• Название:

    Лев Гумилёв Конец и вновь начало

  • Размер: 14.43 Мб
  • Формат: PDF
  • или

    БИБЛИОТЕКА ИСТОРИИ И КУЛЬNРЫ

    Полное собрание сочинений
    Л. Н. Гумилева

    История

    -

    это постоянная смена

    жизни через порог смерти.

    ЛЕВ ГУМИЛЕВ
    КОНЕЦ И

    ВНОВЬ НАЧАЛО

    ПОПУЛЯРНЫЕ ЛЕКЦИИ ПО НАРОАОВЕДЕНИЮ

    МОСКВА

    АЙРИС j.~ ПРЕСС
    2008

    УДК

    ББК

    930.85
    63.51(0)-3
    Г94

    Подбор иллюстраций, составление указателей:
    Е. М. Ib1-tчарова

    Серийное оформление А. м.драгового

    Гумилев, Л. Н.

    Г94

    Конец и вновь начало: популярные лекции по народоведению

    /

    384 с.: ИЛ. -

    (Библиотека истории и культуры).

    Лев ryмилев.

    -

    М.: Айрис-пресс,

    2008. -

    ISBN 978-5-8112-3150-8
    Одна из самых популярных книг выдающегося отечеcrnенно­
    го историка и географа Л. Н. Iyмилева написана на основе лек­
    ций, прочитанных автором в 80-е годы перед разными аудито­
    риями Москвы и Ленинграда и пользовавшихся огромным успе­
    хом у всех, кто способен мыслиТI, самоGa'ОЯТельно и творчески.

    Понятия оригинальной авторской теории пассионарности,
    объясняющей закономерности возникновения и развития этно­
    сов, гибели и крушения великих империй, изложены в увлека­
    тельной форме, на примерах из жизни многих народов антич­
    ной и средневековой Европы, Ближнего Востока, Китая, Индии и
    Америки и деятельности их выдающихся представителей (пас­
    сионариев), оставивших яркий след в Истории.

    Книга печатается по авторскому экземпляру рукописи с вос­
    становлением множества купюр, сделанных цензурой издатель­

    ства (.Наука. при первом издании книги в

    1990 г.
    ББК63.51(0)-3
    УДК 930.85

    © Новгородова М. И., 2001
    © 000 (·ИздатеЛI,СТВО (.АЙРИС-пресс.>,

    ISBN 978-5-8112-3150-8

    оформление, указатели,

    2001

    о

    БИОГРАФИЯ НАУЧНОЙ ТЕОРИИ1
    Факты моей биографии в последнее время стали вызывать
    интерес у читающей публики. Однако я от таких рассказов ук­
    лонялся, потому что мне вспоминать что-либо приятное невоз­
    можно

    -

    за отсутствием такового, а неприятные вещи я не хочу

    вспоминать, потому что это меня только расстроит. Но сейчас

    я могу коротко рассказать, каким образом я ощутил в себе при­
    звание ученого историко-географа (я подчеркиваю: историко­
    географа, а не просто историка) и как это складывалось на про­
    тяжении моей жизни.

    Я бьm довольно позднего развития и помню себя пример­
    но с

    7-8 лет, когда я жил со своей бабушкой в городе Бежецке, в

    15-ти верстах от которого была наша деревня.
    В Бежецке я учился в школе. Надо сказать, что к школе у меня

    довольно быстро сложилось крайне отрицательное отношение,
    потому что меня засгавлялиучить совсем не то, к чему я бьm спосо­
    бен, а вещи, которые мне никогда в жизни позже не пригодились.

    Обстановка в нашем старинном городе Бежецке, еще не­
    когда Новгородской Пятине, а потом уделе Московского кня­

    жества, бьmа омерзительная, потому что интеллигентных лю­
    дей, культурных и думающих, в этом в общем-то небольшом, но
    древнем городе почти не было, за исключением одной семьи,
    приехавшей из голодного Петрограда и осевшей в Бежецке. Вот
    с ними

    -

    фамилия их Переслегины

    -

    я и дружил.

    Единственное, что я освоил в Бежецке полезного,

    -

    это

    библиотека, которая там бьmа довольно неплохая. Я много чи­
    тал и начал сравнивать между собой различные большие этни­
    ческие и территориальные группы. Например, Мир ислама и

    Мир христианства, война венгров с австрийцами и поляками

    (это я читал в свое время [Сенкевича). Потом, в

    14 лет, я заин­

    тересовался войнами, например Тридцатилетней войной меж­
    ду протестантами и католиками. Шиллер там был, так что об
    истории 1ридцатилетней войны можно бьmо прочесть.

    Затем античность ... Там были книги по истории поздней

    1 Текст синхронного интервью Л. Н. Гумилева из документального
    фильма (·Лев ryмилев в зеркале истории. (режиссер А. Н. Маругян, 1988 г.).

    5

    Италии, по истории Римской республики, завоеванию остгот­
    ской Италии Византией

    -

    Велисарием и Нерсесом.

    Я все это запомнил. Причем, что у меня бьmо самое глав­
    ное: мама мне прислал а атлас по истории, правда, на немецком

    языке. Но ничего

    -

    я освоил эти самые названия. И все время

    сопоставлял, где это произошло.

    И тут я наткнулся на предел: история Европы и Ближнего

    Востока кое-как существовала еще в пределах Бежецка, но ис­
    тории Китая, Индии, Центральной Азии и доколумбовской Аме­

    рики совершенно не было. Тогда еще не было таких книг, кро­
    ме Прескота, которого я в свое время прочел.
    Уже тогда у меня сложилось антиевропоцентрическое на­

    строение (на чисто детском уровне): мне гораздо больше нра­
    вились индейцы, которые защищались от нападений скватте­
    ров, ацтеки и инки, которые боролись с конквистадорами. Как

    и большинство современных писателей, я был на стороне од­
    них, а не других. Я считаю, что это возрастной уровень, при­
    мерно от

    12 до 15 лет. После 15 лет ученый уже должен умнеть.

    Но сейчас я встречаю именно тот самый уровень, который мне
    знаком по моему отрочеству.

    Последний класс я заканчивал уже в Ленинграде, причем у

    меня знаний было достаточно, чтобы почти не заниматься, а
    читать «Историю Древнего Востока·) Б. А. Тураева. Это бьmо мое
    основное занятие. Кроме того, мой учитель обществоведения
    и литера,.туры Александр Михайлович Переслегин прочел мне,

    когда я был в

    9 классе,

    курс философии, которого мне вполне

    хватило, чтобы позже сдать кандидатский минимум.
    Так как поступить в университет мне не удалось, я попал в
    Геологический комитет рабочим-коллектором. Это дало мне
    возможность поездить в разные экспедиции. Я бьm в Южном
    Прибайкалье, в Слюдянке и в гольцах Хамар-Дабана. Я бьm в
    Южном Таджикистане и научился там говорить по-таджикски.
    Это мне также очень помогло, потому что таджикский язык

    -

    это персидский язык Так что, когда мне нужно было сдавать в
    университете кандидатский минимум по персидскому языку, я

    его сдал. Потом я был на раскопках в Крыму, на Дону и в других
    местах. Это было очень полезно.
    Одно время мама учила меня французскому языку. Но, надо

    сказать, что у моей матери бьmи большие способности к литера­
    туре и какие-то отрицательные способности к педагогике. Я очень
    мало чему у нее научился, но это помогло мне позже, когда я уже

    учился в университете. В Публичной библиотеке бьm кружок по
    изучению языков: надо бьmо заплатить два с полтиной и месяц

    6

    можно бьmо ходить на занятия. Там я научился говорить и читать

    по-французски. Говорить мне не приходилось, а читать надо бьmо.
    Воnрос: Тогда, в первый раз, Вас не приняли в университет
    просто в силу происхождения?
    Л. г.: Да, в силу происхождения. Я

    -

    дворянин.

    ВОПРОС: ВОТ Вы отправлялись КОJШектором в геологическую

    экспедицию.1рудно Вам бьmо представить, что когда-нибудь
    Вы все-таки поступите в университет, то есть думали ли Вы о

    своем будущем?
    Л. г.: Я мечтал. Думать в те времена, в эпоху культа личности,

    о будущем и строить прогнозы
    Прожил день

    -

    -

    бьmо занятием бесполезным.

    и слава Богу! А мечтать пока что не запреща­

    лось. И я мечтал. Я мечтал, что поступлю и буду заниматься ис­
    торией. И это наконец произошло в 34-м году.
    В

    1935

    году меня в первый раз арестовали, но довольно бы­

    стро выпустили. Надо сказать, что тюрьма бьmа переполнена.

    В камерах, рассчитанных на

    20 человек,

    содержалось по

    160.

    А когда я попал в одиночку, там было, конечно, очень скучно,
    но не так тяжело. И тут

    -

    делать-то нечего

    -

    и я стал думать,

    почему же совершаются все исторические явления? Из-за чего?

    Мне стало приходить в голову: если бьmа классовая борьба, то
    почему одни феодалы боролись против других с помощью сво­
    их крестьян, а те с помощью своих. Не получается что-то. Сто­
    летняя война

    -

    не классовая. Правда, нас в школе этому не обу­

    чали, это я выучил сам, что были такие войны, как Столетняя,
    Тридцатилетняя, гвельфы и гибeJVIИНЫ. Нас учили только ма­
    леньким эпизодам: например, что была Жакерия. Но ведь это

    был маленький бунт, который был сразу подавлен и никакого
    значения не имел. В чем же тут дело, стал я думать. И пока я си­
    дел в одиночке, я добился постановки вопроса. А постановка
    вопроса содержит в себе решение его в неявном виде.
    Но в 38-м году

    -

    снова арест. С четвертого курса универси­

    тета я попал на Таймыр, в славный город Норильск, в котором
    тогда было всего четыре бутовых дома и энное количество ба­

    раков. Но сначала бьm Беломорканал, на мое счастье, недолго.
    Я бы умер там на лесоповале: так было тяжело. К счастью, про­
    курор отменил мой

    10-летний приговор «за мягкостью'>, И меня

    повезли с Беломорканала назад в Ленинград.

    Ну, в «Крестах'> я немного передохнул. И оказалось, что Ежо­
    ва уже нет

    -

    он расстрелян; прокурор, который требовал мое­

    го расстрела, тоже расстрелян. И тогда меня стали спрашивать:

    за что я сижу? Так как я ничего не мог сказать, мне дали всего

    5 лет и отправили в лагерь в Норильск
    7

    Но в тюрьме опять бьmо время для раздумий. Лежать в ка­

    мере запрещал ось, для этого нужно бьmо спрятаться под лавку.
    Я лежал под лавкой и думал: а почему же Александр Македон­

    ский пошел сначала на Персию, а потом на Индию и Среднюю
    Азию? Что ему там бьmо нужно?

    -

    Ничего! И вдруг у меня как

    вспыхнуло в голове, что все эти большие войны совершаются
    не потому, что они кому-то нужны (и меньше всего ихучастни­
    кам), а потому, что существует такая вещь, которую я назвал naс­
    сuонарносmью

    -

    это от латинского «страсть».

    Пассионарность

    -

    это стремление действовать без всякой

    видимой цели или с целью иллюзорной. Иногда эта иллюзор­
    ная цель оказывается полезной, но чаще бесполезной, но пас­
    сионарий не может не действовать. Это касается не только од­
    ного человека, но группы людей.

    Это бьm первый этап моей работы.

    Вот обратите внимание. Говорят, что монахи, всякие брами­
    ны и китайские учители держали себя на очень строгом режиме:
    мало ели, мало спали и им в итоге что-то открывалось. Ну им от­

    крывались религиозные проблемы, потому что они о них дума­
    ли. А я думал о проблемах научных, и они мне тоже открьmись.
    Пассионарность оказалась, вообще говоря, вполне реальным
    мотивом человеческого поведения. Это человеческое поведение
    я пытался обобщить и понял, что не только один Александр Ма­

    кедонский бьmтакоЙ. Но бьщ например, Корнелий Сулла в Риме.
    Или Эрнан Кортес отправился в Америку с риском для жизни.
    Ему повезло: он сумел вернуться в Испанию, а ведь большинство

    не возвращались. Тот же Наполеон стремился вовсе не к матери­
    под которым он понимал Европу. И так далее.
    В общем, если что-нибудь и выносилось во всех этих случа­

    ях за скобку (такой, простите, арифметический термин), то вот
    это большое «Р»

    -

    пассионарность.А она присутствует абсолют­

    но во всех исторических процессах. Если ее нет, то процессы не

    идут. Тогда люди спокойно и тихо живут, никого не трогают, а
    если на них нападают, они защищаются в меру своих сил.

    Объяснить этого я, конечно, никому не мог, потому что,
    когда я попал в Норильск, там гуманитариев
    историю,

    -

    -

    людей, знающих

    вокруг меня не бьио. А геологи такими вещами мало

    интересовались. Они даже считали, что это вредит делу. Идей­
    ствительно, вредило, потому что я мечтал, сочинял стихи на

    исторические темы и записывал их на обратной стороне гео­
    логических чертежей, которые я делал. За что меня в общем -то
    и погнали из геологической экспедиции. Но это даже пошло

    8

    на пользу, потому что меня взяли в химическую лабораторию и

    я занимался архивом проб, как библиотекарь. А там бьmо уже
    тепло, и таким образом я оказался жив.
    Вообще на Нижней Тунгуске место было очень суровое.

