• Название:

    Вестник НИИ №1. 2014

  • Размер: 8.56 Мб
  • Формат: PDF
  • или

    В Е С Т Н И К
    НИИ ГУМАНИТАРНЫХ НАУК
    ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ

    № 1 (29)

    САРАНСК
    2014

    У ч р е д и т е л и:

    Научно-исследовательский институт гуманитарных наук
    при Правительстве Республики Мордовия
    Ученый совет Научно-исследовательского института гуманитарных наук
    при Правительстве Республики Мордовия
    Основан в  2006 году
    Главный редактор
    В. А. Юрчёнков — доктор исторических наук, профессор
    Заместитель главного редактора
    Г. А. Куршева  — доктор исторических наук, профессор
    Ответственный секретарь
    О. В. Зарубина
    Р е д к  о  л  л  е г и я:
    Андреев В. В.  —  доктор  исторических  наук,  профессор;  Бахлов И. В.  —  доктор
    политических  наук,  профессор;  Бикейкин Е. Н.  —  кандидат  философских  наук,
    доцент;  Бурланков С. П.  —  доктор  экономических  наук,  профессор;  Гусева Т. М.  —
    доктор исторических наук; Зубов И. В. — кандидат философских наук, доцент; Каторова А. М.  —  доктор  педагогических  наук,  профессор;  Келина А. Н.  —  кандидат
    филологических  наук,  доцент;  Кильдюшкина И. Г.  —  кандидат  исторических  наук,
    доцент; Ломшин В. А. — кандидат исторических наук, доцент; Минеева Е. К. — доктор  исторических наук, профессор;  Никонова Л. И. — доктор  исторических наук,
    профессор;  Поляков О. Е.  —  доктор  филологических  наук,  профессор;  Ставицкий В. В.  —  доктор исторических  наук,  доцент;  Тихонова А. Ю.  —  доктор  культурологии, доцент; Чернов А. В. — кандидат филологических наук, доцент; Юрчёнкова Н. Г.  —  доктор  философских  наук,  профессор
    В соответствии с решением Президиума Высшей аттестационной комиссии Минобрнауки РФ (ВАК) журнал включен в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов, выпускаемых в Российской Федерации, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученых степеней доктора и кандидата наук.
    А д р е с   р е д а к ц и и:
    430005 Республика Мордовия, г. Саранск, ул. Л. Толстого, д. 3, каб. 304,
    e-mail: vestnikniign@list.ru

    © НИИ гуманитарных наук при Правительстве
        Республики Мордовия, 2014

    СОДЕРЖАНИЕ

    ИСТОРИЧЕСКИЕ  НАУКИ  И  АРХЕОЛОГИЯ
    Гришаков В. В., Давыдов С. Д.
    Социальная  стратификация  населения,  оставившего  Усть-узинский  2
    (древнемордовский) могильник III — IV вв. .................................................................................... 7
    Лаптун В. И.
    Законодательная  деятельность  российского  правительства
    в области духовного образования в начале XVIII в.  ..................................................................... 17
    Павлина Т. В.
    Таможенная  политика  и  состояние  внутренней  торговли  в  России
    в первой половине XVIII в. (По материалам Коми края)  ............................................................ 25
    Цыганкин Г. С.
    Основные  структурообразующие  элементы  заводской  усадьбы
    Замосковного  горного  округа  конца  XVIII —  первой  половины  XIX  в. ................................... 32
    Сухова О. А.
    Местное  управление  в  оценках  сталинского  окружения:  стиль  и  методы  руководства
    (По  материалам  Архива  Президента  Российской  Федерации)  .................................................. 46
    Белоус В. И., Гинзбург Б. Л.
    Исторический  опыт  повышения  квалификации  и  подготовки  рабочих  кадров
    металлургической промышленности СССР в 1957 — 1965 гг. 
    (На  материалах  Выксунского,  Кулебакского  и  Горьковского 
    металлургических  заводов)  ............................................................................................................. 53
    Кильдюшкина И. Г.
    Совершенствование  системы  хозяйственного  механизма  Мордовии
    на  этапе  перестройки ........................................................................................................................ 58

    ЭКОНОМИЧЕСКИЕ  НАУКИ
    Лизина О. М.
    Факторы,  влияющие  на  функционирование  кластерных  образований  .................................... 72
    Челмакина Л. А.
    Анализ  портфеля  инвестиционных  проектов  предприятий  Республики  Мордовия  ............... 81
    Рыгин В. Е.
    Особенности  оценки  риска  банкротства  металлургических  предприятий  .............................. 90
    Бурланков С. П., Захватова И. В.
    Основные  субъекты  на  рынке  оказания  туристских  услуг  ....................................................... 100
    Липатова Л. Н., Градусова В. Н., Лещев Д. М.
    Влияние  миграции  на  формирование  трудового  потенциала  населения  ............................... 106
    Мышкина Н. П., Филиппова Р. А.
    Миграционные  потоки  в  Республике  Мордовия  ....................................................................... 119
    Блинов Д. С., Зырянов О. Г., Исламова М. Н.
    Современные  аспекты  рождаемости  в  России  и  Мордовии  .................................................... 126

    ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ  НАУКИ
    Шеянова С. В.
    Роман в письмах Е. Четвергова «Тесэ ды тосо» («Здесь и там»):
    трансформация  эпистолярного  жанра ........................................................................................... 131
    Гурьянова Л. А.
    Переход  слов  из  пассивного  словаря  в  активный  (На  примере  романа
    «Кузьма  Алексеев»  А.  М.  Доронина) ............................................................................................ 139
    Левинова Т. В.
    Фразеология  с  ключевыми  словами  бог,  грех,  беда,  смерть  в  драме  «Гроза»
    А.  Н.  Островского.............................................................................................................................. 146
    Макушкина Л. И., Савостькина М. И., Сураева М. С.
    Пословицы  и  поговорки  как  фактор  формирования  языковой  компетенции
    на  уроках  родного  языка .................................................................................................................. 156

    КУЛЬТУРОЛОГИЯ
    Скопцова Е. А.
    Дискуссии  о  музыке  и  театре  в  культурном  пространстве
    российского салона конца XVIII — начала XIX в. ........................................................................ 161
    Житаев В. Л., Филатов Д. Г.
    Благочиннические,  приходские  и  монастырские  библиотеки  мордовского  края .................... 168
    Зубов И. В., Кань ли С.
    Визуализация тенденций массовой культуры ХХ — начала  XXI в.
    (На  примере  деятельности  театров  Коми  и  Мордовии) ............................................................... 178
    Шилов Н. В.
    Русская  православная  церковь  и  мусульманская  умма  в  Республике  Мордовия
    начала 2000-х гг.: основные тенденции развития ........................................................................... 190
    Назарова О. В.
    Концепт  «деньги»  как  константа  культуры:  номинативная  и  знаковая  сущность..................... 198
    Ивлева А. Ю.
    Роль  переводчика  в  передаче  культурного  пространства  текста  оригинала ............................. 210
    СОБЫТИЯ.  ФАКТЫ.  КОММЕНТАРИИ
    Научная деятельность  НИИ  гуманитарных  наук 
    при Правительстве Республики Мордовия в 2013 г. ..................................................................... 216
    Отчет о работе аспирантуры НИИГН за 2013 г. ............................................................................ 220
    ПАМЯТИ  УЧЕНОГО
    Шитов Виктор Николаевич (1947 — 2013) ...................................................................................... 222
    Филатов Лев Герасимович (1930 — 2013) ...................................................................................... 233
    СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ ............................................................................................................. 243
    СОКРАЩЕНИЯ ................................................................................................................................. 249

    СОNTENTS

    HISTORICAL  SCIENCES  AND  ARCHAEOLOGY
    Grishakov V. V., Davydov S. D.
    Social Stratification of the Population, Ust-Uzinsky 2 (Old Mordovian) Burial Ground
    of the III — IV Centuries Belonged to  ................................................................................................ 7
    Laptun V. I.
    Legislative Activity  of the  Russian Authorities  in the  Field of  Spiritual  Education
    in the Early XVIII Century  ................................................................................................................. 17
    Pavlina T. V.
    Customs Policy and Domestic Trade in Russia in the First Half of the XVIII Century
    (According to Materials of the Komi Region)  .................................................................................. 25
    Tsygankin G. S.
    Main  Structural  Elements  of  the  Factory  Homestead  of  the
    Zamoskovny Mining District in the Late XVIII — the First Half of the XIX Century  ................... 32
    Sukhova O. A.
    Local Authorities from the Point of View of Stalin Environment: Style and Methods
    of  Governance  (According  to  Materials  of  the Archive  of  the  President
    of  the  Russian  Federation)  ................................................................................................................ 46
    Belous V. I., Ginzburg B. L.
    Historical Experience  of  Advanced  Training and  Preparation  of  Skilled  Workers
    for Iron and Steel Industry of the USSR in 1957 — 1965
    (On Materials of Vyksunsky, Kulebaky and  Gorky Metallurgical Plants)  ....................................... 53
    Kildyushkina I. G.
    Improvement  of  the  System  of  Economic  Mechanism  of  Mordovia  during
    the  Perestroika  Period ......................................................................................................................... 58

    ECONOMIC  SCIENCES
    Lizina O. M.
    Factors  Affecting  the  Operation  of  Cluster  Formations  .................................................................. 72
    Chelmakina L. A.
    Analysis  of  the  Portfolio  of  Investment  Projects  of  Enterprises
    of the  Republic of  Mordovia  ............................................................................................................. 81
    Rygin V. E.
    Peculiarities  of  Assessment  of  Risk  Bankruptcy  of  Metallurgical  Enterprises  ............................... 90
    Burlankov S. P., Zakhvatova I. V.
    Main  Subiects  of  the  Market  of  Tourist  Services  ........................................................................... 100
    Lipatova L. N., Gradusova V. N., Leshchev D. M.
    Influence  of  Migration  on  the  Formation  of  Labour  Potential  of  Population  ................................ 106
    Myshkina N. P., Filippova R. A.
    Migration Flows in the Republic of Mordovia  ................................................................................ 119
    Blinov D. S., Zyryanov O. G., Islamova M. N.
    Modern  Aspects  of  Fertility  in  Russia  and  Mordovia  .................................................................... 126

    PHILOLOGICAL  SCIENCES
    Sheyanova S. V.
    Novel  in  Letters  “Tese  dy  Toso”  (“Here  and  There”)  by  E.  Chetvergov:
    Transformation  of  Epistolary  Genre ................................................................................................... 131
    Guryanova L. A.
    Transition  of  Words  from  Passive  to  Active  Vocabulary
    (On the Example of the Novel “Kuzma Alekseyev” by A. M. Doronin) ........................................... 139
    Levinova T. V.
    Phraseology with  Key  Words  God,  Sin,  Trouble,  Death  in  the  Drama
    “The Storm” by  A.  N.  Ostrovsky ....................................................................................................... 146
    Makushkina L. I., Savostkina M. I., Suraeva M. S.
    Proverbs  and  Sayings  as  a  Factor  of  Formation  of  Linguistic  Competence
    on  Lessons  of  the  Native  Language .................................................................................................. 156

    CULTURAL  STUDIES
    Skoptsova E. A.
    Discussions  about  Music  and  Theater  in  Cultural  Environment
    of the Russian Salon of the Late XVIII — the Early XIX Century ................................................... 161
    Zhitaev V. L., Filatov D. G.
    Deanery,  Parish  and  Monastery  Libraries  in  the  Mordovian  Region .............................................. 168
    Zubov I. V., Cagnoli S.
    Visualization of Trends of Mass  Culture of the XX — the Beginning of the XXI  Century
    (On the Example of Theaters of Komi and Mordovia) ...................................................................... 178
    Shilov N. V.
    The Russian Orthodox Church and Muslim Ummah in the Republic of Mordovia
    of the Early 2000s: Main Trends of Development ............................................................................. 190
    Nazarova O. V.
    The  Concept  of  “Money”  as  a  Constant  of  Culture:  Nominative  and  Symbolic  Essence .............. 198
    Ivleva A. Yu.
    The Role of a Translator in Transfer of Cultural Space of the Original Text.................................... 210

    EVENTS.  FACTS.  COMMENTARY
    Scientific  Work  of  the  Research  Institute  of  the  Humanities  by  the  Government
    of the Republic of Mordovia in 2013 ................................................................................................. 216
    Report on the Work of Postgraduate Courses of NIIGN in 2013 ..................................................... 220

    IN  MEMORY  OF  A  SCHOLAR
    Shitov Viktor Nikolaevich (1947 — 2013)........................................................................................... 222
    Filatov Lev Gerasimovich (1930 — 2013)........................................................................................... 233
    INFORMATION ABOUT  AUTHORS ............................................................................................. 246

    ABBREVIATIONS .................................................................................................... ............ 249

    7

    ИСТОРИЧЕСКИЕ  НАУКИ  И  АРХЕОЛОГИЯ

    УДК 316.3:902.2(470.345)„2/3“
    В. В. Гришаков, С. Д. Давыдов
    V. V. Grishakov, S. D. Davydov

    СОЦИАЛЬНАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ,
    ОСТАВИВШЕГО УСТЬ-УЗИНСКИЙ 2
    (ДРЕВНЕМОРДОВСКИЙ) МОГИЛЬНИК III — IV вв.
    SOCIAL STRATIFICATION OF THE POPULATION,
    UST-UZINSKY 2 (OLD MORDOVIAN) BURIAL GROUND
    OF THE III — IV CENTURIES BELONGED TO
    Ключевые слова:  древнемордовский  могильник,  социоинформативность,  погребальный
    обряд,  вещевой  комплекс,  социальная  стратификация,  мужское  погребение,  женское  погребение,  профессионально-ранговая  принадлежность,  половозрастная  дифференциация,  имущественное  благосостояние.
    В  статье  раскрывается  проблема  реконструкции  социальной  структуры  населения,  оставившего  после  себя  Усть-Узинский  2  (древнемордовский)  могильник  III  —  IV  вв.  в  Верхнем
    Посурье;  анализируются  материалы  некрополя  с  целью  определения  их  социоинформативности;  делается  попытка  определения  взаимосвязи  между  социальным  статусом  индивида  и  ее
    выражения  в  ритуальной  обрядности.
    Key words: Old Mordovian burial ground, social informativeness, burial rite, material complex,
    social  stratification,  male  burial,  female  burial,  professional  and  rank  characteristic,  age  and  sex
    differentiation,  property  wealth.
    The  problem  of  reconstruction  of  the  social  structure  of  the  population,  Ust-Uzinsky  2  (Old
    Mordovian) burial ground of the III — IV centuries belonged to in the Upper Sura Region, is revealed
    in  the  article;  materials  of  the  necropolis  are  analyzed  to  determine  their  social  informativeness; an
    attempt  to  determine  the  relationship  between  social  status  of  an  individual  and  its  manifestation  in
    ritual ceremonialism.

    Одной из актуальных проблем археологии мордовского края является попытка реконструкции социальной стратификации древней мордвы, которая до сегодняшнего  времени  практически  не  разработана.
    Данные  археологических  исследований  есть  источник,  который  можно  использовать  в  качестве  эмпирической  базы  для  реконструкции  раннесредневековой этнической и социальной структур. Подобные исследования проводятся
    в  комплексе  методов  различных  вспомогательных  дисциплин.  Математическая
    статистика, несмотря на свою точность и  беспристрастность, не может объяснить
    ©  Гришаков В. В., Давыдов С. Д., 2014

    8

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    всех процессов и явлений, которые оказывали влияние в конкретно-историческое
    время на социокультурную обстановку в регионе. Объяснить и раскрыть сущность
    мировоззренческих основ погребального обряда и значение погребального инвентаря исследователю помогает культурологическое осмысление полученных результатов. Данная методика позволяет объективно воссоздать роль социальных страт,
    отраженных в ритуальной обрядности.
    В  2001  —  2011  гг.  экспедиция  Мордовского  педагогического  института  под
    руководством  В.  В.  Гришакова  исследовала  Усть-Узинский  2  могильник  (III  —
    IV вв.), расположенный в Шемышейском районе Пензенской области при впадении в Суру ее левого притока Уза. На исследованной части Усть-Узинского 2 могильника  общей  площадью  2  424,85  м 2  было  вскрыто  95  индивидуальных  погребений, из них 23 мужских захоронения, 26 женских, 36 неопределенных, 10 детских (рис. 1).

    37,8

    24,3
    Мужские
    Женские
    Детские
    27,4

    Неопределенные

    10,5
    Рис. 1.  Половозрастное  распределение  погребенных
    Усть-Узинского  2  могильника  в  процентном  соотношении

    Погребения  Усть-Узинского  2  могильника  грунтовые,  без  признаков  ярко
    выраженных надмогильных сооружений. Простота сооружения могильных ям снижает значимость принципа трудовых затрат, который традиционно использовался
    исследователями для социальной интерпретации погребений 1 . В связи с этим для
    систематизации и классификации признаков погребального обряда была проведена выборка погребального инвентаря и признаков погребального ритуала.
    При изучении социальной дифференциации населения, оставившего Усть-Узинский 2 могильник, нас интересовали, прежде всего, мужские и женские погребения,
    так  как  в  них четко  прослеживалось  наличие  вещевого  материала, связанного  с
    погребальной обрядностью.  Эти захоронения были  разделены на три группы по
    социальной принадлежности (I — «бедные», II — «рядовые» и III — «богатые»)
    и  отличались  профессионально-ранговым  типом,  половозрастными  характеристиками  (в  незначительной  степени)  и  имущественным  положением.  В  основу
    классификации погребений по группам легло различие в ассортименте и количестве  погребального инвентаря, в  некоторых случаях  — в размерах  могильных  ям.

    9

    Исторические  науки  и  археология

    Неопределенные  погребения  Усть-Узинского  2  могильника  из-за  невыразительности погребального обряда и скудности инвентаря не подвергались какойлибо классификации. В большинстве случаев в неопределенных захоронениях не
    сохранились  даже  остатки  костяков.  Однако,  для  того  чтобы  сложилась  более
    объективная картина стратификации древнемордовского общества, их присутствие
    на  памятнике  необходимо  учитывать.  Все  неопределенные  захоронения,  независимо от половозрастных характеристик погребенных, крайне бедны и могут
    быть  отнесены  к  I  группе  («бедные»).
    В ходе исследования мужские погребения были разделены на несколько групп
    (табл.  1).
    Таблица 1
    Выборка  погребального  инвентаря  мужских  захоронений
    №    № Со- Конск. Оружие Нож То-     ПБН
    груп-   по- суд снаряпор
      пы гребежение
      ния

    ПГ   Ри- Уголь ВМС Луб   Длина
    туал.
    погребепища
     ния, см

    I

    6
    33
    67
    84
    86
    89

    Х
    Х
     
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
     

     
     
     
     
     
     

     
     
     
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
     

     
     
    Х шило
     
     
     

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
     

     
     
    Х
     
     
     

     
     
     
     
     
     

    Х
     
    Х
    Х
     
     

    358
    290
    309
    293
    286
    301

     II

    17
    22
    36
    38
    46
    72
    79
    85
    94

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     
    Х
    Х
    Х

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     
    Х

     
     
     
     
     
     
     
     
     

     
    Х
     
    Х
    Х
     
     
    Х
     

     
     
    Х
     
     
    Х
     
    Х
    Х

     
     
    Х шило
     
     
     
     
     
     

     
     
     
    Х
    Х
    Х
     
    Х
     

    Х
     
     
     
     
    Х
     
     
     

     
     
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
    Х
     
     
    Х

     
     
    Х
     
     
    Х
     
     
     

    277
    342
    386
    342
    399
    347
    308
    370
    280

    III

    18

    Х

     

    Х копье

     

     

    Х  оселок

     

     

    Х

     

    Х

    365

    19
    23
    42
    55
    58
    61

     
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

     
    Х
    Х
     
    Х
     

    Х копье
    Х кинжал
    Х копье
    Х меч
    Х копье
    Х  дротик

    Х
    Х
    Х
     
    Х
    Х

    Х
    Х
    Х
     
    Х
     

     
    Х  оселок
    Х шило
     
    Х шило
     

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

    Х
     
     
    Х
    Х
     

    Х
    Х
    Х охра
     
    Х
    Х

     
     
    Х
     
     
    Х

     
     
    Х
     
    Х
    Х

    374
    316
    405
    232
    280
    315

    ПБН — предметы бытового назначения
    ПГ  —  поясная  гарнитура
    ВМС  —  внутримогильные  сооружения

    Согласно табл. 1,  I группу  составили  6 погребений  (6, 33, 67,  84, 86,  89),  в
    которых  были  обнаружены  сосуды  и  предметы  личного  обихода  малоимущих  общинников (поясные пряжки, застежки обуви); во II группу вошли 9 захоронений
    (17, 22, 36, 38, 46, 72, 79, 85, 94), принадлежавшие рядовым общинникам среднего

    10

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    имущественного положения, с элементами конского снаряжения и/или наличием
    топора; III группу составили 8 захоронений (18 — 19, 23, 42, 55, 58, 61, 71) с предметами вооружения:  наконечниками  копий, дротиков  (погребения  18  — 19,  23,
    42, 55, 58, 61, 71), кинжалом (23) и мечом (55).
    Стоит  отметить, что  данная  классификация  является условной.  Например,
    если под термином «бедные» нами понимались погребения, инвентарь которых
    действительно  был  очень  скудным,  то  к  «богатым»  мы  относили  захоронения,
    не  имевшие  в  составе  погребального  инвентаря  каких-то  драгоценностей;  богатые погребения  отличались от  других не  столько имущественным  положением погребенных, сколько их профессионально-ранговой и половозрастной принадлежностью.
    Проведенный  анализ  дает  основание  выделить  следующие  факты.  Так,  наличие угольков в засыпке и на дне погребения прослеживалось в «бедной» группе лишь в 1 случае, в «рядовой» — 6 и в «богатой» — в 7 случаях. Таким образом,  следы  огненного  ритуала  в  погребениях  обусловливались  социальным
    положением  захороненного.  Представляет  интерес  факт  закономерности  между
    встречаемостью  ритуала огня  и размерами могильных ям.  Так, практически  все
    погребения, в которых были обнаружены  угольки  в  засыпке  или на  дне могильной ямы, имели длину 300 см и более. Лишь в единственном случае длина могилы  составила  280  см.  Это  является,  на  наш  взгляд,  весьма  показательным  фактором социоинформативности погребений.
    Наличие  ритуальной пищи в  погребениях  распределялось следующим  образом: в I группе не обнаружено, во II  обнаружено в 2 случаях, в III — в 3.
    Остатки  луба  прослеживались  на дне  погребений всех трех  групп  в  равном
    процентном  соотношении,  из чего следует,  что  лубяная  подстилка  являлась частью погребального обряда всех захоронений, несмотря на социальное положение
    погребенного.
    Предметы  бытового  назначения  (шилья,  оселки)  были  обнаружены  в  следующем порядке: в I группе — 1 шило, во II — 1 шило, в III — 2 оселка и 2 шила  (см.  табл.  1).
    Керамическая  посуда  была  неотъемлемым  атрибутом  погребального  инвентаря древней мордвы. Так, в I группе сосуды обнаружены в 4 из 6 случаев, во
    II  —  в 8 из  9,  в III —  в  7 из  8  случаев.
    Конское  снаряжение  (железные  кольчатые  удила)  выделялось  нами  как  критерий классификации. Погребения, в которых оно было обнаружено, попали во
    II группу, погребения, в которых удила сочетались с оружием, — в III. Так, во II
    группе  конское  снаряжение  было  обнаружено  в  8  из  9  случаев,  в  III  —  в  3  из  8.
    Вероятно, данную ситуацию можно объяснить тем, что во II группу погребений
    попали мужчины, занимавшиеся при жизни скотоводством, а в III — охотой. Данные о мифологических представлениях древней мордвы, как и прочих язычников,
    дают  основание  предполагать,  что  при  переходе  в  «другой  мир»  после  смерти
    человек  сохранял  свою  профессионально-ранговую  принадлежность.  На  наш
    взгляд,  именно  поэтому  в могилу с  умершим клали  тот  инвентарь, без  которого
    он не мог обходиться при жизни.
    Наличие оружия в погребениях являлось критерием, классифицирующим их
    как «богатые». Было обнаружено несколько типов оружия. В 5 случаях это были

    11

    Исторические  науки  и  археология

    Ширина погребения

    наконечники копий (погребения 18, 19, 42, 58, 71), в 1 случае — наконечник дротика (61), кинжал (23) и меч (55).
    Ножи были обнаружены в I группе в 2 из 6 случаев, во II — в 4 из 9, в III —
    в 6 из 8  случаев.
    Топоры-кельты  также  являлись  одним  из  критериев  классификации;  погребения, где они были обнаружены, вошли во II и III группы. Во II группе топорыкельты встретились в  4  из  9  случаев,  в  III  — в 4  из 8.
    Поясная  гарнитура  была  неотъемлемой  частью  костюма  древней  мордвы,  о
    чем свидетельствуют  находки: в  I  группе  «бедные» элементы  пояса  встречались
    в 5 из 6 случаев, во II группе — в 4 из 9, в III группе — в 7 из 8 случаев. Стоит
    отметить,  что в  погребении 58  были обнаружены  элементы украшения  поясной
    гарнитуры в виде мозаичной бусины.
    Наличие внутримогильных сооружений свидетельствует о трудоемкости процесса захоронения и ритуально-мифологической основе. Остатки деревянных плах
    и канавок были найдены  в двух захоронениях II группы (погребения  72, 94) и в
    двух могилах III группы (42, 61), что соответствует сложившейся классификации
    погребений  на три  группы. Таким образом, прослеживается зависимость  между
    социальным положением захороненного и составом погребального инвентаря.
    Следует  отметить, что помимо погребального  инвентаря, мужские захоронения  отличаются  от  других  своей  погребальной  обрядностью.  Для  большинства
    из них характерны  средние размеры могильных ям — 300 — 350 см (рис. 2).
    150
    140
    130
    120
    110
    100
    90
    80
    70
    60
    50
    40
    30
    20
    10
    0
    0

    50

    100

    150

    200
    250
    Длина погребения

    300

    350

    400

    450

    Мужские
    Женские
    Неопределенные
    Детские

    Рис. 2. Соотношение длины и ширины могильных ям Усть-Узинского 2 могильника

    Наибольшим и при этом самым богатым захоронением явилось погребение 42,
    вошедшее  по  составу  погребального  инвентаря  в  группу  «богатые».  Его  погребальный  обряд  примечателен  не  только  размерами  могильной  ямы  (405  см),

    12

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    наличием внутримогильных сооружений (таких как канавки и плашки), но и обнаружением угольков и частичек охры (единственный случай на могильнике), найденных в  засыпке и  на  дне  могилы. Все  это  свидетельствует  о  сложности  ритуала и высоком социальном статусе захороненного. Погребальный инвентарь данного  захоронения  отличается  своим  разнообразием  (см.  табл.  1).
    Однако  нередкими  были  случаи,  когда  погребальный  инвентарь  не  являлся
    «богатейшим» среди всех захоронений, а размеры могильных ям превышали размеры других могил. Так, например, несмотря на то что погребение 46 по своему
    составу  и  количеству  погребального  инвентаря  относится  к  группе  «рядовых»
    захоронений, его  размеры (399  см) дают основание предполагать  о захоронении
    уважаемого  члена древней  общины.  Это,  на  наш  взгляд,  объясняется  тем,  что  в
    древнем обществе дифференциация была не столько имущественной, сколько профессионально-ранговой. Мужчины воины-охотники, не обладая высоким имущественным положением,  пользовались б льшим  уважением  в силу  своей профессионально-ранговой и половозрастной принадлежности. Возможно, это было связано также с зарождением «военной демократии» и возрастанием роли воина.
    Отдельного  рассмотрения  требуют  мужские  погребения  55  и  58,  отличающиеся от других мужских захоронений погребальным инвентарем и обрядностью
    (рис. 3).

    Рис. 3. Расположение погребений 55 и 58 на плане

    Так,  в погребении 55  были  обнаружены костяк плохой  сохранности  и  единственный на всем некрополе железный меч сарматского типа. Это захоронение
    является самым небольшим (длина 232 см) мужским погребением некрополя и
    при  этом  одним  из  наиболее  бедных.  Если  бы  не  меч,  единственный  на  УстьУзинском памятнике, то это погребение вряд ли удалось бы классифицировать как
    мужское,  так  как  по  размерам  могильных  ям  оно  не  входит  в  эту  группу,  а  его
    инвентарь очень скуден. К сожалению, отсутствие другого погребального инвентаря не дает оснований для точной датировки захоронения, но В. В. Гришаков и
    О.  В.  Седышев  с  осторожностью  относят  его  к  III  в. 2   Исследователи  отмечают,
    что  «…комплексы  с  сарматским  вооружением  не  связаны  с  социальным  статусом  его  обладателя.  Эти  захоронения  не  выделяются  размахом  погребальных
    сооружений  и  даже  уступают  ряду  могил  со  стандартным  погребальным  инвентарем. Очевидно, в это время в мордовской среде еще не сформировался слой профессиональных  воинов,  отличием  статуса  которых  и  могло  являться  дорогостоящее клинковое оружие»3 .

    Исторические  науки  и  археология

    13

    В погребении 58 остатков костяка не обнаружено, погребальный обряд включал  в  себя  культ  огня,  что  подтверждается  наличием  угольков  в  засыпке  и  на
    дне  захоронения.  В  северной  длинной  стене  могилы,  ближе  к  торцевой  восточной, на протяжении около 85 см отмечен обвал стенки, который, судя по засыпке,
    идентичной основной могиле, был совершен в древности. Не исключено, что обвал  случился  во  время  погребального  ритуала,  когда  узкая  перегородка  между
    двумя выкопанными ямами могла обрушиться в результате неосторожных действий. В целом инвентарь погребения 58 (оружие, конское снаряжение, предметы
    быта, украшения), а также наличие культа огня, ритуальной пищи дает основание
    отнести его к богатым захоронениям Усть-Узинского могильника. Однако, несмотря на это, размеры могильной ямы в длину составляют всего лишь 280 см, в ширину  —  92  см,  что  для мужских  погребений не  характерно. Важно  также  отметить, что в погребении 58 обнаружен проушной топор мощинского типа. Это может свидетельствовать о начале процесса  проникновения в автохтонную древнемордовскую  среду  носителей  западных  (восточнобалтских)  традиций 4 .  Возможно, оригинальность погребального обряда захоронений 55 (наличие меча сарматского  типа) и  58 (топор мощинского  типа)  объясняется  присутствием элементов
    заимствованной культуры.
    Женские  погребения  Усть-Узинского  2  могильника  так  же,  как  и  мужские,
    были  разделены  на  «бедные»,  «рядовые»  и  «богатые»  по  составу  и  количеству
    погребального  инвентаря (табл.  2).
    Согласно  табл. 2, в группу «бедные» захоронения вошли 11 погребений (5,
    7,  12, 24,  26, 35,  39, 48,  52, 88,  93), в  которых были  обнаружены только  бусы/
    бисер, или височные привески, или накосники, а также предметы бытового назначения (шило, нож). К «рядовым» относились 9 погребений (2, 27, 43, 44, 45,
    60,  68,  75,  81),  содержавшие,  помимо  инвентаря,  характерного  для  I  группы,
    бляхи-накосники и/или нагрудные бляхи, а также шейные гривны и/или браслеты. Шесть погребений (4, 11, 13, 15, 20, 53), в которых все вышеперечисленные
    предметы встречались единым комплексом,  составляли «богатую» группу. Данная классификация так же, как и для мужских погребений, является условной и
    обосновывается, скорее, не имущественным расслоением захороненных, а их профессионально-ранговым и половозрастным положением.
    Обработка  материалов  женских  захоронений  дала  следующие  результаты. Следы лубяной подстилки прослеживались в погребениях всех трех групп.
    Как  уже  отмечалось, подобная  обрядность,  вероятно,  была присуща  всем  захоронениям  и  связывалась  с  особым  почитанием  березы  финно-уграми.  Однако, в I группе следы лубяной подстилки встретились лишь в 4 из 11 случаев,
    в  то  время  как  во  II  группе  —  в  7  из  9,  а  в  III  —  в  6  из  6  случаев  (100  %).
    Скорее  всего,  значительное  содержание  луба  в  «рядовых»  и  «богатых»  женских  погребениях,  в  отличие  от  «бедных»,  объясняется  большим  количеством
    бронзовых изделий, окислы которых способствуют консервации органических останков.
    Керамическая посуда встречалась в следующих соотношениях: в I группе —
    в 4 из 11  случаев, во II  — в 8 из 9 и в  III — в  5 из  6 случаев.
    В двух захоронениях были обнаружены дарственные комплексы умершим. Так,
    в погребении 4 около южной стены слева наклонно стояла небольшая  бронзовая

    2
    27
    43
    44
    45
    60
    68
    75
    81

    4
    11
    13
    15
    20
    53

    II

    III

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

    Х
    Х
    Х
     
    Х
    Х
    Х
    Х
     

     
    Х
     
     
     
     
    Х
    Х
    Х
     
     

    Х
    Х
    Х
    Х
     
    Х

     
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

     
     
     
    Х
     
     
    Х
    Х
     
     
    Х

    Х
    Х
     
     
    Х
     

     
     
     
     
     
     
     
     
     

     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

     
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     
     
    Х
    Х

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     
    Х
     
     
    Х
    Х

    Сосуд    Дар*   Бусы

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     

     
     
     
    Х
    Х
     
    Х
     
     

     
     
     
     
     
     
    Х
     
     
     
     

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

     
    Х
    Х
    Х
     
     
     
     
    Х

     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
    Х

     
    Х
     
     
    Х
    Х
     
    Х
    Х

    Х
     
    Х
    Х
     
    Х
     
     
     
    Х
     

     
    Х
    Х
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
    Х
    Х
    Х
     

     
     
     
     
     
     
     
    Х
    Х
     
    Х

    Х
    Х
    Х
    Х
    Х
     

    Х
     
    Х
    Х
    Х
     
     
     
     

     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

    Х
    Х
    Х
    Х
     
    Х

     
     
    Х
     
     
     
     
    Х
     

    Х
    Х
     
     
    Х
    Х
    Х
    Х
     
     
     

    Х
     
     
     
     
    Х

    Х
    Х
     
    Х
     
     
     
    Х
     

     
     
     
    Х
     
     
     
     
     
     
     

      Грив-   Брас- Височн.  Бляхи- Нагруд.   Уголь    Нож
         ны    леты    при-   накос-  бляхи
      вески    ники

    * Погребальный инвентарь, не относившийся к основному комплексу, положенный в качестве дара умершей.

    5
    7
    12
    24
    26
    35
    39
    48
    52
    88
    93

    I

      №
        №
       Луб
      груп-   погре   пы  бения

    Выборка  погребального  инвентаря  женских  захоронений

     
     
     
     
     
    Х

     
    Х
     
     
     
     
     
    Х
     

    Х
     
     
    Х
     
     
     
     
     
     
     

      Шило

     
    Х
    Х
     
     
    Х

     
     
     
    Х
     
     
     
    Х
     

     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

    228
    307
    251
    239
    210
    309

    200
    289
    182
    249
    292
    260
    263
    264
    226

    162
    215
    ?
    280
    241
    258
    135
    283
    190
    216
    178

    Обувн. Длина по  гарни- гребения,
      тура
          см

    Таблица 2

    14
    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Исторические  науки  и  археология

    15

    пластинчатая бляха с радиальной прорезью лицевой стороной вверх. В ногах умершей из погребения 20 около южной стены находились друг на друге лицевой стороной ко дну могилы полусферические бляхи из полированной бронзы, применяемые в мордовских древностях, как правило, в качестве составной части накосников. Оба погребения вошли в III группу, что вполне закономерно.
    Бусы были обнаружены в I группе в 8 из 11 случаев, во II — в 8 из 9, в III —
    в 5 из 6  случаев.
    Шейные бронзовые гривны в I группе зафиксированы всего в 1 погребении,
    во II — в  3 из 9,  в III  — в 5 из 6.
    Браслеты  были  обнаружены  в  погребениях  II  группы  (в  4  из  9  случаев)  и
    III (6 из 6).
    Височные привески найдены в I группе в 5 из 11 случаев, во II — в 5 из 9,
    в  III  — в  100  %  случаев.
    Бляхи-накосники встречены в погребениях I группы в 3 из 11 случаев, II —
    в 3 из  9, III — в 4 из 6 случаев.
    Нагрудные бляхи в погребениях I группы не были обнаружены, во II группе
    они встретились в 4 из 9 случаях, в III группе — в 5 из 6.
    Остатки  угольков  в  засыпке  и  на  дне  погребений  прослеживались  в  погребениях всех трех групп. Огненный ритуал женских захоронений, в отличие от
    мужских, был, видимо, неотъемлемой частью погребального обряда для всех захоронений  без  деления  на  имущественную  и  профессионально-ранговую  принадлежность. В I группе остатки угольков обнаружены в 6 из 11 случаев, во II —
    в 2 из 9, в  III —  в 5  из 6  случаев.
    Ножи были зафиксированы в I группе в 1 случае, во II — в 4 из 9, в III — в 2 из
    6  случаев.
    Шилья  в  I  группе встретились в  2  случаях, во II  — в 2, в III  —  в 1 случае.
    Элементы  обувной гарнитуры были обнаружены в 2 случаях II группы и в
    3  случаях  — в III  группе.
    Женские  захоронения  отличались  определенной,  характерной  для  них  соразмерностью могильных ям (см. рис. 2). В целом они несколько меньше  мужских погребений, их средняя длина составляла от 150 до 250 см. Однако, два женских погребения (11, 53), которые вошли в группу «богатых», имели длину более
    305 см, что, несомненно, выделяет их из общего числа женских захоронений.
    Захоронения 13, 15 и 20, также вошедшие в III группу, имели сходный погребальный инвентарь с погребением 11 и отличались только размерами могильных ям.
    Длина могильной ямы погребения 11 составила 307 см, что на порядок превысило  все другие  захоронения  (кроме  погребения 53). Это  также свидетельствуют  о
    высоком социальном положении погребенной.
    Погребение  53  имело  максимальные  размеры  могильной  ямы  на  всем  некрополе  (309  см).  Несмотря  на  некоторую  скудность  погребального  инвентаря
    (в III группе встречались более богатые погребения: 11, 13, 15, 20), это захоронение
    выделялось  среди  прочих  не  только  размерами,  но  и  наличием  единственного
    экземпляра на всем некрополе — керамической льячки. Подобная находка позволяет сделать вывод о редкости распространения литейного ремесла среди женского населения Верхнего Посурья. Это свидетельствует также о том, что социальное
    положение  захороненной  было  обусловлено  не  богатством,  которым  она  владела

    16

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    при жизни, а  ее умением,  навыками  литейного  мастерства,  делавшими  ее  уважаемым  членом  социума  определенного  статуса.
    Важно  отметить,  что  планиграфически на площади  могильника  социальная
    дифференциация не прослеживалась. Погребения располагались  в рядах без определенной закономерности. «Богатые», «рядовые» и «бедные» погребения находились как в крайней части могильника, так и в его центре. Интересен тот факт,
    что  «богатые»  погребения  не  всегда  имели  большие  размеры  могильных  ям,  а
    могилы  значительных  размеров  не  всегда  сопровождались  богатым  погребальным  инвентарем.
    Таким  образом,  в  ходе  проведенного  исследования  было  установлено,  что
    население,  составившее  Усть-Узинский  2  могильник,  характеризовалось  неоднородностью социального состава.  В  основе стратификации членов  древней  общины, во-первых лежала профессионально-ранговая принадлежность, определявшая положение в обществе в зависимости от умений и навыков; во-вторых, половозрастное  положение  членов  социума,  менявшееся  по  мере  их взросления.  Например, для мужчин профессионально-ранговая принадлежность находилась в зависимости от их половозрастного состояния. Вероятно, по мере взросления и приобретения определенных навыков общинники становились охотниками, повышая
    свой статус, в то время как более молодые и неопытные члены общины занимали их «ранговую нишу» пастухов-скотоводов; в-третьих, имущественное расслоение, которое было минимальным и находилось в зависимости от первых двух критериев.  В  состав наиболее  богатых мужских погребений  входили  предметы вооружения, при этом предметы роскоши из драгоценных металлов, являющиеся показателями высокого материального благосостояния, практически не встречались.
    Наибольшее мужское погребение (42), вероятно,  было воинским захоронением и
    содержало  предметы  вооружения,  конского  снаряжения и  обихода.  Аналогичная
    ситуация прослеживалась и с женскими погребениями. Наиболее богатые из них
    содержали  стандартный комплекс  украшений и предметы  обихода, при  этом  каких-либо материальных драгоценностей, выделявших их на фоне других захоронений, найдено не было. Самое большое женское погребение (53) совсем не имело того количества предметов в составе погребального инвентаря, обнаруженного в большинстве других богатых погребений.
    На  наш  взгляд,  данный  факт  объясняется  тем,  что  земледелие  в  тот  период
    еще не играло заметной роли в хозяйственной жизни древней мордвы, а охота и
    скотоводство  не  позволяли накапливать  значительного  количества прибавочного
    продукта, необходимого для образования сложной социальной организации с имущественным  расслоением.
    Социальная  дифференциация  древнемордовского  населения  Верхнего  Посурья в  III  —  IV  вв. была условной, и положение человека  в  обществе в большей
    мере  зависело от степени  уважения за  определенные  навыки, умения  и  заслуги,
    чем  от  его  имущественного  благосостояния.
    Библиографические ссылки
    1

     См.: Массон В. М. Экономический и социальный строй древних обществ. Л., 1976. 191 с.
      См.:  Гришаков  В.  В.  Актуальные  проблемы  истории,  археологии,  этнографии  и  права  :
    межвуз. сб. науч. тр. Саранск, 2007. Вып. 1. С. 23 — 31.
    2

    17

    Исторические  науки  и  археология
    3

     Там же. С. 23 — 31.
     См.: Гришаков В. В. Погребение с топором мощинского типа на Усть-Узинском 2 могильнике в Верхнем Посурье // Поволжские финны и их соседи в древности в Средние века. Саранск,
    2011. С. 55 — 60.
    4

    Поступила 04.06.2013 г.

    УДК 342.52:37.01(470+571)„17“
    В. И. Лаптун
    V. I. Laptun

    ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
    РОССИЙСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА В ОБЛАСТИ
    ДУХОВНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В НАЧАЛЕ XVIII в.
    LEGISLATIVE ACTIVITY OF THE RUSSIAN AUTHORITIES
    IN THE FIELD OF SPIRITUAL EDUCATION
    IN THE EARLY XVIII CENTURY
    Ключевые слова:  Русская  православная  церковь,  духовенство,  законодательная  деятельность,  Монастырский  приказ,  духовное  образование,  архиерейская  школа,  Славяно-латинская
    академия.
    В статье рассматривается деятельность правительства Петра I в области духовного образования  накануне  церковной  реформы  1721  г.;  анализируются  законодательные  акты,  направленные  на  повышение  уровня  профессиональной  подготовки  православного  духовенства.
    Key words: Russian Orthodox Church, the clergy, legislative activity, Monastery prikaz, spiritual
    education,  episcopal  school,  Slavic-Latin  academy
    The  activities  of  the  government  of  Peter  I  in  the  field  of  spiritual  education  before  the  church
    reform of 1721 are considered in the article, legislative acts for improving the professional training of
    Orthodox clergy are  analyzed as well.

    Школьная политика российского правительства в первой половине XVIII в. —
    явление достаточно сложное и противоречивое. В ней превалирует ярко выраженная профессиональная направленность развития русской школы. Уже первые указы
    начала столетия свидетельствуют о том, что российское законодательство не приемлело никакой другой цели в образовании, кроме как приспособление его к той
    или  иной  профессии.  Подобный  взгляд  на  школу  был  продиктован  тем,  чтобы
    военная, гражданская  и  духовная служба осуществлялась надлежащим  образом,
    т. е. профессионально. Рассмотрим законодательную деятельность правительства
    относительно  образования  духовенства.
    Как  известно,  до  XVIII  столетия  в  России  существовало  право  наследования духовной профессии. С наступлением века Просвещения ситуация коренным
    ©  Лаптун В. И., 2014

    18

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    образом изменилась. Теперь определяющим фактором, согласно законодательству,
    являлось не прямое наследование профессии отца, а наличие профессиональной
    подготовки. В первое время это подразумевало знание, как минимум, катехизиса
    и 10 заповедей, позднее — получение претендентом специального духовного образования. При этом свобода доступа к духовной профессии исключалась, так как
    это грозило разрушением сословного  строя.
    Один  из  первых  исследователей  истории  профессионального  образования  в
    России, профессор М. Ф. Владимирский-Буданов, выделил два основных принципа, господствовавших в законодательстве первой половины XVIII в., а именно:
    «1) всякий должен учиться тому, что составляет профессию отца; 2) отсюда само
    собою следует, что никто сторонний не может быть допущен к этой профессии»1 .
    Эти принципы, особенно первый, четко выражены в ряде законов начала XVIII в.
    относительно духовной профессии. Рассмотрим их в хронологической последовательности.
    Итак,  после  известного  разговора  Петра  I  с  патриархом  Адрианом,  в  ходе
    которого царь  высказал мысль  о распространении  образования среди  духовенства и необходимости подготовки специальных учителей в Киеве, правительство долгое время не принимало никаких специальных решений, связанных с организацией профессионального духовного образования. Все указы и распоряжения,  издававшиеся  до  1708  г.  относительно  детей  духовенства,  подразумевали  элементарное  общее  образование.  Другими  словами,  безграмотный  человек
    не допускался к духовной профессии, а значит, имел все шансы быть записанным
    «в  солдаты».
    Дело в том, что с началом Шведской войны правительство стало проводить
    среди  детей  духовенства  «строгие  разборы»,  для  того  чтобы  «лишних  между
    ними  и  неспособных  к  духовному  служению  по  безграмотности  верстать  на
    военную  службу»2.  Первый  такой  набор  в  солдаты  был  осуществлен  в  1705  г.,
    позже они повторялись практически ежегодно. Следует признать, что подобная
    практика  явилась  хорошим  стимулом  для  духовенства,  которое  стало  более
    активно  обучать  своих  детей  грамоте.  «Но  о  духовном  образовании  в  сословном смысле не было пока и речи, — отмечает профессор П. В. Знаменский, —
    что было  совершенно естественно, потому  что не  было определено еще  и само
    понятие о сословности духовного чина, не было нигде и школ специально церковных»3.
    Действительно,  сформировавшееся  еще в  допетровское время  понятие  «сословность»  носило  чисто  условный,  бытовой  характер  и  имело,  как  уже  отмечалось выше, форму наследственности  духовного служения. Как социальная  группа  со  своими  наследственными  правами  и  обязанностями,  духовное  сословие
    начало формироваться только в 1720-х  гг., преимущественно после утверждения
    Духовного  регламента.
    Начиная с 1708 г. указы петровского правительства, касавшиеся детей духовенства, начали приобретать более конкретный смысл. Фактическая наследственность церковного  служения,  по  словам  П.  В.  Знаменского, стала  постепенно  переходить  в  юридическую.  Теперь  для  наследников  в  законодательном  порядке
    выдвигалось обязательное условие, лишь после выполнения которого они могли
    наследовать  профессию  отца.  Об  этом  красноречиво  свидетельствует  указ  Мо-

    Исторические  науки  и  археология

    19

    настырского приказа от 15 января 1708 г.: «Поповым и дьяконовым детям учиться в школах греческой и латинских. А которые в тех школах учиться не похотят:
    их в попы и во дьяконы, на отцовы места и никуда посвящать, и в подьячие и в
    иные ни в какие чины, кроме служилого чина, принимать не велено. И о том для
    ведома  во  все  Приказы  велено  послать  памяти»4 .
    Этим  документом  фактически  была  провозглашена  «обязательность»  образования  для детей  духовенства.  Трудно  представить,  чтобы  кто-то из  священников  изъявил бы  желание  отдать  своего  сына  «в  солдаты»,  тем  более  в те  времена. Таким  образом, правительство предъявило духовенству своеобразный ультиматум, продиктованный  духом времени:  любая служба  в государстве,  в том числе и духовная, должна исполняться профессионально.
    К сожалению, уровень профессиональной подготовки духовенства петровского  времени,  как  свидетельствуют  многочисленные  факты,  оставлял  желать  лучшего. Об их невежестве ходили легенды. Так, например, известный публицист и
    экономист  первой  четверти  XVIII  в.  И.  Т.  Посошков  отмечал,  что  многие  священники его времени не знали значения слова «вера», и «не умели даже церковной службы отправить как следует». Святитель Димитрий Ростовский также был
    поражен невежеством духовенства вверенной ему епархии. По словам архиерея,
    он  встречал  таких  священников,  которые  «не  знали  даже  общего  порядка  библейской истории; думали, например, что Илия жил после Иисуса Христа, что он
    умертвил жрецов  Ваала тем  самым ножом,  которым  апостол Петр  отсек  прежде
    ухо Малху и т. п.»5 .
    Таким образом, есть все основания утверждать, что основным поводом для
    издания данного указа послужил чрезвычайно низкий уровень профессиональной подготовки священнослужителей. С другой стороны, возникает вполне резонный вопрос: а где они могли  получить  эту подготовку? Как известно, к началу
    XVIII в. в Великороссии официально функционировало только одно учебное заведение  —  Эллино-греческая  академия (с  1701 г. —  Славяно-латинская академия,
    а с 1775 — Славяно-греко-латинская академия.  —  В. Л.),  находившаяся в очень
    жалком состоянии.  На тот  момент в ней  обучалось около 150 чел., причем далеко  не  все  из  них  являлись  представителями  духовенства.  Учитывая  состояние
    академии и незначительный контингент учащихся, она не могла обеспечить Русскую православную церковь достойными кадрами.
    Несмотря на то что к 1708 г. в связи с реформированием Московской академии и  открытием нескольких  архиерейских  школ в  Тобольске, Ростове  и  Новгороде  ситуация  изменилась  в  лучшую  сторону,  в  масштабах  страны  значительных перемен не произошло. Исключение, пожалуй, составили лишь те епархии,
    где функционировали вышеназванные учебные заведения. Следовательно, премудрости духовной профессии сыновья продолжали получать, главным образом, у
    своих отцов.
    Указ  Монастырского  приказа четко  определял  место,  где дети  священнослужителей  в  обязательном  порядке  должны  были  получать  образование  —  в  школах «греческой и латинских». Школы, в свою очередь, определялись к профессиональному  назначению.  Архиереям  также  строго  наказывалось  не  посвящать
    «в попы и во дьяконы» на отцовские места тех, кто в этих школах учиться «не похотят».  На  первый  взгляд,  этот  указ  выглядит  несколько  абсурдным,  ведь  даже

    20

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    если бы дети священнослужителей и «похотели» обучаться в тех школах, то вряд
    ли  смогли  бы.  Дело  в  том,  что  существовавшие  на  тот  момент  учебные  заведения, во-первых, были не в состоянии вместить всех желающих, а во-вторых, едва
    ли в них могли быть допущены дети из других епархий.
    Другими словами, данное условие было заведомо невыполнимым и об этом,
    скорее  всего,  авторы  указа  знали.  В  связи  с  этим  можно  предположить,  что  таким  образом  правительство  пыталось  побудить  архиереев  приступить  к  открытию  школ  у  себя  в  епархиях,  как  это  сделали  в  свое  время  вышеупомянутые
    иерархи. Однако, поскольку в указе не говорилось об обязанности архиереям открывать  школы,  то,  естественно,  они  этого  и  не  делали  — кому  нужны  лишние
    хлопоты?
    Не совсем ясной, на наш взгляд, является заключительная часть указа, где
    говорится о недопущении «поповых и дьяконовых» детей, в случае их отказа от
    обучения в школе, к другим профессиям, кроме «служилого чина». Данный тезис можно трактовать по-разному. Вот, например, размышления по этому поводу  профессора  М.  Ф.  Владимирского-Буданова:  «Что  не  учившихся  не  велено
    ставить  в  попы  —  это  понятно,  ввиду  изложенной  цели  правительства  достигать, по возможности, наилучшего отправления профессий; но почему же не велено принимать их на другие профессии, к которым, может быть, они оказались
    бы годными? Очевидно потому, что каждый должен готовиться к своей родительской профессии»6 .
    С этим можно согласиться, но лишь при условии, если бы речь шла о специальных училищах, носивших сословно-профессиональный характер. Однако, как
    известно,  все  действовавшие  на  тот  момент  учебные  заведения  являлись  всесословными и общеобразовательными, за исключением Тобольской архиерейской
    школы,  в  которую  сам  царь  запретил  принимать  лиц  других  «чинов».  Поэтому,
    скорее всего, в указе имелось в виду не профессиональное, а общее образование
    детей  священнослужителей.  К  тому  же,  в  нем  прямо  не  говорится  о  запрете
    выбора «поповыми  и  дьяконовыми» детьми  других  профессий  в  случае окончания ими указанных школ.
    В ноябре 1710 г. правительство еще раз подтвердило данный указ, при этом
    распространив  его  действие  и на  детей  церковнослужителей:  «…И  нынешняго
    1710  года  Великий государь  указал:  по прежнему  указу,  поповым  же  и  дьяконовым и пономаревым и дьячковым и сторожевым и просвирницыным детям учиться  в  вышеописанных  школах. А  которые  в  тех  школах  учиться  не  похотят, и  их
    потому ж, опричь солдатского чина, ни в какие чины не принимать»7 .
    Чем было вызвано, по сути, дублирование указа 1708 г. остается только догадываться. На наш взгляд, это связано со следующим: во-первых, архиереи попрежнему оставались равнодушными  к школе,  поэтому за  прошедшие два  года
    в епархиях не было открыто ни одного учебного заведения; во-вторых, дети духовенства сами не испытывали особой тяги к образованию и стремились занять
    приготовленные  им  по  наследству  места  «по  старинке».  Вместе  с  тем  следует
    признать,  что  повторное  издание  указа  не  на  шутку  встревожило  детей  духовенства, которые поспешили скорее занять различные церковные места, «употребляя  для  этого  все  возможные,  даже  незаконные  средства,  обманы,  подкупы
    и проч.»8 .

