• Название:

    Rene Grousset. Imperia stepej


  • Размер: 3.81 Мб
  • Формат: PDF
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

Установите безопасный браузер



  • Название: Империя степей
  • Автор: Vil Mirzayanov

Предпросмотр документа

1

Империя степей
История Центральной Азии
Ренэ Гроссе

Перевод с французского Вила Мирзаянова

2

Предисловие
Аттила, Чингиз-хан, Тамерлан: эти имена у каждого в памяти. Рассказы о
них, написанные западными и китайскими или персидскими летописцами, стали
причинами распространения их славы. Великие варвары вторглись в страны
развитой цивилизации и внезапно, в течение нескольких лет, превратили римский,
иранский или китайский миры в груду развалин. Их приход, мотивы и
исчезновение кажутся необъяснимыми настолько, что историки сегодня близки к
принятию вердикта старых исследователей, которые видели в них божью кару,
нипосланную в наказание этим древним цивилизациям.
Тем не менее, никогда эти люди не были детьми земли больше, чем они,
никто не был больше, чем они, естественным продуктом своего окружения;
однако, их побудительные мотивы и причудливые изгибы их поведения
приобретают ясность толькол тогда, когда мы стараемся понимать образ их жизни.
Эти низкорослые, коренастые тела – непобедимые, поскольку они могли выживать
в таких суровых условиях – были образованы степью. Жестокие ветры высоких
плато, суровый мороз и гнетущий зной выстругали их лица с их складчатыми
глазами, выпуклыми щеками и редкими волосами и закалили их мускулистые тела.
Требования пастушьей жизни, диктуемые сезонными передвижениями в поисках
пастбищ, определяли их специфическое кочевничество и крайности их кочевой
экономики диктовали их отношения с оседлыми народами: отношения, состоящие
из череды робких заимствований и кровавых вторжений.
Три или четыре азиатские кочевые народы, которые накинулись на нас для
того, чтобы разорвать на плетенную сеть истории, представляются нам
исключительными из-за нашей неграмотности. В то время как три из них
совершили потрясающий подвиг, став в ряды завоевателей мира, сколько же
другие аттилы и чингиз-ханы потерпели поражение? Потерпели поражение, то
есть, достигли лишь создания ограниченных империй, охватывающих четверть
Азии от Сибири до Желтой реки, от Алтая до Персии – достижение, которое, тем
не менее, должен признаваться в таких масштабах. Я хотел бы довести до вашего

3
сознания этот великий варварский народ, которым правили три величайшие
фигуры – Аттила, Чингиз-хан, Тамерлан – как они прошагали через десять
столетий истории, от границ Китая до границ Запада.
Проблема варваров должна быть установлена точно. Классический мир
встречался со многими видами варваров, то есть, народов, так названных их
соседами. Кельты были варварами для римлян в течение долгого времени также,
как и германы для Галлии, и славянский мир – для Германии. Аналогично, земли,
впоследствии известные как южный Китай, долгое время оставались страной
варваров для туземных китайцев Желтой реки. Однако из-за географических
условий во всех этих регионах, которые наложили земледельческий образ жизни
на их обитателей, они выросли из их отсталости, чтобы стать преимущественно
идентифицируемыми с такой жизнью так, чтобы ко второй половине средневековья
почти вся Европа, Западная Азия, Иран, Индия и Китай достигли одной и той же
ступени материальной цивилизации.
Однако, одна важная область миновала из этого процесса – широкий пояс,
простиравшийся через северную часть Центральной Азии от границ Маньчжурии
до Будапешта. Это степная зона, вклинивающая вдоль ее северных краев в
сибирские леса. Географические условия здесь позволяли лишь немного полосок
для земледелия и поэтому ее обитатели были вынуждены вести пастуший, кочевой
образ жизни, который остальное человечество знало тысячелетиями ранее в конце
неолитического периода. Действительно, некоторые из этих племен – те, которые
находились в лесной зоне – оставались на ступени культуры магдалинских
охотников. Таким образом, степной и лесной регионы оставались запасником
варварства – не в понимании, что здешние люди были низшими по сравнению с
людьми остального человечества, а из-за географических условий вынужденных
вести образ жизни, давно пройденный повсюду в мире.
Выживание этих пастушьих народов в эру, когда остальная Азия достигла
земледельческой ступени, являлось весьма важным фактором в драме истории. Это
внесло смещение времени между соседними народами. Народы второго века д.н.э.
сосуществовали с народами двенадцатого века н.э. Для перехода из одной группы в
другую, следует пройти из Верхней Монголии в Пекин или возвышаться с