    Тайга

    -

    это зеленая тюрьма. Летом там ужас: комары, мошка; в

    сентябре начинаются дожди, а с октября

    -

    завалы снега. Ужас­

    но тяжело там жить. И я, чтобы облегчить свое положение, по­
    шел добровольцем на фронт. На передовой я был солдатом, и
    там бьmо гораздо легче, чем в геофизической экспедиции от
    Норильского комбината. И кормили лучше, и достать пищу

    можно бьmо. Так что я сделал очень мудрый шаг.
    Я участвовал во взятии Берлина, вернулся с фронта, при­
    ехал в Ленинград и уже в шинели с погонами пошел в универ­

    ситет, где в то время деканом истфака бьm мой хороший друг
    В. В. Мавродин. И он мне предложил: как Вы хотите закончить
    университет

    -

    очно, заочно или экстернатом? Ну, я решил, что

    тут зевать не надо и говорю: <Экстернат'>. И сдал все экзамены и
    зачеты за полтора курса. Нашел свою старую статью, которую в
    свое время недоделал, переписал ее и подал как дипломную

    работу. Она была напечатана

    -

    хорошая статья оказалась. По­

    том я быстренько сдал кандидатский минимум и попутно госу­
    дарственный экзамен.

    Это бьmо такое хорошее время после войны! Но все это кон­
    чилось с постановлением Жданова о «Звезде'> И «Ленинграде'>. Тут
    Я из хорошего и приятного Лёвушки превратился в свою диа­
    лектическую противоположность, и меня стали отовсюду выго­

    нять, со мной перестали кланяться на Невском. И тут я попал в

    сумасшедший дом библиотекарем. для того, чтобы подать доку­
    менты для защитыI уже написанной мною диссертации в универ­

    ситете (т. к в Академии наук у меня не принимали бумаги), нуж­

    на бьmа справка с последнего места работы. И мне удалось уст­
    роиться в психоневрологическую больницу библиотекарем: я
    там выдавал сумасшедшим книги в белом халате. Потом нако­

    нец я получил справку и сдал все бумаги в университет. А у нас

    бьm ректор (Царство ему Небесное!) Н. А. Вознесенский. Потом
    его взяли наверх, в министры, и убили. Я очень его жалею: свет­
    лый человек бьm. Ну, конечно, я пошел защищать диссертацию,
    хотя мне все очень затягивали, отзывы не хотели писать. Но тог­
    да еще ученые имели хоть какую-то крупицу совести и написали

    нужные отзывы. И диссертацию поставили на защиту.

    И тут явился заслуженный деятель киргизской науки, док­
    тор исторических наук, «великий'> археолог Бернштам, стал вы­

    ступать против меня как неофициальный оппонент и говорит:

    9

    <.Конечно, Лев Николаевич кое-что знает, но он не знает вос­

    точных языков, и, кроме того, у него есть еще ошибки». Всего

    16 возражений. Я начал отвечать. Во-первых, я к нему обратил­
    ся по-персидски, а он его не знал. Тогда я перешел на тюркский,
    но он и его не знал. В общем, кончилось тем, что из
    Ученого совета я получил

    16 членов
    15 белых и один черный шар. Не знаю,

    кто мне его подложил, но это не существенно.

    И после этого я смог поступить в Музей этнографии науч­
    ным сотрудником, но пробьm там недолго: поступил в марте, а
    в октябре меня уже забрали

    и в Лефортовскую тюрьму. И на­

    -

    чaли заставлять: скажи сам, в чем ты виноват, за что тебе можно
    дать срок И вот

    11

    месяцев такого времяпровождения, но, к

    счастью, они меня редко вызывали. И тут я стал думать: что же

    такое пассионарность? Откуда она берется?
    Сидя в камере, я увидел, как луч света падает из окна на це­
    ментный пол. И тогда я сообразил, что пассионарность

    -

    это

    энергия, такая же, как та, которую впитывают растения. Здесь

    сработала далекая ассоциация. Так я сделал следующий шаг в
    развитии своей теории.
    Далее бьm перерыв в десять лет: повезли меня в Караганду, и

    там я оказался в лагере. Я бьm уже опытный каторжанин и сказал,
    что долбать мерзлО1)' не буду

    -

    пусть меня лучше убьют. В лагере

    много бьmолегких работ, библиотекарем например. Но поскольку
    я никого не предал, у меня в бумагах бьmа особая отметка: только
    тяжелые раБотыI. А поэтому меня вывозили за пределы лагеря, а
    как я там устраивался

    -

    это уже никого не интересовало. И кон­

    чилось дело тем, что меня как инвалида комиссовали. Положили

    сначала в больницу, а потом оставили в лагере в инвалидной
    команде, и я стал помогать в библиотеке. Тогда у меня появилась
    возможность заниматься и писать книгу <.Хунну».
    Потом меня перевели в Омск, там опять положили в боль­
    ницу, и я написал книгу <<древние тюрки». Таким образом вер­
    нулся я из заключения с двумя работами. Первую

    -

    <.Хунну»

    -

    приняли во вновь образованное издательство <·Востокиздат».
    Боже, что началось после ее выхода в свет! На меня накинулись

    <·как тигр на капусту». Весь этот нажим на книгу бьm предпри­
    нят для того, чтобы помешать мне защитить докторскую дис­
    сертацию. Но тут я применил хитрый обходной маневр. Они
    сосредоточились на первой книге; а я взял и втихомолку под­

    готовил другую работу

    -

    <·Древние тюрки» И защитил ее.

    Через какое-то время знакомые принесли мне книгу В. И. Вер­
    надского <.химическое строение биосферы Земли и ее окруже­
    ния~. И в ней я нашел то, что мне нужно было. Оказывается, для

    10

    того чтобы решить вопросы исторического развития, нужно
    подойти к ним не индуктивно

    -

    от мелкого факта к обобще­

    нию, а дедуктивно. Так Вернадский взял все живые организмы

    на Земле и объявил их биосферой.
    А среди прочих животных на планете существуют Ното

    sapiens -

    «двуногие без перьев», интересующие нас в первую

    очередь, поскольку мы сами относимся к этому виду живых су­

    ществ. Представители этого вида имеют очень любопытную
    особенность, а именно: они широко распространяются по тер­
    ритории всей Земли благодаря своим повышенным адаптив­
    ным способностям. Они питаются растениями и животными,
    они могут дышать холодным воздухом, и теплым, и жарким, и

    сухим, и влажным. Но разумеется, эти их адаптивные способ­
    ности делают их непохожими друг на друга. То есть антропос­
    фера мозаична. Мозаика состоит из этносов, которые в тече­
    ние веков и тысячелетий привыкают к тем или иным условиям.

    Но мало этого, они создают себе особые формы существова­
    ния и формы общежития, поскольку владеют способностью к
    технике, а также к искусству. Очень важна при этом способность
    к передаче следующим поколениям духовной культуры

    -

    фоль­

    клора, эпоса, религиозных верований.
    Каждый человек, если его спросить, кто он, не задумываясь

    скажет: русский, француз, армянин, англичанин, масаи, ирокез.
    Ни одной минуты не задумается. А что это такое и как его опре­
    делить по-научному? Этот элемент мозаичной антропосферы

    он кто? Так вот отвечаю: этнос

    -

    -

    это система. Это, во-первых,

    система закрытая, а во-вторых, корпускулярная. И в-третьих, это

    система, которая начинается и кончается. Она возникает и ис­

    чезает. .для того, чтобы повторить этот процесс, нужна энер­
    гия. На какой энергии работает этногенез? На энергии живого
    вещества биосферы, которую открыл наш великий естествоис­
    пытатель В. И. Вернадский и которая движет всеми живыми су­
    ществами: муравьи, лемминги, люди, которые поехали вместе с

    Колумбом и после него в Америку. Арабы, которые внезапно
    двинулись из глубины своего полуострова и захватили земли
    от Луары до Инда и Памира,

    -

    колоссальную территорию с

    большим населением. Всех завоевали! Откуда это взялось? Это
    та самая энергия, которая дает видимый нам эффект

    нарность. Пассионарность

    -

    -

    пассио­

    это тот эффект, в котором она

    проявляется в нас, в людях. Как она проявляется у животных

    -

    это надо спросить у зоологов.

    Итак, мы принимаем утверждение, что события происхо­
    дят вследствие наличия энергии живого вещества биосферы.

    11

    Да и в самом деле, как без этого обойтись? Любой процесс тре­
    бует для своего осуществления той или иной формы энергии

    -

    электромагнитной, тепловой, механической, какой угодно. Но
    вот вопрос: почему эта энергия не распространена по всей по­

    верхности Земли, населенной людьми, то есть Ойкумены, рав­
    номерно? В одних случаях ее бывает невероятно много, про­
    исходят как бы вспышки, за которыми следует снижение актив­
    ности и, наконец, исчезновение.

    Собственно говоря, пассионарный толчок

    -

    это появление

    в определенном регионе какого-то количества пассионариев,

    то есть людей, стремящихся сделать больше, чем нужно для
    поддержания жизни своей и своего потомства. Причем им без­
    различно, принесет это пользу или вред. Они хотят действо­
    вать, то есть у них есть избыток энергии.
    Что это за люди? Биологи просто скажут, что это мутанты.

    Мутация очень слабая, маленькая, не нарушающая сомы чело­
    века, а только влияющая на его поведение, то есть на гормональ­
    ную и нервную системы.

    Пассионарные толчки располагаются на Земле не беспо­
    рядочно, не точками и не пятнами, а длинными цепочками,

    линиями, которые между собой совершенно не связаны. Это
    очень длинные полосы, на которых вдруг появляются вот эти
    мутанты, называемые нами пассионариями, и захватывают они

    примерно половину земного шара (глобуса), не переходя на
    вторую, противоположную сторону.

    От чего это может быть? Земля испытывает, как известно,
    целый ряд космических воздействий. Солнечная активность
    здесь неприменима: она не дала бы таких полос, которые дос­
    тигают длины половины глобуса, сосредотачиваясь в каких-то
    конкретных местах. Так что гипотеза о происхождении пасси­

    онарности от солнечной активности не годится. Может быть,
    предлагают объяснение геологи, это действует рщ:пад урано­
    вых руд? Но руды залегают тоже в определенных местах, и там
    пассионарии не появляются.

    Остается третий вариант: это энергия, которая попадает на
    Землю из Космоса. По этому поводу от кого я только не наслушал­
    ся, что я, мол, подвожу к Господу Богу, но Господь Бог занимается

    гораздо более серьезными вещами, чем мутагенез. Поэтому такие
    выводыбьmи совершенно не по адресу инесправедливы.
    Земля находится не в вакууме, а просто в разреженной ма­
    терии, которую пронизывают потоки космических частиц.

    Люди их влияние ощущают, но от чрезмерного их воздействия
    Землю защищает ионосфера.

    12

    Эти частицы пробивают ионосферу и одиннадцать других

    сфер, окружающих Землю, достигают земной поверхности и
    влияют на биосферу. Но это влияние очень слабое (если оно
    оказывается на растения

    -

    то на семена, у животных

    -

    на заро­

    дыши), и оно создает мутации, то есть возбуждение энергии
    живого вещества биосферы на определенных участках земной

    поверхности. В последующем происходит расширение полос
    возбуждения, и захват довольно значительных регионов. Так,
    арабы, например, возникли вследствие вспышки, которая про­
    изошла в VI веке. Далее арабы действовали, распространяя свою
    пассионарность, свой образ жизни и свое мироощущение.
    Но раз это энергия, то, как всякая энергия, она имеет свое
    энергетическое поле. И действительно, мы знаем электромаг­
    нитное поле, тепловое поле. Почему же названному виду энер­

    гии отказывать в праве иметь поле, тем более что мы видим та­

    кую интересную вещь: человек, выброшенный волею судьбы из
    состава своего этноса, у которого оборваны все системные свя­
    зи' который оказался в чужой стране, тем не менее свято хра­
    нит свой стереотип поведения, свои идеалы, свое мировоззре­

    ние. И это ему не мешает.
    Состояние рассеяния, или по-гречески диаспоры, харак­
    терно для очень многих народов. Цыгане, например, вышли из
    Индии в

    VIII

    веке, и до сих пор остаются цыганами. Их что-то

    совершенно четко отличает от всех народов, среди которых

    они живут. Они не сливаются с этими народами.

    Евреи разбросаны по всей Ойкумене и тем не менее оста­
    ются евреями, составляя суперэтнос, состоящий из целого ряда

    мелких этносов: ашкенази, сефарды, фаллаши, грузинские ев­
    реи и так далее. То есть существует определенное явление, ко­
    торое я называю этнuчес1CUМ полем, которое имеет все свой­

    ства поля и объясняет такие явления, как ностальгия, как друж­
    ба или вражда между народами. Никто не хочет враждовать ради
    вражды или ради выгоды.