    Исторические  науки  и  археология

    21

    Следует  отметить, что правительство  оперативно  отреагировало на  эти  нелицеприятные действия со стороны духовных лиц и издало указ, направленный
    на устранение подобных явлений. В нем излагались правила, которые необходимо  было  соблюдать  при назначении  на соответствующие  места  «ставленников»,
    но о подготовке последних в указе говорилось очень невнятно. Вместе с тем архиереям под угрозой гнева государева и даже лишения кафедры внушалось, чтобы на «ставленнических» экзаменах они были «опасными и жестокими»9. Однако, несмотря на  все угрозы, подавляющая часть архиереев по-прежнему продолжала оставаться безучастной к школе в  целом и к образованию детей священнои церковнослужителей в своих епархиях в частности.
    Некоторое  оживление  в  бездействие  местных  духовных  властей  по  отношению  к  школе,  несомненно,  внес  указ  1714  г.  Этим  законодательным  актом,  как
    уже  отмечалось,  правительство  обязало  архиереев  открывать  в  епархиях  так
    называемые  цифирные  школы.  Несмотря  на  то  что  данные  учебные  заведения
    являлись всесословными, основной контингент в них составляли дети духовенства
    и  церковнослужителей,  чему  во  многом  способствовало  и  само  место  их  размещения  —  при  архиерейских  домах  и  в  знатных  монастырях.  Хотя  «цифирные
    школы» и не принесли существенной пользы в образовании духовенства, тем не
    менее приобретенный духовными властями опыт по организации школьного дела
    на  местах,  безусловно,  пригодился им  в  дальнейшем.
    Практически в то же  время правительство  начало  проводить  жесткую  политику  привлечения к профессиональному образованию лиц, необходимых для  государственной службы.  Прежде  всего это  касалось  дворянских детей, многие  из
    которых  предпочитали  получать образование  в  Московской  славяно-латинской
    академии. Теперь же, согласно указу от 18 июля 1715 г., они должны были «исключительно  и  обязательно»  поступать  в  специально  предназначенные  для  них
    профессиональные  учебные  заведения:  Морскую  академию,  Артиллерийскую  и
    Инженерную  школы  и  в  сухопутную  гвардию.  Таким  образом,  с  определенной
    долей  уверенности  можно  утверждать,  что  с  этого  времени  общеобразовательная  направленность  Славяно-латинской  академии  начала  меняться  на  духовнопрофессиональную. Об этом, на наш взгляд, свидетельствуют и дальнейшие действия  правительства.
    Так,  именным  указом  от  24  января  1716  г.  дворянским  недорослям,  поступившим  в  Московскую  славяно-латинскую  академию  до  1715  г.,  разрешалось
    доучиться в ней до конца курса, а записавшихся в нее  уже после  указа штрафовали. По некоторым сведениям,  в 1717 г. Петр  вызвал в Петербург 213  недорослей, учившихся в Славяно-латинской академии и сам сделал для них назначение:
    одни  были  направлены  в  Морскую  академию,  другие  —  в  гвардию,  многих  отправил  на  учебу  за  границу.  Кроме  того,  некоторых  недорослей, своевольно  поступивших в Московскую академию, ссылали на три года «в галерную, т. е. в каторжную  работу»10.  После  этого  дворянские  дети  поступали  в  духовные  школы
    только  по  особому  распоряжению  правительства.
    В  свою  очередь,  духовные  власти  в  интересах  церковной  службы  обратили  внимании на  другое явление  — на  отток  своих лучших  молодых  людей,  на
    которых в перспективе возлагались большие надежды, в другие ведомства. Так,
    например,  еще  в  1711  г.  правительством  через  Монастырский  приказ  было

    22

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    востребовано  50  чел.  церковников  «грамоте  и  писать  умеющих»  в  Адмиралтейство  и  «определить  их  там  к  обучению  разным  мастерствам»11 .
    По  данным М.  И. Горчакова,  с 1712  по 1720  г. таким  способом в  распоряжение  Адмиралтейства  для  обучения  разным  «мастерствам»  было  направлено
    836 чел., из которых, правда, 524 бежали 12 . Кроме того, Медицинская школа при
    госпитале  доктора  Бидлоо  практически  полностью  была  укомплектована  учениками  Славяно-латинской  академии,  большинство  которых  лучше других успевали  в  латинском  языке.  «Поголовное»  привлечение  детей  священно-  и  церковнослужителей в «цифирные школы» лишало их возможности должным образом готовиться к своей  будущей  профессии.
    С  учетом  дефицита  образованных  кандидатов  на  священнослужительские
    места  и  при достаточно  частых  вызовах  правительством  грамотных  детей  духовенства «к разным светским наукам и службам», церковь оказалась в очень сложной ситуации. В связи с этим представители духовной администрации предприняли  ряд  мер,  которые,  по  их  мнению,  должны  были  способствовать  ограничению  «утечки»  духовных  кадров  в  другие  ведомства.
    Вряд ли приходится сомневаться в том, что именно духовные власти инициировали указ от 15 марта 1718 г., согласно которому ученики Московской славяно-латинской  академии  подчинялись  Монастырскому  приказу,  в  чьем  ведении
    находились  все  славяно-греко-латинские  школы.  Приказу  предписывалось  удерживать учеников академии от преждевременного выхода из нее в другие профессии:  «А которые, прежде всего от  того  учения отстали  и  записывались в  разные
    чины,  также  которые  вновь  будут  отставать,  и  тех  сыскивать  и  отсылать  в  те
    школы из монастырского приказа, с наказанием, а за прогульные дни данное им
    жалованье  у них  вычитать»13 .
    Дело в том, что воспитанники академии, получив общее образование и считая
    его вполне достаточным,  уходили в  другие профессии, т. е.  на светскую службу.
    Теперь же духовные власти надеялись удержать крайне необходимые им профессиональные  кадры  в  своем  ведомстве.
    Вероятно, опять же по настоянию духовной администрации, в 1719 г. Штатсконтор-коллегия запретила доктору Бидлоо принимать учеников славяно-латинских  школ в  московский госпиталь  без особого  распоряжения 14 . Здесь же  следует  сказать  и  о  достаточно  серьезных  возражениях  новгородского  епархиального
    начальства против набора детей  духовенства в «цифирные школы».
    Однако  на практике  эти указы,  как  впрочем и  все предыдущие  распоряжения правительства, не отличались, по словам П. В. Знаменского, «особенной решительностью»  и  не  имели  надлежащей  силы  вплоть  до  учреждения  Святейшего синода: «При крайнем недостатке образованных людей, — пишет профессор, — для него (правительства. — В. Л.) было бы крайне невыгодно, если бы
    выход  молодых  людей  из  духовных  школ  на  светскую  службу  остался  закрытым.  Равным  образом  невыгодно  было  самую  обязательность  духовных  школ
    доводить  до  того,  чтобы  дети  духовенства  уже  не  имели  права  поступать  ни  в
    какие другие учебные заведения, например, в цифирные школы или в медицинскую  науку»15 .
    Поэтому доктор Бидлоо по-прежнему продолжал «переманивать» воспитанников академии в госпиталь.  Безусловно, его можно обвинять в невыполнении

    Исторические  науки  и  археология

    23

    указа правительства, но вместе с тем следует признать, что он это делал вынужденно  и  в  интересах  государства.  Как  объяснял  впоследствии  сам  доктор,  без
    учеников  славяно-латинских  школ  «ему решительно  было  бы невозможно  поддерживать комплекта хирургических школ»16 . Приблизительно в такой же ситуации оказались и «цифирные школы», административные органы которых были
    вынуждены откровенно  «загонять» в них  детей священно-  и церковнослужителей.  В  противном  же  случае,  в  этих  учебных  заведениях  просто  некому  было
    бы  учиться.
    Кроме  того,  существовали  еще  два  фактора,  способствовавшие  частым  вызовам воспитанников духовных школ на светскую службу, а также обучению в них
    представителей  других  ведомств.  Профессор  П.  В.  Знаменский  формулирует  их
    следующим  образом: «первоначальная  неразвитость  профессионального элемента в самом курсе этих школ и в их администрации»17 . Действительно, курс обучения  в  архиерейских  школах  на  протяжении  их  существования  носил  главным
    образом «общий элементарный характер», который иногда расширялся за счет введения  в  него  изучения  классических  языков.  Следовательно,  «духовными»  они
    были лишь  по форме,  а по  содержанию всегда  оставались общеобразовательными.  Именно  поэтому  в  данные  учебные  заведения  был  открыт  доступ  представителям  других  сословий,  например,  дворянам,  а  дети  духовенства  регулярно
    привлекались из них на государственную службу.
    Что же касается  органов административного управления  духовными  школами, то на местах они подчинялись непосредственно архиерею, а высшее руководство  было  сосредоточено  в  Монастырском  приказе.  Последний,  в  свою  очередь,
    являлся органом не духовной, а светской власти и подчинялся Сенату. В обязанность приказа входило побуждение архиереев к открытию новых школ; наблюдение  за  исполнением  указов  правительства  об  обязательном  обучении  в  архиерейских школах  детей священно- и церковнослужителей; принятие  прошений о
    поступлении их в Московскую славяно-латинскую академию; наблюдение за архиереями, чтобы они не посвящали в  попы и дьяконы неученых, и т. п.  Кроме
    того, Монастырский приказ занимался определением дворянских недорослей в
    архиерейские  школы  «для  науки»,  а  также  вызовом  детей  духовенства  для  обучения  в  другие  ведомства.  В  его  же  функции  входило  определение  на  военную
    службу «ленивых  и не  желавших учиться»18 .
    Однако, в руках Монастырского приказа находились рычаги не только административного  управления,  но  и,  что  более  важно,  финансового.  Материальное
    обеспечение архиерейских школ производилось на специальные церковные средства,  т. е. на  доходы с церковных  вотчин, которыми  распоряжалось светское  ведомство  Монастырского  приказа.  Из  этих  доходов  он  выдавал  на  содержание
    церковных  учреждений только  определенные штатные оклады,  а все  остаточные
    от  них  суммы  направлял  на  указанные  ему  правительством  государственные  и
    общественные нужды,  в числе  которых было и содержание школ. Данное  обстоятельство расставляло все точки в вопросе о подчиненности последних духовному  или  светскому  ведомству  и  делало  их  «не  столько  церковными  и  сословнодуховными,  сколько  государственными  учреждениями,  которыми  правительство
    могло  через  Монастырский  приказ  свободно  распоряжаться  для  своих  общегосударственных  целей»19 .

    24

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Приведенные  выше  факты  свидетельствуют  о  том,  что  у  правительства  не
    было  четкого  плана  организации  духовного  образования  в  государстве.  Именно
    поэтому  его  политика  в  данной  области  не  отличалась  последовательностью,  а
    издававшиеся  законодательные  акты  нередко  противоречили  друг  другу.  Между
    тем грядущая  церковная  реформа  заставила  правительство обратить  самое пристальное внимание на профессиональное образование духовенства и приступить
    к разработке концепции организации системы духовного образования в масштабах  всего  государства.
    Библиографические ссылки
    1

     Владимирский-Буданов М. Ф. Государство и народное образование в России XVIII века. Ярославль, 1874. Ч. 1. С. 99.
    2
     Знаменский П. В. Духовные школы в России до реформы 1808 года. СПб., 2001. С. 21.
    3
     Там же. С. 22.
    4
     Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. 4. № 2186. Далее ПСЗ.
    5
      Руновский  Н.  Очерк  истории  христианского  просвещения  инородцев  Волжско-Камского
    края в связи с историей переводов на их языки до половины  XIX ст. // Симбир. епарх. ведомости.
    1901. № 4. С. 132.
    6
     Владимирский-Буданов М. Ф. Указ. соч. С. 99 — 100.
    7
     ПСЗ. № 2308.
    8
     Знаменский П. В. Указ. соч. С. 23.
    9
     ПСЗ. № 2352.
    10
     Владимирский-Буданов М. Ф. Указ. соч. С. 111 — 112.
    11
     Знаменский П. В. Указ. соч. С. 52.
    12
     См.: Горчаков М. И. Монастырский приказ. СПб., 1868. С. 137.
    13
     ПСЗ. № 3182.
    14
     См.: Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Синода. СПб., 1868.
    Т. 1. С. 667.
    15
     Знаменский П. В. Указ. соч. С. 50.
    16
     Там же. С. 54.
    17
     Там  же.
    18
     Горчаков М. И. Указ. соч. С. 181 — 183.
    19
     Знаменский П. В. Указ. соч. С. 55.

    Поступила 01.10.2013 г.

    25

    Исторические  науки  и  археология

    УДК 339.3.543.9(470.531)„17“
    Т. В. Павлина
    T. V. Pavlina

    ТАМОЖЕННАЯ ПОЛИТИКА И СОСТОЯНИЕ ВНУТРЕННЕЙ
    ТОРГОВЛИ В РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII в.
    (По материалам Коми края)
    CUSTOMS POLICY AND DOMESTIC TRADE IN RUSSIA
    IN THE FIRST HALF OF THE XVIII CENTURY
    (According to Materials of the Komi Region)
    Ключевые слова:  таможенная  политика,  таможенное  обложение,  таможенное  учреждение,  внутренняя  торговля,  иногородний  купец,  местный  купец.
    В статье на основе таможенной документации, а также материалов воеводских канцелярий
    Яренского  и  Пустозерского  уездов  Архангелогородской  губернии  Коми  края  анализируется
    влияние  таможенной  политики  на  состояние  отечественной  внутренней  торговли,  проводимой
    российским  правительством  в  первой  половине  XVIII  в.
    Key words:  customs  policy,  customs  duties,  the  customs  authority,  domestic  trade,  nonresident
    merchant,  local  merchant.
    The influence of customs policy of the Russian government on the situation in national domestic
    trade  in  the  first  half  of  the  XVIII  century  is  analyzed  in  the  article  on  the  basis  of  customs
    documentation  and  materials  of  regional  offices  of  the  Yarensk  and  Pustozyorsk  Uyezds  of  the
    Archangelgorod  Governorate  of  the  Komi  region.

    Осуществление  в  первой  половине  XVIII  в.  масштабных  мероприятий  по
    созданию в России регулярной армии и флота, получению выхода к морям, строительству  новой  столицы  и  укреплению  госаппарата  требовало  значительных
    денежных средств. Важнейшим источником пополнения российской казны в рассматриваемый  период  являлись  доходы  от  таможенной  деятельности,  обеспечивавшей  к середине XVIII  в. около  трети  поступлений  в  бюджет.
    Руководствуясь  идеей  о  «безубыточности»  таможенных  сборов  для  государства  и  их  «бестягостности»  для  населения1,  правительство  до  отмены  внутренних таможен в 1753 г. увеличивало налоговую нагрузку в сфере внутренней торговли.  В дополнение  к пошлинам,  предусмотренным Торговым  уставом  1653  г.,
    был  введен  ряд  новых  сборов:  «поземельный  оброк»  за  продажу  с  возов,  ярмарочный и хомутовый сборы, «привальная» и «отвальная» пошлины с речных судов,  сбор  «за  пристань»  со  строевого  леса,  что  частично  восстановило  мытные
    порядки, отмененные в 1654 г.
    Весь оптовый оборот от продажи до покупки товара для дальнейшей перепродажи  облагался сборами. Так, пошлина бралась не только с продавца, но и
    с  оптовых  покупателей,  перепродававших  товар  в  своих  лавках.  Иногородний
    скупщик,  приобретая  у  крестьян  в  деревнях  сельскохозяйственные  продукты,
    должен  был  заплатить  в  казну  5  %  от  цены  товара  сначала  «за  уездных  продавцов», а затем со своей продажи в городе2 . Льготы при обложении продукции
    ©  Павлина Т. В., 2014

    26

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    собственного производства также способствовали укреплению монополии на уездном  рынке  местного  купечества.
    Введение новых таможенных пошлин вместе с «переоброчкой» уже существовавших сборов первоначально увеличивали доходы казны и решали приоритетные
    задачи  государства,  в  частности,  ведение  успешной  войны  со  Швецией.  Вместе
    с тем уже в 1725 — 1726 гг. в записках «верховников» на имя Екатерины I отмечалось  «слабое  состояние»  отечественной  торговли  и  вред  для  казны  от  ее  сокращения3 .
    Документация первой половины XVIII в. российских внутренних таможенных
    учреждений, отразившая сведения о произведенных торговых операциях, их участниках,  физических  и  стоимостных  характеристиках,  структуре  и  объемах  уплаченных  таможенных  пошлин,  позволяет  оценить  эффективность  проводимой
    правительством в этот период таможенной политики  с точки зрения ее влияния
    на  развитие  отечественной торговли.
    Высказывание  классиков  о  том,  что  «XVIII  век  был  веком  торговли»4 ,  убедительно подтверждается примером Коми края. Укреплению и углублению взаимовыгодных экономических связей региона с другими российскими областями и зарубежьем  способствовало  его  расположение  на  важных  судоходных  и  сухопутных  путях,  расширение  спроса  отечественного  и  иностранного  потребителя  на
    производимую и добываемую здесь продукцию (пушнина, рыба, «земские» товары, соль), рост потребностей местного населения в привозных промышленных изделиях и продовольствии 5 .
    Анализ  документации  таможен  (Яренской,  Усть-Сысольской,  Важгортской,
    Пустозерской,  Усть-Цилемской,  Ижемской),  действовавших  в  рассматриваемый
    период на территории Яренского и Пустозерского уездов Архангелогородской губернии, показывает, что львиную долю поступлений в казну от таможенной деятельности в данном регионе обеспечивали торговые сделки иногородних купцов
    (в данном случае купцов, прибывавших из других уездов).
    Так,  например,  таможенные  сборы,  полученные  в  1730  г.  Усть-Цилемской
    таможней в результате проведенных торговых операций, обеспечили поступление
    85,7  %  таможенных  доходов.  Объясняя  властям  «возникшее  против  окладу  в
    зборе пополнение», местные таможенники указывали на приезжих торговцев, которые  «как  в  лете,  так  и  в  зиме»  прибывали  сюда  «для  продажи  с  хлебными
    припасы и для покупки мяхкой рухляди и рыбы». Для сравнения: поступления от
    сделок  местных  жителей,  освобожденных  от  уплаты  некоторых  пошлин при  отпуске продукции «своего промыслу» (например, «весчей»), составили в этом году
    в  Усть-Цильме  всего  14,3  %*6 .
    Понятно,  что и  невыполнение  установленных  окладов  по  таможенным  сборам  в  местных  таможнях  также  связывалось  с  недостатком  на  уездном  рынке
    приезжих торговцев. Например, объясняя причины случившегося в 1731 г. недобора, служащие Пустозерской таможни сообщили в воеводскую канцелярию, что
    в том году «для покупки  и продажи товаров  из  других городов  купецких  людей

    * Поступления в Усть-Цилемскую таможню от сделок иногородних купцов составили 55 руб.
    90 коп., от местных торговцев — 9 руб. 30 коп.

    Исторические  науки  и  археология

    27

    было  самое  малое  количество»7.  Неслучайно  воеводские  инструкции  того  времени обязывали служащих местных таможен «в проезде купецким людям напрасно
    задержания не чинить», а иногородних торговцев, прибывавших «для покупки каких
    товаров»,  «от  обидящих… защищать под  опасением  немалого  штрафа»8 .
    Впрочем,  эти  покровительственные  меры  не  спасали  приезжих  купцов  от
    финансовых издержек, связанных с таможенным  оформлением, что  иллюстрирует  следующий  типичный  для  того  времени  пример.  Так,  закупив  в  Яренске
    130  пудов  говяжьего  сала  на  77  руб.,  сольвычегодский  купец  П.  Костромин  заплатил 27 апреля 1741 г. в местной таможне сначала с явки денег по 2,5 коп. с рубля
    (1 руб. 95 коп.), затем «за продавцов» уже по 5 коп. с рубля (3 руб. 90 коп.). С суммы  названных  пошлин  (5  руб.  85  коп.)  было  взято  перекупных  по  1,5  деньги  с
    рубля (58,5 коп.). Полученные в итоге 6 руб. 43,5 коп. были обложены вновьприбавочной пошлиной по 10 коп. с рубля (64,5 коп.). Кроме того, с веса товара было взято весчей пошлины по 1 деньге с пуда (65 коп.). Со всего пошлинного платежа были уплачены «указные на росходы» — 11  3/4 коп. В итоге в казну пошло
    7 руб. 84  3 /4  коп., или 10,1 % от цены сделки 9 .
    Аналогичные платежи (кроме сборов с явки денег и «за продавцов») ожидали П.  Костромина и при  перепродаже сала. По подсчетам известного  экономиста того времени И. Т. Посошкова, сумма пошлин при скупке и перепродаже сельскохозяйственных  продуктов  достигала  15  %  от  цены  товара  (вместо  положенных 5 %). Эту «многократность взиманий» при переходе товара из рук в руки  он  считал  основным  недостатком  существовавшей  системы  таможенного
    обложения* .
    Применительно к Коми краю ситуация осложнялась дальними расстояниями**,
    требовавшими значительных расходов на транспортировку товара, обеспечение его
    сохранности, питание и проживание в пути. Поэтому все эти затраты закладывались в цену товара в  месте его продажи.  Так, например, закупленная в Пустозерском уезде рыба  сиг по цене от 2 руб. 30 коп. до 3 руб. за бочку весом  15 —  17  пудов  продавалась  в Новом  Усолье  и  Соли Камской  уже  по  5  —  7  и  более  рублей
    за бочку,  а на  Спасской Красноборской  ярмарке — по  50 —  55 коп. за пуд 10 .
    Для сокращения издержек иногородние торговцы, заинтересованные в приобретении  на  территории  края  промысловой  продукции,  практиковали  встречные
    сделки, используя для закупок «товарные» деньги, вырученные от продажи востребованных у местного населения привозных товаров. Особенно характерными
    они были для Пустозерского уезда.   В 1730 г., например,  яренские, чердынские  и
    соликамские купцы закупили в Усть-Цильме 49  бочек соленой  и 37 пудов  сушеной рыбы на деньги, вырученные от продажи в слободке 2 046 пудов ржи и муки
    ржаной11.
    *  В  изданной  в  1724  г.  «Книге  о скудости  и  богатстве»  И.  Т.  Посошков  предлагал  удвоить
    размер пошлины до 10 %, но взимать ее лишь «единожды» (см.: Кафенгауз Б. Б. Очерки внутреннего рынка России I половины XVIII века : (По материалам внутренних таможен). М., 1958.
    С. 28).
    **   Согласно  «Поверстной  и  указной  книге  Ямского  приказа»,  расстояние  от  Москвы  до
    Яренска составляло 1 145 верст, до Пустозерска — 3 270 верст (см.: Шипилов А. В. Торговля,
    транспорт и связь в России первой половины XVIII века. Воронеж, 2008. С. 216).

    28

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Однако на практике самые выверенные  коммерческие  планы могли  сорваться  из-за  неблагоприятных  погодных  и  транспортных  условий.  Неоднократно  в
    таможнях  Коми  края  в  описываемое  время  отмечались  факты  отмены  торговых
    поездок  «за  бездорожицею»,  а  также  явки  товаров,  пострадавших  от  непогоды
    при транспортировке  к месту  торга («затхлой  и  подмоклой» муки,  «от мокроты
    слежалого и затхлого хмеля», «драной и прелой» пушнины и проч.)12 , что отражалось на  стоимости и размере  прибыли торговца.
    Не исключено, что ожидаемой от сделки прибыли вообще могло не последовать вследствие неблагоприятной коммерческой конъюнктуры, как это произошло,  например,  с  архангелогородцем  А.  Латешевым,  купившим  в  Ижме  в  декабре  1740  г.  45  пудов соленого  сига.  Выданная 25  мая  1741 г.  на его  имя  таможенная выписка свидетельствовала, что данная рыба «у  города Архангелского и
    поныне не в продаже» (спустя полгода после покупки!). Аналогичные выписки
    неоднократно  получали  в рассматриваемое  время в  Архангельской,  Московской
    Большой  и  других  таможнях  московские,  мезенские,  кеврольские,  пинежские  и
    архангельские купцы, привозившие на продажу пушнину и рыбу из Пустозерского
    уезда 13 .
    Проторговавшиеся вследствие этого купцы на долгие годы становились должниками  таможенных  учреждений.  Так,  например,  в  делах  Архангелогородской
    внутренней таможни за 1728 г. хранятся именные списки русских купцов с перечислением их недоимок по таможенным платежам с 1711 по 1719 г. 14  Застраховывая  себя  от  возможных  рисков  такого  плана,  иногородние  торговцы  сокращали масштабы торговых операций и свое участие в них.
    Как  показывают  материалы  таможенного  делопроизводства,  при  заметном
    возрастании спроса на местные товары на российских рынках и расширении их
    географии круг участников торговли на территории Коми края оставался практически неизменным. Наиболее частыми иногородними продавцами и покупателями выступали жители близлежащих населенных пунктов. Так, например, в Яренском  уезде  это  были  торговцы  из  Соли  Вычегодской,  Лальска  и  Устюга.  Купцы
    из  других,  особенно  крупных  городов,  появлялись  здесь  значительно  реже.  Довольно часто в местных таможнях от их имени предъявлялись небольшие партии
    привозных товаров, «осталых за упродажею» на иных, более привлекательных в
    плане транспортной доступности, торговых мероприятиях 15 .
    В то же время операции на крупные суммы для иногородних купцов были
    сравнительно редкими. Перечислим наиболее известные крупные сделки с участием приезжих купцов, зафиксированные местными таможнями. Например, на
    1  тыс.  руб.  закупил  пушнины  в  Усть-Сысольске  в  декабре  1750  г.  московский
    купец  М.  Грязнов.  Еще  один  москвич  Л.  Карнаухов  в  1726  г.  вывез  из  Пустозерска 1 242 пуда семги на 745 руб. Купец из Лальска С. Пестовский дважды в
    1724  г.  закупал  в  Яренске  партии  мехов  в  количестве  60 тыс.  белок  на  сумму
    837  тыс.  руб.  каждая16 .
    Для сравнения приведем данные из  таможенной документации, связанные с
    деятельностью одного  из местных купцов,  —  яренчанина  А. Осколкова.  В  частности, только 27 и 30 декабря 1751 г. в Усть-Сысольской и Яренской таможнях им
    были предъявлены для отправки в Москву и Севск три партии товара в количестве
    63 780 белок, 3 660 горностаев и 80 норок на общую сумму 3 051 руб. 20 коп.17

    Исторические  науки  и  археология

    29

    Местные торговцы, пользовавшиеся таможенными привилегиями при отпуске  продукции  «своего  промыслу»  и  скупке  товаров  в  своем  уезде,  удерживали
    первенство  на  уездном  рынке  как  по  суммам  совершаемых  торговых  сделок,
    так  и по  количественному в  них  участию. Прежде  всего, вышесказанное  относилось к яренским купцам, накопившим значительный первоначальный капитал
    благодаря  активному участию в посреднической торговле с Сибирью в XVII в.
    Так, именно на них приходилось более трети всех зарегистрированных в 1722 г.
    торговых  операций  на  яренском  рынке  и  36,1  %  всех  совершенных  таможенных явок18 .
    Такому  положению  дел  способствовали  и  реализуемые  правительством  в
    начале  20-х  гг.  XVIII  в.  меры  по  ограничению  крестьянской  торговли  и  выдвижению в качестве основных фигур на рынках страны представителей посада.
    О воздействии данных мер на социальный  состав торговавших на рынках Коми
    края можно судить по данным таможенных книг Яренской таможни. Так, если в
    1722 г. в них зафиксировано в роли торговавших на яренском рынке 47 иногородних крестьян (или более  1/4   от общего  числа  клиентов таможни), то  в 1724 г.  —
    ни одного. Число же местных крестьян, отмеченных в 1724 г. на рынке уездного
    центра,  было  меньше  аналогичных показателей  1722 г.  почти  в  4  раза,  а  совершенных ими явок в таможне — почти в 6 раз. Удельный вес данной категории в
    общем  количестве  торговавших  на  яренском  рынке  снизился  за  два  года  с  17,0
    до 4,5 %, а по числу произведенных явок  в таможне — с 18,6 до 3,3 % 19 .
    Важно  отметить,  что  обладавшие  привилегиями  на  уездном  рынке  местные
    купцы оказывались в противоположной, с  точки зрения таможенного обложения,
    ситуации  при  проведении  торговых  сделок  за  пределами  своего  уезда.  Не  все  из
    них обладали средствами, необходимыми для оплаты таможенных пошлин и иных
    затрат, сопровождавших отдаленные коммерческие поездки, а значит, могли решиться  на  них.  В  наибольшей  степени  это  относится  к  жителям  Пустозерского  уезда,
    не владевшим значительным торговым капиталом, как, например, яренские купцы. Недостаток оборотных средств вынуждал их даже в условиях льготного таможенного обложения продукции «своего промысла» уступать торговлю востребованными местными товарами в центре и на юге страны иногородним торговцам.
    Подтвержают данный вывод оборотные выписки российских таможен на отпущенные из Пустозерска в 1740 — 1741  гг. товары.  Как показывает  их анализ,
    73 из 99 вывезенных и реализованных за пределами Пустозерского уезда партий
    товара принадлежало иногородним жителям, в том числе в населенных пунктах
    с  самыми  высокими  объемами  продаж:  Москве,  Соли  Камской,  Новом  Усолье,
    Курске  и  Устюге.  В  Москве,  где  реализовывало  продукцию  наибольшее  количество  всех  участников  пустозерской  торговли,  местные  товары  представляли
    15 иногородних купцов и всего 6 жителей уезда *. Вырученные деньги вкладывались в последующие операции, что позволяло иногородним торговцам играть

    * С декабря 1740 г. по декабрь 1741 г. в 18 населенных пунктах было реализовано 16 758 пудов рыбы, 12 911 мехов песца, лисы, горностая и волка, 35 пудов пера куропатки, привезенных
    из  Пустозерска. В Москве товар предъявили 5 пинежан, 3 москвича, 3 мезенца, 2 яренчанина,
    1 архангелогородец, 1 кевролец (РГАДА. Ф. 829. Оп. 1. Д. 1507. Л. 2 — 48, 98 —113).

    30

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    ведущую  роль  и  в  обеспечении  населения  Пустозерского  уезда  продовольствием.  Так,  из  19  купцов,  поставлявших  хлеб  в  Пустозерск  в  1741  г.,  16  являлись
    жителями  Соли  Камской,  Чердыни,  Яренска  и  Нового  Усолья * .
    Торговые  обороты  местных  купцов  не  позволяли  им  вести  такие  масштабные  операции,  а  значит,  и  приумножать  свой  капитал.  По  данным  таможенной
    документации,  суммы  торговых  сделок,  совершаемых  жителями  Пустозерского
    уезда  в  описываемое  время,  редко  превышали  100  руб.,  чаще  всего  колеблясь  в
    пределах 10 —  30 руб. **
    Дополняют  представление  о  торговых  оборотах  местных  купцов  о  «складных» операциях с их участием на Архангелогородской ярмарке в 1710 г. сведения В. Н. Захарова. Чтобы приобрести у иностранцев солидную партию товара,
    сообщает историк, местные купцы объединяли свои средства с компаньонами из
    Соли Вычегодской, Великого Устюга и Усолья. Так, компания из 8 торговцев закупила таким образом партию свинца у англичанина Г. Варда, 14 купцов — несколько  бочек  деревянного  масла  у  голландца  И.  Ферколена.  При  этом  суммы
    сделок  не  превышали  100  руб. 20
    Однако ни этот, ни другие способы сокращения издержек не могли гарантировать купцу  коммерческий  успех его  сделки  и  тем более  освободить  его  от  выполнения обязательств  перед казной.  В вышеупоминавшемся  списке  должников
    Архангелогородской  таможни  за  1728  г.  значатся  среди  прочих  более  40  жителей Яренского и Пустозерского уездов, за которыми числилось 293 руб. 33 коп.
    таможенной недоимки за период с 1711 по 1719 г. Не избежали участи должников даже такие состоятельные торговцы, как Шангины и Осколковы. В частности, за С. Шангиным числилось 64 руб. 58,5 коп. недоимки 21 .
    Должниками  казны  становились  также  купцы,  вовремя  не  поставившие  в
    таможню  оборотную  таможенную  выписку,  регистрировавшую  отпуск  товара  и
    подтверждавшую оплату в месте продажи товара таможенных пошлин. Нарушение сроков поставки выписок купцы объясняли «далним разстоянием и …неимением почты и попутных ездоков». Однако эти причины не всегда удовлетворяли
    надзирающие органы. Так, согласно квитанции Яренской воеводской канцелярии
    от  26 марта  1741 г.,  по итогам  следствия «за  непоставку платежных  выписей»
    в Яренскую таможню в 1740 г. было взыскано с трех «купецких людей» 5 руб.
    77  коп.  Примечательно,  что  штраф  в  императорскую  казну  за  купцов  платил
    вышеупомянутый А.  Осколков,  возглавлявший  в это  время названную таможню
    и в силу этого материально отвечавший за  все «неисправности»*** .

    *  7 164 пуда муки и  крупы ржаной, овсяной, ячменной и пшеничной, 16 пудов  толокна, 1 пуд пряников ввезли в Пустозерск 6 жителей Соли Камской, 6 — Чердыни, 3 — Пустозерска, 2 — Яренска, 1 — Нового Усолья, 1 — Усть-Цильмы (РГАДА. Ф. 829. Оп. 1. Д. 1507.
    Л. 82 — 97).
    ** Самая крупная из известных сделок на сумму 193 руб. была зафиксирована в Устюжской
    таможне в марте 1741 г. на имя пустозерца Д. Сумарокова (РГАДА. Ф. 829. Оп. 1. Д. 1503. Л. 3 —
    15; Д.1504. Л. 12 — 31; Д. 1505. Л. 2 — 17; Д.1507. Л. 5 — 106).
    *** Штраф за непоставку выписок взыскивался с яренчан В. Серебряникова и А. Сенюкова,
    а также «вице-президента Ильи Исаева со служителя» М. Попова (РГАДА. Ф. 829. Оп. 1. Д. 1981.
    Л. 1; Ф. 609. Оп. 1. Д. 359. Л. 4 об., 15, 20 об., 43 ; Оп. 3. Д. 48. Л. 5 об., 6).

    Исторические  науки  и  археология

    31

    Поясним, что монопольное положение на уездном рынке местные купцы компенсировали  государству  безвозмездной  службой  в  таможенных  учреждениях
    региона.  Эти  «казенные  службы,  осуществляемые  без  какого-либо  вознаграждения,  часто  и  надолго  отрывавшие  купцов от  их  хозяйства, сопровождавшиеся…
    неожиданными материальными издержками, — комментирует историк Н. В. Козлова, — наносили значительный урон торгам и промыслам купцов…, сдерживали накопление купеческих капиталов»22 . Отсутствие заинтересованности у персонала таможенных учреждений порождало множество злоупотреблений в таможенной сфере.
    Со  второго  десятилетия  XVIII  в.  доход  российской  казны  от  восстановленных и вновь введенных в начале века таможенных пошлин резко упал, а их взимание  сопровождалось  постоянно  возраставшей  недоимкой 23.  Становилось  очевидным, что проводившаяся в сфере внутренней торговли таможенная политика
    не отвечала более ни потребностям экономического развития страны, ни фискальным интересам абсолютной монархии. Внутренние таможенные ограничения усугубляли замкнутость российских регионов, затрудняли экономические связи между
    ними, препятствовали свободному накоплению купеческих капиталов, провоцировали  рост  цен  и разорение  населения,  что  приводило  к  снижению  его  торговой
    активности, сокращению  товарооборота  и,  как следствие,  доходов  казны.  Разрешить  данные  проблемы  удалось  в  ходе  таможенной  реформы  1753  —  1754  гг.,
    упразднившей внутренние таможенные пошлины и взимавшие их учреждения.
    Библиографические ссылки
    1
     См.: Троицкий С. М. Финансовая политика русского абсолютизма в XVIII веке. М., 1966.
    С. 53, 178, 214.
    2
     См.:  Кафенгауз Б.  Б.  Очерки внутреннего  рынка России  I  половины XVIII  века :  (По  материалам внутренних таможен). М., 1958. С. 24.
    3
     См.: Троицкий С. М. Указ. соч. С. 179, 191 — 192.
    4
     Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения : в 39 т. М., 1845 — апр. 1847. Т. 3. С. 59.
    5
     Подробнее об этом см.: Павлина Т. В. Торговые связи Коми края в 20 — 40-е годы XVIII века  :  (По  материалам  таможенного  делопроизводства)  //  Торговля,  купечество  и  таможенное  дело в России в XVI — XIX вв. : сб. материалов 2-й Междунар. науч. конф. (Курск, 2009). Курск,
    2009. С. 187 — 192.
    6
     РГАДА. Ф.829. Оп. 1. Д. 1818. Л. 1 — 14об. ; ГААО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1597. Л. 7 об., 8.
    7
     РГАДА. Ф.829. Оп. 1. Д. 1500. Л. 31.
    8
     Там же. Оп. 1. Д. 249. Л. 3 об.; Д. 1983. Л. 4; Ф. 609. Оп. 3. Д. 19. Л. 3 об.
    9
     Там же. Оп. 1. Д. 1984. Л. 14.
    10
     Там же. Оп. 1. Д. 1504. Л. 21, 21 об.; Д. 1505. Л. 1 — 1 об., 4 — 5 об.; Д. 1507. Л. 20.
    11
     Там же. Д. 1818. Л. 4 об., 5 об., 6., 6 об., 8, 9 об. — 10.
    12
     Там же. Ф. 273. Оп. 1. Д. 32879. Л. 21 — 21 об., 64, 68 ; Д. 32880. Л. 20 об., 39, 55, 56, 62 об. —
    63 об., 65, 66 ; Ф. 829. Оп. 1. Д. 1818. Л. 8.
    13
     Там же. Ф. 829. Оп. 1. Д. 1504. Л. 11, 13, 29, 32 ; Д. 1505. Л. 13, 14, 15; Д. 1507. Л. 15, 16, 40, 44,
    47, 98, 99, 101, 113 об.
    14
     ГААО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 237. Л. 1 — 142.
    15
     РГАДА. Ф. 273. Оп. 1. Д. 32879. Л. 7 об. — 9, 29 об., 58 об., 60 об.; Д. 32880. Л. 5 — 5 об., 7 —
    7 об., 11 об., 14 — 14 об., 17 — 19, 46 — 46 об., 64.
    16
     Там же. Ф. 609. Оп. 1. Д. 359. Л. 4; Ф. 273. Оп. 1. Д. 32880. Л. 40 об., 41 об. ; История Коми
    с древнейших времен до конца ХХ века. Сыктывкар, 2004. Т. 1. С. 245.

    32

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    17

     РГАДА. Ф. 609. Оп. 1. Д. 359. Л. 20 — 20 об.
     Там же. Ф. 273. Оп. 1. Д. 32879. Л. 4, 9, 9 об., 12 об. — 21 об., 23 — 25, 30 об., 32, 33 — 37об.,
    38 об. — 43, 44 — 45 об., 51 об., 53 об. — 55 об., 61 об., 66 — 69.
    19
     Там же. Л. 4, 5 — 6, 7, 8 об., 10, 13 об., 15 об., 22 об., 25 — 31 об., 43 об., 45 об. — 49 об.,
    51 — 53 об., 56, 57 об., 60 — 60 об., 63 об. — 65 об.; Д. 32880. Л. 4 об., 5, 12 об —13 об., 21 — 31 об.,
    38 об., 40, 51 об.
    20
     См.: Захаров В. Н. Западноевропейские купцы в России : Эпоха Петра I. М., 1996. С. 121.
    21
     ГААО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 237. Л. 75 — 77 об., 106 об. — 107.
    22
     Козлова Н. В. Российский абсолютизм и купечество в XVIII веке (20-е — начало 60-х годов). М., 1999. С. 263.
    23
     См.: Троицкий С. М. Указ. соч. С. 191 — 192.
    18

    Поступила 23.10.2013 г.

    УДК 334.716.4(470.31)„17“
    Г. С. Цыганкин
    G. S. Tsygankin

    ОСНОВНЫЕ СТРУКТУРООБРАЗУЮЩИЕ ЭЛЕМЕНТЫ
    ЗАВОДСКОЙ УСАДЬБЫ ЗАМОСКОВНОГО ГОРНОГО ОКРУГА
    КОНЦА XVIII — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в.
    MAIN STRUCTURAL ELEMENTS OF THE FACTORY HOMESTEAD
    OF THE ZAMOSKOVNY MINING DISTRICT IN THE LATE
    XVIII — THE FIRST HALF OF THE XIX CENTURY
    Ключевые слова:  заводская  усадьба,  заводская  архитектура,  Замосковный  горный  округ.
    В статье на основе архивных источников описываются структурообразующие компоненты
    заводских  усадеб,  характерные  для  Замосковного  горного  округа  первой  половины  XIX  в.
    Key words:  factory  homestead,  factory  architecture,  Zamoskovny  mining  district.
    Structural  components  of  factory  homesteads,  which  were  typical  for  the  Zamoskovny  mining
    district of the first half of the XIX century, are described in the article on the basis of archival sources.

    Вопрос  о  границах  заводской  усадьбы  Замосковного  горного  округа  до  сих
    пор остается дискуссионным. В силу особенностей формирования заводских усадеб  —  неотъемлемой  части  металлургических  предприятий,  мы  считаем  необходимым  рассматривать  их  в  качестве  единого  усадебно-промышленного  комплекса. Именно наличие  строений, относящихся к заводской инфраструктуре,  делает  заводскую  усадьбу  уникальным  социально-культурным  явлением.
    Рассмотрим  подробнее  структурообразующие  элементы  усадебно-промышленного  комплекса.  Его основу составлял  заводской пруд,  имевший значение  не
    только функционально-энергетического центра, но и архитектурной доминанты,
    ©  Цыганкин Г. С., 2014

    33

    Исторические  науки  и  археология

    определявшей размещение практически всех сооружений, построек и зданий. По
    мнению  А. М. Дубодела,  именно  заводская  плотина  являлась  главным  композиционным  элементом  заводской  застройки,  которому  подчинялось  значительное  количество зданий  и  сооружений 1.  Это  было  связано  с  тем,  что  доминирующим  видом энергии  в начале  XIX  в. продолжала  оставаться энергия  воды.
    Металлургический  завод  с  водоводными  устройствами,  плотина  и  прилегавшая к ним часть пруда составляли функциональное и архитектурно-формирующее ядро усадебно-промышленного комплекса, а также определяли планировочную  и объемно-пространственную композицию заводского  поселения
    в  целом.
    Ось заводской плотины и ось реки с прудом находились в основе построения
    многих заводов-поместий.  Так,  например,  на  планах  Гусевского,  Выксунского  и
    Верхнеунженского заводов (рис. 1, 2, 3) прослеживается много общего в их планировке. Практически всегда ось заводской плотины совпадала с основной магистралью, а  ось реки  и пруда, включая  элементы природного  ландшафта, отвечала направлению территориального развития поселения.
    Постройки  и  сооружения  промышленного  назначения  находились  в  одном
    комплексе, причем наиболее важные из них (доменная печь, молотовые фабрики, механизированные мастерские и др.) располагались на плотине, либо ниже ее,

    4
    5

    1

    2
    3

    1. Пруд
    2. Плотина
    3. Заводские строения
    4. Господский двор
    5. Церковь

    Рис. 1. Генеральный план  Гусевского завода начала  XIX в.

    34

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    1
    2
    1
    1

    1  —  Пруд
    2 — Плотина

    Рис. 2. План Выксунского завода начала XIX в.

    14

    14

    13
    12
    14

    11
    9
    8
    3 7

    4
    1

    10

    2
    5
    6

    14
    14

    14

    14

    14

    Рис. 3. План Верхнеунженского завода в начале XIX в.

    1.  Пруд
    2. Плотина
    3. Домна
    4.  Сторожка
    5. Кузница
    6. Хлебный магазин
    7. Угольный  сарай
    8.  Молотовая
    9. Госпиталь
    10. Амбар для хранения  чугуна
    11.  Контора
    12. Господский дом
    13. Служительский
    амбар
    14. Рабочие слободы

    Исторические  науки  и  археология

    35

    на одном или обоих берегах реки. Уровень площадки завода в этом случае был
    ниже уровня воды в пруду в среднем на 5 м. Этот принцип взаимосвязи плотин
    и заводов являлся основным и характеризовал устойчивый тип организации производства 2 .
    Однако встречались и иные варианты размещения промышленных построек. Так, на знаменитом Тульском оружейном заводе, находившемся на острове,
    система гидротехнических устройств представляла более сложную комбинацию
    из  прудов,  каналов  и  шлюзов.  Площадка  этого  завода  была  приподнята  над
    прудом и укреплена земляным валом, планировочно обособляясь от жилых образований  Тулы  —  города-крепости  и  Демидовского  завода,  расположенного
    традиционно.  При  дальнейшем  развитии  оружейного  завода  предполагалось
    дополнительное  строительство  еще  одной  плотины  (в  створе  улицы  вдоль  стены кремля) и широкого, параллельного  ей канала для спуска воды, объединявших бассейн р. Упы и Тулицы и соединявших производственные площади в единый комплекс3 .
    Возведение  главных  цехов  непосредственно  у  плотины  привело  к  тому,  что
    они оказались в центре визуального восприятия поселения и в силу своих относительно больших размеров возвышались над близлежавшими жилыми домами.
    Дом  заводовладельца,  административные,  культовые,  торговые  здания,  составлявшие  основу  жилой структуры  усадебно-промышленного  комплекса,  как
    правило, совмещались со входом на завод и находились на предзаводских площадях, которые изначально служили функциональным целям 4 . Предзаводские
    площади, как правило, размещались у плотины, близ основных цехов завода.
    В результате производственные цехи, пруды,  плотины и водопроводные  сооружения органически включались в архитектурно-пространственную структуру усадебного  комплекса.  Они  предопределяли  направление  уличной  сети,  размещение центра, пространственную организацию застройки, формирование окружавшего  ландшафта 5 .
    Группировка  зданий  на  площади  подчинялась  периметру.  Более  жесткой  и
    массивной  была  заводская  сторона  —  с  разными  объемами  цехов,  следовавших друг за другом. К ним примыкала контора, которая в рамках Замосковного
    горного округа нередко шла в комплексе с постройками, примыкавшими к господскому  дому,  располагавшемуся  на  стыковой  или  противоположной  заводу
    стороне. В источниках данный комплекс рассматривается как господский двор.
    Церковь  занимала  на  площади  островное  положение,  что  смягчало  переход  от
    регулярной застройки к живописным берегам пруда. Подобная конфигурация пространственного расположение построек была относительно постоянной, но в некоторых поселениях с развитыми административными функциями она дополнялась другими  строениями или распределялась  функциональным зонированием
    центра.
    При одинаковых составляющих центра (производственные цеха, контора, господский дом, церковь) схема каждого поселения была индивидуальной. Причин
    тому много: это  и природа, и конкретная  ситуация, и расстановка зданий  и их
    облик.
    В  качестве  примера  рассмотрим  структуру  одного  из  значительных  усадебно-промышленных  комплексов  Замосковного  горного  округа  —  Гусевского

    36

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    завода. Он был основан крупными промышленниками братьями Иваном и Андреем Баташевыми, происходившими из кузнецов Тульской оружейной слободы.
    В  1758  г.  они  купили  во  Владимерском  уезде,  около  д.  Веркутец,  большую  лесную  дачу  за  9  тыс.  руб.  Вместе  с  землей  на  заводском  праве  была  приобретена
    241  душа  мужского  пола  крестьян  с  женами  и  детьми. В  следующем  году  здесь
    от запруды речек Гуся, Курмы и Колпи возник огромный пруд и построен Гусевский завод с 1 мощной домной, 9 действующими и 9 запасными молотами 6 .
    Согласно  архивным  данным,  Гусевский  завод  включал  в  себя  следующие
    архитектурные  элементы:
    — комплекс заводских строений (домна, молотовая, различные производственные  цеха);
    — 1 господский двор с хозяйственными постройками, конторой, заводской аптекой, зимним садом и оранжереей;
    —  1  гостиница  со  всем  имуществом;
    — 1 здание полиции;
    — 1 церковь;
    —  заводская  церковная  площадь  с  деревянными  лавками,  состоявшими  в  5  отдельных связях,  крытыми тесом, каждая длиной 5  1 /2  сажени и шириной 2  1 /2   аршина;
    — 1 дом, занятый под госпиталь;
    —  278  обыкновенных  домов,  крытых  тесом,  в  каждом  из  которых  могло
    поместиться  одно  семейство  мастеровых.  Дом  состоял  из  одной  избы  с  переборкой  или  без  нее,  с  русской  печью  и  пристроенными  к  ней  сенями  с  чуланом; с надворными строениями: погребом, амбаром, клетью с сушилом, иногда
    с  баней;
    — 75 домов, выстроенных связью, крытых тесом под одной крышей с двумя
    жилыми избами, разделенными в середине сенями для проживания двух и более
    семейств.  В  середине  каждой избы  находились  отдельные  чуланы.  Внутреннее
    и  надворное  устройство  таких  домов  и  изб  имело  сходное  строение  с  односемейными домами, только было рассчитано на несколько семей и занимало бльшую площадь;
    — 19 домов, занимаемых заводскими служащими, крытых тесом, выстроенных связью под одну крышу (с одной стороны — изба с русской печью, с другой — горница с голландкой-печью), разделенных внутри сенями с чуланами. Избы
    и горницы иногда перегораживались перегородками; надворные строения различались  в зависимости  от количества  скотины;
    —  3  дома  по  одной  избе  с  сенями  в  каждом,  крытых  тесом,  с  надворными
    строениями;
    —  4  каменных  дома,  занимаемых  заводскими  мастеровыми,  крытых  железом, выстроенных связью под одну крышу длиной 8  1 /2  сажени, шириной от 4 до
    6 саженей  и  высотой  2 сажени,  такого же устройства,  как  и  деревянные;
    — 2 кирпичных дома, крытых тесом, с одной избой, такой же планировки, как
    и деревянные, с аналогичными надворными строениями;
    — 15 (в основном кирпичных) общественных бань, крытых железом, без труб,
    для  мастеровых  обоего  пола,  состоявших  из  4  отделений,  разделенных  кирпичными стенами с предбанниками под одной крышей длиной 10 саженей 7 .

    Исторические  науки  и  археология

    37

    Заводские  строения  и  господский  двор  с  конторой  и  церковью  составляли
    единый усадебно-промышленный комплекс, центральный элемент всего  заводского поселения (см. рис. 1). Господский двор был окружен кирпичной стеной
    и разделен продольными корпусами на четыре двора. В первом дворе находился большой господский дом с флигелями. По левую сторону от него стоял  кирпичный флигель, занимаемый заводской аптекой длиной 25 м,  шириной 8  и
    высотой 5 м. За аптечным корпусом находился кирпичный угловой флигель под
    одной крышей с подвалами или выходами внизу. В длину он составлял 54 м,
    в  ширину  8,  в  высоту  6  м;  крыша,  как  и  у  аптеки,  была  крыта  белым  железом.  В  этом  флигеле  находилась  контора,  в  которую  заходили  через  каменное
    крыльцо.
    За  конторой  к  каменной  ограде  была  пристроена  деревянная  погребица  с
    каменным погребом длиной  8 м и шириной  9 м, крытая тесом;  дверь  деревянная  на  петлях  с  внутренним  замком.  За  дверью  находились  большие  створчатые железные ворота, по обеим сторонам от них — кирпичные сторожки, крытые  листовым  железом;  в  одной  из  них  стояла  печь,  в  другой  —  деревянные
    окна с железными решетками и стеклянной рамой, лестница с 9 чугунными порогами.  От  сторожек  шла  каменная  ограда  с  кирпичными  столбами  и  железными решетками длиной 44 м. Внизу под оградой — 5 выходов с кирпичными
    сводами.
    За оградой находился корпус длиной 52 м, шириной 9 и высотой 8 м с 4 комнатами.  В  1-й  помещалась  библиотека,  во  2-й  —  ключническая  кладовая,  в  3-й  —
    принадлежности для письмоводства ключника, в 4-й — заводской архив. Внутри
    двора к корпусу  была пристроена кирпичная кухня  с 3 комнатами длиной  12 м,
    шириной  9  и  высотой  4  м.  Кроме  этих  комнат  имелась  еще  одна  с  кирпичным
    горном для переплавки  медных  вещей.
    Во  втором  дворе,  начиная  от  флигеля  с  правой  стороны,  стоял  кирпичный
    двухэтажный корпус, крытый белым железом, в котором размещались конюшни.
    Длина его составляла 62 м, ширина 10 и высота 12 м. На нижнем этаже находилось  6  жилых комнат  и  сени  с  7 разными  чуланами,  перегороженными  деревянными перегородками; кроме этого корпус вмещал 6 русских печей с чугунными  шесточными досками и брусками. Над  конюшней располагались 4  сушила  и
    3 жилые комнаты с сенями, в них — 3 русские печи с принадлежностями, 3 окна с решетками  и 5 без решеток  со стеклянными рамами, 5  дверей на железных
    петлях.  К  комнатам  и  конюшням  была  пристроена  деревянная  галерея  на  кирпичных столбах, за корпусом находились деревянные ворота на железных петлях
    для  проезда  в  сад.
    В этом же дворе на лицевой стороне к пруду располагался кирпичный двухэтажный  корпус,  крытый  белым  листовым  железом,  длиной 76  м,  шириной  9  и
    высотой  8  м.  Под  ним  находились  подвалы  со  сводами,  кладовая  для  хранения
    стекол.  Верхний  этаж  занимали  2  отштукатуренные  слесарные  комнаты,  2  кладовые  со  слесарным инструментом;  здесь же  — кузнечный горн,  2  голландские
    печи  с принадлежностями.  В том  же корпусе  размещалась ключническая  кладовая,  в  которой  хранились  всевозможные  деревянные  заготовки.
    Далее располагалась кузница с 2 кирпичными горнами и принадлежностями
    для слесарного  цеха.  За ней следовала  кладовая,  в  которой  хранилось  железо

    38

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    для  слесарной.  Рядом  находились  4  комнаты  с  сенями  с  деревянными  перегородками.
    Внутри двора к корпусу была пристроена деревянная галерея. За ней шел еще
    один кирпичный двухэтажный корпус  длиной 28 м, шириной 10 и высотой 6 м.
    Нижний этаж занимало плотничное помещение для приготовления различных лесов, с русской печью, деревянной дверью, окном с железной решеткой и стеклянной рамой.  На верхнем этаже  находилась  меховая с  2  отделениями  и чуланами;
    помещение  имело  18  окон  без  решеток  со  стеклянными  рамами,  6  деревянных
    дверей,  при  нем  были  ворота  на  железных  петлях,  за  которыми  находился  кирпичный  каретный  сарай  длиной  44  м,  шириной  10  и  высотой  6  м.  В  сарае  для
    конюхов была устроена кирпичная избушка с деревянным чуланом и русской печью с  принадлежностями, дверь  со  внутренним замком.
    В  этом  же  дворе  располагался  деревянный  хлебный  амбар  с  3  отделами,  с
    въездным деревянным мостом длиной 23 м. Сзади амбара — деревянный сарай,
    крытый тесом, длиной 22 м, шириной 4 и высотой 2 м, деревянная дверь на железных петлях.
    Третий  двор  назывался  Конным,  на  его  территории  находились  кирпичные
    конюшни длиной 90 м, шириной 7 и высотой 3 м. Вдоль конюшен на кирпичных
    столбах  стоял сарай,  в  середине конюшен  —  кирпичная  колонча  с  2 въездными
    воротами.  В  этом  же  дворе  на  лицевой  стороне  к  пруду  находился  кирпичный
    корпус длиной 96 м, шириной 13 и высотой 4 м. Он вмещал 20 отштукатуренных
    комнат,  из  которых 2  занимала  заводская  школа.
    Во дворе стояла изба для конюхов, разделенная на две половины, с 2 чуланами.  Среди  двора  располагались  различные  вспомогательные  постройки  для  обслуживания конюшен, среди них 2 кирпичные с высокими трубами печи для нагрева в зимнее время воды, комплекс подсобных строений для хранения различного  имущества.
    Четвертый  двор назывался  Починным.  Здесь  осуществлялась основная  работа по  ремонту телег, повозок, саней и прочих принадлежностей. На лицевой
    стороне к пруду находился кирпичный корпус длиной 50 м, шириной 8 и высотой
    3 м, внутри него был устроен амбар с кирпичными сводами и железными воротами для хранения деревянных изделий  и экипажа; колесная фабрика, бочкарная  изба  с  сенями,  красильная  и  обойная  избы.  Среди  двора  располагался  деревянный амбар на каменных столбах с въездным деревянным мостом для хранения зерна 8 .
    Таким  образом,  дом  заводовладельца  состоял  в  едином  комплексе  с  разнообразными хозяйственными постройками, направленными на поддержание определенного  образа  жизни  его  владельца. В  свою  очередь,  господский  двор,  находившийся  на  предзаводской  площади,  был  тесно  связан  со  всеми  окружавшими  его
    постройками,  включенными в инфраструктуру заводского поселения,  образуя при
    этом единый  усадебно-промышленный комплекс.
    На  некотором  расстоянии  от  усадебно-промышленного  комплекса  располагались  рабочие  слободы,  образуя  заводской  поселок.  В  1838  г.  население  Гусевского  завода  составляло  2  574  чел. 9   и  проживало  в  3  равноудаленных  друг
    от друга и от комплекса заводских сооружений районах. Каждый район, судя по
    плану,  застраивался  согласно  городскому  типу,  с  ровными,  прямыми  улицами.