4
киргизских степей на Исфаган. Разрыв был резким и череват опасностями. Для
оседлых народов Китая, Ирана и Европы гунн, туркмен и монгол были
действительно дикарями, объектами для запугивания их оружием, забавления
стеклянными бусами и титулами и держания их на почтительном расстоянии от
обрабатываемых земель. Поведение кочевников может быть легко воображаемо.
Бедные тюрко-монголские скотоводы, которые в годы засухи отправлялись через
скудные степные пастьбища от одного высохшего колодца к другому, доходя до
окраин земледелия у ворот Печили (Хопей) или Трансоксонии, приглядываясь на
ошеломительные чудеса оседлой цивилизации: роскошные растения, деревни,
полные зерна и роскошные города. Это чудо или скорее его тайна – терпеливый
тяжелый труд этих человеческих муравейников – находились за пределами
понимания гунна. Если он был зачарован, то подобно волку – его тотему – когда в
снежную погоду тот ползет вблизи ферм и разведывает свою жертву за плетенной
загородкой. Он также имел годами выработанный импульс вторгаться, ограбить и
убежать с захваченным.
Выживание скотоводнического и охотничьего общества без ведения
хозяйства – или, говоря другими словами, создание прогрессивно успешных
сельскохозяйственных обществ в пределах видимости и контакта с людьми,
находившихся все еще на стадии пастушничества и страдания в ужасных голодах,
присущих степной жизни во время засух – представляли не только яркий контраст,
но и социальный контраст, который был еще более жестоким. Повторяясь,
проблема человеческой географии становилась социальной проблемой. Поведения
оседлого человека и кочевника по отношению друг к другу напоминали
переживания капиталистического общества и пролетариата, заключенных в
пределах современного города. Сельскохозяйственные общества, которые
обрабатывали хорошую желтую почву в северном Китае, сады Ирана или богатые
черноземы Киева были окружены поясом бедными пастбищными землями, где
часто преобладали ужасные климатические условия и где в один из десяти годов
высыхали все водные места, засыхала трава и погибала скотина и вместе с ними
сами кочевники.

5
При этих обстоятельствах периодические вторжения кочевников в
культивированные площади являлись законом природы. Следует добавить, что как
тюрки, так и монголы, они принадлежали к умным, уравновешанным, практичным
народам, которые были ведомы жесткими реалиями их окружения, всегда
готовыми для слова команды. Когда оседлые и часто пришедшие в упадок
общества сдавались под их атаками, кочевник вступал в город и после завершения
первых часов резни, без всякой большой проблемы он занимал место побежденных
правителей. Без робости он садился на наиболее почетные и величественные троны
в качестве хана Китая, короля Персии, императора Индии или султана Рума и
соответственно приспособливался к своему положению. В Пекине он становился
полу-китайцем, в Исфагане или Раи – полу-персом.
Был этот конечный результат постоянным примирением между степью и
городом? Никоим образом. Неумолимые законы человеческой географии
продолжали действовать. Если китаизированный или иранизированный хан был не
смещен путем некоторой местной реакции, вне зависимости оттого, насколько
быстро или медленно из глубин степей прибывали новые орды и голодные народы
на его границах,которые, видя в своем изначальном брате только лишь другого
таджика или табгатча – перса или китайца, они вновь повторяли авантюру к его
ущербу.
Каким же образом это получалось, что почти всегда такая авантюра была
успешной и что указанный ритм повторялся в течение тринадцати веков, что равен
времени между вступлением гуннов в Ло-ян и маньчжуров – в Пекин? Ответ
заключается в том, что кочевник, хотя и отсталый по материальной культуре,
однако, всегда обладал поразительной военной мощью. Он был лучником на коне.
Техническим оружием, которое дало ему большое преимущество над оседлым
человеком подобно артиллерии, обеспечившей преимущество современной Европе
над остальным миром, была невероятно подвижная кавалерия опытных лучников.
Правда, что ни китайцы, ни иранцы не пренебрегали этим оружием. С третьего
века д.н.э. китайцы приспособили свою одежду для верховой езды. И Персия со
времен парфян знала цену дождя стрел, доставляемого вихрем отступающих
конников. Однако, китайцы, иранцы, русские, поляки или венгры никогда не