    Тот же самый Толстой написал замечательную повесть «Ка­
    заки» о том, как чеченцы шныряют около станицы Гребенской,
    вступая в перестрелки с терскими казаками. Я бьm там и эти

    места видел. Например, переправиться через Терек я бы не рис­
    кнул, потому что течение там страшное. Хотя я очень хорошо

    плаваю и никак не боюсь воды, я даже по колено боялся войти в

    Терек, чтобы меня не сбило водой и не унесло в Каспийское
    море. А они переправлялись на другой берег на корягах и для

    чего? Для того, чтобы подстрелить какого-нибудь казака. А ка­
    заки, в свою очередь, делали набеги на южный берег Терека,

    13

    убивали там этих чеченцев и возвращались, приукрашаясь лав­

    рами, и получали любовь своих казачек В чем дело? Почему они
    до такой степени не любили друг друга?
    Тут вступает в дело такое явление, которое у биологов назы­

    вается 1Сомnлuментарuостью. Это симпатии или антипатии, это
    безотчетное чувство приязни или неприязни. То есть компли­
    ментарность может быть положительной или отрицательной. На
    персональном уровне она очень слаба, ее можно переломить
    даже исходя из сознательных мотивов: расчета, выгоды, стрем­

    ления избавиться от неприятностей. Но чем больше этническая

    группа, этнический эталон, тем она сильнее и непреоборимее.
    В некоторых случаях доходит даже до крайностей. Например,
    китайцы уж до того ненавидели кочевников, что отказались даже

    от употребления молока, потому что молоко

    -

    пища кочевников.

    у них бьиа отрицательная комплиментарность. Зато русские с
    татарами сходились запросто и перемешивались почем зря. Хотя
    одни считались мусульманами, а другие христианами, это не ме­

    шало их дружбе. В чем дело? Это явление, которое требует осо­
    бого изучения и которое объясняет многие неудачные формы
    этнических контактов и последующие кровавые события.

    И обратите внимание, что этносы комплиментарны к од­
    ним, казалось бы чужим народам, и некомплиментарны к дру­
    гим. Посмотрите на Америку. Католики, которые туда приезжа­

    ли

    -

    французы, испанцы, они очень быстро женились на индей­

    скихженщинах и образовывали смешанные этнические группы.
    Они великолепно уживались друг с другом. А там, где бьии проте­

    cтaHТbI, - там бьиа охота за скальпами, отправка индейцев в ре­
    зервации. Но зато на Таити полинезийцы охотно принимали про­
    тестантизм и дружили с англичанами. В Новой Зеландии то же. А

    с французами, как говорится, у них ничего не получалось.
    То есть мы здесь видим вполне природный эффект, который
    объяснять тем, что кто-то хороший, а кто-то плохой, совершен­
    но нельзя. <.Хорошие,) И <·плохие,), <·добрые,) и <·злые,)

    -

    это поня­

    тия исключительно на персональном уровне. Выше персональ­
    ного уровня и выше личной морали это не идет, потому что там

    действуют природные явления. А природные явления, например
    тайфуны или землетрясения, могут быть очень неприятными, но
    злыми или добрыми они не бывают.
    Практическое значение этнологии также велико, как значе­
    ние климатологии и сейсмографии. Мы не можем предотвратить
    цунами, наводнения или засухи, но можем их предсказать и при­

    нятьмеры.

    ГЛАВА ПЕРВАЯ

    этнос. ЕГО СВОЙСТВА
    И ОСОБЕННОСТИ
    о
    ЧЕЛОВЕК В БИОСфЕРЕ
    Поставим вопрос так: почему эта проблема нам интерес­

    на? Ведь простое коллекционирование каких-либо сведений
    никогда не западает человеку в голову и не вызывает интереса.

    И если уж мы учим что-нибудь и тратим на это силы, то надо
    знать, для чего? Ответ будет прост.
    Человечество, существующее на Земле совсем немного,
    каких-нибудь

    30-50 тыс. лет, тем не менее произвело на ее по­

    верхности перевороты, которые В. И. Вернадский приравнивал

    к геологическим переворотам малого масштаба. А это очень
    много. Каким образом один из видов млеко питающих сумел до
    такой степени видоизменить, и не в лучшую сторону, Землю, на
    которой живет?

    Эта проблема актуальна для нашего поколения, а особен­
    но актуальной станет она для наших потомков, потому что если
    мы не вскроем причины тех перемен, которые ныне соверша­

    ются на всей Земле и которые всей мыслящей частью челове­

    чества считаются проблемой номер один, то тогда незачем вы­

    ходить замуж, жениться, рожать детей, ибо биосфера погиб нет
    и погибнут все дети. Но для того, чтобы разобраться в этом воп­
    росе, нужно исследовать его историю.

    Человек, как существо биологическое, относится к роду

    Ното. для этого рода при его появлении на Земле бьmо харак­
    терно довольно большое разнообразие. Это касается и тех видов

    Ното, которые мы, строго говоря, не вправе считать за людей, а

    15

    именно: питекаmpoпов и неандертальцев (pithecantropus и Ното

    primigenius -

    по-латыни, но я буду называть их общепонятными

    русскими словами). эти два вида отличаются от современного

    человека также, как осел от лошади или собака от лисицы. Одна­
    ко у нас и у них бьmи общие чертыI, которые весьма и весьма нас
    роднят: эти первоначальные виды человека бьmи тоже весьма аг­
    рессивны, имели технику и знали огонь и, кроме того, занимались

    каннибализмом

    -

    пожирали себе подобных, что другим живот­

    ным несвоЙственно. Откуда они происходят и почему они исчез­
    ли? Я не могу сказать. Гипотез по этому поводу много, но они со­

    вершенно беспочвенны и ничем не подтверждаются.
    Неандертальцы отличались от современных людей преж­

    де всего ростом; они были коренастыми
    здоровые пузатые карапеты)

    -

    - 155-160 см

    (такие

    и очень сильными. Ноги у них

    были короткие, бегали они хуже, чем наши предки, но череп­

    ная коробка у них была больше, значит, больше пространства
    для мозгового вещества. Следовательно, они были умнее. Ка­
    менная техника у них бьmа очень развита. Была и костяная тех­
    ника, которая отрицалась до 30-х годов, но я сам лично выко­
    пал в неандертальской стоянке костяную иглу. Значит, шить
    они умели.

    Очевидно, у них была очень высокоразвитая техника из
    нестойких материалов, потому что они могли убивать даже пе­

    щерных медведей. Они любили заниматься коллекционирова­
    HиeM. Коллекционировали черепа этих пещерных медведей и

    складывали их в своих пещерах. Жили ли они в этих пещерах
    постоянно или использовали их как музеи

    -

    сказать трудно.

    Я склоняюсь к тому, что они жили большей частью под откры­
    тым небом, а в пещерах

    -

    иногда, когда им было это необходи­

    мо. Но тем не менее огромные скопления черепов пещерного

    медведя

    -

    до

    1000! -

    находятся в неандертальских пещерах.

    Надо сказать, что пещерный медведь был раза в четыре
    больше, чем наш медведь; соответственно он имел лучшие пси­

    хофизические качества

    -

    бьm более поворотлив, быстр, силен,

    вообще гораздо страшнее, чем наш современный медведь, на
    которого только самые смелые охотники выходили с рогати­

    ной. На пещерного медведя выходить с рогатиной бьmо бы бес­
    полезно. Даже более слабый современный медведь-гризли, оби­
    тающий в Америке, настолько страшен, что индейцы считали
    охоту на гризли равной войне с соседним племенем и убийство
    гризли

    -

    подвигом, равным убийству вождя соседнего племе­

    ни, а не просто воина. В настоящее время охота на гризли в

    ClIIA

    запрещается на том основании, что безопасно убить гризли

    16

    можно только из снайперской винтовки, но это уже не охота,

    а просто расстрел. Если же вы пользуетесь обыкновенным на­
    резным оружием, стреляете с достаточно близкого расстояния,
    но не попали ему прямо в сердце и не сразу убили, то он вас

    догонит. А бегает он со скоростью лошади. То есть практиче­
    ски гризли, который слабее пещерного медведя, и сейчас при
    всей нашей технике не является объектом для охоты.
    Каким же образом неандертальцы истребили пещерного
    медведя так, что его вообще не осталось? Очевидно, у них были
    для этого возможности. Какие? Мы не знаем. Но лучше не знать
    и признаться в этом, чем выдвигать какие-нибудь легковесные

    гипотезы, все объясняющие и распадающиеся при первом стол­
    кновении с практикой. Я думаю, что так целесообразнее. Оста­
    вим вопрос открытым.

    Встречались ли неандертальцы с современными людьми?
    Да! В Палестине в пещерах

    -

    Схул, Кармел, Кафзех

    -

    найдены

    захоронения странных людей, которых Я. Я. Рогинский опре­
    делил как метисов неандертальца и современного человека.

    Каким образом могли появиться такие странные метисы, при

    том что неандертальцы были людоедами, я не знаю. Но факт
    остается фактом

    -

    появились метисы, явно нежизнеспособные

    и не оставившие никакого потомства.

    Последние данные раскопок в Крыму (они еще не опубли­
    кованы, мне рассказывал о них один украинский археолог)

    очень любопытны: найдены неандертальско-кроманьонские
    (кроманьонцы

    -

    это мы) слои, где, скажем, слой кроманьон­

    ский, затем слой неандертальский и в неандертальском слое

    разбитые кости съеденных кроманьонцев, затем опять крома­
    ньонский слой, затем опять неандертальский. То есть в Крыму

    шла какая-то жуткая борьба между видами

    Hominides, из кото­

    рых одни (неандертальцы) исчезли без следа, другие размно­
    жились и населили Землю.
    Несколько иначе обстояло дело на Дальнем Востоке, где
    существовал синантроп. Его останки нашли возле Пекина. Он

    ближе к современному человеку

    -

    монголоиду с уплощенным

    лицом, но тоже людоед и тоже достаточно большой. При этом
    следует отметить, что огонь знали и те, и другие, и третьи.

    Древние виды

    Hominides не пережили ледникового пери­

    ода, причем это очень странно. Ледник захватывал не всю сушу

    Земли, а жить около ледника бьmо очень неплохо. Обычно го­
    ворят, что жить у ледника холодно, голодно. В наше время тоже
    есть ледники: в Швейцарии

    в Средней Азии

    -

    -

    Давос, у нас на Кавказе

    -

    Теберда,

    Тянь-Шань. Это все курортные места. Туда

    17

    люди едут отдыхать и очень дорого за это платят, что совер­

    шенно разумно. Ледник

    -

    это огромное скопление льда, кото­

    рый только потому и существует, что над ним стоит столб чис­
    того воздуха с высоким давлением, то есть антициклон. Огром­
    Haя масса чистого, ясного воздуха захватывает значительно

    большее пространство, чем сам ледник. Значит, рядом с ледни­

    ком, рядом с глыбой льда, которая поднимается на километр,
    иногда на

    2- 3 километра, будет совершенно ясное небо, а сле­

    довательно

    -

    огромная инсоляция. Температура воздуха низ­

    кая, но солнце светит и нагревает землю. На земле растет трава.

    Солнце нагревает тела животных и людей, им не холодно. Вет­

    ра почти никогда не бывает.
    Высказывал ось мнение, что вокруг ледника вьюги навева­

    ли огромные сугробы снега. Это географическая безграмот­
    ность, свойственная гуманитариям. Если бы навевало снег, это

    означало бы присутствие теплого влажного ветра, и тогда бы
    растопило ледник. Ничего подобного! Снега и дождя выпадало
    очень мало. Разогретая почва создавала конвекционные токи

    воздуха, и иногда из соседних широт, там, где были циклональ­
    ные условия, могли пробиваться небольшие влажные воздуш­
    ные массы, которые выпадали в виде дождя или очень неболь­
    шого снежного покрова. Этого бьшо достаточно, чтобы за лед­
    ником в зоне антициклона расстилалась великолепная сухая

    степь с небольшим количеством снега, что не мешало травояд­
    ным животным зимой добывать из-под снега сухую траву, очень
    калорийную, пропитанную солнцем.
    С другой стороны, ледник под солнечными лучами тоже
    таял, то есть с него стекали струйки и ручейки чистой пресной

    воды, которые образовывали по закраине ледника озера. А где
    озера, там и рыба, и водоплавающая птица, которая переносит
    икру на своих лапах. А где влага, там будет расти пышная рас­
    тительность, там будут расти леса. Там при большом таянии нач­

    HeTcя сброс вод в виде рек, и они потекут туда, куда им подска­
    жет рельеф. Эти реки создадут в сухой степи, окаймляющей лед­

    ник с юга, необходимые животным водопои. Сухая степь вроде
    монгольской, где очень мало выпадает снега,

    -

    раздолье для

    копытных, которые могут зимой разрывать снег копытами и

    доставать себе еду. А где копытные, там и хищники, а среди хищ­
    нико~ И человек. Тающий ледник

    -

    это оптимальные условия

    для развития человека.

    Другое дело, когда там теплело. Ледник все время переме­
    щался. От Таймыра он, все время нарастая, шел к Фенноскан­
    дии и таял в Атлантике. Циклоны приносили дождь, туманы,

    18

    мокрый снег, который падал на ледник и увеличивал его. А на

    восточной окраине ледник таял, поэтому

    1yr и бьmи лучшие

    условия. Лучшие условия в ледниковый период бьmи в Сибири!

    И так было до тех пор, пока ледник не ушел под течение
    Гольфстрима и там растаял. А Гольфстрим прорвался и понес
    влажный атлантический воздух до Енисея и дальше, до Якутии,
    куда, в свою очередь, пришли тихоокеанские муссоны, и на ме­

    сте степи выросла тайга.

