ^
<На
'медленно': ^ йка 'дорога'

Щ й\ащ 'тополь': Щ 1кащ 'кипяток'

^ §1ап§ 'баран': Щ.
§шп§
'счастливое предзнаменование':

^ ккгащ (название народа) ,

3:
§ю1йп§
'царь': ^ §к№шп§ 'сумасшедший'

Щ ^"1э-8 'колос': ^
фа1э-8
'добрый'

Помимо
исчезновения звонких непридыхательных к концу

древнекитайского периода в системе китайских согласных

произошли
и некоторые
другие
изменения. В частности, пе-

реднеязычные взрывные перед медиалью I перешли в мяг-

кие
шипящие {Ц^>Щ и т. п.); звук §к, напротив, сохра-

нился
только перед 1, а в остальных случаях перешел в ще-

левой у.

В качестве инициали в древнекитайском языке мог вы-

ступать не только отдельный согласный звук, но и сочета-

ние
двух
согласных: любой согласный мог иметь после себя

звук /. Ишщиаль, состоящая из
двух
согласных, была, на-

30

пример,
в словах %. Ыа 'семья', Д^ к'Ча 'тыква', ^ ЬМак

'белый', $| тШ1 'лошадь', Ц] з1ап 'гора'. Звук I после со-

гласного выпал довольно рано (в эпоху Хань^Цоднако он

ньгзвал некоторые изменения следовавшего за ним гласного.

Иногда
I воздействовал и на предшествующий согласный:

сочетания свистящих согласных с I перешли в твердые ши- '

пящие
(например, з1 -* §).

В начале слога перед сонорными инициалями, а также

перед й и #и мог находиться префикс 5-, например: Ц з-тэк

'черный',
}Ц з-пи-з 'отступить', ^
з-пдга11
'разрешить', $1 з-Цэ11

'послать',
-Щ;
з-йщ-з
'поколение',
Щ_
з-§ю1йп
'обмануть'. В класси-

ческую эпоху произношение префикса изменилось под влиянием

следующего согласного, а сам этот согласный в дальнейшем вы-

пал.
Древнекитайским сочетаниям с префиксом я- в средне-

китайском
соответствуют:

. зт

зп
а ,


гк
X

з1

зпз
— 5

X

Кроме
того, почти каждому из древнекитайских сочета-

ний
с префиксом 5- может соответствовать среднекитайское я;

иероятно,
как и в
случае
с % из звонких непридыхательных

согласных, разные соответствия одного и того же сочетания

объясняются характером медиали в древнекитайском.

Слоги с префиксами и соответствующие слоги без пре-

фиксов
обычно входили в одни и те же графические группы;

поэтому если в одной и той же графической группе оказы-

иаются, с одной стороны, слова, начинавшиеся с сонорного

или
звонкого шумного согласного, а с
другой
стороны —

слова, в среднекитайском имевшие
глухой
щелевой началь-

ный
согласный, то этот последний в них восходит к соче-

танию сонорного или звонкого согласного с префиксом 5-.

Так
же обстоит дело, если в одной графической группе ока-

зываются слова с инициалями п и 1к в среднекитайском:

здесь 1к восходит к древнекитайскому сочетанию зп.

Надо
думать,
что первоначально префикс 8- мог нахо-

диться перед любым начальным согласным, а не только пе-

ред сонорным или звонким. Не исключено, что одна из се-

рий
взрывных согласных восходит к сочетаниям префикса 5-

с шумными инициалями (например., согласные Ыг, Ш и т. п.

происходят от сочетаний типа зр, з{ или зрк, зЩ.

Префикс
8- мог присоединяться не только к одиночным

согласным, но и к инициалям, состоявшим из
двух
соглас-

ных. Поэтому слово в древнекитайском иногда, хотя и.очень

редко, могло начинаться с
трех
согласных звуков, напри-

мер :&
з-п^Ча
'цветок'.

31

МЕДИАЛИ

Между витальным согласным и основным гласным в древ-

некитайском
языке могли находиться различные неслогооб-

разующие звуки типа I. ИХ МОЖНО насчитать до четырех.

Они
имели большое значение в истории китайской фонетики:

в
одних случаях они вызывали изменение гласного, в дру-

гих—
начального согласного, в третьих — того и
другого.

Сравним
среднекитайское чтение нескольких слов, имевших

в
древнекитайском языке одну и ту же инициаль и финаль,

но
разные медиали: Щ 1'1юо 'свинья', ^ Щюо 'все', $ Ща11 'тот,

кто'.
В древнекитайском языке (до начала нашей эры) исо эти

слова начинались с I и имели гласный а. Мы видим, что

в
двух
случаях медиаль вызвала переход I в мягкий
шипя-

щий,
причем в одном
случае
этому
переходу
соиутстнует

и
необычное изменение гласного.

Принято
считать, что различия
между
этими слонами

в
гласном и согласном существовали уже в древнекитайском

языке.
Но ни иероглифы фонетической категории, ни рифмы

не
дают
нам для этого никакого основании. В дропноки-

тайском они могли различаться только медиплью, которая не

влияла ни на рифму, ни на употребление фонетических пинков.

Чем объясняется такое обилии и разнообразно медиалей

в
древнекитайском? Но исключено, что один иа видов модиа-

лей представляет собой следы сущестноппнших некогда сло-

вообразовательных префиксов. Мы часто встречаем нары

родственных слов, различающихся
между
собой наличием

или
отсутствием медиали, например: X Ыир 'пойти' и

$\ пир 'впустить', ^ т1ап§ 'погибнуть' и $%
в-т&гщ
'пустын-

ный',
'заброшенный'. Возможно, что в словах 'входить' и 'по-

гибнуть' первоначально был какой-то звонкий префикс, на-

пример й-: А
й-пир,
Х2
й-тап§.
Мы уже знаем, что звон-

кому непридыхательному согласному всегда соиутстшжала

медиаль; звонкий префикс мог вызвать появление медиали

в
корне, к которому он присоединялся. Таким образом
й-пир

превращается в
й-п\ир
и далее в тир. Аналогичным об-

разом обстояло дело и со словом т^
{й-тап§
- й

§)

Выше медиали везде транскрибировались упрощенно: все

они,
как правило, записывались как I; только если медиаль

вызывала в среднекитайском переход основного гласного в е

или
необычное изменение начального согласного, она транск-

рибировалась как I.

В классический период в китайском яаыке появилась но-

вая
медиаль — и, возникшая в словах, и которых либо прежде

имелись лабиовелярные согласные, либо гласные и, о пе-

решли в иэ, иа.

32

УДАРЕНИЕ

Мы
почти ничего не знаем о фонетических явлениях древ-

некитайского
языка, охватывающих единицы большие, чем

слог.

Можно
только
утверждать,
что ряд служебных слов

и
местоимений древнекитайского языка в связной речи произ-

носился
без ударения.

1)то видно, во-первых, из того, что если одно из этих

глин оказывается в конце строки в стихотворном тексте,

то к рифме нередко
участвуют
не они одни, а еще и пред-

шествующие им слоги. Например, в «Ши цзине» («Сяо я»,

VIII, 4) рифмуются сочетания $И& йгМп§ Цэ 'храню его*

" ,й^1
тщщ-з
Цэ
'забуду
его': последнее слово — местоиме-

11П1!
;> Цэ 'его' — в обоих сочетаниях одинаковое, но вместе

с тем рифмуются и слова, предшествующие местоимению

и
:)тих сочетаниях — ^ йгНап§ и ^ т1ап$-з.

К'роме того, довольно часто бывает, что два служебных

слона или местоимения, следующих
друг
за другом, сли-

н.'|
ются в один слог (причем в большинстве случаев это

происходит со словами, не связанными
между
собой грамма-

тически,
а лишь случайно оказавшимися рядом), например:

^ Цэ
'его'-}-зр-
фй (вопросительная частица): Щ Ца

^ р1э11 'не' + ^ Цэ 'его': Щ р1э1

Щ фа 'почему' -|~ ^ РРп 'не': |Ц фар

Вероятно, такое слияние происходило в тех
случаях,

когда одно из
двух
стоящих рядом слов, или оба они, были

фонетически
ослаблены, т. е. не имели ударения.

При
столкновении
двух
безударных служебных слов одно

из
них могло быть и просто опущено.

В поздний период древнекитайского языка многие
безу-

дарные слова начинают все чаще и чаще опускаться и, на-

конец,
вообще исчезают из языка.

III.
ЛЕКСИКА И СЛОВООБРАЗОВАНИЕ

Древнекитайский
язык уже в эпоху Чжоу характеризуется

богатой и разнообразной лексикой. Его словарь в ряде спе-

циальных областей, как, например; военное дело, государ-

ственное устройство, дипломатия, этикет, обладал обширной

разветвленной терминологией. Например, для обозначения

постного нападения или похода помимо наиболее обычного

глагола ^ фа2 'напасть' (который употреблялся, если речь

шла об открытом нападении одного государства на
другое)

сущостиопали слова Д; цит? 'напасть без барабанного боя'

(т. о, боа объявления аойны), Л си% 'напасть врасплох', ^Е

,3 С. К Яхонтов 33

чжэн1
'напасть на взбунтовавшегося вассала', ^
гУнХ
'напасть

на
город или армию' и другие. Часто для одного и того же

понятия
существовало несколько слов с различным социаль-

ным
или эмоциональным оттенками; например, говоря о смерти

человека, выбирали разные глаголы в зависимости от того,

был ли это царь всего Китая,
князь,
вельможа, ученый или

простой человек. Не только термины, но и обычные слова

разговорного языка часто имеют очень узкое, конкретное

значение.
Так, согласно словарю «Шо вэнь», колосья или

зерна хлебных злаков назывались Щ цзя*, а псе растение

вместе со стеблем —• %. хэг; птичье гнездо на дереве называ-

лось Щ.
чао*,
а гнездо в норе — Щ кэ1. В словаре «Эр я» пе-

речисляется больше двадцати названий гор, различающихся

по
форме или как-нибудь иначе, около тридцати обозначе-

ний
масти лошадей и т. п. Разумеется, наряду с этим

в
древнекитайском
существуют
и слова с общим значением

(например,
название горы или лошади вообще).

Почти
все слова древнекитайского языка односложны.

Исключением
являются слова, образованные с помощью пол-

ного или частичного повтора (мы их подробнее рассмотрим

ниже):
они, естественно, всегда бывают двухсложными. Кроме

того, в древнекитайском языке есть некоторое (соиоршенно

незначительное) количество подлинных
двухсложных
слов

(возможно,
имеющих иностранное происхождоиио) — нппример,

название
сказочного животного цилиня (А&Цф циг
линъг).

Впрочем, те же слова можно встретить в текстах и в одно-

сложной форме (например, Щ
линь2
'цилинь'), а в словарях

нередко каждому
слогу
двухсложного слова искусственно

приписывается самостоятельное значение. Таким образом,

двухсложные слова явно воспринимаются как необычное

явление.

. В древнекитайском встречаются также сочетания односло-

гов, значение которых не выводится (или не целиком выво-

дится) из значения их составных частей и которые при пере-

воде должны рассматриваться как единое смысловое целое,

например:
^"^
тянъ1
ся* '(весь) мИр' (доел,
'{все,
что] под

небом');
3/&О.
сянъ1
шэн1 'учитель' (доел, 'раньше родившийся').

Сюда же можно отнести довольно многочисленные названия

людой по их занятиям, состоящие из слова Д
жэнъ%
'человек*

(или
^ фу1
'муж',
ЗС фуъ 'старик') и определения к нему:

Щ
К Щн
жэнъг
'мастер, изготовляющий луки' (Щ гун1
'лук*),

ШЬС '"й2 ФУ* 'рыбак' (Ц| юй% 'ловить рыбу') и т. п. Такие со-

чотннин
но представляют собой единых слов; их скорее

можно орцпнить с русскими устойчивыми сочетаниями слов

Ирид»'
железная
дорога
или
летучая
мышь.
Некоторые из них

могут
быть разделены служебным словом; например, в «Н1и

цнишч
(«Спи н», VI, 1) употреблено выражение ^$^^С

и

м//я
тянь1
чжих
ся* 'весь мир', 'во веем мире' (доел, 'под
всем

небом'),
где сочетание ^"р
тянь1
ся^ оказывается разделен-

ным,
хотя оно явно сохраняет единое значение 'мир', и со-

гтмшше части его не обладают смысловой самостоятельно-

стью. Во всяком
случае
такие сочетания не обладают н№-

никими
формальными (фонетическими или морфологическими)

особенностями,
по которым их можно было бы отличить от

обычных свободных словосочетаний.

Итак,
единственным распространенным видом
двухслож-

ных слов в древнекитайском языке были слова, образован-

ные
с помощью повтора. Повтор корня является не столько

способом словообразования, сколько определенным структур-

ным
типом слов: слова-повторы вовсе не обязательно обра-

зуются от каких-то
других,
уже имеющихся в языке слов;

чаще бывает, что удваиваемый элемент иначе как в составе

п<штора
в языке не встречается.

Если
слово представляет собой полный повтор одного и

того же слога без всяких фонетических изменений, оно употреб-

лнотся в предложении только как сказуемое или как опреде-

лопие к сказуемому. После него часто (но не всегда) стоят

служебные слова $&
жань2,
#ц жу2, Л янь1 или Щ эр3. Трудно

сказать, является ли такой повтор глаголом, прилагатель-

ным
или какой-то совершенно особой частью речи. Во вся-

ком
случае
он не может иметь дополнений или каких-ни-

будь
других
зависимых слов. Значение таких повторов до-

нольно
неопределенное, они не обозначают конкретного дей-

г.тиия или качества, а скорее описывают, какое впечатление

производит предмет, какие ощущения вызывает; они имеют

скорее образную и эмоциональную, чем логическую природу.

Например:
_^^ хуан2 хуан2 'торжественный', 'пышный';

2 й2 'й ' ^# 2 ?
«,)ца вэй2 'кажущийся огромным и высоким'; р^'Ш ян2 ян2 'про-

ианодящий
впечатление полноты, обилия, довольства'. Часто

употребление повтора ничего не добавляет к логическому

содержанию предложения.

Такое же значение, как и повторы, имеют и односложные

слона, после которых стоят служебные слова, обычно сопут-

стнующие повторам, например: "Й$г ю2
жань2
'имеющий вид

ннднигающейся
тучи', ЩЩ
ванъ3
эр3 'улыбающийся'.

Кроме
полного повтора корня в древнекитайском языке

широко
распространен частичный повтор, при котором один

или
несколько звуков слога меняются. С помощью частич-

ного повтора
могут
быть образованы слова того же типа,

что и с помощью полного повтора, например ЩЩ
чоу2
чу2

'колебаться', 'быть в нерешительности'. Однако форму не-

полного повтора имеют и многие существительные — назва-

нии
растений, мелких животных (особенно насекомых), дра-

гоценных камней, вещей различного назначения и т. п., на-

3*
35

пример:
ЩЩ шао1 яо*
'пион',
ЩЩ чжи1 чжу1 'паук', ЩЩ пи2

па1 'лютня'. Так же бывают построены личные имена людей и

некоторые географические названия, например: ЭД^ Ху2 хай?

(имя
второго императора династии
Цинь),
Щ.$ Нуиь1
лунъг

(название
легендарной горы).

Существительные, образованные с помощью частичного

повтора, употребляются так же, как и обычныо однослож-

ные
существительные. Они не имеют какого-либо особого

эмоционального
оттенка.

Древнекитайское слово не имело форм слопоинмоиония.

Однако слово не было вполне тождественно корню, так как

встречались пары или группы слов, обрааонашшх от одного

и
того же корня путем чередования звуком или с помощью

аффиксов
(не составлявших отдельного слоги). Слони, обра-

зованные
от одного
корня,
иногда писались одним и том же

иероглифом, но могли существовать и специальный иероглифы

для каждого из них. Смысловые отношения можду такими

словами могли быть довольно разнообразными. Логчо исего

выделить следующие виды отношений:

1. Одно слово имеет каузативное (побудителыгоо) иначе-

ние
по отношению к
другому:

^
йН1дк
'есть'

Щ
йЫэг11 'смотреть'

А щир 'войти'

Ц Це-з 'прийти'
сИэк-к 'кормить'

д,к\э-з11
'показывать'

пир 'впустить'

^ ^е-5 'сделать так, чтобы кто-то

пришел'

2. Одно слово обозначает действие,
другое
— предмет или

качество, создающееся в
результате
дейстпии:

& р1эп 'делить'

Щ йкоп11 'разрубить', 'перерезать'

Щ Иап§ 'натянуть (тетиву лука)'

-(2
т1ап§ 'погибнуть', 'исчезнуть'
ЫЦ.т
н 'доли'

(Шоп 8й 'кусок'

п,Ыап%
'длинный'

з-тйп§ 'пустынный',

'заброшенный'

3. Одно слово обозначает предмет,
другое
— действие, ко-

торому он подвергается или которое совершается с его по-

мощью:

^ ?1эг 'одежда'

Щ
йкеп 'поле'

^ рэк-Н 'спина'

Ш 1вкэг 'жена'
?1э-з 'надевать'

йкеп-з 'обрабатыинть поло'

Ькэк-к
'повернуться спиной'

гзкэ-з
'женить'

Возможны были и
другие
отношения, например, предмет

и
свойственное ему качество (Щ тэк 'тушь': ^ з-тэк 'чер-

ный'),
качество и вызываемое им
чувство
($с ?1иг 'страшный':

,4(1

Р^
'/м-« 'бояться'), но каждый такой случай представлен всего

дмумл-тремя примерами. Наконец, часто родственные слова

обозначают просто близкие понятия, без того чтобы Ъдно из

них могло быть логически выведено из
другого,
или просто

ниачат совершенно одно и то же, например; -


<Иак
'вечер' : $
сЦ&к-к
'ночь'

^ 1ир 'ответить' : Щ 1и-з 'ответить'

Как
видно из
всех
этих примеров, для словообразования

и
древнекитайском языке могли служить: 1) суффикс
-в(-Н),

и
иногда сопутствующее ему отпадение конечного соглас-

ного;
2) префикс 5-; 3) промежуточный полугласный / (или

чередование 1:1); 4) чередование
глухого
согласного со звон-

ким
придыхательным
(р:ЪН,
г:йк); 5) чередование звонкого

придыхательного и чистого звонкого согласного
(йк'.й).
Мы

ужо знаем, что промежуточный I, возможно, в ряде случаев

посходит к какому-то древнему префиксу, а звонкие приды-

хательные согласные—к сочетаниям типа вр-,
з1~.
Таким об-,

||ц:юм,
можно
думать,
что чередование звуков при словооб-

разовании
есть явление вторичное, возникшее на месте су-

ществовавших когда-то аффиксов.

Отдельные способы словообразования не были связаны

<•
определенными смысловыми отношениями
между
основным

и
производным словом; слова с одинаковым грамматическим

нначением
могли быть образованы различными способами,

и
наоборот, один и тот же аффикс (или один и тот же тип

чередования звуков) мог иметь различные значения. По-ви-

димому, флективное словообразование в древнекитайском

мыие
представляло собой пришедшие в беспорядок остатки

некогда более богатой системы.

В общем словообразовательные возможности древнекитай-

ского языка довольно ограниченны. Близкие понятия, которые

м
русском языке обозначаются словами, образованными от

одного
корня,
в древнекитайском обычно передаются совер-

шенно
разными словами, не связанными
между
собой этимо-

логически; сравним X ЖУ* 'войти' и Щ чу1 'выйти', Ц; тин1

'слушать' и рД
вэнъ2
'услышать', ^
гуан1
'свет' и Щ
мин2

'снотлый'
и т. п. В
других
случаях родственные понятия обо-

н
ил чаются одним и тем же словом; например, одинаково на-

!шкаются какой-нибудь вид деятельности и человек, зани-

мающийся
этой деятельностью: Щ
тасР
'гончарное дело' и

'гончар', Л нун2 'земледелие' и 'земледелец'. Значения многих

русских суффиксов и приставок (многократность или одно-

кратность действия, уменьшительность и т. п.)
могут
быт^

переданы в древнекитайском языке только описательно.

37

IV.
ГРАММАТИКА

МОРФОЛОГИЯ
И
СИНТАКСИС

В древнекитайском языке
отсутствует
морфология в том

смысле, в каком мы употребляем этот термин по отношению,

например,
к русскому языку, потому что древнекитайское

слово не имело форм словоизменения, описание которых со-

ставляет основную часть русской морфологии.

Естественно, что важнейшей частью дрепнокитайской

грамматики является синтаксис, рассматривающий строение

словосочетаний и предложений. Однако грамматика древне-

китайского языка не исчерпывается синтаксисом. В состав

словосочетания определенного типа
могут
входить но любые

слова языка, а только слова определенных классов; грам-

матические отношения
между
стоящими рядом слонами мо-

гут быть различными в зависимости от того, и какио классы

входят
эти слова. Поэтому изложению синтаксиса должна

предшествовать классификация слов, описание сиойсти от-

дельных классов.

Все слова древнекитайского языка прежде всего долятся

на
две основные группы, которыо л китайском яаыколшшии

называются «полными словами» и «пустыми слонами» (таков

обычный перевод соответствующих китайских термином; пра-

вильнее было бы переводить их как «реальные слона» и

«мнимые слова»). Первая группа — это знаменательные слова^

вторая — служебные слова и местоимения. Число полных слов

практически
неограниченно; напротив,
пустых
слои сравни-

тельно немного, они
могут
быть подсчитаны. В то же время

к
числу
пустых
слов принадлежат наиболее у потребитель-

ные
слова древнекитайского языка, поэтому и обычных тек-

стах
около четверти или
даже
трети
всех
слов составляют

пустые.

Служебные слова и местоимения имеют в дрепнокитай-

ском
языке некоторые общие признаки; например, и те и

другие
иногда
могут
быть лишены ударения. Однако
между

ними
есть и существенные различия. Местоимония не обо-

значают непосредственно лиц или предметы. Они получают

конкретное
значение только в контексте, заменяя названия

упомянутых раньше конкретных лиц или предмотоп;
неко-

торые из них (вопросительные местоимения) заменяют «на-

звания
лиц и предметов, еще не известных говорящему. Слу-

жебные же слова вообще не обозначают самостоятельных

предметов, действий, качеств, а
служат
для связи слов

в
предложении или для выражения дополнительных грам-

матических значений, добавляющихся к основному лекси-

ческому значению слова (например, значений времени или

38

ййлога глагола). Местоимения, как и знаменательные слова,

могут
выполнять в предложении различные функции, соче-

тпться со словами разных групп, иногда
даже
употребляться

самостоятельно как отдельное неполное предложение. Из слу-

жобных же слов каждое
входит
в состав очень ограни-

мониого числа грамматических конструкций или
даже
только

одной
какой-нибудь конструкции. Одни служебные слова

тогда
СТОЯТ в конце предложения,
другие
— в начале, третьи

могут
иметь перед собой только существительное, четвертые

нсогда предшествуют
глаголу,
и т. п.

Между служебными и знаменательными словами нет со-

нортаенно
четкой границы. Есть некоторые группы слов, ко-

торые по своей малочисленности, или широкой распростра-

ненности,
или по способности употребляться только в одной

определенной конструкции приближаются к служебным сло-

нам,
но не являются ими безоговорочно. Таковы, например,

послелоги, модальные глаголы, числительные, наречия.

Служебные слова выражают в древнекитайском языке

то значения, которые в языках флективных свойственны

формам
слов (например, специальные служебные слова ука-

;шнают время или залог глагола, предлоги соответствуют

русским падежам и т. п). Поэтому в древнекитайской грам-

матике по возможности рассматриваются значения каждого

ни
пустых
слов в отдельности. Значения полных слов грам-

матика не изучает, да это было бы и невозможно практи-

чески.

Итак,
вот три главных раздела древнекитайской грам-

матики:
изучение классов слов, изучение словосочетаний и

предложений и изучение значений
пустых
слов.

Грамматическая роль разных служебных слов не одина-

кона.
Одни из них
служат
для связи слов в лредложении

или
для связи частей сложного предложения (например,

предлоги и союзы). Если их удалить из предложения, оно

может распасться, стать бессмысленным.
Другие
служебные

слова (например, показатели залога или частицы) присоеди-

няются
к какому-нибудь одному слову или предложению в це-

лом,
но не меняют основной структуры предложения. Пер-

ные
удобнее рассматривать вместе с соответствующими грам-

матическими конструкциями, т. е. в синтаксисе. Остальную

часть грамматики, т. е. описание классов знаменательных

слов (частей речи) и значений
пустых
слов, не входящих

и
синтаксис, можно было бы назвать морфологией, но
ясно,

что этот термин имел бы
тогда
не то же содержание, что

и
русском языке. Что же касается словообразования, кото-

роо обычно рассматривается как часть морфологии, то в древ-

некитайском
языке его адва ли целесообразно включать

и
грамматику.

39

ЧАСТИ
РЕЧИ

Мы
уже знаем, что отношения
между
словами в предло-

жении
могут
быть выражены в древнекитайском мамке либо

с помощью служебных слов, либо одним лишь порядком

слов. В последнем
случае
отношения
между
двумя стоящими

непосредственно одно за другим словами зависят главным

образом от того, к каким частям речи принадлежит ;>ти слова.

Части речи представляют собой классификацию аипмена-

тельных слов по их грамматическим признанны. Для китай-

ского языка такими признаками является способность слова

употребляться в составе тех или иных грамматических кон-

струкций и сочетаться с другими знаменательными или слу-

жебными словами.

В древнекитайском языке
существует
три нлжнойших иида

грамматических отношений, выражаемых с помощью порядка

слов: первое слово может быть подлежащим, а итороо— ска-

зуемым к нему; первое слово может зависеть от нторого и

быть его определением; второе слово может зависеть от норного

и
быть его дополнением: ,%^
няо3
фэйг
'птица лотит'; ;/с|Ш

да* го2 'большое государство'; ^т^: фа2 му* 'рубить доропо'.

По
способности употребляться н состнно этих ооноииых

конструкций
псе зппмонатолыило слоия долится по дна ос-

новных класса: имя (сущпстпитолыюе) и продикнтин. Имена

употребляются главным образом как подложлщоо и допол-

нение
и
могут
иметь различные опродолония;
могут
также

вместе со связкой быть сказуемым.
Следует
ещ*> добавить,

что имена часто сочетаются с предлогами и послелогами

(например,
$$1| и3
цзянъ*
'мечом', т^Т*" му* ся* 'под деревом').

Предикативы чаще всего ставятся после имени и относятся

к
нему как сказуемое к подлежащему, не нуждаясь в нали-

чии
связки. Они
могут
стоять и перед именем, либо опре-

деляя его. либо управляя им как дополнением, сами же они

редко получают определения. Некоторые предикативы, бу-

дучи
сказуемым, как правило, имеют дополнение; функция

определения для них не характерна.
Другие
свободно упо-

требляются как сказуемое без дополнения и как определе-

ние,
причем
между
их сказуемостной и определительной

функцией
существует
тесная связь: от сочетания, в котором

предикатив стоит после существительного как сказуемое,

всегда можно образовать сочетание, где он стоит перед

тем же существительным как определение, и наоборот, ср.: ,%Щ

няо3
фэй1 'птица летит' и Щ^ фэй1
няо3
'летящая птица';.

(Ж)ЩУ$ (ци2) г°2 да* '(ЕГО) государство большое' и ^Щ

да* го2 'большое государство'.

По
значению имена представляют собой названия пред-

метов в широком смысле этого слова — людей, животных,

40

растений,
вещей, веществ, явлений природы (ЗС фу*
'отец'г

Л^
няо3
'птица', ^с му* 'дерево', ^1}
цзянь*
'меч', ^
шуй3
'вода',,

Щ лэй2 'гром' и т. п.), а также отвлеченных понятий (Щ го%

'государство', ^
мин2
'имя',
^ фа3 'закон' и т. п.). Однако-

среди древнекитайских имен совершенно
отсутствуют
отвле-

ченные названия действий и качеств, вроде русских
учение,,

любовь,
мудрость,
высота.
Встречаются, правда, такие су-

ществительные, как Щ цай2 'богатство' или ^ сы*
'еда'.

Но
словом
Щ-
цай2 обозначается какое-то реальное имущество,.

а названием качества может служить только прилагательное-

(Та
ФУ* 'богатый'). ^ сы* означает пищу, какие-то предметы,

предназначенные для съедения; сам процесс еды всегда обоз-

начается глаголом ^ ши2 'есть'.