    Исторические  науки  и  археология

    39

    Первые  2  района  располагались  на  одном  берегу  пруда  по  обе  стороны  от  господского двора. Второй комплекс жилых зданий (самый большой) был построен
    на  другом  берегу  пруда.  К  нему  примыкали  госпиталь  и  здание  для  хранения
    пожарных инструментов. Здесь же находились ледники (глубокие погреба со льдом
    для хранения продуктов в летнее время), общественные бани, ряд сооружений производственно-хозяйственного назначения, не требовавших использования энергии
    гидравлических  колес,  складские  помещения  (бочкарня,  столярная  мастерская,
    хлебные  амбары  и  др.)10 .
    Более «урбанизированным» был заводской поселок при Выксунском заводе
    Ардатовского уезда Нижегородской губернии. На сохранившемся «Плане..., сысканному для  построения доменному и  молотовому заводу  заводчиками Андреем,  Иваном  Родионовыми  детьми  Баташевыми  в  Арзамасском  уезде  на  речке
    Выксуне месту», выданном Берг-коллегией в марте 1765 г., нет строений. Вместо них показано  лишь нахождение  рудников и место устройства  плотины  —
    р. Выксунь, ниже ее слияния с речками Поперечный Выксунь и Березовка (рис.
    4)11 .  После  строительства  ряда  плотин  на  р.  Выксунь  был  устроен  каскад  из
    четырех  прудов  (Верхнего,  Среднего,  Нижнего  и  Запасного),  обеспечивавший
    функционирование промышленно-хозяйственного комплекса ряда заводов 12 .
    Основание и строительство заводов описал журналист П. П. Свиньин, побывавший  в  Выксе  летом  1823  г.:  «…предположив  основать  завод,  отыскивал  он

    Рис. 4. План  места  под  строительство  Выксунского  завода

    40

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    (И. Р. Баташев.  —  Г. Ц.)  такое  место  на  речке,  которое  бы  не  требовало  слишком больших издержек на перепруду, то есть: или имело бы берега довольно крутые, или в  дальнейшем расстоянии  от речки  находились возвышенные  места,  которые бы можно было соединить, насыпать  и перепрудить речку; собирали туда людей (сначала большею частию вольнонаемных) и начинали работу: одни подвозили лес, нужный для шлюзов, другие — хворост и землю для плотины, третьи
    носили последнюю из места, назначенного для пруда, и, углубляя оное, возвышали плотину, и когда сия была кончена, строили корпуса для помещения машин и
    домы  для самих жителей, для  господ, приказчика и для  конторы…»13 .
    Проектных  чертежей  относительно  застройки  Выксы  в  XVIII  в.  не  обнаружено. Однако, анализ фиксационных планов дает основание утверждать, что застройка  будущего  усадебно-промышленного  комплекса  на  берегу  Верхнего  пруда, образованного после постройки плотин на перечисленных реках, велась не стихийно. Изначально должен был существовать проектный план, который увязывал
    бы  между  собой  строения  Верхне-Выксунского  завода,  усадьбы  и  поселения  в
    единый  комплекс14 .
    Возведение  данного  комплекса  началось  в  1765  г. 15   21  августа  1766  г.  заводской приказчик Михаил Родионов, работавший на постройке выксунских заводов,  в  своем  отчете  писал:  «…минувшего  1765  года,  сентября  в  12  день,
    реченной  Выксунский  завод  строением  начат.  И  сего  66  года  по  1  число  плотинное и земляное, и деревянное строение почти в окончание приходят. При котором построено два вешняка со спусками к ним с ларями, кои уже и в окончание  приведены. Да  в окончание  приведено для  приезда хозяевам  и житья  приказчикам по 10 покоям дом и к нему  другие домовые строения.  Яко то  конюшня, сараи и  при том  заводские контора  с прочими  надобности. Да построено же
    <…>  для  житья  мастеровым  и  работным  людям,  переведенным  Муромского
    уезду  из  села  Решного,  и  для  работ  с  других  их  Баташевых  заводов  строится
    30  домов…»16 .  Таким  образом,  в  первый  год  существования  Выксы  был  построен  дом  с  десятью  комнатами,  где  Баташевы  могли  остановиться  во  время
    своих  визитов  в  Выксу,  а  также  здание  конторы,  в  котором  находились  заводская канцелярия  и  бухгалтерия.
    Первым  в  1766  г.  вступил  в  строй  Верхневыксунский  завод,  на  следующий
    год  в  километре  от  него  —  Средневыксунский  завод,  еще  через  год  —  Нижневыксунский17. Согласно описи основных строений, структуру Верхневыксунского
    завода  составляли:
    — комплекс заводских строений (домна, молотовая, различные производственные цеха, амбары для хранения изделий);
    — 1 господский двор с трехэтажным господским домом с 2 каменными двухэтажными  флигелями,  хозяйственными  постройками,  театром,  зимним  садом  и
    оранжереей;
    — 1 полотняная ткацкая фабрика;
    —  1  заводская  контора;
    — 1 заводская  больница;
    —  1  заводская  аптека;
    —  1  гостиница  со  всем  имуществом;
    — 1 здание полиции;

    Исторические  науки  и  археология

    41

    —  1  господская  церковь;
    — 1 двухэтажный хлебный магазин;
    — 1 корпус заводского училища;
    — 1 конный завод с примыкавшими к нему починным и конным дворами;
    —  277  домов  для  приказчиков,  служащих,  церковнослужителей  и  мастеровых18 .
    Дополняет  и  составляет  визуальное  представление  о  сложившейся  структуре  всей  исторической  части  Выксы  план  Генерального  межевания  земель  в  Ардатовском  уезде  Нижегородской  губернии19  (см.  рис.  4).  На  нем  четко  обозначена система четырех прудов (Верхнего, Среднего, Нижнего и Запасного) с плотинами,  показано  размещение  Верхнего, Среднего  и  Нижнего  заводов,  жилых  порядков рабочих слобод, усадьбы с главным усадебным домом и парком. Несмотря
    на то  что отдельные строения на чертеже обозначены условно, видно, что именно  комплекс  господского  двора,  включавший  главный  усадебный  дом,  а  также
    жилые,  хозяйственные  и  служебные  постройки,  вместе  с  «Верхним  доменным
    заводом»  являлся  центром  всего  горнозаводского  поселения.
    В  1820-х  гг.  для  помещиков  Шепелевых  —  наследников  Баташевых  был
    составлен  альбом  чертежей  с  планом  Выксы  с  детализацией  структуры  поселка Верхневыксунского завода, а также фасадов наиболее значимых строений (см.
    рис. 2).
    При сравнении планов Гусевского и Выксунского заводов отмечается схожесть
    расположения структурных элементов застройки (см.  рис. 1,  2). Как и  на  Гусевском  заводе,  постройки  промышленного  назначения  Верхневыксунского  завода
    находились рядом с плотиной и состояли из нескольких корпусов. В одном из них,
    ближе  к плотине, стояли помещения для  «водяного колеса» и домна. За заводом
    на  возвышенном  месте  находилась  суконная  фабрика.  В  настоящее  время  в  западной части территории завода в разрушенном состоянии сохранились 2 корпуса конца XVIII в.
    Таким образом, Верхний завод состоял из западной и восточной частей, разделенных  большим,  вытянутым  с  севера  на  юг  (около  500  м)  усадебным  парком. С юга парк примыкал к главному  дому усадьбы.  Двор Баташевых (с примыкавшими к нему зданиями гостиницы и конторы), а также церковь были административным и культурным центром нового населенного пункта. Сам господский двор состоял из нескольких корпусов, объединенных между собой, а именно:  трехэтажного  здания  главного  дома  с  западным  и  восточным  флигелями
    (1765 г. — первая четверть XIX в.) и конторы с гостиницей (конец XVIII — первая
    четверть  XIX  в.).
    Рядом  с господским домом  стояло двухэтажное каменное здание с  портиком
    и колонадой, обращенное одной стороной в сад, а другой на площадь. Здесь размещалась полотняная  ткацкая фабрика,  на которой  производились полотна, скатерти,  салфетки,  «китайки»  и  ковры  для  нужд  дворовых  людей.  От  восточного
    флигеля  тянулась  деревянная  оранжерея.  В  середине  XIX  в.  к  восточному  флигелю  был пристроен  еще  один  —  так  называемый  турецкий  флигель.  При  этом
    оранжерея  была  частично  разобрана.
    Направо от дома, через площадь, располагался П-образный  корпус гостиницы  и  конторы,  над  которыми  возвышалась  тяжелая  четырехугольная  башня  с

    42

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    часами. Затем начиналась улица, где находился обширный хозяйственный двор с
    многочисленными  постройками,  в  числе  которых  был  конный  двор  и  каретный
    сарай. Слева  от  дома  стояло  темное  двухэтажное здание  с  высокой  каланчой  —
    полиция. Здесь жили  30 стражников,  или «рунты» (местное название). Главный
    южный фасад усадебного дома выходил на небольшую прямоугольную площадь,
    к югу от которой располагался завод, ограниченный с востока плотиной, отделявшей  Верхний пруд  от  Среднего  и  Запасного.  Вдоль  площади  тянулся ряд  домов
    главных мастеров,  в том  числе иностранных 20 .
    Улицу от большой прямоугольной площади восточной части поселка, визуально
    связанной  с  площадью  перед  усадебным  домом,  замыкала  высотная  колокольня
    Христорождественской  церкви  —  памятник архитектуры  конца XVIII  —  начала
    XIX в. с элементами барокко и классицизма. Церковь хорошо сохранилась и сегодня  является  действующей.
    Слева  от  завода  находился  большой  пруд,  разделявшийся  на  несколько  рукавов.  За  прудом  стоял  скотный  двор,  на  котором  содержались  стаи  охотничьих
    собак-легавых, гончих, борзых и других с обслуживавшим их персоналом 21 .
    Характер застройки жилых районов зависел от степени населенности заводского  поселения.  Чем  выше  она  была,  тем  более  выраженной  была  ориентация
    на так называемую регулярную застройку, т. е. стремление к прямолинейным улицам и простым контурам кварталов 22. В частности, жилая застройка Выксунского  поселка  носила  усадебный  характер:  при  домах  имелись  сильно  вытянутые
    вглубь участки с хозяйственными постройками. Однорядные улицы совмещались
    с квартальной застройкой. До сегодняшнего времени планировочная структура поселения конца XVIII — начала XIX в. сохранилась вокруг Рождественской церкви 23 .  Судя  по  всему,  усадебно-промышленный  комплекс  исторического  центра
    Выксы окончательно сформировался к середине XIX в. и практически полностью
    сохранился.
    Гусевская  и Выксунская  заводские  усадьбы являлись центрами  крупных  хозяйственных образований, возникших после раздела единого хозяйственного комплекса Баташевых. Гусевский завод был постоянной резиденцией заводовладельца  и  его  семейства,  своего  рода  фамильным  гнездом.  Во  многом  это  объясняет
    наличие  обширного  усадебного  комплекса.  Кроме  Гусевского  завода,  в  единый
    хозяйственный комплекс входили также Еремшинский, Илевский, Унженский
    и Верхнеунженский заводы, а также Вознесенский молотовый (построенный в
    1784 г.) и доменный Сынтульский (1787 г.) (рис. 5)24 .
    Планировка  заводов  Замосковного  горного  округа  позволяет  выявить  некоторые  закономерности  в  размещении господских  дворов.  Как  правило,  владельцы горнозаводских имений, в состав которых входило по несколько заводов, строили  свои  дворы  практически  при  каждом  заводе,  но  из  них  выделялись  только
    построенные при главном заводе, являвшемся одновременно центром имения. Это
    обусловливалось необходимостью присутствия заводовладельца на производстве
    для рационального  ведения своего  хозяйства 25 .
    Например,  усадебно-промышленный  комплекс  Верхнеунженского  завода  по
    своей  структуре  был  практически  идентичен  Гусевскому  заводу  (см.  рис.  1,  3).
    Расположение  основных построек  находилось  в  зависимости от  размещения  заводских строений.  По  описи  1838  г., население Верхнеунженского завода состав-

    Исторические  науки  и  археология

    43

    Рис. 5. Карта  расположения  заводов  Выксунской  группы

    ляло 357 чел.,26 компактно проживавших в двух районах, сгруппированных с обеих
    сторон  заводского  комплекса27.  В  структуру  Верхнеунженского  усадебного  комплекса входили:
    — комплекс заводских строений;
    — 1 господский дом, занимавшийся заводским приказчиком, на каменном фундаменте, крытый тесом, длиной 16 м, шириной 6 и высотой 4 м, к нему пристроены 2  крыльца,  переднее и заднее  с  навесом; внутри дома — 2  комнаты с  перегородками,  теплые  сени  со  стеклянными  снаружи дверьми на  железных петлях,
    в мезонине  еще  1  комната  с  итальянским  окном;
    —  1  господский  дом,  занимавшийся  четырьмя  семьями  служителей;  состоявший из 2 изб, между которыми находились сени с 3 чуланами;
    — 1 заводская контора, находившаяся в деревянном  доме на  каменном фундаменте  длиной  и  шириной  по  8  м,  высотой  3  м,  крытая  тесом,  с  4  окнами  со
    стеклянными двойными рамами;
    —  1  заводской  госпиталь,  расположенный  в  деревянном  доме  на  каменном
    фундаменте, длиной 9 м, шириной 8 и высотой 4 м, крытый тесом;

    44

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    —  1  господский  деревянный  дом,  занимавшийся  конторщиком  и  лекарским
    учеником, по  углам с 2  избами, между которыми сени с  2 чуланами;
    — 1 починный двор, на котором находились деревянная изба длиной 7 м, шириной 5 и высотой 3 м, с сенями и чуланом; амбар, сарай на столбах для правки теса, сарай для хранения деревянных изделий с сушилом, сарай для хранения
    смолы  с 2  чугунными  котлами;
    — 35 домов, занимавшихся заводскими мастеровыми, в одной связи, т. е. изба
    с сенями и 2 — 3 в них чуланами для проживания 2 — 3 семейств;
    — 10 господских домов, занимавшихся мастеровыми с их семействами в двух
    связях, т. е. по сторонам 2 избы с перегородками, в середине — сени с 2 и более
    чуланами;
    — 16 общественных бань с предбанниками длиной 8 м, шириной 4 и высотой 2 м;
    — 1 хлебный магазин, деревянный, крытый тесом, длиной 5 м, шириной 5 и
    высотой  3  м,  в  нем  —  перегородка,  железный  четверик  с  прибором,  дверь  на
    железных  петлях  с  замком,  крыльцо  с  навесом,  во  дворе  находился  ледник;
    — 5 заводских деревянных амбаров, построенных за конторой 28 .
    Судя  по  описи,  доминантой  среди  жилых  построек  выступали  господский
    дом, занимавшийся приказчиком, и контора, расположенные на призаводской
    площади. Для XIX в.  была характерной ситуация, когда  господский двор, построенный  при  заводе  и  входивший  в  горнозаводское  имение,  отдавали  для
    проживания служащим. Естественно, подобные периферийные усадьбы не были
    настолько роскошными по  сравнению  с центральными фамильными резиденциями, однако их организационно-управленческие функции как центрального
    элемента  заводского  поселения  сохранялись.
    Таким образом, в рамках Замосковного горного округа практически все сложившиеся на основе металлургических заводов промышленные поселения характеризовались единым принципом организации архитектурно-пространственной
    структуры и общими закономерностями ее развития. Архитектурно-пространственная организация заводских поселений условно разделялась на две составляющие:
    усадебно-промышленный  комплекс  (заводская  усадьба)  и  рабочую  слободу,  где
    жили  рабочие.  Двор  заводовладельца,  включавший  в  себя  господский  дом  с  хозяйственными  постройками,  контору и  сад  (иногда  театр в  зависимости от  достатка  заводовладельца),  представлял  собой  единый  комплекс  заводской  усадьбы, аккумулировавший все административно-хозяйственные и культурные функции заводского поселения.
    Библиографические ссылки
    1
      См.:  Дубодел  А.  М.  Заводовладельцы  Замосковного  горного  округа  в  конце  XVIII  —
    первой  половине  XIX  века:  социокультурная  и  техногенная  среда  предпринимательской  деятельности. Саранск, 2004. С. 202.
    2
      См.:  Русское  градостроительное  искусство  :  Петербург  и  другие  новые  рос.  города
    XVIII — первой половины XIX в. М., 1995. С. 342.
    3
     Там же. С. 342.
    4
     См.: Лотарева Р. М. Города-заводы России. XVIII — первая половина XIX в. Екатеринбург,
    1993. C. 97.

    Исторические  науки  и  археология
    5

    45

      См.:  Русское  градостроительное  искусство.
      См.:  Демиховский  К.  К.  Возникновение  и  развитие  Приокской  металлургии  во  второй
    половине XVIII века // Учен. зап. Перм. гос. ун-та. Пермь, 1961. Т. 17. Вып. 4. С. 53.
    7
     ЦИАМ. Ф. 2199. Оп 1. Д. 273. Л. 125 — 127.
    8
     Там же. Л. 47 — 56.
    9
     Там же. Л. 133.
    10
     См.: Арсентьев Н. М., Дубодел А. М. Архитектурно-производственный облик промышленных  центров  первой  половины  XIX  века  (по  планам  и  чертежам  Замосковного  горного
    округа)  // Саранск:  история  и  образ  города-провинциала  :  материалы  III  Ворон.  науч.  чт.  Саранск, 2005. С. 200.
    11
     РГАДА. Ф. 271. Оп. 3. Д. 573. Л. 2.
    12
      См.:  Агафонова  Н.  С.,  Дмитриевский  С.  В.  Усадебно-промышленный  комплекс  Баташевых  в  Выксе:  проблемы  сохранения,  реставрации  и  перспективы  развития  //  III  Музейные
    научные чтения «Мир  русской усадьбы». Н. Новгород,  2007. С. 64.
    13
      Свиньин  П.  П. Заводы,  бывшие И.  Р. Баташева,  а  ныне принадлежащие  генерал-лейтенанту Д. Д. Шепелеву и его детям. СПб., 1826. С. 12 — 13.
    14
     См.: Давыдов А. И. Давыдова А. А. Главный дом усадьбы Баташевых в городе Выксе
    Нижегородской  области  [Электронный  ресурс].  URL:  http://www.  opentextnn.ru/  space/  memorial%20estate/?id=2551
    15
     См.: Демиховский К. К. Указ. соч. С. 57.
    16
     РГАДА. Ф. 271. Оп. 1. Д. 1254. Л. 293.
    17
     См.: Агафонова Н. С., Дмитриевский С. В. Указ. соч. С. 65.
    18
     ЦИАМ. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 291.
    19
     РГАДА. Ф. 1354. Оп. 261. Ч. 1. Д. В6К.
    20
     См.: Дубодел А. М. Указ. соч. С. 310. 
    21
     ЦИАМ. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 291. Л. 289.
    22
     См.: Арсентьев Н. М., Дубодел А. М. Архитектурно-производственный облик промышленных центров… С. 196.
    23
     См.: Агафонова Н. С., Дмитриевский С. В. Указ. соч.
    24
     См.: Арсентьев Н. М., Дубодел А. М. Во славу России… : Трудовая мотивация и образ
    отеч. предпринимателя конца XVIII — первой половины XIX в. М., 2002. С. 159 ; Карта расположения  заводов  Выксунской  группы  [Электронный  ресурс].  URL:  http://s50.radikal.ru/i128/0910/
    69/f970clb96d39.jpg
    25
     См.: Ларионова М. Б. Дворянская усадьба на Среднем Урале: вторая половина XVIII —
    начало XX в. : дис. на соиск. учен. степ. канд. ист. наук. Екатеринбург, 2006. С. 10.
    26
     ЦИАМ. Ф. 2199. Оп 1. Д. 273. Л. 158.
    27
     Там же. Д. 2199.
    28
     Там же. Д. 273. Л. 149 — 156.
    6

    Поступила 24.05.2013 г.

    46

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    УДК 352:323(470+571)„19“
    О. А. Сухова
    O. A. Sukhova

    МЕСТНОЕ УПРАВЛЕНИЕ В ОЦЕНКАХ СТАЛИНСКОГО
    ОКРУЖЕНИЯ: СТИЛЬ И МЕТОДЫ РУКОВОДСТВА
    (По материалам Архива Президента Российской Федерации)*
    LOCAL AUTHORITIES FROM THE POINT OF VIEW OF STALIN
    ENVIRONMENT: STYLE AND METHODS OF GOVERNANCE
    (According to Materials of the Archive of the President
    of the Russian Federation)
    Ключевые слова:  стиль  и  методы  политики коллективизации  в  СССР,  партийное  руководство,  местное  управление,  социальное  конструирование.
    В  статье  рассматриваются  вопросы  властно-политического  регулирования  в  условиях  проведения коллективизации в СССР.
    Key words: style and methods of the policy of collectivization in the USSR, the party leadership,
    local  governance,  social  engineering.
    The questions of power-political regulation under the conditions of collectivization in the USSR
    are  considered  in  the  article.

    В начале ХХ в. российское общество, оказавшись в водовороте революционных потрясений, столкнулось с реальной угрозой распада цивилизации, социальных  норм  и  связей,  произошла тотальная  дезинтеграция  отношений  в  системе
    власть —  подчинение. При определении  характера подобных  изменений наиболее адекватным концептом, закрепившимся в современной историографии, можно назвать «архаический синдром»1 . Фактором, усилившим этот процесс, в конце
    1920-х гг. стало осуществление политики насильственной коллективизации сельского хозяйства в СССР. Фактически в стране разворачивался новый виток гражданского противостояния, и в этих условиях противоречие между транслировавшимися сверху идеологическими конструкциями, направленными на создание новой системы властно-политического регулирования, и реальной практикой управления  на  местах  было  весьма  ощутимым.  Отдельным  аспектом  этой  проблемы
    выступал процесс становления новой политической элиты, в том числе критериев, формировавших соответствующую социальную идентичность.
    Задумывая  столь  решительные  преобразования  в  сфере  сельскохозяйственного производства, сталинское руководство весьма высоко оценивало возможности административного ресурса. Политической опорой начинаний вождя должна
    была  выступить  огромная  масса  сельских активистов,  «уже  несколько лет  энер*  Статья  подготовлена  при  финансовой  поддержке  РГНФ,  проект  «Механизм  создания  и
    функционирования  колхозно-совхозной  системы  в  СССР  по  документам  Архива  Президента
    Российской Федерации», № 13-01-00060.

    ©  Сухова О. А., 2014

    Исторические  науки  и  археология

    47

    гично  осуществляющих  в  деревне  принудительные  хлебозаготовки»2.  Как  отмечает В. В. Кондрашин, «в деревне ждали приказа вождя о продолжении „революции сверху“ сотни  тысяч преданных и верящих ему  активистов, с менталитетом
    гражданской войны,  и  в  большинстве своем  молодые,  делавшие  стремительную
    бюрократическую  карьеру  (по  переписи  1926  г.,  60  %  сельских  жителей  были
    моложе 30 лет)» [Кондрашин, с. 37 — 38]. При этом логика формирования патронально-клиентальных связей и зависимостей легко допускала и даже потворствовала  существованию антагонизмов в отношениях  местных  властей и  населения.
    Примером тому служат данные  информационных  сводок  региональных отделов
    ОГПУ второй половины 1920-х  гг.: «члены  правления ничего  не делают  и лишь
    пьянствуют»; «главным отрицательным фактором, влияющим на настроение крестьян,  является  массовое  злоупотребление  низового  Соваппарата,  в  частности
    местных органов. В некоторых местах губернии этот вопрос обсуждается на всех
    сходках  и  собраниях…»3 .
    Значительный  блок  документов,  позволяющих раскрыть  суть  проблемы,  находится  на  хранении  в  Архиве  Президента  Российской  Федерации.  Здесь  представлены  материалы,  связанные  с  деятельностью  высших  органов  управления
    ВКП(б) — КПСС в 1919 — 1991 гг. Анализируя доклады и разного рода записки
    о положении дел в сельском хозяйстве в начале 1930-х гг., можно реконструировать представления об отношениях власти — подчинения на одном из самых трагичных этапов в истории развития нашей страны, а также воссоздать образы, формировавшие идентичность на всех ступенях социальной иерархии. Распространение новых символов, лексических значений, необходимых для образования новых
    политических ритуалов, также нашло свое отражение в документах этого архивного фонда.
    Крестьянская  идентичность  в  условиях  тотальной  маргинализации  уже  по
    определению не могла строиться на позитивной основе и представляла, скорее,
    резкую оппозицию по принципу «свой» — «чужой». Что примечательно, на тех
    же основаниях строилась идентичность властной элиты, нового правящего класса.  В  ее  основе  представление  о  множественности  врагов,  угрожавших  существованию  советской  власти,  а  следовательно,  о  необходимости  единения  и
    борьбы  с  возникшей  опасностью.  Оборотной  стороной  медали,  стержнем  системы  бюрократической  дисциплины  выступало  «беспрекословное  выполнение
    директив центра, причем любой ценой» [Кондрашин, с. 41]. Еще в 1923 г., выступая  на  XII  съезде  партии,  И.  В.  Сталин  четко  обозначил  собственное  видение системы управления в стране: «руководящая роль партии должна выразиться
    не только в том, чтобы давать директивы, но и в том, чтобы на известные посты
    ставились  люди, способные  понять наши  директивы и  способные провести  их
    честно. …Необходимо подобрать работников так, чтобы на постах стояли люди,
    умеющие  осуществлять  директивы,  могущие  понять  директивы,  могущие  принять эти директивы как свои родные, и умеющие их проводить в жизнь. В противном  случае  политика  теряет  смысл,  превращается  в  маханье  руками»4 .
    Угроза  утраты  власти  в  условиях  роста  крестьянского  сопротивления  политике  коллективизации возродила  лексику  времен  Гражданской войны, вернула  к
    самым категоричным формам милитаризации политической культуры. В итоге в
    ситуации неурожая и надвигавшегося голода «по эту сторону баррикад» осталось

    48

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    лишь  высшее  управленческое  звено,  представленное  в  пугающем  образе  ЦК.
    Фактически  был  задействован  механизм  прямого  управления,  когда  необходимость  личного  вмешательства  представителей  ЦК  в  ход  хлебозаготовок  стала
    все более  «острой и повелительной».  Так, учитывая  тот факт, что  план заготовок 1931 г. был выше фактических заготовок прошлого года на 230 млн пудов,
    несложно представить распространение «сильных антизаготовительных тенденций в рядах работников совхозной и колхозной системы, а также и в советских
    партийных органах»5 . Анализ содержания докладных записок, составлявшихся
    на уровне ЦК, свидетельствует о том, что сталинское окружение весьма посредственно, если не сказать большего, оценивало степень легитимности собственной  власти.  Под  лозунгом  «Хлеб  —  любой  ценой»  подразумевалось  «Хлеб  —
    это власть», и выполнение плана хлебозаготовок расценивалось как доказательство  утверждения  власти  (овладения  властью)  ВКП(б)  в  крестьянской  стране.
    Однако при достаточно объективной оценке интенсивности и направленности сопротивления проводимой политике на местах, в представлениях партийной номенклатуры  высшего  звена  не  нашлось  места  для  выстраивания  диалога  в
    формате  «власть  —  общество».  В  ряду  «опасных»  (исключительно  во  «властном» понимании) тенденций в одной из аналитических записок А. И. Микояна
    (убежденность  в  справедливости  тезисов  подкреплялась  словами  «как  мы  не
    раз  докладывали  ЦК»)  отмечалось,  что у  многих  работников  на  местах  «вместо усилий к выполнению плана» появились усилия «к доказательству о необходимости  снижения  планов  заготовок»,  что  рядом  партийных  организаций  «не
    только районных, но и областных (например, Башобком и Средневолжский крайком) принимаются решения, предлагающие заготовительным органам не вывозить  заготовленный  хлеб  со  складов  глубинных  пунктов»,  в  то  время  как  основная  директива  ЦК  по  хлебозаготовкам  «заготовленным  считать  тот  хлеб,
    который  вывезен  к  пристанским  и  пристанционным  пунктам»  находилась  под
    угрозой  срыва,  что  со  стороны  многих  колхозов  и  «даже  отдельных  совхозов»
    наблюдалось сокрытие хлеба. Весьма характерным для риторики номенклатурного  руководства  можно  считать  указание  на  необходимость  использования
    «приезжих»  агентов  власти  для  контроля  за  выполнением  директив  ЦК,  «ибо
    местные  сельские  кадры  так  связаны  с  интересами  колхозного  движения,  что
    часто  потакают  такому  явлению»  (речь  шла  о  сокрытии  хлеба)  [АП  РФ.  Ф.  3.
    Оп. 40. Д. 78.  Л. 13]. За фасадом определения мотивов  сопротивления на местах  («расчеты  оставить  глубинный  хлеб  с  тем,  чтобы  в  будущем  использовать
    его в этом же районе для целей семенной или продовольственной помощи») члены
    ЦК упорно не желали замечать «нереальность утвержденного плана хлебозаготовок»,  более  того,  на  фоне  «хлебозаготовительной  конъюнктуры»  появилось
    предложение пересмотреть план хлебозаготовок в сторону увеличения (в порядке
    встречного плана или дополнительных заданий) [Там же. Л. 16].
    Возникает  практика  подмены  понятий,  когда  реальные  проблемы  управления маскируются под идеологическими штампами, имитирующими борьбу классов. Можно вести разговор о формировании определенной ритуальной практики, позволявшей идентифицировать каждого представителя партийной номенклатуры  по  признаку лояльности  к «директивным  органам».  Это находит  свое
    подтверждение  в  формулировках  решений  разного  рода  партийных  форумов

    Исторические  науки  и  археология

    49

    (один из заголовков в стенограмме харьковского совещания секретарей райпарткомов 2 ноября 1932 г.: «Против оппортунистических, демобилизационных настроений, за честное большевистское выполнение плана хлебозаготовок»). Главные причины недовыполнения хлебозаготовительного плана на Украине и срыва
    октябрьского  и  годового  планов  хлебозаготовок  усматривались  исключительно
    в  «…плохой  работе…,  в  демобилизации,  в  прекращении  борьбы  за  хлеб  в  подавляющем большинстве парторганизаций. …Из-за этой боязни перегибов наши
    руководители  на  местах  допускают  огромные  недогибы  —  выпустили  вожжи
    руководства  из  рук,  не  проявляют  твердого  большевистского  руководства  и  на
    деле  потворствуют  кулаку,  идут  на  его  поводу  вместо  того,  чтобы  беспощадно
    сломить его бешеное сопротивление хлебозаготовкам» [Там же. Оп. 61. Д. 794.
    Л.  40 —  42  об.].
    Не  выдержала  проверку  хлебозаготовительным  ажиотажем  и  созданная  система  советских  хозяйств:  представление  о  возможности  утверждения  и  сохранения  тотального  контроля  над  производством  и  распределением  хлеба  в  сельскохозяйственных предприятиях  государственной формы  собственности в  целом
    и  особенно  в  условиях  надвигавшегося  голода  оказалось  мифом.  Проведенные
    ЦК проверки зерносовхозов осенью 1931 г. выявили по существу «беспризорное
    состояние  совхозного  хлеба»  [Там  же. Оп.  40.  Д.  78. Л.  56].
    Как  отметил  в  своей  докладной  записке  председатель  Урало-Башкирской
    комиссии ЦК ВКП(б) Саркис, «ознакомление с хлебофуражным балансом зерносовхозов  (Средневолжского  края.  —  О. С.)  показывает,  что  почти  по  всем  совхозам и почти по каждой отдельной культуре  зерносовхозы показывают урожайность  значительно  ниже  против  той  урожайности,  которую  определили местные
    органы  Наркомзема  по  состоянию  на  1-е  октября»  [Там  же].  Еще  одним  фактором, снижавшим валовой сбор совхозов, было названо произвольное завышение
    норм продовольствия и кормов при резком «разбухании» штатов, что рассматривалось  как «антисовхозная»  практика: «...почти во  всех  зерносовхозах  кормится
    громадное количество людей». Примечательно, что это заключение дважды подчеркивалось  адресатом  (записка  подготовлена  на  имя  Сталина  и  Кагановича)
    [Там  же.  Л.  58].  Работники  совхозов,  сетовал  Саркис,  были  «не  настроены сдавать  хлеб  государству по  установленному  плану»  [Там  же.  Л.  60].
    Образчиком представлений местной партийной элиты о процессе конструирования  отношений  в  системе  власть  —  подчинение  выступает  письмо  секретаря  Днепропетровского  обкома  КП(б)У  М.  М.  Хатаевича  И. В. Сталину,  отправленное  в  феврале  1933  г.  Оказавшись  на  новом  для  себя  участке  борьбы
    «за семена» и описывая методику деятельности кризисного управляющего, Хатаевич,  по  сути,  воспроизвел  идею  всеобщей  тотальной  службы  государству,
    охватив  все  ступени  социальной  иерархии:  «Кроме  спущенных  на  места  очень
    настойчивых и четких указаний, кроме того, что мы выслали в  районы весь областной актив, мы резко поставили вопрос о борьбе за семена, как центральный,
    на  специально созванных коротких пленумах  райпарткомов. Мы созвали  специальные слеты колхозников. В данный момент уже не осталось, наверное, в области ни одной колхозной бригады, в которой не был бы поставлен вопрос о семенах
    и  до  которой  не  была  бы  доведена,  а  также  до отдельных  колхозников,  задача  по
    засыпке  семфондов»  [Там  же.  Оп.  61.  Д.  794.  Л.  59].  Вместе  с  тем  он  признавал

    50

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    неэффективность административных мер: «но и выезд областного актива на места,
    и принимаемые  нами  каждую  пятидневку  все  новые  директивы  и  указания  о  том,
    как  организовать  борьбу  за  семена,  и  ежедневные  и  еженощные  мои  телеграфные
    переговоры с секретарями райкомов покуда еще не дали должного эффекта. …Должной мобилизованности и раскачки колхозного актива и колхозных масс, должного
    их  активного  участия  в  борьбе за успешное проведение  весеннего сева,  за  обеспечение  его  семенами  у  нас  пока  еще  нет»  [Там  же.  Л.  59  —  61].
    Социальная идентичность по признаку принадлежности к политической элите формировалась в условиях жесточайшего административного прессинга, когда невыполнение указаний директивных органов  могло обернуться арестами и
    высылкой.  Возможность  ареста  уравнивала  положение  и  секретаря  райкома,  и
    колхозника,  саботировавшего  план  хлебозаготовок.  По  словам  М.  М.  Хотаевича, кадровая проблема на местах зимой 1932 — 1933 гг. обострилась до предела: «Немалая часть секретарей райпарткомов производит впечатление оглушенных  и  пришибленных  людей,  кое-кого  мне  тут  пришлось  сменить,  пущены  в
    ход и репрессии… Количество арестованных по области перевалило к 1 февраля  за  25  тысяч  (в  том  числе  более  тысячи  членов  партии).  В  арестных  помещениях в районах творились неописуемые вещи. Арестованные стояли в нетопленных помещениях  (в сараях) раздетые, тесно  прижавшись один к  другому и
    не могли даже сесть. На один кв. метр площади приходилось 3 — 4 арестованных. Арестовывал всякий, кто хотел: не только каждый милиционер, не только
    уполномоченный по хлебозаготовкам, но и письмоносцы, но и уполномоченный  какой-нибудь  Вукопкниги» [Там  же.  Л.  62 — 63]. Собственно, деятельность директивных органов строилась по принципу одноканальной связи, жестко  пресекая  при  этом  малейшие  попытки  местных  властей  поставить  под  сомнение эффективность проводимой аграрной политики. Так, летом 1931 г. специальным  решением  Политбюро  ЦК  ВКП(б)  потребовало  от  руководства  Казахской  ССР  выполнения  хлебозаготовительного  плана  в  65  млн  пудов,  запретив  при  этом  «всякую  дискуссию  о  хлебофуражном  балансе  и  о  плане
    хлебозаготовок,  а  также  всякие  разговоры  о  пересмотре  утвержденного  плана
    хлебозаготовок»  [Там  же.  Оп.  40.  Д.  77.  Л.  138].  Аналогичные  требования
    предъявлялись  и  к  руководству  других  регионов  страны,  при  этом  постепенно
    формировался  механизм  управления  посредством  трансляции  административных клише: сопротивление чрезмерным притязаниям центра маркировалось как
    «антизаготовительное», «оппортунистические» настроения, которые «…не находят  большевистского  отпора  со  стороны  обкома».  Так,  2  октября  1931  г.  данный текст был продублирован в телеграммах, отправленных сразу в три региональных центра: Уфу, Новосибирск и Свердловск. Информировать ЦК о принятых  мерах  следовало  немедленно  [Там  же.  Д.  78.  Л.  3].
    Итогом  совместного  заседания  бюро  Уральского  обкома  ВКП(б)  и  Президиума  облКК  24  октября  1931  г.  стало  освобождение  от  занимаемых  должностей ряда руководящих работников, в том числе секретаря обкома Зубарева. Высокопоставленный партийный функционер был выведен из состава бюро обкома
    (информация о партийном взыскании опубликована в печати) на основании санкционированного  Зубаревым  решения  о  прекращении  сдачи  хлеба.  В  итоге  годовой план по Уральской области к 20 октября был выполнен всего лишь на 19,8 %.

    Исторические  науки  и  археология

    51

    Как  отмечалось  в  постановлении  объединенного  заседания,  «позиция,  занятая
    т.  Зубаревым  в  этом  вопросе,  является  результатом  оппортунистической  недооценки хозяйственно-политического значения хлебозаготовок, а также неверия в
    возможность выполнения хлебозаготовительного плана». По  законам жанра,  синонимичность тезисов «борьба против оппортунистических антизаготовительных
    настроений» и «борьба против кулака и кулацких настроений» даже не комментировалась  [Там  же.  Л.  90  —  92].
    Система партийных взысканий  для  секретарей  райкомов и  председателей
    райисполкомов как  не  выполнивших  директивы ЦК  и  СНК  о  принятии  срочных мер к поднятию хлебозаготовок предусматривала рассмотрение персональных дел в ЦК ВКП(б) в присутствии провинившихся. Итогом командировки в
    Москву «на ковер» следовало ожидать исключение управленцев из партии и их
    ссылку  «как  политически  опасных»  [Там  же.  Д.  84.  Л.  8].  С  другой  стороны,
    запрещалась  «самовольная  отлучка»  с  целью  приезда  в  Москву  «без  ведома  и
    разрешения  Политбюро  ЦК»  секретарей  обкомов  и  крайкомов  [Там  же.  Д.  78.
    Л.  9].
    Отдельным  самостоятельным  предметом  изучения  могут  стать  карандашные  пометки  (подчеркивание),  оставленные  адресатом  письма  в  тексте  документа  как  выделение  сюжетов,  представлявших  наибольшую  важность  для
    высших эшелонов политического управления. При этом необходимо учитывать,
    что  мотивы  психологических  реакций  при  подчеркивании  текста  можно  представить  лишь  гипотетически.  Скажем,  подчеркивание  тезиса  о  констатации
    случаев  опухания  от  голода  и  голодной  смерти  может  происходить  равно  как
    от сопереживания народной трагедии, осознания собственной ответственности,
    так и как доказательство провала  социально-экономической политики на уровне
    местной администрации, требовавшего принятия жестких административных мер.
    Однако анализ всей совокупности категорий высказываний, ставших предметом
    особого внимания  Сталина и  его окружения,  позволяет реконструировать  общий  принцип  работы  с  документами,  содержащими  свидетельства  с  мест,  а
    следовательно,  выявить  иерархичность  значений  в  системе  отношений  власти/господства  —  подчинения.  Так,  в  упомянутом  выше  письме  М. М. Хатаевича  адресат  выделил  следующие  смысловые  единицы:  характеристика  тяжелого положения в сельском хозяйстве и сомнений в выполнении поставленных
    задач; констатация низких темпов засыпки семфонда; определение причин сложившейся ситуации; констатация случаев опухания от голода и голодных смертей; указание на расхождение официальных данных и реального количества хлеба в области; на излишнее рвение в проведении репрессий («слишком в избытке и без толка»); констатация нерасчлененности власти и управления, незаконное присвоение функций карательных органов; указание на незаконность применения  мер  административного  воздействия;  крайне  неудовлетворительные  условия  содержания  заключенных;  обещание  добиться  увеличения  темпов
    засыпки семян; констатация высокой степени готовности машинотракторного
    парка к севу  и, напротив, недостатка  горюче-смазочных  материалов;  просьба
    об оказании помощи пригородным хозяйствам  в засыпке семфондов;  положительная  оценка  деятельности  политотделов  МТС;  констатация  кадрового  голода, просьба о направлении в Днепропетровскую область «крепких, проверенных

    52

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    работников  для  использования  их  на  руководящей  районной  работе»  [Там  же.
    Оп. 61. Д. 794. Л. 59 — 63].
    Даже самый поверхностный анализ выделенных суждений позволяет судить о
    том, что основным мотивом повышенного интереса являлся подбор аргументов для
    определения, насколько эффективно решались задачи реализации аграрной политики
    государства  в  формате  масштабной  административной  кампании.  В  этом  случае становится понятным, почему тезис о злоупотреблении репрессиями привлек внимание властей, а характеристика всего набора добровольно-принудительных мер по отношению к хозяйствам, выполнившим план хлебозаготовок («давали дополнительные задания…, отменяли ранее данное этим колхозам снижение
    плана, брали у них семфонды „взаймы“ с тем, что другие колхозы, не выполнившие  планов,  „возместят  им  потом“»),  осталась  в  стороне  и  не  была  отмечена
    адресатом  [Там  же.  Л.  63].
    Вполне  допустимо,  что  одним  из  побудительных мотивов  подобного  метода
    прочтения письма выступал контроль за лояльностью партийного руководства на
    местах, поэтому подчеркивались тезисы, содержавшие субъективные  оценочные
    суждения автора письма (например, «в погоне за тем, чтобы показать в сводке
    лишние 10 тыс. пудов хлеба, люди творили тут величайшие глупости и безобразия» или описание порядка пересмотра дел и освобождения арестованных: «нам
    пришлось  создать  специальные  комиссии  (до  15-ти  комиссий,  которые  срочно
    выехали в районы, пересмотрели всех арестованных и более 25 % тут же освободили») [Там же]. Впоследствии отмеченные высказывания могли стать основанием  для  репрессий  уже  в  отношении  автора  документа *.
    Не получила четких очертаний и группа «врагов» советской власти, в которую, помимо кулаков, входили и дезорганизаторы, и саботажники, и провокаторы, и белогвардейцы. В частности, по инициативе комиссии крайкома по линии
    ОГПУ  по  Северокавказскому  краю в  ноябре  1932  г. предписывалось  «подготовить в 3-дневный срок изъятие по станицам контрреволюционных организаторов
    саботажа  хлебозаготовок  и  сева,  в  особенности  засевших  в  колхозных,  стансоветских аппаратах, МТС белогвардейцев (бухгалтера, учетчики, кладовщики, завхозы и т. п.)» [Там же. Оп. 40. Д. 83. Л. 28]. Совершенно очевидно, что подобная
    норма  действовала  как  метод  устрашения,  чем  и  объясняется  размытость  определения оснований для уголовной и административной ответственности. Однако
    четко  указывается,  какие  должности  маркируются  как  объекты  репрессивной
    практики.
    Таким  образом,  анализ  архивных  документов  позволят  утверждать, что  эффективной модели государственного управления в период осуществления коллективизации  в СССР создано не  было.  Зафиксированные в делопроизводственной
    документации механизмы регуляции отношений между разными уровнями властной вертикали, оформленные в виде ритуализированных идеологических шаблонов, штампов риторики взаимных обращений свидетельствуют о кризисности си-

    * Второй секретарь ЦК ВКП(б) УССР М. М. Хатаевич 9 июля 1937 г. был арестован и
    27  октября  того  же  года  приговорен  к  смертной  казни  по  обвинению  в  участии  в  контрреволюционной  террористической  организации.

    53

    Исторические  науки  и  археология

    туации, резком расхождении между указаниями директивных органов и реальным
    положением  дел  на  местах,  об  отсутствии  широкой  социальной  опоры  власти
    ВКП(б)  в  стране  в  целом.  За  логикой  пресловутой  «классовой  борьбы»  и  фасадом советской идентичности скрывалась архаичная проблема утверждения властвовавшей силы в качестве законно действующей и признаваемой населением власти.  В  этом  случае  единственным эффективным  (с  позиций  государства)  способом  формирования  отношений в  структуре  власть  —  подчинение  была  система
    репрессий и принуждения.
    Библиографические ссылки

    См.:  Колоницкий  Б.  И.  Символы  власти  и  борьба  за  власть:  к  изучению  политической
    культуры российской революции 1917 года. СПб., 2001. С. 12.

    Кондрашин В. В. Механизм возникновения голода в СССР в начале 1930-х гг. // История
    сталинизма: крестьянство и власть : материалы Междунар. науч. конф. Екатеринбург, 29 сент. —
    2 окт. 2010 г. М., 2011. С. 36. Далее ссылки в тексте: [Кондрашин, с. ].
    3
     ГА ПО. Ф. Р-2. Оп. 4. Д. 224. Л. 4, 207.

    Сталин И. В. Организационный отчет ЦК РКП(б) XII съезду РКП(б) // Сталин И. В. : Сочинения. М., 1947. Т. 5. С. 210.

    Архив Президента Российской Федерации. Ф. 3. Оп. 40. Д. 78. Л. 13. Далее ссылки в тексте:
    [АП РФ].

    Поступила 21.10.2013 г.

    УДК 331.108.4:338.45(470+571)„1957/1965“
    В. И. Белоус, Б. Л. Гинзбург
    V. I. Belous, B. L. Ginzburg

    ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ
    И ПОДГОТОВКИ РАБОЧИХ КАДРОВ МЕТАЛЛУРГИЧЕСКОЙ
    ПРОМЫШЛЕННОСТИ СССР В 1957 — 1965 гг.
    (На материалах Выксунского, Кулебакского и Горьковского
    металлургических заводов)
    HISTORICAL EXPERIENCE OF ADVANCED TRAINING
    AND PREPARATION OF SKILLED WORKERS FOR IRON
    AND STEEL INDUSTRY OF THE USSR IN 1957 — 1965
    (On Materials of Vyksunsky, Kulebaky and Gorky Metallurgical Plants)
    Ключевые слова:  СССР,  реформа,  система  управления  промышленностью,  металлургическая  промышленность,  Горьковская  область,  повышение  квалификации  рабочих,  подготовка
    рабочих  кадров,  курсы  целевого  назначения,  школы  по  изучению  передовых  методов  труда,
    производственно-технических  курсы.
    ©  Белоус В. И., Гинзбург Б. Л., 2014

    54

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    В  статье  на  основе  ранее  неисследованных  архивных  материалов  крупнейших  предприятий  металлургической  промышленности  Горьковской  области  рассматриваются  особенности
    повышения  квалификации  и  подготовки  рабочих  кадров  металлургической  отрасли  СССР  в
    1957 — 1965 гг.
    Key words: the USSR, reform, the system of industry management, metallurgical industry, the
    Gorky Oblast, advanced training of workers, preparation of skilled workers, special purpose courses,
    schools  for  the  study  of  advanced  methods  of  work,  production  and  technical  courses.
    The  features of  advanced training  and preparation  of skilled  workers  for  metallurgical branch
    of  the  USSR  in  1957  —  1965  are  considered  in  the  article  on  the  basis  of  previously  unexplored
    archival  materials  of  the  largest  enterprises of  the  iron  and  steel  industry  of  the Gorky  Oblast.

    Повышение квалификации рабочих кадров является одним из основных путей  ускорения  роста  производительности  труда.  С  1925  по  1959  г.  количество
    квалифицированных и высококвалифицированных рабочих в промышленности
    СССР увеличилось с 18,5 до 51,7 %, а удельный вес неквалифицированных рабочих за тот же период снизился с 40,2 до 1,9 %. При этом только за период с 1950
    по 1959 г. число неквалифицированных рабочих сократилось вдвое1 . В 1958/
    59 уч. г. в СССР обучалось (включая подготовку и повышение квалификации рабочих и других работников непосредственно на производстве и на курсах) свыше
    50 млн чел. по сравнению с 1914/15 уч. г. (10,6 млн) 2 .
    Успешному разрешению задачи повышения квалификации рабочих кадров
    отечественной промышленности значительно  способствовал сравнительно высокий общеобразовательный уровень советского рабочего класса. Так, Всесоюзная перепись  населения 1959 г.  показала, что на 1 тыс. промышленных рабочих приходилось 450 чел., окончивших не менее семи классов средней школы 3 .
    Этот уровень образования для середины XX в. следует признать удовлетворительным.
    В  решении  вопроса  об  интенсификации  труда  перед  руководством  Выксунского металлургического завода (ВМЗ), Кулебакского (КМЗ) и Горьковского (ГМЗ)
    на первом  месте стояла задача  повышения профессиональной подготовки заводских  рабочих  кадров.  При  этом  начальный  общеобразовательный  уровень  рабочих играл  явно  второстепенную  роль.  Это хорошо  понимало  не  только  руководство промышленных предприятий, но и вышестоящие инстанции. Вопрос кадровой подготовки был насущной необходимостью в развитии всей черной металлургии СССР.
    Согласно министерским планам, в 1957 г. на ВМЗ предусматривалось подготовить 150 новых рабочих и повысить квалификацию у 1 550. На практике же
    было подготовлено 237 рабочих и повышена квалификация у 1 6184. В 1958 г. совнархозом планировалось подготовить 180 новых рабочих и повысить квалификацию у 1 340. Фактически же на ВМЗ был подготовлен 181 новый рабочий и повышена  квалификация  у  1  610  чел., уже  имевших  специальность5.  Несмотря  на  реформу системы руководства промышленностью, объем подготовки  и повышения
    квалификации рядовых работников заводов изменился незначительно.
    Повышение квалификации рабочих ВМЗ проводилось по нескольким направлениям.  Наиболее  распространенной  формой  являлись  курсы  целевого  назначе-

    55

    Исторические  науки  и  археология

    ния. С их помощью в 1957 — 1965 гг. повысили свою квалификацию 7 360 чел.
    Несмотря  на  то  что  в  отдельные  годы  число  обучаемых  было  нестабильным,  в
    целом прослеживалась тенденция к его возрастанию, что способствовало качественному  росту  коллектива  (табл.  1).
    Таблица 1
    Повышение квалификации рабочих кадров на ВМЗ, КМЗ, ГМЗ
    в 1957 — 1965 гг., чел.
         Год

                                                          Вид повышения квалификации
          Курсы целевого
              назначения

    1957
    1958
    1959
    1960
    1961
    1962
    1963
    1964
    1965
    Всего

                 Школа
        передового опыта

        Производственно    технические курсы

      ВМЗ

      КМЗ   ГМЗ   ВМЗ   КМЗ   ГМЗ   ВМЗ

      КМЗ   ГМЗ

    641
    833
    1 075
    709
    1 041
    1 078
    678
    939
    1 075
    7 360

    405
    421
    513
    674
    797
    1 056
    1 184
    1 202
    934
    7 186

    726
    572
    634
    968
    562
    433
    240
    652
    451
    5 238





    183
    210
    117
    285
    214
    1 009

    336
    374
    515
    459
    798
    324
    396
    680
    574
    4 446

    200
    175
    251
    133
    165
    180
    264

    409
    1 777






    20
    22
    33
    51
    126

    442
    376
    407
    358
    226
    511
    559
    319
    425
    3 663





    52
    28
    152
    51
    109
    392

             Обучение
       второй профессии
      ВМЗ

    КМЗ

    ГМЗ

    67
    27
    43
    49
    111
    64
    72
    54
    62
    549







    133
    177
    351
    661





    80
    57
    42
    60
    94
    333

    Составлена по: ГУ ЦАНО. Ф. 1250. Оп. 7. Д. 472. Л. 47; Д. 494. Л. 40 об.; Д. 517. Л. 40; Д. 545.
    Л. 42 об; Д. 568. Л. 46 об.; Д. 593. Д. 48 об.; Д. 616. Л. 94; Д. 662. Л. 54; Д. 707. Л. 67; Ф. 359. Оп. 1. Д. 126.
    Л. 29; Д. 145. Л. 69; Д. 166. Л. 65; Д. 195. Л. 78; Д. 231. Л. 70; Д. 267. Л. 71; Д. 303. Л. 117; Д. 336. Л. 101;
    Д. 359. Л. 113; Д. 387. Л. 104; Д. 336. Л. 101; Д. 359. Л. 113; Д. 387. Л. 104; Ф. 2593. Оп. 4. Д. 87. Л. 83;
    Д. 105. Л. 85; Д. 123. Л. 100; Д. 147. Л. 94; Д. 174. Л. 91.

    В школах по изучению передовых методов труда на ВМЗ в течение рассматриваемого периода  обучалось 4  446 чел.  Согласно архивным данным, число  повышавших  квалификацию  в  отдельные  годы  подвергалось  значительным  изменениям, не имея при этом явной тенденции к сокращению или возрастанию (см.
    табл.  1).
    На производственно-технических курсах, функционировавших на ВМЗ, в рассматриваемый период обучалось 3 663 чел. Картина была очень схожа с той, что
    выявилась при анализе функционирования вышерассмотренных форм повышения
    квалификации  рабочих:  значительное  колебание  числа  обучавшихся  по  годам  с
    тенденцией в сторону увеличения и снижения. Следует констатировать, что этот
    вид производственного обучения не привел к количественному росту желающих
    повысить квалификацию. Реформа системы управления промышленностью здесь
    себя явно не проявила.
    На  ВМЗ  успешно  работали  также  школы  мастеров,  созданные  еще  задолго  до
    рассматриваемого нами периода. Срок обучения в них составлял 2,5 — 3,0 года без
    отрыва от производства. Только с 1950 по 1959 г. в школах мастеров повысили квалификацию 450 работников ВМЗ6, что, несомненно, является низким показателем.