    Тогда стало плохо. Огромные заносы снега лишили живот­
    ных растительной пищи. Погибли мамонты, носороги, туры;
    уцелели выросшие в тайге олени, зайцы и комары. Людям жить

    стало почти невозможно. Численность населения резко спала.
    Однако люди выжили и, мало того, расширили свой ареал!
    Почему же вид Ното sapiens распространился по всей суше

    Земли и всю ее превратил в свою Ойкумену

    -

    место, где он жи­

    вет? За счет чего человек смог распространиться повсюду? Ведь
    все животные живут в определенных для каждого вида услови­

    ях. Так, волк

    -

    степной зверь. Он живет в степи или в перелес­

    ках, где скрывается, но в глухой тайге волка нет; медведь

    -

    лес­

    ной зверь, в степи ему делать нечего, в лесу он и живет. А как же
    белый медведь, который живет во льдах? Это другой вид, отно­
    сящийся К роду медвежьих. Он настолько уже отдалился от сво­
    его какого-то прапрапредка, что к современному лесному бу­
    рому медведю относится так же, как лошадь относится к ослу и

    человек к неандертальцу, то есть это разные виды. Белый мед­

    ведь приспособился жить на арктических льдах, питается тю­
    ленями и ловит рыбу. Но кроме того, есть гималайский медведь,
    который так приспособился есть плоды, что живет только на
    деревьях.

    Итак, мы констатируем, что все животные для того, чтобы
    занять другие ареалы, чтобы жить в иных ландшафтных усло­
    виях, эволюционируют за пределы вида. Человек остался в пре­
    делах одного вида. Все люди, ныне живущие на Земле, относят­
    ся к одному виду, но тем не менее они распространились от

    Арктики до тропиков. Они живут и в сухих местностях, и в вы­
    сокогорных, и во влажных лесах Севера, и в тропических джун­

    глях

    -

    где угодно, везде адаптируясь в ландшафте.

    Каким образом случилось, что все животные живут в при­
    вычных условиях, а человек распространился по всей суше Зем­
    ли, захватывая в некоторых случаях даже морские заливы?

    И ведь человек сумел добиться победы не только за счет тех­
    ники. В период палеолита техника бьmа еще небогатой. И тем
    не менее человек смог устроиться и в тропических областях, и

    19

    в полярных, во влажных и сухих, в горных и степных. Надо при­

    знать, что у человека есть какая-то способность, не только со­
    циальная, но и природная, которая также отличает его от жи­

    вотных. Эту способность мы можем характеризовать как повы­

    шенную лабильность, пластичность, даже способность к
    реадаптации, повторному приспособлению. За счет чего такая
    мобильность?

    о
    МОЗАИЧНАЯ АНТРОПОСфЕРА
    Обратим внимание на одно обстоятельство.Анmроnосфе­
    ра делится на сообщества, которые мы называем попросту на­
    родами, по-научному

    -

    эmносами. «Народ»

    термин неудобный, он слишком поли­

    -

    нациями, по совершенно научному­

    сем античен. Термин «нация» принято применять только к ус­

    ловиям капиталисгической и социалисгической формаций, а до
    этого, считается, наций не бьmо. Не будем спорить о термине.
    Но термин «ЭТНОС,> очень пригоден для того, чтобы им обозна­
    чать сообщества, на которые распадается все человечесгво
    Налицо факт мозаичности антропосферы

    [114,

    с.

    [40].
    252-255], и

    правильнее называть ее этносфероЙ.

    Когда мы сталкиваемся с этой проблемой, кажется, что ни­
    какой загадки нет, все очень просто

    -

    есть немцы и французы,

    англичане и итальянцы. Какая разница между ними? Какая-то
    есть. Когда возникает вопрос, какая же именно разница, то ока­
    зывается, что найти ответ сверхтрудно.

    Конечно, на то и существует Институт этнографии, и воз­
    ник он тогда, когда сложность проблемы не стала еще очевид­

    ной; каждому было ясно, что есть разные народы и надо их изу­
    чать. Но наука развивается. Многое, ранее ясное, сейчас надо

    объяснять. Поэтому бьmо избрано самое легкое решение. Как
    известно, человек

    -

    животное общественное. Никто этого ос­

    паривать не собирается. И следовательно, сказали некоторые
    этнографы, все отношения людей между собой
    ния только общественные, то есть социальные [2;

    - это отноше­
    5; 21; 22]. А раз

    люди делятся на этносы, то и это тоже явление социальное.

    На первый взгляд это как будто звучит убедительно и ло­
    гично. Но что мы при этом подразумеваем под социальными

    отношениями? Исторический материализм нас учит, что чело­
    век развивается сообразно с развитием своих производитель­

    ных сил; сначала он жил в первобытнообщинной формации,

    20

    потом появились рабовладельческая, феодальная, капиталис­

    тическая. При таком формационном делении есть ли место для
    этническихделений? Феодалом может быть и француз, и англи­
    чанин, и сельджук, и китаец, и монгол, и русский [см.

    точке зрения примкнул Ю. В. Бромлей [23, с.

    57]. (К этой
    122-123].)

    Точно также и с крепостными, рабами, наемными рабочи­
    ми. Словом, социально-экономическая характеристика

    человека ИnIорирует этническую. Но значит ли это, что нет
    ни французов, ни китайцев, ни персов, что разница между ними

    иллюзорна; есть только феодалы и крепостные, буржуа и наем­
    ные рабочие

    -

    все остальное не существенно? Если так, то за­

    чем нужен Институт этнографии? Да и сама этнография? И все­
    таки оказывается, что этнография нужна и выкинуть ее нельзя.
    Итак, что такое этнос? Каковы переходы из одного этноса
    в другой? Какова разница между этносами? Некоторые говорят,
    что никакой разницы нет. Мол, что написано в паспорте, то и
    хорошо. В паспорте можно написать все что угодно. Вот, ска­
    жем, любой может записаться малайцем. Но ведь от этого он
    малайцем не станет.
    Есть еще одно определение

    -

    лингвистико-социальное.

    <·Все люди говорят на каких-то языках, и поэтому,

    член-корреспондент АН СССР А. А. Фрейман,

    -

    те, которые говорят по-французски, англичане
    говорят по-английски, персы
    ИТ.д.»

    -

    -

    сказал мне

    французы

    -

    -

    это

    те, которые

    те, кто говорит по-персидски,

    ..

    <.прекрасно,

    -

    сказал я ему,

    ная мама в детстве до

    - а вот моя собственная род­
    6 лет говорила по-французски, а по-рус­

    ски научилась говорить уже потом, когда пошла в школу и ста­

    ла играть с девочками на царскосельских улицах. Правда, пос­

    ле этого она стала русским поэтом, а не французским. Так бьmа

    ли она француженкой до

    6 лет?»

    <·Это индивидуальный случай»,

    -

    быстро нашелся ученый­

    академик

    (·Ладно,

    -

    говорю Я ему,

    -

    ирландцы в течение

    200 лет,

    за­

    быв свой язык, говорили по-английски, но потом восстали, от­

    200 лет они

    делились от Англии и крови не пожалели на это отделение
    ни своей, ни чужой. Если по-вашему судить, то эти

    были настоящими англичанами?»
    (·Я знал, что вы этот пример приведете, а еще?»

    Тут я ему привел десяток примеров и задал еще такой воп­
    рос: (·Вы же сами в Средней Азии бывали, вы же великолепно зна­
    ете, что жители Бухары и Самарканда с одинаковой легкостью
    говорят на трех языках

    -

    на таджикском, узбекском и русском.

    21

    Русский нужен для школы, и они говорят по-русски, как мы с

    вами. Таджикский и узбекский

    это языки базаров. При всем

    -

    этом они ничуть не путают, кто узбек, а кто таджик, хотя в пас­
    портах могут записаться таджиками, будучи узбеками, и наобо­
    рот. И даже про одного моего знакомого, который, будучи са­

    маркандским таджиком, записался узбеком, другие таджики
    говорили: «Миллат ФУРУШ»

    -

    продавший свой народ или измен­

    ник своего народа. А записывались они так, потому что узбек­
    скими националистами был пущен слух, что тот, кто запишет­
    ся таджиком, будет выселен из городов в горы. И все записались
    узбеками. Хотя в принципе

    -

    какая разница, как записаться?

    Ведь знакомый-то мой не стал узбеком».
    Итак, что есть разные этносы

    -

    все знают. Этносы

    -

    это

    французы, немцы, папуасы, масаи, эллины, персы. Но на вопрос
    «Что же это такое?»

    -

    ответа толкового не бьmо. И я его сразу дать

    не могу. Если бы я мог это сразу сделать, я ограничился бы не­
    большой статьей, а не предложил бы вниманию читателя книгу.
    Поставим и другой вопрос имеет ли проблема этноса прак­
    тическое значение? В бытовых случаях мы не путаемся. Если к
    нам, допустим, приедет английский ученый, мы сразу видим, что
    это человек иной, чем мы: хоть он и говорит по-русски, но не
    по-нашему, и костюм он носит по-иному. Но в тех случах, когда
    эти внешние различия скрадываются, возникает сомнение в

    значении этнической принадлежности.
    Например, в трамвай входят

    4

    человека

    -

    одинаково оде­

    тых, одинаково хорошо говорящих по-русски и т. д. Допустим,
    один из них русский, а другие

    -

    кавказец, татарин и латыш из

    Прибалтики. Есть между ними разница или нет? Казалось бы,
    каждому понятно, что есть. Однако один мой оппонент заявил,

    что, если между ними не произойдет какого-нибудь глупого, на­

    думанного национального конфликта, никто и не узнает, что
    между ними есть разница, и вообще, реально ее нет. «Нет,
    ветил я,

    -

    -

    от­

    никакого национального конфликта здесь может и

    не быть. Любое событие вызовет у этих людей разную реакцию.
    Влезает, например, в тот же трамвай буйный пьяный и начина­
    ет хулиганить. Что произойдет? Ну, русский, конечно, посочув­
    ствует, скажет: «Ты, керюха, выйди, пока не забрали». Кавказец
    не стерпит и даст в зубы. Татарин отойдет в сторону и не станет
    связываться. Западный человек немедленно вызовет милицио­
    нера. "Это четыре совершенно разных стереотипа поведения!

    Итак, именно стереотипы поведения у разных этносов всегда

    более или менее различны, но и эти различия при близких ус­
    ловиях жизни часто скрадываются».

    22

    У нас около Ленинграда живет большое количесгво фин­

    ских племен: карелы, ближе к Онеге вепсы, чухны (чудь бело­
    глазая), как будто они внешне от русских не отличаются и го­
    ворят по-русски правильно. И когда он идет по Литейному

    -

    его не узнаешь. Но как только попадаешь в их родные деревни,
    то этнические различия выявляются.

    На что это похоже? Поставим вопрос какого цвета воздух?
    В комнате цвета воздуха не видно, потому что его относитель­

    но мало, а в окне

    -

    голубое небо

    -

    это цвет воздуха. Так и здесь:

    этническая характеристика лучше воспринимается и

    улавливается в больших массах, нежели в единичных
    случаях. Но как мы видели из первого примера, этнический
    стереотип выявляется иногда и в единичных случаях. Если так,

    то это явление чего

    -

    социальной жизни человека или его при­

    роды? Надо условиться о терминах.

    о
    ЭТНОС

    -

    НЕ ОБЩЕСТВО

    Что такое социальный? Латинское слово

    «SOCiUffi», перево­

    димое как «общесгво», «общесгвенный», в таком значении упот­
    ребляется во всех западноевропейских языках применитель­
    но к формам как животной, так и человеческой организации.
    В советской науке характеристику «социальный» принято от­

    носить только к человеческому обществу. для обозначения жи­
    BoTHыx коллективов при меняется термин «сообщество»

    -

    ком­

    биHaция нескольких видов животных и растений, взаимосвя­
    занных «цепью питания». Такое разделение представляется
    обоснованным, поскольку социальная форма развития свой­
    ственна только человеку. Это развитие является спонтанным и
    прогрессивным, идет по спирали и связано с развитием техни­

    ки и отношения к труду. Ни техники, ни труда у животных нет,

    следовательно, то, что есть общего у животного и человека, не
    может быть социальным. Так является ли этнос феноменом,

    общим с животными, или нет?
    Об этом и возник у меня спор с моими московскими оппо­
    нентами: они утверждают, что этнос

    -

    явление социальное.

    Я говорю: каким же это образом? Разве этнос развивается спон­
    танно и по спирали и связан однозначно с развитием спосо­

    бов производства? Разве хоть какой-нибудь этнос существует с
    самого начала развития человека от питекантропа? Разве есгь

    такая карта, где бы этносы бьmи показаны ну хотя бы от начала

    23

    исторического периода? Нет их! Бьmи сарматы, на их месте

    нет ничего, на месте сарматов были половцы (куманы)

    -

    -

    и их

    нет.

    Говоря об этносах, мы говорим все время <,бьmо». Никако­

    го развития по спирали у этносов нет. Если мы употребляем
    слово <'социальный» в нашем, марксистском смысле, мы долж­

    ны понимать под этим форму коллективного бытия, связанную
    с производством,

    -

    <,общество». А существуют ли у человека кол­

    лективы, не являющиеся социальными? Коллективы, кроме и

    помимо общества? Маркс по этому поводу высказывался до­
    вольно точно и определенно, правда в ранних произведениях.