Предикативы
суть
названия действий (имеющих объекг

или
лишенных его), состояний, чувств, качеств, количеств

0% Фа% 'рубить', Щ фэй1 'летать', $• вэй1 'находиться в опас-

ности',
$&
юань*
'быть недовольным', -^с да* 'большой', =2
санъ1

'три').
Иначе говоря, в эту категорию
входят
слова, которые

принято
считать глаголами и прилагательными, а также

немногочисленная
группа числительных.

Прилагательные обозначают качества, например: ^
да*>

'большой', 1|г
чжун*
'тяжелый', ^
бай2
'белый', ^
сянь2
'муд-

рый'.
Относительных или притяжательных прилагательных

в
древнекитайском языке нет. Прилагательные чаще, чем

глаголы, бывают определением к имени (многие глаголы во-

обще не
могут
быть определением); как правило, они не

имеют дополнения (при наличии дополнения их граммати-

ческое значение резко меняется). Наконец, они образуют

ряд конструкций, связанных с выражением сравнения. Таким

образом, прилагательные несомненно образуют особый, доста-

точно четко очерченный класс. Труднее указать общие при-

знаки
глаголов: глаголы распадаются на ряд меньших групп,,

имеющих неодинаковые синтаксические свойства. Может

быть, предикативы в древнекитайском языке удобнее делить

не
на две, а сразу на три основные группы: переходны&

глаголы, непереходные глаголы и прилагательные. О глаго-

лах в целом можно сказать только, что они гораздо чаще,

чем прилагательные, имеют дополнение и гораздо реж&

служат
определением к имени.

Итак,
подлежащим и дополнением в древнекитайском-

языке
бывали обычно имена, сказуемым — предикативы, однако

среди этих последних дополнением управляли чаще всего-

глаголы; функция определения к имени была наиболее обычна,

для прилагательного. Но это только наиболее обычные, наи'

более распространенные функции каждой части речи. Древне-

китайский
язык резко отличается от большинства
других

языков
тем, что основная масса слов в нем может иметь »

4$

другое, необычное употребление, каждая часть речи может

выполнять функции почти любого члена предложения.

Когда слово употребляется в необычной для него функ-

ции,
его временное грамматическое значение, обусловленное

•его синтаксической ролью, приходит в противоречие со зна-

чением этого слова как определенной части речи. Например,

слово, которое само по себе, вне контекста, обозначает пред-

мет, может по своему месту в предложении указывать лишь

на
признак
другого
предмета; слово со значением качества

может получить предметное значение и т. п. Однако при

этом не происходит ни образования нового слова, ни пере-

хода
слова из одной части речи в
другую,

НЕОБЫЧНОЕ
УПОТРЕБЛЕНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ ЧАСТЕЙ
РЕЧИ

Рассмотрим подробнее, важнейшие необычные функции

отдельных частей речи (по-прежнему имеются в виду син-

таксические функции, выражаемые порядном слон, без помощи

каких-либо служебных элементов). Существительное, кик мы

знаем,
обычно употребляется как подлежащее и дополнение;

но
оно может быть также определением, а некоторые суще-

ствительные— и бессвязочным сказуемым.

Существительное как определение к
другому
существи-

тельному чаще всего соответствует русскому относительному

прилагательному, например: ^-^ хайя тй* 'миронам рыба',

-ф{Ш
чжу2
линь* 'бамбуковая роща', /ЗЗЁ юз* еуанх 'лунный

>€вет',
Э:*^ вам2 гун1 'царский дворец'.

Существительные, обозначающие людей (наапяния про-

фессий,
должностей, титулов, родственных отношений и т. п.),

могут
быть бессвязочным сказуемым, получая значение «вы-

полнять
обязанности такого-то» или «вести себя кпк подо-

бает тому-то», например:

75&Ш&,
4ЦН^Ж («П1и цзин», «Лу сун», 4) Пай? мин* Луъ

.гун1, би*
хоуг
юй2 дун1 'Тогда [царь] приказал Лускому гер-

цогу быть князем на востоке';

ШШ—ШМ^Щ,
(«Цзо чжуань», 28-й год Сян-гуна) ЦайА

.хоу2...
иньъ эр2 бу^ фу* 'Цайский
князь...
развратен и ведет

•себя [по отношению к своему сыну] не так, как должен

вести себя отец'.

Существительное со значением орудия можот быть упо-

треблено как сказуемое с дополнением и означает тогда дей-

ствие, совершаемое с помощью этого орудия, например:

Ш«ИЖМ.
(«Цзо чжуань», 8-й год Чжуан-гуна) Вянь1 чжи1

цзянъ*
сюэ^ 'Он избил его кнутом до крови';

ШШ&&
(«Мэн-цзы», 1а, 7) Ши* ван3
минь1
е3 'Это значит

расставлять сети [своему] народу'.

42

Существительное как бессвязочное сказуемое может иметь

и
другие
значения, но каждое из них наблюдается только

у небольшого числа слов.

Будучи употреблено в функции определения или бессвя-

аочного сказуемого, существительное само почти никогда не

получает определений.

Хотя существительное, таким образом, может иметь син-

таксические функции, свойственные обычно предикативу, но

у него никогда не наблюдается той тесной связи
между
зна-

чениями
его как определения и как сказуемого, которая,

как
было показано выше, характерна для предикатива;

поэтому
между
этими двумя основными классами слов все же

сохраняется достаточно ясная граница.

В свою очередь и предикативы
могут
иметь функции,

обычно свойственные имени, т. е. быть подлежащим или до-

полнением,
или же сочетаться с предлогом. В этом
случае

они
могут
иметь два различных значения.

Во-первых, они
могут
обозначать предмет по его признаку,

подобно русским субстантивированным прилагательным или

причастиям
(сладкое,
раненый
и т. п.):

&Щ^~Щ&ШЯ
(«Мэн-цзы», 1а, 7) Сяо% гу* бу* кэ3 У? ды?

да* 'Малое безусловно не может меряться силами е большим';

зй-^#НЙ
(«Ши цзи», 68) Дао* 'бу* ши% м2 'На дорогах не

подбирали потерянного';

^-&.ШШ
(«Лунь
юй», VII, 25) Цзыъ и3 сы*
цзяо*
'Конфу-

ций
учил четырем [вещам}'.

Во-вторых, предикативы, употребленные как подлежащее

или
дополнение,
могут
обозначать отвлеченное название

действия или качества;
тогда
они переводятся на русский

язык
существительным, образованным от соответствующего

глагола или прилагательного:

ЗШ^Ё.
Ш№У№
(«Лунь
юй», XI, 12) Вэй* чжи1 шэн1, янь1

чжи1
сыъ?
'[Ты] еще не знаешь жизни, откуда
[тебе]
знать

о
смерти?';

§» Л21#гШЙ» («Цзо
чжуань»,
28-й год Сян-гуна) Фу*,

жэнъ2
чжи1 со3 юй4 е3 'Богатство — это то, чего желают люди'.

Есть небольшая группа предикативов (прилагательных),

обозначающих главным образом моральные и умственные

качества человека, которые в этом последнем значении (от-

илеченное название качества) употребляются по крайней мере

так
же часто, как в своих обычных функциях — сказуемого

и
определения. Таковы, например, д|*
чжун1
'преданный',

'преданность*, ^
чжи*
'мудрый', 'мудрость', Щ юн3
'мужест-

венный',
'мужество'.

Два значения, которые
могут
иметь предикативы при

необычном употреблении их (название предмета по его при-

анаку и отвлеченное название действия или качества), фор-

43

малыш
никак
не различаются. Выше был принеден пример,,

гдо слона ^ шэн1 'жить' и Щ сы3 'умереть' значили соответ-

ственно 'жизнь' и 'смерть'. Это — второе из упомянутых
двух

значений.
Но в
других
сочетаниях те же самыо слона
могут

иметь и первое значение, например: ЩМц$с№ («М;ш~цзы»г

1а, 3) ян3 шэн1 сан1 сы3 'кормить живых и оплакиплть мертвых';

Предикативы,
употребленные как подлежащей или допол-

нение,
сохраняют, при этом некоторые отличии от сущест-

вительного. Например, они никогда не принимают перед

собой прилагательного-определения (и вообще редко имеют

определение).

Прилагательные, как и глаголы, свободно
могут
быть

сказуемым, но при этом обычно не управляют дополнением,

Если
прилагательное получает дополнение, оно приобретает не-

обычное грамматическое значение— «считать таким-то», «отно-

ситься как к такому-то», «(мне) то-то и то-то кажется таким-то»;

-ИЗ-М2.
(«Мэн-цзы», 1У6, 29) Кун3 цаы?
сяпь*
чжи1 'Кон-

фуций
считал его (легендарного императора Юл) мудрым';

ШМШШМ&
(«Мэн-цзы», У1а, 4) Би3
чжан3
а//д т>я
чжан*

чжи1 'Так как он старший, я отношусь к нему, как надо

относиться к старшим';

ЗЙЦЛЖ1
(«Ман-цвы», VI 1а, 24) Кун2 цт#
вои>
Дунх

шань1
эр2
сяо3
Лу3 'Когда Конфуций подпилим на Восточную

гору, государство Лу показалось ему маленьким'.

Для глагола, как и для сущестнитолымго, необычной

является функция определения к имони. Глагол как опреде-

ление обозначает действие или состояние, присущее предмету,

либо назначение предмета, например:
ЯЦЁО}
фей1
ниоя
'летя-

щая
птица', НИ
д°У*
Цзи1 'дерущиеся петухи' (т. е, предна-

значенные
для петушиных боев), З&Ш гун1 сек 'оружие для

нападения
[на крепость]'. Словосочетание, и котором пере-

ходный глагол определяет существительное, пыглядит

так
же, как сочетание глагола с дополнением: |^Д ша{
жэнь2-

обычно имеет значение 'убить человека', но может яначить

и
'убитый человек', ]Щ^|, сы* м4—'пожаловать город', но также

и
'пожалованный город' и т. п.

Существительное, прилагательное и числительное
могут

быть определением к глаголу, и для них всех нта функция

является необычной. Существительное при отом может иметь

значение
сравнения, иногда орудия или места действия,

например:
Ш%7 шэ^ син2 'передвигаться как амон' (т. е. полз-

ком),
ЗЁ»®С Чу3 гэ1 'петь по-чуски' (т. е. так, как поют

в
государстве Чу), ^/с^ %о3 ши^ 'есть [пищу, ириготоиленную}

на
огне', 2КЩ
шуй3
чжанъ*
'сразиться на поде'. Прилагатель-

ные
и числительные перед глаголом переводятся наречиями:

ТЁЦЩ
гао1 фэй1 'высоко летать', ®$$г
бао3
ши1 'сытно есть',

~ Щ
сань1
бай*
'трижды поклониться'.

Наконец,
все слова, которые
могут
быть сказуемым без

киники,
кроме переходных глаголов,
могут
иметь каузативное

(побудительное) значение, например: .

йШШЩ
(«Ши Дзи». 66) Най3 ду* У3 Сюй1 Тогда он пере-

при
и
ил У Сюя через реку';

№'{%Ш1§,
ШШЖШ
(«Чжань го цэ», «Цинь цэ», I, 6) Юй>

;/)//'
го'-
чжэ3,
у*
гуан3
ци2 <9а4 'Тот, кто
хочет
сделать го-

сударство богатым, старается расширить его территорию';

ШШ—~%У-
(«Мэн-цзы», 1а, 6) Шу1 нэп2 и1
чжи1?
'Кто может

объединить его (Китай)?';

ШШШ&Ш
(«Ши цзи», 65) Лу3 юй* цзян* У2 Ци3 Тосудар-

етно Лу
хотело
сделать У Ци главнокомандующим'.

Глагол Щ <9г/4 значит обычно 'переправляться через реку',

по
здесь (в первом примере) он обозначает не собственное

действие субъекта, а воздействие на
другое
лицо (переправ-

лять через реку кого-то другого). В этом и состоит каузатив-

ное
значение. То же самое мы видим и в остальных приме-

рах, где так употреблены прилагательные § фу* 'богатый',

Щ
гуан3
'широкий' (второй пример), числительное— и1 'один'

(третий пример) и существительное $$ цзян^ 'главнокомандую-

щий'
(четвертый пример). Слова, употребленные каузативно,

псегда имеют дополнение.

Прилагательное, когда после него есть дополнение, может

иметь два разных значения: одно — побудительное, свойст-

иенное
и другим предикативам;
другое,'о
котором говорилось

ныше
(«считать таким-то»), — специфическое для прилагатель-

ного и невозможное у
других
частей речи. Эти значения

никак
формально не различаются, т. е., например, такое

сочетание,- как /Ь^,
сяо3
чжи1, одинаково может значить й

'считать его маленьким', и 'сделать его маленьким'.

Мы
уже знаем, что каузативное значение в древнекитай-

ском
языке часто бывает выражено не просто особым упо-

треблением слова, но и изменением его формы, сравним:

А щир 'войти': |^ пир 'впустить', 'дать возможность войти'.-

Значения
«войти»
и
«впустить»
относятся
друг
к
другу

так
же, как ^значения «переправляться» и «переправлять»,

но
первые представлены двумя разными словами, а вторые —

одним словом $Ц ду*. Можно предположить, что первоначально

для выражения побудительного значения всегда образовыва-

лось новое слово, но позднее словообразование с помощью

чередования звуков, префиксов и суффиксов перестало быть

продуктивным, и вместо
двух
разных слов начали пользоваться

одним и тем же для выражения
двух
разных значений.

Употребление слова в необычной функции — не исключе-

ние,
а вполне регулярное явление. Оно осуществляется так же

свободно, как в русском языке, например, любое прилагатель-

ное
может быть субстантивировано, т. е. употреблено в функ-

45

циях, свойственных обычно существительному. Значение-

слова в необычной функции по определенным правилам вы-

водится из его основного значения, и, зная это последнее,

мы в большинстве случаев легко можем понять слово в любом

его употреблении. Если известно, например, что Ц
мэй3
есть

прилагательное 'красивый', то встретив фразу, в составе ко-

торой это слово имеет дополнение, мы по общему правилу

переводим его как 'считать красивым' или (в зависимости

от контекста) 'сделать красивым', или там, где Щ
мэй3
само

является дополнением, переводим его как 'красота' или '(нечто)

красивое',
хотя все эти значения вовсе не обязательно указаны

в
словаре.

Необычное употребление слова, как правило, не приводит

к
образованию нового слова. Щ ал3 в значениях 'умереть',

'мертвый', 'смерть' — это не три разных слова, а одно и то же

слово в разных функциях. О разных словах можно говорить

только в том случае, если изменению функции
сопутствует

изменение
звучания слова (как у Д. жу* входить и ^ на*

'впускать') или если сильно меняется лексическое значение:

например,
* шу1 'писать' и Щ шу1 'книга' должны рассмат-

риваться как два разных слова (значение
«книга»
не выводится

целиком
из
«писать»
по общим правилам). Необычное употреб-

ление не означает также перехода слова из одной части речи

в
другую,
так как принадлежность к определенной части

речи есть постоянное свойство слова, не зависящее от его*

конкретного
употребления.

Из
всего этого
следует,
что в древнекитайском языке

одно слово является, скажем, существительным, а
другое


глаголом не потому, что первое в с ег да обозначает предмет,

а второе — действие, а потому, что для первого значение

предмета — основное, а значение действия встречается реже

и
является производным по отношению к предметному

значению,
а для второго — наоборот. По одному какому-ни-

будь
примеру нельзя еще судить, какой частью речи является

то или иное слово; надо знать все возможные (или по крайней

мере самые распространенные) его функции.

ПЕРЕХОДНЫЕ
И
НЕПЕРЕХОДНЫЕ
ГЛАГОЛЫ

В древнекитайском языке каждый глагол может иметь

дополнение.
Больше того, дополнение может иметь и при-

лагательное, а иногда и
другие
части речи, хотя они меняют

при
этом свое грамматическое значение. Поэтому здесь нельзя

делить глаголы на переходные и непереходные просто по на-

личию или отсутствию дополнения. Различие
между
переход-

ными
и непереходными глаголами в древнекитайском языке

46

состоит в том, что первые обычно имеют дополнение, под-

чиненное
глаголу непосредственно, без помощи предлога»,

а при отсутствии такого дополнения меняют свое значение;:

вторые же
могут
в одном и том же значении употребляться4

и
с дополнением, и — чаще — без него.

Когда переходный глагол непосредственно (без предлога)»

управляет дополнением, он имеет свое основное, активное

значение,
а дополнение обозначает объект действия. Если же-

дополнение убрать или вставить перед ним предлог ^ «ж1,

значение
глагола меняется на пассивное; дополнение с ^

юй1 при пассивном Значении глагола обозначает не объект,

а действующее лицо. Сравним: ШК ша1
жэнъ2
'убил человека'

и
ЗШ&Л ша1 юй1
жэнъ2
'был убит человеком'. Глагол в пас-

сивном
значении обозначает действие, которому подвергается

лицо,
обозначенное подлежащим.

Переходный глагол может употребляться без дополнения

со значением объекта только в некоторых особых условиях.

Во-первых, это уже упоминавшаяся выше конструкция,

где после переходного глагола стоит дополнение с предлогом .

^ юй1, например:

ШЯ%№1$А-ШАт&%:А
(«Мэн-цзы», Ша, 4) Лас? ли*

чжэ3
чи2 юй1
жэнъ2-
• • Чи?
жэнь2
чжэ3
сы* юй1
жэнъ2
'Те,
кто»

трудится физическим трудом, управляются [другими] людьми...

Те,
кто управляет [другими] людьми, кормятся от [других):

людей'.

Далее, переходный глагол может не иметь дополнения,

если перед ним стоит служебное слово |3, и3, выражающее

перфект,
например:

ШМЖ&ШЗ^ («Ши цзи», 48)
Чжоу1
Чжаи1
цзюнъ1
и3 ио2

и3
'Армия Чжоу Чжана разбита'.

Очень часто мы находим переходный глагол без дополне-

ния
в различного рода сложных предложениях, а также

в
следующих подряд нескольких фразах с параллельной

грамматической структурой.

Ш.^Ш, Ф&Ш- («Ли цзи», XVIII, 2) Юй*
буЫжо2
бу* чэн?

ци* 'Если яшму не отшлифовать, [из нее] нельзя сделать,

вещь';

ЙИШ
Ъ#9с№ («Чжуан-цзы», XX, 4)
Чжи?
му*
сянъ1

фа2,
гань1
цзин3
сянъ1
цзе2
'Прямое дерево первым срубят,

сладкий колодец (т. е. со свежей, не
тухлой
водой. — С. Я.)

первым вычерпают до дна'.

Есть, кажется, и другие -случаи, когда возможно отсут-

ствие дополнения; но, так или иначе, употребить переходный

глагол без дополнения можно далеко не всегда. Возможно^

чт© некоторым глаголам этой группы вообще не свойственно

такое употребление.

Переходные глаголы обозначают действия, которые как-то

Изменяют
состояние объекта, например: ^ фа? 'срубить', Щ

по* 'разбить', ^
чэн?
'построить', Щ би* 'закрыть',
Щ>
дэ2

"'получить'.

Непереходные глаголы, строго говоря, тоже имеют два

значения
— основное и каузативное. При каузативном употреб-

лении
они всегда имеют дополнение. В основном же своем

значении
они
могут
употребляться без дополнения в любых

условиях, без каких-либо ограничений;
могут
.иметь и допол-

•нение,
причем дополнение без предлога и дополнение с пред-

логом ^ юй1 обычно имеет при них одинаковое значение.

^Сравним:
Л жг/4 'вошел', АИ[ ЖФ ши* 'вошел в комнату',

ЖУ* юй1 ши* 'вошел в комнату'

Ш
У у

По
значению непереходные глаголы образуют две основные

труппы. Во-первых, это — глаголы, обозначающие движение

или
пребывание на месте: 1(у
синг
'идти', Щ фэй} 'летать',

Д.
жг/4 'войти', )х.
фанъг
'вернуться', ^
цзо*
'сидеть', {& цзай^

'находиться', 'иметься налицо' и т. п. Дополнение при них

имеет значение места. Другая группа — глаголы, обозначаю-

щие
чувства
или их внешнее проявление: Ц;
вэй4
'бояться',

Я& чи3 'стыдиться', Щ лэ* 'радоваться', Щ
шэнъъ
'усмехаться',

'51 ку1 'плакать' и т. п. Дополнение с ^ юй1 они принимают

редко; дополнение с предлогом при них может иметь то же

значение,
что и дополнение без предлога, но иногда

{например, при глаголе 5§ Щх 'плакать') обозначает и место

действия.

Некоторые слова занимают промежуточное положение

между
переходными и непереходными глаголами, так же как

существуют
слова, занимающие промежуточное положение

между
глаголами и прилагательными; но и тех и
других

сравнительно немного.

Независимо
от основного деления глаголов на переходные


непереходные, в древнекитайском языке выделяются еще

некоторые небольшие группы глаголов, дополнение при кото-

рых имеет те или иные особенности.

Так,
существует
группа глаголов, которые
могут
иметь

•в качестве дополнения целое предложение. Это — глаголы

*со значением
чувства,
о которых уже говорилось выше, и

тлаголы, обозначающие умственную деятельность или
чувст-

венное
восприятие, как ^ чжи1 'знать', ^ ван* 'забыть', Д

цзянъ*
'увидеть', Щ
вэнъ2
'услышать' и т. п. Эти последние

скорее являются переходными, так как почти никогда не встре-

чаются без дополнения. Однако по значению в них нот ничего

активного,
обозначаемые ими действия не
могут
как-то по-

•влиять на состояние объекта.

Как
и во
всех
предложениях, выполняющих функции

какого-нибудь члена предложения, в предложении-дополнении

•подлежащее обычно имеет после себя служебное слово ^

48

подлежащим предложения-дополнения является

местоимение 3-го лица, оно имеет форму ^ ци2. Например:

ИДВФ^ШМ^ДЙЛ-Ш,
(«Цзо чжуань», 32-й год Си-гуна)

Уг
цзянь*
ши1 чжи1 чу1 эр2 бу*
цзянь*
ци2 жу* е3 'Я видел, как

армия
вышла [из ворот города], но не
увижу,
как она войдет'.

Предложение-дополнение при глаголах со значением чув-

ства (или выражения чувств) имеет несколько иное значение,

чем при остальных глаголах рассматриваемой группы: подле-

жащее этого предложения обозначает лицо, на которое на-

правлено чувство, а остальная часть предложения — причину,

вызвавшую чувство. Например:

^ТШЖ^^Л-Ш,
(«Мэн-цзы», 16, И) Тянъ1 ся* гу* вэй* Ци2

чжи1 цян2 е3 'Весь мир и так уже боится государства Ци из-за

того, что оно [слишком] сильное';

ШШ—ШЩЩШ^Р^^.%
(«Цзо чжуань», 26-й год Сян-гуна)

Гуа3
цзюнъ1...
гань3
бай*
Чжэн*
цзюнъ1
чжи1 бу* эр* е3 'Наш го-

сударь ... осмеливается благодарить Чжэнского государя

за то, что тот не нарушил договора'.

Поскольку
существительное, стоящее после глаголов Ц

вэй* 'бояться' и Щ
бай*
'благодарить' (доел, 'кланяться'),

имеет после себя служебное слово ^ чжи1, оно формально

несомненно
является подлежащим предложения-дополнения.

Если
мы захотим отразить китайскую конструкцию в рус-

ском
переводе, мы должны
будем
перевести: '... боится того,

что государство Ци [слишком] сильно'; '. .. осмеливается вы-

разить свою благодарность в связи с тем, что Чжэнский

государь .. .'

Очень похожую конструкцию образуют глаголы, управляю-

щие
названием предмета и названием действия, которые, од-

нако,
не относятся одно к
другому
как подлежащее и сказуе-

мое (Щ
цюанъ*
'посоветовать', $г мин* 'приказать', |^
сюй3
'раз-

решить' и т. п.). Порядок слов при этом такой же, как и при глаго-

лах предыдущей группы: после главного глагола стоит сначала

название
предмета, затем название действия, так же как

в
предложении-дополнении сначала ставится подлежащее,

а потом сказуемое. Но если два слова, подчиненных гла-

голу,
не ^составляют предложения, между ними никогда не

ставится служебное слово ^ чжи1. Кроме того, местоимение

3-го лица, когда оно является не подлежащим предложения-

дополнения,
а дополнением главного глагола, имеет форму

^ чжи1, а не ^ ци* (местоимение ^ чжи1 'его' не
следует

смешивать со служебным словом ^ чжи1, о котором говори-

лось выше, хотя они и пишутся одним и тем же иероглифом):

ШШЙ.ШЖШВи
(«Цзо чжуань», 5-й год Си-гуна) Гу*
цюань*

чжи1 чэн? ци1 сы* и* 'Цоэтому он посоветовал ему укрепить

пожалованный
ему город'.

4 С. Е. Яхонтов 49

По
смыслу эта конструкция явно отличается от предыду-

щей;
главный глагол {Щ
цюанъ*
'советовать' и т. п.) в ней

обозначает побуждение.

Особую группу образуют глаголы давания. Они управ-

ляют двумя дополнениями, из которых одно является назва-

нием
лица,
другое
— предмета. Оформлены они
могут
быть

двояким
образом: либо название лица остается без предлога

и
тогда название предмета вводится предлогом ^ и3, либо

название
предмета не имеет предлога и тогда название лица

получает перед собой предлог ^ юй1 (^ юй2), например:

Ш^Х'Я'ТШШ
(«Мэн-цзы», Уа, 5) #о2 и3
тянъ1
ся* юй3
Шунъ*

*Яо отдал [власть над] миром Шуню';

ШЖШФЖ-^
(«Цзо чжуань», 28-й год Сян-гуна)
Сянь*

цзюй1 юй1 Цзи? У3
цзы3
'Он подарил Цзи У-цзы колесницу'.

Кроме
глаголов со значением
«дать»,
«подарить» и т. п.

к
глаголам давания относятся слова ^ ши* 'показать', -Цу

гао^ 'сказать', 'сообщить' и- некоторые другие. Дополнения

к
этим глаголам тоже
могут
оформляться двояким образом;

сравним:

ШШ^ЗЕЙ.
(«Мэн-цзы», Шб, 1) Хо4 и3
гаок
Ван2 Лян2

'Кто-то
сказал об [этом] Ван Ляну';

^.й'^'^^РтР'-Ш»
(«Гунъян чжуань», 15-й год Сюань-гуна)

Ши* и3 гао^ цин2 юй?
цзы3
е3 'Поэтому я сказал вам правду'.

Дополнение
с 0 и3 может стоять либо перед глаголом,

либо
после беспредложного дополнения, дополнение с ^

юй1
— только после беспредложного дополнения. Конструк-

ция
с ^ юй1 вообще встречается значительно реже, чем

конструкция
с ]?Х и3.

Если
оба дополнения стоят одно за другим после гла-

гола, предлог при втором из них часто опускается (особенно

после местоимения), и тогда глагол имеет два беспредлож-

ных дополнения:

ШШ
• • •
ШИ^Ш («Лунь юй»,
XVII,
1) Ян2 ХоК . . гуй1

Кун3
цзы3
тунъ2
'Ян Хо. .. подарил Конфуцию поросенка'.

Обычно
в таких случаях сначала идет название лица,

а
потом название предмета, хотя бывает и наоборот.

МОДАЛЬНЫЕ
ГЛАГОЛЫ

Особое место среди предикативов занимают модальные

глаголы. Их особенность состоит в том, что они
требуют
после

себя
другого
глагола. Этот второй глагол сохраняет почти

все обычные глагольные свойства, в частности способность

иметь дополнение, например:

ИьШ№,9$.
(«Цзо чжуань», 13-й год Ай-гуна) Ван2 юй* фа2

Сун*
'Царь
хотел
напасть на государство Сун'.

50

Глагол, стоящий после модального глагола, по некоторым

признакам
может рассматриваться как дополнение послед-

него.
Он может заменяться местоимением (вопросительным

или
личным), например:

^0:
«МАШ&?»
ЯШ-' «#Ш» («Соу шэнь цзи», 1)
Чжу3

юэ1:
«Фу*
жэньг
хэ2
нэп2?»
Юн3 юэ1:
«Иэн%
чжи1»
'Хозяин ска-

зал:
«Что умеет [эта] женщина?» [Дун] Юн сказал: «Она

умеет ткать»'.