    56

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    На ВМЗ практиковался в том числе такой метод повышения квалификации
    рабочих,  как  получение  второй  специальности.  Однако  при  этом  следует  учитывать,  что  он  был  менее  распространенным,  чем  вышерассмотренные.  Рост
    числа  обучаемых с  помощью  этого  вида повышения  квалификации  отмечается
    только в 1961 г. Возможно, получение второй специальности рассматривалось как
    излишество  в  системе  обучения  рабочих  кадров,  не  имевшее  большого  практического  значения  (см.  табл.  1).
    На  ВМЗ практиковался  также лекционный  метод  обучения работников. Так,
    например, в 1957 г. для мастеров, бригадиров и рабочих завода были прочитаны
    154 лекции на политические и экономические темы с охватом 7 827 чел.7 Несмотря
    на то что лекционный метод использовался в течение 1958 — 1965 гг., он  носил
    только  вспомогательный  характер,  способствуя,  скорее,  общему  развитию  работников завода, а не повышению их профессионального уровня.
    Подготовка новых рабочих, не имевших соответствующей квалификации, была менее разнообразной. Так, например, в 1965 г. на  ВМЗ проходили  обучение
    256  новых рабочих путем  индивидуальных занятий и 25 — в  школах  и на курсах8 .  Однако  эти  цифры  отличались  от  среднегодовой  численности  учеников  на
    заводе, поскольку обучение могло продолжаться и менее года. Кроме того, на завод в течение года принимались новые ученики, а  прошедшие обучение получали рабочий разряд. В связи с этим число обучавшихся и обученных за год было
    неодинаковым.
    Согласно табл. 1, на КМЗ курсы целевого назначения прошли всего 7 186 чел.
    По  сравнению  с  ВМЗ  на Кулебакском  заводе  происходил  стабильный  и  ежегодный рост числа рабочих, охваченных данной формой обучения. В течение 1957 —
    1964  гг. количество  обучавшихся здесь возросло  фактически в 3 раза, некоторое
    снижение отмечалось только в 1965 г. Общее же число рабочих, повысивших свою
    квалификацию на курсах целевого назначения в 1957 — 1965 гг., было почти одинаковым на обоих вышеназванных заводах, что, несомненно, являлось значительным  достижением  руководства.
    В  школах  передового  опыта  на  КМЗ  в  течение  рассматриваемого  периода
    обучалось  всего  1  777  чел.  По  сравнению  с  ВМЗ  численность  обучавшихся  на
    КМЗ  за  тот  же  период  времени  была  значительно  меньше,  приблизительно  в
    2,5 раза (см. табл. 1). Возможно, этой форме обучения на КМЗ не придавали большого  значения,  хотя  и  не  отказывались  от  нее  полностью.
    На  производственно-технических  курсах,  действовавших  на  Кулебакском
    заводе,  было  обучено  всего  5 238  чел.  В  данном  виде  обучения  ВМЗ  значительно  отставал  от  КМЗ  (на  1  575  чел.),  несмотря  на  то  что  и  на  КМЗ  количество
    обучавшихся в разные годы значительно разнилось (от 240 до 968 чел. в год) без
    общей  тенденции  к  увеличению  (см.  табл.  1).  В  этом  случае  проявилась  недооценка этого вида повышения квалификации.
    Во время работы с архивными документами были выявлены в том числе данные о количестве рабочих, получавших вторую специальность на КМЗ в течение
    рассматриваемого периода. Согласно табл. 1, этот вид обучения получил намного  больший  размах  в  Кулебаках,  чем  в  Выксе.
    На ГМЗ, имевшем значительно меньший по численности коллектив по сравнению с ВМЗ и КМЗ, результаты повышения квалификации работников являлись

    Исторические  науки  и  археология

    57

    более скромными (см. табл. 1). В течение 1961 — 1965 гг. прослеживается значительная неравномерность числа обучавшихся по годам, которую можно, в лучшем  случае,  считать  слабовыраженной  тенденцией  к  увеличению.
    В функционировавших на ГМЗ
    Таблица 2
    школах  по  изучению  передовых
    Обучение  новых  работников  ГМЗ
    методов  труда численность повыважнейшим профессиям в 1960 г.
    шавших образование была незначительной,  но  ежегодно  увеличи-                             Профессия
        Кол-во чел.
    вавшейся  (см.  табл.  1).  Наиболее
    19
    востребованные  профессии,  ко- Машинист  кранов
    Шлифовщик
    5
    торым  обучались  рабочие  ГМЗ,
    Штамповщик
    21
    представлены  в  табл.  2.
    Машинист паровоза и его помощник
    10
    На  ГМЗ  количество  обучав- Резчик металла
    4
    шихся на производственно-техни- Кочегар  центрального  отопления
    9
    ческих  курсах  в  течение  1961  — Слесарь
    7
    5
    1965 гг.  варьировалось от  28 чел. Термист
    6
    в  1962  г.  до  152  —  в  1963  г.  (см. Строгальщик
    Электрослесарь
    5
    табл.  1).  Перспектива  развития
    этого вида повышения квалифиСоставлена по: ГУ ЦАНО. Ф. 2593. Оп. 4. Д. 70.
    кации на ГМЗ выглядит в целом Л. 72.
    неясной и противоречивой, как и
    в  случае  с  курсами  целевого
    Таблица 3
    назначения. Не было явной тенПолучение 
    второй 
    специальности
    денции  к  росту  численности
    работниками ГМЗ в 1960 г.
    обучавшихся,  овладевавших
    второй специальностью на ГМЗ     1-я специальность     2-я специальность Кол-во  чел.
    (табл.  3).
    Пультовщик
    Таким  образом,  комплекс- Машинист  электр.
    мостового  крана
    электропечей
    2
    ный  анализ  исторических  ис- Токарь
    Машинист  электр.
    точников,  в первую очередь  армостового  крана
    6
    хивных документов, показывает, Строгальщик
    Шлифовщик
    2
    что  в  изучаемый  период  на  ос- Токарь
    Строгальщик
    2
    1
    новных  предприятиях  черной Слесарь-ремонтник Машинист  парокрана
    металлургии Горьковской  облаСоставлена по: ГУ ЦАНО. Ф. 2593. Оп. 4. Д. 87. Л. 73.
    сти  активно  функционировала
    система  повышения  квалификации рабочих кадров. Прогресс в профессиональной подготовке прослеживался
    на протяжении всей реформы системы управления промышленности, несмотря на
    изменения,  произошедшие  в  системе  руководства  металлургической  отраслью.
    Библиографические ссылки

    См.: Очерки истории советского рабочего класса (1917 — 1965 гг.). М., 1966. С. 259 ; Белоус  В.  И.,  Гинзбург  Б. Л.  Подготовка  рабочих  кадров  для  промышленности  на  предприятиях
    Горьковской области  в начале  Великой  Отечественной  войны //  Вестн.  Нижегород.  гос.  ун-та
    им. Н. И. Лобачевского. Н. Новгород, 2011. № 3 (1). С. 178 — 184.

    58

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    2
     См.: Барсуков Н. Борьба партии за мощный подъем народного хозяйства, за завершение
    строительства социализма (1953 — 1958 гг.). М., 1963. С. 42 ; Белоус В. И., Гинзбург Б. Л. Исторический  опыт  развития  металлургической  промышленности  Горьковской  области  в  условиях
    административно-управленческих реформ  в СССР  (1957 —  1965 гг.)  // Вестн.  НИИ гуманитар.
    наук при Правительстве Респ. Мордовия. Саранск, 2012. № 3. С. 82 — 92.

    См.:  Дробышев В. З.,  Лельчук В. С. Наш  советский рабочий  класс (1917  — 1977).  М.,
    1979. С. 182.
    4
     ГУ ЦАНО. Ф. 1250. Оп. 7. Д. 472. Л. 47.
    5
     Там же. Д. 494. Л. 40.
    6
     См.: Славная  история : Очерки истории  Выксун. ордена Ленина металлург.  завода. Горький, 1967. С. 393.
    7
     ГУ ЦАНО. Д. 472. Л. 48.
    8
     Там же. Д. 707. Л. 67.

    Поступила 23.09.2013 г.

    УДК 330.3(470/345)
    И. Г. Кильдюшкина
    I. G. Kildyushkina

    СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ СИСТЕМЫ ХОЗЯЙСТВЕННОГО
    МЕХАНИЗМА МОРДОВИИ НА ЭТАПЕ ПЕРЕСТРОЙКИ
    IMPROVEMENT OF THE SYSTEM OF ECONOMIC MECHANISM
    OF MORDOVIA DURING THE PERESTROIKA PERIOD
    Ключевые слова:  система  управления,  территориально-отраслевые  принципы,  перестройка,  хозяйственный  механизм,  внедрение  новых  методов,  учет  местных  факторов,  активизация
    предпринимательской  деятельности,  региональный  хозрасчет,  самофинансирование.
    В статье анализируется первый этап проведения горбачевских реформ на территории Мордовии;  выделяются  основные  факторы  развития  экономики  с  позиций  совершенствования  механизма  управления  в  республике;  характеризуются  итоги  программы  рыночных  преобразований.
    Key words:  management  system,  territorial-industrial  principles,  restructuring,  economic
    mechanism,  the  implementation  of  new  methods,  consideration  of  local  factors,  intensification  of
    entrepreneurship,  regional  self-sufficiency,  self-financing.
    The first stage of Gorbachev’s reforms in the territory of Mordovia is analyzed in the article; the
    main factors of economic development are identified from the position of improvement of management
    in the republic, as well as the results of the program of market reforms are characterized.

    В истории России постоянно предпринимались попытки совершенствования
    системы  хозяйствования  через  изменение  ее  структуры,  формирование  новых
    форм участия производителей в управлении и планировании, перераспределение
    ©  Кильдюшкина И. Г., 2014

    Исторические  науки  и  археология

    59

    функций институтов и т. д. Рост  масштабов и качественные сдвиги  в экономике
    предъявляли  более  высокие  требования  к  методологии  руководства,  имевшей
    определенную эффективность в прошлом.
    За годы реформ кардинальные перемены претерпели многие положения экономической  науки,  вызвав  необходимость  глубокого  научного  переосмысления
    традиционных подходов и стереотипов массового сознания1. В качественно иной
    экономической ситуации, сложившейся в России в связи с начавшимся подъемом,
    потребовались новый инструментарий анализа и углубленная профессиональная
    диагностика проблем при поиске путей социально-экономических преобразований
    на  средне-  и  долгосрочную  перспективу,  в  том  числе  в  системе  управления  экономикой.
    По мнению профессора Санкт-Петербургского государственного университета
    экономики и финансов В. А. Спивака, «надежды отцов российской перестройки»
    на всеобщее процветание в случае перехода страны к капитализму строились  на
    неглубоком, некритическом представлении о том, что же происходит в мире труда  в  развитых  странах2.  Более  того,  Г.  Браверманн  —  российский  менеджер  и  автор, влияние идей которого на Западе очень велико, был убежден в направленности
    всех теоретических концепций и практик на получение тонко действующих и изощренных способов эксплуатации наемных работников капиталистами, а также в том,
    что идеи К. Маркса еще не исчерпали себя. «Полузнайство» руководителей  привело Россию «из огня»  дефицита материальных благ и свобод при социализме
    «в полымя» незащищенности и попранного чувства справедливости при капитализме3 . Принятые  меры устремлялись на  оптимизацию имеющегося  потенциала
    и достижение высоких показателей развития экономики.
    Проанализируем  процессы  совершенствования  системы  управления  на  региональном  уровне.  С  середины  1980-х  гг.  промышленность,  АПК,  транспорт,
    связь,  бытовое  обслуживание,  строительство  и  торговля  Мордовии  начали  работать  по-новому.  На  полный хозрасчет,  самофинансирование и  самоокупаемость  были  переведены  18 промышленных  объединений  и  предприятий,  в
    10  введена  госприемка.  Закрепился  курс  на  расширение  их  хозяйственной  самостоятельности и инициативы трудовых коллективов. С 1987 г. в промышленности, капитальном строительстве и других отраслях экономики в качестве основы
    материальной сбалансированности, стабильности и ритмичности работы ставился  акцент  на  100%-ное  выполнение договорных  обязательств 4, устранение  «затратного» подхода к работе при переходе на нормативное распределение прибыли
    между государством и предприятиями, превращение последней в источник социального и производственного развития коллективов. Был преодолен подход к планированию от «достигнутого»: темпы ежегодного роста устанавливались исходя из
    заданий пятилетки и плана предыдущего года, а не от ожидаемого результата, как
    раньше. Пятилетний план в качестве основной формы планирования, механизма
    аннулирования диспропорций и несбалансированности не только обеспечивал стабильность при получении максимального эффекта от применения долговременных
    экономических  нормативов,  но  и  позволял  коллективам  задействовать  все  резервы,  обеспечивая  перевыполнение  без  завышения  базы  для  последующих  лет.
    В  этот  период  продолжало  развиваться  социалистическое  самоуправление
    народа  при  повышении  прав  и ответственности  местных Советов  в вопросах

    60

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    государственной  и  общественной  жизни,  сочетании  территориально-отраслевых начал в управлении. Промышленность должна была опираться на использование  интенсивных  методов  и  факторов  повышения  качества  продукции,
    предприятия машиностроения, электротехники, приборостроения и химического
    машиностроения — на достижения научно-технического прогресса (НТП) и внедрение про-грессивных технологий в производственный процесс 5.  Для  обеспечения реализации заданий, предусмотренных Комплексной территориальноотраслевой программой НТП Мордовской АССР на 1986 — 1990 гг. («НТП-90»),
    особое  внимание  уделялось  обновлению  ассортимента  выпускаемой  продукции и повышению ее технического уровня. В 1987 г. освоению подлежало около
    300 новых видов машин, приборов, оборудования, материалов и изделий. НТП
    превратился в один из главных критериев оценки деятельности предприятий и
    организаций.
    Первый  секретарь  Мордовского  обкома  КПСС  А.  И.  Березин  на  пленуме
    областного комитета партии (11 декабря 1987 г.) отмечал, что в республике сложно
    развертывается  работа  по  освоению достижений  НТП,  не  выполняется  государственный план по внедрению новой техники, преобладает формальное отношение
    к программе «НТП-90». Причинами такого положения являлись несовершенство
    планирования, выражавшееся в преобладании валовой, количественной методики (как и в обсуждавшемся проекте плана экономического и социального развития
    республики на 1987 г.)6 и неиспользовании ее глубинных резервов.  По мнению
    А.  И. Березина, после  высоких  темпов  производства, достигнутых в  порыве  энтузиазма, начался постепенный возврат на прежние позиции. Объективная критика  из  его  уст  звучала  в  адрес  многих  предприятий,  на  которых  не  происходило
    ускорения НТП, где каждый третий рабочий в промышленности и строительстве
    и каждый второй на  транспорте был  занят малопроизводительным  ручным трудом.  Советским  и  хозяйственным  органам,  Совету  министров  (СМ),  Госплану
    МАССР, ряду министерств и  ведомств  республики были  свойственны  излишняя
    медлительность  и  формализм7 .
    В  условиях  внедрения  новых  методов  хозяйствования  не  наблюдалось  ответственности депутатов и советских органов. Так, например, в Рузаевском, Зубово-Полянском, Торбеевском, Теньгушевском и Чамзинском районах снизились
    темпы производства товаров народного  потребления (ТНП). Недостаточное их
    количество выпускали литейный завод «Центролит» имени 50-летия ВЛКСМ, заводы автосамосвалов, медицинского оборудования, «Резинотехника», краснослободский «Промсвязь» и рузаевский «Химмаш». Двадцать пять предприятий Мордовии не  производили  товаров для народа. Слабое воздействие  Советов на  хозяйственный  механизм  подтверждалось  ежегодной  закупкой  оптовым  звеном
    торговавших организаций простейших видов товаров за пределами республики, тогда как они могли бы производиться на предприятиях министерств местной топливной промышленности и лесного хозяйства. Большие потери в товарообороте  предприятий по  обслуживанию  населения  возникали из-за  отсутствия
    товаров в магазинах при их наличии на складах и т. п. Не менялся стиль работы предприятий бытового обслуживания, что вело к недополучению прибыли от
    продажи товаров. При обеспечении населения продовольствием СМ не акцентировал  внимания  на  аспектах  стимулирования  твердого  размера  поставок  в

    Исторические  науки  и  археология

    61

    общесоюзный и республиканский фонды, заинтересованности колхозов и совхозов  в  наращивании  объемов  выпуска  продукции,  развития  подсобных  хозяйств  граждан,  предприятий  и  товариществ  садоводов.  Это  вело  к сокращению поголовья скота у населения, падению производства и заготовок продуктов питания.
    На Комплексную программу по социальному переустройству села и созданию  стабильных  производств  в  колхозах  и  совхозах  республики  на  1987  —
    1990 гг. нацеливалась программа действий Советов по возведению жилья в сельской  местности  и  объектов  соцкультбыта.  Однако  в  реализации  школьной
    реформы  был  ослаблен  контроль  за  ее  проведением  со  стороны  СМ  МАССР,
    гор(рай)исполкомов, органов народного образования. Критика в адрес Советов
    касалась уровня руководства местным хозяйством и социальным развитием. На
    сессиях  Верховного  Совета  (ВС)  МАССР  и  местных  Советов  не  всегда  объективно представлялось реальное положение дел, прослеживались элементы формализма и парадности, наблюдался слабый контроль за исполнением собственных решений. Отсутствовал ожидаемый эффект от деятельности служб агропрома  Мордовии  в производстве  ТНП, транспорте,  торговле, общественном  питании,
    бытовом  обслуживании,  снабжении,  производстве  местных  стройматериалов,
    строительстве  объектов  ЖКХ.  Не  удовлетворяли  ход  осуществляемой  реформы
    общеобразовательной  и  профессиональной  школы,  работа  правоохранительных
    органов, деятельность органов  здравоохранения. Принимаемые СМ МАССР  постановления  не  всегда  отличало  высокое  качество  изучения  проблем.  В  них  не
    были  определены конкретные  сроки, лица  и организации,  ответственные за  выполнение  намеченных  мер. Многие регламентирующие документы  не содержали взвешенной и увязанной с планами и финансово-материальными возможностями  программы действий.  В результате это требовало  повышения роли  постоянных комиссий, их влияния на подготовку и принятие решений, контроль исполнения для перестройки деятельности депутатских комиссий, возврата им фактических прав и полномочий, недопущения подмены их функций аппаратом исполнительных органов.
    По вопросам перестройки работы Советов, государственных и хозяйственных
    органов  в  республике  председатель  Президиума ВС  МАССР  А.  О. Пиксаев,  как
    и другие ораторы (депутаты В.  Н.  Тарасов,  Н.  И.  Баландина, А. И.  Кондратьев,
    А.  А.  Климбовский,  В.  К.  Панина  и А.  И.  Березин)  констатировали  замедление
    перехода к новым методам управления  в  некоторых городах  и районах, нерешительность в устранении причин, мешавших ускорению, иждивенческие настроения  в  обществе8 .  На  министерства,  ведомства  и  исполкомы  местных  Советов
    возлагалась миссия увеличения выпуска нужных населению товаров и услуг, обеспечения  выполнения  заданий  Комплексной  программы  развития  производства
    товаров народного потребления и сферы услуг на 1986 — 2000 гг., более полного
    удовлетворения  платежеспособного  спроса,  улучшения  денежного  обращения,
    выполнения кассового  плана  и  роста  доходов  бюджета 9 .
    При  характеристике  особенностей  формирования  доходов  Госбюджета
    МАССР важно иметь в виду, что в 1988 г. возросла роль цен в обеспечении объективной оценки результатов хозяйствования. В вопросах использования договорных
    и  временных  цен,  механизма  надбавок  и  скидок  повысился  уровень  Госкомцен

    62

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    МАССР.  В  доходах  Госбюджета  МАССР  учитывались  поступления  обязательных и добровольных платежей населения в сумме 92,9 млн руб. Получило развитие  государственное  имущественное  и  личное  страхование.  С  1989  г.  началось
    введение добровольного страхования дополнительной пенсии для рабочих, служащих  и  колхозников  за  счет  средств  госбюджета,  формируемых  наполовину  из
    страхового фонда. Сбережения планировалось возвращать населению в денежной
    форме  и  в  виде  дополнительных  материальных  благ.  Большие  возможности  открывались  для  созданного  сбербанка  трудовых  сбережений  и  сферы  кредитования, расширялось кредитование населения на потребительские и производственные цели. Для эффективности проведения структурной политики на 1988 г. объем
    расходов Госбюджета МАССР был определен в 109,6 млн руб., на финансирование народного хозяйства из бюджета республики направлено 109,4 млн, с учетом
    собственных средств предприятий, объединений и организаций — 176,5 млн руб.
    (на 16,3  %  больше  уровня  предыдущего  года)10 .
    Совершенствование хозяйственного механизма в Мордовии проходило на фоне
    ускорения социального развития. В 1986 — 1987 гг. в Саранске были разработаны и приняты пятилетние комплексные программы по развитию жилищной сферы, здравоохранения, производству ТНП и охране природы, направленные на выполнение задач перестройки. Например, в 1987 г. было введено около 220 тыс. м 2
    жилой  площади  (т.  е.  на  17,0  %  больше  уровня  предыдущего  года),  на  1990  г.
    планировалось 260 — 270 тыс. м 2  (на 36,0 % больше по сравнению с 1985 г.);
    на 6,8 % увеличилось производство ТНП; велось строительство крупных природоохранных  сооружений,  Сурского  водовода.  Однако  в  процессе  осуществления
    намеченного прослеживалась неэффективность работы некоторых  строительных
    организаций и предприятий по вводу жилья (объединения «Мордовскгражданстрой»  и  «Мордовагропромстрой»),  объектов  соцкультбыта  (на  заводах-объединениях  «Светотехника»  и  «Центролит»),  здравоохранения  (трест  «Саранскжилстрой»).  Критиковалась  работа  ряда  руководителей  из-за  их  отношения  к  социальным программам развития по остаточному принципу финансирования (объединение «Электровыпрямитель», комбинат «Биохимик», заводы автосамосвалов,
    консервный, кирпичный, предприятия местной и пищевой промышленности, бытового обслуживания)11 . В связи с тем что в городе промышленное производство
    наращивалось  за  счет  строительства  новых  корпусов,  вопросы  эффективности
    использования основных фондов стройорганизаций концентрировались на решении
    социальных  проблем.  Без  роста  объемов  строительства  жилья  и  объектов
    соцкультбыта (например, доведение мощностей ДСК до 300 тыс. м 2 жилья в год)
    многие  социально  значимые  проекты  решить  в  намеченные  сроки  не  представлялось  возможным.
    Другими словами, период перестройки характеризовался нарушением привычных методов решения вопросов, отработанных десятилетиями. Возникали проблемы материально-технического обеспечения и неотлаженности работы плановых
    и  финансовых  структур.  В  задачу  городской  плановой  комиссии  по-прежнему
    включалось  не  творческое,  а  техническое  сведение  ведомственных  показателей. Поэтапное развитие социальной сферы требовало увеличения показателей
    строительства жилья, больниц, школ, объектов коммунального хозяйства и культуры, но их  доля для СМ оставалась  в пределах 41 млн руб. Тщетными оказа-

    Исторические  науки  и  археология

    63

    лись в Госплане СССР и РСФСР меры по доведению этих цифр по республике
    до 45 млн руб. Выполнение постановления СМ РСФСР «О мерах по дальнейшему развитию городского хозяйства города Саранска в 1986 — 1990 годах» находилось на грани срыва, означая, во-первых, замораживание строительства по ряду
    жизненно важных объектов, во-вторых, увеличение объемов по Главмордовстрою
    за счет сокращения части промышленного строительства 12 . Новые принципы работы  опирались  на  интенсификацию  производственных процессов,  перестройку
    мышления и  повышение требований  к качеству работы.
    На восьмой сессии одиннадцатого созыва ВС МАССР (9 апреля 1988 г.) председатель  СМ  МАССР  В.  С.  Учайкин  указал  на  необходимость  совершенствования структуры управления народным хозяйством Мордовии в соответствии с решениями XXVII съезда КПСС июньского (1987 г.) и последующих пленумов ЦК
    КПСС,  указаниями  Генерального  секретаря  ЦК  КПСС  М.  С.  Горбачева,  в  том
    числе  по  вопросу  углубления  демократических  начал  и  гласности 13 ,  а  именно:
    переход  на  интенсивные  методы  работы  с  внедрением  новых  организационных
    форм управления. В итоге 120 предприятий Мордовии, на долю которых приходилось 70 % общего объема производства промышленной продукции, с 1988 г. начали применять полный хозрасчет и самофинансирование.
    Однако, несмотря на увеличение социальной направленности в развитии экономики, выполнение мероприятий радикальной экономической реформы не увязывалось с масштабами ускорения социально-экономического развития. Возможности повышения результативности всей работы использовались недостаточно,
    о чем свидетельствовали низкие темпы промышленного производства. При форсированном наращивании производственного потенциала многие отрасли развивались инерционно на экстенсивной основе. В результате происходили серьезные
    сбои в работе предприятий машиностроения, легкой промышленности и лесного
    хозяйства.
    Министерства и ведомства, рай(гор)исполкомы не смогли полностью избавиться
    от сложившегося стереотипа хозяйствования, недооценивая результаты реконструкции и технического перевооружения, поэтому исследования отраслевой и вузовской
    науки мертвым грузом оседали на полках. В 11-й пятилетке на модернизацию производственных  мощностей  промышленности  было  использовано  около  40  %  капвложений. Затраты на реконструкцию кондитерской фабрики Госагропрома за три
    пятилетки составили более 2 млн руб., а технический уровень производства практически  не  повысился  —  почти  каждый  второй  рабочий  вручную  осуществлял
    необходимые  для производства операции14. Темпы роста производства  и продажи
    государству зерна, картофеля, мяса и шерсти продолжали снижаться, несмотря на
    1,5  млрд  руб.,  вкладываемых  в  развитие  регионального  АПК  в  течение  каждой
    пятилетки. Низкий уровень интенсификации производства обусловил невыполнение заданий по росту производительности труда и нерентабельность значительного
    числа  хозяйств. Неэффективное  расходование средств,  выделяемых  по  программе
    развития  Нечерноземья,  дополнялось  не  только  низким  качеством  производимых
    строительных работ и отраслей, обслуживавших население, но и недостатком предприятий, выпускавших продукцию для местных нужд.
    Местные Советы не в полной мере использовали предоставленные им права по комплексному развитию подведомственной территории. Неэффективность

    64

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    исходила непосредственно от организационной структуры управления народным
    хозяйством —  неоправданно усложненной, негибкой, с множеством детализированных  и  неоперативных  распоряжений,  мелочностью  контроля  министерств  и
    ведомств.  В  республике  функционировали  14  министерств,  13  государственных
    комитетов,  13  управлений,  другие  республиканские  службы  и  учреждения.  Численность работников  в  аппарате управления  составляла  15,4 %  от  общего  количества рабочих и служащих. В структуре органов государственного и хозяйственного управления, а также управлениях кооперативных и общественных организаций было занято 10,4 тыс. чел. 18,2 % от их общей численности приходилось  на
    аппарат министерств и ведомств, 19,8 — советские органы управления, 2,9 —
    юридические и более 11,0 % — на органы общественных и профсоюзных организаций.  В  составе  управленцев  из  министерств  и  ведомств  наибольшая  доля
    (37,2 %) приходилась на среднее звено15. В свою очередь, это требовало, во-первых, упрощения структуры аппарата, ликвидации дублирования и параллелизма,
    повышения эффективности деятельности; во-вторых, содействия предприятиям со
    стороны органов управления в работе на полном хозрасчете и самофинансировании;  в-третьих, сокращения и удешевления  управленческого аппарата; в-четвертых,  перенесения  центра  тяжести  на  выявление  конкретных  путей  достижения
    высокой  эффективности  общественного  производства  с  активизацией  человеческого  фактора.
    Перестройка организации материально-технического снабжения, усовершенствование системы ценообразования и финансово-кредитного механизма определяли  следующие  задачи:  создание  действенных  противозатратных  стимулов
    и  придание  управлению  современных  организационных  форм  с  оптимальным
    сочетанием отраслевого, территориального и межотраслевого управления на основе  демократизации  и  повышения  роли  трудовых  коллективов.  Преобразования в системе управления проводились в основном звене хозяйственной системы — предприятии (объединении), права и полномочия которого определялись
    Законом СССР «О государственном предприятии (объединении)». Новый хозяйственный  механизм  стимулировал  развитие  трудовых  коллективов,  побуждая
    предприятия всемерно удовлетворять потребности народного хозяйства и населения в необходимой продукции, выпускать ее с наименьшими затратами. Именно  с  этих  позиций  были  внесены  кардинальные  изменения  в  формы  и  методы
    управления предприятием.
    Фактором проявления инициативы стало самоуправление коллективов в вопросах внутренней организации производства и управления. В соответствии с новым  законом  изменялся  характер  планирования  их  деятельности  по  пути  демократизации процесса и самостоятельной разработки и утверждения пятилетних и
    годовых планов развития предприятия. Государственное воздействие на эти процессы должно было увязываться с экономическими методами через контрольные
    цифры, а госзаказы — через долговременные стабильные нормативы и лимиты.
    В задачи Госплана МАССР, министерств и ведомств республики, рай(гор)исполкомов входили формирование и реализация перспективных планов социально-экономического  развития,  исходя  из  максимального  учета  требований  системы  менеджмента, его сбалансированности по сферам экономики. Закон ранжировал взаимоотношения предприятий (объединений) с Советами, задачи исполкомов мест-

    Исторические  науки  и  археология

    65

    ных Советов по руководству государственными предприятиями и взаимодействию с ними.
    В условиях полного хозрасчета качественно новым стало понятие централизованного руководства экономикой, поменялись функции местных и центральных
    экономических органов. Применительно к упомянутому закону были приняты постановления ЦК КПСС и СМ СССР о перестройке планирования, ценообразования, финансирования, материально-технического снабжения, работы банков, органов по труду и социальным вопросам, аппарата статистики, отраслевых министерств, республиканских и  местных органов.  В  функции  Госплана МАССР  вошли: плановое руководство народным хозяйством, формирование экономических
    пропорций, реализация достижений НТП, совершенствование структурной и инвестиционной политики, обеспечение сбалансированности экономики, корректировка  действий  хозяйственного  механизма,  создание  условий  для  эффективной работы промышленности, транспорта и строительства, кооперирование межотраслевых производств и рациональное использование ресурсов, разработка научно-обоснованных долговременных экономических нормативов, экономический анализ, совершенствование процесса управления охраны природы. Для оптимальной
    координации действий экономических  органов в структуре СМ  МАССР был создан  экономический  Совет, возглавляемый  председателем,  и  ряд  новых  отделов,
    увеличен штат  аппарата.
    Критическая  обстановка,  создавшаяся  в  республике  в  области  денежного
    обращения,  требовала  перестройки  финансовой системы  для увеличения  производства ТНП (минимальный рост не менее 13 — 15 %) и ежегодного роста предоставления платных услуг населению (до 20 — 22 %). Несмотря на это, отдельные хозяйственники продолжали выпрашивать деньги у государства, сужая рамки функционирования хозрасчета. От Министерства финансов МАССР зависело
    изменение стиля, форм и методов работы аппарата и подведомственных органов
    на местах. Реформа кредитно-финансового механизма предполагала расходовать
    средства за  счет заработанных  сумм  с соотнесением  эффективности  производимых действий. Большая роль принадлежала банковской системе, приведению оргструктуры  материально-технического  обеспечения  в  соответствии  с  формированием рабочих органов Мордовского главного территориального управления Госснаба  СССР  (Мордовглавснабсбыт)16 .
    Одно из направлений работы Государственного комитета МАССР по труду и
    социальным  вопросам  касалось социальной  сферы.  Госкомтруду  МАССР,  рай(гор)исполкомам предстояло завершить создание местных органов по труду и социальным вопросам в городах и районах. Хозрасчетные бюро по трудоустройству
    населения преобразовывались в центры по трудоустройству. Рационализация управления  статистическими  органами  сводилась  к  тому,  чтобы  на  базе  Статуправления МАССР и Мордовского объединения по информационно-вычислительному обслуживанию организовать Мордовское республиканское управление статистики.  Мордовское  территориальное  управление  строительства  Минсевзапстроя
    СССР преобразовывалось в Главное территориальное управление по строительству
    в  МАССР  (Главмордовстрой);  Мордовавтодор  —  в  проектно-ремонтно-строительное  объединение;  Мордовавтотранс  —  в  Государственное  производственное
    объединение автомобильного транспорта. На базе треста «Мордовгражданстрой»

    66

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Министерства гражданского и жилищного строительства РСФСР и треста «Мордовремстрой»  Министерства  ЖКХ  МАССР  создавалось  объединение  «Мордовгражданстрой». Из небольшой службы Куйбышевского управления образовалось
    Мордовское  управление  Госкомнефтепродукта  РСФСР.  По  постановлению  ЦК
    КПСС и СМ СССР «О коренной перестройке дела охраны природы в стране» на
    базе инспекции рыбоохраны, гидрохимической лаборатории по охране вод, Мордовского  центра  по  гидрометеорологии  и  ряда  министерств  и  ведомств  был  создан  Госкомитет  МАССР  по  охране  природы.
    Продолжался поиск более рациональных форм управления в АПК. В республике  на  базе  Лямбирского  и  Октябрьского  агропромышленных  объединений
    (АПО)  действовало  АПО  «Саранское».  Определялись  возможности  создания
    подобных агроформирований в других районах Мордовии. Громоздкой осталась
    и структура управления отраслями АПК. В колхозах и совхозах их численность
    достигала  11  тыс.  чел.  В  аппарате  Госагропрома  МАССР  работало  379  чел.  и
    920 чел.  —  в  РАПО.  Большой аппарат  управленцев  существовал  в системе  обслуживания  колхозов  и  совхозов.  В  «Мордовагропромстрой»  входило  свыше
    2 тыс.  чел.  В  РАПО  колхозов  и  совхозов  Большеберезниковского  района  неэффективно работало 536 чел. В 1987 г. в управлении Старошайговского района были убыточными 11 хозяйств из 17 колхозов и 5 совхозов на общую сумму 2,5 млн
    руб.,  колхоз  «40  лет  Октября»  закончил  год  с  убытками  в  532  тыс.  руб.  Совхоз
    «Волна революции» Ардатовского района, состоявший из 573 чел., из них в руководстве  —  58  чел.,  достиг  убытков  на  961  тыс.  руб. 17
    Совершенствование структуры и методов управления связывалось на данном
    этапе с четким разделением функций, прав и ответственности между всеми уровнями  и  звеньями.  За  счет  разгрузки  министерств  от  выполнения  оперативных
    заданий последние превращались в штабы управления перспективным развитием
    отраслей  более  высокого  ранга.  Роль  Советов  заключалась  в  переориентации
    работы  на  овладение  современными  методами  хозяйствования,  хотя  во  многих
    случаях их создание сводилось к административной перестройке на местах. Так,
    основной штат аппарата Министерства бытового обслуживания населения МАССР
    состоял  из  30  единиц,  не  считая  сотрудников  технико-экономического  бюро.  Не
    всегда по назначению использовался отдел технического надзора при Минжилкомхозе МАССР. В соответствии с генеральной схемой управления народным хозяйством МАССР упразднению и укрупнению подверглись 9 министерств и ведомств,
    а также 6 республиканских органов управления 18 .
    В  частности,  Министерство  культуры  МАССР,  Госкомитет  МАССР  по  кинофикации и республиканская контора «Кинопрокат» объединялись в Министерство культуры МАССР с созданием  в его составе  хозрасчетного киновидеообъединения19 , Министерство здравоохранения МАССР, Аптечное управление СМ
    МАССР  и  Управление  «Медтехника»  —  в  Министерство  здравоохранения
    МАССР с созданием в его составе хозрасчетного производственного фармацевтического объединения. На базе объединения «Мордовмелиорация», Министерства мелиорации и водного хозяйства МАССР, дирекции «Мордовхозводстрой»
    Главнечерноземводстроя РСФСР и Мордовского отделения института «Мосгипроводхоз»  было  создано  Мордовское  производственное  объединение  по  строительству  и  эксплуатации  водохозяйственных  и  мелиоративных  систем.  Интег-

    Исторические  науки  и  археология

    67

    рация Министерства торговли МАССР и Управления общественного питания при
    СМ МАССР объединила ремонтно-строительные участки, магазины торгоборудования и инвентаря, лаборатории НОТ, новую технику и учебно-методические
    кабинеты. В ЦК КПСС и СМ РСФСР было внесено предложение об  объединении Министерства просвещения МАССР и Госкомитета МАССР по профессионально-техническому образованию для создания Госкомитета МАССР по народному  образованию.  Часть  профтехучилищ была  передана  под  юрисдикцию  отраслевых  министерств  и  ведомств 20 .  В  результате  образовалось  8  производственных объединений на базе существовавших министерств (например, на базе
    Министерства  ЖКХ  МАССР  —  Мордовское  производственное  объединение
    ЖКХ  с передачей  местным Советам  функций планирования,  финансирования,
    развития  материальной базы  и оптимизации  работы подразделений  жилищнокоммунальной  службы).  Аналогичный  подход  был  применен  при  организации
    производственных  объединений  на базе  Минместпрома,  Минлесхоза,  Минтоппрома, Управления хлебопекарной и макаронной промышленности и их подведомственных предприятий.
    Это  способствовало,  во-первых,  сочетанию  отраслевых  и  территориальных
    принципов управления, повышению роли местных Советов в улучшении жилищнокоммунального обслуживания населения; во-вторых, ликвидации отдельных республиканских объединений и созданию Мордовского производственного объединения бытового обслуживания населения и районных комбинатов; в-третьих, сокращению управленческого  персонала на  25,2 % и общего  годового фонда  заработной платы  на  4,9  млн  руб.  (аппарат  министерств и  ведомств  МАССР  уменьшился на 673 единицы, или на 35,5 %, в том числе по АПК на 133, или 35,0, городским (районным) управлениям и отделам на 633, или 23,6, в том числе в РАПО на
    322 единицы, или 35,0 %21 ). При этом соблюдался порядок высвобождения, трудоустройства  рабочих и  служащих с предоставлением льгот  и компенсаций (постановление ЦК КПСС, СМ и ВЦСПС от 22 декабря 1987 г. № 1457 «Об обеспечении эффективной занятости населения, совершенствовании системы трудоустройства и усилении социальных гарантий для трудящихся»), что вызвало волну активности народных депутатов и трудящихся, инициировав импульс социально-экономического развития республики.
    Всесторонний анализ  ситуации в отраслях хозяйствования  был  представлен
    В. С. Учайкиным в докладе «О работе Совета Министров Мордовской АССР и
    задачах,  вытекающих  из  решений  I  съезда  народных  депутатов»22 .  При  выделении аспектов, связанных  со снабжением населения продовольствием и ТНП,
    обеспечением жильем, с экологической ситуацией, низким уровнем системы здравоохранения,  ослаблением  общественного  порядка,  докладчик  сосредоточил
    внимание на реализации проблем развития подведомственной территории, входящих  в  компетенцию  правительства,  министерств,  ведомств  и  местных  Советов.
    Активизацию их деятельности по проведению социальной переориентации экономики, изысканию и внедрению новых эффективных и рациональных форм управления,  завершению  перевода  отдельных  объектов  на  полный  хозрасчет  и  самофинансирование Учайкин связывал с переходом республики на региональный хозрасчет с использованием наиболее эффективных его моделей, а также рыночными отношениями и новыми принципами налоговой политики23 .

    68

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Важным  рычагом  в  деятельности  правительства  по  осуществлению  конституционных обязательств стала система комплексного экономического и социального планирования. На базе основных направлений развития Мордовской АССР
    на 1986 — 2005 гг. был разработан план развития республики в 12-й пятилетке.
    Для  эффективности  работы  отраслей  были  разработаны  целевые  комплексные
    программы  в  области  НТП,  продовольственного  обеспечения  населения,  строительства жилья, производства ТНП, социального переустройства села, газификации населенных пунктов, строительства дорог, охраны здоровья населения и др.
    Во взаимосвязи с новыми подходами в планировании правительством определялись действия по оптимизации сложившейся структуры. Новая генеральная схема  управления  народным  хозяйством,  утвержденная  на  сессии  ВС,  позволила
    сократить численность управленцев на 1 898 чел., или на 24 %, и упростить его
    аппарат24. При создании новых форм хозяйства, развитии прямых связей и оптовой торговли эта система трансформировалась по линии сокращения количества
    центральных органов управления и изменения функций вновь созданных структурных подразделений.
    Таким образом, основными позициями перестроечного периода в Мордовии
    стали: обеспечение социальной направленности экономики; оказание финансовой
    помощи  низовому  звену  (из  республиканского  бюджета  СМ  было  выделено
    2,4  млн  руб.  для  преодоления  дефицита  бюджета  сельских  и  поселковых  Советов);  достижение  более  высоких  темпов  роста  общеэкономических  показателей
    (прибыль за три года  составила 1,8 млн руб.  против 1,6 млн за  годы 11-й  пятилетки; в  1988 г.  — 0,8  млн руб.);  обеспечение  населения  продовольствием  (увеличение среднегодового объема валовой агропродукции в общественном секторе
    в текущей пятилетке на 22 % по сравнению с предыдущей, выполнение колхозами,  совхозами  и  государственными  хозяйствами  трехлетнего  пятилетнего  плана по производству мяса, молока, яиц и увеличение производства зерна на 9 %;
    увеличение производства цельномолочной продукции, масла животного и сыра жирного за три года текущей пятилетки, плодоовощных консервов, сахарного песка и
    колбасных изделий,  рост потребления на  душу населения  по  сравнению с  1985 г.
    мяса — на 17 %, или 61 кг, молока — на 13 %, или 374 кг); анализ ведения сельхозпроизводства с корректировкой и усилением работы по формированию новых
    подрядных  организацией и  развитием  экономической  учебы кадров; реализация
    политики по социальному обустройству села, а также всестороннему удовлетворению потребностей населения с императивом дальнейшего развития торговли 25 .
    Приоритеты  деятельности  СМ  Мордовии  затрагивали  совершенствование
    общественных отношений, ускорение НТП, структурные преобразования, нормализацию инвестиционного процесса, развитие внешнеэкономических связей, оздоровление финансового состояния. Однако с середины 1980-х гг. прослеживались
    серьезные  недостатки,  соотносившиеся  с  непреодоленностью  затратного  характера экономики и традиционным оцениванием по «валу» хозяйствования предприятий и организаций 26. Руководители практически не создавали условий для внедрения арендных, подрядных и других прогрессивных форм организации и стимулирования труда. Все больше видов ТНП переходило в разряд дефицита, усиливая  напряженность  в  обществе.  Итог  недоработок  правительства  выражался  в
    нерешительном,  некомплексном  проведении  хозяйственной  реформы  и  неотра-

    Исторические  науки  и  археология

    69

    ботанности основных ее элементов. При планировании создавалось впечатление
    о принятии Госпланом заниженных планов потребительских товаров: с одной стороны, было перевыполнение планов, а с другой — полное отсутствие товаров на
    прилавках. С принятием Закона о кооперации в СССР появилась надежда на решение проблем с помощью кооперативов. Однако это привело к созданию других
    трудностей,  связанных  с  упорядочением  снабжения  сырьем  и  материалами,  установлением ценообразования, входивших в компетенцию Советов.
    Для реализации прав и свобод граждан, их самостоятельности в  решении общих вопросов развития территории, охраны окружающей среды27 к началу 1990-х гг.
    был разработан проект Временного положения о самоуправлении в МАССР 28  —
    вариант  конкретной  реализации  Закона СССР  «Об  общих  началах местного  самоуправления и местного хозяйства в СССР» применительно к условиям Мордовии. Создание органов управления, принципиально отличных от советских по своим задачам и функциям, говорило о начале трансформации в системе региональной власти. Экономические реформы сопровождались политическими изменениями 29 ,  детерминировав ликвидацию  отлаженной  системы  управления  промышленностью и организационный хаос, из которого республика выходила во второй
    половине 1990-х гг.
    Анализ этапов реформирования разрешил осознать характер перемен и детализировать некоторые его особенности. В результате преобразований, в большей мере коснувшихся микроэкономической сферы,  появились многочисленные формы
    собственности,  класс  предпринимателей.  Макроэкономическая  нестабильность
    была отчасти спровоцирована несовершенством проведения государственной политики и неправомерностью вмешательства государства в развитие рынка. Проведение реструктуризации и стабилизации промышленности позволило определить
    возможности решения задач ресурсного и инвестиционного дефицита, поиска гибких и эффективных форм его организационного построения, способных адаптироваться к условиям турбулентности. Постепенное расширение использования территориально-отраслевого подхода в экономике базировалось на учете местных факторов и активизации предпринимательской деятельности государственных, частных и смешанных разноуровневых структур экономики. Мнения ученых сходились
    на развитии региона, рационально сочетавшем территориальный и отраслевой аспекты управления30 с учетом разграничения полномочий и принципов хозяйствования в зависимости от уровня развития экономических и политических взаимоотношений  внутри  субъекта,  а  также  между  ним и  федеральным  центром.
    Вопросы  территориального  менеджмента  ограничивались  местным  хозяйством.  В  контексте  большей  самостоятельности  субъектов  актуализировалась
    разработка концепции регионального управления для той или иной модели рыночных отношений. Обладая признаками системы (целостность и большие полномочия в экономической, бюджетно-финансовой и правовой сферах), управление
    происходило в трех проекциях: взаимоотношения с центром, органами местного
    самоуправления  и  собственно  субъектом.  Спецификой  новой  модели  регионального типа стал набор институциональных инноваций, накладываемых рынком:
    господство государственной и ликвидация легитимной частной собственности,
    независимой от властных структур; доминирование государства в мобилизации,
    распределении  и  использовании  национальных  сбережений;  управленческая

    70

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    иерархия подчиняющихся друг другу начальников за счет обеспечения координации их  деятельности прямыми  распорядительными актами;  потеря превалирующей  роли  микроэкономического  регулятора  системой  рынков  с  переносом
    этих функций на периферию; снижение экстремально высокой дифференциации
    доходов; структурная политика на основе импортозамещающей индустриализации и перераспределения ресурсов из аграрной сферы в промышленную; жесткий политический контроль, исключавший несанкционированные формы массовой активности.
    Таким  образом,  первый  этап  горбачевских  реформ  отличался  ускорением
    экономики  («мобилизационный  подход»  к  решению  микроуровневых  проблем),
    новым изданием индустриализации (усиление развития машиностроения), «культурной революцией»  (новый  стиль политического  руководства,  антиалкогольная
    кампания),  изменением  системы  органов  управления  в  республике  и  «кадровой
    революцией» (обновление и омоложение кадров). Программа рыночных преобразований свелась к ухудшению социальных индикаторов качества жизни, неспособности  нового  руководства  решать  возникшие  проблемы,  дестабилизировавшие
    внутренний потребительский рынок и госбюджет. Нестандартные рычаги управления как последствия перестроечных трансформаций в регионах инициировали
    частнопредпринимательскую активность на фоне развития демократических принципов. Отсутствие принятия экономически обоснованных мер (реформ ценообразования, налоговой сферы, начало приватизации) обнажило процессы ослабления
    государственной  власти,  криминализацию  в  обществе,  проблемы  ценообразования и разрушения рынка при расширении прав предприятий и их коллективов, обусловив скачок спроса и товарный дефицит. Масштабы национального накопления
    в начале 1990-х гг. уже не зависели от частных сбережений населения и инвестиций.  Высокий  уровень  налогообложения  не  смог  подавить  хозяйственной  оживленности, не зависимой от решений частных предприятий. Тоталитарный политический режим снял ограничения на  объем финансовых ресурсов, мобилизуемых
    государством на  цели накопления.  Формировавшиеся национальные  сбережения
    обеспечили индустриальный рывок, повысив на короткое время темпы экономического  роста  в  стране.
    Библиографические ссылки
    1

     См.: Абалкин Л. И. Логика экономического роста. М., 2002. С. 51, 85.
     См.: Шелдрейк Дж. Теория менеджмента: от тейлоризма до японизации. СПб., 2001. С. 8.
    3
     Там же. С. 9, 303 — 325.
    4
      См.:  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва.  Пятая  сессия (12 дек. 1986 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1987. С. 5, 9 — 10.
    5
     Там же. С. 5, 9 — 11.
    6
     Там же. С. 53.
    7
      См.:  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва.  Шестая
    сессия (15 июля 1987 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1988. С. 55 — 62.
    8
     Там же. С. 63 — 64.
    9
      Там  же.  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской АССР  одиннадцатого  созыва.  Седьмая сессия (11 нояб. 1987 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1988. С. 23 — 25.
    10
     Там  же.
    11
     Там же. С. 47 — 49.
    2

    Исторические  науки  и  археология
    12

    71

     Там  же.
      См.:  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва.  Восьмая
    сессия (9 апр. 1988 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1988. С. 7 — 22.
    14
     Там  же.
    15
     Там же. С. 10.
    16
     Там же. С. 35 — 40.
    17
     Там же. С. 17.
    18
      См.:  О  задачах  Советов  народных  депутатов  Мордовской  АССР  по  совершенствованию
    структуры  управления  народным  хозяйством  :  постановление  ВС  МАССР  //  Заседания  Верховного Совета Мордовской АССР одиннадцатого созыва, восьмая сессия. С. 93 — 96.
    19
      См.:  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва.  Восьмая
    сессия. С. 17.
    20
     Там же. С. 17 — 19.
    21
     Там же. С. 20.
    22
      См.:  Заседания  Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва.  Внеочередная двенадцатая сессия (22 сент. 1989 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1990. С. 4 — 30.
    23
     Там же. С. 4 — 5.
    24
     Там  же.
    25
     Там же. С. 4 — 30.
    26
     Там же. С. 63 — 65.
    27
      См.: О  работе  советских  и хозяйственных  органов  Мордовской  АССР по  охране  окружающей  среды  и  рациональному  использованию  природных  ресурсов  в  свете  требований
    XXVII  съезда  КПСС  и  советского  законодательства  :  постановление  ВС  МАССР  //  Заседания
    Верховного  Совета  Мордовской  АССР  одиннадцатого  созыва,  одиннадцатая  сессия  (12  июля
    1989 г.) : стеногр. отчет. Саранск, 1989. С. 111 — 118.
    28
      См.:  Временное  положение  о  самоуправлении  в  Мордовской  АССР  :  проект  //  Совет.
    Мордовия. 1990. 11 сент.
    29
     См.: Утешев А. А., Щербакова Т. И. Национальная политика в Республике Мордовия в
    конце  XX —  XXI века  //  Мордва :  Очерки по  истории,  этнографии и  культуре мордов.  народа.
    Саранск, 2004. С. 137 — 155.
    30
     См.: Большаков С. Н. Политика регионального экономического развития: методы и механизмы. М., 2005. № 158. С. 5 — 6.
    13

    Поступила 17.05.2013 г.

    72

    ЭКОНОМИЧЕСКИЕ  НАУКИ

    УДК 061.5:33
    О. М. Лизина
    O. M. Lizina

    ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ
    КЛАСТЕРНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ*
    FACTORS AFFECTING THE OPERATION
    OF CLUSTER FORMATIONS
    Ключевые слова:  кластер,  фактор,  среда  кластерного  образования,  эффективность.
    В статье представлены классификации факторов, влияющих на эффективность кластерных
    образований;  рассматриваются  основные  факторы,  определяющие  эффективность  функционирования  кластера  на  примере  инновационного  территориально  кластера  «Энергоэффективная светотехника  и интеллектуальные  системы управления  освещением»; предлагается  методика  оценки  влияния  факторов,  обусловленных  спецификой  кластера.
    Key words:  cluster,  factor,  environment  of  cluster  formation,  efficiency.
    The  classification  of  the  factors  affecting  the  efficiency  of  cluster  formations  are  represented  in
    the article, as well as  the main factors determining the operation of the  cluster are considered on the
    basis of  the innovative regional  cluster “Energy  efficient lighting  engineering  and intelligent  lighting
    control  systems”  and  the  methodology  of  estimating  the  influence  of  factors,  which  characterize  the
    cluster,  is  proposed.

    Одним из важнейших приоритетов государственной политики Российской
    Федерации является перевод экономики на принципиально новый путь развития  —  инновационный.  В  этой  связи  особое  внимание  уделяется  новаторским
    разработкам повышения конкурентоспособности как отдельного региона или отрасли,  так  и  государства  в  целом.  Одной  из  таких  технологий  является  кластерный  подход.
    Впервые в экономическую науку понятие «кластер» ввел М. Портер. Согласно  его  теории,  кластер  представляет  собой  сконцентрированные  по  географическому признаку группы взаимосвязанных компаний, специализированных поставщиков,  поставщиков  услуг,  фирм  в  соответствующих  отраслях,  а  также  связанных с их деятельностью организаций (например, университетов, агентств по стандартизации, а также торговых объединений) в определенных областях,  конкурирующих,  но  вместе  с  тем  ведущих  совместную  работу1 .
    * Статья подготовлена при финансовой поддержке РГНФ, проект № 13-02-00046а.

    ©  Лизина О. М., 2014

    73

    В ряде зарубежных стран уже имеется успешный многолетний опыт внедрения и развития  кластерных структур. С 1960  — 70 гг. кластеры занимают сильные позиции в мировой экономике как в традиционных отраслях промышленности (например, Италия), так и в высокотехнологичных отраслях (например, Силиконовая долина). В 1990-е гг. кластеры стали важным элементом стимулирования
    производительности труда в промышленности и инновационного потенциала предприятий, а также формирования  новых видов коммерческой деятельности. 
    Примерами наиболее известных кластерных образований служат кооперации
    компаний в следующих областях: информационные и телекоммуникационные технологии (Финляндия); кинопроизводство (Голливуд, США); компьютерная техника и информационные технологии (Силиконовая долина, США); микроэлектроника  (Канада);  связь  и  телекоммуникации  (Хельсинки);  кластер  потребительской
    электроники  (Южная  Корея);  кластер  «Био  Долина»,  расположенный  на  стыке
    границ Франции, Германии и Швейцарии. 
    Ярким примером опыта формирования инновационных территориальных кластеров  (ИТК)  взаимосвязанных  подотраслей  является  Дания.  Здесь  существуют
    кластеры конкурентоспособных отраслей, связанных с производством товаров для
    дома  (предметы  обстановки  и  хозяйственные  товары)  и  здравоохранением  (медицинское  оборудование,  фармацевтика  и  т. д.).  В  свою  очередь,  кластер  отраслей  здравоохранения  связан  с  сельскохозяйственным  кластером  через  технологии  и  предъявляемые  к  сырью  требования. 
    В  России  тема  создания  кластеров  стала  ключевой  с  2005  г.  Так,  в  Стратегии развития науки и инноваций в Российской Федерации на период до 2015 г. в
    качестве одной из задач модернизации российской экономики названы стимулирование спроса на инновации и результаты научных исследований, создание условий и предпосылок для формирования устойчивых научно-производственных кооперационных связей, инновационных сетей и кластеров.
    Переход  к  кластерным  образованиям  связан  с  организацией  полномасштабных процессов изменения производительных  систем  в  рамках формирующегося
    в России технопромышленного уклада, основанного на преобразованиях и замещении новыми технологическими решениями значительной части российских предприятий.  Построение  кластера  обусловлено  необходимостью  объединить  в  рамках одной  географической зоны  производственные бизнес-структуры  определенной области, фундаментальные разработки, системы проектирования новых продуктов и непосредственное производство этих продуктов. Отличительной чертой
    кластера является его инновационная ориентированность.
    Интересной представляется динамика инновационной активности российских
    предприятий (табл. 1). Наиболее инновационно ориентированы Москва и СанктПетербург.  Относительно федеральных округов инновационной активностью  отличаются Приволжский, Уральский, Северо-Западный и Центральный.
    Необходимо  отметить,  что  в  последние  годы  инновационная  ориентированность  кластеров  стала  возрастать.  Это  обусловлено  рядом  факторов,  оказывающих влияние на формирование, развитие и эффективность их функционирования.
    Рассмотрим  их  более  подробно.
    Наиболее распространенной классификацией факторов, влияющих на инновационную активность кластера, является их деление на внешние и внутренние.

    74

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    Таблица 1
    Динамика  инновационной  активности  организаций  Российской  Федерации
    в 2006 — 2010 гг.

                                 Регион

    Российская Федерация
    Центральный  федеральный  округ
    г.  Москва
    Северо-Западный  федеральный  округ
    г.  Санкт-Петербург
    Южный  федеральный  округ
    Северо-Кавказский  федеральный  округ
    Приволжский  федеральный  округ
    Уральский  федеральный  округ
    Сибирский  федеральный  округ
    Дальневосточный  федеральный  округ

    Удельный вес организаций, осуществлявших инновационную деятельность (в общем числе организаций), %
         2006

         2007

         2008

         2009

         2010

    9,9
    10,4
    14,9
    11,0
    14,1
    8,6
    7,0
    11,4
    11,2
    8,1
    6,0

    10,0
    10,0
    12,6
    9,8
    13,1
    9,4
    5,9
    12,8
    11,5
    8,1
    5,8

    9,4
    9,4
    14,9
    8,9
    12,5
    8,0
    5,2
    12,5
    10,1
    7,7
    7,2

    9,3
    8,8
    14,1
    9,5
    14,0
    7,2
    5,8
    12,8
    10,2
    7,3
    8,3

    9,5
    8,6
    13,3
    9,4
    13,0
    7,5
    6,2
    12,3
    11,5
    8,2
    8,6

    Составлена  по:  Федеральная  служба  государственной  статистики  :  сайт  [Электронный  ресурс].
    URL:  http://www.gks.ru/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/science_and_innovations/science/#

    К внешним факторам относятся: нестабильность внешней среды кластерного образования; инновационная конкурентная среда; инвестиционно-инновационный климат  страны  (региона).  Одним  из  наиболее  значимых  и  актуальных  для  российской  действительности внешних  факторов  становятся  институциональные  изменения как в экономике в целом, так и на уровне конкретного предприятия, ужесточение отраслевой конкуренции.
    Внутренние факторы, влияющие на инновационную активность кластера, подразделяются также по степени значимости. К числу внутренних значимых факторов  относятся:  высокая  степень  износа  оборудования;  высокие  энергозатраты предприятий; недостаток высокотехнологичных производственных мощностей и квалифицированных кадров. К числу менее значимых внутренних факторов относятся: открытость фирмы-участника кластерного образования; степень
    развития инфраструктуры кластера;  мотивация и компетентность руководителей 2 . Важным внутренним фактором является степень восприятия инноваций и
    инновационной модели развития сотрудниками предприятий. Каждый сотрудник, анализируя нововведения, проводимые на предприятии, субъективно оценивает  насколько  они  ему  понятны и  насколько  полезными  будут  ожидаемые
    последствия 3 .
    Все внутренние и внешние факторы группируются по отраслям. Так, внешние
    факторы можно разделить на институциональные (например, трансакционные издержки, информационная ассиметрия), правовые (несовершенство правовой базы
    формирующейся инновационной системы на федеральном и региональном уровнях),  политические  (политическое  устройство,  макроэкономическая  политика),
    научно-технические (изменения технологий и совершенствование технологического
    процесса, степень внедрения инноваций), факторы рыночной конъюнктуры (цены
    на сырье, конкурентоспособность).