    Он называл общество немецким словом

    Gesellschaft,

    а кроме

    общества выделял первичные коллективы. Их он называл

    Gemeinwesen. Gemein -

    это <,общий», а Wesen

    -

    это <'суть», <,суть

    дела», <'существо», <'основание». По-русски нет такого слова, но
    смысл понятен. Эти-то первичные коллективы, существовавшие
    еще до появления у человека материального производства,

    Маркс считал предпосылкой появления общества.
    Первоначальные образования, первоначальные коллекти­
    вы, особи вида Нота

    sapiens действительно никакого отноше­

    ния к еще не существовавшим производительным силам про­

    сто не имели; просто люди жили коллективами-группами, по­

    тому что ни один дурак не стал бы жить один. И это групповое

    деление с появлением общества, естественно, не исчезло, а, на­
    оборот, постепенно развиваясь, создало те целостности, кото­
    рые мы называем этносами.

    о
    ЭТНОС
    Этнос У человека

    -

    -

    НЕ РАСА

    это то же, что прайды у львов, стаи у вол­

    ков, стада у копытных животных и т. Д. Это форма существова­
    ния вида Ното

    sapiens и его особей, которая отличается как от

    социальных образований, так и от чисто биологических, каки­
    ми являются расы.

    Рас, по В. п. Алексееву, пять-шесть

    [3]. и по внешнему виду,

    и по психофизическим особенностям представители различ­
    ных рас весьма отличаются друг от друга. Раса является отно­

    сительно стабильной биологической характеристикой вида
    людей, но при этом нам важно здесь подчеркнуть, что она ни­

    как не является формой их общежития, способом их совмест­
    ной жизни. Расы различаются по чисто внешним признакам,

    24

    которые можно определить анатомически. Какую-то роль в

    биологическом процессе видообразования они, видимо, игра­
    ют, но в отношении того, как людям при этом жить и как устра­

    иBaTьcя' как работать, как процветать и как погибать, значения
    они не имеют. Тезис как будто на первый взгляд довольно стран­
    ный, потому что есть привычка думать, будто негры

    -

    это бед­

    ные, которых обижают; все индейцы благородные, которых
    истребляют; есть еще цивилизованные белые, многочисленные
    желтые и пр. Однако посмотрим, как распределяются эти расы

    на поверхности Земли и какое это имеет значение для судьбы
    биосферы.
    По антропологическим находкам, древнейшие представи­

    Teли так называемой белой расы

    -

    европеоиды

    -

    появились в

    Европе и распространились из Европы в Среднюю Азию, в цен­
    тральную Азию, в Северный Тибет и, наконец, перевалив через

    Гиндукуш, попали в Индию и захватили ее северную часть. Так­
    же они издавна населяли северную часть Африки и Аравийский
    полуостров.

    В наше время представители этой расы пересекли Атлан­

    тический океан, заселили большую часть Северной Америки и
    значительную часть Южной Америки, Австралии и Южной
    Африки. Все это результаты переселения.
    Негры, как ни странно, представляются всегда насельни­
    ками тропического пояса, потому что считается, что меланин,

    придающий их коже черный цвет, препятствует ожогам от па­

    лящего тропического солнца. Ожогам-то он действительно
    препятствует

    -

    это верно, но, когда летом жарко, какое мы на­

    деваем платье, белое или черное? Совершенно ясно, что хоть

    бы даже ожогов кожи и не бьmо, но в жуткой жаре иметь чер­
    ную кожу совершенно невы годно, особенно при большой ин­
    соляции, потому что черный цвет слабо отражает солнечные
    лучи. Следовательно, надо полагать, что негры появились в тех

    условиях, где бьmо относительно облачно.
    И действительно, древнейшие находки так называемой

    расы Гримальди

    -

    негроидной расы, относящиеся к верхнему

    палеолиту, были обнаружены в Южной Франции, в Ницце, в
    пещере Гримальди, а потом оказалось, что вся эта территория

    была в верхнем палеолите заселена негроидами

    -

    людьми с

    черной кожей, с шерстистыми волосами, которые позволяли

    обходиться без шапки, с большими губами. Это бьmи стройные,
    высокие, длинноногие охотники за крупными травоядными. А в

    Африку как же они попали? Да в результате таких же переселе­
    ний, в результате которых европейцы попали в Америку.

    25

    Причем Южная Африка бьmа заселена негроидами

    -

    не­

    грами банту, теми классическими, которых мы знаем, в очень

    позднее время; экспансия банту началась в

    1 в. до н. э. - 1 в. н. э.
    - современники

    То есть первые негритянские лесопроходцы

    Юлия цезаря! Уже давным-давно угасли Афины, забыт век Пе­
    рикла, Египет превратился в колонию, а они только-только на­

    чaли захватывтьлесаa Конго, саванны Восточной Африки, выш­

    ли на юг, к большой реке Замбези и к мугной, илистой реке Лим­
    попо.

    Кого же они оттуда вытесняли? Ведь и до них бьuю населе­
    ние. Это третья раса, относящаяся тоже к разряду южных рас, и
    действительно, видимо, южная раса, которую называют услов­

    но <'1СОЙСа1-lск:ая·>. «.КоЙсанская·>

    -

    это еще и особая группа язы­

    ков.) К койсанской расе относятся готтентоты и бушмены. При­
    чем они отличаются от негров, во-первых, тем, что они не чер­

    ные, а бурые; у них монголоидные чертыI лица, сильно развитое
    веко, у них совершенно иначе устроена глотка

    -

    они разгова­

    ривают не так, как мы, не на вьщохе, а на вдохе, то есть они рез­

    ко отличаются и от негров, и от европейцев, и от МОНГОЛОИДОВ.
    Их считают остатком какой-то древней расы южного по­
    лушария, но в смысле этническом ничего цельного они не пред­

    ставляют, несмотря на то что их очень мало осталось. Бушме­

    ны

    -

    это тихие и робкие охотники, вытесненные неграми-бе­

    чуанами в пустыню Калахари. Живут они там, доживают свой

    век, забывая свою древнюю, очень богатую и очаровательную
    культуру; мифы у них есть, искусство у них есть, но уже в руди­
    ментарном состоянии, потому что жизнь в пустыне настолько

    тяжела, что им не об искусстве приходится думать, а о том, где

    бы достать чего-нибудь поесть.
    А готтентоты (это голландское название этих племен),
    жившие в Капской провинции, прославились как невероятные

    разбойники, проводники купцов и любители крупного рогато­
    го скота. Самым лучшим, что нужно иметь, они считают быков.
    И когда один миссионер, обративший готтентота в христиан­
    ство, спросил: <·Ты знаешь, что такое зло?·>

    это если зулусы уводят моих быков·>.

    -

    -

    тот ответил: <,Знаю,

    <·А что такое добро?>

    -

    <<Это если я у зулусов угоню быков». Вот на этом принципе они
    существовали до прихода голландцев.

    С голландцами они довольно быстро спелись, стали их
    проводниками, переводчиками, рабочими на их фермах. Ког­
    да англичане, захватив Капскую колонию, вытеснили голланд­
    цев, то готтентоты великолепно спелись с англичанами, а сей­

    час они там представляют самые бурлящие элементы. Ничего

    26

    похожего на бушменов. Как будто одна раса, расовые черты и у
    тех и у других одинаковые. Но при этом они так же мало похо­
    жи друг на друга, как, например, испанцы мало похожи по по­

    ведению на финнов.
    Четвертая раса, тоже очень древняя,

    -

    это австралоиды,

    или австралийцы. Неизвестно, как они туда, в Австралию, попа­
    ли, но попали они туда давным-давно. Доевропейское населе­
    ние Австралии состояло из огромного количества мелких пле­

    мен с разными языками и совершенно различными обычаями

    и обрядами. Причем друг друга они не любили, старались жить
    друг от друга как можно дальше, потому что ничего, кроме не­

    приятного, они от соседей не ждали.
    Жили они крайне примитивно, но не вымирали, потому
    что в Австралии исключительно здоровый климат; там любая
    большая рана заживает быстрее, чем у нас царапина. Так вот,

    австралоиды, или просто австралийцы,

    -

    это особая раса, ко­

    торая не похожа ни на негроидов, ни на европеоидов, ни на

    монголоидов

    -

    ни на кого. Они похожи сами на себя. У них при

    черном цвете кожи огромные бороды, волнистые волосы, ши­

    рокие плечи, исключительная быстрота реакции. По рассказам,
    мной не проверенным, но которым я доверяю, кино австралий­

    цам показывают в два раза быстрее, чем нам, потому что если с
    нашей скоростью пустить ленту, то они видят пробелы между
    кадрами. При всем этом они обладают спецификой, которая не
    дала им возможности развиться. В чем эта специфика? Это мы
    узнаем в конце книги.

    Факт остается фактом, что единая раса, заселяющая еди­
    ный изолированный континент, попавшая туда при каких-то
    условиях явно по морю и, по-видимому, из Индии, потому что

    ближайшие их родственники живут на плоскогорье Декан СВ
    южной части Индии), составляет огромное количество самых

    разнообразных этнических группировок
    Пятая раса, самая многочисленная,

    -

    это м,о1tгалоuды, ко­

    торые разделяются на целый ряд рас второго порядка: есть си­

    бирские монголоиды, есть северокитайские, южнокитайские,
    малайские, тибетские Сбьmи, сейчас их уже нет), то есть боль­
    шое количество самых разнообразных подрас, причем ни одна
    из них не составляет самостоятельного этноса.

    Обратившись ко всему сказанному выше, мы заметим, что
    каждый этнос, развивающийся, создающий свою культуру, рас­
    Ширяющий свои возможности, состоит из двух и более расо­
    вых типов. Монорасовых этносов я не знаю ни одного. Если

    даже сейчас они составляют единый расовый тип, то это в

    27

    результате довольно длительного отрицательного отбора, а

    вначале они всегда состоят из двух и более компонентов.
    И наконец, последняя раса, шестая, о которой мы говорить

    не будем,

    -

    это америк;аноиды. Они заселяют всю Америку

    тундры до Огненной Земли (эскимосы

    -

    -

    от

    народ пришлыЙ). Ог­

    ромное количество языков, так что даже невозможно провес­

    ти их классификацию. Сейчас сохранено много мертвых язы­
    ков, потому что племена, языки которых были записаны, вы­

    мерли. Американоиды, в общем, совершенно различны и по
    своему характеру, и по своему культурному складу, и по своему

    образу жизни, несмотря на то что все принадлежат к одной расе.
    Иными словами, расы, на которые распадается вид Ното

    sapiens, -

    это условные биологические обозначения, которые

    могут иметь некоторое значение для нашей темы, но только

    вспомогательное, как любая классификация, которая ни в коей
    степени не отражает специфики этнического феномена.
    И вместе с этим еще одно важное замечание. Эти расы, как
    я уже говорил вначале, стабильны по отношению к виду. Мы
    знаем, что вид Ното

    sapiens, кроманьонский человек, - и мы с
    - существует 15 тыс. лет на Евро­

    вами, кроманьонские люди,

    пейском континенте и за это время названные расы хотя и ме­

    нялись местами, но не появилось ни одной новой и не исчезло
    ни одной старой.
    Вы, может быть, спросите, почему я упустил пигмеев? Это
    обыкновенные негроиды, только живут они в очень плохих ус­
    ловиях тропических лесов, вследствие чего у них сократился
    рост от недоедания.

    Этим, казалось бы, все исчерпано, и если бы расовый мо­
    мент имел значение для развития и становления этносов, то

    есть был инструментом взаимодействия между обществом и
    природой, то тогда истории никакой бы не было, а была бы за­
    ранее заданная картина.

    о
    ЭТНОС

    -

    НЕ ПОПУЛЯЦИЯ

    Так же как не совпадает этнос с расой, не совпадает он и с

    другой биологической группировкой особей
    популяция (цитирую учебник)

    -

    -

    популяцией.

    (·это сумма особей, живущих

    в одном ареале и беспорядочно между собой скрещивающих­
    СЯ». Например, два роя мух залетели в одну комнату. Они сразу
    образуют единую популяцию и не борются между собой.

    28

    Разве этносы существуют таким образом? Во-первых, борь­
    ба между этносами

    -

    это явление довольно частое, хотя и не

    обязательное. Между популяциями борьбы быть не может

    -

    раз

    они сбежались в один ареал, как мыши, или слетелись, как мухи,
    они сразу сольются в одну популяцию. У них нет ограничения
    скрещивания, отсюда генетики выводят свои закономерности,
    которые справедливы для животных.

    В этносе всегда есть брачные ограничения. Два этноса мо­
    гут сосуществовать на одной территории веками и тысячеле­
    тиями. Могут взаимно друг друга уничтожать, или один унич­

    тожит другой. Значит, этнос не биологическое явление, так же
    как и не социальное.

    Предлагаю считать: этнос

    -

    это явление географическое,

    всегда связанное с вмещающим ландшафтом, который кормит

    адаmироваННЬJЙ этнос. А поскольку ландшафты Земли разно­
    образны, разнообразны и этносы.

    о
    АЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ И ЛОГИКА
    Таким образом, при изучении этноса мы рассматриваем
    явление природы, которое, очевидно, как таковое и должно

    изучаться. В противном случае мы пришли бы к такому коли­

    честву противоречий, логических внутри системы и фактичес­
    ких при изучении действительности, что практически само

    народоведение потеряло бы смысл и повод для того, чтобы
    изучать его.