Однако
есть конструкции, в которых модальный глагол

и
глагол, следующий за ним, выступают как единое целое,

как
бы один сложный глагол. Например, некоторые место-

имения,
будучи
дополнением, ставятся не после глагола,

а
перед ним; при этом, если перед глаголом стоит модаль-

ный
глагол, местоимение ставится перед обоими глаголами,

а
не между ними:

ЩШШШ?-
(«Цзо чжуань», 27-й год Чжао-гуна) У2
шуй2

гань3
юань*?
'На кого я осмелюсь роптать?'

Наиболее
употребительными модальными глаголами яв-

ляются
|^ нэн2 'мочь', 'уметь', ^ юй* 'хотеть',
$%
ганъ3
'сметь'.

Некоторые
модальные глаголы употребляются и как обычные;

например,
^ юй* может управлять предложением-дополне-

нием
(и значит тогда
'хотел
бы, чтобы. . .').

Очень
близко к модальным глаголам стоит группа слов,

которые
можно назвать модальными прилагательными:


кэ3
'можно', Дй. цзу2 'достаточно', 'стоит того, чтобы. . .', Л ц4

'легко',
Л§
нанъъ
'трудно'. Все они
могут
употребляться как

сказуемое без дополнения, подобно обычным прилагательным.

Однако
в большинстве случаев за ними, как и за модаль-

ными
глаголами,
следует
глагол. Отличие их от модальных

глаголов состоит в их пассивном значении: подлежащее при

них
указывает не субъект, а объект действия, обозначенного

следующим за ними словом. Например:

1Е.~ЩЫ.3&
(«Цзо чжуань», 27-й год Чжао-гуна) Ван2кэъ

ши* е3 'Царя можно убить';

ййЛЯ? («Ши шо синь'юй», XXV) Цы3
шэнь*
и4
цзе3

'Это очень легко объяснить';

3-2.Ш—Щ&йк^.?
(«Чжуан-цзы»,
XXIX,
1) Цзы3 чжи1

дао*.
. . сие цзу2 лунь* цзай1? 'Разве ваши принципы ... стоят

того, чтобы о них рассуждать?'

Между модальным прилагательным и следующим глаголом

может быть вставлен предлог (чаще всего $ и3 — показатель

орудия или Л юй3 — показатель совместности); тогда подле-

жащее обозначает уже не прямой, а косвенный объект дей-

ствия,
например:

'ЙЁШ^.^Г.
Щ\ЗЖ^-
(«Ши цзин», «Сяоя», III, 10) То1
шань1

чжи1 ши2, кэ3 и3 гун1 юй* 'Камнями с
других
гор можно об-

тачивать яшму';

4*
51

Ш2.Л&ВШ%
(«Чжань го цэ», «Чжао цэ», I, 6)

Санъ1
го2 чжи1 ли*. . .
цзу2
и3 ба%
Чжэн*
'СИЛ [наших]
трех

государств.. . достаточно, чтобы ими захватить государство

Чжэн';

ЖШШМЩ
(«Лунь
юй», VII, 29) Ху* сян1
нанъ2
юй3
янь2


[ЛЮДЬМИ ИЗ] Хусяна трудно разговаривать'.

Глагол, стоящий после модального прилагательного, не

имеет дополнения, так как объект в этом
случае
уже обо-

значен
подлежащим. Если же после модального прилагатель-

ного вставлен предлог, глагол сохраняет свои обычные свой-

ства.

Сочетание Щ$, кэ3 и3 еще в классическом языке часто

употребляется как единый модальный глагол 'мочь', по зна-

чению близкий к ^ нэп2 (в отличие от Ц
нэн2,
он обозна-

чает возможность, зависящую от объективных условий, а не

от способностей или силы действующего лица).

Модальные прилагательные
могут
стоять только перед

такими
словами, которые
могут
иметь дополнение без пред-

лога. Если они стоят перед обычным прилагательным, по-

следнее получает то значение, которое оно имеет, когда

после него стоит дополнение («считать таким-то» или
«сде-

лать таким-то»),

ЧИСЛИТЕЛЬНОЕ

Числительные в древнекитайском языке являются преди-

кативами,
т. е. обычно бывают в предложении сказуемым

или
определением к имени. Если именно количество чего-то

является тем новым, о чем сообщается в предложении, чис-

лительное всегда делается сказуемым. Говоря о размерах

войска
какого-нибудь древнего
князя,
мы скажем: «У него

[было]
3000
колесниц». В древнекитайском языке эта фраза

должна была быть построена иначе:
З^Т^.—^
(«Ши цзин»,

«Сяо я», III, 4) Ци2
цзюй1
санъ1
цянъ1,
доел. 'Его колесниц

[было]
3000'.
Сравним еще:
Ш2.^Ш^^Ж
(«Ши
Цзи»>
82)

Чэнг
чжи1 бу^ баг
чжэ3
эр* эр3 'Не были захвачены только

два города' (доел. 'Городов, которые не были бы захвачены,

было только два').

Будучи определением, числительное, подобно прилага-

тельному, просто ставится перед существительным; сочета-

ние
=Д.
санъ1
жэнъ2
'три человека' построено так же, как

Д
лао3
жэнъъ
'старый человек'.

Как
и все предикативы, числительные могли употреб-

ляться и в
других
синтаксических функциях; примеры уже

приводились выше.

Простых (т. е. состоящих только из одного слова) числи-

52

тельных
в
древнекитайском языке было немного: девять
пер-

вых чисел, затем названия разрядов

-\-
ши2
десять,
"§"
бай3

'сто',
=р-
цянь1
'тысяча'
и Щ ванъ*
'десять тысяч', кроме того
—.

слова
Щ
лян3 'оба',
^1
цзай* 'дважды',
^2 бань4
'половина'
и

Щ
бэй*
'вдвое больше', наконец
Щ^
шу*
'несколько'. Были
и еще

некоторые числительные, мало употребительные. Слово

Щ.
цзай*,
в
сущности, было лишь вариантом слова
^ эр*
'два':

оно
употреблялось вместо
Ц эр4 в
функции определения

к
глаголу.

Все остальные числа обозначались сочетаниями простых

числительных. Сочетания
эти
строились примерно
так же,

как
в
русском языке
(или в
современном китайском). Число

единиц
разряда ставилось перед названием разряда:
^•=$-

санъ1
цянъ1 'три
тысячи',
ЩЩ ш4
вямь4 'сорок тысяч' (доел,

'четыре десятка тысяч'). Меньшие разряды следовали
за
боль-

шими;
перед единицами

иногда
и
между
всеми разрядами)

часто вставлялось слово

ю*
(этимологически
— то же, что

Д.
ю*
'кроме того'):
НтЧ+;Й'~Ъ
бай3
лю* ши2 ю4 ци1 'сто
шесть-

десят семь'.

Если
за
большим числом следовало меньшее

сочетание

обозначало дробь;
между
двумя числительными могло быть

вставлено
(но не
обязательно) служебное слово
%. чжи1: %—•

цзю3 и1 или
%"%.—-цзю3
чжи1 и1 — 'одна девятая'.

Количественные и порядковые числительные никак не

различались.

Числа 4, 5, 100, 10 000 считались «круглыми», и соответ-

ствующие числительные могли употребляться в значении

«все»:
5Е"& У3 сэ% 'пять цветов' ('все цвета'), ~ЩЛ
бай3
гун1

'сто ремесел' ('все ремесла').

Числительные часто сочетались в предложении с назва-

ниями
мер (/^. чи3 'фут', /р
цзинъ1
'фунт' и т. п.). Эти послед-

ние
по своим грамматическим свойствам близки к названиям

разрядов: сочетание 5/^.
санъ1
чи3 'три фута' построено точно

так
же, как —^
санъ1
цянъг
'три тысячи'.

Сочетание числительного и названия меры чаще всего

ставилось перед существительным как определение, оформ-

ленное
служебным словом ^ чжи1, и служило для указания

на
размеры предмета, например: ^К,ЗИ& лю* чи3 чжи1 ^

3 3
рр
рд, рр ^,ЗИ&

'посох длиной
в
шесть футов',
~ЁзШ%.Ш
бай3
моу3 чжи1 тянъ1

'поле размером
в 100 му\ В
этой конструкции вместо назва-

ния
меры может быть
и
обыкновенное существительное,
обо-

значающее составную часть предмета
или его
обязательную

принадлежность:
%Щ^_^,
цзю3 цэн2
чжи1
тай2 'башня
в де-

вять этажей';
Щ0&^,Щ
ванъ4 шэн* чжи1 го2
'государство
[с ар-

мией]
из 10 000
боевых колесниц'.

Далее, сочетание числительного
и
названия меры могло

стоять
и
после существительного, если речь идет
не о раз-

53

мерах предмета, а о количестве чего-то, что не может счи-

таться поштучно, например: Щ^ЖШ СУ* Уъ
бинъ
'пять бинов

проса'.

Такая
конструкция возможна и при обычном счете людей

или
предметов. Вместо названия меры ставится
тогда
слово,

рассматриваемое как единица счета, например: ^•-ЬА
ЧзыЬ

ци1
жэнь2
'семеро сыновей' (доел, 'семь человек сыновей');

Щ-\-0$ ма3 иш? шэн^ 'десять запряжек лошадей' (в одной за-

пряжке
было четыре лошади).

В классический период употребление этой конструкции

при
поштучном счете встречалось редко, но в позднем древне-

китайском
оно широко распространилось; в качестве единиц

счета брались какие-нибудь заметные части считаемых пред-

метов: Щ
тоуг
'голова' — для животных (подобно тому как

по-русски говорят
столько-то
голов
скота), Щ линг 'во-

ротник'—для
одежды, Щ. чжу1 'пень' — для деревьев,

и
т. п.

Количество могло быть выражено и без числительного,

при
помощи существительного со значением вместилища,

употребленного как определение к
другому
существитель-

ному, обозначающему нечто не поддающееся поштучному

счету,
например: ЩЩ юй2
синь1
'воз
хворосту';
Щ^ШШ
дань1

сы4
ху2 цзян1 'корзина еды и кувшин кислого напитка'. Перед

такими
сочетаниями может стоять числительное, как перед

обыкновенным
существительным
(—-Щ.'^а
и1
дань1
сы* 'одна

корзина
еды').

Конструкции,
в которых числительное (одно или с назва-

нием
меры) является определением к существительному, рано

начали смешиваться
между
собой. В позднем древнекитай-

ском
при штучном счете предметов возможны были три

конструкции:

санъ1
ню2, 4^Щ нн>2
сань1
тоу1, ЗЩФ

санъ1
тоу3
ню2 — 'три быка' (единица счета для быков — Щ

шоу2
'голова'). Для обозначения количества
«несчитаемых»

предметов в позднем древнекитайском употреблялись две

конструкции
(независимо от того, какими мерами выражается

количество — настоящими, как фунт или фут, или такими,

как
корзина и кувшин): ^^д^ ми3
санъ1
доу3,
^Ц-^
сань1

доуъ
ми3 'три меры риса'.

Сочетание числительного и названия меры могло стоять

в
конце предложения, после прилагательного или после гла-

гола (с дополнением или без него). Числительное с мерой

после прилагательного указывает размер: Ш-ЬК.
гуан3
ци1 чи3

' ^ 1 2 '
р у р ШЬ у ц

'имеет 7 футов в ширину';
"^^Т^чжун^
цянъ1
ши2 'весит

1000 ши'.

Если
такое сочетание стоит после прилагательного ^

фан1 'квадратный', это означает, что речь идет о размере по

двум
направлениям (в длину и в ширину), например:



%%.Ш%%ИШ.
(«Мо-цзы», 50)
Сун*
чжи>
ди* фан1 у3
бай3

ли? 'Земли государства Сун имеют 500 ли в длину и в ши-

рину' (не '500 квадратных ли', как иногда неверно перево-

дят!).

После
глагола сочетание числительного с названием меры

обычно обозначает расстояние, например:

Ш.^ШЛ'^
(Тао
Цянь,
«Тао
хуа юань цзи») Фу*
синг
шу*

ши2 бу* 'Он прошел еще несколько десятков шагов'.

Таким
же образом строится предложение, где говорится

о
давности или длительности события:

3№"ШИ*1Ш
(«Ши цзи», 123)
Чанъ2
юй%...лю*
Цянь1

ши2 юйг
суй4"
'Шаньюй ... держал у себя [Чжан]
Цяня
более

десяти лет', или: 'Прошло более десяти лет с тех пор, как

шаньюй оставил у себя [Чжан]
Цяня'.

Сочетание числительного с названием меры или вмести-

лища могло и само быть сказуемым:

ЖШШ-Ж
(«Чжуан-цзы»,
XXXIII,
6) Ци2 шу1 у3
цзюй1
'Его

книг
было пять возов' (т. е. он написал столько книг, что по-

надобилось бы пять возов, чтобы увезти их);

ЛКШЯГЗмЕГ
(«Чжуан-цзы», I, 5)
Чэнг
эр2 шиг у3 ши2 'Когда

она
(тыква) выросла, ее плоды имели объем в пять ши'.

Такое сказуемое обозначало либо количество, либо раз-

меры предмета.

ПОСЛЕЛОГИ

Слова, которые в китаеведении принято обозначать тер-

мином
«послелоги», в древнекитайском языке имели очень

мало общего с настоящими послелогами, например, алтайских

языков;
во всяком
случае
они вовсе не обязательно стояли

после существительного или какого-нибудь
другого
слова.

Только всовременном языке они, утратив большую часть функ-

ций,
которые они имели в древности, действительно преврати-

лись в послелоги. Слова примерно с теми же свойствами, кото-

рыми
обладали так называемые послелоги древнекитайского

языка,
есть и в ряде
других
языков, но для них нет
уста-

новившегося названия в общем языкознании, поэтому при-

ходится сохранить для них традиционное наименование.

Послелоги
служат
для указания местоположения или

направления,
иногда — последовательности во времени. Их

имеется всего около пятнадцати, например: _^
шан*
'наверху',

Щ нэ0 'внутри', ^
хоу*
'позади', 'после', 7$ ю4 'направо',

3^ дун1 'на востоке'.

Послелоги часто сочетаются с существительными, причем

могут
стоять как перед ними, так и после них. Послелог

перед существительным является определением к нему: 7$^-

55

н>4
шоу3
'правая рука', т^Р1} дун1
мэнъ2
'восточд/ые ворота',

фЩ
чжун1
гог 'центральное государство'. Если/же послелог

стоит после существительного-—тогда, наоборот, существи-

тельное зависит от послелога: Р5]|г
мэнь*
дун1 'к востоку от

ворот', $с_Ь чэи2
шан*
'на городской стене', ^ф ФУг
чжун1

'в котле'. В этом случае китайский послелог действительно

выполняет функции, свойственные настоящим послелогам,

например,
алтайских языков.

Однако некоторые послелоги иногда даже и в позиции

перед существительным подчиняют себе существительное,

а не определяют его, например:

Ф&^Ш («Ши цзин», «Го фэн», VI, 5)
Чжун1
гу5 то3 туй1

'Посреди долины [растет] пустырник';

ШШ^йШЛ,
(«Цзо чжуань», 28-й год Си-гуна) Вэй* хоу%

сянъ1
циг жу^. 'Вэйский князь въехал [в столицу] раньше

назначенного
срока'.

Послелог, отдельно или с предшествующим существитель-

ным,
в предложении обычно сочетается с предлогами ^ той1

или
§
цзы*,
выражающими пространственные отношения,

например:

ЗИлСМШ-Ь. («Мэн-цзы», 1а, 2) Ван2 ли4 юй1
чжаоъ
шан*

'Царь
стоял на берегу пруда';

Ш&ШШШШЪ.
(«Цзо чжуань», 23-й год Сян-гуна) Бао*

цзы*
хоу^ цзи1 эрг ша1 чжи1 '[Фзй] Бао ударил его сзади и

убил'.

Однако с конца III в. до н. э. предлог ^ юй1 перед су-

ществительным с послелогом очень часто опускается, соче-

тание существительного с послелогом получает способность

само,
без помощи предлога, выражать пространственные от-

ношения:

й
• • •
ШШШ.Ф
(«Чжань го цэ», «Ци цэ», IV, 1) Минь2...

ин1
цзюнъ1
дао*"
чжун1
'Народ... встретил государя на сере-

дине пути'.

Сочетание существительного с послелогом могло употреб-

ляться как определение к
другому
существительному, при-

соединяясь
к нему с помощью служебного слова ^ чжи1,

например:
^_Ь^А чэм-2 шан^ чжи1 жжъ1 'люди, находив-

шиеся
на городской стене'; Ч}ЦЖ^Й
Ханъ*
дун1 чжи1 гог 'го-

сударства, расположенные к востоку от реки Хань'.

Послелог без существительного часто употреблялся как

определение к глаголу, указывая направление действия, на-

пример:
^^ дун1 фай1 'лететь на восток', "р^Р ся*
фоуг

'плыть вниз по течению'.

Наконец,
он мог сам быть сказуемым без связки. При

этом иногда из контекста видно, что после него опущен гла-

гол, например:

56

?№
Р9Л$ («Ли цзи», III, 6) Кун8
цзы3
сянъ1
фанъ\

мэнъ2
жэнъ*
хоу*
'Конфуций вернулся раньше, ученики его —

позже*.

Но
в
других
случаях,
по-видимому, послелог действи-

тельно сам является сказуемым, обозначая движение в опре-

деленном направлении, например:

Щ^.ЛШЧ\^ШЖ
(«Ши цзи», 7)
Сян*
ван* пай3
фу*>
инь&

бин1
эр*1
дун} 'Тогда царь Сян опять во главе своей армии

двинулся на Восток'.

Сказуемостная функция послелога не связана с его опре-

делительной функцией отношениями «взаимной обратимости»,

которые
существуют
между
этими функциями у предика-

тивов.

НАРЕЧИЯ

В отличие от
всех
групп слов, рассмотренных до сих пор,

наречия
могут
занимать в предложении только одно место:

они
ставятся
между
подлежащим и сказуемым (точнее,
между

группой подлежащего и группой сказуемого). Наречие не

является определением к
глаголу,
потому что многие наречия

могут
стоять не только перед глаголом, но и перед связоч-

ным
сказуемым. Оно связано с группой сказуемого в целом.

К
наречиям относятся такие слова, как тД; ц* 'также', ЗС ю*

'кроме того', ^ го3 'и в самом деле', Щ гг/4 'конечно'.

Наречиями
были также отрицания — ^> бг/4 'не', ^
вэй4
'еще

не',
$$ у2
'не...!'.
Мы рассмотрим их подробнее несколько

позже,
когда
будем
говорить о классификации предложений.

В древнекитайском языке первоначально не было наречий

степени.
Слова, служившие для указания на высокую сте-

пень
качества или
чувства,
были еще обычными прилагатель-

ными
(иногда глаголами), употребленными как определение

к
другим прилагательным или глаголам. Например, слово

Щ
шэнъ*,
которому обычно • приписывается значение 'очень',

вполне могло употребляться как сказуемое и
даже
входить

в
состав конструкции, выражающей сравнение:

ЖШМШкё^Ш
(«Мэн-цзы», У1а, 10) Со3 юй4 ю3
шэнъ*
юйг

шэн1 чж& 'Есть вещи, которые нам дороже, чем жизнь' (доел.

'То,
чего желают, бывает более
«очень»,
чем жизнь').

Наречия
степени оформились как особая группа слов

с собственными грамматическими признаками не раньше эпохи

Хань.

Слова со значением времени, такие, как ^
цзинъ1
'теперь',

^ си2 'прежде', Д ся^ 'летом', $? е4 'ночью' и т. п., тоже

нельзя
считать наречиями. Эти слова ставились обычно не

перед сказуемым, а в начале предложения; к тому же они

могли употребляться и в
других
функциях (например,

57

Шй#т
и% гУг фэй1
цзинь1
'ссылаясь на древнее/,
осуждать

современное').
Скорее всего они образуют особую группу

существительных.

Вообще число наречий в древнекитайском языке было

•сравнительно невелико.

I-'""'
• " . •

ПОКАЗАТЕЛИ
ВРЕМЕНИ

Показатели
времени занимают то же место в предложении,

что и наречия, причем сочетаются не только с глаголами,

но
и с прилагательными, а иногда и с числительными. Они

не
отделены четкой границей ни от наречий, ни от модаль-

ных глаголов.

Древнекитайские показатели времени указывают относи-

тельное время, т. е. обозначают время не обязательно по

отношению к моменту речи. Только в диалоге исходной точ-

кой
обычно является момент речи. Если в предложении есть

название
какого-то конкретного, объективного времени (дата,

время дня и т. п.), показатель времени обозначает время

по
отношению к этому конкретному моменту или периоду

времени.
Наконец, при связном, последовательном описании

событий, совершившихся в прошлом, эти события описы-

ваются так, как
будто
бы говорящий непосредственно

наблюдает их (в русском языке тоже иногда прибегают к та-

кому описанию прошлых событий, но тут оно несет опреде-

ленную стилистическую нагрузку, в то время как в древне-

китайском
языке оно является единственно возможным); сле-

довательно, в этом
случае
употребление показателей времени

ориентируется на момент или период, когда происходят опи-

сываемые события.

В древнекитайском языке
существуют
показатели
трех

времен — прошедшего предшествующего, давнопрошедшего и

ближайшего
будущего.
Учитывая то, что было сказано выше

об общем характере обозначения времени в этом языке,

может быть, правильнее
утверждать,
что эти показатели

выражают не время, а, скажем, «предшествование», «воспо-

минание» и «ожидание»; значение прошедшего и
будущего

будет
тогда
лишь частным случаем этих более общих и не-

определенных категорий.

Показателем прошедшего предшествующего времени в до-

классическом древнекитайском и в первых памятниках клас-

сического периода является слово ^ цж*, потом — ^ и3

{Ы Чт* сохраняется только в придаточных предложениях).

Служебное слово \^ и3 происходит от знаменательного гла-

гола 'кончить', 'перестать'.

Прошедшее предшествующее время означает, что действие

совершилось до момента, по отношению к которому ведется

58

отсчет времени, или до
другого
действия. В нервом случае

это
время имеет значение перфекта: говорящего интересует

не
прошлое, а настоящее, и указание на совершившееся

ранее действие служит лишь средством описать нынешнее

состояние.
Например:

«ЛЦс^сЙ?» — «ИЬ^-'-^Е^Е^» («Соу шэньцзи», 15)
«Цы3

нюй3
анъ1
цзай^?»
. . .
«Цы3
нюй3
. . .
цзинъ1
и3 сы3 и3»
'«Где
эта

девушка?» . . .
«Эта
девушка . . . сейчас уже умерла»';

ШШ?М
^1 («Ши цзин», «Го фзн», VIII, 1) Цзи1 цтк мин2

и3 'Петухи уже пропели'.

Заметим,
что в первом примере вопрос задан не о дей-

ствии,
а о состоянии; в ответе также употреблено слово ^

цзинъ1
'сейчас' (хотя девушка умерла, конечно, не в момент

речи, а — как известно из контекста — три года назад).

Видно, что говорящих интересует не прошлое, а настоящее,

и
ссылка на прошлое событие служит лишь для того, чтобы

ясно
стало нынешнее положение дел. В этом и состоит зна-

чение перфекта. То же и во втором примере: говорящему

важно не само пение петухов, а то, что «сейчас время уже

позднее, пора вставать».

Когда показатель прошедшего предшествующего имеет

значение
перфекта, в конце предложения часто ставится ко-

нечная
частица ^ и3.

Второй случай употребления прошедшего предшествую-

щего — это обозначение действия, предшествующего
другому

действию. Показатель прошедшего предшествующего упот-

ребляется, если два действия называются не в том порядке,

в
каком они совершились:

М,
ШШШ2.%:
(«Цзо чжуань», 2-й год Чэн-гуна)
Чжи*,

цзэ2 изи*
чжанъ3
чжи1 и3 'Когда он приехал, оказалось, что

того человека уже казнили'.

Прошедшее предшествующее может быть употреблено

в
придаточном предложении:

ШЕ,ШМ,
&М&ШЩ
(«Ши цзи», 48) Чу3 и3 чжу1
Цинъ\
би^

цзя1 бин1 юй1
Чжао^
'После- того как государство Чу уни-

чтожит государство
Цинь,
оно обязательно обратит оружие

против государства Чжао'.

Давнопрошедшее время выражается с помощью служеб-

ного слова Ц» чан1 'некогда', 'прежде', 'как-то раз', происхо-

дящего от знаменательного глагола со значением 'пробовать'.

Это время употребляется при речи о событиях, о которых

в
момент, служащий основанием для отсчета времени, можно

судить только по памяти или по рассказам
других
людей.

Например:

З.ШШ&3-&.МШ
(«Мэн-цзы», 16, 1) Ван2 чан2 юй4
Чжуан1

цзы* и3 хао^ ш4 'Вы, царь, как-то раз сказали господину

Чжуану, что любите музыку';

59

ФШ^*
ШШ&Ъ!т1!&.
(«Мэн-цзы», У1а, 8) Ню2
шанъ1

чжи1 му*,
чан2
мэй? и3... Фу3
цзшь1
фа2 чжи1 'Некогда де-

ревья на горе Нюшань были прекрасны, но... топоры вы-

рубили их'.

В поздний период древнекитайского языка прежний пока-

затель давнопрошедшего времени был вытеснен другим слу-

жебным словом —
-Щ-
цэн2.

Наконец,
показателем ближайшего
будущего
является

слово ^ цзян1, тоже глагольного происхождения. Оно ука-

зывает, что событие ожидается в скором времени. Часто оно

имеет оттенок намерения, но употребляется и при названиях

действий, не зависящих от воли субъекта, т. е. в таких

случаях,
где значение намерения исключается. Вот примеры

употребления %$ цзян1:

1ШДЗЁЗЕ
(«Мэн-цзы», У1б, 4) Во3 цзян1
цзянъ*
Чу3 ван2

'Я собираюсь увидеться с царем Чу';

Ш-^ШШ^
(«Цзо
чжуань»,
28-й год Сян-гуна) Чу3
цзы3

цзян1 да3 и3
'Князь
Чу уже скоро
умрет'.

ЕСЛИ
глагол, перед которым стоит показатель одного из

прошедших времен, всегда обозначает прошлое действие и

только в придаточном предложении прошедшее предшествую-

щее время может быть иногда перенесено в
будущее
(выше

был приведен один такой пример), то ближайшее
будущее,

напротив,
свободно может быть перенесено в прошлое, обо-

значая
действие, которое ожидалось в какой-то момент

в
прошлом, например:

^^|Щ4р,
^3;;!)|МЬ#С#
(«Ши цзи», 66) Ци2
хоу*
сы*
нянь2,

у%
ван2 цзян1
бэй3
фа* Ци1 'Через четыре
года
после этого

царь
У собрался идти походом на север против государ-

ства Ци'.

Ближайшее
будущее,
как и прошедшее предшествующее,

может быть употреблено в придаточном предложении, обо-

значая
действие, которому 'непосредственно предшествовало

другое
действие:

ШАЩ, ШЖШ
(«Лунь
юй», VI, 15) Цзян1 жу*
мшьг,
цэ4

ци% ма3 'Перед тем, как
въехать
в ворота, он ударил кнутом

свою лошадь'.

Иногда
в значении Щ цзян1 употребляется
другое
слу-

жебное слово — Л. це1 (может быть, это лишь два фонетиче-

ских варианта одного и того же слова). В позднем древне-

китайском
было широко распространено еще одно слово,

выражавшее
будущее
время—Ц" дан1. В отличие от Щ цзян1

оно
имело дополнительный оттенок долженствования.

Показатели
времени употребляются в древнекитайском

языке
сравнительно редко. Время действия, обозначенного

глаголом без показателя времени, зависит от его собствен-

ного грамматического (видового) значения. Древнекитайские

60

глаголы довольно четко делятся на две группы: глаголы,

обозначающие законченные действия, например, з$$ лай2

'прийти',
^ цюй3 'взять', ^ ша1 'убить', Д] вэкь2 'услышать',

'узнать', Щ кж4 'сказать', и глаголы, обозначающие длящиеся

действия или состояния, как ^ син2 'идти', ^ изо* 'сидеть',

3$
гэн1 'пахать', Щ
сюэ2
'учиться', $1 чжи1 'знать', Щ- юйъ

'разговаривать'. Первые, так называемые предельные, без по-

казателя времени почти всегда обозначают действие, закон-

чившееся до момента речи (например, я$ лай2 значит 'при-

шел');
вторые, непредельные, в диалоге обычно относятся

к
настоящему времени, а в связном повествовании — к про-

шедшему (^ син2 'идет' или 'шел').