    75

    Экономические  науки

    В  рамках  внутренних  факторов  можно  выделить  экономико-географические
    (территориальная структура кластера, концентрация производства в регионе, близость  месторасположения),  технико-экономические  (синергия,  производственнотехнологические связи, специализация), производственно-экономические (эффект
    масштаба, структура производственных и управленческих издержек), финансовоинвестиционные (внутренний инвестиционный потенциал).
      C  разделением  факторов  на  внутренние  и  внешние  тесно  связан  признак
    объективности их возникновения. К объективным факторам относятся факторы,
    которые не зависят от воли и решения конкретного субъекта управления инновационной деятельностью (например, природные бедствия); к субъективным — факторы, которые являются прямым следствием сознательно принятых решений (например, организационная структура). Взаимосвязь внутренних и внешних факторов  в  сочетании  с  объективными и  субъективными  представлена  в  табл.  2.
    Таблица 2
    Взаимосвязь  внешних  и  внутренних  факторов
    в  сочетании  с  объективными  и  субъективными  факторами
            Факторы

    Объективные

    Субъективные

                        Внешние факторы

                     Внутренние факторы

    Природно-климатические  и  социальноэкономические  условия;  политическая
    ситуация  на  международном  уровне,
    внутри  страны  и  в  конкретном  регионе;
    уровень  научно-технического  прогресса
    и др.

    Отраслевая принадлежность и специализация  компании,  форма  собственности,
    масштаб  организации,  бизнес-климат,
    культура  производства  и  др.

    Поведение  потребителей,  стратегии
    фирм-конкурентов,  взаимодействие  с
    органами  власти,  инвесторами,  деловыми партнерами и заказчиками и т. п.

    Потенциал работников организации; гибкость  организационной  структуры;  использование  новых  технологий  управления; инвестиционная политика организации и др.

    Составлена по: Сидоренко В. Г. Совершенствование управления инновационной активностью организаций в российской экономике : автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. экон. наук. М., 2008.

    Объективные и субъективные внешние и внутренние факторы образуют систему исходных предпосылок для формирования инновационной стратегии кластера.
    Внутренние объективные факторы определяют основные условия функционирования  конкретного  кластера  на  внутреннем  рынке  и  создают  определенные  ограничения  в выборе инновационной стратегии. Внешние субъективные  факторы  нередко формируются  под  воздействием  проводимой кластерной  политики.
    Внутренние  субъективные  факторы  зависят  от  самих  участников  кластера,  поэтому  принимаемые  меры  по их  благоприятному  формированию  являются  частью инновационной стратегии каждого предприятия-участника кластерного образования.
    Особое  внимание  при  изучении  хозяйствующих  субъектов  уделяется  факторам, действующим  на  макроуровне.  К  ним  относятся интересы отдельных предприятий, регионов, отраслей; изменения в макроэкономической политике, процессы глобализации и др.

    76

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    В  качестве  самостоятельной  группы  макроэкономических  факторов,  определяющих динамику активности отечественных ИТК, выделяются факторы неопределенности, включающие цикличность развития экономики и инноваций, сокращение  сырьевых  и  топливно-энергетических  возможностей,  отсутствие
    культуры информационной открытости, низкий уровень развития ассоциативных
    культур (торговых палат, промышленных ассоциаций), снижение производственного потенциала машиностроения, нарушение сложившейся производственной
    кооперации,  увеличение  импорта,  высокий  уровень  «непрозрачности»  ведения
    бизнеса 4 .
    При рассмотрении макроэкономических факторов, оказывающих влияние на
    эффективность функционирования кластера, необходимо учитывать низкий уровень жизни и негативную динамику реальных денежных доходов россиян. Учитывая  тот  факт,  что обязательным  условием модернизации российской  экономики являются квалифицированные кадры, современная действительность показывает,  что  даже  коренная  модернизация  системы  подготовки  кадров  при  таком
    уровне жизни и доходах населения не способна решить проблему недостатка квалифицированных специалистов. Престижность научного труда остается низкой.
    Наблюдается отток наиболее квалифицированной части — кандидатов и докторов
    наук.
    К микроэкономическим факторам, влияющим на эффективность функционирования кластера, относятся: производственные мощности предприятий-участников; финансовые ресурсы; трудовой потенциал; стимулирование научно-технических разработок; инвестиционное проектирование; наличие устойчивых научно-производственных  кооперационных  связей  и  т.  д.  При  этом  необходимо  отметить
    взаимосвязь  макро-  и  микроэкономических факторов,  их  взаимовлияющий  характер. Так, несовершенство институциональной среды на макроэкономическом
    уровне порождает несовершенство институциональной среды как в кластере, так
    и на предприятиях-участниках. Оно проявляется в неэффективной системе управления (в том числе и инновационной деятельностью). Игнорирование взаимосвязи макро- и микроэкономических факторов при проведении кластерной политики
    в России является серьезной причиной, сдерживающей рост инновационной активности российских кластерных образований.
    По характеру воздействия на инновационную активность все факторы разделются на две группы: стимулирующие и тормозящие инновационную активность
    кластерных образований. Они во многом дублируют факторы, влияющие на инновационную активность предприятия (табл. 3).
    В  обзоре  Европейской  экономической  комиссии  ООН  (ЕЭК  ООН)  2008  г.
    «Повышение инновационного уровня фирм: выбор политики и практических инструментов»  выделены  основные  характеристик  кластеров,  которые  также  могут
    быть  рассмотрены как  факторы, влияющие  на эффективность  кластерных  образований:
    — географическая концентрация (близкое расположение организаций дает возможность экономить на быстром  производственном  взаимодействии, обмене  социальным капиталом и процессах обучения);
    —  специализация  (кластеры  концентрируются  вокруг  определенной  сферы
    деятельности,  к  которой  все  участники  имеют  отношение);

    77

    Экономические  науки

    Таблица 3
    Факторы,  оказывающие  влияние  на  инновационную  активность  предприятия
              Группа
            факторов

                     Факторы, тормозящие
                 инновационную активность

              Факторы, стимулирующие
               инновационную активность

    Экономические

    Высокая степень риска, связанная с инновациями; неприемлемые условия кредитования; длительный период окупаемости инновационных проектов; недостаток
    средств для  финансирования
    Пробелы в законодательной базе;  криминогенная обстановка; несовершенство институционального обеспечения

    Увеличение рентабельности; рост стоимости фирмы; изменение потребительского
    спроса;  конкурентная  борьба

    Боязнь неопределенности и изменения
    статуса: спад платежеспособного спроса

    Общественное признание; возможности
    самореализации; освобождение творческого  труда

    Правовые

    Социальные,
    культурные

    Технологические Отсутствие резервных мощностей; затрудненность доступа к научно-техническим достижениям; технологическое отставание от развитых стран; разрушение
    технологического потенциала страны
    Организационно- Устоявшаяся  организационная  структура
    управленческие компании;  консервативность  управления
    предприятием; ориентация на сложившиеся рынки; недостаток квалифицированных кадров

    Законодательные  меры,  поощряющие
    инновационную  деятельность  (государственная  поддержка)

    Научно-технические открытия;  высокая
    степень износа оборудования

    Гибкость  организационной  структуры;
    децентрализация  управления;  повышение квалификации; формирование целевых рабочих  групп

    Составлена по: Качалина Л. Н. Конкурентоспособный менеджмент М., 2006.

    — множественность экономических агентов (деятельность кластеров охватывает не только фирмы, входящие в них, но и общественные организации, академии,
    финансовых посредников, институты, способствующие кооперации, и т. д.);
    — конкуренция и сотрудничество (как  основные  виды взаимодействия  между  фирмами  —  членами  кластера);
    —  достижение  необходимой  «критической  массы»  в  размере  кластера  (для
    получения эффектов внутренней динамики и развития);
    — жизнеспособность кластеров (рассчитаны на долгосрочную перспективу);
    — вовлеченность в инновационный процесс (фирмы и предприятия, входящие
    в состав кластера, обычно включены в процессы технологических, продуктовых,
    рыночных или организационных инноваций)5.
    Обобщая  вышеизложенные  классификации,  нами  предложено  определение
    «фактора, влияющего на функционирование кластера». Под ним подразумевается условие внешней и внутренней среды кластерного образования, оказывающее
    влияние на его создание, развитие и эффективность функционирования. Рассмотрим основные факторы, влияющие на эффективность функционирования кластера
    на  примере  ИТК  Республики  Мордовия  «Энергоэффективная  светотехника  и
    интеллектуальные  системы  управления  освещением». 

    78

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Светотехнический кластер в Мордовии был сформирован еще в 1964 г., когда  было  создано  Саранское  производственное  объединение  «Светотехника»,  в
    которое  вошли 15 предприятий. Предприятия и учреждения данного объединения были организационно и технологически взаимосвязаны, поскольку выпускали
    дополняющую друг друга продукцию (комплементарные товары). К сожалению,
    1980  —  90-е  гг.  —  время  перестройки  и  кардинальных  перемен  для  России  не
    прошли бесследно и в судьбе светотехнического научно-производственного комплекса  Республики  Мордовия.
    Крупные промышленные предприятия и научные учреждения в целом сохранили  свой профиль. В то же время последнее  десятилетие внесло существенные
    коррективы  как  в  структуру  научно-производственного  комплекса,  так  и  в  деятельность  каждого  отдельного  предприятия.
    Принципиальные различия в технологии производства компонентов светового прибора определяют специализацию предприятий кластера: поставки комплектующих (колба, стеклотрубка и др.) для предприятий отрасли, производство и сбыт
    осветительных приборов общего и специального назначения, производство газоразрядных  натриевых  и металлогалогенных  ламп  высокого  давления, производство  преобразователей  и  преобразовательных  модулей,  осуществление  работ  в
    области полупроводниковых приборов на основе широкозонных полупроводниковых  материалов,  разработка  и  производство  электронных  пускорегулирующих
    аппаратов  для газоразрядных  ламп  и  т. д.
    Взаимодействие  между  предприятиями  осуществляется  по  двум  направлениям:  первое направление  характеризуется тем, что мелкие  предприятия  осуществляют производство и поставку комплектующих изделий для сборочных цехов
    якорных компаний кластера (производственный аутсорсинг); второе направление
    является обратным  первому, крупные  компании  осуществляют  поставку  мелким
    предприятиям полуфабрикатов массово производимых в основном для собственных нужд.
    Оба направления специализации имеют различную экономическую природу и  будут расширяться и углубляться  в рамках развития  кластера. Значительная  роль  отводится  НИИИС  им.  А.  Н.  Лодыгина,  который  является  центром
    разработки  источников  света,  и  ФГБОУ  ВПО  «Мордовский  государственный
    университет  им.  Н.  П.  Огарева»,  занимающийся  подготовкой  высококвалифицированных кадров для светотехнических предприятий и проведением научных
    исследований  по  всем  основным  направлениям  развития  современной  светотехники.
    Можно выделить ряд факторов, оказывающих существенное влияние на эффективное функционирование ИТК «Энергоэффективная светотехника …», и разделить  их  на  три группы:  обусловленные  конкурентными  преимуществами  Республики Мордовия, общие для всех кластерных образований и связанные со спецификой самого кластера.
    На рисунке проиллюстрированы основные факторы, обусловленные конкурентными преимуществами Республики Мордовия. К их числу относятся территориальные  особенности  кластера.
    Ранее  описанные  общие  факторы,  влияющие  на  эффективность  кластерных
    образований, в целом подразделяются на экономические, правовые, социальные,

    79

    Экономические  науки
    Географический  фактор

    Природный  фактор

    Информационные
    коммуникации

    КОНКУРЕНТНЫЕ  ПРЕИМУЩЕСТВА
    Республики  Мордовия

    Технологический
    фактор

    Сформированный
    имидж региона

    Демографический  фактор

    Развитая
    транспортная
    инфраструктура

    Социальная
    инфраструктура
    региона

    Культурнообразовательный
    фактор

    Рисунок. Система факторов влияния на формирование
    конкурентных  преимуществ  Республики  Мордовия

    технологические, организационно-управленческие и культурные. Факторы, обусловленные  спецификой  самого  кластера  «Энергоэффективная  светотехника…»,
    разделяются на внешние и внутренние. К внешним относятся следующие факторы:
    — восприимчивость к инновациям и уровень технической грамотности населения;
    —  востребованность  светотехнической  продукции;
    — переход  к  энергосберегающим  и  энергоэффективным технологиям;
    — экспансия иностранных производителей;
    — временной лаг внедрения высокотехнологичных продуктов и услуг;
    — институциональные изменения в российской экономике;
    —  изменения  федерального  законодательства  (таможенное,  градостроительное, миграционное, налоговое и др.);
    — особенности исторического развития промышленности региона;
    — инвестиционно-инновационный климат и др.
    Внутренними факторами, влияющими на развитие светотехнического кластера
    Республики Мордовия и обусловленными его спецификой, являются:
    — накопленные знания и научный потенциал НИОКР в области энергоэффективной светотехники и силовой электроники;
    — наличие коммерчески успешных наукоемких компаний, выступающих центром кластеризации;
    — внутрикластерное взаимодействие крупных, средних и мелких предприятий по принципу сателлитных образований;
    — наличие инновационной инфраструктуры;
    — кооперация участников;
    — открытость информационной среды кластера;
    —  охват  всех  сегментов  рынка;
    — уровень развития техники и технологий;
    —  наличие  и  развитие  институтов  коммерциализации  результатов  научных
    исследований др.

    80

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Для оценки влияния факторов, влияющих на ИТК «Энергоэффективная светотехника…» и обусловленных спецификой кластера,  нами  предложена соответствующая методика. В зависимости от вектора направленности влияния фактора
    все индикаторы разделены на «положительные» и «отрицательные». Если по тем
    или иным параметрам сохраняются прежние характеристики, то отметка ставится  на середине  шкалы в позиции «0». Если параметр  негативно воздействует на
    кластерное образование или снижает эффективность его функционирования, то ему
    ставится оценка  от  -1  до  -5  баллов, при  положительном воздействии параметра
    дается  оценка  от  +1  до  +5  баллов  (табл.  4).
    Таблица 4
    Анализ факторов развития ИТК Республики Мордовия
    «Энергоэффективная  светотехника  и  интеллектуальные  системы
    управления  освещением»,  обусловленных  спецификой  кластера
                                          Параметры
                                             внешние
    Восприимчивость к инновациям и уровень технической грамотности населения
    Востребованность светотехнической продукции
    Переход к  энергосберегающим и  энергоэффективным технологиям
    Экспансия иностранных производителей
    Степень развития предпринимательских отношений
    Временной лаг внедрения высокотехнологичных
    продуктов  и  услуг
    Особенности исторического развития промышленности региона
    Институциональные изменения в российской
    экономике
    Изменения  федерального  законо-дательства  (таможенное, градостроительное, миграционное, налоговое и т. д.)
    Интеграция с  другими кластерными  образованиями
    Инвестиционно-инновационный климат
    Инновационная  конкурентная  среда
                                       внутренние
    Накопленные знания и научный потенциал НИОКР
    в области энергоэффективной светотехники и силовой  электроники
    Наличие коммерчески успешных наукоемких компаний, выступающих центром кластеризации
    Наличие  инновационной  инфраструктуры
    Концентрация капитала
    Кооперация  и  конкуренция  участников
    Открытость  информационной среды  кластера
    Охват всех сегментов рынка
    Уровень развития техники и технологий
    Наличие институтов  коммерциализации результатов научных исследований
    Наличие  высококвалифицированных  кадров

                                 Степень влияния
                                    +5     0      -5
    Высокий  уровень
    Большая

    Низкий  уровень
    Малая

    Быстрый
    Пассивная
    Высокая

    Медленный
    Активная
    Низкая

    Короткий

    Длинный

    Высокий  уровень

    Низкий  уровень

    Незначительные

    Значительные

    Несущественные
    Значительная
    Привлекательный
    Сильная

    Существенные
    Незначительная
    Непривлекательный
    Слабая

    Очень велики

    Отсутствуют

    Много
    Развитая
    Высокая
    Очень сильная
    Высокая
    Полный
    Высокий

    Отсутствуют
    Неразвитая
    Низкая
    Слабая
    Низкая
    Неполный
    Низкий

    Развиты
    Большое  количество

    Не  развиты
    Малое  количество

    81

    Экономические  науки

    Возможно включение и других параметров, характеризующих специфику кластерного образования. Все вышеперечисленные факторы с определенной степенью
    условности можно разделить на стимулирующие и сдерживающие развитие кластера.  Однако  здесь  следует  учитывать,  что  в  большинстве  случаев  факторы,
    сдерживающие  развитие  кластерного  образования,  превращаются  в  стимул  для
    его  развития.  К  числу  основных  факторов,  сдерживающих  развитие  кластера,
    относятся  устаревающие  технологии  и  оборудование  с  невысокой  степенью  автоматизации, низкие темпы их замены на современные; устаревшая инженерная
    инфраструктура предприятий; недостаток высококвалифицированных кадров.
    Предприятиям сложно  решать поставленные задачи только за счет собственных
    средств. В связи с  этим  необходима государственная  поддержка в финансировании программных мероприятий, предлагаемых предприятиями.
    Библиографические ссылки
    1
      См.:  Портер  М. Международная  конкуренция:  конкурентные  преимущества  стран.  М.,
    1993. 896 с.
    2
     См.: Гибало Н. П. Управление системой инновационного развития. Кострома, 2007. 228 с.
    3
     См.:  Никитина О.  В. Методы  оценки  инновационной активности  промышленных  предприятий : автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. экон. наук. СПб., 2007.
    4
     См.: Гибало Н. П. Указ. соч.
    5
     См.: Synopsis of Policy Options for Creating a Supportive Environment for Innovative Development. ECE/CECI/2008/3, Geneva, 9 Sept. 2008.

    Поступила 08.07.2013 г.

    УДК 336.531.2:658(470.345)
    Л. А.Челмакина
    L. A. Chelmakina

    АНАЛИЗ ПОРТФЕЛЯ ИНВЕСТИЦИОННЫХ ПРОЕКТОВ
    ПРЕДПРИЯТИЙ РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ
    ANALYSIS OF THE PORTFOLIO OF INVESTMENT PROJECTS
    OF ENTERPRISES OF THE REPUBLIC OF MORDOVIA
    Ключевые слова:  государственная  поддержка,  инвестиционный  проект,  инвестиционная
    привлекательность,  инвестиционная  деятельность.
    В  статье  рассматриваются  формирование  и  анализ  портфеля  инвестиционных  проектов
    предприятий  Республики  Мордовия;  оцениваются  и  группируются  инвестиционные  проекты
    по  характеру  и  степени  влияния  на  экономику  Мордовии;  выявляются  основные  недостатки  и
    проблемы  в  формировании  портфеля  инвестиционных  проектов.
    Key words:  state  support,  investment  project,  investment  attraction,  investment  activity.
    ©  Челмакина Л. А., 2014

    82

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    The  formation  of  analysis  of  the  portfolio  of  investment  projects  of  enterprises  of  the  Republic
    of  Mordovia  are  considered  in  the  article,  investment  projects  are  evaluated  and  classified  by  the
    nature  and  degree  of  influence  on  the  economy  of  Mordovia,  as  well  as  main  disadvantages  and
    problems  in  the  formation  of  a  portfolio  of  investment  projects  are  identified.

    Предприятия Республики  Мордовия изыскивают  внутренние резервы  для повышения  эффективности  своей  деятельности. Практика  осуществления  в  2006  —
    2010 гг. краткосрочных мероприятий, связанных с оперативным обновлением ассортимента  выпускаемой  продукции,  заменой  отдельных  видов  оборудования,
    частичным изменением технологий, не дала должных результатов. Ограниченный
    спрос на продукцию, жесткая  конкуренция на  рынках сбыта привели к пониманию  того,  что  эффективная  работа  невозможна  без  четко  разработанной  инвестиционной стратегии предприятия, в которой должны быть сформулированы цели
    развития  и  определены  задачи  по  техническому  перевооружению  и  реконструкции, кардинальному изменению технологий, обновлению продукции. Отечественный и зарубежный опыт показал, что решение этих проблем достигается, в первую очередь, проведением специальной инвестиционной политики предприятия,
    включающей  комплекс  мероприятий  по  разработке  инвестиционных  проектов,
    поиску инвесторов, взаимодействию с федеральными и местными органами, отраслевыми  ведомствами.
    Инвестиционная  активность  предприятий  проявилась  в  разработке  бизнеспланов инвестиционных проектов, распространении информации об этих проектах
    и  идеях,  участии  в  конкурсах  для  включения  проектов  в  целевые  комплексные
    программы, реализованные на территории Республики Мордовия.
    В  соответствии  с  постановлением  Правительства  Российской  Федерации  от
    29.08.2006 г. № 384 «О разработке и реализации республиканских и межрегиональных целевых программ, в осуществлении которых участвует РМ», на основе конкурсного  отбора  был  сформирован  портфель  из  116  инвестиционных  проектов
    промышленных  предприятий.  Для  оценки  эффективности  проектов,  выявления
    недостатков и  проблем проведен  их анализ по  наиболее  значимым  признакам  и
    параметрам  (табл.  1).
    Таблица 1
    Структура инвестиций Республики Мордовия в 2006 г.
                                      Вид деятельности
                                                 1
    Машиностроение
    Химическая и медицинская промышленность
    Стройиндустрия
    Энергетика,  транспорт  и  связь
    Агропромышленный  комплекс
    Прочие  проекты
    Развитие системы здравоохранения и социальной
    защиты населения
    Физкультура  и  спорт

    Кол-во  проектов             Объем инвестиций
                 2

            млн руб.

    в % к итогу

                  3

              4

    18
    4
    7
    6
    23
    11

    8 200,3
    4 814,0
    8 305,6
    10 835,4
    33 145,4
    1 828,2

    9,7
    6,0
    9,8
    12,8
    39,2
    2,2

    10
    8

    3 354,9
    1 938,6

    4,0
    2,3

    83

    Экономические  науки

    Окончание табл. 1
                                           1
    Развитие  системы  образования  и  культуры
    ЖКХ
    Экология
    Гражданская  оборона
    Дороги и транспортная система
    Итого

                 2
    11
    6
     6
     4
    2
    116

                  3
    3 621,1
    4 304,4
    806,7
    332,3
    3 137,4
    84 624,4

              4
    4,3
    5,1
    0,9
    0,4
    3,7
    100,0

    Составлена по: Комплексная программа экономического и социального развития Республики Мордовия на 2006 — 2010 годы / Правительство Респ. Мордовия. Саранск, 2007. С. 102.

    Согласно табл. 1, наибольший удельный вес составили инвестиции в аграрнопромышленный  комплекс  —  39,2  %, а  также  энергетику,  транспорт  и  связь  —
    12,8 %. Значительное количество инвестиционных проектов (18) намечалось осуществить в машиностроении, однако объем инвестиций на эти цели был незначительным — 9,7 % от всех вложений. На долю остальных сфер региона пришлось
    всего 21,9 % инвестиционных предложений. В кризисном состоянии находился инвестиционный процесс в химической и легкой промышленности. Наиболее острыми
    проблемами, сдерживавшими функционирование предприятий, явились сокращение  объемов  производства,  отсутствие  оборотных  средств  и  источников  инвестиций. Выделяются основные причины, предопределившие сложившуюся неблагоприятную инвестиционную ситуацию на предприятиях этих видов деятельности: на макроуровне — неопределенность в сбыте готовой продукции; на микроуровне — отсутствие  навыков  и неумение  работать  на  рынок.  Уровень  управления и организации производства на предприятиях стал «узким» местом, отпугивавшим инвесторов, прежде всего зарубежных. Не менее важной причиной стала
    низкая конкурентоспособность продукции предприятий этих отраслей. В условиях  открытой экономики такие  предприятия без  поддержки  государства  не  могли
    выйти на конкурентный уровень функционирования.
    Для оценки вклада инвестиционных проектов в развитие региона при анализе
    инвестиционной  программы  мы  использовали  критерий  «отдачи»,  т.  е.  прирост
    валового регионального продукта на 1 руб. инвестиций. С позиции этого критерия
    ведущее положение заняли следующие отрасли: машиностроение — 0,97 руб., агропромышленный комплекс —  0,92, стройиндустрия — 0,68  руб. Наиболее низкая отдача прослеживалась от инвестиционных проектов в экологии, социальной
    сфере  и  в  развитии минерально-сырьевой  базы. Среднее  положение  заняло развитие  системы  здравоохранения,  где  отдача  составила  0,41  руб.
    Характеристика  наиболее  значимых  работ,  подлежавших  выполнению  в  соответствии  с  инвестиционными проектами  в ведущих  видах  деятельности,  приведена  ниже.
    Так, до 2010 г. предстояла реализация проектов по созданию на площадках
    ОАО «Рузхиммаш» высокотехнологичных производственных мощностей по капитальному, капитально-восстановительному ремонту и изготовлению цистерн и
    полувагонов.  Проектом  предусматривалось техническое перевооружение мощностей основного производства  и дооснащение отдельных участков с выполнени-

    84

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    ем  строительных работ и  приобретением оборудования, ремонт и  строительство
    объектов вспомогательного производства, организация тепловозного и пожарного  депо.  Реализация проекта позволила  осуществить ремонт  и  модернизацию
    2,0 тыс. цистерн и 3,0 тыс. полувагонов, изготовить 3,5 тыс. полувагонов в год.
    Объем выпуска продукции в стоимостном выражении составил 6 580,0 млн руб.,
    общий объем финансирования — 1 250,0 млн руб., из них собственные средства  —  250,0  млн  руб.,  кредиты  коммерческих  банков  —  600,0  млн  руб.,  другие
    внебюджетные источники — 400,0 млн руб. Чистая прибыль — 212,0 млн руб.
    в год. Срок окупаемости проекта — 67 месяцев. Число новых рабочих мест —
    1 2001 .
    Важнейшие  инвестиционные  проекты  осуществлялись  в  ОАО «Электровыпрямитель»,  а  именно:  разработка  серии  мощных  высоковольтных  тиристоров,  а
    также  разработка  и  освоение  серийного  производства  вспомогательного  статического  преобразователя  частоты  на  IGBT-транзисторах  для  электровозов.  Это
    дало  возможность  внедрить  новые  приборы,  позволившие  создать  высокоэффективное  энергосберегающее  преобразовательное  оборудование  мощностью
    до 40  МВт и  увеличить  объем производства  до  30 статических  преобразователей
    частоты  в  год.
    Были осуществлены проекты, связанные с организацией производства люминесцентных  ламп  нового  поколения  на  вновь  создаваемых  площадях,  уменьшением  объемов  вредных  производственных  отходов  и  устранением  источника  загрязнения в жилой зоне Саранска в ОАО «Лисма».
    Среди проектов ЗАО «Цветлит» основное место заняли инвестиционные проекты,  связанные  со  строительством  завода  по  производству  кабельно-проводниковой  продукции  и  организацией  производства бескислородной медной катанки
    высокой проводимости. Реализация проектов позволила получить годовую сумму
    чистой прибыли 133,3 млн руб. и 4,9 млн руб. в год соответственно. Срок окупаемости  проектов  составил  96  месяцев 2 .
    Были осуществлены  инвестиционные проекты по  производству ультразвукового  счетчика  нефтепродуктов  «Центросоник  М»  в  ОАО  «Саранский  приборостроительный  завод»,  оптического  волокна  в  ООО  «РосИнтерОптика»;  созданы
    мощности по производству грузовых вагонов нового  поколения с  более высокой
    грузоподъемностью (ОАО «Рузхиммаш»); освоено производство волоконно-оптических кабелей связи всех модификаций, в том числе встроенных в грозозащитный трос, OPGW кабелей, самонесущих изолированных проводов; создано совместное  с  испанской  фирмой  предприятие  по  производству  спецарматуры  для  кабелей связи (группа предприятий «Оптикэнерго»); построен завод по производству  кабельно-проводниковой  продукции (ЗАО  «Цветлит» совместно  с  ContinuusProperzi SpA, Италия и UPCAST OY, Финляндия) и др.
    Реализация инвестиционных проектов программы способствовала  возрастанию промышленного производства к 2010 г. в сопоставимых ценах в 1,9 раза.
    Инвестиционные проекты социальной сферы были направлены на обеспечение
    надежности  ЖКХ  и  экологическую  безопасность,  борьбу  с  преступностью,
    социальное  обеспечение,  здравоохранение,  культуру  и  образование.  По
    инвестиционной  программе  до  2010  г.  были  осуществлены  25  проектов  на  общую  сумму  инвестиций  1  828,24  млн  руб.  Несмотря  на  незначительный

    85

    Экономические  науки

    экономический эффект (предприятия работали преимущественно на бесприбыльной некоммерческой основе), проекты имели большую социальную значимость
    и  финансировались  за  счет  средств  федерального,  республиканского и  местного
    бюджетов.
    Из всего многообразия инвестиционных предложений нами были выделены
    и сгруппированы проекты, приоритетные для экономики Мордовии в 2006 —
    2010  гг.  (табл.  2).
    Таблица 2
    Группировка  проектов по  характеру  и степени  влияния
    на экономику Республики Мордовия в 2006 — 2010 гг.
                                                     Проекты
    Приоритетного  производственного  направления
    В том числе:
    проекты,  кардинально  влиявшие  на  экономику
    способствовавшие развитию отраслей специализации
    способствовавшие  развитию других  приоритетных  отраслей
    способствовавшие  развитию  инфраструктуры
    Приоритетного  научно-производственного  направления
    В том числе:
    направленные на реконструкцию, модернизацию и техническое
    перевооружение  производства
    связанные с сохранением и развитием научно-технического
    потенциала
    Предназначенные для реализации комплексной программы:
    поддержки малого бизнеса
    улучшения экологической ситуации
    развития  объектов социальной  сферы
    Высокоэффективные коммерческие, ориентированные на выпуск
    продукции:
    экспортной
    импортозамещающей
    Итого

      Кол-во ед.

      Объем требуемых
    инвестиций, млн руб.

    4
    12
    11
    16

    1 901,0
    8 995,0
    10 899,0
    18 909,0

    2

    2 174,0





    9
    6
    19

    414,0
    807,0
    8 915,0

    1
    2
    82

    46,5
    1 326,0
    54 383,5

    Первая группа включала проекты, реализация которых кардинально влияла на
    экономику  республики.  Они  способствовали  развитию  приоритетных  отраслей
    (проекты, предусматривавшие  создание новых  передовых производств), а также
    развитию инфраструктуры.
    Вторую группу составили проекты, связанные с реализацией приоритетного
    научно-технического направления: сохранение и развитие научно-технического потенциала региона (проекты по реконструкции, техническому перевооружению), а также проекты, направленные на совершенствование технологического
    потенциала региона (по модернизации, перепрофилированию действовавших производств).
    В третью группу вошли проекты, предназначенные для реализации республиканских инвестиционных программ социальной, экологической направленности и
    программ  поддержки  малого  бизнеса.

    86

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Четвертую  группу  составили  высокоэффективные  коммерческие  проекты  со
    сроком окупаемости не более 24 месяцев, ориентированные на выпуск конкурентоспособной продукции, а также проекты, направленные на выпуск импортозамещающей продукции (в основном связанные с производством тары и упаковки для
    пищевых продуктов).
    На  основе  проведенного  анализа  формирования  портфеля  инвестиционных
    проектов и управления ими в регионе нами была предложена классификация проектов,  приоритетных  для  региона,  которая  решала  вышеуказанные  проблемы  и
    формировала список проектов, подлежавших поддержке или прямому финансированию со стороны региона (рисунок).
    Предлагаемая классификация обладает следующими особенностями. Во-первых,
    в ней разделены понятия «инвестиционная программа» (включающая совокупность

    Инвестиционные проекты


    Проекты,
    предназначенные
    для реализации
    предварительно
    разработанных
    программ

    Проекты,
    реализуемые
     в  рамках  программы  поддержки малого бизнеса
    Проекты,
    реализуемые
    в  рамках  програм мы  улучшения
    экологической
    ситуации
    Проекты,
    реализуемые
    в  рамках  прог раммы  развития объектов
    социальной
    сферы




    Проекты,
    нацеленные на реализацию
    производственного  или
    научно-технического
    направления

    Производ ственное
    направление

    Научнотехническое 
    направление

    Проекты,
    направленные
    на развитие
     приоритетных
    отраслей
    экономики

    Проекты,
    связанные
    с сохранением
    и развитием 
    научнотехнического
    потенциала

    Проекты,
    связанные
     с развитием
    инфраструктуры

    Высокоэффективные
    коммерческие
    проекты,  вне  рамок
    приоритетных
    направлений

    Проекты,
    направленные
    на  совершенст
    вование технологического
    потенциала

    Рисунок. Классификация инвестиционных проектов

    Проекты,
    ориентированные
    на  выпуск  продукции, не имеющей 
    зарубежных
    аналогов
    Проекты,
    ориентированные
    на  выпуск  продукции,  соответствую- 
    щей  уровню
    лучших  мировых
    образцов

    Проекты,
    ориентированные на выпуск 
    импортозамещающей  продукции

    87

    Экономические  науки

    действий, объединяющих группу инвестиционных проектов на основе их  систематизации, формирования целей, задач, сроков и этапов реализации, перечень исполнителей подпрограмм, основных мероприятий, объемы и источники финансирования и контроль за ее исполнением, ожидаемые конечные результаты)  и «инвестиционный  проект».  Во-вторых,  в  ней  предложены  основные  направления
    инвестирования,  которые  могли  пересматриваться  через  определенный  промежуток времени в зависимости от социально-экономической ситуации в регионе.
    В-третьих, в ней представлена группа высокоэффективных коммерческих проектов, участие в которых позволяло региону получать средства для реализации проектов, предназначенных для реализации региональных инвестиционных программ.
    По сути, предложенная классификация являлась первым этапом отбора приоритетных инвестиционных проектов.
    В  настоящее  время  инвестиционная  политика  характеризуется  поиском  территорий собственных источников и привлечением внешних. Для реализации инвестиционных проектов должны быть привлечены все возможные источники финансирования,  в  первую  очередь, собственные  средства  предприятий,  кредиты  коммерческих банков и иностранных инвесторов.
    Отличительной особенностью ресурсного обеспечения инвестиционной программы является то, что она строилась на возвратной и платной основе. Наряду с традиционными источниками финансирования предусматривалась мобилизация финансовых ресурсов посредством механизма гарантий инвестиций, размещения облигационных займов, создания элементов залогового обеспечения реализуемых  проектов  и  других  институтов  инфраструктуры  рынка  капиталов.
    Объем и структура источников инвестиций по всем инвестиционным проектам
    приведены  в  табл.  3.
    Таблица 3
    Объем  и  структура  потенциальных  источников  финансирования
    капитальных вложений по проектам инвестиционной программы до 2010 г.
                                        Источник финансирования
    Финансовые средства по проектам, всего
    В том числе:
    федеральный бюджет на безвозвратной основе
    НИОКР  на  безвозвратной  основе  (РМ)
    бюджет  Республики  Мордовия
    средства местных бюджетов
    собственные средства предприятий
    кредиты коммерческих банков
    другие внебюджетные источники

       Сумма, млн руб.

        В % к итогу

    84 624,4

    100,0

    8 844,9
    430,2
    8 149,7
    83,0
    20 089,9
    31 044,6
    15 982,0

    10,4
    0,5
    9,6
    0,1
    23,7
    36,7
    18,9

    Составлена по: Комплексная программа экономического и социального развития…

    Доля основных источников финансирования капитальных вложений в общем
    объеме инвестиций составила 23,7 %, кредиты коммерческих банков — 36,7 %.
    Удельный вес прибыли в капитальных вложениях не превышал 10 %, и это сделало  амортизационные  отчисления  основным  источником  пополнения  пред-

    88

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    приятиями собственных инвестиционных ресурсов3. Их удельный вес в капитальных вложениях в последние годы значительно увеличился. Такая политика создавала реальные предпосылки для увеличения средств и инвестиционных возможностей предприятий. Однако проблема усложнялась тем, что амортизационные  средства  часто  использовались  не  по  назначению,  поэтому  происходило
    «проедание»  основных  фондов  и  давление  на  инфляционную  составляющую
    бюджета.
    В структуре инвестиций по источникам финансирования доля федерального
    бюджета до 2010 г. составляла 10,4 %, бюджета Республики Мордовия — 9,6 %.
    При  этом  безвозвратное  бюджетное  финансирование  сохранялось  исключительно  для социально  значимых  объектов, имевших некоммерческий  характер. Доля
    инвестиций  на  безвозвратной  основе  составила  53,0  %  от  суммы  бюджетного
    финансирования (см. табл. 3).
    Финансирование  инвестиционной  деятельности  в  условиях  недостатка  денежных средств у предприятий предполагало расширение кредитов для инвестиций:  их  доля  кредитов  планировалась  в  размере  36,7  %.  Кредиты  коммерческих банков (31 044,64 млн руб.) были ориентированы на поддержку высокоокупаемых проектов. При этом выделялись следующие приоритеты: производство
    товаров, не имевших зарубежных аналогов, экспортных несырьевых товаров, импортозамещающей продукции; производство продукции с высоким спросом на
    внутреннем рынке. Иностранные инвестиции в структуре финансовых источников играли незначительную роль и составляли 2,5 % от общей суммы капитальных вложений 4.
    Общий объем финансирования инвестиционных проектов промышленных предприятий в рамках программы экономического и социального развития Республики Мордовия на 2006 — 2010 гг. составил 8 200,3 млн руб. 5
    Включенные  в  программу  инвестиционные  проекты коммерческого  характера планировалось осуществлять за счет собственных средств предприятий и привлечения  кредитных  ресурсов  коммерческих  банков,  в  том  числе  под  гарантии
    Правительства  Республики  Мордовия.
    Изменение  валового  регионального  продукта  в  2006  —  2010  гг.  характеризовалось положительной динамикой. Так, в 2010 г. по сравнению с 2006 г. он увеличился на 3 %, инвестиции в основной капитал — на 5 % 6 .
    Наш  анализ  показывает,  что  действующее  законодательство  имеет  ряд  недостатков.  Предоставление льгот  носит не  уведомительный,  а фактически  разрешительный  характер,  поскольку  по  закону  «О  государственной  поддержке
    инвестиционной  деятельности  Республики  Мордовия»  такая  поддержка  оказывается только тем инвесторам, инвестиционные проекты которых признаны
    победителями  инвестиционного  конкурса.  В  то  же  время  участие  предприятия в  конкурсе  само  по  себе  стимулирует  мобилизацию  внутренних ресурсов
    предприятия,  поскольку  победа  предполагает  достаточно  высокий  уровень
    организации производства. Составление бизнес-планов для представления на
    конкурс вскрывает сильные и слабые стороны предприятия, что является первым  шагом  на  пути  освоения  современных  технологий  управления  и  в  дальнейшем  создает  условия  для  более  тесного  сотрудничества  с  внешними  инвесторами.

    89

    Экономические  науки

    Вместе с  тем  часто  размер  предоставленных регионом  налоговых  льгот  может  незначительно  превышать  те  расходы,  которые  предприятие  должно  понести для участия в конкурсе (особенно это касается небольших инвестиционных
    проектов).  Эти  расходы  состоят  из  затрат  по  написанию  бизнес-плана  инвестиционного проекта и проведению его экспертизы.
    Одним  из  критериев победы  в  инвестиционном  конкурсе  является  наименьший срок окупаемости проекта. Ориентация на минимальный срок окупаемости
    не стимулирует приток инвестиций в ряд отраслей, имеющих длительный период
    оборота. Выбор по этому показателю может привести к стимулированию пассивных инвестиций (реконструкция, перевооружение), а также коммерческих инвестиций, дающих немедленные внешние доходы. При этом без поддержки могут остаться социальные проекты и истинно инновационные проекты.
    Налоговые  льготы,  предоставляемые  инвесторам,  действуют  лишь  до  полной окупаемости инвестиционного проекта, следовательно, носят краткосрочный
    характер. До достижения окупаемости инвестиционный проект часто не приносит прибыли,  а после ее достижения  прибыль, получаемая от  проекта, облагается  по  полной  ставке.  В  этом  случае  предприятие  не  может  воспользоваться
    льготой.
    В  заключение  следует  подчеркнуть,  что  устранение  указанных  недостатков
    позволит разработать мероприятия по созданию инвестиционной инфраструктуры
    республики,  создать  инвестиционный  потенциал  для  реализации  последующих
    проектов.
    Библиографические ссылки
    1
      См.:  Комплексная  программа  экономического  и  социального  развития  Республики  Мордовия на 2006 — 2010 годы / Правительство Респ. Мордовия. Саранск, 2007. С. 135.
    2
     Там же. С. 138.
    3
     Там же. С. 139.
    4
     Там же. С. 140.
    5
     Там же.
    6
     Там же.

    Поступила 08.07.2013 г.

    90

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    УДК 336.279:658:669
    В. Е. Рыгин
    V. E. Rygin

    ОСОБЕННОСТИ ОЦЕНКИ РИСКА БАНКРОТСТВА
    МЕТАЛЛУРГИЧЕСКИХ ПРЕДПРИЯТИЙ
    PECULIARITIES OF ASSESSMENT OF RISK BANKRUPTCY
    OF METALLURGICAL ENTERPRISES
    Ключевые слова:  металлургическое  предприятие,  прогнозирование  банкротства,  логистическая  регрессионная  модель  (логит-модель).
    В  статье  рассматриваются  сильные  и  слабые  стороны  применения  наиболее  известных
    моделей  оценки  риска  банкротства  в  анализе  состояния  и  прогнозирования  банкротства  предприятий  металлургического  комплекса;  выделяются  основные  преимущества  применения  логит-моделей  (логистических  регрессионных  моделей)  в  сравнении  с  дискриминантными  моделями (моделями множественного дискриминантного анализа); предлагается логит-модель оценки  риска  банкротства  для  металлургического  предприятия.
    Key words:  steel  enterprise,  bankruptcy  prediction,  logistic  regression  model  (logit  model).
    The strengths and weaknesses of applying the most known models of assessment of risk bankruptcy
    are  considered  in  the  article  on  the basis of the  analysis  of  the  condition and  prediction  of  bankruptcy
    of  steelmaking  enterprises;  the  main  advantages  of  using  logit  models  (logistic  regression models)  in
    comparison  with  the  discriminant  models  (models  of  multiple  discriminant  analysis)  are distinguished,
    as well  as a  logit model  of assessment of risk  bankruptcy for  a steel  enterprise is proposed.

    Сегодня в условиях усиления процессов глобализации, интеграции всевозможных уровней хозяйств, свободы торговли и инвестиций, информации и распространения  технологий  нельзя не  заметить  возрастания  степени неопределенности.
    Феномен роста неопределенности в развитии металлургических предприятий характерен для всех стадий их жизненного цикла, что становится одной из главных
    причин возникновения риска банкротства данных субъектов. Правильная оценка
    риска  банкротства,  тесно  связанного  с  вероятностными  процессами,  обеспечит
    поиск оптимальных решений и на уровне предприятия, и на макроэкономическом
    уровне  в  масштабах  государства 1 .
    Сегодня проблема прогнозирования и оценки риска банкротства предприятий,
    в частности, металлургических предприятий как основного поставщика сырья для
    «локомотивов» промышленности, представляет собой камень преткновения как для
    менеджеров,  так  и  для  акционеров,  кредиторов,  поставщиков,  а  также  органов
    государственной  власти.  Инструменты  оценки  риска  банкротства  необходимы  и
    в процессе антикризисного управления.
    Классификация моделей оценки риска банкротства
    В  настоящее  время  в  практике  оценки  риска  банкротства  промышленных
    предприятий выделяются несколько подходов (рисунок). Наиболее распространен©  Рыгин В. Е., 2014

    91

    Экономические  науки
    ТИП  МЕТОДА  ОЦЕНКИ

    Удаленность от эталонного
    состояния  предприятия
    Удаленность от
    состояния  банкротства

    ТОЧКА  ОТСЧЕТА

    Количественный
    Методы оценки
    рейтинга
    предприятия
    (И. Ю. Жданова,
    Э.  А.  Чернышева,
    Ю.  Г.  Чернышева,
    Л. В. Донцова,
    Н.  А.  Никифорова)

    Качественный
    Бальные методы
    оценки риска
    банкротства
    и использование
    слабоформализуемых показателей
    (А. Д.  Шеремет)

    Комбинированный
    Методы оценки
    риска  банкротства
    рейтинговых
    агентств
    (Эксперт  РА,
    AK&M,  НРА,
    Moody’s,  Fitch,
    S&P)

    Методы оценки
    риска  банкротства
    (Э. Альтман,  У. Бивер,  Р.  Таффлер,
    Р. Спрингейт, Лис,
    М.  А.  Федотова,
    Р. С.  Сайфулин,
    Л. В. Донцова и др.)

    Рисунок. Классификация методов оценки риска банкротства

    ным является подход, классифицирующий методы оценки по их типу: количественному, качественному и комбинированному. Анализ показывает, что данные методы  также  могут  быть  условно  разделены  в  соответствии  с  оценкой  близости
    предприятия к состоянию дефолта, либо наоборот — удаленности предприятия от
    эталонного состояния в негативную сторону.
    Количественная  оценка  представляет  собой  числовое  значение  вероятности
    банкротства  промышленного  предприятия,  которая  выражается  в  виде  конкретного  числового значения  или определенного рейтингового  класса.  Ее  можно  получить,  построив  статистическую  модель,  которая  будет  связывать  степень  риска банкротства и различные показатели предприятия. В отличие от количественных, качественные  (экспертные) методы основаны  на субъективной  оценке ожидаемых  параметров  деятельности.
    Помимо количественных и качественных моделей оценки риска банкротства,
    существуют  комбинированные  модели,  среди  которых  лидирующее  место  занимают  модели  международных  и  отечественных  рейтинговых  агентств:  Moody’s,
    Fitch, Standard&Poor’s, Эксперт РА и АК&М. Как правило, предприятие получает кредитный рейтинг, который позволяет ему снизить издержки по привлечению
    заемного  капитала у  инвесторов и кредиторов, потому  что кредитный рейтинг

    92

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    отражает уровень финансовой устойчивости предприятия, его способность своевременно  и  в  полном  объеме  расплачиваться  по  своим  обязательствам.  Использование методик международных и отечественных рейтинговых агентств менеджментом  предприятия  затруднительно,  потому  что  данные  методики  являются
    коммерческими,  так  называемыми  черными  ящиками.
    Классическая  статистическая  модель  представляет  собой  взвешенную  сумму показателей с весовыми коэффициентами, где итогом является интегральный
    показатель, характеризующий состояние промышленного предприятия. Чем выше
    значение интегрального показателя, тем выше финансовая устойчивость предприятия и ниже риск банкротства. Это позволяет сопоставить различные предприятия по степени  риска  банкротства с  аналогичными  предприятиями  региона  или
    отрасли.
    Рейтинговые  модели  представляют  собой  эффективное  средство  финансовой оценки предприятия относительно вероятности риска банкротства, что подтверждалось  множеством  исследований 2.  Следует  отметить  два  вида  рейтинговых систем: первый предполагает разделение предприятий на несколько групп,
    границы  которых  заблаговременно  определены  экспертами,  на  основе  бухгалтерской  отчетности (методики Л. В. Донцовой, Н. А. Никифоровой 3, Г.  В.  Графова 4 ,  методика  Сбербанка 5);  второй  предполагает  сравнение  финансовых  коэффициентов  с  эталонным  предприятием,  у  которого  определены  лучшие  показатели из  всех  рассматриваемых единиц  (методики И.  Г.  Кукуниной 6, А.  Д.   Шеремета 7 ).
    Для  построения  количественной  модели  используются  различные  методы
    моделирования, которые определяются на основе предположения о характере связи
    между независимыми показателями и коэффициентами предприятия и значением
    риска  банкротства.  По  типу  зависимости  выделяются  линейно-вероятностные,
    логит-модели и  пробит-модели.
    Одним из  методов построения количественной модели  является дискриминантный анализ (MDA-модели). Данный анализ делит предприятия на несколько классов, каждый из которых оценивается мерой близости показателей и коэффициентов анализируемого предприятия  к  средним  значениям по выделенным  классам  или  группам.  Оценки  риска  банкротства,  построенные  посредством MDA-модели, разрабатывались такими зарубежными учеными, как Альтман8, Дикин 9, Эдмистер10 , Таффлер11 , Спрингейт12 , Бандиопадхоя13 , Сандин-Порпорато14 .
    Несмотря  на  то  что  западные  модели  оценки  риска  банкротства  дают  возможность менеджменту  предприятия  оперативно  отслеживать  ключевые  показатели, влияющие на возникновение кризиса, они имеют ряд недостатков:
     — при построении модели оценки риска банкротства выборка является статистически неоднородной, так как в нее входят предприятия различного размера,
    вида деятельности, стадии жизненного цикла и отрасли;
    —  наиболее  популярная  в  России  модель  Альтмана  может  быть  применена
    для предприятий, имеющих ценные корпоративные бумаги, потому что коэффициент отношения рыночной стоимости акций к заемному капиталу в своем расчете
    использует рыночную стоимость акций. В России множество предприятий не котируется на фондовом рынке;

    93

    Экономические  науки

    — использование различных стандартов бухгалтерского учета (в США стандарт GAAP, в Великобритании — UK GAAP), что приводит к искажению оценки
    риска  банкротства;
    — различные нормативы на момент признания предприятия банкротом.
    Среди  MDA-моделей,  разработанных  с  учетом  российской  специфики,  необходимо  выделить  модели  Р.  С.  Сайфуллина  и  Г.  Г.  Кадыкова 15 ,  О.  П.  Зайцевой16 , А. Ю.  Беликова и Г. В.  Давыдовой 17 , Е.  В.  Мизинковского18 , А.  Н.   Челышева 19 . Однако данные модели также неоднозначны применительно к оценке риска
    банкротства металлургического предприятия, поскольку прослеживается противоречивость  результатов  в  различных  методиках;  отсутствуют  показатели  в  динамике  за  несколько  лет;  отмечается  низкая  прогнозная  точность  для  предприятий металлургической  отрасли 20 .
    Для ученых и аналитиков применение логит-моделей в оценке риска банкротства представляет сегодня немалый интерес, так как они показали значительный
    уровнень точности  в странах, где  были разработаны.
    Логистическая регрессия, в отличие от дискриминантного анализа, позволяет  не  только определить группу  риска банкротства у  предприятия, но и оценить
    вероятность  риска  банкротства  для  конкретного  предприятия.  Это  делает  метод
    логистической  регрессии  уникальным  в  оценке  вероятности  риска  банкротства.
    Для того чтобы прогнозирование риска банкротства было в интервале от 0 до 1,
    применяют логит-преобразование:

    Р

    1
    ,
    1  е у

    где  Р  —  вероятность  риска  банкротства,
    е — основание натурального логарифма,
    y — уравнение регрессии.
    Целью  логистической  регрессии  является  определение  вероятности  отнесения предприятия к той или иной группе, поэтому модель не только определяет класс
    исследуемого предприятия, но и показывает вероятность его банкротства. В этой
    связи  необходимо  выделить  следующие  положительные  моменты:  логит-анализ
    принимает во внимание модели нелинейной зависимости, в отличие от дискриминантных моделей прогнозирования банкротства, обращающих внимание только на
    линейную зависимость вероятности наступления банкротства от неких факторов.
    Данную  возможность  можно  считать  преимуществом  ввиду  того,  что  было  доказано частое и значительное несоблюдение условий подчинения дискриминантных переменных многомерному нормальному закону распределения, особенно для
    компаний на стадиях банкротства 21 . Учитывая то, что указанное условие необходимо для дискриминантного анализа, логит-модели являются выходом из данных
    ограничений; логит-анализ имеет возможность однозначной интерпретации результирующего показателя вероятности банкротства, в отличие от дискриминантных
    моделей, способных  давать  лишь  качественную степень  этой вероятности.  Принимая значения, ограничивающиеся интервалом от 0 до 1, он определяет номинальное  значение  реализации  риска  банкротства.  Необходимо  также  отметить,

    94

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    что логит-модели не имеют «зон неопределенности», характерных для дискриминантных моделей. При оценке вероятности более 0,5 можно констатировать наступление банкротства, менее 0,5 — нет. Тем не менее данный порог разделения
    представляет  собой  общий  уровень  и  определяется  субъективно  экспертом,  занимающимся данной оценкой.
    В  то  же  время  среди  российских  экономистов  существует  мнение,  что  использование  аналогичного  математического  аппарата  на  основе  выборки  отечественных  предприятий  и  систем  показателей  может  дать  требуемую  логитмодель оценки риска банкротства, не уступающую по эффективности зарубежным моделям, используемым в  среде, для которой они изначально были разработаны 22 .
    Разработка логит-модели для оценки риска банкротства
    металлургических предприятий
    Для комплексной  оценки  риска банкротства  металлургических  предприятий
    необходима  разработка  математической  модели.  Математическая  модель  представляет собой реализацию следующих этапов:
    — формирование репрезентативной выборки промышленного предприятия (на
    данном этапе проводится сбор информации об эффективности деятельности предприятия);
    — выбор основных показателей, на основе которых проводится оценка риска
    банкротства предприятия;
    —  построение  модели,  связывающей  вероятность  риска  банкротства  предприятия и основные показатели его деятельности (на этом этапе проводится выбор метода моделирования  и формируется итоговая формула,  отражающая внутренние закономерности между  банкротством предприятия  и выделенными  показателями);
    — лингвистическое определение диапазонов риска банкротства предприятия.
    Формирование репрезентативной выборки
    промышленных предприятий
    Для построения модели оценки риска банкротства нами использовались данные системы СПАРК (Система профессионального анализа рынков и компаний)23 .
    В результате была сформирована информационная база по предприятиям металлургической отрасли (по коду ОКВЭД 27), состоящая из бухгалтерских балансов
    и отчетов о прибылях и убытках за период с 1996 по 2010 г. Из 155 предприятий
    металлургической отрасли 89 были признаны банкротами и 66 успешно функционирующими.
    Выбор основных показателей
    Для оценки риска банкротства предприятий  были  выделены 16  показателей
    в ряде нескольких групп: ликвидность, рентабельность, деловая активность и финансовая  устойчивость  (табл.  1).