    Инструмент в науке

    -

    это методика, способы изучения. Как

    можно определить, что такое этнос, и понять, В чем его значе­

    ние и смысл? Только применив современную систему ПОНЯТИЙ,
    современную систему взглядов.

    Древним египтянам совершенно незачем было опреде­
    лять, что такое этнос; они делали это через цвет. Они рисова­
    ли негров черными, семитов

    во-красными, себя

    -

    -

    белыми, ливийцев

    -

    коричне­

    желтыми. И всем было понятно, кто на­

    рисован. Но для нас цвет уже не годится, потому что мы знаем

    не

    4 народа,

    а значительно больше

    -

    не хватит красок на па­

    литре, а с другой стороны, нам уже ясно, что цвет еще мало о
    чем говорит.

    Греки ставили вопрос гораздо проще: есть эллины
    И есть (,варвары.)

    -

    -

    ('мы·)

    все остальные; ('мы·) и ('не мы·), свои и чужие.

    Но когда Геродот попробовал написать ('Историю в

    29

    9 книгах·),

    посвященную девяти музам, то он столкнулся с недостаточно­

    стью этой классификации. Например, он описывал греко-пер­
    сидские войны. Персы, конечно, варвары, а его земляки
    няне, спартанцы, фиванцы и пр.

    -

    -

    афи­

    эллины. Но куда отнести ски­

    фов? Они не персы и не греки. А куда отнести эфиопов или

    гадрамантов

    -

    это племя тиббу, и сейчас живущее в южной ча­

    сти Триполитании? Тоже и не персы и не греки. Варвары, ко­
    нечно. Но эта классификация стала явно недостаточной.
    В дальнейшем, когда римляне завоевали весь мир, т. е. то,
    что они считали всем миром, они усвоили это же самое по­

    нимание термина. Это для них было просто и легко. Римля­
    не

    -

    римские граждане, все остальные

    -

    либо провинциалы,

    завоеванные варвары, либо не завоеванные еще варвары;
    хотя, может быть, и не всегда дикари, но не римляне. Все было
    просто.

    Когда же Римская империя пала во время Великого пере­
    селения народов, то оказалось, что эта система не работает. Все
    народы оказались разными, очень друг на друга непохожими.

    И вот тогда впервые родилась идея социально-культурного оп­

    ределения людей. (Это средневековая концепция.)
    Решили так: все люди одинаковы, но есть верующие в ис­

    тинного бога и неверующие, то есть исповедующие истинную
    религию и неисповедующие. Истинной религией в Европе счи­
    тался католицизм (а не православие), в Византии и на Руси­
    православие (а не католицизм), на Ближнем Востоке

    -

    ислам

    (но не христианство) и т. д. А в остальном считалось, что люди
    делятся по известным социальным градациям. И поэтому тюрк­

    ских эмиров крестоносцы считали баронами и графами, толь­
    ко турецкими, а тюрки считали крестоносцев эмирами или бе­
    ками, только неверными, то есть французскими. Если же этим
    эмирам приходилось знакомиться с произведениями такого

    философа, как Платон, то они считали, что Платон

    -

    это про­

    сто маг. У них ведь были свои маги. Все получалось очень хоро­
    шо. Профессиональное деление (тоже социальное) их устраи­
    вало.

    И даже больше. Когда испанцы попали в Америку и стол к­
    нулись там с высокоорганизованными в социальном отноше­
    нии государствами ацтеков, инков и муисков, то они всех вож­

    дей индейских племен зачисляли в идальго, давали им титул

    «дон», если те были крещены, освобождали от налогов, обязы­
    вали служить шпагой и посьmали в Саламанкуучиться. И те бьmи
    этим вполне довольны. Индейцы считали, что это их вполне
    устраивает. И хотя, по существу, инки и ацтеки не становились

    30

    испанцами, испанцы закрывали на это глаза. Они женились на

    индейских красавицах, поскольку своих женщин было мало,
    породили огромное количество метисов и считали, что испан­

    ский язык, католическая вера, единая культура, единая соци­

    альная общность обеспечили единство империи, в которой не
    заходит солнце. Какой там Анагуак
    ча

    -

    -

    это Новая Испания, Чиб­

    Новая Гренада и т. д. Но заплатили они за это умозритель­

    ное заблуждение в начале

    XIX в. такой резней, по сравнению с

    которой все наполеоновские войны Mepкнyr. Причина была в
    том, что на место естественных процессов и явлений, которые
    следует изучать, испанцы поставили свои собственные несовер­

    шенные представления, которые бьmи, с их точки зрения, со­
    вершенно логичны, но которые никак не отвечали действитель­
    ности.

    Итак, распространенное мнение, будто этносы сводятся К
    тем или иным социальным явлениям, мы считаем гипотезой

    недоказанной, хотя к этой гипотезе мы будем еще возвращать­
    ся, по ходу дела, неоднократно. Дело в том, что социальные яв­

    ления при постановке нашей проблемы изучать мы обязаны,
    ибо, изучая наш предмет, мы только их и видим. Но это не зна­
    чит, что они исчерпывают проблему.
    Поясню свою мысль. Она довольно сложна, хотя мне и ка­
    залась совершенно простой до тех пор, пока я не столкнулся с
    моими оппонентами. Вот, например, электрическое освещение.

    Феномен, казалось бы, социально-технический: и про водку сде­
    лали на каком-то заводе, и монтер, член профсоюза, ее провел,
    и обслуживает она, скажем, работников университета. И это все
    важно учесть, рассматривая этот феномен. Но, понимаете, ни­
    какого света здесь не бьmо бы, если бы не имело место физи­
    ческое явление

    -

    электрический ток Электричество же мы ни­

    каким образом не можем отнести к явлениям социальным. Это
    сочетание природного явления с теми социально обусловлен­
    ными, искусственно созданными условиями, при которых мы

    природное явление можем констатировать, изучать и исполь­
    зовать.

    Также и с этносами. Мы видим и ощущаем этническую раз­
    ницу между нами. Мы видим и ощущаем разницу между немца­
    ми и, допустим, поляками, также как мы ощущаем разницу меж­

    ду светом и тьмой, холодом и теплом. Как и с физическими яв­
    лениями, где, оказывается, бьmа нужна термодинамика, чтобы

    объяснить тепловые явления, оптика, чтобы объяснить свето­
    вые явления. И главное, все это было необходимо для того, что­

    бы получить практические результаты.

    31

    о
    СУБЭТНОСЫ
    Структура

    -

    вторая особенность этноса

    -

    всегда более или

    менее сложна, но именно сложность обеспечивает этносу ус­

    тойчивость, благодаря чему он имеет возможность пережить
    века смятений, смут и мирного увядания. Принцип этнической
    структуры можно назвать иерархической соподчиненностью
    субэтнических групп, понимая под последними таксономиче­
    ские единицы, находящиеся внутри этноса как зримого цело­
    го и не нарушающие его единства:

    На первый взгляд сформулированный нами тезис проти­
    воречит нашему же положению о существовании этноса как

    элементарной целостности, но вспомним, что даже молекула
    вещества состоит из атомов, а атом

    -

    из протона, электронов,

    нейтронов и т. п. частиц, что не снимает утверждения о целост­
    ности на том или ином уровне: молекулярном, или атомном,

    или даже субатомном. Все дело в характере структурных свя­
    зей. Поясним это на примере.

    Карел из Тверской губернии в своей деревне называет себя
    карелом, а приехав учиться в Москву

    -

    русским, потому что в де­

    ревне противопоставление карелов русским имеет значение, а в

    городе не имеет, так как различия в быте и культуре столь нич­
    тожны, что скрадываются. Но если это не карел, а татарин, то он

    будет называть себя татарином, ибо бьuюе религиозное разли­
    чие углубило этнографическое несходство с русскими. Чтобы

    искренне объявить себя русским, татарин доmкен попасть в За­
    падную Европу или Китай, а в Новой Гвинее он будет восприни­
    маться как европеец не из племени англичан или голландцев, то

    есть тех, кого там знают. Этот пример очень важен для этниче­
    ской диагностики и тем самым для демографической статисти­
    ки и этнографических карт. Ведь при составлении последних

    обязательно нужно условиться о порядке и степени приближе­
    ния, иначе будет невозможно отличить субэтносы, существую­
    щие как элементы структуры этноса, от действующих этносов.

    Теперь остановимся на соподчиненности этносов. Напри­
    мер, французы

    -

    яркий при мер монолитного этноса

    -

    вклю­

    чают в себя бретонских кельтов, гасконцев баскского проис­
    хождения, лотарингцев

    цев

    -

    -

    потомков алеманнов, провансаль­

    самостоятельного народа романской группы. В IX в., когда

    впервые было документально зафиксировано этническое на­
    звание

    -

    французы, все перечисленные народы, а также другие:

    32

    НОМО

    SAPIENS

    ЭТНОСФЕРА

    I
    СУПЕРЭТНОСЫ

    I
    Западноевропейский,
    Христианский,

    Мусульманский

    Российский

    или Цивилизованный мир

    I
    ЭТНОСЫ
    немцы
    ирландцы
    итальянцы

    СУБЭТНОСЫ

    бретонцы

    эльзасцы

    бургундцы

    нормандцы

    гасконцы

    КОНВИКСИИ

    провансальцы

    _____________

    (Общность жизни)

    КОНСОРЦИИ

    (Общность судьбы)

    круги родственников

    секты

    и знакомых
    кварталы,

    предместья (фобуры)

    мафии
    торговые компании
    цехи, гильдии

    политические группировки
    творческие группировки

    Структура этносферы в средневек,овой Франции

    бурryнды, норманны, аквитанцы, савояры

    -

    еще не составляли

    единого этноса и только после тысячелетнего процесса этно­

    генеза образовали этнос, который мы называем французской
    нацией. Процесс слияния не вызвал, однако, нивелировки эт­

    нографических черт. Они сохранились как местные провин­
    циальные особенности, не нарушающие этнической целостно­
    сти французов.

    Но во Франции мы наблюдаем результаты этнической интег­
    рации, потому что ход собьrгий эпохи Реформации привел ктому,
    что продукт дифференциации

    -

    французы-ryгeноты вынуждены

    бьmи в ХVП в. покинуть Францию. Спасая жизнь, они потеряли эт­
    ническую принадлежность и стали немецкими дворянами, гол­

    ландскими бюргерами и, в большом числе, бурами, колонизовав­

    шими Южную Африку. Французский этнос избавился от них как
    от лишнего элемента структуры, и без того разнообразной.
    Может показаться странным то, что мы приписываем эт­

    носу способность к саморегуляции, но ведь ее имеют почти все
    биологические системы, в том числе биоценозы. Этнос в исто,

    ~

    рич~ском развитии динамичен и, следовательно, как любой
    долго идущий природный процесс, выбирает посильные реше­
    ния, чтобы поддержать свое существование. Прочие отсекают­

    ся отбором и затухают.

    Все живые системы сопротивляются уничтожению, то есть
    они антиэнтропийны и приспосабливаются к внешним усло­
    виям, насколько это возможно. А коль скоро некоторая слож­
    ность структуры повышает сопротивляемость этноса внешним
    ударам, то неудивительно, что там, где этнос при рождении не

    бьm столь мозаичен, как, например, вВеликороссии XN-

    XV ВВ.,

    он стал сам 1 выделять субэтнические образования, иногда мас­
    кировавшиеся под сословия, но отнюдь не классы. На южной
    окраине выделились казаки, на северной

    -

    поморы. Впослед­

    ствии к ним прибавились землепроходцы (как будто просто род
    занятий), которые, перемешавшись с аборигенами Сибири,
    образовали субэтнос сибиряков, или челдонов.
    Раскол церкви повлек за собой появление еще одной суб­
    этнической группы

    -

    старообрядцев, этнографически отличав­

    шихся от основной массы русских. В ходе истории эти субэт­
    нические группы растворялись в основной массе этноса, но в
    то же время выделялись новые.

    1

    Говоря про природный процесс «сам сгал ... ·>, мы не допускаем антро­

    поморфизма, а просго применяем привычный оборот. Например, «ручей
    проложил себе русло и образовал излучину.>.

    34

    НОМО

    SAPIENS

    ЭПlОСФЕРА

    I
    СУПЕРЭТНОСЫ

    Западноевропейский,
    Мусульманский мир

    хриcrианский
    или цивилизованный мир

    ЭТНОСЫ
    белорусы

    карелы

    мордва

    ryцулы
    черемисы

    касимовские татары

    зыряне

    СУБЭТНОСЫ

    донское казачество

    крестьяне с-в Руси
    тумы

    крестьяне ю-в Руси
    татары кряшены

    КОНВИКСИИ

    (севрюки)

    ---------------------------

    КОНСОРЦИИ
    землепроходцы

    купечество
    поместное дворянство

    по воеводствам (областям)

    ватаги, артели
    придворные партии

    стрельцы

    разинцы

    клирики (духовенство)

    боярство

    старообрядцы
    лесные старцы

    слободы (ремесленники)
    приходы

    дьяки и подьячии (служащие)

    CmJ1Y1CmYpa эmносферы

    в России XlV-XV вв.

    Назначение этих субэтнических образований

    -

    подцержи­

    вать этническое единство путем внутреннего неантагонисти­

    ческого соперничества. Очевидно, эта сложность

    -

    органиче­

    ская деталь механизма этнической системы и, как таковая, воз­
    никает в самом процесс е этнического становления, или

    этногенеза. При упрощении этнической системы в фазе упад­
    ка число субэтносов сокращается до одного, что знаменует пер­
    систентное (пережиточное) состояние этноса.