ПОКАЗАТЕЛИ
ЗАЛОГА

Если
показатели времени, о которых говорилось выше,

могут
стоять перед любым предикативом, то показатели

залога ставятся только пФред глаголами, преимущественно

переходными. Они очень тесно связаны с глаголом и почти

ничем
не
могут
быть от него отделены. Если кроме них при

том же глаголе есть модальный глагол, отрицание или по-

казатель времени, все эти слова ставятся перед показателем

залога.

Залогов, имеющих специальные показатели, как и вре-

мен,
в древнекитайском три: страдательный, возвратный и

взаимный.
Активное или пассивное значение переходного

глагола, не имеющего при себе показателя залога, как мы

уже знаем, зависит от наличия или отсутствия дополнения.

Страдательный залог выражается с помощью служебного

слова Д
цзянъ*
(от глагола 'увидеть'), например:

Ш2.Ж&,
^йЛ-& («Цзо чжуань», 20-й год Си-гуна) Су&

чжи1
цзянъ*^
фаг, бу1 лян^ ли^ е3 'Государство Суй подверглось

нападению потому, что не рассчитало своих сил'.

Страдательный залог образуется не только от подлинных

переходных глаголов, но и от глаголов чувства, например:

:^Д!ЛШ> ?ЕД!Щ4й («Мо-цзы», 2) Шэн1 цзэг
цзянъ*
аи*, сы?

цзэ%
цзянъ*
аи1 'Пока он жив, им дорожат, когда он умрет,

о
нем печалятся'.

В позднем древнекитайском употреблялся другой показа-

тель страдательного залога — |$
бэйк.

Показателем возвратного залога является § цзы^, на-

пример:

^Ы^Ш^
(«Дао
Дэ цзин», 24) Цзы^ фа2
чжэ3
уг гун1

'Тот, кто нападает сам на себя, не
будет
иметь успеха';

7ЫЕ$ЩЦ$Ж («Соу шэнь цзи», 1) Найъ
цзы*
ма№ вэй2 нуг

'Тогда он продал себя в рабство'.

61

Слово
{|
цзы*
показывает, что объект действия совпадает

с
действующим лицом. Отметим, что перед глаголом, имею-

щим
в качестве дополнения целое предложение, ^
цзы*
соот-

ветствует только подлежащему предложения-дополнения (т. е.

указывает, что с субъектом действия главного предложения

совпадает субъект действия зависимого предложения), на-

пример:

ШЗЕШШ^ШШ
(«Ши цзи», 7)
Сян*
ван2
цзы*
до* бу< дэ2 тог

'Царь
Сян понял, что ему не удастся спастись'.

Заметим,
что русская конструкция «понял, что ему не

удастся спастись»—двусмысленна: слово
«ему»
может указы-

вать на самого человека, который «понял», или же на какое-то

другое
лицо. В древнекитайском языке эти два случая строго

различаются: в первом случае обязательно
будет
употреблена

-описанная
конструкция с §
цзы*,
во втором — в качестве

подлежащего предложения-дополнения
будет
употреблено

обычное
местоимение 3-го лица ^ циг.

Кроме
возвратного значения ('себя') служебное слово

§
цзы*
может значить также 'сам', например:

ЯШШт1:>
- ШШ.2. («ши цзи», 92) Хэ1
вэнь*
Синь*
ванК

.
.
.цзы*
чжуй1
чжи1 '[Сяо] Хэ, узнав, что [Хань] Синь бежал,.

.
. . сам бросился в погоню за ним'.

Когда §
цзы*
значит 'сам', следующий за ним глагол

сохраняет дополнение.

Для выражения взаимного залога служит слово $щ
сянгг

родственное знаменательному глаголу $щ
сян*
'смотреть'.;

Например:

***Ш!11
(«Чжуан-цзы»,
XXVI,
1) Му* юй3 му* сян1

мо* цзэ2
жанъ1
'Если два [куска] дерева трутся
друг
о
друга,,

они
загораются'.

%-^^^ШЖ («Мэн-цзы», 16, 1) Фу*
цзы3
бу* сян1
цзянъ^

'Отцы
и сыновья не видятся
друг
с другом'.

Между показателем возвратного или взаимного залога

и
следующим глаголом может быть вставлен предлог (чаще

всего
$Я.
юй3 'с' или % вэй* 'для'). В этом случае показатели

залога указывают на совпадение действующего лица не

с
прямым, а с косвенным объектом действия, например:

ШШШ2.&,
^ШМЩШ
(«Чжань го цэ», «Янь цэ», I, 14)

Жань2
эр2
Чжоу1
чжи1 су2, бу*
цзы*
вэй*
цюй3 ци1 'Однако по обы-

чаям
династии Чжоу нельзя [самому] выбирать для себя жену';

Щ&ЩЯШШЩ
(«Ши цзи», 7) Пэй* гун1
Сян*
Юй3 сян1

юй3 моу1
'Пэйский
герцог и Сян Юй совещались
друг
с дру-

гом'.

Когда показатель залога стоит перед предлогом, а не

непосредственно
перед глаголом, глагол сохраняет свои обыч-

ные
свойства, т. е. если он переходный, то имеет дополне-

ние.

62
' ' •••• •••/..••'..'••.••

Если
показатели времени, как мы видели, трудно отли-

чить от наречий, то показатели залога сближаются с место-

имениями.
В особенности это становится заметно в поздний

период древнекитайского языка. В это время служебные

слова Д
цзянь^
и т^ц сян1 часто употребляются вместо лич-

ных местоимений в функции дополнения: первое — вместо

местоимения
1-го лица, второе — вместо любого личного

местоимения.
Например:

ШШЖШ'
ШШ^Швп
(«Соу шэнь цзи», 4)
Гань3
цзюнь1
цзянь*

цзай*, гу* и3 сян1 юй* 'Я благодарна за то, что вы подвезли

меня,
поэтому сказала вам [о том, что я должна сжечь ваш

дом]'.

В этом примере $щ сян1 означает 2-е лицо (а Д
цзянъ*,

по
общему правилу, — первое).

Употребление форм залога в значении личных место-

имений
придает речи вежливый оттенок (по-видимому, дре-

внекитайской
вежливой речи вообще было свойственно стре-

мление избегать местоимений).

Все показатели залога и времени, этимологию которых

можно выяснить, имеют глагольное происхождение.

ЧАСТИЦЫ

Частицы
ставятся в начале предложения, в конце пред-

ложения
или в середине —
между
группой подлежащего и

группой сказуемого. Они выражают вопрос, повеление,

а также некоторые оттенки предложения в целом, завися-

щие
не от самого сообщаемого факта, а от отношения гово-

рящего к сообщаемому. Серединные частицы по их месту

в
предложении не отличаются от наречий.

В конце предложения ставятся вопросительные частицы

зр хгД Ц юйг и ЯР (515) е2, восклицательная частица ^ цзай1,,

частица ^
д5г/2
'увы', Ц1 эр3 или Щ эр3 'только', 'просто' и,

наконец,
очень распространенная частица ^ и3.

Частица ^ и3 показывает, что то положение вещей,

которое описано в предложении, рассматривается как новое

и
противопоставляется
тому,
что было раньше. Например:

ЩЖ$;3<\
(«Мэн-цзы», 1У6, 24) У2 сы3 и3 фуЧ 'Увы, теперь

я
погиб!';

^ШШ^ («Ши цзы», 63) Цзы3 цзян1
инь3
и3 'Теперь вы

собираетесь скрыться от мира'. '

Так
же как и показатели времени, частица ^| и3 вовсе

не
обязательно относится к
чему-то
происходящему в момент

речи. В предложении или в контексте может быть указано

время или условие, при котором создается новое положе-

ние
вещей, например:

кЛЯЙШЯ^
Д№*Й& («Мэн-цзы», 1а, 6) Ци1 ба1 юз*

чжи1
цзянъ1
хань*, цзэг
мясР
гаоъ
и3 'Если в седьмом и вось-

мом месяце стоит
засуха,
всходы засыхают';

Л XII 19
у ;

ЗШШМ&ШЗ: («Лунь -дай», XII, 19) Цзы3 юй4
шанъ*
эр1

минь2
шанъ*
и3 'Раз вы хотите добра, народ
будет
[стре-

миться] к добру'.

Кроме
того, при прилагательных, а иногда и при
неко-

торых глаголах, частица ^ и3 может указывать, что каче-

ство или состояние достигло полноты, предельной степени.

Например:

^йЛШЗЁ^
(«Мэн-цзы», 1а, 7) Жи4 синь1 цзу2 и3 вак4 и3

*Этих чувств вполне достаточно, чтобы царствовать'.

Основное значение частицы ^| ц3 близко к значению

прошедшего предшествующего времени, поатому показатель

этого времени и частица часто сопутствуют
друг
другу.

К
числу конечных частиц можно отнести и связку ^й, е3,

которая
тоже всегда находится в конце предложения. Однако

«вязка при именном сказуемом, как прапило, не может быть

опущена, в то время как обычные частицы никогда не явля-

ются обязательной частью предложения.

Срединными
частицами являются # циъ 'разве' (показа-

тель риторического вопроса) и ^ ци?, дтл последняя может

иметь повелительное значоние (хотя наличие ее в повели-

тельном предложении вовсе не обнаательно), например:

ШЖУпШ
(«Цзо
чжуань»
7-й год Си-гуна)
Цзюнъ1
ци1 г/4

сюй? 'Государь, не соглашайтесь на это';

ЩЖШ&
(«Цзо чжуань», 30-й год Си-гуна) уг ци? хуанл?

е3 'Давайте вернемся'.

Частица :§: ци? употребляется только в таких повели-

тельных предложениях, которые имеют подлежащее; но и

в
этом случае она не обязательна.

Кроме
того, :Ц: ци? встречается в предложениях, окан-

чивающихся вопросительной частицей. Иногда она при этом

никак
не меняет смысл предложения, но во многих случаях

превращает его из вопроса в сильное утверждение, относя-

щееся чаще всего к
будущему
времени, например:

/п*$&3$ЩЖШ*$-
(«Цзо чжуань», 28-й год Сян-гуна)
Цзинъ1-

цзы1 Суп^
Чжэн*
ци? цзи1 ху% 'В этом
году
в государствах

Сун и Чжэн несомненно
будет
голод'.

Начальные частицы — это ^ фу2 и Ц гай4. Первая указы-

вает, что в предложении сообщается какой-то очевидный

или
общеизвестный факт, который, по мнению говорящего,

собеседник не станет отрицать; вторая, напротив, придает

высказыванию оттенок предположения или догадки. Например:

3<.Ш.Ш®ЖШ
(«Цзо чжуань», 24-й год Сян-гуна) Фу2 шуэ

чжоу^
фуъ е4 дг/м* 'Всем известно, что мышь днем прячется,

а ночью бегает';

64

Ж&
(«Лунь
юй», IV, 6)
Гай*
ю3
чжиг
и5,

цзянъ*
е3 'Вероятно, [такие люди] есть, но я их

никогда не видел'.

Частица ЗЦ гай* может стоять и в середине предложе-

ния.
Частица ^ фу2 употребляется также
мЪжду
глаголом

и
его дополнением, чтобы показать, что предмет или лицо,

обозначенные дополнением, хорошо всем известны. Например:

РШ^ДзШЙИ^?
(«Чжань го цэ», «Чу цз», IV, 4) Ванг

<>!Г бу4
цзянъ^
фу2 цинг лин2 ху2? 'О царь, видели ли вы

когда-нибудь стрекозу?'.

Иногда
в подобных примерах ^ фу1 переводят как ука-

иатольное местоимение — 'тот', однако в большинстве слу-

чаев (в том числе и в примере, приведенном выше) оно явно

и»; является местоимением.

Частица Л гай* встречается преимущественно в памят-

никах
конфуцианского содержания; ^ фу2 можно найти

II
любых текстах.

К
начальным частицам можно отнести также слово Щ

вэй2 'только', хотя оно не относится к предложению в целом

и
в некоторых особых случаях стоит не в начале предло-

жения.

МЕСТОИМЕНИЯ

Классификация
местоимений

Местоимения
можно классифицировать двояким образом.

Во-первых, их все нетрудно разделить на две группы —

вопросительные и не вопросительные. Во-вторых, местоиме-

ния
можно классифицировать по
тому,
какая синтаксическая

функция
им обычно свойственна или с какой группой зна-

менательных слов они
могут
соотноситься. По этому второму

делению в древнекитайском языке различаются местоимения

личные,
указательные и определительные.

Личные местоимения всегда, во
всех
синтаксических

функциях
обозначают лицо или предмет. Будучи определе-

нием,
они имеют притяжательное значение, т. е. обозначают

лицо,
которому принадлежит то, что выражено определяе-

мым.
Этим они отличаются от указательных местоимений,

которые в функции определения
служат
только для конкре-

тизации
определяемого и не обозначают отдельное лицо или

предмет. Сравним, например, гМ^У ци2
цзянъ*
'его меч' и $ЪМ

цы3
цзянъ*
'этот меч': слово ^ ци2 'его' заменяет имя вла-

дельца меча, #в цы3 'этот' такого значения не имеет. Фор-

мально личные местоимения характеризуются тем, что имеют

формы,
встречающиеся только в определенных синтакси-

ческих позициях.

5 С.Е.Яхонтов | ' 65

Что касается определительных местоимений, то они резко

отличаются от остальных
двух
групп тем, что
могут
зани-

мать в предложении только одно место — перед сказуемым.

Личные
местоимения

Личные (не вопросительные) местоимения можно разде-

лить на четыре основные группы:

1) местоимения 1-го лица, имевшие в древнекитайском

языке начальные согласные й или йк\ ^ (^) юй2, $^
чжэнъ*;-

2) местоимения 1-го лица, имевшие начальный согласный

»?: И *Д Ш во3;

3) местоимения 2-го лица, имевшие начальный соглас-

ный
п: $с жуъ, 3~г жо*, Ш эр3, 75
най?,
Щ ар2;

4) местоимения 3-го лица (разного происхождения, с раз-

ными
начальными звуками): ^ ци2,/%_ чжи1, Ц янъ1.

В каждой группе здесь перечислены только более или

менее употребительные слова.

Некоторые местоимения первых
трех
групп встречаются

только в текстах определенной эпохи или определенного

диалекта. Например, местоимение 2-го лица У] май3 свой-

ственно доклассическому языку, Щ эр1 встречается в диа-

лекте исторических произведений, ^ жо4 появилось только

в конце III в. до н. э.

Кроме того,
между
словами каждой группы были разли-

чия
по синтаксической функции, которую они могли выпол-

нять.

Эти различия достаточно последовательно проявляются

только в 3-м лице. Здесь ^ ци2 употребляется как опреде-

ление или как подлежащее предложения, выполняющего

функцию какого-то члена
другого
предложения (например,

подлежащее предложения-дополнения, о котором нам уже

приходилось говорить выше); например: ^^р ци1
цзыъ
'его

сын',
35Й#!8 чжи1 ци2
сянъ2
'знаю, что он мудр'. Форма ^

чжи1 (родственная указательным местоимениям) бывает допол-

нением
после глагола или после предлога: ШЙ. ша^ чжи1

'убил его', Щ^_% юйъ чжи1 янь1 'разговариваю с ним'.
Нако-

нец,
^ янь1 употребляется в тех же функциях, что и суще-

ствительное с предлогом ^ юй1: сравним ^^^^ сюэ1 юй1

Кун? цзш' 'учиться у Конфуция' и ЩЩ сюэ% янь1 'учиться

у него'. Нетрудно заметить, что в слове Щ янъ1 как бы слиты

две морфемы: предлог ^ юй1 и местоимение 3-го лица. Исто-

рически Л янъ1, вероятно, представляет собой именно слия-

ние
в один слог этого предлога с каким-то не сохранив-

шимся
местоимением. Местоимение ^ чжи1
всегда
ставится

непосредственно после слова, которому оно подчинено, а Л;

66
' •

янь , если глагол имеет дополнение, помещается после

дополнения.

Для функции подлежащего специальной формы 3-го лица

не было. Местоимение 3-го лица как подлежащее просто

всегда опускалось (иногда его заменяли указательным место-

имением или повторяли существительное). Пропуск подле-

жащего-местоимения наблюдается и в
других
языках (поль-

ском,
испанском и т. п.), но там лицо выражается в таких

случаях формой глагола, в древнекитайском же языке спря-

жения глагола не
существует.
Здесь само отсутствие

подлежащего имеет значение указания на 3-е лицо, подобно

тому,
как, например, в русском языке отсутствие связки

в предложениях с именным сказуемым (Он
студент)
имеет

значение настоящего времени. Иначе говоря, древнекитай-

ское местоимение 3-го лица в функции подлежащего пред-

ставлено нулевой формой. Поэтому при переводе предложе-

ний,
не имеющих подлежащего,
следует
добавлять в каче-

стве подлежащего слово
«он»
(иногда «это»). Местоимения

первых
двух
лиц, в отличие от 3-го лица, могли опускаться

только в диалогах, состоявших из коротких реплик, где

никакой
двусмысленности не возникает, т. е. в неполных

предложениях.

В
других
группах такое различие по функциям гораздо

менее четкое. Все же и здесь можно установить некоторые

правила. Так, местоимение Щ у2 чаще всего бывает подле-

жащим, и никогда — дополнением, а ^ во3 как раз преимуще-

ственно бывает дополнением; 75 най3 и ]$ эр1 обычно явля-

ются определением и не
могут
быть дополнением, в то время

как
$с ЖУЪ и ^ жо* определением быть не
могут;
Ц^
чжэнъ*

главным образом употребляется как определение. Это явле-

ние—
употребление разных форм местоимений в разных

синтаксических функциях — иногда называют «склонением

местоимений», но едва ли это правильно. Функция место-

имения
в древнекитайском языке узнается по его месту

в предложении, и форма местоимения нигде не служит един-

ственным или решающим признаком, по которому мы опре-

деляем функцию.

Как
мы видели, местоимения 1-го лица образуют две

группы—
«группу
й» и
«группу
炙. В доклассическом древне-

китайском, точнее—в древнейших частях «Шу цзина» и

пасти песен «Ши цзина»
между
этими группами
существует

такое же различие, как
между
современными китайскими

местоимениями ^ во3, ^^Ц
всРмэнъ®,
с одной стороны, и ЩЩ

цзагмэнъ°,
с другой: местоимения первой группы имели «ис-

ключающее» (эксклюзивное) значение, т. е. «я» или «мы


отличие от вас)», а местоимения второй группы—«вклю-

чающее»
(инклюзивное) значение, т. е. «я и ты» или «я и вы»;

5* 67

инане
говоря, они указывали одновременно на говорящего и

на
собеседника. Рассмотрим следующие фразы из одной и

той же главы «Шу цзина» (IV, 1):

'Ш^
Воъ хоу^ бу*
сюй>
во3
чжун*
'Наш князь не

'

жалеет нас, народ';

ЩЩШ ^ЖЩ Ши2 жи* хэг
сан*,
юйг цзи1 жуъ цзе1

ван1? 'Когда же это солнце исчезнет, и мы погибнем вместе

с тобой?'

В обоих случаях речь идет о народе и
князе.
Но там,

где народ говорит о князе в третьем лице, где люди обра-

щаются не к князю, а
друг
к
другу,
употреблено местоиме-

ние
;$с е°3 'мы (с вами)'; там же, где народ непосредственно

обращается к князю, он называет себя ^ ю"2 'мы (без тебя)'.

Вообще местоимение -^ юй2 или
%$
чжэнъ*
в доклассических

текстах в большинстве случаев бывает противопоставлено

местоимению 2-го лица; там же, где такого противопоставле-

ния
нет, — употребляется ^ во3.

В классический период это грамматическое различно

между
двумя группами местоимений стерлось. Слово ^


диалекте исторических памятников — ф) юйч- может здесь

значить только 'я', причем употребляется
тогда,
когда выс-

ший
по положению говорит о себе в присутствии низшего.

Этим словом может назвать себя
князь,
говоря с подданным,

учитель — с учеником, отец — с сыном,
дух-—с
человеком.

Часто это местоимение указывает на недовольство или раз-

дражение говорящего, неуважение к собеседнику (или к че-

ловеку, о котором идет речь). Слово @^
чжэнъ^
в начале

классического периода исчезло из языка, но в 221 г. до

н,
э. был издан закон, согласно которому император, говоря

о
себе, должен был пользоваться этим местоимением.

В вежливой речи местоимения 1-го и 2-го лица обычно

заменялись
различными описательными выражениями. В раз-

ное
время для указания на собеседника употреблялись

слова ^-
цзыъ
(это, собственно, значит 'сын', и не совсем

ясно,
почему оно стало вежливым обращением), ^
цзюнь1

'государь', ^ гун1, при обращении к жене — Щ цин1 (послед-

ние
два слова были названиями высоких должностей). Себя

говорящий
часто называл своим «детским именем» (это — имя,

которым родители называют детей или учитель — учеников;

при
обращении к людям, равным по положению, употреб-

ляют
другое,
взрослое имя, и если в
XXIX
главе «Чжуан-

цзы» разбойник называет Конфуция его детским именем ^

Цю1, то это — оскорбление); говоря с князем или императо-

ром,
называли себя [5
чэнъ%
'подданный'; женщина, говоря

с мужчиной, называла себя §§г Че^ 'наложница' и т. п.

Относительно местоимений 3-го лица
следует
заметить,

что по смыслу они иногда приближаются к указательным.

68

Местоимение ^ чжи1 может иметь значение 'это', заменяя

целое предложение-дополнение. Так, Д^,
цзянь^
чжи1 может

значить не только
'увидел
его', но и
'увидел
это'; таким же

образом ^Д^, чжи1 чжи1 значит 'знаю об этом', Щ^
сюэ2
чжи1

'учился этому' и т. п. Местоимение ^ янь1 (поскольку оно

включает в себя предлог ^ той1, который часто имеет зна-

чение места) может значить 'там': у(±Щ цзай^ янь1 'нахо-

дится там'.

Одинаковые с личными местоимениями синтаксические

свойства имеет возвратное местоимение 2, цзиъ 'себя'. Исто-

рически оно родственно местоимению 3-го лица ^ ци%.

Слово Н; Щиг обозначает то же лицо, что и подлежащее

предложения.
Следует,
однако, иметь в
виду,
что,
будучи

употреблено в составе предложения-дополнения, ^ цзиъ

указывает на лицо, обозначенное подлежащим главного

предложения, например:
ЖШШ'"ШЖ-Ш'Еа41
(«Цзо
чжуань»,

17-й год
Хуань-гуна)
Гао1 Цюй2 ми2 . .. цзю№ циг ша} цзи3 е3

Тао Цюй-ми. . . боялся, что он
убьет
его'.

В этом примере в предложении-дополнении подлежащим

является ^ ци2— местоимение 3-го лица, а дополнением —

местоимение 2, цзи3; следовательно, речь идет о том, что

кто-то
убьет
Гао Цю-ми, а не о том, что Гао Цю-ми
убьет

кого-то (китайское предложение—-совершенно ясное, в то

время как параллельное русское двусмысленно). Считать,

что 2> Чзи% здесь значит 'себя' ('. .. что он
убьет
себя'),

было бы совершенно неверно.

: Указательные местоимения •

Указательные местоимения чаще всего бывают в предло-

жении определением, причем в отличие от личных местоиме-

ний
не имеют в этой функции притяжательного значения.

Однако они
могут
быть также подлежащим и дополнением.

Тогда они, так же как личные местоимения, заменяют йа-

звания
лиц или предметов.

Указательные местоимения древнекитайского языка обра-

зуют
две пары антонимов: ^ би3 'тот'^—$к цыъ 'этот'; ^ ши*

'этот'^— ^Ё.то1 'другие'. Первые два слова употребляются также

соответственно в значении 'там' и
'тут'.

В доклассическом языке вместо ^ цы3 употребляется ^

цзы1, а вместо ^
ши*—0^
ши2. В конфуцианских памятни-

ках наряду с й; цы3 встречается в том же значении ^ сы1.

Слово ^ биъ в классический период крайне редко употреб-

ляется как указательное местоимение; обычно оно значит 'он',

но
в отличие от настоящих местоимений 3-го лица употреб-

ляется только при подчеркивании или противопоставлении

69

(«он, в противоположность мне»), например:
$?^^У^
(«Цзо

чжуань», 22-ой год Си-гуна) Би3
чжуп^
во3
гуа3
'Их много,

а нас мало'.

Остальные перечисленные- выше местоимения, хотя и мо-

гут, выполнять в предложении функции подлежащего или

дополнения
(в значении
«это»
и «нечто другое»), указывают

при
этом не на лиц, а на предметы или обстановку в целом.

Разница
между ^ цы3 'этот' и Ц иш4 'этот', кажется,

состоит в том, что первое указывает на предмет, непосред-

ственно видимый говорящему, находящийся вблизи от него,

а второй — на предмет, упомянутый перед этим в речи.

К
указательным местоимениям относится также, слово ^

моу3
'некий',
'такой-то'. Будучи подлежащим или дополнением,

оно,
как и $? би3, заменяет название лица—'некто'. Однако

^
моу3
находится еще ближе к личным местоимениям: в функ-

ции
определения, если после него есть служебное слово ^

чжи1, оно имеет притяжательное значение и только если

этого слова нет — указательное. Сравним ^с^^р-
моу3
чжи1

цзы? 'сын такого-то' и ^ 0
моу3
жц* 'такой-то день'.

Вопросительные
местоимения

Из
вопросительных слов, соответствующих личным и

указательным местоимениям, важнейшими являются Щ
шуй2

'кто'
и Щ хэ2 'что'. Первое употребляется при вопросе о лю-

дях и соответствует личным местоимениям. Второе служит

для вопроса о предметах. В функции определения оно ведет

себя как указательное местоимение, т. е. не имеет притя-

жательного значения.

Местоимение Щ
шуй2
'кто' чаще всего бывает в предло-

жении
дополнением или связочным сказуемым. В функции

подлежащего в конфуцианских памятниках вместо него чаще

употребляется определительное местоимение |^, шу2 'кто из'


исторических памятниках, напротив, само §§
шуй2
часто

употребляется вместо ЗЦ шу2). Слово Щ
шуй2
может быть

и
определением ('чей') и в этом случае оно обычно имеет

после себя служебное слово ^
чоюи1.

Слово Щ хэ2 в значении 'что', так же как и Щ
шуй2
'кто',

может быть дополнением и сказуемым (со связкой). Кроме

того, оно употребляется как определение (чаще ^всего —

определение к именной части сказуемого) в значении 'какой',

например:
^{Вт^с^^?
(«Чжуан-цзы», IV, 5) Цы3 хэ1 му* е3

цзай1? 'Какое же это дерево?'

Наконец,
Щ хэ2, в отличие почти от всех остальных

местоимений,
часто бывает определением к сказуемому, по-

лучая значение 'почему' или 'как', например:

70

^ИЛвЙЙ.?
(«Лунь юй», XI, 26) Фу1
цзы3
хэ1
шэнъ3
Юг е3?

'Почему вы, учитель, усмехнулись [тому, что сказал] Ю?'

Местоимение |в[" хэ2 как определение к сказуемому, если

оно
оказывается перед отрицанием 5р бу^, может сливаться

с ним в один слог—з& хэ1 'почему не' (в древнекитайском

слова Щ хэ2 'почему' и зЦ хэ1 'почему не' звучали по-разному —

фа и фар). Впрочем, значение зЦ хэ1 отличалось от значе-

ний
составлявших его элементов: это слово скорее обозна-

чало совет поступить так-то и так-то; во всяком случае,

если в предложении есть ^ хэ2, субъектом действия всегда

является лицо, к которому обращена речь, как в повелитель-

ных предложениях. Например:

я!М,
Ш^Ш («Мэн-цзы», 1У6, 31)
Коу*
чжи*,
хэ2 цюй* чжу1

'Появились
разбойники, вам следовало бы скрыться от них'.

Наряду с \Щ хэ2 в памятниках конфуцианской литературы

употребляется совпадающее с ним по значению местоимение

Щ си2. В некоторых текстах встречается и третье слово

с тем же значением — $$ ху2. Все три в сущности представ-

ляют собой три фонетических варианта одного и того же

слова; их древнее произношение было почти одинаково (со-

ответственно фа, фе, фа).

Общей особенностью всех вопросительных слов древнеки-

тайского языка было то, что, употребляясь как дополнение,

они
ставились всегда перед управляющим ими глаголом,

а не после него, как все другие слова, например:

Щ'ШШУ&З
(«Цзо чжуань», 27-й год Чжао-гуна) У2
шуй2

гань3
юань*?
'На кого я осмелюсь роптать?';

^Ш.ЩШг
(«Цзо чжуань», 27-й год Чжао-гуна) Бу* со3 хэ1

хо^? 'Что найдешь, если не ищешь?'