    95

    Экономические  науки

    Таблица 1
    Основные  показатели  модели и  их  нормативы
                                Показатель

                       Формула расчета

      Норматив

    Показатель финансовой устойчивости
    Коэффициент концентрации собственного
    капитала (автономии)
    Коэффициент обеспеченности собственными
    оборотными средствами
    Коэффициент маневренности собственных
    средств
    Коэффициент  долгосрочного  привлечения
    заемных средств
    Коэффициент соотношения заемных
    и собственных средств

    Ка = (стр.1300 Форма №1) / (стр.1700
    Форма №1)
    Косс = (стр.1300 Форма №1- стр.1100
    Форма №1) / (стр.1200 Форма №1)
    Кмо = (стр.1240 Форма №1+ стр.1250
    Форма №1) / (стр.1300 Форма №1стр.1100 Форма №1)
    Кд = (стр.1400 Форма №1) / (стр.1400
    Форма №1 +стр.1300 Форма №1)
    Ксзс = (стр.1400 Форма №1 + стр.1500
    Форма №1) / (стр.1300 Форма №1)

    >0,5
    >0,5
    >0,5

    Динамика
    <0,7

    Показатель ликвидности
    Коэффициент текущей ликвидности
    Коэффициент быстрой ликвидности
    Коэффициент абсолютной ликвидности

    Ктл =  (А1+А2+А3) /  (П1+П2)
    Кбл =  (А1+А2) /  (П1+П2)
    Кал =  (А1) /  (П1+П2)

    >2
    >1
    >0,2

    Показатель рентабельности
    Общая  рентабельность

    Кбр = (стр.2300 Форма №2) / (стр.2110
    Форма №2)
    Крз = (стр.2200 Форма №2) / (стр.2120
    Форма №2+стр.2210 Форма №2+
    стр.2220  Форма№2)
    Крск = (стр.2400 Форма №2) /
    Ср.ЗаПериод  (стр.1300  Форма  №1)
    Кра = (стр.2400  Ф2) / Ср.ЗаПериод
    (стр.1600)
    стр.2400 Форма №2 / 0,5* [(стр.1300 +
    стр.1400) на начало периода +
    (стр.1300 + стр.1400) на конец года]
    Крп = (стр.2200 Форма №2) / (стр.2110
    Форма №2)

    Рентабельность продаж

    Рентабельность капитала (ROE)
    Рентабельность  активов  (ROA)
    Рентабельность инвестиций (ROI)

    Чистая норма прибыли (ROS)

    >0
    >0

    >0
    >0
    >0

    >0

    Показатель деловой активности
    Доля дебиторской задолженности в валюте
    баланса
    Отношение кредиторской задолженности
    к дебиторской

    Кддз = (стр.1230 Форма №1) / (стр.1600
    Форма №1)
    Кокд = (стр.1520 Форма №1) / (стр.1230
    Форма №1)

    1

    Составлена  по:  URL:  http://www.consultant.ru

    Перед  построением  модели  необходимо  проверить  независимость  входных
    показателей,  что  позволит  не  включать  в  нее  переменные,  имеющие  тесную
    связь. Для этого используют коэффициент корреляции Пирсона, который при-

    96

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    нимает значения от 0 до 1. Чем ближе его значение к 1, тем ближе связь между
    входными показателями, следовательно, необходимо исключить данные коэффициенты.
    В  итоговую  регрессионную  модель  вошли  следующие  независимые  показатели, отобранные с помощью попарного корреляционного анализа:
    — коэффициент концентрации собственного капитала (автономии),
    — коэффициент маневренности собственных средств,
    — коэффициент долгосрочного привлечения заемных средств,
    — коэффициент соотношения заемных и собственных средств,
    — коэффициент текущей ликвидности,
    —  общая  рентабельность,
    —  рентабельность  продаж,
    —  рентабельность  собственного  капитала  (ROE),
    —  рентабельность  активов  (ROA),
    — рентабельность инвестиций (ROI),
    — чистая норма прибыли (ROS),
    — отношение  кредиторской задолженности к дебиторской,
    —  доля  дебиторской  задолженности  к  валюте  баланса  (см.  табл.  1).
    Следующим этапом для всех 155 предприятий из сформированной  информационной  базы  был  расчет  значений  чистых  активов.  Его  преимуществом
    является нормативность в соответствии с приказом Минфина Российской Федерации и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 29 января 2003 г.
    В  табл.  2  представлено  количество  данных  для  расчета  регрессионной  модели
    для малых и больших предприятий.
    Таблица 2
    Количество  данных  для  малых  и  больших  металлургических  предприятий
                              Малые предприятия

                            Большие предприятия

              Кол-во данных
               по банкротам

              Кол-во данных
               по банкротам

    64

             Кол-во данных
             по небанкротам
    78

    22

            Кол-во данных
            по небанкротам
    110

    Малое количество данных по банкротам для крупных металлургических предприятий  объясняется  их  значимостью  для  государства  как  градообразующих  и
    оборонных.  В  связи  с  этим  государство  неохотно  проводит  процедуру  банкротства данных предприятий.
    Построение модели
    Разработка  модели  логистической  регрессии  проводилась  нами  с  использованием статистического пакета анализа PolyAnalyst. Для этого были подготовлены входные данные по коэффициентам в формате Excel и с помощью встроенной
    функции «Логистическая регрессия» осуществлено создание модели оценки риска банкротства металлургических предприятий. В результате получили Вальдов-

    97

    Экономические  науки

    скую  статистику  (тест  Wald)  значимости  независимых  переменных  в  прогнозировании риска наступления банкротства предприятия.
    В ходе  исследования  было  выявлено,  что низкую важность  для  прогнозирования  вероятности  банкротства  малых  металлургических  предприятий  имеют
    такие  коэффициенты,  как  коэффициент  долгосрочного  привлечения  заемных
    средств,  рентабельность  инвестиций  (ROI),  рентабельность  активов  (ROA)  и
    коэффициент  маневренности  собственных  средств.  Построение  логистической
    модели  осуществлялось  по  восьми  показателям  (табл.  3).
    Таблица 3
    Статистика  показателей  модели  малых  металлургических  предприятий
                                          Показатель модели
    Коэффициент соотношения заемных и собственных средств
    Коэффициент текущей ликвидности
    Общая  рентабельность
    Рентабельность продаж
    Рентабельность собственного капитала (ROE)
    Чистая норма прибыли (ROS)
    Отношение кредиторской задолженности к дебиторской
    Доля дебиторской задолженности к валюте баланса

      Коэффициент
    -0,02
    0,05
    -5,89
    1,4
    -0,53
    -0,11
    0,12
    0,9

         Степень
        Wald
    отклонения    
    0,02
    0,03
    2,2
    0,66
    0,28
    0,09
    0,06
    1,26

    1,7
    3,0
    6,9
    4,6
    3,6
    1,4
    0,5
    3,7

    Итоговая модель оценки риска банкротства для малых промышленных предприятий металлургической отрасли имеет следующий вид:
    Y  0,8  0,02  К1  0,05  К 2  5,89  К 3  1,4  К 4  0,5  К 5  0,11 К 6  0,9  К 7  0,12  К 8 ,

    где К 1  — коэффициент  соотношения заемных и собственных  средств,
    К2 — коэффициент текущей ликвидности,
    К3   —  общая  рентабельность,
    К4  —  рентабельность  продаж,
    К5  —  рентабельность  капитала  (ROE),
    К6 — чистая норма прибыли (ROS),
    К7  —  доля  дебиторской  задолженности  в  валюте  баланса,
    К8  —  отношение  кредиторской  задолженности  к  дебиторской.
    Качество  модели  определяется  с  помощью  коэффициента  детерминации
    (R = квадрат), который показывает меру связи риска банкротства предприятия и
    выделенных показателей. Коэффициент детерминации  равен 79,43  % —  это высокое значение,  свидетельствующее о точности классификации  предприятий для
    классов  «банкрот»  —  «небанкрот».  Ошибка  классификации  составляет  20,57  %
    и  показывает  среднее  отклонение  в  прогнозе  вероятности  банкротства  малого
    металлургического  предприятия.
    Логистическая модель оценки риска банкротства крупных предприятий включает  в  себя  6  показателей,  значимость  которых  представлена  в  табл.  4.

    98

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    Таблица 4
    Статистика  показателей  модели  крупных  металлургических  предприятий

                                          Показатель модели

      Коэффициент

    Коэффициент долгосрочного привлечения заемных средств
    Рентабельность  активов
    Общая  рентабельность
    Чистая норма прибыли (ROS)
    Коэффициент концентрации собственного капитала
    (автономии)
    Коэффициент соотношения заемных и собственных средств

         Степень
         Wald
      отклонения

    4,7
    4,23
    -1,3
    -1,5

    1,4
    1,7
    1,3
    0,74

    10,2
    6,04
    1,01
    4,1

    -3,3
    -0,5

    1,9
    0,2

    2,9
    5,4

    Итоговая логистическая модель для крупных предприятий металлургии имеет следующий  вид:

    Y  0,37  3,3  К1  4,7  К 2  0,51 К 3  1,3  К 4  4,23  К 5  0,15  К 6 ,
    где К 1 — коэффициент концентрации собственного капитала (автономии),
    К2 — коэффициент долгосрочного привлечения заемных средств,
    К3 — коэффициент соотношения заемных и  собственных средств,
    К4   —  общая  рентабельность,
    К5   —  рентабельность  активов  (ROA),
    К6 — чистая  норма прибыли  (ROS).
    Качество  модели определялось нами с помощью коэффициента детерминации (R=квадрат), который составил 85,71 %, что говорит о высокой прогнозной
    силе разработанной модели. Ошибка классификации составила 14,29 %.
    Лингвистическое определение диапазонов риска банкротства
    предприятий
    Полученные логистические модели оценки риска банкротства промышленных
    предприятий металлургической отрасли различных масштабов дают вероятностную оценку уровня  риска от 0 до 1 (табл. 5).
    Таблица 5
    Оценка риска банкротства для различного масштаба предприятий
          Диапазон изменения         Характеристика
    вероятности  банкротства           уровня риска
      для малых предприятий
    От 0 до 0,25
    От 0,25 до 0,5
    От 0,5 до 0,75
    От 0,75 до 1,0

    Низкий
    Средний
    Высокий
    Очень высокий

        Диапазон изменения
            Характеристика
    вероятности  банкротст-           уровня риска
       ва для крупных пред              приятий
    От 0 до 0,3
    От 0,3 до 0,6
    От 0,6 до 1,0
             —

    Низкий
    Средний
    Высокий
          —

    Сравнение  полученных  логит-моделей  оценки  риска  банкротства  позволяет
    сделать вывод о значимых показателях, влияющих на возникновение кризиса на

    99

    Экономические  науки

    малых и больших предприятиях и признание их банкротом. Значимость коэффициента  позволяет  выделить  наиболее  уязвимые  места  для  малой  и  крупной  металлургической промышленности и определить особенности развития кризиса на
    предприятиях различного масштаба.
    На  первый план  для  малых  предприятий металлургии  выходят  показатели
    прибыльности бизнеса, коэффициенты рентабельности (общая рентабельность,
    рентабельность собственного капитала), отражающие их способность приносить
    прибыль на выпускаемую продукцию. Немаловажное значение имеет эффективность продаж, коэффициент которой характеризует комплекс управленческих мер
    по стимулированию, позиционированию и продвижению выпускаемой продукции.
    Для крупных предприятий металлургии ключевым показателем, влияющим на
    развитие кризиса, является показатель финансовой устойчивости. Именно способность  крупных  предприятий  привлекать  заемные  средства  на  длительную  перспективу  влияет  на  их  устойчивое  развитие.  Существенное  влияние  на  банкротство  крупных  предприятий  имеет  эффективность  управления  собственными  активами, поскольку наличие больших мощностей, с одной стороны, повышает платежеспособность предприятия  номинально, с другой — приводит к возникновению кризиса.
    Таким образом, каждое предприятие в стремлении привлечь инвестиции, получить  кредит,  наладить  работу  с  поставщиками  и  подрядчиками,  стать  ответственным перед государством и обществом должно контролировать свою финансовую устойчивость. Разработанная логит-модель оценки риска банкротства дает
    возможность  металлургическим  предприятиям  определить  вероятность  наступления неблагоприятного периода в развитии предприятия, заранее адаптироваться  к  изменениям  условий  внешней  среды,  выработав  необходимые  управленческие  действия для  выхода  из  кризиса.
    Библиографический список
    1

      См.: Хайдаршина Г. А. Методы оценки риска банкротства предприятия : автореф. дис. на
    соиск. учен. степ. канд. экон. наук. М., 2009 .
    2
     См.: A comparative analysis of current credit risk models / Crouhy  [et al.] // Journal of Banking &
    Finance. Vol. 24. P. 59 — 117.
    3
     См.: Донцова Л. В., Никифорова Н. А. Анализ финансовой отчетности : учеб. М., 2008.
    4
     См.: Графов Г. В., Соломенникова Е. А. Бизнес-диагностика на промышленном предприятии // ЭКО. 1995. № 12. С. 38 — 52.
    5
     См.: Чонаева Г. В. Основные факторы и признаки кризисных явлений в экономике предприятия // Экон. анализ: теория и практика. 2003. № 7. С. 49 — 58.
    6
     См.: Кукунина И. Г. Управление финансами : учеб. пособие. М., 2001. 267с.
    7
     См.: Шеремет А. Д., Негашев Е. В. Методика финансового анализа деятельности коммерческих организаций : учеб. М., 2008. 357с.
    8
      См.:  Altman  E.  I.  Financial  Ratios,  Discriminant Analysis  and  the  Prediction  of  Corporate
    Bankruptcy // Journal of Finance. 1968. Vol. 9. Р. 589 — 609.
    9
     См.: Deakin E. A Discriminant Analysis of Predictors of Business Failure // Journal of Accounting
    Research. 1972. Vol. 12 (2). P. 167 — 179.
    10
     См.: Edmister R. An empirical test of financial ratio analysis for small business failure prediction // Journal of Financial and Quantitative Analysis. 1972. Vol. 13. P. 147 — 193.
    11
      См.:  Taffler  R.  Forecasting  Company  Failure  in  the  UK  Using  Discriminant Analysis  and
    Financial Ratio Data // Journal of the Royal Statistical Society. 1982. Vol. 145. № 3. P. 342 — 358.

    100

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    12
     См.: Springate G. L. V. Predicting the Possibility of Failure in a Canadian Firm : Unpublished
    M.B.A. Research Project. 1978.
    13
     См.: Bandyopadyay A. Prediction probability of default of Indian corporate bonds logistic and
    z-score models approaches // Journal of Risk Finance. 2006. № 7(4). P. 255 — 272.
    14
     См.: Sandin A., Porporato M. Corporate bankruptcy prediction models applied to Springate,
    Predicting the Possibility of Failure in a Canadian Firm, Unpublished M.B.A. Research Project, Simon
    Fraser University, 1 (2007).
    15
     См.: Минаев Е. С., Панагушин В. П. Антикризисное управление : учеб. пособ. М., 1998.
    432 с.
    16
     См.: Зайцева О.  П. Антикризисный  менеджмент в российской фирме  // Аваль (Сибир.  финан. шк.). 1998. № 11 — 12. С. 5864.
    17
     См.:  Давыдова Г.  В., Беликов  А. Ю.  Методика количественной  оценки риска  банкротства предприятий // Управление риском. 1999. № 3. С. 13 — 20.
    18
     См.: Мизинковский Е. А., Соколов И. М., Соколов И. И. Экономический анализ и прогнозирование несостоятельности предприятий // Соврем. бух. учет. 2001. № 5. С. 10 — 19.
    19
     См.:  Челышев  А.  Н.  Разработка  инструментальных  методов  прогнозирования  банкротства предприятий : дис. на соиск. учен. степ. канд. экон. наук. М., 2006. 116 с.
    20
      См.:  Жданов  В.  Ю.  Диагностика  риска  банкротства  промышленных  предприятий  :  На
    примере  предприятий  авиационно-промышленного  комплекса  :  дис.  на  соиск.  учен.  степ.  канд.
    экон. наук. М., 2012. 193 с.
    21
     См.: Choosing Bankruptcy Predictors Using Discriminant Analysis, Logit Analysis and Genetic
    Algorithms II Technical Report № 40 / B. Black. 1996. September. 18 p.
    22
     См.: Жданов В. Ю., Афанасьева О. А. Модель диагностики риска банкротства предприятий авиационно-промышленного комплекса // Корпоративные финансы. 2011. № 4. С. 77 — 89.
    23
      Информационно-аналитическая система СПАРК  [Электронный ресурс]. URL : http//:www.
    spark.ru (дата обращения 10.10.2013).

    Поступила 31.10.2013 г.

    УДК 338.48
    С. П. Бурланков, И. В. Захватова
    S. P. Burlankov, I. V. Zakhvatova

    ОСНОВНЫЕ СУБЪЕКТЫ НА РЫНКЕ
    ОКАЗАНИЯ ТУРИСТСКИХ УСЛУГ
    MAIN SUBIECTS OF THE MARKET
    OF TOURIST SERVICES
    Ключевые слова:  субъект  рынка,  турагент,  туроператор,  туристская  организация.
    В  статье  раскрываются  особенности  функционирования  туроператоров  и  турагентств  —
    основных  субъектов  на  рынке  туристских  услуг  России;  приводятся  основные  отличия  между
    туроператором  и  турагентом;  представляется  классификация  туроператоров  (по  виду  и  месту
    деятельности) и турагентов (по степени зависимости от туроператора, виду деятельности, объему  выполняемой  работы  и  форме  сотрудничества  агента  и  оператора).
    ©  Бурланков С. П., Захватова И. В., 2014

    Экономические  науки

    101

    Key words:  subject  of  the  market,  a  travel  agent,  tour  operator,  tourist  organization.
    The features of the functioning of tour operators and travel agencies as the main subjects of the
    Russian  market  of  tourist  services  are  revealed  in  the  article;  the  main  differences  between  a  tour
    operator and  a travel  agent are described,  as well  as the  classification of tour  operators (by  type and
    place  of  business)  and  travel  agents  (by  degree  of  dependence  on  the  tour  operator,  type  of  activity,
    work  capacity  and  form  of  cooperation  with  the  operator)  is  given.

    Разработкой  и  реализацией  туристских  продуктов  занимаются  два  вида  туристских организаций, являющихся частью туристской индустрии: туроператоры
    и  турагенты.  В  соответствии  с  Федеральным  законом  «Об  основах  туристской
    деятельности  в  Российской  Федерации»  туроператорская  деятельность  заключается в формировании, продвижении и реализации туристского продукта и осуществляется  юридическим  лицом  (туроператором);  турагентская  деятельность  заключается  в  продвижении  и  реализации  туристского  продукта  и  осуществляется
    юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем 1. На основании закона возможные формы организации предпринимательской деятельности ограничиваются  для  туроператора  и  не  ограничиваются  для  турагента.
    Кроме  того, для  осуществления туроператорской  деятельности, в  отличие от
    турагентской,  необходимо  иметь  финансовое  обеспечение,  которое  может  быть
    представлено  в  виде  договора  страхования  ответственности  туроператора  либо
    банковской гарантии.  В соответствии с изменениями, внесенными в Федеральный
    закон «Об основах туристской деятельности…» в 2009 г., размер финансового обеспечения  составляет:
    •  500  тыс.  руб.  для  туроператоров,  осуществляющих  деятельность  в  сфере
    внутреннего туризма;
    • 10  млн руб. для  туроператоров,  работающих в сфере  въездного  туризма;
    •  30  млн  руб.  для  туроператоров,  осуществляющих  деятельность  в  сфере
    выездного  туризма,  в  случае  если  денежные  средства,  полученные  ими  от  реализации  туристского  продукта,  составляют  не  более  100  млн  руб.  по  данным
    бухгалтерской  отчетности  на  конец  отчетного  года,  а  также  для  туроператоров,
    осуществляющих  деятельность в сфере выездного  туризма, применяющих  упрощенную систему налогообложения;
    • 60 млн руб. для туроператоров, работающих в сфере выездного туризма, в
    случае если денежные средства, полученные ими от реализации туристского продукта,  составляют  не  более  300  млн  руб.  по  данным  бухгалтерской  отчетности
    на конец отчетного года, представленным или опубликованным в соответствии с
    законодательством  Российской  Федерации;
    •  100  млн  руб.  для  туроператоров,  осуществляющих  деятельность  в  сфере
    выездного  туризма,  в  случае  если  денежные  средства,  полученные  ими  от  реализации  туристского  продукта,  составляют  свыше 300  млн руб. по  данным бухгалтерской  отчетности  на  конец  отчетного  года,  представленным  или  опубликованным  в  соответствии  с  законодательством  Российской  Федерации 2 .
    Туроператор —  это  организация,  занимающаяся  комплектацией  туров  по
    договорам  с  поставщиками  услуг  и  в  соответствии  с  потребностями  туристов.
    Туроператор  разрабатывает  туристские  маршруты,  обеспечивает  их  услугами,
    организует  рекламу,  рассчитывает  и  устанавливает  цены  на  туры  по  выбранным  маршрутам,  продает  туры  турагенту  для  выпуска  и  реализации  путевок.

    102

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Туроператор  отвечает  за  предоставление  услуг,  включенных  в  турпакет.  Иногда
    он предоставляет эти услуги сам, получая их от контрагента или будучи владельцем гостиниц, ресторанов и т. д.
    Туроператоры играют ведущую роль в туризме, поскольку именно они занимаются формированием основных и дополнительных услуг в единый туристский
    продукт3 .  На  рынке  туристских  услуг  туроператоры  подразделяются  по  виду  и
    месту  деятельности.  По  виду  деятельности  туроператорами  являются:
    •  операторы  массового  рынка,  занимающиеся  продажей турпакетов  в  места
    массового туризма (Египет, Турция, Болгария), использующие чартерные авиарейсы. К таким туроператорам относятся «Натали Тур», «Инна Тур», «STAR Travel» и  др.;
    • специализированные туроператоры,  занимающиеся определенным продуктом  или  сегментом  рынка  (определенной  страной,  видом  туризма  или  клиентурой, местом размещения, видом транспорта). Так, например, «Библио-Глобус» специализируется на Кипре и Тунисе.
    По месту деятельности туроператоры подразделяются на внутренних (составляют  турпакеты  с  маршрутами  в  пределах  страны  проживания)  и  международных (ориентируются  на зарубежные страны,  к ним относится  большинство туроператоров  России).
    Турагент — это организация, приобретающая туры, разработанные туроператором,  и  реализующая  их  потребителю.  Турагентство  осуществляет  посреднические функции по розничной продаже туристского продукта туроператора4. Турагенты выполняют две главные функции: предоставляют информационные услуги (сообщают о туристских районах, вариантах размещения, помогают составить смету
    расходов  на  путешествие)  и  сбывают  туристские  услуги.
    Основные  отличия  между  туроператором  и  турагентом  заключаются  в
    системе  доходов  и  в  принадлежности  турпродукта.  В  первом  случае  туроператор покупает определенный турпродукт. Его прибыль  формируется из разницы
    между ценой покупки и продажи. Очень часто туроператор приобретает отдельные  услуги,  из которых  затем  формирует  турпакет  со своим  механизмом  ценообразования.  Турагент  же  действует  как  розничный  продавец,  и  его  прибыль
    складывается  из  комиссионных  за  продажу  чужого  туристского  продукта.  Во
    втором  случае  туроператор всегда  имеет  запас  турпродукта  для продажи,  а  турагент запрашивает определенный турпродукт (услугу) только тогда, когда к нему
    обращается  клиент5 .
    На рынке продажи турпродукта также действуют турпосредники. Важнейшим
    критерием,  позволяющим  различать  турпосредников,  является  ассортимент.  Он
    определяется  в  зависимости  оттого,  с  какими  и со  сколькими  туроператорами  и
    исполнителями услуг сотрудничает посредническое предприятие. В этом отношении выделяются следующие типы предприятий:
    • бюро путешествий и экскурсий;
    • специализированные турбюро,  занимающиеся  сбытом  определенного вида
    тура, обладающие при этом высокой профессиональной компетенцией в своем направлении  (например, студенческие туры,  детские и  др.);
    • турбюро по  продаже «горящих» путевок,  дешевых авиабилетов;
    • турбюро-филиал (иногда расположен за границей);

    103

    Экономические  науки

    • отдел бронирования, занимающийся продажей туров одного туроператора,
    может существовать как одна из структур туроператора или относиться к любому
    типу предприятий;
    • турбюро по приему туристов (въездного туризма), осуществляющие продажу туристских услуг, которые регион предлагает туроператорам из других регионов или приезжим гостям6 .
    Не  имеют  правового  и  экономического  статуса  отделы  по  бронированию,  а
    также  турбюро,  принадлежащие  туроператорам.  Полную  экономическую  и  правовую  самостоятельность  имеют  лицензионные  турбюро,  работающие  на  основании договорных обязательств со  многими туроператорами и правомочные  открывать собственные представительства, филиалы; объединения туристских бюро,
    совместными усилиями координирующие свою деятельность; турбюро, созданные
    на  основе  договора  франчайзинга 7.  По  данным  Ростуризма  на  1  января  2011  г.,
    количество  туроператоров,  зарегистрированных  в  Едином  федеральном  реестре
    туроператоров, составило 4 405 компаний, в том числе туроператоров по внутреннему туризму — 1 830, международному — 2 573 (въездной туризм — 638, выездной —  1 937)8 .
    Таблица
    Количество  туроператоров,  сведения  о  которых  внесены
    в Единый федеральный реестр туроператоров (по состоянию на 1 января 2011 г.) 
    Внутренний
    Общее  кол-во
    туроператоров туризм

    Международный  туризм

    Способы финансового
    обеспечения

    выездной

    въездной

    Размер финансового обеспечения, млн руб.

    4 405

    0,5

    10,0

    30,0

    60,0

    100,0

    1 830

    638

    1 861

    37

    39

    Банковские Договоры  страховагарантии ния ответственности
    туроператора
    30

    4 375

    Согласно таблице, основная доля российских туроператоров в 2011 г. специализировалась на продаже международных выездных туров (44 % от общего числа  туроператоров)  и  лишь  небольшая  доля  туроператоров  занималась  международным  въездным  туризмом  (14%  от  общего  числа  туроператоров).  Продажей
    туров  для  путешествий  внутри  страны  занималось  42  %  от  общего  количества
    туроператоров Российской  Федерации.
    Структура реестра туроператоров в зависимости от размера финансового обеспечения  является  следующей:100,0  млн  руб.  имеет  1  %  туроператоров;  60,0  млн
    руб. — 1 %; 30,0 млн руб. — 42 %; 10,0 млн руб. — 14 %; 0,5 млн руб. — 42 %.
    Отмена лицензирования привела к тому, что в настоящее время утерян контроль над количеством работающих в стране турагентских фирм. Официально их
    регистрация  в  добровольном  порядке  ведется  только  на  сайте  Российского  союза туриндустрии (РСТ). По данным на август 2010 г., в этом добровольном общероссийском  генеральном  реестре  турагентств  было  зарегистрировано  7 806  компаний9. По данным на 21 июня 2011 г., в Общероссийском реестре туристических
    агентств  (ОРТА)  значилось  9  528  компаний 10 .  Согласно  таблице,  наибольшее

    104

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    количество  туристических  агентств  зарегистрировано  в  Москве  и  Московской
    области  (23  %),  на  втором  месте  находятся  Санкт-Петербург  и  Ленинградская
    область  (около  6  %).  В  настоящее  время  (июль  2013  г.)  в  ОРТА  входит  более
    11 600  туристических  агентств11 .
    Туристские  агентства  являются  более  многочисленным  классом  предприятий
    туристского  бизнеса, по своей численности в несколько раз превышающим число
    туроператоров.  Среднее  соотношение  количества  турагентств  к  числу  жителей  в
    наиболее развитых  странах  колеблется  в районе 1:10,0  тыс. Так,  например, в  Великобритании и Бельгии этот показатель приблизительно составляет 1:10,0 тыс.,
    в Нидерландах — 1:13,5, США — 1:14,0, в Российской Федерации — 1:13,0 тыс.
    В настоящее время показатель 1:10,0 тыс. признан оптимальным, так как, с одной
    стороны, широкая сеть турагентств  делает  рынок туристических продаж «рынком
    потребителей»,  с  другой  стороны,  сравнительно  жесткая  конкуренция  все  же  не
    принимает  слишком  сложные  формы.  Как  правило,  турагентства  представляют
    собой небольшие компании с незначительным капиталом и ограниченным рынком.
    В отличие от туроператоров, они более гибко приспосабливаются к текущей конъюнктуре туристского рынка.  К тому  же  создание или ликвидация турагентства не
    связано с большими организационными и финансовыми усилиями.
    Необходимость  в  турагентствах  (турпосредниках)  объясняется большой  территориальной  удаленностью  производителей  от  пользователей  услуг  (например,
    расстояние  между  гостиницей  и  отдыхающим),  отсутствием  представлений  о
    рынке (потребитель редко знаком с предложениями страны, в которой он ни разу
    не был), необходимостью предварительного бронирования при ограниченных мощностях производителя услуг.
    Основными  задачами  турагентства  являются:  полное  и  широкое  освещение
    возможностей  отдыха  и  путешествий  по  всем  имеющимся  турам,  курортам,  туристическим центрам и т. д.; продвижение этой информации с помощью рекламы; организация продажи туристского продукта в соответствии с современными
    методами торговли, а также с использованием специфики и особенностей туристического  рынка 12 .
    Агентства классифицируются по степени зависимости от туроператора, виду
    деятельности,  объему  выполняемой  работы  и  форме  сотрудничества  агента  и
    оператора.  В  первом  случае  выделяются  следующие  агентства:
    • независимые, продающие туры любого туроператора исходя из собственного  выбора;
    •  частично  зависимые,  занимающиеся  продажей  туров  конкретного  туроператора на определенное направление;
    • уполномоченные, являющиеся представителями оператора на региональном
    рынке  и  продающие  только его  туры;
    • ритейловые, осуществляющие регулярные поставки определенного количества туристов каждый отчетный период в обмен на право пользования торговой
    маркой  туроператора,  который  к  тому  же  финансирует  агента.  Данная  система
    взаимоотношений  отличается  от  франчайзинга  тем,  что  агент  не  вносит  платы
    за пользование торговой маркой, более того, он еще получает комиссионное вознаграждение.  Ритейловые  агентства могут  также  заниматься  продажей  туров  других туроператоров.

    105

    Экономические  науки

    По  виду  деятельности  турагенства  подразделяются  на  следующие:
    • турагентства массового рынка (многопрофильные турагентства), занимающиеся  продажей  турпакетов  в  места  массового  туризма  с  использованием  чартерных авиарейсов;
    • монопрофильные турагентства, специализирующиеся на определенном сегменте туристского рынка: клиентуре, направлениях, перевозке пассажиров определенным видом транспорта, целевой направленности путешествий, средствах размещения.
    По  объему  выполняемой  работы  и  форме  сотрудничества  агента  и  оператора  выделяются  следующие  турагенства:
    • агентства, работающие по безрисковым схемам (бронируют путевки у туроператора при наличии реального клиента за стандартное вознаграждение). Данная схема работы характеризуется наименьшим риском для агентства, хотя здесь
    взаимно упущение выгоды в пик сезона;
    •  агентства,  работающие  по  рисковым  схемам  (покупают  или  бронируют
    блок  мест  в  турах,  предлагаемых  туроператором,  с  целью  гарантированной
    отправки  будущих  клиентов  в  поездку).  Данная  схема  сотрудничества  значительно  упрощает  работу  агентствам,  позволяя  получать  от  туроператора  повышенную  комиссию.  Однако  в  этом  случае  всегда  остается  риск  нереализации
    выкупленного блока мест. При этом рискованные формы могут привести  к тому,
    что  сам  оператор  обратится  к  агенту  для  приобретения  у  него  мест  на  собственные  туры13 .
    Надбавка,  или  марк-ап  (от  англ.  mark-up  —  наценка)  —  агентское  вознаграждение за выполнение определенных услуг, связанных с конечной реализацией
    турпродукта.  Ее  величина  устанавливается в  агентском  соглашении  или договоре  поручения. В  международной  практике,  как правило,  агентское вознаграждение  с  каждой  продажи  составляет  от  2  до  12%  от  стоимости  тура  или  услуг,  а
    туроператорам — от иностранных принимающих фирм (10 — 15 %) и зависит от
    интенсивности сезона, абсолютной стоимости тура, географии путешествия, рынка,  на  котором  работает  турфирма,  и  т.  д.  Оно  должно  включать  возмещение  затрат турфирмы и приносить прибыль. Туроператор старается работать с 20%-ной
    прибылью,  из  которой,  в  среднем, до  14  %  он  отдает  турагентству14 .
    Библиографические ссылки
    1
      См.: Об основах туристской деятельности в Российской Федерации : Федер. закон от 24 нояб.
    1996 г. № 132-ФЗ.
    2
     Там же.
    3
     См.:  Баранова А.  Ю.  Организация предпринимательской  деятельности  в  сфере  туризма  :
    учеб. пособ.  М.,  2011. С. 25.
    4
     Там же. С. 26.
    5
     См.: Ильина Е. Н. Туроперейтинг: организация деятельности : учеб. для студентов высш.
    учеб. заведений турист. профиля.  М., 2008. С. 22.
    6
     См.: Баранова А. Ю. Указ. соч. С. 27.
    7
     Там же.
    8
     URL: http://www.russiatourism.ru/rubriki/-1124140793/ (дата обращения 21.04.2013).
    9
     См.: Морозова Н. С., Морозов М. А. Предпринимательство и конкуренция в туризме : монография. 2010. С. 27.

    106

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    10
      URL:  www.reestr-ta.ru,  http://ratanews.ru/news/news_21032011_11.stm  (дата  обращения
    20.04.2013).
    11
     Там  же.
    12
      См.:  Скобкин  С.  С.  Практика  сервиса  в  индустрии  гостеприимства  и  туризма  : учеб.
    пособ. М., 2010. С. 343.
    13
     См.: Абабков Ю. Н. Маркетинг в туризме : учеб. пособ. СПб., 2009. С. 22.
    14
     Там же. С. 78.

    Поступила 28.08.2013 г.

    УДК 331.556:330.1
    Л. Н. Липатова, В. Н. Градусова, Д. М. Лещев
    L. N. Lipatova, V. N. Gradusova, D. M. Leshchev

    ВЛИЯНИЕ МИГРАЦИИ НА ФОРМИРОВАНИЕ
    ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА НАСЕЛЕНИЯ
    INFLUENCE OF MIGRATION ON THE FORMATION
    OF LABOUR POTENTIAL OF POPULATION
    Ключевые слова:  население,  демография,  депопуляция,  миграция,  сальдо  миграции,  качество  миграции, нелегальная миграция,  трудовой  потенциал,  рынок труда,  занятость, безработица.
    В  статье  на  основе  теоретического  и  эмпирического  подходов  прослеживается  зависимость  численности  населения  и  трудовых  ресурсов  от  направления  и  интенсивности  миграционных  потоков.
    Key words:  population,  demographics,  depopulation,  migration,  migration  balance,  migration
    quality,  illegal migration,  labour potential,  labour  market, employment,  unemployment.
    Dependence  of  the number  of  population  and labour  resources  on  the  tendency and  intensity  of
    migration  flows  is  observed in  the  article  on  the  basis  of theoretical  and  empirical  approaches.

    Влияние  миграции на  трудовой потенциал населения проявляется в изменении количественных и качественных характеристик действующей рабочей силы,
    ее  территориальном  перераспределении,  т.  е.  перемещениях  работников  через
    границы территории (страны, региона, района, города, села), связанных с переменой  местожительства  или  несовпадением  места  работы  и  места  проживания.
    Миграция воздействует также на процесс формирования количественных параметров и  качественных характеристик  будущей рабочей  силы путем влияния на  национальную, возрастно-половую, образовательную структуры населения, что неизбежно скажется на будущих  поколениях.
    Согласно докладу ООН, опубликованному 11 сентября 2013 г. и вынесенному  на  обсуждение  на  68-й  сессии  Генеральной  ассамблеи  ООН,  Россия  занимает второе место среди стран мира  по числу проживающих на ее территории
    © Липатова Л. Н., Градусова В. Н., Лещев Д. М., 2014

    Экономические  науки

    107

    мигрантов  из  других  государств.  Эксперты  ООН  отмечают  беспрецедентный
    уровень  миграции.  По состоянию  на 2013  г., за  пределами родины  проживают
    232 млн чел., или 3,2 % населения планеты, тогда как в 2000 г. этот показатель
    составлял  175  млн  чел.,  а  десятилетием  ранее  —  154  млн.  По  данным  ООН,
    более  половины  мигрантов  проживает  в  10  странах  мира.  Самым  популярным
    направлением  для  них  остаются  Соединенные  Штаты,  а  наиболее  популярным
    «миграционным коридором» — маршрут Мексика — США. В этом направлении
    только в  2013 г.  проследовали 13  млн чел.  Разрыв между  лидерами огромный:
    в  Америке находятся  45,8  млн мигрантов, а в Российской Федерации  — 11  млн
    чел.  При  этом  в  докладе  отмечается,  что  за  последние  13  лет  число  мигрантов
    в России уменьшилось на 0,6 %. По данным ООН, средний возраст мигрантов в
    России  составляет  45,9  года,  причем  женщин-иностранцев  в  России  проживает
    немного  больше,  чем  мужчин  (50,8  %  от  общего  числа).  Занимающая  третье
    место  Германия  приняла  без  малого  10  млн мигрантов.  В числе  стран,  где доля
    мигрантов  оказалась  наименьшей  (менее  1  %  от  общей  численности  населения)
    оказались  Китай,  Индия,  страны  Африки  и  Латинской  Америки,  а  в  Европе  их
    меньше  всего  в Сербии  и  Румынии 1 .
    Характеризуя  интенсивность  миграции  в  России,  в  докладе  ООН  отмечается, что  в «десятке»  главных  маршрутов  миграции  в 2013 г.  оказались  Россия  —
    Украина (3,5 млн чел.), Украина — Россия (2,9 млн), а также Казахстан — Россия  (2,5  млн).  Эксперты  ООН  считают,  что  не  следует  усматривать  негатива  в
    тенденции к росту потока гостей из  других стран. «Миграция, при надлежащем
    государственном управлении, может внести важный вклад в социально-экономическое развитие. Миграция открывает для людей новые возможности и помогает  преодолеть  бедность»,  —  заявил  заместитель  генерального  секретаря  ООН
    по экономическим и социальным вопросам У. Хунбо2 .
    В  отдельные  периоды  отечественной  истории  миграция  по-разному  сказывалась на формировании трудового потенциала населения. С середины 1950-х гг.
    до  середины  1970-х  гг.  ее  сальдо  было  отрицательным,  позднее  ситуация  коренным образом изменилась. Однако внешняя миграция не имела значительного
    влияния на динамику численности населения страны. Темпы ее прироста оставались высокими при низких отрицательных значениях сальдо миграции (1956 —
    1960  гг.  —  пик миграционного  оттока  и одновременно  самые  высокие  среднегодовые  темпы  пророста  населения  России  за  период  с  начала  1950-х  гг.),
    существенно не изменились при заметном увеличении миграционного прироста.  Его  удельный  вес  в  общем  увеличении  численности  населения  России  в
    1976 — 1985 гг. составлял 14 — 18 %. Значение миграции несколько возросло
    в период перестройки — миграционный прирост обеспечивал 22 % общего прироста  населения  (табл.  1).
    Период новейшей российской истории характеризуется значительным притоком  мигрантов,  хотя  в  отдельные  периоды  влияние  миграции  на  формирование
    населения  и  трудовых  ресурсов  страны  заметно  снижалось.  В  первой  половине
    1990-х гг.  динамику  численности населения  России  определяла внешняя  миграция.  Ее  сальдо было  положительным все  десятилетие,  нарастая  к 1994 г.  и  снижаясь с 1995 г. В 1991 г. миграционный прирост обеспечил более трети (35,4 %)
    общего прироста, в 1992 г. — уменьшил сокращение численности населения на

    108

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    Таблица 1
    Изменение  численности  населения  России  в  1950  —  80-е  гг.

         Годы

    1951 — 1955
    1956 — 1960
    1961 — 1965
    1966 — 1970
    1971 — 1975
    1976 — 1980
    1981 — 1985
    1986 — 1990

    Численность населения
    на конец периода,
    тыс. чел.

    Общий
    прирост,
    тыс. чел.

    112 266
    120 766
    127 189
    130 704
    134 690
    139 028
    143 835
    148 543

    9 321
    8 500
    6 423
    3 515
    3 985
    4 337
    4 808
    4 707

                   В том числе:
    естественный миграционный
    9 160
    9 515
    7 067
    4 180
    4 180
    3 730
    3 939
    3 649

    Среднегодовой
    прирост,  %

    161
    -1 015
    -644
    -665
    -195
    607
    869
    1 058


    1,5
    1,1
    0,6
    0,6
    0,6
    0,7
    0,7

    Составлена по: Демографическое будущее России. Саранск, 2000. С. 10.

    85,0 %, в 1993 г. — на 58,0 %. В 1994 г. механический прирост почти компенсировал  потери  от  естественного  движения.  В  1995  г.  сальдо  миграции  на  60  %  сократило убыль населения. Особенно активно миграционные процессы проходили
    в 1993 — 1995 гг. За эти 3 года население России за счет миграции увеличилось
    на 1 742 тыс. чел., составив 52 %  миграционного прироста за 10 лет  (с 1991 по
    2000 гг). С 1996 г. доминирующим фактором демографического развития России
    стало естественное движение населения. Компенсационные возможности миграции заметно уменьшились: 1999 г. — 17 %, 2000 г. — 22 % (табл. 2).
    Таблица 2
    Динамика численности населения России в 1990 — 2000 гг.
          Год

    1990
    1991
    1992
    1993
    1994
    1995
    1996
    1997
    1998
    1999
    2000

    Численность
    населения на конец
    года, тыс. чел.
    148 543
    148 704
    148 673
    148 366
    148 306
    147 976
    147 502
    147 105
    146 693
    145 924
    145 184

                                            Изменения за год
                    В том числе:
    Общий  прирост
    (снижение), тыс. чел. естественный миграционный
    161
    -31
    -307
    -60
    -330
    -474
    -397
    -411
    -769
    -740

    104
    -207
    -737
    -870
    -832
    -818
    -750
    -696
    -925
    -954

    57
    176
    430
    810
    502
    344
    353
    285
    156
    214

    в %
    0,11
    -0,02
    -0,21
    -0,04
    -0,22
    -0,32
    -0,27
    -0,28
    -0,52
    -0,51

    Составлена по: Демографическое будущее России  ; Численность населения по регионам Российской
    Федерации : стат. сб. Саранск, 2001. С. 13.

    Большинство мигрантов прибывало в Россию  из бывших союзных республик.  В  постсоветское  время  основными  причинами  отъезда  из  новых  незави-

    Экономические  науки

    109

    симых  государств  были  политические  и  этнические  факторы,  поэтому  это  явление специалисты квалифицировали как вынужденную миграцию. Максимальный приток населения из этих стран отмечался в 1994 г. — 1,2 млн чел., что на
    1
    /3  больше, чем в 1980-е гг. Главными миграционными источниками выступали
    Казахстан, Украина, Узбекистан: в 1999 г. на их долю приходилось более 70 %
    мигрантов  (37,8,  22,1  и  11,3  %  соответственно).  В  ряде  регионов  присутствие
    выходцев их этих государств было еще более значительным. Так, удельный вес
    мигрантов  из  Казахстана  и  Узбекистана  среди  прибывших  из  других  стран  в
    Оренбургскую область в 1999 г. был равен 77,1 %, в Республику Башкортостан —
    72,0 %3 .
    В  среднем  показатель  удельного  веса  мигрантов  трудоспособного  возраста
    составлял 50 — 60 %, однако он стабильностью не отличался, существенно  различаясь по годам, регионам и категориям мигрантов. Например, в годы, характеризующиеся наибольшим миграционным приростом, доля мигрантов трудоспособного  возраста  составляла  54,6  %  (1993  г.)  и  64,3  %  (1994  г.).  В  регионах  с
    положительным сальдо миграции в 1993 г. эта доля колебалась от 16,3 % в Северо-Западном  районе  до  60,9  %  в  Западно-Сибирском  и  Северо-Кавказском
    (в 1994 г. — от 59,6 до 69,6 %). Высокая доля этой категории (60 — 70 %) отмечалась в регионах с отрицательным миграционным приростом 4 .
    По некоторым данным, миграционный прирост  в 1992 — 1996 гг. на 63 %
    формировался  за  счет  лиц  трудоспособного  возраста 5,  в  1999  г.  удельный  вес
    мигрантов дееспособного возраста (20 — 49 лет) в социально-экономическом и
    репродуктивном  отношении  составлял  51  % 6.  Некоторые  ученые,  опираясь  на
    полученные  результаты,  утверждают,  что  в  действительности  доля  лиц  трудоспособного  возраста в  составе  мигрантов была  выше,  чем  по сведениям  Федеральной миграционной службы (ФМС), объясняя это явление тем, что пенсионеры, нуждаясь в государственной поддержке, прежде всего в назначении пенсии,  чаще  обращались  за  регистрацией.  Доля  лиц  старше  трудоспособного  возраста  среди мигрантов,  осевших в  сельской  местности, была заметно ниже,  чем
    в городах — 12 и 20 % соответственно.  Вероятно, это обусловливалось тем,  что
    большинство выходцев из бывших союзных республик являлось городскими жителями  (именно  в  городах  сосредотачивалось  русское  население),  а  адаптироваться в сельской местности к непривычным условиям пожилым людям довольно сложно7 .
    В любом  случае (и по  сведениям ФМС, и по данным  специальных обследований)  возрастная  структура  мигрантов  была  прогрессивной  (удельный  вес  детей  и  подростков  больше,  чем  людей  пожилого  возраста),  чего  нельзя  сказать  о
    соотношении  возрастных  групп  всего  российского  населения.  Согласно  данным
    переписи 2002 г.,  доля  лиц моложе трудоспособного  возраста  была меньше,  чем
    пенсионеров  — 18  и  21  %  соответственно8 .
    Иммиграцию  из  новых  независимых  государств  в  1990-е  гг.  специалисты
    расценивали  как  дополнительный  трудовой  потенциал.  Многие  исследователи
    отмечали высокий (и даже очень высокий) образовательный уровень вынужденных мигрантов 9 . Это  подтверждалось и  данными ФМС  (табл.  3).
    Согласно табл. 3, мигранты были лучше образованы, чем коренное население
    страны. Разница усиливалась по сравнению с населением принимающих территорий,

    110

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    Таблица 3
    Уровень  образования вынужденных  мигрантов  и  всего населения  России
    по данным разных источников, % от общего числа
    Образование                            Мигранты по источникам (1997 г.):
    результаты
    обследований

    сведения  ФМС

    Все население по
    переписи 2002 г.

    29
    6
    41

    16
    4
    2
    2

    19
    30


    50

    1
     …

    16
    3
    27
    13
    17
    14
    8
    2

    Высшее профессиональное
    Неполное высшее профессиональное
    Среднее профессиональное общее
    Начальное  профессиональное
    Среднее (полное)
    Основное общее
    Начальное общее
    Без образования или не указано

    Составлена по: Витковская Г. Вынужденные мигранты из новых независимых государств на российском  рынке  труда  /  /  Миграция  и  рынок  труда  в  постсоветской  России.  М.,  1998.  С.  37  —  38  ;
    Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 г. М., 2003. С. 18.

    особенно  сельской  местности.  Объясняется  это  тем,  что  русскоязычное  население бывших союзных республик (особенно среднеазиатских) проживало преимущественно в крупных городах и многие мигранты получили хорошее образование.
    Квалификационный состав мигрантов в значительной  мере  отражает  их  образовательную структуру. В их составе почти в 1,5 раза превышал удельный вес
    служащих, главным образом за  счет высококвалифицированных специалистов и
    управленческих работников, занимавшихся до переезда деятельностью, требовавшей высшего образования. В профессионально-квалификационной структуре занятых в российской экономике неквалифицированных рабочих было почти в 5 раз
    больше  (табл.  4).
    Таблица 4
    Профессионально-квалификационный  состав  вынужденных  мигрантов
    и занятых в экономике России, % от числа работавших
                                             Категория работников
    Служащие,  всего
    В том числе:
    руководящие  работники
    высококвалифицированные специалисты, не выполняющие
    управленческие  функции
    специалисты средней квалификации и младшие служащие
    Рабочие, всего
    В том числе:
    квалифицированные
    неквалифицированные
    Предприниматели

       Мигранты

    Занятые в экономике

    73

    51

    9

    5

    27
    37
    25

    16
    30
    46

    22
    3
    2

    32
    14
    3

    Составлена по: Витковская Г. Указ. соч. С. 45 ; Россия в цифрах : крат. стат. сб. М., 2001. С. 81 — 82.

    Экономические  науки

    111

    Такой профессионально-квалификационный состав мигрантов объясняется тем,
    что среди них преобладали представители наиболее пострадавших в ходе экономических преобразований  отраслей  бюджетной  сферы.  По  результатам  обследований,  1 /4  мигрантов, прибывших в 1997 г. в Россию из бывших союзных республик,  до переезда была занята в  науке, образовании,  культуре, искусстве, здравоохранении, органах управления10 .
    Рассматривать  мигрантов  из  стран  ближнего  зарубежья  как  существенное
    укрепление трудового потенциала России позволяло и то, что многие из них владели несколькими профессиями. Это помогало приезжим достаточно быстро трудоустроиться, несмотря на неблагоприятную конъюнктуру на российском рынке  труда,  хотя  известно  также,  что  более  40  %  мигрантов  трудоустраивалось
    не по основной специальности. По данным специальных исследований, до переезда одной дополнительной профессией владели 50 %  мигрантов, двумя — 24,
    тремя  —  7,  четырьмя  —  более  3  % 11 .
    В 1990-е гг. существенно увеличился приток в Россию беженцев и вынужденных переселенцев (в приволжских регионах в 1999 г. их численность  составляла  16,8  тыс.  чел.).  47  %  этой  категории  мигрантов  поселилось  в  Оренбургской,  Самарской  и  Нижегородской  областях.  Во  второй  половине  1990-х  гг.
    масштаб территориальных перемещений заметно сократился. Так, в 1999 г. процент беженцев и вынужденных переселенцев в ПФО был в 2,6 раза меньше, чем в
    1996  г.  Доля  лиц  трудоспособного  возраста  в  составе  беженцев  и  вынужденных
    переселенцев, как правило, несколько ниже, чем в общей массе мигрантов. В 1999 г.
    в целом по России она составляла 57,2 %, в ПФО — 58,5 %. В регионах округа
    этот  показатель  варьировался  от  52,7  %  (Республика  Мордовия)  до  65,2  %  (Удмуртская  Республика)12 .
    Внушительных масштабов в 1990-е гг. достиг нелегальный оборот мигрантов.
    По оценкам  ФМС и МВД России, в 1995 г.  численность иностранных  граждан  и
    лиц без гражданства, находившихся в России незаконно, составляла 400 тыс. чел.13
    Эксперты Международной организации по миграции оценивали нелегальный оборот  мигрантов в  3  —  4 млн  чел.14  По  другим данным,  их  численность  достигала
    15 млн чел.15 Среди нелегальных мигрантов преобладали выходцы из Афганистана,  Бангладеш,  Пакистана,  Индии,  Ирака,  Китая,  Вьетнама,  других  азиатских  и
    африканских стран, а  также из  бывших  союзных  республик  Закавказья и  Центральной Азии. Прибывавшие в страну имели, как правило, низкий образовательно-профессиональный уровень.
    Эмиграция, уменьшившая численность российского населения за 1990-е гг. на
    0,5  %,  не  оказала  существенного  влияния  на  формирование  трудовых  ресурсов.
    Однако отток  населения  из  страны  затрагивает важнейшие  качественные  характеристики трудового потенциала, сказывается на развитии ряда отраслей, в первую  очередь  наукоемких.
    К середине так называемых нулевых годов приток мигрантов в Россию резко
    снизился: в 2005 г. численность прибывших в страну  мигрантов была в 2 раза
    меньше, чем в 2000 г. Сокращение миграционного прироста демографы связывают  с  уменьшением  миграционного  потенциала  в  государствах  постсоветского пространства. Позднее на интенсивности миграционных потоков оказал влияние мировой экономический кризис. В 2011 г. количество мигрантов значительно

    112

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    возросло, при этом поток выбывающих из страны в «нулевые» годы существенно
    истощился.  Несмотря  на  то  что  2010  и  2011  гг.  отмечены  повышением  эмиграционной  активности,  численность  ежегодно  выбывающих  из  России  с  начала
    2000-х гг.  сократилась  в  4 раза (табл.  5).
    Таблица 5
    Динамика численности прибывших и выбывших из России в 2000 — 2011 гг., чел.
       Показатель

    2000

    Прибыло  в  РФ 359 330
    Выбыло из РФ 145 720

    2005
    177 230
    69 798

    2006

    2007

    2008

    2009

    2010

    2011

    186 380
    54 061

    286 956
    47 013

    281 614
    39 508

    279 907
    32 458

    191 656
    33 578

    356 535
    36 774

    Составлена по: Российский статистический ежегодник. 2012. М., 2013. С. 114 — 115.

    Вместе  с  тем  влияние  миграции  на  формирование  населения  Российской
    Федерации постепенно усиливалось, а с 2008 г. миграционный прирост оказывал определяющее влияние на динамику численности российского населения,
    превы  сив  (по  модулю)  его естественную  убыль.  Более  того,  прирост  численности населения России в 2010 и 2011 гг. обеспечивался миграцией (табл. 6).
    Таблица 6
    Компоненты  динамики численности  населения Российской  Федерации  в 2001  — 2011  гг.
        Показатель

    2001

    2002

    2003

    2006

    2007

    2008

    2009

    2010

    2011

    Численность
    населения,
    тыс. чел. на
    начало года
    146 304 145 649 144 964 143 236 142 863 142 748 142 737 142 833 142 865
    Естественный
    прирост,
    убыль  (-)
    населения,
    на 1 тыс. чел.
    -6,6
    -6,5
    -6,2
    -4,8
    -3,3
    -2,5
    -1,8
    -1,7
    -0,9
    Миграционный
    прирост,
    убыль  (-)
    населения,
    на 1 тыс. чел.
    1,9
    1,6
    1,8
    2,2
    2,5
    2,5
    2,4
    1,9
    2,2
    Составлена по: Российский статистический ежегодник. С. 75.

    Ученые по-разному оценивают значение миграции для развития страны. Бесспорно, массовое переселение людей порождает множество проблем.  Статистические данные, оценки экспертов позволяют говорить о значительном влиянии миграции на формирование трудового потенциала России в 1990-е гг. Так, за 1992 —
    1996 гг. прирост населения трудоспособного возраста за счет миграции составил
    1,8 млн  чел., что  эквивалентно  2,1 % трудовых  ресурсов и 2,7 % занятого  насе-

    Экономические  науки

    113

    ления в 1996 г. Миграция из стран СНГ и Балтии полностью компенсировала естественную убыль трудоспособного населения России 16 . Миграция положительно
    влияла и на качественную сторону трудового потенциала России (исследователи
    отмечали высокий образовательный  уровень  мигрантов)17 .
    С другой стороны, приток мигрантов — это дополнительное давление на рынок
    труда. Возрастная  структура  въезжавших,  отраженная  в  официальных реестрах,
    показала,  что в  каждой из категорий (по  странам, продолжительности  пребывания, целям приезда) максимальное количество составили мужчины и женщины в
    возрасте  от  18  до  29  лет.  Это  работоспособные  люди,  но,  скорее  всего,  невысококвалифицированные, нередко без специального, не говоря уже о высшем, образовании. В  общей структуре  миграция студенческая,  научная и  миграция квалифицированных кадров была незначительной18 .
    Существенная часть иммигрантов занята в сферах торговли и обслуживания,
    нередко монополизируя эти отрасли. Компактное расселение данных этнических
    групп  на  территории  страны  порождает  определенные  трудности  их  адаптации
    вследствие неподготовленности инфраструктуры, различий социальных, экономических и ценностных ориентаций переселенцев и местных жителей. Неконтролируемые потоки рабочей силы входят в  противоречие  с интересами граждан России, потерявших работу, претендующих на рабочие места, занятые прибывшими
    иностранцами.  Кроме  того,  мигранты,  как  правило,  сосредоточены  в  отраслях,
    привлекательных  и  для  местных  жителей  —  торговля,  сфера  услуг,  транспорт,
    строительство.  Иностранные  рабочие,  особенно  нелегальные,  удобны  для  работодателей  тем, что согласны  работать в плохих условиях  и за небольшую  плату.
    Данные  опросов  свидетельствуют,  что  россияне  в  целом  недовольны  притоком мигрантов: если 6 лет назад их приезд считали благом для российской экономики 17 % россиян, то сейчас сторонников трудовых мигрантов почти втрое меньше. Больше половины россиян (52 %) уверены в том, что мигранты повышают
    уровень преступности и коррупции. Опрос проводился среди 1 800 респондентов
    старше  18  лет в более  чем  230 населенных пунктах России.  По  данным  опроса,
    если  в  прежние  годы  почти  половина  россиян  надеялась  на  то,  что  мигранты
    восполнят недостаток  рабочих рук  на  малооплачиваемой и  непрестижной работе,
    то сейчас респонденты считают, что в Россию едут ненужные на родине люди или
    авантюристы  с  соответствующими  наклонностями  и  предлагают  ввести  жесткие
    меры,  регулирующие  въезд  мигрантов  в  страну.  По  мнению  опрошенных,  сейчас
    требуется грамотная и продуманная  миграционная политика,  которая способствовала  бы  конкуренции,  но  не  позволяла  гостям  из  южных  республик  вести  себя
    вызывающе  и  создавать  проблемы  для  коренного  населения  страны19.
    Внутренняя миграция не изменяет общей численности трудовых ресурсов страны, однако способна существенно влиять на динамику показателей в регионах.
    В основе межрегионального перераспределения рабочей силы лежит дифференциация российских регионов по уровню социально-экономического развития. Например, производства ВРП на душу населения в российских регионах достигает 17 раз.
    По показателю доходов, в России лидирует Тюменская область — 49 433 дол. США
    на  душу  населения.  На  втором  месте  находится  Москва  —  37 987  дол.  США.
    В  тройку  лидеров  также  входит  Сахалинская  область  —  29 244  дол.  США.
    Выше  среднего  по  России  значения  показателя  доходов  (16 092  дол.  США  на

    114

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    душу  населения)  имеют  еще  8  регионов:  Республика  Татарстан,  Санкт-Петербург,
    Республика Коми, Липецкая и Белгородская области, Красноярский край, Кемеровская  и  Вологодская области.  Самый  низкий  показатель  доходов  в 2008  г.  был  характерен для Республики Ингушетии —  2 882 дол.  США20. Сохранились  и существенные различия в доходах: по данным за 2011 г., от 10 962,8 руб. на чел. в месяц
    в Республике  Тыва  до  54  632,3  руб.  на  чел.  в  месяц в  Ненецком  АО21.
    Существенно различалась по регионам и заработная плата. Так, в  2011 г. ее
    наибольший  показатель был  зафиксирован  в  Чукотском  АО  (53  369,3  руб.  в  месяц),  наименьший — в Республике Дагестан  (11 235,8  руб.). Выше  общероссийского  уровня  среднемесячная  заработная  плата  отмечалась  в  Центральном,  Северо-Западном, Дальневосточном и Уральском федеральных округах. В ПФО этот
    показатель  был  на  25  %  меньше  среднего  по  России.  Между  регионами  ПФО
    среднемесячная  заработная  плата  различалась  в  1,5  раза:  самая  высокая  прослеживалась в Республике  Татарстан (20 009,4 руб.), самая низкая — в Республике Мордовия (13 305,1 руб.)22 .
    Отчасти и по этой причине Мордовия относилась к числу регионов, терявших  население  вследствие  миграции.  Ее  воздействие  на  численность  населения Мордовии  в  течение  1990  — 2011  гг.  не было  стабильным. Так,  в начале
    1990-х гг. миграция оказывала существенное влияние на формирование населения  Мордовии;  в  1990  —  1991  гг.  миграционный  отток  был  настолько  значительным, что, несмотря на естественный прирост, привел к уменьшению численности населения на 3,3 тыс. чел.; в 1992 г. миграция перекрыла потери от естественной убыли и привела к небольшому увеличению числа жителей республики —
    на  0,2  тыс.  чел.  (табл.  7).
    Таблица 7
    Компоненты  изменения  общей  численности  населения  Республики  Мордовия,  чел.
    Год

         1
    1990
    1991
    1992
    1993
    1994
    1995
    1996
    1997
    1998
    1999
    2000
    2001
    2002
    2003
    2004

    Численность
    населения
    на 1 янв.