6
смогли сравняться с монголами в этой области. Обученный с детства ездить на
олени галопом через обширное раздолье степи, привыкший к терпеливому
выслеживанию добычи и ко всем уловкам охоты, от которой зависила его пища, то
есть, его жизнь, он был непобедим. Не то, что он часто находился на
конфронтации со своим врагом; напротив, будучи внезапно атакованным, он мог
исчезнуть, появиться вновь, преследовать его горячо без шансов быть схваченным
самому, гнать его, утомить и, наконец, свалить его обессиленного, подобно
поставленной игре. Обманчивая подвижность и вездесущность этой кавалерии,
когда она велась Жебе или Суботаем – двумя великими полководцами Чингиз-хана
–приобретала коллективный интеллект. Пиано Карпини и Рубрук, которые
наблюдали все это в действии, были поражены этим решительным техническим
превосходством. Фаланга и легион ушли в небытие, поскольку они были рождены
политическими устройствами Македонии и Рима; подобно всем государствам, они
выросли, жили и исчезли. Верховой лучник степи правил над Евразией в течение
тринадцати веков, поскольку он был самопроизвольным созиданием самой земли:
отпрыск голода и желания, он был единственным средством выживания во время
голода. Когда Чингиз-хан добился успеха в завоевании мира, он был в состоянии
делать это потому, что как сирота, покинутый на равнине Керулена, он уже
одержал победу со своим младшим братом Жучи Тигр, в подавлении ежедневной
игры для того, чтобы избежать смерти от голода.
Стрела верхового лучника, который освобождал ее, вылетала и летела, была
для старины и средневековья видом непрямого огня, почти также эффективна и
деморализующа в то время также, как и артиллерия сегодня.
Что привело к концу такое превосходство? Как это получилось, что в
шестнадцатом веке кочевник более не держал на своей милости оседлого человека?
Причина была в том, что последний встретил его с артиллерией и таким образом за
одну ночь приобрел искусственное возвышение над ним. Веками продолжавшееся
положение переменилось. Канонады, с которыми Иван Грозный разбросал
последних наследников Золотой Орды и с помощью которых император Китая
Кань-хси напугал калмыков, обозначили конец периода мировой истории. Впервые
и навсегда военная техника изменила лагеря и цивилизация стала сильнее чем

7
варварство. В течение нескольких часов традиционное превосходство кочевника
ушло в нереальное прошлое и калмыцкие лучники, которых романтический царь
Александр I направлял против Наполеона на поле боя в 1807, предстали как
устаревшиеся охотники Магдалениана.
Прошло лишь три столетия с того времени, как лучники перестали быть
завоевателями мира.

8

Содержание
Предисловие

2

Введение: Степь и История

16

I. Верхнее

26

плато Азии до тринадцатого века

1. Ранняя история степей: скифы и гунны

26

Античность степных цивилизаций

26

Скифы

30

Скифское искусство

34

Сарматы и западная Сибирь

39

Пред-тюркская культура Алтая

41

Начала гсиун-ну

43

Гуннское искусство

47

Первый удар гсиен-ну и миграция ю-чие

50

Отзвуки первых побед гуннов; падение греческого
господства в Афганистане

53

Конфликты между гсиун-ну и ранней Хань; разрыв
с западным гсиун-ну

56

Конфликты между Китаем и гсиун-ну во время периода
поздней ханьской династии; разрыв с южной гсиун-ну

61

Завоевание Пан Чао таримского бассейна

64

Цивилизация таримского оазиса в конце древней эры
и в начале средних веков

71

Вытеснение народом гсиен-пи северного гсиен-ну
в империи Монголия
Великие вторжения четвертого века;
Завоевание гсиен-ну и гсиен-пи Северного Китая