Это значит, что слово Щ хэ2 (и ег.о варианты) как допол-

нение
и как определение к глаголу занимает одно и то же

место в предложении. Если глагол, перед которым стоит

Щ хэ2, имеет после себя дополнение, то Щ хэ2 — определение,

в
противном случае оно само является дополнением.

Когда вопросительные местоимения управляются не гла-

голом, а предлогом, они тоже стоят перед ним, а не после

него (чаще всего встречаются сочетания ШМ
шуй2
юйъ 'с кем',

Щ&. хэ^ и3 'чем', 'почему', Щ^ хэ2 вэй1 'для чего'). Например:

.
^УЛ%МфЧ
(«Цзо чжуань», 4-й год Чжао-гуна) У2 ю*
шуй2

юйг
чжэн1?
'С кем тогда еще мы
будем
бороться?';

ПВМЩЩ? («Мэн-цзы», 1а-, 1) Хэ2 иъ ли* уг го1? 'Чем бы

принести
выгоду моему государству?'

Наконец,
даже когда Щ хэ2 является определением к до-

полнению,
оно вместе с дополнением ставится перед глаго-

лом;
после дополнения вставляется служебное слово ^ чжи1.

Впрочем, эта конструкция встречается довольно редко. На-

пример:

71

МЙ^ЩШ»
(«Мэн-цзы», Уб, 9) Ван? хэ2 цин1
чжихвэнък
е3?

'О какого рода министре вы, о царь, спрашиваете?' /

Рассмотренные выше вопросительные слова не сочетаются

с предлогом ^ юй1. Вместо сочетания вопросительного.место-

имения
с ^ юй1 употребляется уже известное нам слово Л

янь1, но только в вопросительном значении оно по общему

правилу ставится перед глаголом, а не после него. Вопроси-

тельное Л янь1 имеет много синонимов, появившихся не-

сколько
позже (их почти нет в наиболее старых памятниках

классического периода): ^ анъ1 (фонетический вариант

Л янь1), ^ у1, ^^р- уг* ху2. Все эти вопросительные слова

обычно заменяют названия предметов, но иногда
могут
слу-

жить и вопросом о лицах; они имеют значение 'где', 'куда',

'откуда', иногда 'от кого', например:

•Й^Й?
(«Цзо чжуань», 30-й год Сян-гуна) Гун1 янь1

цзай^? 'Где находится герцог?';

•?ШЙ^Й±?
(«Чжуан-цзы», VI, 4) Цзы3 ду2 у1 ху2
вэнь2

чжи1?
'От кого же вы узнали об этом?'

Следует отметить, что вопрос о месте
(«где?»
и т. п.)

может быть выражен и местоимением Щ хэ1, когда оно стоит

перед глаголом, дополнение к которому обычно указывает

на
место, например:

(«Мэн-цзы», 1а, 7) Ню2 хэ2
чжи1?
'Куда идет бык?

Определительные
местоимения

Определительными местоимениями являются ^
гэ*
'каждый',

^
хо^ 'кто-то', 'некоторые', ;Ц мо* 'никто'. Из вопросительных

местоимений им соответствует |^ гш/2 'кто', 'кто из' (или 'что',

'что из'). В их фонетическом облике есть некоторое сходство:

все они в древнекитайском языке кончались согласным к.

Все они служат для выражения того, что в логике назы-

вается «распределенностью», т. е. показывают, для всех ли

предметов, обозначенных подлежащим, справедливо то, что

утверждается (или отрицается) в сказуемом.

Определительные местоимения всегда стоят перед сказуе-

мым.
Подлежащее перед ними часто может отсутствовать.

В этих случаях всегда речь идет о лицах, а не о предметах,

например:

Щ!Ш-1№
(«Лунь юй», XIV, 37) Мо* во3 чжи1 е3 фу2/

'Увы, меня никто не знает!'

Если
подлежащее перед определительным местоимением

есть, оно переводится на русский язык с предлогом
«из»

(«некоторые из», «кто из» и т. п.) или, если это возможно,

местоимение в переводе делается определением к подлежа-

щему, например:

72

^ЛИЙ^
(«Цзо
чжуань»,
15-й год Сян-гуна)
Сунк
жэнъ%

хо4 дэ2 юй4 'Кто-то из жителей государства Сун нашел яшму';

А&^Й&ШШ
(«Цзо
чжуань»,
28-й год Сян-гуна)
Жэнъ*

гэк ю3 иь ши*
цзюнъ1
'Каждый человек может чем-то служить,

государю'.

В предложении со словом |^ шу1 'кто из' подлежащим

могут
быть два существительных, соединенных служебным

словом Щ юй3 'с', 'и'. Это бывает, в частности, когда речь

идет о сравнении
двух
предметов, например:

ЩЖ&&ШШ?
(«Чжань го цэ», «Ци цэ», I, 12) У2 юйг

Сюйг
гун1 шу2 мэй3? 'Кто красивее — я или господин Сюй?'

Существительное с предлогом .Щ юй3 в таком вопросе

могло ставиться и после |% шу2, например:

ЩШШШ&Ш?
(«Чжань го цэ», «Ци цэ», I, 12) У2 шу2

юй3
Сюй2
гун1 мэй3? 'Красивее ли я, чем господин Сюй?'

Судя по русскому переводу, можно
думать,
что в пред-

ложении с определительным местоимением именно это место-

имение
является подлежащим (а существительное, стоящее

перед ним, служит определением к нему). Но это не так;

местоимение
входит
в группу сказуемого, а не в группу под-

лежащего. Это видно из того, что слова, ставящиеся всегда

перед сказуемым (например, наречия), а также служебное

слово ^ чжи1, помещающееся после подлежащего в предложе-

нии-дополнении,
оказываются перед определительным место-

имением,
а не после него. Например:

^ • • •
ттпЩМ±%Ш11$АШ&
(«Чжуан-цзы», И, 5) ... Эр*

взы4
чжи1 ю3 у2 чжи1 го3 шу2 ю3 шу2 у9' е3 '. . . И непонятно,

что же на самом
деле
существует,
а что не
существует


существующее или несуществующее?'

Определительные местоимения возможны только перед

бессвязочным сказуемым (кроме Щ. мо^ 'никто', которое встре-

чается перед отрицательной связкой ^ фэй1 'не есть').

Слово
^
жапъ2

Совершенно
особняком среди местоимений древнекитай-

ского языка стоит слово $&
жань2
'так'. Оно соотносится не

с именем, а с предикативом, т. е. с глаголом или прилага-

тельным, а иногда с целым законченным предложением,,

иначе говоря, заменяет название качества, действия или це-

лое высказывание. По своему значению и свойствам оно

приближается к современным китайским ^5^
чжэ^яи1*
или

Щ>Щ,
на^ян^
'так'; но в отличие от них Щ
жань2
может вы-

полнять
в предложении - только одну функцию — бессвязоч-

ного сказуемого, т. е. оно скорее значит 'поступает так',

'(дело) обстоит так' и т. п. Например:

73-

(«Цзо
чжуань»,
28-й год Сян-гуна) Цзы3 у2
Жанъ2

*Не
поступайте так';

ИТШ?|?$|
(«Ши цзи», 47) И3 эр2 го3
жанъ2
'Потом оказалось,

что в самом
деле
так и было';

{вЩ^И^ШШ
(«Чжуан-цзы», X, 1) Хэ2 и3 чжи1 ци2
жанъ2

е-? 'Почему мы знаем, что это так?'

Вопросом, соответствующим слову $с
жанъ2
'так', является

сочетание
|Р]"#П
ХЭ2 жу2 или
\Щт^
хэ2
жо^
— 'как' (вернее, 'как

поступает', 'как обстоит дело' и т. п.), близкое к современ-

ному ^^
цзэнъ3ян^,
например: •>

^^ЩЩЫ^
(«Гунъян
чжуань»,
15-год
Сюань-гуана) Цзы?

го2 хэ2
жу2?
'Как обстоят дела в [столице] вашего го-

сударства?';

-$*Ш\ЧЫ^
(«Цзо
чжуань»,
9-й год Си-гуна) Цзы3 цзян1 *

хэ2
жу2?
'Как вы собираетесь поступить?'

Сочетание ЩШ хэ2 жу2 может иногда быть и определением


значении 'какой', 'что за'). Слово ${|
жанъ2
определением

в
значении 'такой' не бывает, но вместо него в этой функции

и
в этом значении может употребляться слово % жо*. На-

пример:

Й.^М^зЛ? («Мо-цзы», 50) Цы3 вэй2 хэ2 жо^
жэнъ2?
Что

это
за человек?';

тЬ&?#:ёЙ,
тШШ± («Чжуан-цзы», ХХУ1, 4)
Жэнъ2
гун1

цзы?
дэ2 жо* юй2, ли2 эр2 си2 чжи1 'Сын жэньского герцога,

поймав
такую рыбу, разрезал и высушил ее'.

В позднем древнекитайском слово ^
жанъ2
'так' было

вытетжено другим местоимением — Ц} эр3, с тем же значением.

Это более позднее местоимение могло быть и определением.

И

жанъ2,
и. Щ эр3 ('так') представляют собой слияние

глагола #р жу2 или ^ жо* (доел, 'подобен', 'похож') с ка-

ким-то
указательным или личным местоимением (все четыре

упомянутых слова в древнекитайском начинались с одних и

тех же звуков щ-). Этимологически они значат, следовательно,

'подобен этому'. Сочетание Щ%а хэ2 жу% тоже дословно значит

^чему подобен'. Однако подлинное значение
всех
этих слов

и
сочетаний довольно далеко отошло от первоначального.

Слова,
выражающие
вопрос
о
количестве

Упомянем в заключение сравнительно редко встречавшееся

вопросительное местоимение ;Ц цзи3 'сколько' и сочетание '

^Щ цзи3 хэ2 'сколько', 'как долго'. Первое соответствует

числительному, второе — сочетанию числительного с назва-

нием
меры, например:

т|[ф;||!|? («Шицзи», 103) Цзюй1
чжун1
цзиъ ма3? 'Сколько

лошадей [запряжено] в колесницу?';

74

Л^кИМ?
(«Цзо
чжуань»,
31-й год Сян-гуна)
Жэнь2
шэн1

цзиъ хэг? 'Как долго живет человек?'

В первом
случае
ответ гласил: тЧЩ лк>

дей'. Во втором — вопрос риторический, но и по значению

сочетания ^Щ цзи3 хэ%, и по его месту в предложении видно,

что оно заменяет числительное и название единицы времени.

СТРУКТУРА ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Предложение в древнекитайском языке четко делится на

две основные части — группу подлежащего и группу сказуе-

мого. Первая состоит из подлежащего и его определений, вто-

рая—
из сказуемого и различных подчиненных ему слов. Су-

ществует ряд служебных и знаменательных слов (наречия, не-

которые частицы, определительные местоимения и другие),

для которых единственным или почти единственным возмож-

ным
местом в предложении является позиция
между
группой

подлежащего и группой сказуемого или в начале группы ска-

зуемого. По этим словам легко определить границу
между

двумя основными частями предложения. Группы подлежащего

может и не быть (хотя чаще всего отсутствие ее — лишь мни-

мое,
подлежащим является нулевая форма местоимения 3-го

лица);
группа сказуемого, по-видимому, обязательна. В начале

предложения, перед подлежащим,
могут
стоять только некото-

рые частицы, а также слова со значением времени. Если ска-

зуемое — связочное, группа сказуемого строится точно так же,

как
и группа подлежащего: она состоит из самого сказуемого

(точнее, его именной части) и определений к нему. Но при

бессвязочном сказуемом
структура
предложения может быть

значительно более сложной.

После
бессвязочного сказуемого часто стоит дополнение.

При
нем может находиться также одно или несколько кос-

венных дополнений, подчиненных ему посредством предлогов.

Дополнение без предлога ниче'м не может быть отделено от

сказуемого, кроме собственных определений. Дополнение

с предлогом помещается либо перед сказуемым, либо после

беспредложного дополнения. Перед сказуемым может- стоять

определение к нему. Если это определение — односложное,

после него часто нет никакого служебного слова. Однако

определение к сказуемому может присоединяться к нему и

с помощью специального служебного слова ]{п эр2. Опреде-

лением к сказуемому можно считать и сочетание числитель-

ного с названием меры, стоящее в конце предложения; о нем

уже говорилось выше.

Существительное, являющееся дополнением (безразлично,

с предлогом или без), может иметь определения — такие же,

75

I,
Ш&Ш&
(«Ши цзин», «Го фэн», IX,
1)Ши2шу3

ши2 шу3, у2 ши2 во3
май*
'Большие крысы, большие крысы,

не
ешьте нашу пшеницу';

ШЩ[- ЩШ& («Мэн цзы», УИб, 4) У2
вэйЧ
Нин2 эр3 е3

'Не
бойтесь! Я несу вам мир'.

Эти три отрицания имеют сходные грамматические свойства.

Он» употребляются перед бессвязочным сказуемым, а также

иногда перед предикативом в
других
синтаксических функ-

циях. Некоторые
другие
слова древнекитайского языка по их

значению тоже
могут
считаться отрицаниями, но имеют дру-

гие грамматические особенности. К их числу принадлежит,

в
частности, местоимение Щ. мо* 'никто', о котором мы уже

говорили. Далее, есть отрицательная связка ^ фэй1 'не есть',

'не
является' и глагол 4$ у2 'нету', 'не имеется' (антоним

слова Щ ю3 'есть', 'имеется'), например:

?^Й>
ЩШМ2.Ш?
(«Чжуан-цзы»,
XVII,
6) Цзы3 фэй1 юй\

анъ1 чжи1 юй2 чжи1 лэ*? 'Вы же не рыба, откуда вы -знаете,

что рыба радуется?';

^4Ч=ГЙ>
НША («Гунсунь Лун-цзы», 4) Ян2 ню2 ю3
цзюэ2,

маг у2
цзюэ2,
'У барана и быка есть рога, у лошади нет

рогов'.

Глагол |ж у2 'нету' фонетически и по написанию совпа-

дает
с запретительным отрицанием Ш у1
'не..!'
Однако

в
доклассическом древнекитайском в значении
«нету»
упо-

треблялись
другие
слова, несколько отличавшиеся по произ-

ношению
от слова, выражающего запрещение. Эти два отри-

цания
(«нету»
и
«не..!»)
перестали различаться только

в
классический период. В поздний период в свою очередь

слово Ц мо* 'никто' постепенно начинает вытеснять ^ у2

в
запретительном значении.

Наконец,
существует
еще отрицание ^ вэй2 'если бы

не
было', 'если бы не', 'без'. Оно употребляется в придаточ-

ном
условном предложении и может управлять существи-

тельным или целым предложением. Например:

%$.Щ,
Ц^^зр. («Цзо
чжуань»
1-й год Чжао-гуна) Вэй2 Юй3,

у1
ци2 юи1 ху2 'Если бы не император Юй, [который победил

потоп],
мы бы [жили как] рыбы'.

В значении, очень близком к Щ_ вэй2, употребляется

также слово ^ фэй1, например:

й^^К-А-^^Й («Мэн-цзы», \Ша, 23) Минь2 фэй1
шуй3
хсР

бу* шэн1 хо2 'Без воды и огня народ не [может] жить'.

Значение
слова ^ фэй1 в этом примере резко отличается

от обычного его значения как отрицательной связки.

Отрицательное предложение обладает любопытным грамма-

тическим свойством: если в нем дополнением без предлога

является местоимение, оно ставится не после сказуемого,

как
обычно, а после отрицания, например:

78

ШШ («Цзо Чжуань», 16-й год Чжао-гуна) Эр2 у1 во3

панъ*
'Не
бунтуйте
против меня';

Ж^.ШШ%
(«Мэн-цзы», Па, 1) Мо4 чжи1
нэн2
юй* е3'Никто

не
сможет воспротивиться этому'.

Как
видно из второго примера, если отрицание стояло

перед модальным глаголом, последний выступал вместе со

следующим за ним обычным глаголом как единое целое.

Если
местоимение ~^_ чжи1 *'его' оказывалось после отри-

цания
5^ бу*, оно сливалось с ним в один слог Щ фу2;

таким
же образом, если ;> чжи1 сего' оказывалось после за-

претительного отрицания Ш уг, оно сливалось с ним в один

слог 4д г/4. Слова Щ фу1 и ф] у* в древнекитайском языке

оканчивались
согласным -I, который и представлял собой

остаток местоимения. Итак, слова $} фу1 и 4д г/* значат

соответственно 'не ... его' и 'не ... его!' (или 'не, . . это' и

'не..
.
это!').
Например:

Щ%Ж& ##Ш («Мэн-цзы», У1а, 10) Дэ2 чжи1 цзэ2 шэн1,

фу2 дэ2 цзэ1 сы3 'Если получишь это (пищу и питье), будешь

жив,
если не получишь этого, умрешь';

ШАЗ:
^Ш—'ШАШЙ.
(«Цзо
чжуань»,
9-й год Чэн-гуна)

Чу3
жэнъ2
юэ1: у*
ша}...Цзюй3
жэнь2
ша1 чжи1 'Люди из го-

сударства
Чу сказали: «Не убивайте
его».
. . Люди из го-

сударства
Цзюй убили его'.

Впрочем, после отрицания ~^. бу* местоимение 3-го лица-

может просто выпасть, не оставив никаких следов.

Правило
о необычном положении дополнения
действует

и
в том случае, если отрицание стоит перед глаголом, кото-

рый
не является сказуемым предложения. С
другой
стороны/

это
правило не распространяется на предложения с отрица^

ниями
М у2 'нету' и 0 фэй1 'не есть'.

ПОДЛЕЖАЩЕЕ И СКАЗУЕМОЕ

Отношения
между
подлежащим и сказуемым в древне-

китайском
языке — обычно такие же, как в русском. Напри-

мер,
если сказуемое обозначает действие, то подлежащее

указывает действующее лицо; если сказуемое обозначает

качество, подлежащее указывает носителя качества, и т. п.

Но
кроме того, древнекитайское подлежащее может иметь значе-

ние
места. Иногда обыкновенное существительное, стоящее на

обычном месте подлежащего и не имеющее после себя после-

лога, обозначает место действия, причем это его необычное

грамматическое значение
никак
формально не выражается,

например:
Ш^ШЩ>
й)МШШ («Ши цзи», 68) Дао1* бу* ши2 и1,

шанъ1
у1
дао*
цзэй? 'На дорогах не подбирали потерянного, в

горах не было разбойников и воров'.

79-

Подлежащим
могут
быть также слова, по самой своей

грамматической природе обозначающие не предмет, а место —

послелоги (или сочетания существительного с послелогом),

причем они встречаются и перед таким сказуемым, которое

трудно себе представить без подлежащего, в частности перед

связочным
сказуемым, например:

ШЙЙ1Й>
•ЦЯ^-Ш»
(«Лунь
юй», XII, 5) Сы^ хай3 чжи1 нэп*,

цзе1 сюн1 ди^ е3 'Между четырьмя морями все [люди] — братья';

^Ф^<Й-Ш
(«Мэн-цзы», Ша, 3) Ци2
чжун1
вэй2 гун1
тянъ%

Посредине
[находится] общественное поле'.

Если
подлежащее предложения обозначает место, после

него нельзя добавить обозначение действующего лица. Поэтому

нельзя
предположить, что подлежащее в таких примерах

опущено; слово со значением места в них действительно

является подлежащим.

Слова со значением времени (вроде ^ си2 'прежде'), сто-

ящие
в начале предложения, тоже имеют нечто общее с подле-

жащим;
например, в зависимых предложениях (где после

подлежащего обычно ставится служебное слово ^ чжи1),

если подлежащего нет и предложение начинается со слова

типа ^ си2 'прежде', ^ чжи1 ставится после такого слова,

как
если бы оно было подлежащим. Тем не менее это не под-

лежащее, потому что в предложении может иметься одно-

временно и слово со значением времени, и следующее за ним

настоящее подлежащее.

Сказуемое в древнекитайском языке бывает связочное и

бессвязочное. Бессвязочное сказуемо"е было уже рассмотрено

выше в связи с вопросом о разделении знаменательных слов

на
имена и предикативы. Напомню, что сказуемым без связки

в
древнекитайском
могут
быть не только глаголы, но и при-

лагательные, числительные и послелоги, а иногда и некото-

рые существительные.

Существительное в большинстве случаев бывает связочным

сказуемым. Связкой в классическом древнекитайском является

•слово ^й, е3, которое ставится в конце предложения и может

поэтому рассматриваться как особая конечная частица, на-

пример:

•РЬ-РЖЛ-Ф.
(«Чжань го цэ», «Чжао цэ», III, 9) Кун3
цзы3

сянъ2
жэнь2
е3 'Конфуций был мудрый человек'.

В отрицательном связочном предложении вместо обычного

отрицания
^ бу* употребляется специальное отрицание ^

фэй1, например:

&Щ0Щ
(«Гунсунь Лун-цзы», 2) Бай2 ма3 фэй1 ма3 'Белая

лошадь не есть лошадь'.

Это отрицание исторически представляет собой слияние

двух
слов в один слог. В доклассическом древнекитайском

существовала связка Щ (Щ) вэй2, которая ставилась не в конце

50

предложения, а перед Группой сказуемого, как в европейских

языках. Отрицание ^ бу* помещалось непосредственно перед

этой
связкой и обычно сливалось с ней, образуя слог 0 фэй1

(или
Щ фэй3). В классический период функции слова Щ вэй2

изменились,
оно превратилось в частицу со значением 'только';

но
слово ^ фэй1 'не есть' продолжало употребляться как и

раньше.
Если перед сказуемым стоит отрицание ^ фэй1,

связка
-{й, е3 может отсутствовать, так как это отрицание

само уже содержит в себе связку.

В вопросительном предложении при связочном сказуемом

употребляется конечная вопросительная частица Ц юй% или

Ш (515)
е*"->
а ЦРИ бессвязочном— ^ хф. Разница
между
двумя

первыми частицами —диалектная: в конфуцианских памятни-

ках употребляется только Щ. юй2, в остальных — преимущест-

венно
Щ е2. И ту, и
другую
частицу можно объяснить как

слияние
связки ^ е3 и обычной вопросительной частицы -^

ху1'. в древнекитайском языке частицы Л юй2, 1$ е2 и 4Й» е3

одинаково.начинались
с согласного й, а с
другой
стороны Л/ой2,

515 е2 и Ц1 ху2 имели одну и ту же финаль — аи одинаковый тон.

Итак,
в древнекитайском языке классического периода:

были три связки: положительная 4Ё, е3 'есть', отрицательная

0
фэй1 'не есть' и вопросительная Щ юй2 (или Щ е2) 'есть ли'.

Отрицательная связка стояла перед группой сказуемого,

остальные две — в конце предложения.

Все три связки употреблялись и как настоящие частицы,

т. е. они могли стоять и при сказуемом-предикативе; в этом

случае
предложение и без них было законченным, и они,

подобно другим частицам, лишь придавали ему некоторые до-

полнительные оттенки.

Частица ^й, е3 после сказуемого, не требующего связки,

придает предложению характер настойчивого утверждения,

подчеркивает уверенность говорящего лица в справедливости

того, что он говорит, или обращает внимание на важность

сказанного
(эти оттенки трудно отразить в русском переводе).

Например:

ШЖ1кЖ>
^ВьТ-Щ* («Чжань го цэ», «Ци цэ», VI, 4) Цзян1

цзюнъ1
гун1 Ди2, бу1 нэн1 ся^ е3 '[Я утверждаю, что] если вы,

генерал, атакуете город Ди, вы не сможете его взять'.

Далее, частица 4Й» е% может показывать, что предложение,

содержащее ее, сообщает причину какого-то факта, о кото-

ром рассказано раньше, или как-то иначе объясняет, коммен-

тирует
его. Например:

ШЖЪВШШ,
№ШШ («Ши цзи», 62) Бао* шу1 бу* и3

вол вэй2
танъ1,
чжи1 во3
пинъ2
е3 'Бао-шу не считал меня жад-

ным,
так как он знал, что я беден';

10:
-•ШШШФЖЯ:
о 0: &Ш& («Цзо
чжуань»,
16-й год

Чэн-гуна) Ван2 юэг\ . . . цзе1 цзю№ юй1
чжун1
цзюнъ1
и3. Юэ1:

1/4 О С. Е. Яхонтов 81

хэ2
моу2
е3 'Царь сказал: «.. . Вот теперь они все собрались

в
середине лагеря». [Бо Чжоу-ли] сказал:
«Это
значит, что

они
все вместе совещаются
между
собой»'.

Те же дополнительные оттенки (подчеркивание важности

сообщения,
разъяснение сказанного ранее) получает предло-

жение со сказуемым-предикативом, если в нем для выраже-

ния
отрицания
будет
употреблено ^ фэй1 или для выраже-

ния
вопроса — Л юй2 (ЭД$ е2). При этом отрицание ^ фэй1

особенно
часто употребляется при наличии противопоставле-

ния:

Ш1Щ#>
^%Ш& («Ши цзи», 77)
ЧжаоЧан2
ле^ эр3, фэй1

еэы*
во;/4 е3 'Царь Чжао просто охотится, а не имеет целью

напасть [на
нас]'.

Впрочем, и обычное связочное сказуемое в отдельных

случаях служит для Объяснения причины, например:

Ш321**..
МЩ2.ЯМ? («Мэн-цзы», УНб, 22)
Чэн2
мэнъ2

чжи1 гуй3, лян3 ма3 чжи1 ли^ юй2? 'Разве колея в городских

1юротах
получилась от усилий [только одной] пары лошадей?'

Помимо
% е3 и
других
связок, описанных выше, в древне-

китайском
языке существовало еще одно служебное слово

со связочной функцией — ^ вэй2 (оно не имело ничего общего

со связкой Щ вэй2 доклассического периода: древнее произ-

ношение
этих
двух
слов было совершенно разным). Связка


вэй2 происходит от знаменательного глагола ^ вэй2 'делать'.

Если
обычное связочное предложение разъясняет, что пред-

ставляет собой предмет, обозначенный подлежащим, то пред-

ложение со связкой ^§ вэй2 преимущественно указывает на

временную функцию субъекта (например, на должность) или

на
превращение одного предмета в другой, например:

ЩШ-ШШШ
(«Ши цзи», 86) Цао2 Мо^ вэй2 Лу3 цзян^ 'Цао Мо

был главнокомандующим в
государстве
Лу';

Й^8#.
Ш&ПШ
(«Ши цзин», «Сяо я», IV, 9) Гао1
анъ*

вэй2 гу3,
шэнъ1
гу3 вэй2 лин2 'Высокие берега превратились

и
долины, глубокие долины стали холмами'.

Связка
^ вэй2 может стоять не только перед существитель-

ным,
но и перед прилагательным. В этом
случае
она имеет

подчеркивающее значение, и прилагательное обычно пере-

водится в превосходной степени, например:

й^#>
•••%эМШ
(«Мэн-цзы», УПб, 14) Минь2 вэй2 гуй*,...

цзюнъ1
вэй2 цин1 'Народ—это самое драгоценное . . . государь —

это
самое неважное'.

Сказуемое со связкой ^ вэй2 имеет формальные свойства

глагольного, а не - именного сказуемого: перед ним
могут

стоять модальные глаголы, показатели времени, определитель-

ные
местоимения—слова, всегда связанные с предикативом,

а не с именем, оно может иметь дополнение с предлогом,

и
т. п.

82
•.•.•'•' • • ' • ' •* ..:•.•• ;. •.,..• .

ДОПОЛНЕНИЕ

Дополнение стоит (одно или со своими определениями)

после бессвязочного сказуемого (обычно глагола) или пред-

лога.

О дополнениях, стоящих непосредственно после глагола,

уже подробно говорилось выше, в связи с вопросом о класси-

фикации
глаголов. Существует три основных вида беспред-

ложных дополнений. Дополнение к переходным глаголам

обозначает объект действия, т. е. лицо или предмет, которые

как-то
изменяют свое состояние (в частности, создаются или

уничтожаются) под влиянием направленного на них действия,

например:
^А. ша1
жэнъ%
'убить человека', Щ$-
цзюэ2'
цзин3

'выкопать колодец'. Такой же характер имеет дополнение

при
словах, употребленных в каузативном (побудительном)

значении.
Дополнение к глаголам, которые
могут
иметь после

себя зависимое предложение, обозначает объект
чувства
или

умственной деятельности, например ЩЩ
хао*
юэ^ 'любить

музыку'. Сюда относится также дополнение к прилагатель-

ному, когда последнее имеет значение «считать та-

ким-то». Наконец, третий вид дополнения—это дополнение со

значением
места. Оно возможно после глаголов со значением

движения и пребывания на месте. Формально оно отличается

от первых
двух
видов дополнений тем, что перед ним всегда

можно вставить предлог ^ той1 без того, чтобы значение

конструкции
изменилось: сочетания
%ЦЩ
фань3
Лу3 и }хШШ

фанъ3
юй1 Лу3 одинаково значат 'вернуться в государство

Лу\

Дополнение с предлогом может стоять и после сказуе-

мого, и перед ним. Предлогов в древнекитайском языке не-

много:
настоящими предлогами можно считать только ^ юй1,

3 3 0 & 2

Щ ^ § ц и ^ то2.