    Общий
    прирост

    Изменения за год
    Естественный
    прирост

    Миграционный прирост

    Численность
    населения
    на 31 дек.

    Общий
    прирост
    за год, %

    2

    3

    4

    5

    6

    7

    963 778
    962 340
    960 443
    960 671
    958 247
    954 348
    949 061
    942 694
    935 013
    927 437
    918 443
    908 152
    897 136
    886 165
    876 105

    -1 438
    -1 897
    228
    -2 424
    -3 899
    -5 287
    -6 367
    -7 681
    -7 576
    -8 994
    -10 291
    -11 016
    -10 971
    -10 060
    -9 474

    1 877
    465
    -1 357
    -3 936
    -5 831
    -4 871
    -5 696
    -6 138
    -5 647
    -7 206
    -7 690
    -7 151
    -7 787
    -7 737
    -7 079

    -3 315
    -2 362
    1 585
    1 512
    1 932
    -416
    -671
    -1 543
    -1 929
    -1 788
    -2 601
    -3 865
    -3 184
    -2 323
    -2 395

    962 340
    960 443
    960 671
    958 247
    954 348
    949 061
    942 694
    935 013
    927 437
    918 443
    908 152
    897 136
    886 165
    876 105
    866 631

    -0,15
    -0,20
    0,02
    -0,25
    -0,41
    -0,55
    -0,67
    -0,81
    -0,81
    -0,97
    -1,12
    -1,21
    -1,22
    -1,14
    -1,08

    115

    Экономические  науки

    Окончание табл. 7
    1

    2

    3

    4

    5

    6

    7

    2005
    2006
    2007
    2008
    2009
    2010
    2011

    866 631
    856 833
    847 645
    840 391
    833 031
    840 613
    833 263

    -9 798
    -9 188
    -7 254
    -7 360
    -6 505
    -7 286
    -7 809

    -7 429
    -6 614
    -5 592
    -4 952
    -4 924
    -5 132
    -4 385

    -2 369
    -2 574
    -1 662
    -2 408
    -1 581
    -2 154
    -3 424

    856 833
    847 645
    840 391
    833 031
    826 526
    833 327
    825 454

    -1,13
    -1,07
    -0,86
    -0,88
    -0,78
    -0,87
    -0,94

    Составлена по: Мордовия : стат. ежегодник. Саранск, 2012. С. 85.

    Положительным сальдо миграции оставалось еще 2 года, но естественная убыль
    стремительно  нарастала,  и  численность  населения  республики  падала.  С  1995  г.
    миграционный отток лишь усугублял естественную убыль. С 2000 г. миграционная
    убыль была  не менее 2,4 тыс. чел. за год, в 2001 г. показатель  приблизился  к
    4,0 тыс. чел.  (более 35 % общего снижения численности  населения  республики).
    В  2011  г.  миграционный  отток  составил  3  424  чел.  (почти  44  %  общей  убыли).
    Миграционные потери Республики Мордовия в течение 1990 — 2011 гг. составили
    42 564 чел. (4,4 % численности на начало 1990 г.) за вычетом 3 лет с положительным
    сальдо миграции — 37 535 чел.
    Таблица 8
    (3,9 % численности на начало
    Общие  итоги миграции  населения
    1990 г.; см.  табл. 7).
    Республики Мордовия, чел.
    Количество  мигрантов,
    Год
    Прибывшие
    Выбывшие
    Миграционный
    ежегодно  прибывавших  в
    прирост  (убыль)
    1990 — 2011 гг., уменьшилось
    в 1,8 раза (с 28,2 до 15,7 тыс.
    1990
    28 195
    31 510
    -3 315
    1991
    24 390
    26 752
    -2 362
    чел).  Особенно  быстро
    1992
    21 954
    20 369
    1 585
    истощился  приток  из  стран
    1993
    18 765
    17 253
    1 512
    ближнего  зарубежья.  Только
    1994
    18 861
    16 929
    1 932
    за  2001  г.  он  уменьшился  в
    1995
    22 499
    22 915
    -416
    более  чем  2  раза 23 .  Сущест1996
    19 785
    20 456
    -671
    1997
    17 333
    18 876
    -1 543
    венные всплески переселений
    1998
    15 959
    17 888
    -1 929
    отмечались  в  1995,  2003  и
    1999
    13 895
    15 683
    -1 788
    2011 гг. (на 19, 21 и 60 % со2000
    14 444
    17 045
    -2 601
    ответственно).  Однако  в  эти
    2001
    13 829
    17 694
    -3 865
    годы происходила и активиза2002
    8 705
    11 309
    -2 604
    2003
    10 569
    13 027
    -2 458
    ция оттока населения из рес2004
    10 844
    13 332
    -2 488
    публики (на 35, 15 и 60 % со2005
    9 621
    11 990
    -2 369
    ответственно).  Численность
    2006
    9 506
    12 080
    -2 574
    ежегодно  выбывавших  из
    2007
    10 927
    12 589
    -1 662
    республики в 1990 — 2011 гг.
    2008
    9 247
    11 655
    -2 408
    2009
    8 733
    10 314
    -1 581
    тоже  сокращалась,  но  мед2010
    9 845
    11 999
    -2 154
    леннее, чем число прибывав2011
    15 743
    19 167
    -3 424
    ших  —  в  1,6  раза  (с  31,5  до
    19,2  тыс.  чел.;  табл.  8).
    Составлена по:  Мордовия. С.  111.

    116

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Мировой экономический кризис, начавшийся в России осенью 2008 г., сказался
    и на миграционных потоках. Поскольку влияние экономического кризиса на рынок труда носило отсроченный характер  и в полной мере проявилось в 2009 г., в
    этом году уменьшилась численность как прибывавших в Мордовию, так и выбывавших из нее.
    2011 г. характеризовался значительным ростом миграционной активности. Число выбывших из республики по сравнению с предыдущим годом увеличилось на
    59,7 %, число прибывших — на 59,9 %. Положительное сальдо отмечалось только  в  обмене  населением  со  странами  ближнего  зарубежья.  Следует  отметить,
    что значительное влияние на формирование населения Мордовии оказывала международная миграция. В 2007 г. ее положительное сальдо на 38,5  % уменьшило
    потери населения от межрегиональной миграции. В 2011 г., характеризовавшимся резким ростом миграционной убыли (в 1,6 раза), миграционный прирост по этому потоку увеличился на 140 чел. При этом компенсационные возможности международной миграции уменьшились до 18,3 % (табл. 9).
    Таблица 9
    Формирование  миграционного прироста  населения
    Республики Мордовия по потокам,  чел.
                     Потоки миграции
    Миграционный  прирост,  всего
    В том числе:
    передвижения в пределах России
    международная  миграция

    2007

    2008

    2009

    2010

    2011

    -1 662

    -2 408

    -1 581

    -2 154

    -3 424

    -2 703
    1 041

    -3 136
    728

    -2 514
    933

    -2 780
    626

    -4 190
    766

    Составлена по:  Мордовия. С.  112.

    Интенсивность межтерриториальных  перемещений  в  течение  рассматриваемого  периода  существенно  менялась,  то  снижаясь,  то  вновь  нарастая.  Однако
    в целом оборот миграции уменьшился в 1,7 раза (с 59,7 до 34,9 тыс. чел.).  Несмотря  на  то  что  общая  тенденция  свидетельствовала  о  снижении  миграционной активности, влияние  этих процессов  на формирование  населения
    Мордовии  с годами  усиливалось.  С 1997  г.,  когда сальдо  миграции  превысило
    20  %  общего  сокращения  численности  населения  республики,  значимость  этого
    фактора  демографической  динамики  только  нарастала.  В  2008  г.  при  замедлении естественной убыли миграционный отток усилился, сальдо миграции составило почти 33 % общего сокращения  численности населения региона. В 2011 г.
    отмечался резкий рост миграционнойактивности: сальдо миграции составляло
    почти 44 %  общей убыли населения региона.
    Об усилении влияния миграции на демографическое развитие Мордовии свидетельствует и динамика коэффициента миграционного прироста. Наиболее значительным  воздействие  данного  фактора  было  в  2001  г.  В  2011  г.  —  второе  по
    величине значение коэффициента за всю постсоветскую историю. Показатель имел
    отрицательное значение  и  в городской  местности  (табл. 10).
    Особенно  сильно  от  миграции  страдало  сельское  население  республики.
    Наибольший урон ему был нанесен в 1990 г., когда коэффициент миграционно-

    Экономические  науки

    117

    Таблица 10
    го прироста составил -96,3 чел. на
    10 тыс. населения. Второе по вели- Коэффициент  миграционного  прироста  населения
    Республики Мордовия, за год на 10 тыс. чел.
    чине  значение  показателя  отмечасреднегодового  населения
    лось в 2011 г. (-92,0 чел. на 10 тыс.
    населения). Положительным  влияГод
    Все
    Городское
    Сельское
    ние  миграции  на  формирование
    население
    население
    население
    сельского  населения  было  только  в
    1990
    -34,4
    12,2
    -96,3
    1992  —  1994  гг.,  городского  —  в
    1991
    -24,6
    13,3
    -75,7
    1990 — 1995, 2007 — 2010 гг.
    1992
    16,5
    4,1
    33,5
    Таким  образом, в  обеспечении
    1993
    15,8
    5,6
    29,7
    1994
    20,2
    29,7
    7,1
    устойчивого  развития  трудового
    1995
    -4,4
    12,2
    -27,4
    потенциала  страны  важнейшую
    1996
    -7,1
    -1,6
    -14,8
    роль играют демографические фак1997
    -16,4
    -10,5
    -24,8
    торы. Сохранение существующих в
    1998
    -20,7
    -6,8
    -40,7
    России тенденций воспроизводства
    1999
    -19,4
    -7,9
    -36,0
    населения  угрожает  привести  к
    2000
    -28,5
    -22,4
    -37,4
    тому критическому состоянию, ког2001
    -42,8
    -39,7
    -47,4
    2002
    -29,2
    -31,2
    -26,2
    да демографические  процессы ста2003
    -26,4
    -21,7
    -33,2
    нут  препятствием  на  пути  эконо2004
    -27,5
    -32,1
    -20,7
    мического роста. В последние годы
    2005
    -27,5
    -25,6
    -30,2
    миграция  в  России  оказывает  ре2006
    -30,2
    -19,7
    -45,5
    шающее влияние на формирование
    2007
    -19,7
    8,6
    -61,5
    населения,  обеспечивая  его  при2008
    -28,8
    9,8
    -86,7
    рост.  Однако  качество  миграции
    2009
    -19,1
    11,6
    -65,9
    2010
    -25,7
    12,5
    -83,9
    вызывает  озабоченность,  требуя
    2011
    -41,3
    -8,6
    -92,0
    глубоких исследований в этой области. Для успешного управления этиСоставлена по:  Мордовия. С.  113.
    ми процессами недостаточно знать,
    сколько  въехало  или  выехало,
    сколько приблизительно нелегалов, каков объем незаконных трудовых ресурсов и
    т. п. Необходим анализ качества миграции, соотношения в ней легального и нелегального  элементов.  Следует  также  определять  процент  укоренения  приезжих,
    долю их и их потомков в первом поколении, становящихся успешными гражданами других  государств, а также долю  возвратной миграции.
    Влияние миграции на формирование населения Республики Мордовия и его
    трудового потенциала за 1990 — 2011 гг. усилилось. Довольно остро стоит проблема  оттока  специалистов  из Мордовии.  Исследователи  говорят  об  отрицательном влиянии трудовой миграции на региональный рынок труда, отмечают тенденцию
    оттока высококвалифицированных специалистов из районов республики, прилегающих  к Рязанской,  Нижегородской и Пензенской областям, особенно  в  весеннелетний период24. Многие жители Мордовии уезжают на заработки в Москву, СанктПетербург, Нижний Новгород, Самару.
    Способствовать решению этой проблемы должно оздоровление экономической
    ситуации в регионе, повышение общего уровня оплаты труда, модернизация производств,  создание  современных  рабочих  мест,  формирование  благоприятной
    среды  для  развития  предпринимательства.

    118

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Библиографические ссылки
    1
      URL:  http://rus.ruvr.ru/news/2013_09_12/OON-Rossija-nahoditsja-v-desjatke-naibolee-privlekatelnih-stran-dlja-migrantov-0402/ (дата обращения 08.09.2013).
    2
     Там же.
    3
     См.: Егоров В. Д. Трудовой потенциал населения: формирование и использование в условиях реформирования экономики. Саранск, 2003. С. 77.
    4
     См.: Вечканов Г. С. Миграция и занятость населения в России. СПб., 1998. С. 78.
    5
     См.: Миграция и рынок труда в постсоветской России. М., 1998. С. 17.
    6
      См.:  Липатова  Л.  Н.  Социально-трудовой  потенциал  населения:  федеральный  и  региональный аспекты. СПб., 2002. С. 19 — 20.
    7
     См.: Миграция и рынок труда… С. 33.
    8
     См.: Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 г. М., 2003. С. 9.
    9
      См.:  Витковская  Г.  Вынужденные  мигранты  из  новых  независимых  государств  на  российском  рынке  труда  /  /  Миграция  и  рынок  труда  в  постсоветской  России.  М.,  1998.  С.  36  ;
    Зайончковская Ж. Трудовая миграция: плюсов больше, чем минусов // Человек и труд. 2001.
    № 11. С. 18 ; Кашепов А., Устинова С. Факторы, детерминирующие занятость россиян // Там же.
    2003. № 2. С. 33.
    10
     См.: Витковская Г. Указ. соч. С. 47.
    11
     См.: Миграция и рынок труда… С. 48.
    12
     См.: Егоров В. Д. Указ. соч. С. 78 — 79.
    13
     См.: Рынок труда в странах Содружества независимых государств в цифрах и диаграммах : стат. сб. М., 1997. С. 54.
    14
     См.: Миграция и рынок труда… С. 61.
    15
     См.: Егоров В. Д. Указ. соч. С. 95.
    16
     См.: Миграция и рынок труда… С. 17.
    17
     См.: Кашепов А. Указ. соч. ; Миграция и рынок труда… С. 18.
    18
      URL:  http://rus.ruvr.ru/news/2013_09_12/OON-Rossija-nahoditsja-v-desjatke-naibolee-privlekatelnih-stran-dlja-migrantov-0402/ (дата обращения 05.09.2013).
    19
     Там же. 
    20
     ПРООН : докл. о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации. 2011. М.,
    2012. С. 150 — 151.
    21
     См.: Российский статистический ежегодник. 2012. С. 170 — 171.
    22
     Там же. С. 177 — 178.
    23
     См.: Миграция населения Республики Мордовия : стат. бюл. Саранск, 2002. С. 29 — 32.
    24
     См.: Тимошкин А. П., Борисов Д. М., Нежданов В. А. Государственное регулирование
    процессов  миграции  и  расселения  в  Республике  Мордовия  //  Эффективные  модели  и  методы
    государственного  и  муниципального  управления  :  материалы  Всерос.  науч.-практ.  конф.  Саранск, 2007. С. 97.

    Поступила 09.10.2013 г.

    119

    Экономические  науки

     УДК 314.7(470.345)
    Н. П. Мышкина, Р. А. Филиппова
    N. P. Myshkina, R. A. Filippova

    МИГРАЦИОННЫЕ ПОТОКИ В РЕСПУБЛИКЕ МОРДОВИЯ
    MIGRATION FLOWS IN THE REPUBLIC OF MORDOVIA
    Ключевые слова:  миграция,  рынок  труда,  миграционный  отток,  миграционный  поток,
    сальдо  миграции,  трудовые  ресурсы.
    В  статье  рассматриваются  основные  проблемы,  связанные  с  трудовой  миграцией  населения в Республике Мордовия; проводится анализ миграционных потоков, влияющих на социально-экономическое  развитие  региона.
    Key words: migration, labour market, migration outflow, migration flow, migration balance, labour
    resources.
    The  main  issues  related  to  labour  migration  of  the  population  in  the  Republic  of  Mordovia  are
    discussed  in the  paper, as  well  as the  analysis  of migration  flows, affecting  the  social and  economic
    development  of  the  region,  is  made.

    Современная  экономическая  наука  сталкивается  с  рядом  проблем  объективной действительности, одной из которых является проблема миграции населения,
    проявляющаяся в несоответствии фактического регулирования миграционных потоков  требованиям  экономической  безопасности.
    Данной  проблеме  посвящено  значительное  количество  работ  отечественных
    и зарубежных  авторов, таких  как Н.  В. Локтюхина, А. В.  Васильева, В. А. Лянный, Е. Х. Егоров, Л. Л. Рыбаковский, Р. Х. Усманов, Л. Хатуль, А. Моргунов и
    др. Однако появляются новые аспекты, порождающие необходимость соответствующих научных исследований.
    Важнейшей социально-экономической функцией миграции населения является
    обеспечение определенного уровня подвижности населения и его территориального перераспределения, в том числе в индустриальные центры и осваиваемые
    районы.  Таким  образом  миграция  населения  способствует  более  полному  использованию рабочей силы, росту производства. Однако последствия миграции
    противоречивы1 . Она  оказывает существенное  влияние  на сбалансированность
    рынка  труда,  изменяет  экономическое  и  социальное  положение  населения,  нередко сопровождается ростом образовательной и профессиональной  подготовки,
    расширением  потребностей  участвующих  в  миграции  людей.  С  другой  стороны, массовый приток мигрантов может быть причиной роста безработицы, значительного давления на социальную инфраструктуру (жилье, здравоохранение
    и др.), тем самым воздействуя на уровень жизни коренных жителей. Миграция
    населения  может  вызвать  резкое  сокращение  населения  и  экономический  регресс одних районов и концентрацию населения — в других. Эти и другие сложности, связанные с миграцией населения, являются предметом государственной
    миграционной политики.
    © Мышкина Н. П., Филиппова Р. А., 2014

    120

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Республике Мордовия, как и России в целом, свойственны многие негативные стороны современных демографических процессов: уменьшение численности населения, низкий уровень рождаемости, высокий уровень смертности, сокращение численности населения трудоспособного возраста — основного источника
    формирования трудовых ресурсов. Численность постоянного населения республики
    с 1990 по 2011 г. уменьшилась на 138,3 тыс. чел., или на 14,3 % 2 . Это демонстрирует,  настолько  миграция оказывала  огромное влияние  на развитие  рынка  труда
    Республики Мордовия.
    Анализ современного миграционного потока показал,  что он носит ярко выраженный полиэтнический характер как в прямом, так и в обратном направлениях. В ходе исследования миграционной ситуации в этническом разрезе были установлены принципы расселения народов в новых геополитических условиях 3 .
    Так, первую группу мигрантов составили славянские народы, искавшие убежище в условиях «выталкивания» с прежних территорий проживания в странах СНГ и в некоторых российских республиках, которому они подверглись в
    ходе суверенизации этих стран, разрастания межнациональной розни, в результате военных действий, различного рода притеснений на национальной, бытовой и
    религиозной почве. Среди славян основную долю составляли русские.
    Во  вторую  группу  народов  вошли  армяне,  азербайджанцы  и  узбеки,  начавшие активное переселение в республику, а некоторые даже «экспансию». Например, удельный вес армян в миграционном приросте почти в 4 раза превысил этот
    показатель  в  составе  постоянно  проживавшего  населения.
    Третья группа народов переживала процесс этнической консолидации за пределами Мордовии. В нее  вошли татары, мордва и русские — народы, которые в
    условиях изменившегося геополитического положения и социально-экономических
    потрясений «тянулись» на историческую и этническую родину. Основными причинами  этого  процесса  стали  неспособность  некоторых  этносов  адаптироваться
    к новой ситуации, вытеснение их другими народами, возможность улучшить свое
    материальное положение.
    Основу  внешнего  миграционного  оборота  республики  составляло  внутрироссийское  переселение  граждан.
    Таблица 1
    По  этому  потоку  у  республики
    Миграционный  отток  населения
    складывалось  отрицательное
    Республики  Мордовия,  чел.
    сальдо  миграции4  (табл. 1).
    Согласно табл. 1, миграциГод
    Число
    Число
    Миграционный
    прибывших
    выбывших
    прирост,  убыль(-)
    онная убыль за 2004 — 2011 гг.
    выросла  на  138  %,  составив
    2004
    10 844
    13 332
    -2 488
    3 424 чел. Это обусловливалось
    2005
    9 621
    11 990
    -2 369
    2006
    9 506
    12 080
    -2 574
    в основном увеличением числа
    2007
    10 927
    12 589
    -1 662
    выбывших из республики в дру2008
    9 247
    11 655
    -2 408
    гие российские регионы.
    2009
    8 833
    10 314
    -1 581
    Отметим, что миграционные
    2010
    9 845
    11 999
    -2 154
    процессы на современном этапе
    2011
    15 743
    19 167
    -3 424
    оказывают огромное влияние на
    Составлена  по:  Мордовия  :  стат.  ежегодник.  Саранск,
    этнический  и  половозрастной
    состав  населения  республики. 2012. С. 112.

    121

    Экономические  науки

    Миграционная активность женщин, как в целом, так и во внутрирегиональной миграции, превышает миграционную активность мужчин. Так, в 2011 г. численность
    женщин, зарегистрированных как «прибывшие», во внутриреспубликанском миграционном  потоке  преобладала  над  численностью  мужчин  на  более  чем  треть 5 .
    Сравнение показателей за 2004 и 2011 гг. позволяет сделать вывод о том, что
    в целом ситуация, связанная с внутриреспубликанской миграцией в городских поселениях и сельской местности, постепенно ухудшалась. Наиболее привлекательными  территориями  для  трудовых  мигрантов  в  Мордовии  являлись  населенные
    пункты,  входящие в  состав Саранско-Рузаевской агломерации,  поскольку  в данных  городах  сосредоточены  наиболее  крупные  промышленные  предприятия  региона. Основной причиной интенсивного оттока сельского населения из Атюрьевского,  Дубенского  и  Темниковского  районов  стал  дефицит  трудовых  вакансий
    вследствие экономической отсталости данных территорий. Миграционный отток
    из относительно экономически благополучных Атяшевского и Ромодановского районов  объясняется  близким  расположением  городского  округа  Саранск,  на  который ориентировались векторы миграции со всех районов республики 6 .
    Рынок труда республики вызывал все больший интерес и становился  привлекательным для граждан из стран СНГ и дальнего зарубежья. Анализ трудовой миграции за 2011 г. показал, что в республику легально прибыло 766 иностранных работников, что в 20 раз превысило уровень 2005 г., или на 62 %, составив 1 374 чел.7
    Позитивным  является  то  обстоятельство,  что  из-за  упрощения  процедуры
    постановки  иностранцев  на  миграционный  учет,  в  2007  —  2011 г.  происходило
    увеличение численности легальной иностранной рабочей силы в республике.
    В  течение  2011  г.  было  выдано  3  558  разрешений  на  работу  иностранным
    гражданам (на 19,6 % больше, чем в 2007 г.)8 , что составило 62,7 % от установленной квоты (рис. 1).
    3 558

    Кол-во  разрешений

    3 700
    3 300

    2 972

    2 900
    2 500
    2 100
    1 700
    1 300
    900

    1 374
    820

    854

    2007

    2008

    500
    2009

    2010

    2011

    Год

    Рис. 1. Количество выданных разрешений на работу иностранным гражданам

    При анализе структуры иностранной трудовой иммиграции в Мордовии было
    выявлено, что в целом из стран СНГ в республику в 2011 г. прибыло 3 235 (91 %)
    чел. По данному миграционному потоку регион имел устойчивое положительное
    сальдо,  увеличивавшееся  в  последующие  годы.  За  счет  мигрантов  численность
    населения республики увеличилась на 471 чел. Основу этого потока составляли мигранты из Узбекистана (миграционный прирост 194 чел.), Украины (123),

    122

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Армении  (87)  и  Азербайджана  (67)9 .  Государственным  комитетом  Республики
    Мордовия по труду и занятости населения были получены заявления о приеме на
    работу от 2 578 иностранных граждан, прибывших в порядке, не требовавшем получения визы (рис. 2).
    Узбекистан
    (62,5  —  63,0  %)

    Другие  страны
    (0,9  —  1,0  %)
    Украина
    (13,8  —  14,0  %)
    Азербайджан
    (3,2  —  3,0  %)

    Армения
    (11,4  —  11,0  %)

    Молдова
    (1,7  —  2,0  %)

    Таджикистан
    (6,4  —  6,0  %)

    Рис. 2. Основные страны происхождения трудовых мигрантов
    в  Республике  Мордовия  в  2011  г.

    Ввиду того, что иностранные  мигранты прибывали в Мордовию преимущественно с целью трудоустройства,  международный миграционный поток населения  в  республику  носил  характер  трудовой  миграции.  В  настоящее  время  масштаб иностранной трудовой миграции в Мордовии увеличился.
    Наиболее привлекательными для иностранных трудовых мигрантов в республике остаются три отрасли экономики — строительство, промышленность и коммерческая  деятельность. В  2011  г.  доля  иностранных  граждан,  осуществлявших
    трудовую деятельность в строительстве, составляла 54 %, в промышленности —
    29  %10  (рис.  3).

    Кол-во занятых

    1 389
    1 500
    1 400
    1 300
    1 200
    1 100
    1 000
    900
    800
    700
    600
    500
    400
    300
    200
    100
    0

    749

    148

    136

    Сельское хозяйство

    Строительство

    Промышленность Оптовая и розничная
    торговля

    158

    Другие виды
    деятельности

    Сфера занятости

    Рис. 3. Сферы занятости иностранной рабочей силы по отраслям экономики, чел.

    123

    Экономические  науки

    В структуре иностранной трудовой миграции изменился половозрастной состав. Так, если  в 2009 г.  среди трудовых  мигрантов преобладала  возрастная  категория 40 — 49 лет, то в 2011 г. — 18 — 29 лет (мужчины) и 30 — 39 лет (женщины)11 .
    При рассмотрении структуры отраслевой занятости иностранных трудовых
    мигрантов  Мордовии  по  странам  их  происхождения  отмечается  следующее:
    в  строительстве,  как  правило,  были  заняты  граждане  Армении,  Молдовы,  Таджикистана, Узбекистана, Болгарии, Македонии и Турции; в коммерции — мигранты из Азербайджана и Кыргызстана (поставка к реализации фруктов и овощей);
    в  промышленном  производстве —  граждане  Украины.
    Отметим, что в составе иностранных работников преобладали лица с начальным  и  средним  профессиональным  образованием.  Самыми  востребованными
    профессиями, по которым привлекались иностранные трудовые мигранты, являлись  квалифицированные  специалисты  в  сфере  промышленного  производства
    (электросварщик, электрогазосварщик, слесарь, станочник и др.), рабочие строительных специальностей (каменщик, маляр, облицовщик-плиточник, плотник, штукатур-маляр и др.), работники в  сфере пищевой промышленности  (повар национальной кухни и др.), работники сельского хозяйства (менеджер-агроном, оператор
    машинного доения, слесарь, оператор и др.), а также грузчики и разнорабочие12 .
    Таким образом, иностранная трудовая иммиграция в республике восполняла
    дефицит рабочих кадров преимущественно в строительной и промышленной отраслях региона. Вместе с тем недостаточный приток квалифицированных специалистов  в  агропромышленный комплекс  негативным образом  отражался на  развитии сельскохозяйственной отрасли республики.
      Состав  трудоустроенных  граждан,  утвержденный  на  сельскохозяйственное
    переселение,  свидетельствует  о  том,  что  трудовых  мигрантов  привлекали  условия  работы  в  сельской  местности.  Этот  фактор  миграционной  привлекательности республики в дальнейшем, на наш взгляд, следует развивать. Динамика численности сельскохозяйственных  переселенцев  представлена  в рис. 4.
    140
    140
    110
    Кол-во переселенцев

    120

    98

    97

    87

    81

    100
    80

    52

    60

    56

    50

    60
    40
    20
    0

    2007

    2008
    Общая  численность

    2009

    2010

    2011

    В трудоспособном  возрасте

    Рис. 4. Динамика численности сельскохозяйственных переселенцев
    в  Мордовию,  чел.

    Год

    124

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    В 2011 г. при обмене трудовыми мигрантами наибольшие миграционные потери  Республики  Мордовия  сложились  в  Центральном  (3  740  чел.)  и  Приволжском  (273  чел.)  федеральных  округах13   (рис.  5).

    Рязанская
    область
    (4,0  %)

    СанктПетербург
    (4,1  %)

    Друг ие
    (8,0  %)
    Московская
    область
    (45,9  %)

    Нижегородская
    область  (7,0  %)

    Москва
    (27,5  %)
    Самарская
    область
    (3,5  %)

    Рис. 5. Миграционная убыль в обмене населением с регионами России за 2011 г.

    В 2012 г. на территорию Мордовии из других регионов России прибыло 3 915 чел.,
    выехало  6  458  чел.  Миграционная  убыль  по  этому  потоку  составила  2  543  чел.
    Московская область (миграционная убыль — 561 чел.) и Нижегородская (147 чел.)
    остаются лидирующими регионами по привлечению мигрантов из Мордовии14.
    Если в конце 1990-х гг. предпочтение отдавалось российской столице, то в последние годы большая часть населения Мордовии выбирает  местом жительства и
    трудоустройства  Московскую  область.  Это  связано  с  тем,  что  она  является  крупнейшим регионом России с широко развитой инфраструктурой, находится рядом с
    Москвой и имеет с ней тесные экономические, финансовые и культурные связи. Более того, жилищный вопрос намного легче решить в Подмосковье, чем в столице15.
    Проведенный анализ миграционной структуры в Мордовии показал, что миграционная ситуация, сложившаяся за последние годы в республике и в большинстве регионов ПФО, характеризуется как неблагоприятная, поскольку  отток трудовых  ресурсов  из  Мордовии  ежегодно  вдвое  превышает  их  приток.  Главными
    причинами  отрицательных  последствий  миграции,  на  наш  взгляд,  являются  недостаточное  количество  вакантных  рабочих  мест  по  специальности,  низкая  заработная плата, плохие условия труда, нарушение трудовых прав граждан.
    У региона нет модели управления миграционными процессами, вследствие
    чего так и не разработана программа по регулированию трудовой миграции. Для
    повышения эффективности механизма регулирования миграции трудовых ресурсов  в  республике  в  рамках  проведенного  исследования  нами  предложены  следующие  подходы:
    —  усиление  государственного  регулирования  ситуации  в  сфере  занятости  и
    миграции населения в республике;

    125

    Экономические  науки

    — повышение инвестиционной направленности экономического роста, реализация  проектов  в  высокотехнологичных  сферах  экономики,  образование  новых
    производств на территории республики в целях создания рабочих мест;
    — интенсификация внутренней трудовой миграции в Мордовии (переориентация векторов  движения рабочей  силы с  трудоизбыточных районов республики в
    трудодефицитные) для снижения уровня безработицы, коэффициента напряженности на рынке труда и в целом сглаживания внутриреспубликанской дифференциации уровней социально-экономического развития;
    — осуществление постоянного мониторинга рынка труда для прогнозирования
    потребности экономики республики в соответствующих категориях работников;
    — расширение и углубление работы по информированию населения и работодателей через средства массовой информации о состоянии регионального рынка  труда,  тенденциях  его  развития,  возможностях  трудоустройства,  поскольку,
    согласно опросу, более 70 % респондентов ощущают недостаток необходимой информации о вакантных  рабочих  местах в  республике16 .
    Таким  образом,  Мордовия  является  регионом,  обладающим  значительным
    экономическим потенциалом и современной социальной инфраструктурой, обеспечивающей комфортные условия для жизни, труда и отдыха людей. В республике реализуется политика по привлечению инвестиций, развитию инновационной
    деятельности  и  малого  бизнеса.  При  этом  следует  учитывать  необходимость
    создания механизмов экономической, социально-бытовой и этнокультурной адаптации людей, переезжающих в Мордовию. Коренное население нередко рассматривает мигрантов как  конкурентов  в  работе  или посягателей  на жизненное пространство. Видимо, наряду с привлечением внешних мигрантов следует заботиться
    и учитывать интересы постоянных жителей республики. Экстенсивный путь развития экономики практически исчерпан, в центре внимания — интенсивная модель  экономического  роста,  где  главной проблемой  остается кадровый  потенциал,  ряды которого  будут  пополнять  все  те  же  мигранты.
    Библиографические ссылки
    1
     См.:  Нестеров  А.  А.  Методология  исследования  трудовой миграции  в  современных  российских условиях // Экономич. науки. 2010. № 8. С. 136 — 138 ; Лянный В. А. Организационные
    основы  обеспечения  миграционной  безопасности  Российской  Федерации  //  Закон  и  право.
    2013. № 6. С. 77 — 79 ; Васильева А. В. Оценка выпадающих налоговых поступлений в бюджеты
    субъектов  Российской  Федерации  от  нелегальной  деятельности  трудовых  мигрантов  //  Уровень
    жизни населения регионов России. 2013. № 6. С. 88 — 92.
    2
     См.:  Мордовия : стат. ежегодник. Саранск, 2012. С. 84.
    3
     См.:  Мышкина Н. П. Региональные аспекты миграции населения // Социально-экономические  и  правовые  проблемы  регионов  в  условиях  интеграции  :  материалы  Междунар.  науч.практ. конф. ХII Макаркин. науч. чтения. Саранск, 2012. С. 63.
    4
     См.: Мордовия. С. 112.
    5
     Федеральная миграционная служба по Республике Мордовия. [Электронный ресурс]. URL:
    http://www.fmsrf.ru/index.asp (дата обращения 05.10.2013).
    6
     См.: Мордовия. С. 114.
    7
     Там же. С.112.
    8
      См.:  Федеральная  миграционная  служба…
    9
     Там же.

    126

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)
    10

     Там  же.
     Там  же.
    12
     Там  же.
    13
     См.: Регионы России : соц.-экон. показатели. 2012 : стат. сб. М., 2012. С. 91, 93.
    14
     Там  же.
    15
     «Эксперт» [Электронный ресурс]. URL: http://www.raexpert.ru. (дата обращения 20.10.2013).
    16
     См.:  Борисов Д. М. Сетевые ресурсы иностранной трудовой миграции в регионе // Регионология. 2011. № 1. С. 149 — 156.
    11

    Поступила 22.11.2013 г.

    УДК 314.3(470+571)
    Д. С. Блинов, О. Г. Зырянов, М. Н. Исламова
    D. S. Blinov, O. G. Zyryanov, M. N. Islamova

    СОВРЕМЕННЫЕ АСПЕКТЫ РОЖДАЕМОСТИ
    В РОССИИ И МОРДОВИИ
    MODERN ASPECTS OF FERTILITY
    IN RUSSIA AND MORDOVIA
    Ключевые слова:  рождаемость,  демографические  процессы,  здоровьесохраняющее  поведение.
    В  статье  на  основе  ретроспективного  анализа  значений  общего  и  суммарного  коэффициента  рождаемости  изучается  динамика  естественного  воспроизводства  населения  в  России  и
    Республике  Мордовия;  предпринимается  попытка  обосновать  кризисные  явления  в  демографической  ситуации  в  России  и  Мордовии  снижением  социальной  значимости  семьи,  трансформацией  уклада  жизни  общества,  здоровьеразрушающим  поведением  граждан.
    Key words:  fertility,  demographic  processes,  health-preserving  behavior.
    The dynamics of natural reproduction in Russia and  the Republic of Mordovia is studied in the
    paper on the basis of a retrospective analysis of the values of general and total rate of fertility, as well
    as an attempt to justify the crisis phenomena in the demographic situation in Russia and Mordovia by
    reducing the social  importance of the family,  transformation of society lifestyle  and health-destroying
    behavior of  citizens is  made.

    В  XXI  в.  состояние  общественного  здоровья  стало  определяющим  элементом экономического развития и независимости государства. Рождаемость и смертность являются ведущими объективными критериями оценки общественного здоровья1 . Рождаемость есть процесс деторождения  в совокупности  людей,  составляющих поколение (лица в определенном возрасте), или в совокупности поколений населения2 , наиболее  чувствительный индикатор состояния общественного  здоровья,  самый существенный и стратегический  элемент изменения численности населения3 .
    © Блинов Д. С., Зырянов О. Г., Исламова М. Н., 2014

    127

    Экономические  науки



    Государственное регулирование рождаемости носит разнонаправленный характер: от поддержки рождаемости в виде различного рода льгот и санкций (европейские страны) до наиболее известного факта жесткого ограничения (Китай).
    XX столетие было отмечено устойчивой стагнацией уровня рождаемости во всех
    экономически  развитых  странах, что  повлекло за  собой ряд  негативных последствий:  нарастание  дефицита  трудовых  ресурсов,  снижение  темпа  роста  численности населения, изменение его возрастной структуры и др. 4
    В  работе  проведено  ретроспективное  исследование  динамики  рождаемости  в
    России и Республике Мордовия. Уровень рождаемости измерялся общим коэффициентом  рождаемости  —  отношением  числа  родившихся  к  численности  населения  в
    промилле  и  общим  коэффициентом  плодовитости  (фертильности) —  отношением
    числа родившихся к численности женщин в период плодовитости (15 — 49 лет)5.
    В  России  на  рубеже  XX  и  XXI  столетий  снижение  рождаемости  достигло
    уровня, ниже необходимого для воспроизводства населения (рис. 1). Современные  параметры  рождаемости  в  стране  в  2  раза  ниже,  чем  требуется  для  замещения  поколений.  В  настоящее  время  в  Российской  Федерации  в  среднем
    на 1 женщину приходится 1,20 рождений при уровне, необходимом для простого
    воспроизводства населения в 2,15. Отмечаемые явления естественной убыли населения  не могут  сохранить  демографический потенциал  страны 6 .

    Год

    Рис. 1. Динамика общего коэффициента рождаемости в Российской Федерации
    в 1950 — 2012 гг., на 1 тыс. населения в год

    Негативные изменения в рождаемости особенно обострились в начале 90-х гг.
    XX в. В 1990 г. общий коэффициент рождаемости составлял 13,4 ‰, к 1999 г. он
    снизился  до  8,3  ‰.  В  1999  г.  число  родившихся  составило  1  216  тыс.  чел.  —
    самый низкий уровень в современной демографической истории нашей страны, в
    1998 г.  —  1 283  тыс.  чел. (для  сравнения:  в 1987  г.  — 2  500  тыс. рождений,  в
    1990 г. — 1 989 тыс.). Суммарный коэффициент рождаемости снизился с 2,2 в
    1986 — 1987 гг. до 1,9 в 1990 г. и составил 1,2 в 1997 г. Сократилось как число
    первенцев, так и родившихся вторыми и третьими 7 .
    В 2000 г. проблема низкой рождаемости приобрела особую остроту: родилось
    1 260 тыс. чел., что на 730 тыс., или в 1,6 раза меньше, чем в 1990 г. Это сокращение произошло, несмотря на существенное увеличение репродуктивного контингента. Несмотря на то что с 2000 г. экстенсивные факторы привели к некоторому увеличению числа родившихся, они практически не изменили уровня рождаемости.

    128

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Низкая  рождаемость  оставалась  одним  из  главных  факторов  продолжавшегося
    демографического  кризиса.  Наблюдавшаяся  положительная  динамика  уровня
    рождаемости в России не давала  оснований для констатации преодоления демографического кризиса, убыль населения в 2011 г. продолжилась 8 .
    В Мордовии рождаемость в 1981 — 1983 гг. составляла 15,4 — 16,5 ‰, снижение показателя  в анализируемые  годы  отмечено после  1983  г. (рис. 2).  Однако  с
    1986  г.  в  течение  двух  лет  рождаемость  в  республике  вновь  стала  увеличиваться. Эта  благоприятная  тенденция  не  была  длительной,  после 1987 г. до  1999  —
    2001 гг. снижение рождаемости в Мордовии было неуклонным, показатели снизились в более чем 2 раза и достигли уровня 7,5 — 7,6 ‰. Минимальным показатель  рождаемости  отмечен  в  1997  г.  —  7,1  ‰ 9 .  В  короткий  для  демографических  процессов  период,  немного  более  10  лет  (1987  —  2001  гг.),  важнейший
    показатель здоровья  населения снизился  в 2,3  раза.
    18
    16
    14
    12



    10
    8
    6
    4
    2
    0
    1978 1980

    1982 1984 1986 1988 1990 1992 1994 1996 1998 2000 2002 2004
    Год

    2006 2008

    Рис. 2. Динамика общего коэффициента рождаемости в Республике Мордовия
    в 1978 — 2008 гг., на 1 тыс. населения в год

    Согласно  демографическим  исследованиям,  максимальный  уровень  рождаемости в рассматриваемый период был зарегистрирован в 1987 г. (16,6 ‰), в годы
    проведения в нашей стране комплекса мероприятий по ограничению потребления
    алкогольных напитков 10 . С 1997 по 2004 г. рождаемость увеличилась на 24 %, достигнув 8,8 ‰. В последние годы отмечается  повышение уровня  рождаемости в
    Мордовии, однако, к сожалению, такая динамика не обеспечивает воспроизводство населения.
    В целом воспроизводство  населения в России и  Мордовии имеет однотипный
    характер. Наметившаяся в последние годы положительная динамика, к сожалению, не
    является стабильной. Очевидна необходимость анализа причин развившегося кризиса  общественного  здоровья,  в  частности,  его  демографической  составляющей  —
    рождаемости.

    Экономические  науки

    129

    Одним из немаловажных обстоятельств, детерминирующих снижение рождаемости,  является  деструкция  института  семьи 11 .  Семья  как  социальный  институт имеет ряд функций: репродуктивную, хозяйственно-экономическую, регенеративную, образовательно-воспитательную, первоначального социального контроля,
    рекреативную, духовного общения, социально-статусную, психотерапевтическую,
    т. е. семье свойственно выполнение функций, которые не могут замещаться другими  институтами,  поэтому  кризисные  явления  в  семье  вызывают  негативные
    демографические  процессы  в  обществе.  Уровень  благосостояния  населения  в
    России  на  протяжении  последнего  столетия  растет 12 .  Исследования  американского социолога, лауреата Нобелевской премии Б.  Г. Стенли показали, что улучшение благосостояния  семьи является фактически основой  снижения рождаемости  и,  в  итоге,  разрушения  института  семьи 13 .  Экономическая  независимость
    мужчин  и  женщин  в  современных  условиях  создает  предпосылки  для  деструктивных процессов в семье. Действительно, если в XIX — начале XX в. социальная
    защита гражданина  реализовывалась через  подрастающее  поколение  (существование в старости обеспечивалось не пенсией, а детьми), то сегодня не нужно быть
    семейным  человеком,  чтобы  получать  пенсию.
    Достоверным и объективным  признаком деструктивных  явлений  для  института  семьи  является  разводность.  В  последние  годы  (2009  г.)  показатель  разводов  к числу  браков составил  73 %.  Естественно,  рост уровня  разводов  ведет  к
    снижению рождаемости 14 . К другим признакам девальвации социальной ценности  семьи  относятся  незарегистрированные  союзы,  малодетность  и  др.
    К факторам, определяющим уровень рождаемости, вне всякого сомнения, относится и состояние репродуктивного здоровья населения15. У наших соотечественников
    отсутствует  повседневное  здоровьесохраняющее  поведение.  Индикаторами  отсутствия бережного отношения к репродуктивному здоровью являются характер повседневной одежды, особенно в холодное время года, высокий уровень потребления алкогольных  напитков  и  табакокурение,  характер  добрачных  сексуальных  отношений,
    значительное распространение заболеваний, передающихся половым путем, значительное число незапланированных беременностей и абортов, поздняя постановка на учет
    в женской консультации в связи с  беременностью, приобретенное бесплодие и др.16
    В лучшем случае,  будущие родители озабочены эффективностью использования контрацептивных методов, но не сохранением репродуктивного здоровья.
    Много  лет  в  России  фактически  каждая  вторая  беременность  заканчивается
    абортом, а это повреждение репродуктивной системы со всеми вытекающими  негативными последствиями (инфекционно-воспалительные заболевания, невынашивание,  бесплодие  и  др.).  Аборт  занимает  ведущее  место  в  структуре  материнской
    смертности.  Производство  медицинского  аборта  урегулировано  законодательно  и
    на ранних сроках фактически определяется желанием женщины17.
    Подавляющее  большинство  абортов  —  это  аборты  по  желанию  женщин  в
    связи с незапланированной беременностью. С медицинской точки зрения, а также  в  социальном  плане,  учитывая  повреждающий  характер  аборта  на  здоровье
    женщины,  прерывание  беременности  не  может  являться  методом  планирования
    семьи. Фактически искусственный аборт вызывает осложнения у 30 — 50 % женщин, являясь одной из основных причин вторичного бесплодия18. Распространенность абортов в Российской Федерации наглядно иллюстрирует неэффективность

    130

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    государственной политики в области планирования семьи и пропаганды материнства.  Согласно  установленным в  официальных  отчетах  правилам,  частоту  абортов в Республике Мордовия рассматривали по традиционному показателю числа
    абортов на 100 родов. Как показали исследования, с 1981 по 2011 г. этот показатель  колебался  в  пределах 8,9  —  17,0  на  100  родов 19 .
    Таким образом, катастрофическое снижение уровня рождаемости обусловлено
    деструкцией  института  семьи,  что  сопровождается  высоким  уровнем  разводов,
    абортов, широким распространением заболеваний, передающихся половым путем,
    и,  как следствие,  высоким уровнем  бесплодия,  высокой  смертностью  среди россиян репродуктивного возраста в связи с высоким уровнем потребления алкогольных  напитков  и  отсутствием  элементов  здоровьесохраняющего  поведения.
    Отличительной особенностью перечисленных факторов является возможность
    их  коррекции  общегосударственными  мероприятиями.  Принимая  во  внимание
    катастрофический  характер  демографических  процессов  в  нашей  стране,  такие
    мероприятия должны проводиться в неотложном порядке, максимально быстро и
    эффективно.
    Библиографические ссылки
    1

     См.: Медков В. М. Демография. М., 2007. 683 с.
      Там же.
    3
      См.:  Смертность  как  определяющий  и  корригируемый  фактор  демографического  кризиса / Д. С. Блинов [и др.] // Вестн. НИИ гуманитар. наук при Правительстве Респ. Мордовия. 2011.
    № 3 (19). С. 107 — 112.
    4
     См.: Коротаев А. В., Халтурина  Д. А. Современные тенденции мирового  развития. М.,
    2009. С. 38 — 45.
    5
     См.: Медков В. М. Указ. соч.
    6
     См.: Симагин Ю. А. Территориальная организация населения. М., 2006. 240 с.
    7
     См.: Коротаев А. В., Халтурина Д. А. Указ. соч. С. 38 — 45. ; Медков В. М. Указ. соч.
    8
     См.: Смертность как определяющий и корригируемый фактор… С. 107 — 112.
    9
     См.: Медков В. М. Указ. соч.
    10
     См.: Симагин Ю. А. Указ. соч.
    11
     См.: Бим-Бад Б. М., Гавров С. Н. Модернизация института семьи: социол., экон. и антрополого-пед. анализ.  М., 2010. 352 с.
    12
     Там  же.
    13
      См.:  Беккер  Г.  С.  Человеческое  поведение:  экономический  подход  :  Избр.  тр.  по  экон.
    теории. М., 2003. 654 с.
    14
     См.: Бим-Бад Б. М., Гавров С. Н. Указ. соч.
    15
     См.: Коротаев А. В., Халтурина Д. А. Указ. соч.
    16
     См.: Аборт (медико-социальные и клинические аспекты) / О. Г. Фролова [и др.]. М., 2003.
    С. 60 ; Майорова О. В., Блинов Д. С., Исламова М. Н. Анализ экономических затрат на искусственное  прерывание  беременности  в  Республике  Мордовия  //  Вестн.  НИИ  гуманитар.  наук  при
    Правительстве Респ. Мордовия. 2012. № 2 (24). С. 22 — 27.
    17
     См.: Аборт…
    18
     Там  же.
    19
     См.: Майорова О. В., Блинов Д. С., Исламова М. Н. Указ. соч.
    2

    Поступила 27.11.2013 г.

    131

    ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ  НАУКИ

    УДК 82-3/6:821.511.152
    С. В. Шеянова
    S. V. Sheyanova

    РОМАН В ПИСЬМАХ Е. ЧЕТВЕРГОВА «ТЕСЭ ДЫ ТОСО»
    («ЗДЕСЬ И ТАМ»): ТРАНСФОРМАЦИЯ ЭПИСТОЛЯРНОГО ЖАНРА
    NOVEL IN LETTERS “TESE DY TOSO” (“HERE AND THERE”)
    BY E. CHETVERGOV: TRANSFORMATION OF EPISTOLARY GENRE
    Ключевые слова:  роман  в  письмах,  эпистолярная  форма,  эпистолярная  коммуникация,
    трансформация,  философский  роман,  психологический  роман,  мифопоэтическая  традиция.
    В  статье  рассматривается  специфика  трансформации  жанровых  канонов  эпистолярного
    жанра  в  романе  в  письмах  Е.  Четвергова  «Здесь  и  Там»,  представляющего  образец  синтеза
    психологического,  философского  романов  и  романа-мифа.
    Key words:  novel  in  letters,  epistolary  form,  epistolary  communication,  transformation,
    philosophical  novel,  psychological  novel,  mythological  and  poetic  tradition.
    The  specifics  of  the  transformation  of  genre  canons  of  the  epistolary  genre  in  E.  Chetvergov’s
    novel in  letters “Here  and There”, representing  a sample of  synthesis of  psychological, philosophical
    novels  and  a  novel-myth,  is  discussed  in  the  article.