    Но каков механизм возникновения субэтносов? Чтобы от­
    ветить, необходимо спуститься на порядок ниже, где находят­
    ся таксономические единицы, расклассифицированные нами

    на два разряда: консорция и конвиксии. В эти разряды удобно
    помещаются мелкие племена, кланы, корпорации, локальные

    группы и прочие объединения людей всех эпох.
    Условимся о терминах. Консорциями мы называем группы
    людей, объединенных одной исторической судьбой. В этот раз­
    ряд входят кружки, артели, секты, банды и т. п. нестойкие объ­
    единения. Чаще всего они распадаются, но иногда уцелевают

    на срок в несколько поколениЙ. Тогда они\становятся к:онвик:­
    сиями, то есть группами людей с однохарактерным бытом и се­
    мейными связями.
    Конвиксии малорезистентны. Их разъедает экзогамия и
    перетасовывает сук:цессия, то есть резкое изменение историче­

    ского окружения. Уцелевшие конвиксии вырастают в субэтно­
    сы. Таковы упомянутые выше землепроходцы

    -

    консорции от­

    чаянных путешественников, породивших поколение стойких

    сибиряков, и старообрядцы

    -

    консорции ревнителей религи­

    озно-эстетического канона, в числе которых были боярыня Мо­
    розова, попы, казаки, крестьяне, купцы.

    В ХVП в. они еще не выделялись внешне из прочего насе­
    ления. Во втором поколении, при Петре

    1, уже

    составили изо­

    лированную группу, в конце XVIII в. сохранившую обряды, обы­

    чаи, одежду, отличавшуюся от общепринятой. Консорция пре­
    вратилась в конвиксию, а в

    XIX в.

    увеличившись до

    8 млн

    человек, стала субэтносом. В хх в. она рассасывается, так как
    повод к ее возникновению исчез, а оставалась только инерция.

    И землепроходцы и старообрядцы остались в составе сво­
    его этноса, но потомки испанских конкистадоров и англий­

    ских пуритан образовали в Америке особые этносы, так что
    именно этот порядок можно считать лимитом этнической ди­

    вергенции. И следует отметить, что самые древние племена,

    очевидно, образовались тем же способом, только очень дав­
    но. Пер во начальная консорция энергичных людей в условиях

    36

    изоляции превращалась в этнос, который мы ныне именуем
    племя.

    На этом порядковом уровне заканчивается этнология, но

    принцип иерархической соподчиненности в случае нужды мо­

    жет действовать и дальше. На порядок.ниже мы обнаружим од­
    ного человека, связанного с его окружением. Это может быть

    полезно для биографов великих людей.
    Спустившись еще на порядок, мы встретимся не с полной

    биографией человека, а с одним из эпизодов его жизни

    -

    на­

    пример с совершенным преступлением, которое должно быть
    раскрыто. А еще ниже

    -

    случайная эмоция, могущая вдохновить

    на создание стихотворения или случайную драку.

    о
    ИСТОЧНИКИ ЭНЕРГИИ
    Следует помнить, что это бесконечное дробление, лежащее
    в природе вещей, не снимает необходимости находить целост­
    ности на заданном уровне, важном для поставленной задачи.
    В частности, нам еще более важны суперэтнические целостно­
    сти, стоящие на порядок выше этносов, поскольку наша наука

    тоже ставит целью достижение практических результатов, а

    именно: охрану природы от человека, спасение биосферы, в
    которой мы живем.
    Как известно, человек является частью биосферы. Что та­

    кое биосфера? Это не только биомасса всех живых существ,
    включая вирусы и микроорганизмы, но и продукты их жизне­

    деятельности: почвы, осадочные породы, свободный кислород

    воздуха. Все это

    -

    создание биосферы. Это трупы животных и

    растений, которые задолго до нас погибли, но обеспечили для
    нас возможность существования. А энергию, которая нас пита­

    eT' мы черпаем из нескольких источников.
    С одной стороны, из трупов наших предков

    -

    животных,

    растений, микроорганизмов. Мы их едим, по ним ходим. Мы
    ими дышим, они нам подарили кислород.

    С другой стороны, мы черпаем энергию из трех источни­
    ков, которые имеют совершенно разное значение. Максималь­
    ное количество энергии, которую потребляет Земля, согласно

    В. И. Вернадскому [27, с.

    283], -

    это энергия Солнца. Она аккуму­

    лируется путем фотосинтеза в растениях, растения поедают
    ЖИвотные, эта солнечная энергия переходит в плоть и кровь всех

    живых существ, которые есть на Земле. Избыток этой энергии

    37

    создает теrmичные эффекты, то ecrь УОIOвия очень неблагопри­

    ятные. Нам не нужно ее больше, чем требуется, нам нужно
    столько, сколько мы привыкли осваивать.

    Второй вид энергии

    -

    это энергия распада внутри Земли

    радиоактивных элементов. Когда-то давно этих элементов бьmо
    много. Постепенно идет радиораспад внутри планеты, rmане­

    та разогревается, и, когда-нибудь, когда все эти элементы рас­
    падутся, она либо взорвется, либо превратится снова в кусок
    камня.

    Они действуют на наши жизненные процессы весьма от­
    рицатель~о. Все знают, что такое лучевая болезнь, ничего хо­
    рошего в ней нет. Тем не менее эти явления внутри Земли, так
    называемые «хтонические», оказывают на нас большое воздей­
    ствие, но локально. Дело в том, что скоrmения урановых и про­

    чих руд неравномерно распределены по Земле. Есть большие
    пространства, где радиоактивность ничтожна, а там, где руды

    близко подходят к поверхности, она очень велика; поэтому воз­
    действие этого вида э~ергии на животных и людей совершен­
    но различно.

    И есть третий вид энергии, который мы получаем неболь­
    шими порциями из космоса,

    -

    это пучки энергии, приходящие

    из глубин Галактики, которые ударяют нашу Землю (как, скажем,

    ударяют rmеткой шарик), обхватывая какую-то часть ее, мол­
    ниеносно производят свое энергетическое воздействие на био­
    сферу, иногда большое, иногда малое. Приходят они более или
    менее редко, во всяком случае, не ритмично, а время от време­
    ни, но не учитывать их, оказывается, тоже невозможно.

    Этот последний вид космической энергии стал исследо­
    ваться совсем недавно, и поэтому те ученые, которые привык­

    ли мыслить Землю как совершенно замкнутую систему, не мо­
    гут привыкнуть К тому, что мы живем не оторванными от всего

    мира, а внутри огромной Галактики, которая воздействует на

    нас так же, как и все другие факторы, определяющие развитие
    биосферы.
    Описанное явление и есть механизм сопричастности каж­
    дого человека и каждого человеческого коллектива к космосу.

    Разумеется, это относится не только к людям, но наша тема
    народоведение

    -

    -

    заставляет нас сосредоточить интерес имен­

    но на людях и посмотреть, как влияют эти энергетические воз­

    действия на судьбы каждого из нас и тех коллективов, к кото­
    рым мы относимся. Что нужно для того, чтобы решить этот воп­

    рос? Оказывается, что нужна тут, как ни странно, обыкновенная
    история.

    38

    о
    ОБЫКНОВЕННАЯ ИСТОРИЯ
    Слово «история·) имеет огромное количество значений.
    Можно сказать «социальная история·)

    -

    форм. Можно сказать «военная история·)

    история социальных

    -

    история сражений и

    походов, и это будет совершенно другая история, с другим со­
    держанием и с другим подходом к материалу. Может быть исто­
    рия культуры, история государств и юридических институтов,

    может быть история болезни, в конце концов. И в каждом случае
    слово «история·) должно иметь прибавку

    -

    история чего?

    Нас должна интересовать история этническая; этногенез

    -

    история происхождения и исчезновения этносов. Но так как
    происхождение и исчезновение этносов

    -

    во-первых, процесс,

    который до нас вскрыт не был, во-вторых, процесс, который
    мы должны вскрыть, то нам нужно иметь тот материал, тот ар­

    хив сведений, отталкиваясь от которого мы подойдем к реше­

    нию нашей проблемы. А таковым является история событий в
    их связи и последовательности.

    Так, но что считать «событием·) применительно к этничес­

    кой истории? С банальной позиции вопрос не заслуживает от­
    вета. Но вспомним, что так же очевидны такие явления, как свет

    и тьма, тепло и холод, добро и зло. Обывателю все ясно и без
    оптики, термодинамики, этики. Но поскольку мы вводим поня­

    тие «событие·) в научный оборот, то следует дать дефиницию,
    то есть условиться о значении термина.

    Однако здесь таится еще одна трудность: нам надлежит
    при менять термин в том же значении, что и наши источники

    -

    древние хронисты. Иначе чтение их трудов станет чрезмерно

    затруднительно, а часто и бесперспективно. Зато, научившись

    понимать их способ мысли, мы получим великолепную инфор­
    мацию, усваиваемую читателем без малейших затруднений.
    Легче всего определить понятие «событие·) через понятие
    (·связи». Рост и усложнение этноса представляется современни­

    кам нормой, но любая потеря или раскол отмечаются как не­
    что заслуживающее особого внимания, то есть событие. Но
    коль скоро так, то событием именуется разрыв одной или не­
    Скольких связей либо внутри этноса, либо на границе его с дру­
    гим этносом. Последствия разрыва могут быть любыми, иной
    раз весьма благоприятными, но для теоретической постанов­

    ки проблемы это не имеет значения. Так или иначе, событие
    это утрата, даже если это то, от чего полезно избавиться.

    39

    -

    Значит, этническая история
    культуры

    -

    -

    наука об угратах, а история

    это кодификация предметов, уцелевших и сохраня -

    ющихся в музеях, где они подлежат каталогизации. В этом ос­
    новная разница этих двух дисциплин, которые мы впредь сме­

    шивать не будем.
    События истории известны нам с того момента, когда пись­

    менные источники стали излагать события связно во всей Ой­
    кумене или, по крайней мере, в Старом Свете. Если мы будем
    забираться в более глубокую древность, с этим неизбежно бу­
    дет связана аберрация дальности, расплывчатость или исчез­
    новение границ событий. Как следствие

    -

    мы будем выдумы­

    вать вместо того, чтобы изучать. Этого надо избежать, потому
    что выдумать почти никогда нельзя адекватно действительно­

    сти. Но надо избегнугь и аберрации близости

    -

    некорректиру­

    емых ошибок преувеличения. Современные этнические про­
    цессы не завершены, сказать, как они пойдуг дальше, мы не мо­
    жем. А устанавливать закономерности, что является нашей
    целью, мы можем только на законченных процессах.

    Поэтому мы возьмем тот самый средний период, где факты
    известны, соразмерность их очевидна,достоверность ихустанов­
    лена двухтысячелетним изучением первоклассных историков,

    работавших до нас, и используем этот средний период как обра­
    зец, на базе которого мы будем строить все наши соображения.
    Хронологические рамки этого периода: примерно с XI - Х вв.

    до н. э. до начала

    XIX в. н. Э., или от падения 1}:юи до капитуляции

    Наполеона. Между этими датами совершенно достаточно мате­

    риала для того, чтобы разобраться во всей сложности проблемы.

    о
    СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД
    Одного материала для понимания проблемы недостаточ­
    но. Необходим инструмент

    -

    методика. Что составляет основу

    нашей методики?
    После второй мировой войны появилось одно замечатель­

    ное открытие, правда, не у нас, а в Америке, но принято оно у нас
    на вооружение тоже полностью. Это то, что называется систем­

    ным подходом или системным анализом. Автор его, Лео фон
    Берталанфи,

    -

    американец немецкого происхождения, работал

    по биологии в Чикагском университете. В

    1937 г.

    на философ­

    ском семинаре он выступил с докладом о системном подходе

    для определения понятия (-вид». Доклад бьm совершенно не

    40

    понят, И автор (·сложил все свои бумаги в ящик стола». Потом

    он поехал воевать. К счастью, его не убили. Вернувшись в Чика­
    го, он достал свои старые записки, повторил свой доклад и об­
    наружил совершенно иной интеллектуальный климат.

    А что же он предложил? Никто из биологов не знает (а Берта­

    ланфи бьUI биологом), что такое вид. Каждый знает, что есть соба­
    ка, и есть ворона, и есть лещ, фламинго, жук, клоп ... Все это знают,
    но определить, что это такое, никто не может. И почему живот­

    ные одного вида и растения одного вида связаны каким-то обра­

    зом между собой? Берталанфи предложил определение вида как
    открытой системы
    Система

    -

    [11, с. 28; 95, с. 145-150; 115, с. 12 и след.].