Предлог ^ юй1 имеет фонетические варианты -^р юйг и

з$- хуг. В классической литературе встречается только форма

^ юй2. В «Цзо
чжуане»
и «Го юе» Я^ юй2 сохранилось при

ряде глаголов, имеющих отношение к войне и дипломатии,

в
остальных случаях используется форма ^ юй1. Для осталь-

ных памятников нормой является ^ той1, но встречается и

З1
ху2.

Дополнение с ^ юй1 имеет два основных значения: во-

первых, оно указывает косвенный объект действия — лицо,

которому нечто дается или у которого нечто берется; во-

вторых, оно обозначает место или направление действия.

Например:

А
(«Цзо
чжуань»,
23-й год Си-гуна) Ци1 ши1 юй1

'Он
попросил еды у крестьянина';

(«Цзо
чжуань»,
12-й год Сюань-гуна) Цзян1

7 С. Е. Яхонтов 83

инъ*
ма3 юй1 Хэ2 эр2 гуй1 'Они собирались напоить коней

в
реке Хуанхэ и вернуться'.

Предлог %Ь юй1 может также вводить название действую-

щего лица при переходных глаголах, употребленных пас-

сивно.
Далее, дополнение с предлогом ^ юй1 после прила-

гательного обозначает предмет, с которым производится срав-

нение,
например:

Ф&ШШМ'&
(«Лунь юй», XI, 17) Цзи* ши* фу* юй1
Чжоу1

гун1 'Глава рода Цзи был богаче Чжоу-гуна'.

Есть и другие, более редкие значения. Вообще из всех

предлогов ^ юй1 наиболее многозначный.

Дополнение с предлогом )& юй1, как правило, ставилось

после сказуемого; в некоторых значениях это было един-

ственно возможное его место.

Для дополнения с предлогом ^ и3 основным является

значение
орудия действия, например:

ЗЕг^Ш;^!!^
(«Цзо чжуань», 28-й год Сян-гуна) Ван2 Хэ2

и3 гэ1 цзи1 чжи1 'Ван Хэ ударил его алебардой'.

Такое дополнение может также указывать, по какой

причине
или на каком основании совершается действие, на-

пример:

И^-Ш&Ш.
(«Лунь юй»,
XVII,
20) Кун3
цзы3
цы2 и3 цзи1

'Конфуций
отказался [принять его], сославшись на болезнь'.

Предлог 0 и3 имеет и другие значения; в частности, он

может вводить дополнение со значением предмета при гла-

голах давания. Дополнение с этим предлогом может ста-

виться как перед глаголом, так и после него.

Предлог Ц юй3 'с' выражает отношения совместности,

например:

3$\ ^МШ'Ш («Лунь юй»,
XVII,
1) Лай2'Юй* юй3 эр3
янь2

'Иди
сюда! Я
[хочу]
поговорить с тобой'.

Этот предлог может выражать не только отношения между

дополнением и сказуемым, но и сочинительную связь между

двумя существительными или местоимениями. В таких слу-

чаях он соответствует русскому сочинительному союзу «и»

(иногда «или»). Например:

ШМЗИШ& («Чжуан-цзы»,
XXII,
1) Во3 юй3 жо* чжи1 чжи1

'Я и ты знаем об этом'.

Однако в большинстве случаев сочинительная связь вы-

ражается без помощи служебных элементов, простым поряд-

ком
слов.

В доклассическом языке и в диалекте исторических па-

мятников
вместо .$8. юй3 часто употребляется предлог Д. цзи2

с теми же значениями, например:

ИК&Ш^Р
(«Цзо чжуань», 25-й год Сян-гуна)
Чэнь2
цзи2

Чжэн*
пин2 'Государство
Чэнь
заключило мир с государ-

ством Чжэн'.

84

Предлог ^ вэйк имеет значение 'для'; стоящее после него

дополнение обозначает лицо, ради которого совершается

действие, иногда — цель действия. Например:

Й-^МЖШШЖ («Лунь юй», VI, 4)
Жань3
цзы3
вэ& ци*

му3 цин3 су* 'Господин Жань попросил проса для своей ма-

тери'.

Последние два предлога— §
цзы*
и й >°2 — имеют одина-

ковое основное значение и оба переводятся 'из', например:

Ф^&ШШ^.
(«Цзо чзкуань», 1-й год Чжао-гуна) Нюй3
цзы*

фан2
гуань1
чжи1. 'Девушка смотрела на них из комнаты'.

Дополнения
со всеми предлогами, кроме й юй1 и $ и3,

ставятся, как правило, перед сказуемым; только ^ цзиг и

||
цзы*
могут
иногда находиться после сказуемого (главным

образом в древнейших памятниках). Таким образом, чем бо-

лее многозначным является предлог и чем более общими,

отвлеченными значениями он обладает, тем чаще дополнение

с этим предлогом
следует
за сказуемым; напротив, предлоги

с сравнительно конкретным . значением чаще предшествуют

сказуемому.

Мы
уже знаем, что вместо сочетания предлога ^ юй1

с местоимением 3-го лица употребляется особое местоимение

Щ янь1. Что касается предлогов ]$, и3,
ЗЩ.
юй3 и ^ вэй*, то

после них местоимение 3-го лица часто опускается, и тогда

они
оказываются непосредственно перед глаголом, например:

&&Й. и3 гао* чжи1 'сказал ему об этом', ЩЦ юй3
чжанъ*

'сразился с ним'.

Некоторые предлоги
могут
управлять не только словом,

но
и целым зависимым предложением. В частности, ]^[ и3 и

^ вэй* управляют предложением со значением причины.

Б
этом случае они значат «потому что», «из-за того что».

Предлог ^ вэ& имеет несколько более узкое значение, чем

^Х и3, он указывает не на объективную причину, а скорее

на
мотивы действия («принимая во внимание, что»). Например:

Ш&.№ШШЬ&
(«Цзо чжуань», 13-й год Дин-гуна) Во3 и3

фа?
цзюнъ1
цзай* цы3 и3 'Из-за т-ого, что я напал на
госу-

даря, я оказался здесь [в изгнании]';

%^МА^ШШШШ^г
(«Сюнь-цзы»,
XVII,
3) Тянъ1 бу*

вэй*
жэнъг
чжи1 г/4 хань2 е3 чо* дун1 'Небо не отменяет зиму

из-за
того, что человек не любит холода'.

Дополнение с предлогом в большинстве случаев подчи-

нено
сказуемому. Однако предлог вместе с зависящим от

него словом может и сам быть употреблен как сказуемое

предложения (правда, часто при этом видно, что подлинное

сказуемое опущено, и оно легко восстанавливается из кон-

текста). Например:

ЩА.^^^\~ («Мэн-цзы», Ша, 4) Юй3 ба1
нянь2
юй1 вам4

'Император
Юй восемь лет [находился] вдали от дома';

7* 85

?
(«Лунь
юй», XIV, 41) Си2
цзыЧ
'Откуда [ты]?';

Ц,
(«Цзо
чжуань»,
4-й год Инь-

гуна)
Чэнъ2
вэнъ2
и3 дэ2 хэ2
минь2,
бу*
вэнъ2
и3
луанъ^
'Я слы-

шал,
что добиться согласия в народе можно добродетелью,

но
не слышал, чтобы [этого можно было достичь] беспоряд-

ками'.

Таким
образом, различие
между
глаголом и предлогом

состоит не в том, что глагол обычно бывает в предложении

сказуемым; предлог с зависящим от него словом тоже мо-

жет выполнять эту функцию. Однако предлоги
могут
зани-

мать в предложении место, не свойственное глаголам. Так,

часть предлогов может стоять после глагола-сказуемого,

между
тем как глагол, если он подчинен
другому
глаголу,

всегда находится перед ним. Кроме того, любой предлог,

кроме ^ юй1, может вставляться
между
служебным словом

Щ со% и следующим глаголом (об этой конструкции
будет

подробнее сказано ниже); таким же образом предлог может

отделять глагол от показателей залога и модальных прила-

гательных. С
другой
стороны, дополнение с предлогом очень

I
редко отделяется от сказуемого служебным словом Щ эр2,

которое обычно ставится
между
двумя грамматически свя-

занными
между
собой глаголами.

В
ходе
истории древнекитайского языка в нем появи-

лось несколько новых предлогов; самым ранним из них

(III
в. до н. э.) был ^ Цун2 — третий предлог со значением

'из'.
Кроме того, в нем было некоторое количество слов,

которые обычно переводятся предлогами, но не имеют

формальных признаков, свойственных этому разряду слов.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
К СКАЗУЕМОМУ И СЛУЖЕБНОЕ СЛОВО Ш ЭР*

Неоформленным
определением к глаголу-сказуемому мо-

жет быть существительное, прилагательное, числительное,

послелог. Примеры были приведены выше при рассмотрении

функций
отдельных частей речи. Однако после определения

к
глаголу
может стоять и специальное служебное слово Щ

эр2. После определения, состоящего из одного слова (слога),

" эр2 встречается редко, но после двухсложного определе-

р у

ния
оно почти обязательно; например, ф^|Тй]|я
чжун1
дао*

эр2
фанъ%
'вернуться с середины пути'.

Слово Щ эр2 обязательно также в том случае, если оп-

ределение само тоже представляет собой глагол или целое

зависимое предложение. Такое определение имеет много

общего со сказуемым; в частности, оно может иметь допол-

нение,
перед ним можно поставить отрицание. Иногда гла-

гол-определение переводится на русский язык дееприча-

стием, но чаще^ бывает удобнее перевести его финитным

глаголом и соединить с главным глаголом с помощью союза.

В зависимости от того, является ли глагол, употреблен-

ный
как определение, предельным или непредельным, два

слова, соединенные с помощью Лп эр2, обозначают последо-

вательные или одновременные действия, например:

Яг?-
ЖШШШ
(«Лунь
юй»,
XVII,
20) Кун3
цзы3,..
цюил

сэ* эр2 гэ1 'Конфуций. . . взял цитру и запел';

351ШЗЙ1
(«Цзо
чжуань»,
4-й год Чжао-гуна) Ку1 эр2
сун*

чжи1 'Она плача проводила его'.

Глагол-определение может иметь также различные допол-

нительные значения, например способа совершения действия

или
причины действия (последнее обычно наблюдается у гла-

голов чувства):

ЕЛШТЙП/Ь;^
• • • («Мэнцзы», 16, 9) Цзян*
жэнь2
чжо2
эр2
сяо3

чжи1..
. 'Если плотник, обрубив его (бревно), уменьшит его. . .';

ШЩ1%.7
ШШ^Ш. («Мэн-цзы», У1б, 13) У'г
вэнъ2
чжи1, си3

эр2 бу*
мэй*
'Когда я услышал об этом, я от радости не

[мог] заснуть'.

Наконец,
Щ эр1 может просто служить для противопо-

ставления
двух
действий, состояний или качеств. В таких

случаях обычно перед сказуемым или перед определением

к
нему стоит отрицание либо слова, соединенные с помощью

Ш ЭР2> являются антонимами. Например:

ш-шт&,
*ттж
(«чжУан-Цзы», ххк, 1)
эРз...

оУ гэн1 эр2 ши1, бу^ чжи1 эр2 и4 'Ты... не пашешь, а ешь,

не
ткешь, а одеваешься'.

Если
глагол-определение не имеет дополнения, а после

глагола-сказуемого стоит местоимение 3-го лица ^ чжи1 'его',

оно
обычно относится к обоим глаголам одновременно, т. е.

оба действия имеют один и тот же объект, например:

^ПТШСЙ!
(«Цзо
чжуань»,
16-й год Чэн-гуна) Шоу^ эр2
инь3

чжи1 'Он принял его (вино) и выпил'.

Во
всех
примерах, которые были приведены выше,
субъ-

ект действия, обозначенного глаголом-определением, совпа-

дал с подлежащим предложения. Но так бывает далеко не

всегда. Если два действия, названия которых соединены

служебным словом Щ эр2, принадлежат разным лицам, это

означает, что определением к сказуемому является целое за-

висимое предложение. Существительное, стоящее в начале

предложения, в одних случаях связано с первым, в
других


со вторым глаголом, т. е. является подлежащим то зависи-

мого, то главного предложения, например:

ШШ%МШЪ.
(«Ли цзи», VIII, 1) Цзи1 чу1
мин2
эр2 и* фу2

'Когда
петухи
пели в первый раз, он одевался';

Ш%Т^.Ш)&
(«Чжуан-цзы», II, 4)
Дао*
син2
чжи1 эр2
чэн2

'Дорога получается потому, что по ней
ходят'.

Если
подлежащее есть и в главном, и в зависимом пред-

ложении,
предложение с ]]5 эр2 ставится перед главным

предложением в целом, а не перед его сказуемым, например:

Ц^ШпШШ
(«Ши паи», 66) Вин1 вэ0 фа1 эр2 Цзинь*

фа2
Чжэн*
'Не успела еще армия выступить в поход, как

государство Цзинь напало на государство Чжэн'.

После
Щ эр2 иногда ставится слово Ц жог/1 (букв, 'потом'),

которое подчеркивает, что второе действие
никак
не могло

соверпщться раньше первого! На русский язык сочетание

Ш^к ЭР2 ХОУ^ переводится словом 'только' (или 'только когда',

'только после того как') перед глаголом-определением, иногда —

словами 'прежде чем' перед сказуемым. Например:

ШШШ&^.
(«Цзо чжуань»,
30-год
Сян-гуна)
Син3
эр2
хоу*

чжи1 чжи1 'Только после того как он протрезвел, он узнал

[о том, что произошло]'.

В ряде случаев, хотя далеко не всегда, вместо "0 эр2

можно в той же конструкции употребить
другое
служебное

слово —\>Х и3, например:

ША1%ЯИ&.ШМ
(«Цзо чжуань», 22-й год Си-гуна) Чу3
жэнъ2

фа2
Сун*
и3 цзю4"
Чжэн^
'Люди из государства Чу напали на

государство Сун, чтобы защитить государство Чжэн'.

Хотя это ^Х и3, стоящее между двумя глаголами, обычно

переводят как
«чтобы»,
в действительности оно вовсе не

обозначает цель действия. Вероятно, оно является (по край-

ней
мере по происхождению) предлогом с опущенным после

него местоимением 3-го лица; глагол перед ^ и3 всегда по-

казывает, каким образом совершается главное (второе) дей-

ствие. Поэтому приведенный выше пример дословно значит:

'Люди из государства Чу, напав на государство Сун, этим

защитили государство Чжэн'.

Предлог ^Х и% вместо обычного служебного слова Щ эр2

может употребляться не только в позиции после глагола,

но
и после
других
определений к сказуемому, например:

Ш&ШШВШЗ.Ш
(«Мэн-цзы», 16, 10) Дань1 сы* ху2 цзян1

и3
ин2 ван2 ши1 'Они встречали войско- царя корзинами еды

и
кувшинами кислого напитка'.

В значении, близком к Цп эр2, может употребляться также

Л. це5; но оно чаще соединяет два прилагательных, чем два

глагола. Это служебное слово имеет и ряд
других
значений.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
К СУЩЕСТВИТЕЛЬНОМУ

И
СЛУЖЕБНОЕ СЛОВО ^
ЧЖЭ*

Определение к существительному имеет одни и те же

свойства, независимо от того, является ли существительное

в
предложении подлежащим, дополнением или именной частью

сказуемого.

Определение, стоящее перед существительным, как и опре-

деление к сказуемому, может быть неоформленным или оформ-

ленным;
в последнем
случае
после него имеется специаль-

ное
служебное слово %. чжи1 (фонетически совпадающее

с местоимением 3-го лица и, может быть, имеющее с ним

общее происхождение). Определения, состоящие более чем

из
одного слова (слога), почти всегда бывают оформлены.

Кроме
того, одиночное (т. е. само не имеющее определений)

существительное., употребленное как определение к
другому

существительному, получает после себя ^ чжи1, если опре-

деление имеет притяжательное значение, например: Щ^Щ

Яо1 чжи1 гун1 'дворец [императора] Яо', Щ.%.Щ
Шунъ*
чжи1

ци1 'жена [императора]
Шуня'.
Определением к существитель-

ному может быть, кажется, любая часть речи; в этой функ-

ции
можно употребить также различные словосочетания или

даже
целое зависимое предложение.

Особый вид определения, не встречающийся в русском

языке
(равно как и в современном китайском), — определе-

ние,
в котором перечисляются различные разновидности того,

что обозначено определяемым, например:
^^^,-Й
гУн1 цзи3

чжи1 бин1 'оружие, как, например, лук или копье-трезубец';

7&Щ^31.1&
шуй3
хань*
чжи1 цзай1 'наводнение,
засуха
и
другие

стихийные бедствия'.

До сих пор речь шла об определении, стоящем перед су-

ществительным. Но в древнекитайском языке
существует
и

постпозитивное определение к существительному. В частно-

сти,
рассматривая числительное, мы видели, что сочетание

числительного с названием меры может иногда стоять после

определяемого.

Постпозитивное
определение
другого
типа образуется от

бессвязочного сказуемого, т. е. им
могут
быть только такие

слова или сочетания слов, которые
могут
употребляться: как

бессвязочное сказуемое. Определение этого типа всегда

бывает оформлено: после существительного-определяемого

ставится служебное слово ^ чжи1, а после определения —

служебное слово ^
чжэ3
(одно из этих
двух
слов — чаще

первое — иногда опускается). В остальном же определение

этого типа имеет такую же форму или состав, как и группа

сказуемого, от которого оно образовано. Сравним:

ЯСэнь2
цзянъ*
чжи1 'Люди видели это';

жэнь*
чжи1
цзянъ*
чжи1
чжэ3
'те люди, которые

видели это'.

Постпозитивное
определение всегда имеет выделительное

значение,
т. е. всегда подразумевается, что признак, сообща-

емый в определении, относится не ко всем лицам или пред-

метам, обозначенным в определяемом. Например, приведен-

ное
выше сочетание слов можно употребить только в том

- 89

случае, если говорящий
хочет
показать, что «далеко не все

видели это».

Если
в качестве постпозитивного определения употреб-

лено прилагательное, оно обычно переводится в превосход-

ной
степени, например:
Шт^.^-^
чэн% чжи1 да*
чжэ3
'самый

большой из городов' (доел, 'тот город, который большой').

Постпозитивное
определение может субстантивироваться,

т. е. определяемое (вместе с ^ чжи1) может быть опущено,

и
тогда
определение само употребляется в предложении в тех

функциях,
в которых обычно употребляется существительное;

чаще всего оно бывает подлежащим, например:

ЯоЦ^Ш
(«Лунь
юй», IX, 29)
Чжи*
чжэ3
бу* хо* 'Тот, кто

мудр, не сомневается';

Ш^^Т-Г («Мэн-цзы», 1Уа, 7) Ни*
тянь1
чжэ3
ван1 'Тот,

кто ослушается неба, погибнет'.

Служебное слово ^$
чжэ3
входит
также в состав сочета-

ний^
по значению близких к определительным местоимениям;

в
этом
случае
^
чжэ3
ставится в конце предложения, а пе-

ред группой сказуемого (там, где обычно стоит определитель-

ное
местоимение) вставляются слова Щ ю3 'есть', 4В| у2 'нет',

^ до1 'много' или ф
шао3
'мало', например:

ШАШВ^ЩШ'^.'Щ^
(«Мэн-цзы», Иб, 2) Ци2
жэнъ2
у2 и3

жэнь1
и* юй3 ван2
янь2
чжэ3
'Никто из жителей государства

Ци
не говорит с царем о гуманности и долге';

Щ&З&ШЗ&^'М
(«Чжань го цэ», «Вэй цэ», II, 6)
Цюнь2

чэнь2
до1
цзянъ*
тай*
цзы3
чжэ3
'Среди подданных многие

укоряли наследника престола'.

Формально
можно считать, что в таких конструкциях ска-

зуемым являются слова

ю3 'есть', ^ до1 'много' и т. д.,

а остальная часть предложения представляет собой субстан-

тивированное определение, употребленное как дополнение

к
этим словам, т. е. например, конструкцию $к... ^ у1

чжэ3
'никто из. ..' можно дословно перевести как 'среди. ..

нет таких, которые. . .' ('Среди жителей государства Ци нет

таких, которые говорят с царем о гуманности и долге').

Наконец,
^
чжэ3
может употребляться для подчеркива-

ния
подлежащего связочного предложения (подобно русскому

«это»); предложения, содержащие ^
чжэ3
в этом значении,

имеют характер определения термина или комментария. На-

пример:

ШМ,
Ш±.*-Ш.
(«Ши цзи», 110) Ци*
чжэ3,
го2 чжи1
бэнъ3
ег

'Земля-—это
основа государства'.

Иногда
перед ^
чжэ3
вставляется при этом связка ^Ь, е3:

"Ш&М, Ш-& («Ли цзи», XI, 27) Фу* е3
чжэ3,
фуг е3 'Бо-

гатство — это счастье'.

Перед ^
чжэ3
в этой последней конструкции
могут
сто-

ять разные части речи, но все они переводятся на русский

90

язык
существительными. Таким образом, сочетание одного»

и
того же слова с ^
чжэ3,
в зависимости от значения по-

следнего, переводится на русский язык двумя разными спо-

собами; например, Щ^ шэ*
чжэ5
(*$
шэ*
— 'стрелять из
лука'}

значит либо 'тот, кто стреляет из лука', либо 'стрельба иа

лука — это...' (примеры обоих значений этого сочетания дей-

ствительно
существуют
в текстах).

СЛУЖЕБНОЕ
СЛОВО Щ СО* \

Слово Щ со3 ставится только перед такими словами и

словосочетаниями, которые
могут
иметь дополнение. Если

из
предложения удалить дополнение и перед группой ска-

зуемого вставить рЛ со3, образуется конструкция, употреб-

ляющаяся
в функциях, обычно свойственных существитель-

ному. Эта конструкция имеет много общего с конструкцией,,

образуемой с помощью •$
чжэ3.
Разница
между
ними состоит-

в
том, что ^$
чжэ3
заменяет название действующего лица,

в
то время как $\ со3 заменяет название объекта действия.

Сравним:

ша1 чжи1
чжэ5
'тот, кто убил его', 'убивший его';

ЖРЯШ.
Ци2 с°3 ша1 'тот> кого он убил', 'убитый им'.

После
конструкции с
р%.
со3 может стоять дополнительно

слово ^
чжэ3
(особенно если конструкция не заканчивает-

собой предложение); ничего нового в значение конструкции

оно
не вносит.

Перед Р)\ со3 может стоять слово, обозначающее действую-

щее лицо, иногда —место или время действия. Оно оформ-

ляется как определение, т. е. может иметь после себя слу-

жебное слово ^ чжи1. Дополнение после глагола с Щ со3,

как
правило,
отсутствует,
так как название объекта,дей-

ствия как раз и заменяется словом р% со3.

Если
после РЛ со3 стоит прилагательное, оно получает

то же значение, что и в тех
случаях,
когда оно имеет до-

полнение
(«считать таким-то» или
«сделать
таким-то»); на-

пример,
~3^.р)\Щ
ци2 со3
шань*
значит 'то, что он считает хо-

рошим'.

Между словом р% со3 и следующим глаголом может быть

вставлен любой предлог, кроме ^ юй1. Сочетания Щ со%

с предлогом заменяют различные косвенные дополнения,

в
зависимости от значения предлога: РЯЩ со3 и3 значит 'то,

'
р
РЯЩ

чем' или 'то, почему' (т. е. 'причина, по которой...'), ^гЦ

со3 юй3 — 'тот, с кем', РЛ^ со3
цзы*—'то,
откуда' ('место,

откуда'), и т. п., например:

№>РЯШШ%
(«Чжань го цэ», VI, 4) Цы3 со3 и3 по* Янь1 е%

'Это — причина того, что [вы] разбили государство Янь';

. . . («Лунь юй», X, 3) И1 со3 юй3 ли*. ./'Когда он

приветствовал того, с кем он стоял [рядом]...' /

Чаще всего встречается сочетание $г$ со3 и3 'причина

того, что. . .'

Глагол, стоящий после сочетания Щ со3 с предлогом, со-

храняет способность иметь свое обычное дополнение. Таким

образом, глагол в составе конструкции с рЛ со3 ведет себя

таким
же образом, как и глагол, сочетающийся с модальным

прилагательным или показателем залога.

Предлог ^ юй1 после $х со3 не ставится; но Щ со3 само,

без предлога, заменяет дополнение с ^ той1, когда стоит

перед глаголом движения или пребывания на месте, либо

перед переходным глаголом, сохраняющим беспредложное

дополнение.
В соответствии со значениями предлога ^ той1

слово Щ со3 в этих случаях значит 'там, где' или 'тот, у кого':

Ш2.РЯ&,
ШШ&Ш
(«Дао дэ цзин», 30) Ши1 чжи1 со3 чу3,

цзин1 цзи2 шэн1 янь1 'Там, где стояла армия, вырастает тер-

'

ШРШ^
МШШШ
(«Цзо чжуань», 7-й год Чжао-гуна)

Дао* со3
инъ3
ци*, юй3
дао*
тун2 цзуй* 'Тот, у кого вор спря-

тал [украденную] вещь, так же виноват, как и сам вор'.

Конструкция
с Щ со3 может употребляться в предложе-

нии
как определение, например:

1Ш&2.ШШШ&
(«Ши цзи», 63) Цы3
Ханъ2
Фэй1 чжи1

со3
чжу*
шу1 е3 'Это-—книга, которую написал Хань Фэй'.

Правда, до эпохи Хань такие примеры встречаются еще

довольно редко.

Начиная
с эпохи Хань, широкое распространение полу-

чает употребление конструкции с Щ со3 как сказуемого при

связке
^ вэй2 'стать'. В этом случае она переводится стра-

дательным залогом глагола. Например:

ШМЙ.РЯШ («Соу шэнь цзи», 2)
Суй*
вэй2 ху3 со3 ша1

"'Поэтому он был убит тигром'(доел.'стал тем, кого убил тигр1).

Особое значение получает конструкция с $% со3, являясь

дополнением к глаголу ^ то3 'иметь' или 4$ у1 'не иметь'.

Сочетания
~%Щ ю3 со3 и 4^$г у2 со3 указывают на отсутствие

или
присутствие объекта действия и переводятся местоиме-

ниями:
первое значит 'кого-нибудь', 'что-нибудь' (иди 'кого-то',

'что-то'), второе — 'никого' или 'ничего', например:

ШШМРЙШ («Чжань го цэ», «Янь цэ», III, 5) Цзин1 Кэ1

ю3 со3
дай*
'Цзин
Кэ кого-то ждал';

&МРЙЙ* («Чжуан-цзы», XIX, 7)
Чэнъ2
у2 со3
цзянь*
'Ваш

слуга
ничего не видел'.

Если
глагол — непереходный или сохраняет дополнение,

сочетание $$$х у2 со3 перед ним заменяет дополнение с пред-

логом ^ той1 и значит 'негде', 'некуда', 'не у кого':

ШМ&тА. («Цзо чжуань», 20-й год Чжао-гуна) Тао2 уг со3

92

жук 'Если бы [я] бежал, мне негде было бы искать убежища'

•(доел, 'некуда было бы войти').

Слово Щ со3 иногда опускается, так что глагол со значе-

нием
«иметь»
или «не иметь» оказывается непосредственно

перед другим глаголом, например:

ШШ&&—&ШШ&
(«Чжань го цэ», «Ци цэ», IV, 1) Кэ*

у1
хао* е3... Кэ* у2 нэн2 е3 'Ваш
слуга
ничего не любит.. .

Ваш
слуга
ничего не умеет'.