78

9
Королевство табагачских тюрков или тоба и монгольское
ханство Жуан-жуан

83

Последняя минусинская культура

90

Эфталитские гунны

91

Гунны в Европе: Аттила

96

2. Раннее среденвековье: Ту-чю, уйгуры и хитаны

103

Империя Ту-чю

103

Разделение империи Ту-чю

110

Разрушение ханства восточного Ту-чю
императором Таи-цун

113

Распад ханства западных тюрков

114

Индо-европейские оазисы Тарима в период
возвышения династии Тан

117

Установление протектората Тан в таримском бассейне

119

Китай династии Тан, правитель Центральной Азии

123

Последняя вспышка власти Ту-чю; возвышение
уйгурской империи

125

Вершина власти Тан; покорение западного Туркестана

134

Китайско-арабское соперничество к западу от Памира

136

Китайцы на Памире в 747-750

138

Падение господства Тан в Центральной Азии

140

Уйгуро-тюркская империя

141

Ша-то тюрки

146

Хитаны

147

Журчиды

154

3. Тюрки и ислам к началу тринадцатого века

159

Иранский барьер против тюркского мира в десятом
веке: Саманиды

159

Тюркизация Кашгарии и Трансоксонии: Караханиды

163

Роль сельджуков в тюркской истории

167

Султан Санияр и вахта на Оксусе

177

10
Кара-китайская империя
4. Русская степь с шестого по тринадцатый века

181
187

Авары

187

Булгары и мадьяры

193

Хазары

195

Печенеги и кипчаки

198

II. Монгольское

ханство Чингиза

5. Чингиз-хан

202

202

Монголия в двенадцатом веке

202

Первые попытки объединения среди монголов

210

Юность Чингиз-хана

212

Чингиз-хан – вассал керайтов

214

Разрыв с Ван-ханом: покорение керайтов

222

Покорение найманов; объединение Монголии

226

Чингиз-хан – император

230

Новая монгольская империя: государство и армия

233

Завоевание Северного Китая

241

Завоевание монголами старой кара-китайской
империи

248

Вторжение Жебе и Суботая в Персию и Россию

252

Последние годы Чингиз-хана

261

Чингиз-хан: его характер и достижения

264

6. Три прямых наследника Чингиз-хана

269

Распределение уделов среди сыновей Чингиз-хана

269

Правление Огодея (1229-41)

272

Разрушение кинского владения монголами

274

Завоевание монголами западной Персии

276

Кампании Батыя и Суботая в Европе

280

Регентство Тoрганы (1242-46)

285

11
Правление Гуюка (1246-48)

286

Регентство Огул Каймиш

289

Правление Монгку (1251-59)

292

Путешествие Рубрука

293

Война Монгку против империи Сун

297

7. Кублай и монгольская династия Китая

300

Соперничество между Кублаем и Арик-бога

300

Завоевание сунской империи

302

Войны в Японии, Индокитае и Яве

304

Борьба с Кайду

307

Правительство Кублая: монгольская и китайская
политика

312

Религиозная политика Кублая и его наследников:
буддизм

314

Религиозная политика Кублая и его наследников:
несторианство

317

Путешествие Марко Поло

321

Экономическое процветание в Китае под монгольской
династией

326

Остатки наследства Кублая и изгнание монголов
из Китая
8. Туркестан под правлением дома Ягатая

337
343

Ханство Ягатая: истоки и основные характеристики

343

Правление Алгу: попытка ягатайцев к независимости

348

Ханство Ягатая под протекторатом Кайду

350

Ханство Ягатая в своем зените: Дува, Эсен-бука
и Кебек

354

Раскол в ханстве Ягатая: Трансоксония и Могулстан

358

Трансоксония под правлением эмира Казгана

359

Туглук Тимур: воссоединенеи ханства Ягатая

361

9. Монгольская Персия и дом Гулюгу

364

12
Монгольский режим в Персии до прихода Гулюгу:
Чормоган, Байджу и Елджигидай

364

Монгольский режим в Персии до прихода Гулюгу:
Коргуз и Аргун ага

368

Правление Гулюгу: Уничтожение террористов, завоевание
Багдада и уничтожение халифата

370

Симпатии Гулюгу к христианству

374

Экспедиции Гулюгу в Сирию

376

Последние годы Гулюгу

383

Правление Абаки

385

Правление Аргуна

389

Миссия Раббана Саумы на Запад

391

Правления Гайхату и Байду

395

Правление Газана

396

Правление Олжайту

402

Пр