    Эпистолярная  форма,  столь  продуктивная  в  западноевропейской  литературе
    XVIII  в.,  претерпевшая  определенную  трансформацию  в  русской  литературе  в
    основном XIX в., представленная классическими образцами эпистолярного романа и повести в творчестве А. С. Пушкина, Ф. М. Достоевского, И. С. Тургенева,  в  мордовской  литературе  не  получила  широкого  распространения.  Сегодня
    правомерно  говорить  лишь  о  предпосылках  зарождения  эпистолярного  романа,
    естественно, не закрепившегося в строгих канонах данного жанра, единичного явления в национальной прозе, однако, оказывающего воздействие на развитие художественно-литературного процесса посредством обновления его жанрового состава и обогащения композиционно-стилевой формы.
    До настоящего времени в литературоведении не решен вопрос о жанровой специфике эпистолярного романа. Теоретические проблемы эволюции, поэтики и формы рассмотрены в ряде работ, в которых эпистолярный роман или позиционируется в качестве самостоятельного жанра 1 , или интерпретируется как особый  тип
    повествования, речевой организации текста (роман в письмах актуализируется
    как одна из разновидностей эпистолярной формы, свойственной произведениям
    ©  Шеянова С. В., 2014

    132

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    разных  жанров)2,  или  рассматривается  как  жанровая  разновидность  психологического  романа 3,  или  является  лишь  «литературным  фантомом»4 .
    Для выявления жанровой специфики романа в письмах необходимо учитывать особенности его внешней формы (письмо, по М. М. Бахтину, особый «речевой жанр», имеющий «двойственный характер»5 ) и внутреннего мира (сюжет,
    проблематика  и  поэтическая  система)  в  неразрывном  единстве.  В  предлагаемой нами концепции эпистолярный роман не актуализируется в качестве самостоятельного жанра или жанровой разновидности психологического романа, формальный подход, учитывающий лишь внешнюю эпистолярную форму как определенный  способ  повествования,  нами  также  не  приемлем.  Эпистолярный  роман, по нашему мнению, жанровая разновидность (модификация) романной формы, своеобразие которой определяется рядом обязательных характеристик: эпистолярной  формой  коммуникации  героев;  синтезом  эпического  повествования
    (широкий  охват  событий  и  фактов  действительности),  драматической  речевой
    организации (диалог и монолог, отсутствие авторского слова), лирического стиля изложения (установка на исповедальность, искренность, предельная откровенность, эмоциональность) и психологического начала (воспроизведение движения
    внутреннего мира личности в ее многогранных связях с миром, способ самовыражения и  самопознания человека); двуединством внешнего и внутреннего сюжетов; ограниченностью количества главных персонажей художественного нарратива; спецификой хронотопа (объективно-субъективная природа пространственной  и  временной  организации);  определенным  арсеналом  художественных
    средств и приемов создания образов героев — участников эпистолярной коммуникации, и выражения авторской позиции.
    Роман  Е.  Четвергова  (Нуянь  Видяз)  «Тесэ  ды  Тосо»6   («Здесь  и  Там»,  2013)
    полностью соответствует актуализированным нами жанровым требованиям эпистолярного романа. Новаторство писателя заключается в том, что он изображает беспрецедентную  для  романа  в письмах  коммуникативную  ситуацию  —  переписку
    между умершей Лемаевой Вияной и живым Учаевым Валдаем. Их общение определяет  специфику  эпистолярного  дискурса.  Сюжетная  преамбула  представлена  в
    небольшом предисловии, согласно ей много лет назад герои встречались, общались,
    были влюблены друг в друга, расставшись, каждый из них идет своей жизненной
    стезей, храня в сердце воспоминания о первой любви и нежные эмоции. Однако история любви, традиционная для классических образцов западноевропейского эпистолярного  романа  XVIII  в.,  в  данном  случае  не  становится  монопольной  тематической направленностью переписки  героев. Отсутствие прямой любовной фабулы
    значительно расширяет тематический диапазон романа, основой для коммуникации
    героев становятся  события не  только интимной,  но  и  социальной жизни. Следует
    отметить, что писатель не допускает экстенсивного наращивания событийного ряда
    в нарративе произведения, что выглядело бы искусственным при ограниченном количестве персонажей эпистолярного диалога. Он добивается решения иной задачи —
    осмысление и оценка героями своей жизни, мотивов поведения и поступков.
    В  контексте  мордовской  романистики  роман  «Здесь  и  Там»  становится  новаторским образцом в решении «центральной проблемы романного жанра — проблемы личности»7, разрабатываемой как проблема сознания человека, его отношений
    с миром, структуры его личностной позиции, поиска ею внутренней гармонии и

    Филологические  науки

    133

    форм самореализации. Писатель стремится восстановить течение внутренней жизни
    героев  в  его  непрерывности,  в  процессе  перехода  из  одного  состояния  в  другое,
    исследовать зарождение и затухание чувств, противоречивые сочетания оппозиционирующих эмоций, материализацию мыслей в поступки. Проблема личности становится  структурообразующим  ядром, определенным  образом  организующим  все
    составляющие целостность  внутреннего мира романа. Такое  изображение человека  и  его  разнообразных  отношений  с  миром,  посредством  которых  раскрывается
    его  сущность,  требует  от  автора  глубокого  знания  многих  перипетий  внешней  и
    внутренней жизни человека, а также способности упорядочивать, объективно оценивать  материал  и  вовлекать  его  в  эпическую  художественную  форму.
    Центральная  антиномия  произведения  —  жизнь  на  земле  и  существование
    после  смерти  —  может  ошибочно  подвести  читателя  к  восприятию  романа  как
    утопии, утверждающей иррационализм в познании бытия. Однако автор, на наш
    взгляд,  поставил реалистическую цель —  осмыслить  природу человеческого  существования, поднять ценность кратковременной жизни человека до уровня вечного  как  высшей  категории,  поэтому  данное  произведение  следует  интерпретировать  как  результат  реалистического  романного  мышления.
    Взаимодействие  героев  двух  миров  —  сюжет,  имеющий,  по  мнению  исследователя отечественной эпистолярной прозы Н. В. Логуновой, «весьма древнюю
    историю  и  восходящий  к  дохудожественным  —  мифологическим  —  текстам  и
    представлениям»8 . Таким образом, правомерно говорить об освоении Е. Четверговым  мифологических  традиций и рассматривать  его роман как результат синтеза эпистолярного романа и романа-мифа.
    Потустороннее  пространство  романа  близко  к  описанию  мира  мертвых  в  античной мифологии,  в котором царят  тьма, сумрак,  тишина и  холод.  Картины  загробного мира стилистически сухие, их фактуры банальные. Причина этого, на наш
    взгляд,  заключается  не  в  отсутствии  авторского  мастерства  владения  словесной  палитрой,  а  в  том,  что  они  складываются  из  общеизвестного  образного  ряда,  т.  е.,
    строятся по образцам, воспроизведенным в античной культуре. В загробном  мире
    человек  утрачивает  телесность,  но  обретает  всеведение  —  знание  о  настоящем  и
    память  о  прошлом.  «Загробное»  реализуется  в  двух  субстанциях:  Подземный  и
    Небесный миры. Сразу после смерти человек попадает в Подземный мир. «В мире
    мертвых, как  и в  мире живых,  есть  дни  и ночи.  Темноту ночи  сменяет полутьма,
    сумерки.  Здесь  не  жарко,  но  и  не  холодно.  Такие  дни  бывают  на  земле  в  конце
    октября. Ощущения времени здесь нет, поэтому сложно сказать, во сколько пробивается  свет…  Здесь  встречаются  и  деревья,  вернее  сказать,  что-то  похожее  на
    них. Растут редко. Невысокие. Маленькие, пожухлые листочки, стволы и ветви —
    красные.  На  земле  они  зеленые,  здесь…  словно  окровавленные.  Майского  пения
    птиц, трелей соловья на этих сучковатых деревьях  не услышишь…. Здесь нет болезней. Откуда им взяться, если нет ни рук, ни ног, если нет тела?! Зато души очень
    восприимчивы и ранимы. Ощущения души скрыты от других. Обида, радость, сомнение, переживание, восторг, грусть… Разнообразные чувства открыты лишь самой душе…»  [Четвергов,  с. 10,  45]*.  Оказавшись в мире  Небесном, душа  забывает
    *  Здесь  и  далее  подстрочный  перевод  автора.

    134

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    о земной жизни,  связь с миром живых  утрачивается, поэтому  Вияна  в  двадцать
    первом письме предупреждает Валдая, что, скорее  всего, она пишет  ему последнее послание: «На небесах, по сравнению с миром Подземным, порядок несколько  иной. Разрешают отправить лишь одно письмо  одному  человеку раз  в  десять
    лет.  Одно…»[Там  же,  с.  157].  Загробный мир  в  романе,  как  и  в мифологии,  вечен,  там есть движение, но нет  ощущения  процессуальности, прогресса, он устроен по определенным законам и канонам, которые невозможно постичь живому
    человеку.
    Таким образом, в романе манифестируются мифопоэтические характеристики художественной картины мира. В восприятии героини моделируются основные
    мифологические представления об устройстве вселенной, в ее письмах отсутствует
    временная  и  модальная  дискретность.  Характерный  для  поэтики  мифа  мотив
    неизбежности и  фатальности в анализируемом романе  является постоянным, он
    четко  прослеживается  в  письмах  героини  и  героя.  Он  актуализирует  вопросы
    смысла, ценности земного бытия и моральные нормы, характеризующие отношения  людей  в  обществе,  вызывает  основные  интенции,  свойственные  человеку.
    Кроме  того,  здесь  следует  отметить  и  идеализированное  восприятие  Вияной
    Валдая.  Об  этом  свидетельствуют  описания  телесного  совершенства  мужчины,
    его внешнего облика, поведения, манеры речи и уровня образованности.
      По  справедливому  утверждению  Б.  В.  Томашевского,  «условия  эпистолярной формы создают совершенно особые приемы в развитии сюжета и обработке
    тематики»9. Сюжетная  организация  романа  сложная,  многоуровневая, предстает
    не только как параллельное развитие двух сюжетов, но и двух миров — реального и мистического. Подобная организация повествования свидетельствует о многомерности  постижения  автором  социально-бытовых,  нравственно-этических  и
    онтологических проблем.  Специфика нарратива  в произведении  Е.  Четвергова
    определяется  двуединством  параллельно  сосуществующих  и  развивающихся
    сюжетов: внешний — сюжет переписки, внутренний — история отношений героев.  Событийный  ряд  внешнего  сюжета  достаточно  скуден,  пассивен,  направлен
    на осмысление и оценку героями своей жизни  и поступков. Автор  не сосредоточивается на масштабе внешних действий, они приобретают внутреннюю направленность  —  потребность  заглянуть  «внутрь»  человека,  дать  анализ  его  душевным движениям. Внутренний сюжет многогероен (главные персонажи и их окружение), динамичен и событиен. Однако и он не отличается социальной масштабностью, череда  событий личной  и общественной  жизни интересна писателю, на
    наш взгляд, всего лишь как фон для проецирования внутренней сущности героев
    и  как  материал  для  анализа  их  психологического  состояния.  В  целом  сюжетная
    канва  романа  характеризуется внутренней  направленностью,  намеренным  отказом  от  событийности,  что  дает  возможность  говорить  о  психологическом  сюжете, в  основе которого эмоциональный  мир героев. Именно психологический  сюжет позволил автору органично привлечь фантастику и мистику в реалистическое
    произведение.
    Жанровая специфика романа в письмах вызвала к жизни прямую форму психологического изображения или способ художественного познания внутреннего
    мира  человека  «изнутри»,  реализуемый  в  произведении,  прежде  всего  с  помощью речевой и интонационной организации эпистолярной деятельности, образов

    Филологические  науки

    135

    памяти и воображения. Е. Четвергов добивается глубокой психологизации благодаря расширению традиционного спектра приемов, используемых для раскрытия
    душевного состояния персонажей: приходит к необходимости исследования внутренних процессов личности в свете разных сознаний — реалистического и мифологического.
    Психологизм  повествования  в  романе  «Здесь  и  Там»  усиливается  за  счет
    своеобразной  формы  эпистолярной  коммуникации  —  рассказа-диалога.  Автор
    использует  диалог  не  «голосов»,  а  их  мыслей.  Внутренние  диалогизированные
    монологи раскрывают духовную сущность главных героев, фиксируют их состояние, оценивают их ощущения. Естественно, что фразы героев порой отрывочны,
    в них много повторов, инверсий, многоточий и вопросов, что свидетельствует об
    их эмоционально-напряженном состоянии. В целом для романа характерна повышенная  субъективность  речевого  стиля,  усиленная  лирическая  интенсивность.
    Используя резервы  романного жанра и собственные  оригинальные художественные находки, Е. Четвергов, на наш взгляд, значительно обогатил традиции национальной психологической прозы.
    В романе писатель, а вслед за ним и главный герой, подходят к осмыслению
    бытия,  бренности  земного  существования,  осознанию  неповторимости  судьбы
    каждого человека с философских позиций. Любое событие, явление или умозаключение  может  побудить  Валдая  философски  рассуждать.  Интересны  его  размышления  о  сущности  любви.  История  первой  любви  Валдая  и  Вияны,  как  мы
    уже отмечали, становится  организующей  внутреннего сюжета,  что обусловливает активное включение воспоминаний о ней и глубоких философских размышлений о роли  любви как  основополагающей категории  в жизни человека. По мнению  героя,  все  строится  на  любви  —  семья,  карьера  и  личные  интересы.  Она
    мотивирует поступки и действия человека, питает его духовный мир и обогащает  нравственный  потенциал: «Любовь…  В  жизни  человека  самое  красивое  бурлящее  чувство…  Она не  одноцветна. По-всякому  ведет себя.  Любовь —  не красивые  слова,  не  кратковременная  забава,  она  затрачивает  много сил  и  времени.
    Одновременно это хрупкая переливающая разными цветами игрушка. Следи, чтоб
    не разбилась!» [Четвергов,  с. 168, 147] или «Любовь… В  половодье под лучами
    солнца  река  отливает  золотом.  Широкая-широкая!  Глаз  не  оторвать  от  разлившейся  по  берегам  воды.  Еще  шире  становится  она  во  время  дождей.  Даже  не
    верится: красивая, величавая, дарящая радость река может затопить города, села,
    дома,  людское счастье.  Так и любовь…»  [Там  же, с. 50].  Однако герой не  верит
    в «любовь до гробовой доски» и говорит, «если она и есть на свете, встречается
    очень  редко.  Реже  золотой  стружки.  Сколько  ни  ходил под  солнцем,  сколько  раз
    ни  встречался  с  восходом,  такого  чувства  не  встречал…»  [Там  же,  с.  169].
    Основной субстанцией, определяющей жизнь, в интерпретации Валдая выступает  время.  Следует  отметить,  что  время  в  романе  полифункционально:  оно
    репрезентуется  в  качестве  материала  для  размышлений  героя;  временной  хронотоп  воссоздает  целостность  бытия  человека,  жизнь  которого  имеет  начало
    и  конец.  Время  является  свидетельством  единичности,  индивидуальности  человека, его внутренней жизни и конкретной судьбы, которая неповторима и необратима. Именно время подводит человека к концу жизненного пути, завершает его
    существование,  лишает  свободы  и  незавершенности.  «На  этом  свете  красота  и

    136

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    тяжести, горести-печали и радости жизни измеряются временем. В ее последние
    минуты  смерть  встречается  с  рождением.  Рождение  начинает  путь,  через  определенное  время  приводящий  человека  к  последнему  вздоху,  тогда  жизнь  вселяется в душу, которая попадает сначала в Подземный мир, потом — на Небо.
    В этих мирах кроме прихода душ нет других событий и движений. В них нет времени. Нет времени — нет жизни» [Там  же, с. 176]. Философские рассуждения
    Валдая  не  только  стилистически  обогащают  структуру  эпистолярного  диалога
    героев, но и лишают его субъективности и наполняют общечеловеческим  содержанием.  В  ряде  случаев  коммуникация  меняется  на  автокоммуникацию:  герой
    обращает  фокус  зрения  на  самого  себя,  внутрь  своего  сознания.  Его  монолог
    характеризуется  откровенностью,  объективностью  и  точностью  в  описании  видимого  им  мира  и  своего  места  в  нем.
    Опытный  человек  Валдай  объективно оценивает  жизненные  ценности  и  говорит  о  требовательности  к  себе:  «Верой,  веруя,  живет  человек.  Без  нее…  Может, действительно, мы сами отходим от высших духовных сил? Может, сами, а
    не  другие,  виноваты,  сами  неправильно  ведем  себя?  Я  считаю  так:  если  что  не
    так  —  ответ  держи  с  себя.  Каков  сам,  таковы  и  дела  твои…»  [Там  же,  с.  133]
    или «Один умный человек сказал: каждый проживает две жизни. Одна из них —
    наяву у всех: разговаривает, поет, ругается, ест, работает, смеется, идет, бежит…
    Другая сторона жизни — ночная темнота. Это мысли, сны, ощущения… Они известны лишь самому человеку, другим неподвластны и недоступны. Они — „дитя“
    мозга, живут своей жизнью. Такой двойной жизнью жила ты, живу я, живут все…»
    [Там же, с. 144]. В итоге пространные мудрствования героя о перипетиях земной
    жизни, о  справедливости и  лжи,  трагизме  войны  и  нравственных  устоях  современного  общества  подводят  читателя  к  метафоре  о  том,  что  сам  человек  вершит  свою  судьбу,  поэтому  ответственен  за  нее  лишь  сам.
    Герой  романа  Е.  Четвергова излагает свою  систему представлений  о  мире  и
    человеке, основанную на морально-этическом и онтологическом принципах. Валдай  дает  объективную  нравственную  оценку  событиям  действительности  и  негативным  явлениям  современности  (распространенное  пьянство,  аморальность
    поведения, нравственное обнищание современного общества, разрушение традиционно-этнических норм этики, отказ от родного языка и т. д.). «Многие осуждают  образ  жизни  наших  предков:  мол,  безграмотные  были,  недалекие, бесцельно
    проводили  время.  Верно,  жизнь  наших  отцов-дедов  медом  не  назовешь.  Дома
    топили по-черному, жили практически в хлеву со скотиной: свиньями, телятами,
    овцами.  В  лютые  морозы  даже  коров  доить  заводили  в  дом.  Тараканы,  вши…
    Хорошего  мало…  Как  ни  жили  наши  отцы-матери,  деды  дедов,  душу  свою  не
    запятнали. Вот в чем  их красота и сила! Они не  были хвастунами и лжецами.
    Не  бросались  на спиртное,  уважали предков,  помогали друг другу…  Кто  поступал плохо, с тем не церемонились. Нравы были суровые. Но справедливые. Если
    бы  в  наше  время  были  такие,  то  народ  не  дошел  бы  до  такого  позора…»  [Там
    же, с. 81]. Однако фиксация общественных противоречий и обстоятельств не становится  самоцелью  писателя,  т.  е.  социальная  проблематика  является  лишь  сопутствующей основной — нравственно-философской.
    Трансформация  традиционного  любовного  сюжета,  обрастающего  поиском
    героя своего «я», взглядом на себя со стороны, выражением точек зрения на мир,

    Филологические  науки

    137

    наполняет повествование романа Е. Четвергова  онтологически значимым  содержанием, что является, по мысли К. А. Баршта, «фундаментальным основанием эпистолярного дискурса»10 . В художественной форме письма реализуется «голос»  героя,  представляющего  онтологическую  концепцию  судьбы.  «У  каждого
    своя  судьба.  Свои  стремления-желания,  победы,  поражения  и  связанные  с ними
    ошибки.  От  них  никуда  не  уйдешь,  нигде не  скроешься.  О  судьбе  есть  два мнения.  Согласно  первому,  никакой  судьбы,  фатализма  нет.  Каждый,  мол,  своими
    руками строит  свою жизненную дорогу,  сам  себе хозяин. Другие  не принимают
    „теорию“ первых и твердо верят в судьбу. Я отношусь ко вторым. Считаю, судьба человека предначертана свыше и дается ему при рождении.  Как ни старайся,
    с себя  ее  не  скинешь.  Где, скажите,  укрыться от  нее?»  [Четвергов,  с.  43].  Самосознание эпистолярного героя Е. Четвергова носит не столько эстетический, сколько  этический  характер.  Философские  аспекты  его  речи  становятся своеобразной
    программой его видения жизнеустройства.
    Эпистолярный  герой  Е.  Четвергова  «онтологически  устойчив»,  семидесятилетний  мужчина  осознает  необратимость  хода  времени,  конечность  земного  существования и неизбежность ухода в иной мир. В одном из последних писем он
    откровенно  пишет:  «Попаду  ли  я  в  Небесный мир? Не  знаю.  Покровитель мира
    мертвых  подскажет.  Мне  же  остается  одно:  ждать  конца.  Он  придет  нежданно,
    придет. Знаю, мне осталось уже немного» [ Там же, с. 175]. Писатель объединяет в единое целое воспоминания и теперешние ощущения героя, связанные с приближением  смерти.  В  восприятии  Валдая  смерть  человека  соразмерна  его  земным деяниям: творящему добро во благо людей бог дарует легкую смерть, грешника же ждут мучения. Подобные экспозиции призваны определить самоценность
    личности, дать оценку его нравственно-этической сущности. Рассуждения героя,
    таким образом, приобретают свою логико-философскую основу, опирающуюся на
    нравственный  аспект.
    Разноплановость интенций героя определяет синтетичный характер эпистолярного дискурса: с одной стороны, эксплицируется мифологичность, с другой —
    философское начало. Это позволяет говорить о проникновении в произведение
    Е.  Четвергова  жанровых  признаков  философского  романа,  в  котором  эпистолярная  деятельность  героев  (прежде  всего  Валдая)  мотивирована  как  коммуникативной,  так  и  гносеологической  целеустановками,  что  определяет  особенности диалогического слова персонажей и организацию нарратива произведения
    в  целом.
    Традиционная  форма  романа  в  письмах,  восходящая  к  произведениям
    Ж.  Ж.  Руссо,  С.  Ричардсона,  Т.  Смоллетта,  И.  Гете,  А.  Пушкина  и  Ф.  Достоевского, позволила Е. Четвергову предельно  обнажить «искреннее» слово  персонажей,  насытить  его  исповедальностью,  создать  иллюзию  «человеческого  документа». Любовные отношения становятся важной основой развития эпистолярного сюжета (как и в традиционном романе в письмах), но не доминирующей.
    Интимные любовные перипетии нельзя считать монопольными, они совмещаются и осложняются сюжетными коллизиями, направленными на осмысление нравственно-этических, философских и онтологических проблем бытия.
    Особенностью  эпистолярного  сюжета  романа  Е.  Четвергова  является  виртуальный  (мистический)  характер  эпистолярной  деятельности  героев  —  пере-

    138

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    писываются умершая героиня и живой герой. В сюжетно-композиционной структуре романа наблюдается трансформация традиционных жанровых канонов эпистолярного жанра в сторону освоения мифопоэтики, о чем свидетельствует манифестация в идейно-художественной ткани произведения мифологической концепции  мира.  Глубокие  философские  рассуждения  героев  лишают  повествование
    субъективности  и камерности,  характерных  для традиционной формы  романа  в
    письмах,  и  возводят  обсуждаемые  ими  вопросы  до  уровня  общечеловеческих.
    Таким  образом,  в  сюжетно-композиционной  структуре  романа  гармонично  синтезируются черты психологического, философского романов и романа-мифа, что
    определяет  поэтику  текста  в  целом.
    Библиографические ссылки
    1
     См.: Киреев Р. Реквием по жанру // Лит. учеба. 1985. № 6. С. 156 — 161 ; Рогинская О. О.
    Эпистолярный  роман:  поэтика  жанра  и  его  трансформация  в  русской  литературе  :  дис.  на
    соиск.  учен. степ.  канд. филол. наук. М., 2002. 237 с. ; Логунова Н. В. Русская  эпистолярная
    проза  XX  —  начала  XXI  веков:  эволюция  жанра  и  художественного  дискурса  :  дис.  на  соиск.
    учен. степ. д-ра филол. наук. М., 2011. 445 с.
    2
     См.: Крупчанов Л. Эпистолярная форма // Словарь литературоведческих терминов. М.,
    1974. С. 468 — 469 ; Елина Е. Г. К теории эпистолярия // Поэтика и стилистика. Саратов, 1980.
    С.  26  —  34  ;  Черняева  Т.  Г.  Традиции  эпистолярного  романа  в  русской  повести  XIX  в.  //
    Проблемы  литературных  жанров.  Томск,  1990.  С.  83  —  84  ;  Муравьев  В.  С.  Эпистолярная
    литература // Литературная энциклопедия терминов и понятий. М., 2001. С. 1228 — 1236 ; Третьякова О. В. Феномен «роман в письмах» в русской литературе конца XVIII — первой трети
    XIX веков : автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. филол. наук. Екатеринбург, 2012. 21 с.
    3
     См.: Эсалнек А. Я. Внутрижанровая типология и пути ее изучения. М., 1985. 183 с. ;  Соколянский М. Г. Эпистолярный роман // Литературоведческие термины. Коломна, 1999. Вып. 2.
    С.  987  —  1012  ;  Шер  Е.  Ю.  «Последний  Колонна»  В.  К.  Кюхельбекера:  реализация  замысла
    романа в письмах : дис. на соиск. учен. степ. канд. филол. наук. Екатеринбург, 2007. 246 с.
    4
      Сонькин  В.  Web-присутствие  [Электронный  ресурс]. URL:  www.russ.ru/krug/razbor  (дата
    обращения 25.09.2013).
    5
     Бахтин М. М. Проблемы речевых жанров // Бахтин М. М. Собр. соч. : в 7 т. М., 1996. Т. 5.
    С.  159  —  206  [Электронный  ресурс].  URL:  http://do.gendocs.ru/docs/index  (дата  обращения
    28.09.2013).
    6
     См.: Нуянь Видяз (Е. Четвергов). Тесэ ды Тосо : сермасо роман, келей ёвтнема ды ёвтнемат. Саранск, 2013. 375 с. Далее ссылки в тексте : [Четвергов, с. ]
    7
     Рымарь Н. Т. Поэтика романа. Куйбышев, 1990. 254 с.
    8
     Логунова Н. В. Указ. соч. С. 268.
    9
     Томашевский Б. В. Теория литературы. Поэтика : учеб. пособие. М., 2003. С. 256.
    10
      Баршт  К.  А.  Эпистолярная  форма  и  двойная  наррация  в  повествовательной  модели
    Ф. М. Достоевского // Достоевский : Философское мышление, взгляд писателя. СПб., 2012.
    С. 27 — 51.

    Поступила 07.10.2013 г.

    139

    Филологические  науки

    УДК 81373:821.511.152
    Л. А. Гурьянова
    L. A. Guryanova

    ПЕРЕХОД СЛОВ ИЗ ПАССИВНОГО СЛОВАРЯ В АКТИВНЫЙ
    (На примере романа «Кузьма Алексеев» А. М. Доронина)
    TRANSITION OF WORDS FROM PASSIVE
    TO ACTIVE VOCABULARY
    (On the Example of the Novel “Kuzma Alekseyev” by A. M. Doronin)
    Ключевые слова: язык, заимствование, устаревшее слово, лексика, активный словарь, пассивный  словарь.
    В статье на основе произведения известного эрзянского прозаика А. М. Доронина «Кузьма
    Алексеев»  рассматривается  современное  употребление  сохранившихся  в  пассивном  словаре
    некоторых  эрзянских  слов.
    Key words:  language,  adoption,  obsoletism,  vocabulary,  active  vocabulary,  passive  vocabulary.
    The  current  use  of  some  Erzya  words,  remaining  in  passive  vocabulary,  is  considered  in  the
    article on the basis of the work “Kuzma Alekseyev”  by the famous Erzya novelist A. M. Doronin.

    Каждый язык, как бы он мал не был, уникален. Изучением эрзянского языка
    занимаются  не  только  отечественные,  но  и  зарубежные  лингвисты.  Вот  что  говорит об эрзянском языке украинский ученый-лингвист О. Б. Ткаченко, который
    многие годы изучает финно-угорские языки: «…этот язык даже в отдельных своих
    словах  так  выразителен  и  прекрасен…  У  него  очень  большие  чисто  языковые
    достоинства  и  возможности.  Есть  много  очень  красивых  и,  я  бы  сказал,  живописных слов…»1 .
    Осознание необходимости защиты родного языка привело к активизации движения за сохранение традиционной культуры и языка. В условиях, когда мордовским  (мокшанскому  и  эрзянскому)  языкам  был  придан  статус  государственных
    языков в пределах республики, творческую интеллигенцию стало волновать состояние языка. В последние годы пополнение лексического фонда эрзянского языка  за  счет  включения в  него  забытых,  устаревших  слов  наблюдается  в  произведениях как известных авторов (К. Абрамов, А. Доронин), так и молодого поколения (Л.  Дергачева, Л. Рябова,  Н.  Ишуткин и  др.).
    Язык  романа  А.  Доронина  «Кузьма  Алексеев»2  богат  и  разнообразен.  Здесь
    встречается большое количество архаизмов, диалектизмов и забытых слов, значение которых не известно  молодому поколению. Не употребление их  ведет к  утрате  богатства  родного  языка.  Вот  некоторые  из  них:
    —  моцюдалкс  «очес  кудели,  пакля»:  Сельмелатктне (Видманонь) празь,
    шержей сакалотне теке моцюдалкст [Доронин, с. 7] («Глаза  (у Видмана) провалились, седая борода, как пакля»). Слово моцюдалкс возводят к русскому слову
    мочка 3 ;
    ©  Гурьянова  Л.  А.,  2014

    140

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    —  кав  «амбар»:  Оно, Козлов Григорь минек кондямо эрзя — сюпавчизэ
    ведьгемень кавс а кельгстяви  [Доронин,  с.  9]  («Вон,  Григорь  Козлов  как  мы
    эрзянин — его богатство в пятьдесят амбаров не полезет»). Слово кав — финно-пермского  происхождения,  является  архаизмом.  Синонимом  к  нему  выступает  слово  утом.  Употребление  слова  кав зафиксировано  в  старинных  эрзянских
    песнях и сказках4 ;
    —  бадул  «черпак»:  Мелят скалгак рамасть (Видманонь раськезэ-семиязо) — ловсодонть куш бадулсо симть  [Доронин,  с.  10]  («В  прошлом  году  и  корову  купили  (Видман  и  его  семья)  —  молоко  хоть  черпаком  пей»).  В  эрзянскорусском  словаре  дается  следующее  толкование:  деревянный  ковш  с  длинным
    черенком,  вроде  половника 5 ;
    —  мунямс  «ворожить,  колдовать»: Тикшкетнень ормаменьксэст содасыть —
    вана теть весе «мунямось» [Доронин, с.  10] («Знаешь  пользу  трав —  вот тебе
    и  все  „колдовство“»).  Основа  слова  муня-  восходит  к  финно-волжскому  языкуоснове6 ;
    —  панарт-руцят  «одежда»:  Скал макссь (Филиппень ватазо), панартруцят, кавто покш парть ды колмо целковойть — омбоце скал, ловт, рамат  [Доронин,  с.  34]  («Корову  дал  (тесть  Филиппа),  одежду,  две  большие  кадушки и три рубля — вторую корову, считай, купишь»). Парное слово панартруцят  образовалось путем  сложения  слов панар («рубашка,  легкая  одежда»)  и
    руця («вышитая женская верхняя одежда, одевалась (по праздникам) поверх рубашки»7);
    —  сильдей  «кочка»:  Оно тува, косо тундаяк ловов лашмо, кизна панжовкшны ведьшоржавсо ацазь сильдев кужо  [Доронин,  с.  11]  («Вон  там,  где  и
    весной в овраге снег, летом открывается  покрытая молочаем  неровная поляна»);
    —  кумба  «ковер»:  Теке аволь кужо сравтовкшны икельгат — сисем тюссо кодазь кумбо [Там  же,  с.  11]  («Будто  не  поляна  открывается  перед  тобой  —
    семи цветами вытканный ковер»). Слово кумба восходит к финно-угорскому языку-основе8 ;
    —  кедьге  «посуда»:  Лавтовганзо (Оксянь) каязь шожда сумань, кедялонзо — лакавтозь ведь марто кедьге ды килейгерень кептернесэ кошксеть  [Доронин, с. 12] («На плечи (Окси) накинут легкий зипун, в руках — посуда с кипяченой  водой  и  берестяное  лукошко  с  сухарями»).  Слово  кедьге  состоит  из  двух
    частей: кедь «рука» (основа слова) и суффикса -ге. Слово кедь восходит к финноугорскому  языку-основе9 ;
    —  кептере  «корзина,  лукошко»,  плетется  из  перегнутого  лубка  вяза,  бересты,  тальника  и  соломы 10 :  Сеськинанть келес срадсь паро куля: тусть пангтне. Весе, покшнэк-вишканек, кептерь марто сралесть певтеме чувтнэнь
    юткова [Доронин, с. 101] («По селу Сеськино распространилась хорошая весть:
    пошли грибы. Все,  от мала до велика, с корзинами разбрелись по лесу»);
    —  пежеть  «грех»:  Псалтырьс апак вано, чинь перть Окся ламоксть ловнызе се озксонть, косо кортавсь ойме пежетень а нолдамга…[Там  же,  с.  13]
    («В  Псалтырь  не  глядя,  Окся  неоднократно  прочитала  ту  молитву,  в  которой
    говорилось  о  грехах…»).  Возможно,  это слово  финно-пермского  происхождения,  так  как  в  языке-основе  встречалось  слово  pe  з  со  значением  «нечистый,
    дурной»11 ;

    Филологические  науки

    141

    —  чекамс-покамс  «молиться»:  Мельганзо (покштянть) чекить-покить
    цёранзо-тейтерензэ  [Доронин,  с.  38]  («Вслед  за  ним  (дедом)  молятся  его  дочери  и  сыновья»).  Часть  парного  слова  покамс,  возможно,  является  русским
    заимствованием  —  поклоняться12 ;
    —  тавадкс  «покрывало»:  Ужиндэ мейле Видман атя вайкснезь эцесь ватолань тавадксонть алов, велявтызе чаманзо  [Доронин,  с.  14]  («После  ужина
    Видман  залез  под  одеяло,  отвернулся»).  Слово  тавадкс  восходит  к  финно-угорскому  языку-основе13 ;
    —  морго  «стол»,  «сук».  В  эрзянском  языке  оно  вытеснилось  синонимическими  единицами  стувор  и  русским  заимствованием  столь:  Тосо (чачома велесэ) Кузьма теинзе васенце эскельксэнзэ, мейле кузсь морга экшс пенч марто
    [Доронин,  с.  15]  («Там  (в  родном  селе)  Кузьма  сделал  свои  первые  шаги,  затем
    с  ложкой  сел  за  стол»);  Истя семс моли, зярс кудазорось а озы пазаватнень
    алов, стувор пряс, косо штатолт палыть ды лампадка  [Там  же,  с.  38]  («Так
    длится до тех пор, пока хозяин дома не сядет за стол под иконами, где горят свечи
    и лампадка»);
    —  вардо  «раб»,  «невольник».  Слово  является  архаизмом.  Синонимом  выступает  уре  «раб,  рабыня»  —  слово  финно-угорского  происхождения 14 :  —  Теде
    варданстэнь оймензэ (купецэсь) а панжтни, — инженть чамава ютась кеж
    ковол [Доронин, с. 15] («— Об этом он (купец) ничего не говорит своему рабу, —
    разозлился гость (букв.: на лице гостя был заметен гнев));  Россиясь, келя, покшкелей ды эриензэ уреде уреть  [Там  же,  с.  8]  («Россия,  говорят,  большая-широкая,  но  ее  люди  —  рабы  [букв.:  рабы  рабами])»;
    —  чинеме  «соболь»:  Князенть лангсо чинемень нурька шуба, купчиханть
    сараханозо ривезь пулокс юхаи  [Там  же,  с.  17]  («На  князе  была  короткая  соболиная шуба, сарафан купчихи развевался хвостом лисы»). Слово чинеме произошло от  чине  «запах»,  который  восходит к финно-угорскому  языку-основе15 ;
    —  улов  «покойник»:  Ней тосо (калмазырьсэ) уловтнэнь модас нолдтнить
    [Доронин, с. 19] («Теперь там (на кладбище) покойников в землю опускают»);
    —  чансть  «счастье,  благодать»:  Чансть Кудоюртавантень, кшинь аразьчиде а майсить (Григорь Козлов ды цёрказо)  [Там  же,  с.  20]  («Благодаря  хозяйке (покровительнице) дома, они (Григорь Козлов и его сын) голода не знают»).
    Это  слово  является  архаизмом,  синонимом  к  нему  выступает  слово  уцяска;
    —  миле  «весло»:  Кузьма кепедсь милеть ды таго кармась мезе вийть
    пансемест (эйтнень)  [Там  же,  с.  29]  («Кузьма  поднял  весла  и  опять  начал  отгонять  их (льдины)»).  Слово  миле  восходит к финно-угорскому  языку-основе16 ;
    — кирьгашкеть  (кирьгаша)  «бусы»:  — Уроз-урозке, тетявтомо касы (Микита), — мельде-валдо мерсь Иоанн, сонсь сур юткова якавтнесь кевень кирьгашат [Доронин, с. 30] («— Сирота-сиротинка, без отца растет (Микита), —
    с неохотой сказал Иоанн, сам же перебирал в руках каменные бусы»). Это слово
    является исконно эрзянским. Образовалось от слова кирьга «шея», который восходит к финно-угорскому языку-основе, и суффиксов  -ш, -ке, -ть17 ;
      —  кардамс  «запретить»,  «приостановить»,  «успокоить»:  — Мекс Пазонть
    каршо стязтнень а кардат, кевкстема?  [Доронин,  с.  31]  («Почему  не  успокоишь тех, кто встал против Бога, вопрос?»). Основа слова карда- восходит к финно-угорскому  языку-основе18 ;

    142

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    —  ушман  «солдат,  воин»:  — Нижнойстэ язычниктнень леднеме ушмант
    тердевть! [Доронин,  с. 31] (« —  Из Нижнего Новгорода для расстрела язычников  солдат  пригласи!»).  Это  слово  является  архаизмом.  Синонимом  к  нему  выступают  слова  тюриця,  нукер19 ;
    — ушмо «войско»:  Цёратне ёртызь алтымаст, лекшкадсть сэрей луганть
    потс, кармасть ваномо ушмонть мельга  [Доронин,  с.  54]  («Мужчины бросили
    рыболовные сети, упали в высокую траву, начали наблюдать за войском»). Слово
    ушмо  является архаизмом,  синонимом  к  нему  выступает  русское  заимствование
    войска;
    —  кувтёл  «стручок  (гороха,  фасоли)»:  Ютыть кавто-колмо иеть, ды од
    аванть оймесэ — веенст чаво таркат, сельмензэ, прок кувтёлсо пужозь
    кснавт, потстост сень пельксэнзэяк а несак, мейсэ сон сюпаволь тейтерькс
    улемстэнзэ [Там же, с. 32] («Пройдут два-три года, и в сердце молодой женщины  —  одна  пустота,  ее  глаза,  как  в  стручке  засохшие  горошины,  в  них  не  увидишь  даже  часть  того,  чем  она  была  богата  в  девичестве»);
    —  терть  «путы»:  Ды те тертьстэнть менемеяк кияк эзь снартне —
    кутьмерезэть локшо кепедильть  (эрзятне)  [Там  же,  с.  32]  («Из  этих  пут  никто
    и  не  стремился  освободиться  —  сразу  кнутом  получишь»).  Основа  слова  тервосходит к финно-волжскому  языку-основе20 ;
    —  чиямс  «сватать»:  Шабра Кужодонь велестэ тензэ (Филиппнень) чиявтызь (Агань) [Доронин, с. 33] («Из соседнего села Кужодо сосватали ее (Агу)
    Филиппу»).  Слово является  архаизмом,  синонимом  является слово  ладямс;
    — ума  «загон»,  участок» является  финно-угорским21 :  Кудоракшат кирдить
    (Филипп ды низэ), пирест покш, умасткак а вишкине — Филиппнень те яла
    аламо [Доронин, с. 34] («Домашних животных держат (Филипп и его жена), огород большой, да и участок не маленький — Филиппу все мало»);
    —  баляга  «цветок»:  Тундось комась луганть элес — тозонь балягат кепететсть, виренть велькска ливтясь, нармунень тёжа вайгельсэ моразевсь…
    [Там  же, с. 35]  («Весна опустилась  на  луг — там  цветы зацвели, пролетела  над
    лесом,  запела  голосом  тысяч  птиц…»);
    —  тарго  «неделя»:  Васняяк печтяма тарьксэв таргонть [Там  же,  с.  36]
    («Сначала  надо  пережить  морозную  неделю»).  Слово  является  диалектизмом.  В
    литературном  языке  вместо  него  употреблялось  русское  заимствование  недля;
    —  низаня  «теща»:  Велесэнть весе кумт-сватт, низанить-ватат, бальзят-балдузт  [Там  же,  с.  39]  («В  деревне  все  кумовья  и  сваты,  тещи,  тести,
    шурины и свояченицы»). Данное слово образовалось путем сложения двух слов:
    ни  «жена»  и  аня  «самка».  Последнее  слово  восходит к финно-угорскому  языкуоснове,  однако  в  эрзянском  языке  оно  не  встречается22 ;
    —  здый  «кол»:  Кардазост (христоснэнь кемицятнень) сэрей здыйсэ пирсезь, эрьванть икельга — топольть ды килейть  [Доронин,  с.  40]  («Двор  у  них
    (христиан)  огорожен  высоким  частоколом,  перед  каждым  —  тополя  и  березы»).
    Слово  является  архаизмом,  синонимом  выступают  слова  колия,  пирявт, пирявтонь палмань 23 ;
    —  оска  «мяч»:  Ве рядс аравтнесть (тейтертне) артозь алт, адя понаньпанксонь оскасо эшксемест [Доронин,  с.  41]  («В  один  ряд  поставят  (девушки)
    крашеные яйца и  давай их выбивать  мячом»);

    Филологические  науки

    143

    —  мукорь  «пень,  чурбан,  обрубок  дерева»:  Кулозенть путылизь чувтсто
    чапозь кандолазс, ускилизь калмазырентень, путылизь тумонь сэрей мукорь
    лангс ды истяня кадылизьгак [Там  же,  с.  45]  («Покойника  клали  в  деревянный
    гроб,  вывозили  на  кладбище,  там ставили на  высокий  дубовый  пень  и  оставляли»). Данное слово восходит к финно-угорскому языку-основе24 ;
    —  ирдез,  ирдекс  «ребро»:  —  Серька сыредсь, авакай, моцтеме сон, —
    цёркась вадяшизе ирдезэв сёрмав лишмест  [Доронин,  с.  50]  («—  Серька  постарел, мама, ему плохо, — мальчик погладил худого пегого коня»). Источник появления этого слова — финно-угорский язык-основа 25 ;
    —  надамо  «помост,  переход»  —  диалектное  слово.  В  литературном  языке
    ему  соответствует  мадамо:  Алонзо (инзэдемканть) чувтонь налкшкесь менчевсь чудикерьксэнь трокс таргазь надамокс, норовась кепетеме [Доронин,
    с.  53]  («Под  ним  (рубанком)  деревянная  игрушка  изогнулась,  как  через  речку
    протянутый  переход»).  Основа  слова  мада-  восходит  к  финно-угорскому  языкуоснове26 ;
    —  тор,  торо  «нож»:  Сынст (солдатнэнь ) торотне пштить, а фатяткак, кода керятадызь  [Доронин,  с.  55]  («У  них  (солдат)  ножи  острые,  не  заметишь, как порубят»). Слово  торо — финно-угорского происхождения27 ;
    —  муюк  «усы»:  Пувордынзе (цёрась) тюжа муюконзо, маласто ушодсь,
    шкань капшавтозь  [Доронин,  с.  55]  («Закрутил  (мужчина)  рыжие  усы,  начал
    быстро  говорить»). Это  слово  является  архаизмом,  синонимом  к  нему  выступают  слова  муё,  нарт28 ;
    — чиряз, чиняз «господин, барин, князь»: Ломаненть эрьва кодамокс нолдтни (Пазось): вейкенть — чирязокс, омбоценть — урекс [Доронин,  с. 60] («Бог
    создает  людей  разных:  одного  —  барином,  другого  —  рабом»);
    —  кенде  «войлок,  рогожа»:  Алонзо (Видманонь) — ленгень кенде, шержей прянзо алов, тодовонь таркас, вачказельть цяпор тикшеть  [Там  же,
    с.  66]  («Под  ним  (Видманом)  —  лыковая  рогожа,  под  голову  вместо  подушки
    положили богородскую траву»). Слово кенде восходит к финно-угорскому языку-основе29 ;
    —  пракста  «портянка»:  Кельме рунгозо (Видманонь) тапардазель ашо
    коцтсо, пильгезэнзэ карсесть пракста марто од карть [Доронин, с. 67]  («Тело
    его «Видмана) было обернуто  белым холстом,  на ноги обули  лапти с белой портянкой»). Слово пракста является архаизмом, синонимом к нему является слово
    ноткс30 ;
    —  усия  «остров,  залив»:  Скитэнть мазый тарказояк — ашти сон Теша
    леенть усиясо [Доронин,  с.  69] («Скит находился в  красивом  месте  —  в  заливе
    реки  Теши»).  Слово  является  архаизмом,  синонимом  к  нему  выступает  слово
    ёвкужо 31 ;
    —  мандо  «палка»:  Прясонзо (старецэнть) кепечень кондямо, мештьсэнзэ — сырнень кувака крест, кедьсэнзэ — мандо  [Доронин,  с.  75]  («На  голове
    (старца) кепка, на груди — длинный золотой крест, в руке — палка»). Это слово
    чаще  встречается  в  старинных  песнях  и  сказках 32 ;
    —  атямарь  «вишня»: Чевгелень куслятнень варчнизь (Гермоген ды келаресь), атямарень варения марто чайде симсть  [Доронин,  с.  85]  («Попробовали (Гермоген и келарь) калиновый кисель, попили чай с вишневым вареньем»).

    144

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Исконно эрзянское слово, состоит из слов атя «пожилой человек», который восходит к финно-угорскому языку-основе, и марь «яблоко» (финно-волжское слово)33;
    —  олога  «жердь,  дубина,  подпорка»: Прязонзо (килеенть) Гермоген чавовтсь трокс олога — лиссь крёстонь кондямо  [Доронин,  с.  87]  («На  верхушку ствола Гермоген велел забить поперечную жердь — получилось наподобие креста»). Возможно, этимология этого слова связана с кольско-саамским
    языком 34 ;
    — шаршав «занавес, спущенный полог», «кружево»: Каштыкельксэсь явозь
    ленгень шаршавсо  [Доронин,  с.  89]  («Печка  была  отделена  лыковым  занавесом»);
    —  каштаз  «венок»:  Ве цёранть лангсо — одирьвань оршамкат, прясонзо — цецянь каштаз [Там же, с. 91] («На голове одного парня —  венок из цветов»);
    —  пулай  (пулагай)  «женский  набедренный  пояс  с  бахромой»:  Ськамнензэ
    Каргонь Кись, эрзявань пулаекс карксызе менель рунгонть, теке эчкензэпокшолманщзо онкстыксэль  [Там  же]  («Млечный  Путь  поясом  эрзянки  опоясал  небо,  будто  хотел  измерить  его  пространство»);
    —  ундокс  «корень»:  Савватий тонавтызе Кузьмань тикшестэ ды чувто
    ундокссто надобиянь панеме  [Там  же,  с.  113]  («Савватий  научил  Кузьму  готовить лекарства из трав и корней дерева»). Основа слова ундо- восходит к финноугорскому  языку-основе35 ;
    —  лекш  «иней»:  Викшневкстнэ ашо коцтканть таргсевсть сэнь лекшекс
    [Доронин,  с.  119]  («Узоры на белом  холсте  синим  инеем простирались»).  Слово
    лекш  восходит  к финно-волжскому  языку-основе36 ;
    —  шушмо  «бугор,  сугроб»:  Кандыловт-овтт велязевсть, китне пандонь
    сэрь шушмосо валявсть [Доронин, с. 128] («Вьюга закружила, дороги покрылись
    сугробами»). Слово шушмо — финно-угорского происхождения37 ;
    —  канаскадомс  «одеревенеть»:  Кевень кияксось пильгть канаскавтсь
    [Доронин, с.  137] («От  каменного пола  ноги деревенели»). Основа слова  канаскадо-  восходит  к  финно-волжскому  языку-основе38 .
    В статье представлена  лишь  часть забытых слов,  выявленных нами в  романе  «Кузьма  Алексеев».  В  произведении  имеется  также  значительное  количество
    исконных личных имен, отражающих живой язык эрзи прошлых лет.
    Таким  образом,  ценность  языка  возрастает  в  процессе  его  использования.
    Внедрение в активный словарь забытых и устаревших слов, употребление вместо заимствований исконных слов способствует совершенствованию и обогащению
    национального языка.
    Библиографические ссылки
    1

     Ткаченко О. Б. Письма далекого друга. Саранск, 2004. С. 10.
     См.: Доронин А. М. Кузьма Алексеев. Саранск, 2001. 396 с. Далее ссылки в тексте: [Доронин, с. ]

    См.: Вершинин В. И. Этимологический словарь мордовских (эрзянского и мокшанского)
    языков : в 3 т. Йошкар-Ола, 2005. Т. 3. С. 262.

    См.: Абрамов К. Г. Валонь ёвтнема валкс. Саранск, 2002. С. 139.
    5
     См.: Евсевьев М. Е. Эрзянь-рузонь валкс. М., 1931. С. 31.
    2

    Филологические  науки
    6

     См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Этимологиянь валкс. Саранск, 1998. С. 111.
    См.: Четвергов Е. В. Сырнень човалят. Саранск, 1995. С. 66.

    См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 84.

    См.: Мокшень кялень нюрьхкяня этимологическяй словарь. Саранск, 1981. С. 38.
    10
     См.: Евсевьев М. Е. Указ. соч. С. 217.
    11 
    См.: Вершинин В. И. Указ. соч. С. 340.
    12 
    См.: Абрамов К. Г. Указ. соч. С. 381.
    13 
    См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 177.
    14 
    См.: Мокшень кялень нюрьхкяня этимологическяй словарь. С. 80.
    15
     См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 213.
    16
     Там же. С. 108.
    17
     Там же. С. 73.
    18
     Там же. С. 61.
    19
     См.: Четвергов Е. В. Указ. соч. С. 180.
    20 
    См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 183.
    21
     Там же. С. 195.
    22
     Там же. С. 119.
    23
     См.: Абрамов К. Г. Указ. соч. С. 123.
    24 
    См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 111.
    25 
    Там же. С. 53.
    26
     Там же. С. 100.
    27
     Там же. С. 188.
    28 
    См.: Четвергов Е. В. Указ. соч. С. 14.
    29 
    См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 67.
    30 
    См.: Четвергов Е. В. Указ. соч. С. 68.
    31
     Там же. С. 81.
    32
     См.: Абрамов К. Г. Указ. соч. С. 272.
    33
     См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 15.
    34
     Там же. С. 128.
    35
     См.: Мокшень кялень нюрьхкяня этимологическяй словарь. С. 79.
    36
     См.: Цыганкин Д. В., Мосин М. В. Указ. соч. С. 119.
    37
     Там же. С. 220.
    38
     Там же. С. 59.


    Поступила 15.10.2013 г.

    145

    146

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    УДК 81373:821.161.1Гроза7Островский
    Т. В. Левинова
    T. V. Levinova

    ФРАЗЕОЛОГИЯ С КЛЮЧЕВЫМИ СЛОВАМИ БОГ, ГРЕХ, БЕДА,
    СМЕРТЬ В ДРАМЕ «ГРОЗА» А. Н. ОСТРОВСКОГО
    PHRASEOLOGY WITH KEY WORDS GOD, SIN, TROUBLE, DEATH
    IN THE DRAMA “THE STORM” BY A. N. OSTROVSKY
    Ключевые слова:  фразеология,  фразеологизм,  драма,  развитие  сюжета.
    В  статье  рассматриваются  ключевые  слова  драмы  «Гроза»  А.  Н.  Островского,  входящие  в
    состав  фразеологизмов  и  являющиеся  поворотными  сюжетными  маркерами  произведения.
    Key words:    phraseology,  idiom, drama,  plot  development.
    The key words of A. N. Ostrovsky’s drama “The Storm”, which are the part of idioms and turning
    plot markers of the work, are discussed in the article.

    Филологическое  изучение  драмы  «Гроза»  А.  Н.  Островского  имеет  почти
    150-летнюю  историю,  однако  ее  особенности  продолжают  представлять  серьезный научный интерес в различных аспектах и для литературоведения, и для лингвистики,  о  чем  свидетельствуют  исследования  последних  десятилетий 1.  Целью
    статьи  является  выявление  ключевых  слов  в  составе  фразеологических  единиц
    (ФЕ), встречающихся в драме, и последующий анализ структурно-функциональных особенностей этих фразеологизмов.
    В  ходе  проведенного  анализа  было  установлено,  что  ключевыми  словами  в
    фразеологизмах,  несущими  смысловую  нагрузку,  являются  в  драме  единицы
    семантических  полей  бог,  грех,  беда и  смерть.  Укажем,  что  анализу  подверглись  и фразеосхемы,  определяемые  Д.  Н. Шмелевым  как клишированные  выражения,  или  речевые  штампы,  построенные  по  определенным моделям  (как  продуктивным, так и непродуктивным), которые потенциально способны трансформироваться  во  фразеологизмы  (идиоматические  эмбрионы)2 .
    По словам Н. А. Николиной, «в художественном тексте как частной динамической системе языковых средств выделяются ключевые для выражения его смысла
    и соответственно для понимания знаки, которые играют особенно важную роль в
    установлении внутритекстовых семантических связей и организации читательского восприятия. Они организуют его содержание и служат условием его создания
    и сигналами авторских интенций»3 . Высказывание И. Р. Гальперина о выражении
    ключевыми  словами  в  тексте  не  только  содержательной,  но  и  содержательноконцептуальной  и  содержательно-подтекстовой  информации  подтверждает  это
    мнение4.  Значимым  является  и  тот  факт,  что  ключевые  слова  способствуют  соотнесению  двух  содержательных  уровней  текста:  собственно  фактологического
    и концептуального — и получению в результате этого соотнесения нетривиального  эстетического  смысла  данного  текста 5 .
    © Левинова Т. В., 2014

    Филологические  науки

    147

    В  контексте  проводимого  анализа  оправданным  является  обращение  к  «Домострою»,  ключевыми  понятиями  которого  в  религиозно-бытовой  сфере  выступают  «бог»,  «душа»,  «вера»,  «христианский  закон»,  «совесть»  и  «грех».  Анализ
    показал, что в контексте драмы в большом корпусе ФЕ, связанных с этими понятиями,  происходит  смысловая  трансформация.  Наибольшее  количество  фразеологизмов (26) связано со словом бог. В «Домострое» такие конструкции отражают скорее конкретное представление о Высшей силе, к которой должны обращаться благочестивые христиане с просьбой о помощи («Бог вразумит», «Бога на помощь призывай», «Бога моли», «у Бога просили милости», «Бога славить и воспевать»  и  т.  д.)6.  В  драме  фразеологизмы  со  словом  бог  имеют  различную  коммуникативную  направленность.  Первая  группа  ФЕ  выражает  заклинательную  и
    охранительную, отчасти ритуальную функции:
    Варвара. Вот погоди, завтра братец уедет, подумаем; может быть, и
    видеться можно будет.
    Катерина. Нет, нет, не надо! Что ты! Что ты! Сохрани господи!*
    Экспрессивная  окрашенность  фразеологизма  сохрани  господи  фиксируется  в  словарях:  «(экспрес.) Выражение  предостережения  о  недопустимости  чеголибо опасного, нежелательного»7 .
    Варвара. Как же ты без братца-то домой покажешься?
    Катерина. Нет, домой, домой! Бог с ним!
    Бог  с  ним!  —  «(иноск.)  Прощальное  пожелание  остаться  в  покое  и  —  ведаться с Богом; также в смысле: Побойтесь Бога! (что вы говорите, делаете?)»8 .
    В  контексте  ФЕ  употреблена  в  первом  значении.
    Кабанов. Да что ты такая? Ну, прости меня!
    Катерина.  (все в том же состоянии, покачав головой). Бог с тобой!
    Бог  с  тобой!  <с  ним,  с  ней,  с  ними,  с  вами >   Значение  ФЕ —  «(разг.)
    Неизм.  Пусть  будет  так  (выражение  согласия,  примирения,  прощения, уступки)»9 .
    Катерина. Постой, постой! Дай мне поглядеть на тебя в последний раз.
    (Смотрит ему в глаза.) Ну, будет с меня! Теперь бог с тобой, поезжай.
    В  этом  контексте  фразеологизм  употреблен  отчасти  в  качестве  междометной  формы  как  знак  прощания,  а  также  как  пожелание  отправляться  в  путь  с
    Божьей  помощью.
    Катерина. Конечно, не дай бог этому случиться! А уж коли очень мне
    здесь опостынет, так не удержат меня никакой силой. В окно выброшусь,
    в Волгу кинусь...
    Не  дай  (не  приведи)  Бог  (Господь,  Господи)  —  «1.  Кому  что.  (разг.)
    О чем-л. нежелательном (выражение предупреждения, предостережения); 2. Дон.
    (неодобр.) Очень плохо, очень плохой; 3. (разг.) Сильно, интенсивно; 4. (пск.)
    О высшей степени проявления признака»10 . В драме употреблен в первом значении — как выражение предупреждения, предостережения, интенсивность которого  соотносима  с характером  героини.
    *  Здесь  и  далее  цитаты  приводятся  из  драмы  «Гроза»  А.  Н.  Островского  [Электронный
    ресурс]. URL:  http://az.lib.ru/o/ostrowskij_a_n/text_0060.shtml  (дата  обращения 25.05.2013).

    148

    Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2014. № 1 (29)

    Заклинательные и охранительные фразеологизмы встречаются и в речи других персонажей  в той  же функции.  По  структуре  они не  отличимы от конструкций, характерных для речи Катерины. Отметим клишированность данных фразеологизмов  и  их  частую  повторяемость  в  речи  героев:
    Борис. Сохрани, господи! Сохрани меня, господи! Нет, Кудряш, как можно. Захочу ли я ее погубить! Мне только бы видеть ее где-нибудь, мне больше ничего не надо…
    Кабанов.  Нет, маменька, сохрани меня господи!
    Феклуша.  Сохрани господи от такой напасти!
    Варвара.  Ты какая-то мудреная, бог с тобой!
    Кабанова.  Ну, Тихон, пора. Поезжай с богом!
    С  богом  —  «(устар.)  Счастливо,  в  добрый  час!  Пожелание  успеха  в  какомлибо  деле,  начинании  и  т.  п.»11 ;  «(устар.  прост.) 1. Пожелание  успеха,  удачи  в
    каком-либо деле; 2. Смягченное приказание что-либо сделать» [Федоров]; «(разг.
    устар.) 1.  Счастливо,  в добрый  час! (пожелание в  каком-л.  деле,  начинании);
    2. Смягченное приказание сделать что-л.» [Мокиенко, с. 48]. В тексте Островского  фразеологизм  употреблен во  втором значении.
    Особенно  ярко  христианские  догматы,  дающие  представление  о  боге  как  о
    высшей  силе,  предопределяющей  человеческую  судьбу  и,  в  частности,  обреченность Катерины, показаны в речи барыни:
    Куда прячешься, глупая?  От бога-то не уйдешь!
    От  бога  не  уйдешь  /&n