Мы
знаем, что между Щ со3 и следующим глаголом может

быть вставлен предлог. Однако Щ со3 между глаголом

ю3

(4ш у2) и предлогом всегда опускается, т. е. предлог оказы-

вается непосредственно между Щ ю3 (^ у2) и другим глаго-

лом.
Такое употребление наиболее обычно для ^Х и3— пока-

зателя орудных и причинных отношений, но возможно и для

других
предлогов. Например:

^•"^ШЩВМЩЩ^
(«Мэн-цзы», 1а, 1)
Соу3...
и* цзян1

ю3 и3 ли* у2 го2 ху2? 'О старец! Вы... наверно собираетесь

чем-то принести пользу моему государству?'

ЕЙ^ЙЙ1^1
(«Цзо чжуань», 27-ой год Ай-гуна)
Чэнъ2
у2

ю2 чжи1 чжи1 'Мне, вашему подданному, неоткуда знать об

этом'.

Слово р)х со3 или предлог со следующим глаголом чаще

встречается после отрицательного глагола ^ г/2 'не иметь',

чем после Щ ю3 'иметь'. Предлог в сочетании с 4$ у2 может

частично утрачивать свое значение, и вся конструкция ско-

рее просто подчеркивает невозможность действия.

ПОБУДИТЕЛЬНАЯ
КОНСТРУКЦИЯ

Если
действие, о котором говорится в предложении, со-

вершается действующим лицом не по своей воле, а по же-

ланию
другого
лица, употребляется побудительная конструк-

ция.
В этой конструкции перед названием действия стоят

названия
двух
лиц (иногда — предметов), соединенных слу-

жебным словом Ц? шиъ (первоначальное, знаменательное зна-

чение этого слова — 'послать', и в этом значении оно имеет

свойства обычного переходного глагола); первое из этих

лиц
— то, по чьей воле совершается действие, второе — ре-

альное действующее лицо, исполнитель действия. Например:

%Щ$.ШУСШ
(«МЭН-ЦЗЫ»,
Уа, 2) Фг/4 му3 шиг
Шунь*
вань2

линь3
'Отец
и
мать
велели
Шуню
починить
амбар'.

Название
действующего
лица
после
$1 ши3
часто
отсут-

ствует,
и
тогда
служебное
слово
оказывается
непосредственно

перед
названием
действия,
например:

3:$ШЙ1
(«Цзо
чжуань»,
20-й год
Чжао-гуна)
Ван2
ши3

чжао*
чжи1
'Царь
велел
вызвать
их'.

93

Вместо слова $[ ши3 может быть употреблен какой-ни-

будь
знаменательный глагол со значением «просить», «при-

казать», «посоветовать» и т. д. (об этих глаголах подробнее

говорилось в разделе о переходных и непереходных глаго-

лах). Однако в отличие от них $? ши3 выражает побужде-

ние,
так сказать, в чистом виде, не осложненное никакими

дополнительными лексическими оттенками. Можно сказать,

что Щ ши3 так относится к другим глаголам, употребляю-

щимся
в той же конструкции, как в русском языке связка

быть
относится к различным так называемым «знамена-

тельным связкам». В русском языке такого слова, обобщенно

обозначающего побуждение, нет, и слово Ц? ши3
следует-

переводить знаменательными словами, например: «послать»,

«велеть»,
«просить», «приказать», «позволить», «сказать,,

чтобы», «сделать так, чтобы» и т. п., подбирая нужное слово

в
соответствии с общим смыслом предложения.

Начиная
с эпохи Хань, вместо ^ ши3 в том же обобщен-

ном
значении начинает употребляться
другое
слово — ^- лин*.

Конструкция
с $1 ши3 может быть употреблена не только

с глаголом, но и с прилагательным или с существительным,,

имеющим перед собой связку ^ вэй2 'стать'. Тогда Щ иш%

значит 'сделать' («что каким» или «кого кем»).

Однако конструкция с этим последним значением от су-

ществительного может образовываться и иначе, а именно'

с помощью служебного слова $ и3, перед существительным;

сказуемым при этом ставится слово ^ вэй2, например:

Ц

ШМЖФсЦШ
(«Цзо чжуань», 24-й год Си-гуна) Цзян1 иа

ци2 нюй3 вэй2
хоу*
'Он собирался сделать их (народа ди)

женщину царицей'.

Исторически
^ вэй2 в таких предложениях — не связка,,

а глагол 'делать', а ^Х и3—предлог (как в сочетаниях вроде

Й^Шй"
ц3 МУ* вэ"2
чжоу1
'сделать из дерева лодку'); однако

в
примерах, подобных приведенному выше, значение этих

слов уже заметно изменилось.

Еще чаще конструкция с ^ и3 и ^ вэй2 выражает мне-

ние
или предположение («считать кого-то каким-то»,
«думать

о
ком-то, что он. . .»). В этом значении после ^ вэй2 может

стоять как существительное, так и предикатив, например:

Щ&.^^М
(«Чжуан-цзы», XIX, 9) У2 и3
цзы3
вэй2 гуй*

'Я принял вас за злого
духа';

^ШсЖ^
(«Лунь юй», XI, 23) У2 и3 жу3 вэй2 сы3 и3*

ГЯ думал, что ты погиб'.

Глагол после ^ вэй2 в таких случаях даже гораздо чаще-

встречается, чем существительное, и сохраняет все свои

обычные свойства (например, может иметь дополнение).

Мы
знаем, что после предлога $, и3 местоимение 3-го

лица,
как правило, опускалось; это имело место и в кон-

94
' •••'•• •': ~,

•струкции с % вэй2. Сочетание \%% и? вэй2 (с опущенным

местоимением после
$*и3)
часто ставилось после какого-ни-

будь
другого
глагола (который, вероятно, в таких случаях

надо рассматривать как определение к сказуемому), например:

^Ш^Ш^Й^И
(«Мо-цзы», 49)
Гун^шу1
цзы3
сюэ^
чжу2

му^ иэ вэй2 цюэ^ Туншу-цзы обстрогал [куски] бамбука и де-

рева и сделал из них сороку'.

Сочетание 3^ иъ вэй2 в этом примере имеет свое перво-

начальное значение
(«сделать
что-нибудь из чего-нибудь»).

С
III в. до н. э. слово $ и3 начинает иногда просто

заменяться различными знаменательными глаголами (подобно

тому как в обычной побудительной конструкции вместо $[

шиъ можно употребить некоторые знаменательные слова),

например:

ТЬЁШММ.
(«Соу шэнь цзи», 1) Найъ цзы} ма& вэй2 ну%

'Тогда он продал себя в рабство' (доел, 'продав себя, сде-

лал рабом').

Слово,
стоящее после ^§ вэй2 (в нашем примере это ^

ну2 'раб'), в таких случаях показывает, кем или чем стано-

вится (или считается) объект в
результате
действия, кото-

рому он подвергается.

ВЫРАЖЕНИЕ
СРАВНЕНИЯ

В разделе о дополнении уже было сказано, что при вы-

ражении сравнения в древнекитайском языке к прилагатель-

ному-сказуемому присоединяется дополнение , с предлогом

^ юй1, обозначающее предмет, с которым сравнивается то,

что обозначено подлежащим.

Но
существовала и
другая
конструкция, в которой при-

сутствие прилагательного было совершенно не обязательно:

между
названиями
двух
предметов ставилось слово #р жу2

или
^ жо4 (последнее встречается только в некоторых па-

мятниках) с каким-нибудь отрицанием (обычно ^ бу*) перед

ним.
Слово #р оку1 отдельно значит 'похож'; но в сочетании

с отрицанием оно имеет
другое
значение. Сочетание типа

^#П
бг/4 жу2
между
названиями
двух
предметов показывает,

что второй из этих предметов в каком-то смысле
следует

предпочесть первому, что если бы случилось выбирать
между

лими,
разумнее было бы взять второй, а не первый. Перево-

дится ^%й бу^ жу2 как
«хуже»,
«меньше», «не так важно,

пак» или другим прилагательным, подходящим по общему

смыслу фразы. Например:

-$'Ж'"РЙШ^11йЩ~(2
(«Цзо
чжуань»,
3-й год Сян-гуна)

Дзы3
чжун^..
. со3 жо4 бг/4 жу2 соэ ван2 'То, чего Цзы-чжун

достиг, быдо не так важно, как то, что он потерял';

95

ШШй
(«Лунь
юй», XIII, 4) У2 бг/4 жу2
лао*
нун2 'К

[знаю об этом] меньше, чем старый крестьянин'.

Первый
из этих примеров вполне понятен сам по себе;:

значение
второго становится ясным, только если известен

контекст (эту фразу произнес Конфуций, когда один из его

учеников попросил научить его сеять хлеб).

С
помощью этой конструкции
могут
сравниваться не

только предметы, но и действия; в последнем
случае
в пе-

реводе перед вторым членом сравнения можно употребить

слова
«лучше»
или
«лучше
уж»:

ШШШ, №^$аМШ («Мэн-цзы», УИб, 3)
Цзинъ*
синь*
Шу^у

цзэ2 бу^ жу1 г/2 Шу1 'Чем целиком верить «Книге истории»,

лучше бы уж вовсе не иметь «Книги истории»'.

Интересно,
что одно и то же сочетание слов мы перево-

дим то как
«хуже»,
то как
«лучше»,
хотя китайская кон-

струкция в обоих случаях имеет одно и то же значение —

всегда отдается предпочтение
тому,
о чем говорится после

^ у" жу\

В состав конструкции с
5^^бг/*
жу2 может быть введено

прилагательное или глагол; они ставятся после второго

члена сравнения и присоединяются к нему с помощью слу-

жебного слова -%_ чжи1; таким образом, второй член сравне-

ния
оформляется как подлежащее предложения-дополнения.

Например:

%к&:$ЗзШ%.Ш&
(«Чжань го цэ», «Ци цэ», I, 12)
Сюй2

гун1 бу* жо*
цзюнъ1
чжи1
мэйъ
е3 'Господин Сюй не так кра-

сив,
как вы'.

Нетрудно заметить, что эта последняя конструкция имеет

смысл, противоположный выражаемому обычным способом

сравнения
(с ^ юй1): в ней предмет, обозначенный подле-

жащим,
обладает качеством в меньшей степени, чем дру-

гой предмет, названный в предложении.

ВКЛЮЧАЮЩЕЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Предложение может содержать в себе
другое,
зависимое

предложение, выполняющее функции одного из его членов

(например,
подлежащего, дополнения и т. п.). Такое пред-

ложение называется включающим, а входящее в его состав

зависимое предложение — включенным, или членным.

Включенное предложение занимает то же место, что и

член предложения, функции которого оно выполняет; напри-

мер,
предложение-дополнение стоит после глагола, предло-

жение-определение — перед определяемым и т. п. Предложе-

ние-определение оформляется теми же служебными словами,

что и обычное определение: после него ставится М эр1,
если

96

это
— определение к сказуемому, или ^ чжи1, если это —

определение к существительному. Все остальные включенные

предложения (кроме определений) имеют один общий признак:

после подлежащего в них обычно (хотя и не обязательно)

ставится служебное слово ^ чжи1; если подлежащим является

местоимение 3-го лица, оно всегда имеет форму ^ ци2.

Выше, в связи с описанием отдельных членов предложе-

ния,
нам уже приходилось иметь дело с предложениями-

дополнениями
(с предлогом и без предлога) и предложениями-

определениями.

Зависимое
предложение может заменять также подлежа-

щее и связочное сказуемое, например:

Ш2.Щ>
ЖШШ&
(«Цзо
чжуань»,
6-й год
Хуань-гуна)
Чуг

чжи1 лэй%, ци2 ю4 во3 е3 'То, что государство Чу [кажется]

слабым, означает, что оно
[хочет]
заманить нас в ловушку'.

Это предложение состоит из
двух
частей, каждая из кото-

рых в свою очередь представляет собой зависимое предложе-

ние
(что оба они — несамостоятельные, видно по оформлению

•:• подлежащего). (Зни соединены
между
собой связкой ^ е3 —

з
так же, как может быть соединено подлежащее и сказуемое

- простого предложения.

$
На этом примере хорошо видно различие
между
положе-

? нием включенного предложения во включающем и придаточ-

ного предложения в сложном: придаточное предложение

подчинено
главному, но главное само по себе является вполне

законченным
предложением, способным существовать само-

стоятельно; включенное же предложение
входит
в состав

включающего на правах члена предложения, и остальная

часть включающего предложения без него иногда оказывается

незаконченной
или просто не может существовать.

Последний
тип включенного предложения занимает пози-

цию,
обычно свойственную словам со значением времени

(вроде ^ си2 'прежде'). Включенные предложения этого типа,

так
же как предложение-подлежащее, ставятся в начале

предложения в целом и в большинстве случаев имеют вре-

менное
значение, например:

Фс-^-'&ШШи
Ш^Й. («Мэн-цзы», Шб, 2) Нюй?
цзыг
чжи1

цгя^ е3, му3 лшн4 чжи1 'Когда девушка выходит замуж, мать

наставляет ее'.

Перед включенным предложением со значением времени

может стоять слово 2& цзи? 'когда', доел, 'дойдя до (такого

состояния,
что) .. .' Слово это .является глаголом, и 'предло-

жение,
стоящее после него, хотя и обозначает время, фор-

мально должно считаться скорее предложением-дополнением.

Если
предложение начинается с включенного предложения,

за которым
следует
прилагательное (одно или с какими-нибудь

зависимыми
словами), -— оно лишь формально считается вклю-

97

чающим, а по смыслу соответствует простому предложению.

Прилагательное в нем обозначает характеристику действия,

названного
во включенном предложении, и переводится наре-

чием образа действия. Мы знаем, что прилагательное может

быть определением к сказуемому; но если говорящий придает

признаку
действия большое значение, если этот признак,

а не само действие, и есть то новое и важное, что сообщается

в
предложении, название признака действия оформляется

не
как определение к сказуемому, а как сказуемое включаю-

щего предложения. Например:

ШИ%.$12.ШШ
(«Мэн-дзы», 1а, 7) Гу*
минь2
чжи1 цун2 чжи1

е3 цин1 'Поэтому народ слушается его легко';

Ш±.№Ш,
Ж9М&Я.
(«Лунь
юй», VIII, 4) Няоъ чжи1 цзян1

<ял3,
ци%
мин2
еъ аи1 'Когда птица уже скоро должна умереть,

она
поет печально'.

В последнем примере — два включенных предложения, одно

из
которых обозначает время, а
другое
образовано только для

того, чтобы подчеркнуть характеристику действия.

Так
же, как признак действия, может быть подчеркнут и

признак
предмета. В этом
случае
сказуемым включенного ,

предложения является существительное (чаще всего — Д.

жэнъ2
'человек' или Щ г/* 'вещь', 'существо') со связкой ^

вам2, например:

ЖЖК%ШШ
(«Мэн-цзы», У1б, 13) Ци2 вэй2
жэнь2
еъ
хао*

шанъ*
'Это — человек, который любит добро'.

Сказуемым «фиктивного» включающего предложения, т. е. ,

подчеркиваемым словом, может быть не только прилагатель-

ное,
но и некоторые
другие
слова и сочетания слов, в част-

ности
сочетание существительного с предлогом, а также

слова Щ& хэ2 е3 'почему' (доел, 'чем является' или 'чем

объясняется').
В последнем
случае
сказуемое включающего

предложения—связочное.

СЛОЖНОЕ
ПРЕДЛОЖЕНИЕ. СОЮЗЫ

Сложное цредложение состоит из
двух
(или более) простых,

•соединенных интонационно или с помощью союзов в одно

целое, но не входящих одно в состав
другого.

Важнейшими подчинительными союзами являются ^ жо4

{в некоторых памятниках #о жу2) 'если', 'если бы' и Щ суй1

'хотя',
'даже
если'. Придаточное предложение стоит всегда

перед главным. Союз обычно находится перед сказуемым

придаточного предложения. Например:

&%ШШ>№ЩШ&
(«Дзо
чжуань»,
33-й год Си-гуна) Цзы3

жо^ юй4
чжань*,
цзэ2 у2 туй* шэ* 'Если вы
хотите
сражаться, я

отведу
войска назад на один переход';

98

5ЁШ§:
ЯРЩШШ
(«Дао
чжуань»,
4-й год Чэн-гуна) Чу3 суй1

даА, фэй1 у1
цзу2
е3 'Хотя государство Чу велико, [его князья]

не
нашего рода'.

Реже союз помещается в самом начале предложения, пе-

ред подлежащим. В этом случае, предложение с союзом мо-

жет иногда иметь формальный признак включенного предло-

жения—
служебное слово ^ чжи1 после подлежащего.

Оба союза, Зз ж°4 и Ш сг/й1,
могут
употребляться и как

начальные частицы, подчеркивающие существительное, стоя-

щее в начале предложения;
тогда
первое из этих слов значит

'же' или 'что же касается', второе —• 'даже'. Например:

З^Ь-Ъ ДУЩШ&З: («Мэн-цзы», УНб, 38) Жо' Лун3
цзы3,

цзэ2
вэнъ2
эр2" чжи1 чжи1 'Конфуций же знал его (учение древ-

них мудрецов) потому, что слышал о. нем';

Ш^кЩМШ:^.^
(«Мэн-цзы», На, 4) Суй1 да4 го2 бик
вэй4

чжи1 и3 '... И
тогда
даже
большие государства
будут
бояться

его'.

Придаточное условное предложение может вообще не со-

держать союза, например:

А-^-Щ,
1^%пШ («Ли
Дзи»> XVIII,
2) Жэнъ2 бу^
сюэ2,
бу^

чжи1
дао*
'Если человек не учится, он не знает истины'.

Сложное предложение с бессоюзным придаточным трудно

отличить на письме от
двух
простых. Вероятно, в устной

речи оно отличалось от них интонацией (но проверить это

предположение невозможно).

Перед главным предложением после придаточного услов-

ного (независимо от того, есть в нем союз или нет) часто

ставится служебное слово ДЦ цзэ1. Само оно, по-видимому,

не
выражает условных отношений, а служит для противопо-

ставления; обычно оно употребляется после
двух
параллель-

ных
друг
другу
условных придаточных предложений, обозна-

чающих две возможные альтернативы, например:

Ш±.ЯШ,
ШШШ («Мэн-цзы», У1а, 10) Дэ* чжи1 цзэ1

шэн1,
фу4- дэ2 цзд% сыъ
'Если получишь
это
(пищу
и
питье),

будешь
жив,
если
не
получишь этого, умрешь'.

Употребление
ДЦ цзэ1
после придаточного условного
— не

единственная,
а
только наиболее частая
его
функция.
Так,

это
слово может стоять
в двух
параллельных предложениях

перед группой сказуемого, чтобы противопоставить
два под-

лежащих
или
рлова
со
значением времени, например:
.

^ЕШ1Ш,
ЖВД!ЩС («Мэн-цзы»,
У1а, 5) Дун1 жи*
цзэ*

инь3
тан1, ся* жц4
цзэ2 инь3 шуй3-'В зимний день пьют горя-

чий
отвар,
в
летний день пьют [холодную] воду'.

Случается,
что
один
из
членов противопоставления
в
пред-

ложении
с Д|)
цзэ2 бывает опущен
и
узнается только
по кон-

тексту. Кроме того,
ДЦ
цзэ2 имеет некоторые значения, лишь

исторически связанные
с
противопоставлением.
Так, ДЦ
цзэ2

99

может, находясь после подлежащего, просто подчеркивать

его, делая наиболее важным по смыслу словом в предложе-

нии
(«это именно такой-то сделал то-то»), может также ука-

зывать на неожиданность того, о чем говорится после этого

слова («оказывается»), и т. п.

В произведениях конфуцианской литературы в тех же

значениях, что и ДО цзэ2, употребляется также
другое
слу-

жебное слово — $р СЬ11-

Сложносочиненное
предложение в древнекитайском языке

на
письме не отличается от нескольких простых предложе-

ний,
следующих
друг
за другом. Можно сказать, что сложно-

сочиненных
предложений в древнекитайском языке просто не

существует.
Возможно, что в устной речи предложения могли

присоединяться одно к
другому
без паузы, образуя единое

сложное целое; но по тексту этого установить нельзя.

Связь
между
двумя предложениями могла быть выражена

специальными
присоединительными союзами, как, например,

Й$:
гг/4 'поэтому', 75 най?
'тогда'
и т. п. Одни из них ста-

вятся
в начале второго предложения,
другие
-*— перед его

группой сказуемого. Присоединительные союзы не отделены

четкой границей от наречий и частиц (начальных и средин-

ных);
разница
между
этими классами слов скорее смысловая,

а не формальная.

Среди присоединительных союзов особого рассмотрения

заслуживает только слово ^ кг/ак* 'тем более'. В предложе-

нии,
перед которым оно стоит, всегда опускается сказуемое,

так
как по смыслу оно совпадает со сказуемым предшествую-

щего предложения. В конце предложения с $% куа^ 'тем бо-

лее' ставится конечная частица *$-
хУЪу,
которая здесь не

имеет, однако, своего обычного вопросительного значения.

Например:

ШШШ»
ЙЛ3? («Цзо
чжуань»,
4-й год Дин-гуна)
Кунъ*

шоу^ ю% доу^, куан1
жэнъ2
ху1 'Даже зверь загнанный отби-

вается, тем более
[будут
отбиваться] люди'.

Помимо
союзов, для выражения связи
между
предложе-

ниями
широко употребляется слово ^
жань2
'[это] так', '[дело

обстоит] так' в сочетании с союзами й некоторыми другими

служебными и полуслужебными словами, например:

Ш^Ш*-
ШШ>
тИ^ЧЭДЬ («Гунъян
чжуань»,
15-й год Сюань-

гуна)
Шэнъ^
и3
бэйЧ
Суй1
жанъ%,
у2
цзинъ1
цюй3
цыъ 'О, как

страшно измучены они (жители осажденного города)! Но все

равно я теперь
захвачу
этот [город]'.

Сочетание Щ#& суй1
жанъ1,
которое здесь переведено как

'но
все равно', в действительности является не союзом,

а крошечным придаточным предложением, которое дословно

значит
'даже
если это так'. Такую же природу имеют и дру-

гие сочетания с $|
жанъ1,
например:

100

жань~
эр* но, несмотря на это, тем не менее

(доел, 'когда это так');

ШШ
жшъ2
цзэ* 'в таком случае',
'тогда'
(доел, 'если это

так');

бу*
жанъ1
'иначе' (доел, 'если это не так.');

жащ?
хоу*
'после этого', 'только после этого'.

Виесто $Ш]
жаяъг
эр2
могут
в том же значении употреб-

ляться и отдельно ^
жань2
или Щ эрг в начале предложения.

ПРЯМАЯ И
КОСВЕННАЯ
РЕЧЬ

Любопытной особенностью древнекитайского языка было то,

что прямая речь в нем могла вводиться только одним глаголом

0 юэ1 'сказал'. Это слоро могло быть единственным глаголом

в
предложении; но
даже
если в предложении уже имеется

глагол речи, после него перед прямой речью все равно должно

было быть вставлено слово 0 юэ1, например:

ШШМ&'-
#3§!"-
(«П1и цзи», 79) Вэй* Сюй1 Гу3 юэ1:
дай*

\ во3!.. 'Он сказал Сюй Гу: «Подожди меня!...»'.

; Слово В юэ1 может значить также 'называется', например:


^3^02?
(«Эр я», IX, 5) Да* е3 юэ1 пин2 'Большое поле

называется «равнина»'.

', Так или иначе, то, что вводится словом 0 юэ1, в пере-

воде должно быть поставлено в кавычки.

* Что касается косвенной речи, то она оформляется как

', предложение-дополнение к глаголам со значением
«сказать»,

'
«спросить»
и т. п.

ч НЕОБЫЧНЫЙ ПОРЯДОК
СЛОВ

Выше, говоря о
структуре
древнекитайского предложения,

мы рассматривали только обычный, наиболее часто встре-

чающийся порядок его членов. В действительности порядок

этот в определенных условиях может быть изменен.

Почти
любое слово или группа слов (кроме сказуемого-,

а также определения к бессвязочному сказуемому) может быть

поставлено в начале всего предложения; в том месте, где

оно
стояло бы при обычном порядке слов, оно заменяется

личным
местоимением 3-го лица. _ Такое слово, вынесенное

в
начало, называется словом-темой, или тематическим под-

лежащим. Оно указывает, о чем говорится в предложении;

остальная часть предложения представляет собой то новое,

что сообщается по поводу слова-темы. Например:

ЖЩ%.М'
ЩШ^.^:
(«Цзо
чжуань»,
23-й год Си-гуна) Ци2

вэнь2
чжих
чжэ3,
у2 шаг чжи1 и3
'Того,
кто
услышал
об
этом,

я
уже убил';

8
С. Е.
Яхонтов
• 101

М&ЯЖШЬ
(«Ши Дзи». 63) Няо3 у3 чжи1 ци? нэп* фэй1

'О птицах мы знаем, что они
умеют
летать';

^ИЙ^"ТЛ^ЗЙЗ§
(«Мэн-цзы», 1а, 5) Цзиць^ гог
тянъ1
ся4 ли>*

цян% янь1 'Сильнее государства Цзинь нет никого в мире'.

Иногда
тематическим подлежащим одновременно является

настоящее подлежащее и какое-то
другое
слово;
тогда
это

второе слово ставится не в начале предложения, а перед

группой сказуемого. Между подлежащим и вынесенным впе-

ред словом вставляются служебные слова %,]& чжи1 юй1,

после вынесенного слова может помещаться частица % е3.

Остальная часть предложения сообщает, какие отношения

существуют
между
двумя лицами или предметами, назван-

ными
в начале предложения. Например:

Ж2.1&(&$Ь,
ШШ7&
(«Мзн-цзы», Уб, 6)
Цзюнъ1
чжи1 юй1

ман? е3, гу*
чжоу1
чжи1 'Государь обязательно должен помо-

гать переселенцу из
другой
страны'.

Такое тематическое подлежащее формально можно рас-

сматривать как маленькое включенное предложение, сказуе-

мым которого является сочетание существительного с пред-

логом ^ юй1. Таким образом, только что приведенный при-

мер дословно переводится приблизительно так: 'Когда государь

находится около переселенца из
другой
страны, он обяза-

тельно должен помогать ему'.

Во
всех
примерах, приведенных выше, как уже сказано,

тематическое подлежащее дублируется в основной части

предложения местоимением третьего лица. Теоретически его

всегда можно подставить на место этого местоимения, по-

этому вся конструкция выглядит как изменение обычной

структуры предложения. Но встречается, хотя и значительно

реже, тематическое подлежащее, для которого место в на-

чале предложения является единственно возможным. В таких

случаях в составе предложения имеется имя собственное,

а тематическое подлежащее обозначает категорию, к которой

относится то, что обозначено этим именем собственным. На

русский язык оно переводится с предлогом
«из»
или
«среди».

Например:

ШЖ%.Ш>
ШИ&3<-
(«Цзо
чжуань»,
6-й год
Хуань-гуна)
Ханъ*

дун1 чжи1 го2,
Суй2
вэй2
9а4 'Из государств, расположенных

к
востоку от реки Хань, самое большое — это Суй';

Й^&.Н.-^? («Чжуан-цзы»,
XXVI,
6) Юй2
чжэ3
ю3 Юй2

Цзюй1
гс!/2?
'Есть ли среди рыбаков [человек по имени] Юй

Цзюй?'

Сказуемое предложения не может быть тематическим под-

лежащим. Однако группа сказуемого и группа подлежащего

могут
целиком поменяться местами. Такое изменение порядка

слов придает предложению эмоциональный, восклицательный

характер, например:

102

ШМШ^ («Цзо
чжуань»,
1-й год Чжао-гуна) Мэй3 цзай1

Юй3 гун1 'Как прекрасен подвиг Юя!'

Сказуемым в таких предложениях обычно бывает прила-

гательное. После группы сказуемого часто стоит частица ^

цзай1, иногда ^ хуг. Подлежащее может формально представ-

лять собой включенное предложение:

МШШ%.%*-&-Ш*
(«Цзо
чжуань»,
2-й год
Хуань-гуна)
И*

цзай1
цзюнь1
чжи1
мин*
цзы3
е3 'Как странно назвал государь

своих сыновей!'

Хотя
между
тематическим подлежащим и инверсией группы

сказуемого есть некоторое формальное сходство, смысловое

назначение
этих
двух
конструкций не одинаково: первая

связана
с так называемым актуальным членением предложе-

ния,
различением в нем
«данного»
и «нового», вторая же

имеет только эмоциональное значение.

ГРАММАТИКА ПОЗДНЕГО ПЕРИОДА

ДРЕВНЕКИТАЙСКОГО
ЯЗЫКА

К
середине I тысячелетия н. э. грамматика китайского

языка
во многом изменилась. Значительная часть возникших

в
это время новых явлений в области грамматики объяс-

няется
одним и тем же процессом — исчезновением служеб-

ных слов и местоимений, которые в классическом древне-

китайском
языке были лишены ударения. Мы знаем, что эти

слова уже в классический период были фонетически не-

устойчивы и могли сливаться с другими служебными словами

в
один слог, а иногда в определенных условиях и опуска-

лись;
например, местоимение 3-го лица могло опускаться

после предлогов и после отрицания. В древнекитайском языке

позднего периода безударные слова могли свободно опускаться

в
любом положении (в разговорном языке они, скорее всего,

совершенно исчезли), и соответствующие им значения должны

были получить
другие
средства выражения.

Например,
в классическом древнекитайском существовала

связка
^ е3, ставившаяся в конце предложения. В позднем

древнекитайском она стала факультативной, и вместо нее

возникла
новая связка Д иш4, доел, 'это', помещавшаяся

между
подлежащим и сказуемым, например:

З^яИЗЙ
(«Соу шэнь цзи», 16) Во3 шы4 гуй3 'Я — злой дух'.

Первоначально это ^ ши* представляло собой указатель-

ное
местоимение, дублировавшее подлежащее.

Безударной была вопросительная частица ^р- хуг, поэтому

общий
вопрос стал выражаться с помощью отрицания в конце

предложения (в классический период такой способ выраже-

ния
вопроса был возможен только в предложении-дополне-

нии),
например:

8* 103

Ж? («Соушаньцзи», 19) Ши2 цаайк цзя1
фоу2?
'Дома ли

[Лю Сюань-]ши?'

Выпало служебное слово Щ ар2
между
двумя глаголами.

В связи с этим в позднем древнекитайском языке появились

сложные глаголы — конструкция, состоящая из
двух
глаго-

лов,
первый из которых обозначает само действие, а второй —

только его направление или
результат,
например: ЩУ$ фэй1

лай2 'прилетел' (доел." 'летя пришел'), Щ7& ни^ сы3 'утонул'

(доел,
'утонув
умер'). Такие глаголы еще не обладали пол-

ным
формальным единством: дополнение к переходному слож-

ному
глаголу
могло стоять и после глагола в целом, и
между

его составными частями.

Показатель определения к существительному — ^ чжи1

в
позднем древнекитайском обычно опускался, и признаком

определения в таком
случае
было просто его место перед

определяемым. Возможно, что для выражения отношений при-

надлежности могло служить слово ^ цзя1 (букв, 'семья') после

определения, например:

7ЬЖ&$&Ш^&
(«СоУ
шэнь
Цзи»>
18) &ай%
Юань2
Гун1

лу^ цзя1 я«2 е3 'Оказалось, что это баран, [принадлежавший]

Юань
Гун-лу'.

Предлог ^ юй1, как мы знаем, имел в классическом

древнекитайском языке много различных функций. В позд-

нем
древнекитайском он свободно мог опускаться, и отдель-

ные
его значения стали выражаться совершенно разными

способами. Так, для указания места действия служило теперь

существительное с послелогом, присоединявшееся к
глаголу

без всякого предлога. Лицо, у которого нечто берется, обо-

значалось дополнением с предлогом $Ё
ЧУН*
У (букв.
'из').

Лицо,
которому нечто дается, или место,
куда
нечто поме-

щается, вводились соответственно глаголами Ц юй3 'дать'

и
^
чжо2
'положить', которые ставились после названия

самого действия и образовывали с ним сложный глагол. На-

пример:

^^^_Ь
(«Соу шэнь цзи», И) Суп1 шэн1 ши? шан^ 'Сосна

растет на камне';

ШШ^Ш («Ши шо синь юй», 23) Цун2
фу<-
цюг цзк? 'Он

попросил
у жены вина';

ШШШ,ШШШ
(«СоУ
шэнь Цзи», 2) Юг
фань4-
цзуй*
чжэ*,

тоу2
юй3 хуъ 'Если кто-нибудь совершает преступление, его

бросают (доел, бросив
дают)
тиграм';

^•••~рЩЩ1!&
(«Соу шэнь цзи», 5) Хуъ.. . ся* фу^
чжо2
дм4

'Тигр.
. . опустил (доел, опустив положил) женщину на землю'.

Мы
уже знаем, что начиная с эпохи Хань в китайском

языке
появляется новая страдательная конструкция, обра-

зующаяся с помощью связки ^ вэй2 и служебного слова

Щ со3. Ее распространению тоже способствовала факульта-

104

гивность предлога ^ юй1, который в классическом языке

мог указывать на действующее лицо при глаголе, употреб-

ленном
пассивно: если этот предлог опускался, слово со зна-

чением действующего лица нельзя было отличить от обыч-

ного дополнения со значением объекта.

Местоимения
в роли дополнения в классическом древне-

китайском
языке были безударными, поэтому в поздний период

вместо них часто употребляли показатели залога. Местоиме-

ние
3-го лица ^ чжи1 обычно просто опускалось. В связи

с этим отрицания % фуг и ^7 У* перестали восприниматься

как
слияния
двух
слов (отрицания и местоимения) и могли

употребляться как обычные
«чистые»
отрицания (в разговор-

ном
языке, по-видимому, Щ фу2 просто вытеснило обычное

отрицание
7р. бу^ 'не', а в значении запрещения —
'не..!'


стало употребляться Ц мо*, которое в классический период

было местоимением 'никто').

Некоторые грамматические явления, характерные для

позднего древнекитайского, встречаются уже в эпоху Хань

или
даже
несколько раньше. С
другой
стороны, в текстах

позднего периода параллельно употребляются новые и соот-

ветствующие им старые конструкции, хотя последние, ве-

роятно,
уже не были свойственны разговорному языку.

В позднем древнекитайском можно обнаружить и другие,

не
связанные с выпадением безударных слов, грамматиче-

ские
новшества. Заметна тенденция к упрощению некоторых

грамматических правил, к исчезновению различий
между
не-

которыми близкими
между
собой словами или конструкциями.

Например,
все формы личных местоимений
могут
уже в это

время употребляться в любых синтаксических функциях;

перестали действовать правила, согласно которым местоиме-

ния
в роли дополнения иногда ставились перед сказуемым,

а не после него. Появились также некоторые новые служеб-

ные
слова. Среди них можно отметить Щ а4, ставящееся перед

терминами родства (например, И51 а* САОН1 'старший брат'),

и
модальный глагол или показатель времени ^ дан1, имев-

ший
очень широкий круг значений — долженствование, пред-

положение,
будущее
время, приказание.

Все же язык этого времени по своей грамматике заметно

ближе к классическому древнекитайскому, чем к среднеки-

тайскому, и тем более современному. Все происшедшие в нем

изменения
означали в основном только упрощение или видо-

изменение
уже существующих грамматических конструкций.

Возникли
и некоторые совершенно новые конструкции (на-

пример,
сложные глаголы), но число их было невелико. Дей-

ствительно серьезные изменения в грамматическом строе

китайского языка произошли лишь при переходе к следую-

щему, среднекитайскому периоду.

105

V. ПРИЛОЖЕНИЯ

ОБРАЗЦЫ
ТЕКСТОВ

1

Ш
Ж ^^Л^Я ° »(«Цзочжуань», 15-й год Сян-

гуна)

Сун^
жэнь2
хо^ дэ1 той*.
Сянъ*
чжу1 Цзы3
ханъ*.
Цзы3 жакь* фу%

шоуЬ.
Сянь^
кж*
чжэ3
юэ1: «И3 ши* иж*
жэнь2,
юй* жэкь2 мЗ вэ&
бао3

е3, гг/* гань3 сянь4
чжиЧ.
Цзы3
хань*
юэ1;
«ВоЗ
цЗ б тань1
вэй%
бао3,

эр3 г*3 юй* вей2
бао3.
Жо^ и3 юй3 во3, цзе1 саФ
бао3
е3. Бу^ жо4 жэкь2

ю3 г^и2 бао3».

Дословный
перевод


Сунские
люди кто-то нашел яшму. Преподнес ее Цзы ханю. Цзы

хань не принял [ее]. Преподнесший яшму тот-кто сказал:
«(Служ.
ел.)

[ее] показывал яшмовому человеку, яшмовый человек (служ. ел.) [ее]

считает драгоценностью (служ. ел.), поэтому осмеливаюсь преподне-

сти ее». Цзы хань сказал: «Я (служ. ел.) не быть-жадным считаю

драгоценностью, ты (служ. ел.) яшму считаешь драгоценностью.

Если-бы (служ. ел.) [ее] дал мне, все потеряли драгоценность (служ.

ел.).
Лучше (2) человек имеет его Драгоценность».

* В дословном переводе каждое слово (или иероглиф) оригинала,

как
правило, переводится одним русским словом; порядок слов ориги-

нала
сохранен. Если приходится перевести одно китайское слово двумя

русскими,
эти последние соединены дефисом; если два китайских слова

переведены как одно целое, после их перевода в скобках стоит цифра 2.

На
месте служебных слов, не переводящихся на русский язык, на-

писано
в скобках
«служ.
ел.». Там, где конструкция предложения

ясно
показывает, что в таком-то месте опущено местоимение 3-го лица,

это
местоимение вставлено в перевод в квадратных скобках. Грамма-

тическая
форма русских слов выбрана в соответствии с синтаксиче-

ской
функцией слон оригинала, т. е., например, подлежащее везде

переведено словом и именительном Падеже, определение — прилагатель-

ным,
причастием или же существительным в родительном падеже, и

т. п.

106
.•..•'.'•

Литературный перевод

Какой-то
человек
из
государства
Сун
нашел яшму.
Он
преподнес

ее Цвтл-ханю (министру государства
Сун).
Цзы-хань
не
принял
ее.

Тот,
кто
преподнес яшму, сказал:
«Я
показывал
ее
ювелиру,
и тот

признал
ее
драгоценностью, поэтому
я
осмелился преподнести
ее
вам».

Цзы-хань
ответил:
«Для
меня драгоценность
в том,
чтобы
не
быть

жадным;
для
тебя
же
драгоценность

яшма. Если
ты
отдашь
ее мне,

каждый
ив нас
лишится того,
что он
считает драгоценностью. Пусть

лучше
у
каждого останется
его
драгоценность».

Щ
» °
(«Чжань
го
цэ»,
«Чу
цэ»,

I,
3)

Ху3
цю2
бай3
шоу*
ар2 ши2
чжи1.
Да2 ху2. Ху2 юэ1:
аЦзы3
у2
гань3

ши2
во3 е3!
Тянь1
ди* ши3 во3
чжан?
бай3
шоу*.
Цзинъ1
цзы3
ши2 во3,

ши*
ни*
тянь1
ди*
мин*
е3.
Цвы?
и3 во3
вэй2
бу*
синь*,
г/2
вэй*
цзы3
сянь1

син^,
цвы3
суй%
во3
хоу*,
гуань^-
бай3
шоу* чжи1 цзянъ*
во3 эр2
ганъ3
бу*

цзоу3
хуг?*
Ху3 и3
вэй2
жанъ2.
Гу*
суй*
юй3 чжи1
син2.
Шоу*
цзянь*

чжи1
цае1
цзоу3.
Ху3 бу*
чжи1 шоу*
вэй*
цзФ эр2
цзоу3
е3, и3
вэй2 вэй*

2
З

?

Дословный перевод

Тигр ловя
сто
зверей (служ.
ел.) ел их.
Поймал лисицу. Лисица

сказала: «Вы не осмеливайтесь есть меня (служ. ел.)! Небесный император

велел мне быть-начальником сто зверей. Сейчас вы едите меня,
это
нару-

$
шить Небесного императора приказ есть.
Вы
(служ.
ел.)
меня
счи-

•", таете
не
правдивой,
я для вас
впереди
иду, вы
следуете
меня позади,

| наблюдаете
сто
зверей (служ.
ел.)
увидя меня (служ.
ел.)
осмелива-

I
ются
не
бежать
ли?»
Тигр (служ.
ел.)
[это] считал
так.
Поэтому
за-

I
тем с ней
шел. Звери увидели
их, все
бежали. Тигр
не
знал звери

* боясь самого (служ.
ел.)
бегут
(служ.
ел.),
(служ.
ел.) [их]
считал

I
боящимися лисицы (служ.
ел.). . *

I

Литературный перевод

"I
Тигр ловил разных зверей
и ел их.
Однажды
он
поймал лисицу.

,ч Лисица сказала:
«Не
смей есть меня! Небесный император назначил

меня
начальником
над
всеми зверями. Если
ты
съешь меня,
это
будет

значить,
что ты
нарушил приказ Небесного императора. Если
ты ду-

маешь,
что я
говорю неправду,
я
пойду впереди тебя,
а ты
следуй

аа мной: посмотрим, осмелятся
ли
звери
не
убегать,
увидя меня?»

Тигр согласился. Итак,
он
пошел
с
ней. Звери, видя
их,
убегали.

Тигр
не
догадывался,
что
звери, разбегаются оттого,
что
боятся
его

самого,
и
думал,
что они
боятся лисицы.

ШШ&
° »
;ЙНЬ
ШШ!РЛШ%Л7&$12.
О
(«ЛЮЙ
ШИ
чунь
цю», XV, 8)

;
107

Чу3
жэнь* ю3
ше&
цзмн1
чжв&.
Циг цзянъ* щы& чжоу1 чжун1 чжуй*

юй1
шуф.
Цаюй*
ци4 ци2 чжоу1, юв1:
«Шв*
у2
цаянь*
чжи1 со3
цун?

чжуйН.
Чжоу1,чжи3,
адм2
ци2 со3 цв*
-*жэ3
жу*
шуй3
цю2 чжи1.

Дословный
перевод

Чуские люди имели переходящего реку того-ктр. Его меч из лодии

середины упал в
воду.
Быстро надреаалвго лодку, сказал: «Это моего

меча (служ. ел.) то-откуда (2) упал». Лодка остановилась, из его

того-что надрезал (служ. ел.) вошел
воду,
искал его.

Литературный
перевод

Один
человек из государства Чу переправлялся через реку. Его

меч упал из лодки в
воду.
Тот человек скорее сделал зарубку на

лодке, говоря:
«Вот
откуда упал мой
меч!»
Когда лодка причалила

к
берегу, он полез в воду и стал по зарубке искать меч.

Словарь
и
комментарий
*

{!}
бай3
(числительное) 'сто'; 'все'.

Щ
бао3
(сущ.) 'драгоценность'.


бу* (наречие) 'не'.

5% в°3 (мест, лич.) 'я', 'меня'. Обычно употребляется как дополне-

ние,
подлежащим может быть только при наличии противопоставле-

ния;
как определение встречается редко.

^
вэй2(гл. пер.) — см. $ . . . ^ и3 ... вэй2.

М «эй* (предлог) 'для'.

@-*вй*
(гл. предлож.) 'бояться'.

ЗЙ
га«ь3
(ГЛ. модальный) 'осмеливаться'.

Ш. гу^ (союз) 'поэтому'

Щ
гуань1
(ГЛ.
предлож.) 'наблюдать'.

0& ди± (сущ.) 'император'. До династии
Цинь
этим словом обозна-

чались только боги и древнейшие легендарные императоры.

Щ> йэ2 (гл. пер.) 'найти', 'поймать'.

-{Й, е8 (частица) 1) связка 'есть'; 2) после предложения со ска-

зуемым-предикативом служит для подчеркивания важности сказанного.

^
жань2
(мест.) 'так'.

$2
жо* (союз) 'если', 'если бы'; (глагол) 'похож', 'подобен'; Р

бу^ аео* в начале предложения — 'лучше'.

А.
жу±
(гл. неп.) 'войти'. В тексте употреблен с дополнением.

*
После каждого слова в скобках указана часть речи или более

дробная группа слов, в которую оно входит. Приняты следующие

сокращения:
сущ. — существительное; прил. — прилагательное; гл. —

глагол; гл. пер. — глагол переходный; гл. неп. — глагол непереход-

ный;
гл. дав. — глагол давания; гл. предлож. — глагол, могущий

иметь в качестве дополнения зависимое предложение; мест. — место-

имение;
мест. лич. — местоимение личное; служ. ел. — служебное слово,

имеющее индивидуальные грамматические особенности ж не входящее

в
какую-либо определенную группу служебных слов.

108

Д.
жэнъ2
(сущ.) 'человек'.

^ и3 (предлог) — показатель орудия действия или объекта (назва-

-; нияг предмета) при глаголах давания; $... ^ и3 ... вей2'считать^

к
(кого кем или кого
каким).
Еоли ]3 из стоит непосредственно перед

! глаголом-сказуемым, это значит, что после него опущено личное место-

х
имение 3-го лица
(«его»,
«ее»,
«их»).

-$}• мин* (сущ.) 'приказ'.

Щ ни* (гл. пер.) 'нарушить (прикав)'.

§|
сан* (гл. пер.) 'потерять', 'лишиться'.

%3
син2 (гл. неп.) 'идти'.

' Щ
синь*
(прил.) 'правдивый'.

. $Г с°3 (служ. ел.) 'тот, кого', 'то, что', 'там, где'; Щ .
.,.;$$
со3. . ..

'
чжэ3
— то же.

' §Е суй2 (гл. неп.) 'следовать'. В тексте имеет после себя в калестве-

чЛ дополнения сочетание личного местоимения с послелогом.

Щ, суй* '• (союз) 'затем*.

%.
Сун*
(сущ., имя собственное) — название древнего государства.

^ сяиь! (послелог) 'впереди'. В тексте употреблен как определение

к
глаголу.

ЛЖ
сянь*
(гл. дав.) 'преподнести'.

•Ц"
танъ1
(прил.) 'жадный'.

5с мямь! (сущ.) 'небо'. В тексте употреблено как определение

к
существительному и переводится 'небесный'.

Щ у2 (мест, лич,) 'я', о'мой'. Употребляется как подлежащее или

определение.

^ у2 (наречие) 'не' (в повелительном предложении).

Щ фу2 — слияние наречия ^ бу* 'не' и личного местоимения &.

чжи1 'его', 'ее'.

Щ хань* — см.
-?~Щ^
Цяы3 хань*.

1[$С
хо*
(мест, определительное) 'кто-то', 'кто-то
из. . .',
'какой-то'.

Щ..хоу*
(послелог) 'сзади'.

Щ
ху2
(сущ.) 'лисица'.

•^ жу2
(частица)

показатель вопросительного предложения.


хуъ
(сущ.) 'тигр'.

Щ
цзе!
(наречие) 'все'.

Н;
цзи3 (мест, возвратное) 'себя';
в
зависимом предложении указы-

вает
на
лицо, обозначенное подлежащим главного предложения,
л

переводится личным местоимением
3-го
лица ('его').

-4*
цзинъ!
(сущ.
со
значением времени) 'сейчас'.

гг'• ^Ё.
цзоу*
(гл. неп.)
'бежать'.

-?•
цзы3
(сущ.) 'Вы', букв, 'сын'; употребляется
как
вежливое обра-

щение.
Часто служит первой частью, личных имен.
-г"Щ-
Цэы?
ханъ*


, имя
министра государства
Сун.

§
цзы* (предлог) 'из'.

^ цзюй* (наречие^) "быстро', 'скорее'.

Ц цвян! (сущ.) 'река'. Обычно так называется;|»ека Янцзыцзян.

Щ цзянь* (сущ.) 'меч'. • |к'

Ж
цзянь* (гл. предлож.) 'увидеть'.

Щ ци* (мест, лич.) 'его', 'свой', Употребляется только как опре-

деление.

Ш ци* (гл. пер.) 'надрезать', 'сделать зарубку'.

4& цун? (предлог) 'из' (встречается в памятниках начиная с III в.

до н. э.). В последней фразе третьего текста имеет несколько иное

значение
(может быть переведен как
'по').

^
цю2 (гл. пер.) 'искать', 'ловить'.

Л1
чжан?
(сущ.) 'начальник'. В тексте употреблено как бессвязоч-

лое сказуемое с дополнением — 'быть начальником над . . .'


чжв1 (гл. предлож.) 'знать'.

~%_
чжи1 (мест, лич.) 'его', 'ее', 'их' (употребляется только как

дополнение);
(служ. ел.) — показатель определения к существительному

-или
подлежащего включенного предложения.

\\-
чжи3
(гл. неп.) 'остановиться'.

Й"
чжоу1
(сущ.) 'лодка'.

Щ чжу! — слияние личного местоимения &
чжиЛ
'его', 'ее' и пред-

лога й
юйХ
— показателя косвенного объекта.

§^[
чжуй*
(гл. неп.) 'упасть'.

ф
чжун!
(послелог) 'посередине'.

^
чжв3
(служ. ел.) 'тот, кто', 'тот, который'.


Чу3 (сущ., имя собственное)—название древнего государ-

-ства.

^
шф (гл. неп.) 'есть'. В тексте этот глагол употреблен с допол-

нением,
однако он вполне может и не иметь дополнения, не становясь

при
этом пассивным.

•^
ишЗ (служ. ел.) 'велеть' (показатель побудительной конструк-

ции).

?г%
ши* (гл. дав.) 'показать'.

й
ш«* (мест, указательное) 'это'; ^
•••-Щ*
ш»*. . . е*'это'вна-

«шт, что ..."

Щ
шоу*
(сущ.) 'зверь
(дикий)'.
,

^
шоу*
(гл. пер.) 'принять'.


шуй3
(сущ.) 'вода'.

^
шэ* (гл. неп.) 'переправляться (через реку)', В тексте употреб-

лен
с дополнением.

Ш
»Р2 (служ. ел.) — показатель определения к сказуемому.

Щ
ер3 (мест, лич.) 'ты' (в функции ' подлежащего употребляется

только при наличии противопоставления).

~Щ то3 (гл. пер.) 'иметь'; Щ'"^ »3. . .
чжа3
'какой-то',

"•один".

^
юй1 (предлог) — показатель косвенного объекта или места.

Щ юй3 (глаг. дав.) 'дать'; (предлог) 'с'.

5 юй* (сущ.) 'яшма';
ЗЕ
А юй*
жань%
'мастер, занимающийся обра-

>боткой
яшмы', 'ювелир'.

Е1
аде1 (гл., вводящий прямую речь) 'сказать'.

•11&

ЛИТЕРАТУРА

Словари

1.
Палладий
[Кафаров]
и П. С.
Попов,
Китайско-русский словарь,

т. I—П.
Пекин,
1888.

2.

з.

4. $ШЗД, 1958
#
1
Я-

5. ф^^*,
1958#6
Я-

6.
S.
Couvreur, Dictionnaire
classique
de la
langue
chinoise.
1-re

«d. Ho-kien-fou, 1890; 4-me ed.
1930.

Грамматики

7.
[H. Я.
Бичурин],
Ханъ-вынъ-ци-мын. Китайская грамматика,

сочиненная монахом Иакинфом. СПб.,
1835.

8. Люй
Шу-сян,
Очерк
грамматики китайского языка,
т. I,
Слово

и предложение,
М.,
1961;
т. II,
часть первая, Категории,
часть
вто-

рая, Типы связи,
М., 1965.

э.
«!&&.
тшзсшшш,
Уем,
1958
#.

ю.
1ЯШ&],
ИКЯШШЕ,
ЩШ&Ш,
ЖШШШШ,
АЪШ>
1954

^.
2-е
стереотип, изд.

_h$j:,
1956 %£•

И.
Ш"(6|1Й.
ЗСПШШ,
*Ж.
1962
^.

12.
G.
Gabelentz,
Chinesische
Grammatik
mit
Ausschlufi
des
niederen

Stiles
und der
heutigen
Umgangssprache,
Leipzig, 1881.
2-е
стереотип,

изд.

Berlin,
1953.

13.
W. А. С. Н.
Dobson, Early Archaic Chinese,
Toronto,
1962.

14.
W. А. С. Н.
Dobson, Late Archaic Chinese,
Toronto,
1959.

15.
Jos. L. M.
Mullie,
Grondbeginselen
van de
Chinese
letterkundige

taal, I—III deel, LeuVen, [1946—1949].

Словари служебных слов

16.
А.
Рудаков, Практический словарь служебных слов литератур-

ного
китайского языка, часть первая,
вып. I,
Владивосток,
1927

{Труды Гос. Дальневосточного университета, серия
VI, № 6);
вып.
II,

Владивосток,
1931
(Труды
Гос.
Дальневосточного университета,

«ерия
VI, № 10).

17.
В&ЙВ,
ЗСШШ^, 1Ш> 1958
#.

is.
вгц\±,
шштт, тмтыжщ-т, *#,
i956#.
з-е

изд.
-
_Ш.
1957
#.

,
шштзст,
шо^
в
в
ъи&,
1955
# 5 п
ты-

Фонетика

20.
штш,

1948
#,
^1-249М-

21.
В.
Karlgren, Grammata Serica Recensa,

«The Bulletin
of the

Museum
of Far
Eastern Antiquities», №
29,
1957,
pp.
1—332.

22.
E. G.
Pulleyblank,
The
Consonantal System
of Old
Chinese,

«Asia
Major»,
New Series,
vol. IX, pt 1,
1962,
pp.
57—144;
]>t 2, 1963,

pp.
206-265.

Разное

23.
ЗЕЛ,
«ffffiflb
±М, *£. 1957

1958 #•

24.
^^

Щ,
*ШШШ>>
1956 #, 7 ЯШ, 31
38-47
Щ.

25.
В. Karlgren, The Chinese Language. An Essay on its Mstare and

History, New York, 1949.

26.
B. Karlgren, Excursions in Chinese Grammar, —«The Bulletin

of
the
Museum
of Far
Eastern
Antiquities», № 23, 1951, pp. 107—133.

27.
B. Karlgren, On the Authenticity and Nature Of
Tm~ehuan,


«Goteborgs
Hogskolas Arsskrift», XXXII, 1926, pp. 3—65.

28.
Jos.
Mullie,
he mot-particule ;£, tche, — «T'oung-pao»,

vol.
XXXVI, livr. 3-5, Leiden, 1942.

29.
Paul L. N. Serruys, The Chinese Dialects of Han Time Accor-

ding to Fang Yen, Berkeley and Los Angeles, 1959.

СХЕМА РАСПРОСТРАНЕНИЯ
ДИАЛЕКТОВ ДРЕВНЕКИТАЙСКОГО

ЯЗЫКА
В
НАЧАЛЕ НОВОЙ
ЭРЫ

УСЛОВНЫЕ
ОБОЗНАЧЕНИЯ

Янь
крупнейшие государства III в. до н. э.

Дай мелкие государства, исчезнувшие ранее конца III в.

до н. э. .

Q столицы государств*.


- предполагаемые границы распространения диалектов

5^ застава Ханьгу

* Вместо названий самих столиц указаны названия государств,

столицами которых
они
были.

113

. СОДЕРЖАНИЕ

• ••'•.. •-•..• . ~ ,

От редакции
. . . 5>

I.
Введение
7

Общие сведения
о
древнекитайском языке
7

Место китайского языка среди языков
мира . 11

История
изучения древнекитайского языка
......... 17

Письменность
21

II. Фонетика
25'

Общие особенности фонетики древнекитайского языка
... 25

Финали
и тон . . . ^ . : . 26

Начальные согласные
30

Медиали
32

Ударение
33

III.
Лексика и словообразование 33

IV. Грамматика \ ... 38

Морфология
и синтаксис 38

Части речи i 40

Необычное употребление отдельных частей речи ...... 42

Переходные и непереходные глаголы . . 46

Модальные глаголы 50

Числительные 52

Послелоги -..;.... 55

Наречия
57

Показатели времени 58

Показатели залога 61

Частицы 63

Местоимения
ч . 65

Классификация
местоимений 65

Личные местоимения 66

Указательные местоимения 69

Вопросительные местоимения ............... -• 70

Определительные местоимения . . - 72

Слово 4(k жакь2 73

Слова, выражающие вопрос о количестве . 74

Структура предложения 75

Вопрос и отрицание •....'-. 76

Подлежащее и сказуемое 79

Дополнение * 83

Определение к сказуемому и служебное слово ]ffi эр2 ... 86

Определение к существительному и служебное слово ^ чжФ 88

Служебное слово ffi со3 91

; Побудительная конструкция 93

Выражение сравнения . 95

Включающее предложение 96

114

Сложное предложение. Союзы ..... .-.
........
98"

Прямая
и косвенная речь 101

Необычный порядок слов 101

Грамматика повднего периода древнекитайского явыка . . . 103

Приложения
106

Образцы текстов 106

Литература
111

Схема распространения диалектов древнекитайского языка

в
начале новой эры . • . 113.