    это такой метод анализа, когда внимание обраща­

    ется не на персоны, которые составляют вид, скажем не на конк­

    ретных собак или кошек, а на отношения, которые имеются меж­
    ду собаками или кошками. Вот, скажем, студенческая аудитория
    представляет систему, но не потому, что в ней сидит определен­

    ное количество людей

    -

    студенты и профессор, а потому, что меж­

    ду ними существуют взаимоотношения

    -

    профессор рассказыва­

    ет, а студентыl слушаroт. Реально этого взаимоотношения как буд­
    то бы нет, мы его не можем измерить, не можем его взвесить, не

    можем определить его градиент, но студентыl и профессор толь­
    ко ради него, этого отношения, и существуют, и характер его опи­

    сать можно. Условимся о значении терминов и способах их при­
    менения на практике. Слишком большое стремление к точности
    не полезно, а часто бывает помехой в процессе исследования. Ведь

    рассматривать ГИмалаи в микроскоп бессмысленно. Поэтому для
    планетарных явлений следует принять первичные обобщенные
    категории системных связей, исключив детализацию, которая
    ничего не даст для понимания целого. Разделим системные связи

    на четыре типа, которые для применяемой методики необходи­
    мы и достаточны. Разделим системы на открытые и замкнутые

    (или закрытыl),' на жесткие и корпускулярные, или, как их иначе
    называroт, дискретные. В чем смысл такого деления?
    Открыmaя система

    -

    это, допустим, наша планета Земля,

    которая все время получает солнечные лучи, благодаря им про­
    исходит фотосинтез, а излишек энергии выбрасывается в кос­

    мос. Открытая система

    -

    это вид, который получает запас энер­

    гии в виде пищи, которую поглощают животные данного вида.

    Они эту пищу добывают, размножаются, дают потомство, уми­
    рают, отдают свое тело матушке-земле. Это открытая система,
    которая получает энергию извне, обновляется.

    Примером закрытой системы может служить, допустим,
    печка. Она стоит в комнате, а в ней дрова. Холодно. Затаrmиваем

    41

    печку, дров больше не подбрасываем, закрьmи ее, дрова сгора­
    ют, печка раскаляется, в комнате температура поднимается,

    уравнивается с печкой, потом они вместе остывают. То есть за­
    пас энергии в виде дров получен единожды. После этого про­

    цесс кончается. Это система замкнугая.
    Теперь второй характер деления. Жест1Сая система. Это
    хорошо слаженная машина, где нет ни одной лишней детали, она

    работает только тогда, когда все винтики на месте; она получает
    достаточное количество горючего, или, наоборот, она стоит и
    служит, как микроскоп, каким-то целям; в ней нет ничего лиш­

    него. В чистом виде жесткой системы никогда не может быть,
    например машину все-таки надо красить, но можно ее покра­

    сить и в синий цвет, и в желтый, и в зеленый

    -

    цвет не имеет зна­

    чения. Но в идеале в жесткой системе все должно иметь значе­

    ние. Такая машина очень эффективно работает. Но при поломке
    одной детали она останавливается и выходит из строя.

    -

    Корпускулярная система

    это система взаимодействия

    между отдельными частями, не связанными между собой, но тем
    не менее нуждающимися друг в друге. Биологический вид
    корпускулярная система; семья

    -

    -

    корпускулярная система, а не

    жесткая, она основана на том, что муж любит свою жену и жена

    любит своего мужа. А дети (их может быть пятеро или трое),
    теща, свекровь, родственники

    -

    все они хотя и являются эле­

    ментами этой системы, но и без них можно обойтись. Важна
    только ось связующая

    -

    любовь мужа к жене и жены к мужу

    -

    любовь взаимная или односторонняя. Но как только кончается
    эта невидимая связь, система разваливается, а ее элементы не­
    медленно входят в какие-то другие системные целостности.

    Зато культура

    -

    создание рук и ума человека

    -

    система же­

    сткая, хотя и замкнугая, неспособная к самостоятельному раз­
    витию. Любой другой предмет, будучи создан человеком, обре­
    тает форму, которая консервирует материал: камень, металл или
    слово и музыкальную мелодию. Создание рук человеческих
    выходит за пределы природного саморазвития. Оно может

    либо сохраняться, либо разрушаться

    [87, с. 7].

    Пирамиды стоят долго; за такое же время горы разрушают­

    ся, ибо слагающие их породы от воздействия перепадов темпе­
    ратуры и влажности трескаются и превращаются в щебень. Реки
    меняют свои русла, подмывая берега и образуя террасы. Лес во
    влажные периоды наступает на степь, а в засушливые отходит

    обратно. Это и есть торжествующая жизнь планеты, и особенно
    биосферы, самой пластичной из ее оболочек А произведения
    техники и даже искусства взамен жизни обрели вечность. И если

    42

    их закрытые сисгемы превращаются в открытые, то они поrnба­

    ют. Железо окисляется, мрамор крошится, музыка смолкает, сти­
    хи забываются. Жесгокий старик Хронос пожирает своих детей.
    Но это понятно, важно другое: как рождаются и созревают

    такие сисгемы, как этносы?

    о
    УСЛОВИЕ, БЕЗ КОТОРОГО НЕЛьзя
    Ставя проблему первичного возникновения этнической

    целостности из особей (людей) смешанного происхождения,
    разного уровня культуры и различных особенностей, мы впра­

    Be

    спросить себя: а что их влечет друг к другу? Очевидно, что

    принцип сознательного расчета и стремления к выгоде отсут­

    ствует, так как первое поколение сталкивается с огромными

    трудносгями

    -

    необходимостью сломить устоявшиеся взаимо­

    отношения, чтобы на месте их ус;гдювить новые, отвечающие

    их запросам. Это дело рискованн'ое, и зачинателям редко уда­
    ется воспользоваться. плодами победы. Также не подходит
    принцип социальной близости, так как новый ЭТНОС уничто­

    жает институты старого. Следовательно, человеку, чтобы вой­
    ти в новый ЭТНОС В момент становления, надо дезин~егриро­
    ваться по отношению к старому. Нет, все иначе!

    Люди объединяются по принципу комплиментарности
    (комплимент
    ментарность

    -

    привет, от латинского

    comp1imentus). Компли­

    это неосознанная симпатия к одним людям и

    антипатия к другим, то есть может быть положительная и от­
    рицательная комплиментарность.

    Когда создается первоначальный ЭТНОС, то инициаторы

    этого возникающего движения подбирают себе активных ре­

    бят, потому что они им просто симпатичны.
    «Иди К нам, ты нам подходишь»

    -

    так отбирали викинги

    юношей для своих походов. Они не брали тех, кого считали
    ненадежными, трусливыми, сварливыми или недосгаточно сви­

    репыми. Все это было очень важно, ибо речь шла о том, чтобы
    взять его к себе в ладью, где на каждого человека должна бьmа
    пасть максимальная нагрузка и ответсгвенность за. собствен­
    Hyю жизнь И за жизнь своих товарищей.

    Также Ромул и Рэм отбирали себе ребят, когда они <\>ргани­

    Зовали бандитскую шайку на семи холмах и начали террори­
    Зировать окрестные народы. Эти ребята потом стали паrрици-

    ями, основателями мощной социальной системы.

    43

    1,

    Так же поступали и первые мусульмане; они требовали от
    всех признания веры ислама, но при этом в свои ряды стара­

    лись зачислить людей, которые им подходили. Надо сказать, что

    от этого принципа мусульмане довольно быстро ОТОllUlи. Ара­
    бы, как мы уже знаем, стали брать всех и за это заплатили очень
    дорого, потому что, как только в состав мусульман попали ли­

    цемерные мусульмане, те, которым бьmо, в общем, абсолютно

    безразлично, один бог или тысяча, а важны выгода, доходы и
    деньги, они и пришли к власти.

    Их возглавил Моавия ибн Абу-Суфьян
    меда

    -

    -

    сын врага Мухам­

    и объявил примерно так: «Вера ислама должна соблю­

    даться, а вино я выпью у себя дома, и каждый желающий тоже

    может выпить. Молиться все обязаны, но если ты про пустил
    намаз, то Я не буду на это обращать внимания, и если ты хапа­
    ешь государственную казну, но ты мне симпатичен, на это я

    тоже не буду обращать внимания». То есть, как только принцип
    отбора по комплиментарности заменился принципом всеоб­
    щности, система испытала страшный удар идеформировалась.
    Принцип комплиментарности фигурирует и на уровне эт­
    носа, причем весьма действенно. Здесь он именуется патрио­
    тизмом и находится в компетенции истории, ибо нельзя лю­
    бить народ, не уважая его предков. Внутриэтническая компли­
    ментарность, как правило, полезна для этноса, являясь мощной

    охранительной силой. Но иногда она принимает уродливую,

    негативную форму ненависти ко всему чужому; тогда она име­
    нуется шовинизмом.

    Но комплиментарность на уровне культурногго типа всегда
    умозрительна. Обычно она выражается в высокомерии, когда
    всех чужих и непохожих на себя людей называют «дикарями».
    Принцип комплиментарности не относится к числу соци­
    альныхявлениЙ. Он наблюдается у диких животных, а у домаш­
    них известен каждому как в позитивной (привязанность соба­
    ки или лошади к хозяину), так и в негативной форме. Если у вас

    есть собака, то вы знаете, что она относится к вашим гостям
    избирательно

    -

    почему-то к одним лучше, к другим хуже. На

    этом принципе основано приручение животных, на этом же

    принципе основаны семейные связи.

    Но когда мы берем этот феномен в исторических, больших
    масштабах, то эти связи вырастают в очень моryчий фактор

    -

    на комплиментарности строятся отношения в этнической си­
    стеме.

    Итак, рождению любого социального ИНСТИ1уга предшеству­

    ет зародыш, объединение некоторого числа людей, симпатичных

    44

    друг другу. Начав дейсгвовать, они вступают в исгорический про­

    цесс, сцементированные избранной ими целью и исгорической
    судьбой. Как бы ни СЛОЖЮIось их будущее, общнocrь судьбы

    -

    ('ус­

    ловие, без которого нельзя».
    Такая группа может стать разбойничьей баl;lДОЙ викингов,
    религиозной сектой мормонов, орденом тамплиеров, буддий­
    ской общиной монахов, школой импрессионистов и т. п., но
    общее, что можно вынести за скобки,

    -

    это подсознательное

    взаимовлечение, пусть даже для того, чтобы вести споры друг с
    другОМ. Поэтому эти зародышевые объединения мы назвали
    консорциями. Не каждая из консорций выживает; большинство
    при жизни основателей рассыпается, но те, которым удается

    уцелеть, входят в историю общества и немедленно обрастают
    социальными формами, часто создавая традицию. Те немногие,
    чья судьба не обрывается ударами извне, доживают до есте­
    ственной утраты повышенной активности, но сохраняют инер­

    цию тяги друг кдругу, выражающуюся в общих привычках, ми­
    роощущении, вкусах и т. п.

    Эту фазу комплиментарного объединения мы назвали кон­
    виксиеЙ. Она уже не имеет силы воздействия на окружение и

    подлежит компетенции не социологии, а этнографии, посколь­
    ку эту группу объединяет быт. В благоприятных условиях кон­
    виксии устойчивы, но сопротивляемость среде у них стремит­
    ся к нулю, и тогда они рассыпаются среди окружающих кон­

    сорциЙ.

    о
    ЭНЕРГИЯ ЖИВОГО ВЕЩЕСТВА
    Из всего вышесказанного очевидно, что этносы являются

    биофизическими реальностями, всегда облеченными в ту или
    иную социальную оболочку. Следовательно, спор о том, что яв­
    ляется первичным: биологическое или социальное, подобен
    тому, что первично в яйце: белок или скорлупа. Ясно, что одно

    невозможно без другого, и поэтому диспут на эту тему беспред­
    метен.

    Однако существует иная точка зрения. (' ... Социальные фак­
    Торы, образующие этнос, этническое самосознание в том чис­
    ле, ведут к появлению сопряженной с ним популяции, то есть
    перед нами картина прямо противоположная той, которую дает

    Л. Н. Гумилев» [22, с. 122-123]. Таким образом, дискуссия идет о
    том, лежит ли бытие в основе сознания или, напротив, сознание

    45

    в основе бытия. Действительно, при такой постановке вопроса

    предмет для спора есть. Разберемся.
    Ю. В. Бромлей имеет право выбрать для своего логическо­
    го построения любой ПОС1Улат, даже вполне идеалистический,

    согласно которому реальное бытие этноса не только опреде­
    ляется, но и порождается его сознанием. Правда, он рискует

    оказаться в положении Тэйяра де Шардена, которого отвергли
    и французские коммунисты, и католики. СИ1Уация аналогична.
    Акт творения материальной реальности приписан человече­
    скому сознанию, поставленному выше Творца мира или на его
    место. С этим не согласятся католики. А философы-материали­
    сты не примут тезиса о первичности сознания.

    Но даже ученые-эмпирики не имеют права на согласие с

    тезисом Ю. В. Бромлея, ибо он нарушает закон сохранения
    энергии. Ведь этногенез

    -

    это процесс, проявляющийся в ра­

    боте СВ физическом смысле). Совершаются походы, строитель­
    ство храмов и дворцов, реконструкция ландшафта, подавление
    несогласных внутри и вне создающейся системы. А для совер­

    шения работы нужна энергия, самая обычная, измеряемая ки­
    лограммометрами или калориями. Считать же, что сознание,

    пусть даже этническое, может быть генератором энергии,

    -

    это

    значит допускать реальность телекинеза, что уместно только в

    фантастике.
    Поясняю. Каменные блоки на вершину пирамиды были
    подняты не этническим самосознанием, а мускульной силой

    египетских рабочих по принципу: «Раз-два, взяли». И если ка­
    нат тянули кроме египтян ливийцы, нубийцы, хананеяне ... то
    дело не менялось. Роль сознания, и в данном случае не этни­

    ческого, а личного

    -

    инженера-строителя, бьmа в координации

    имевшихся в его распоряжении сил, а различие между управ­

    лением процесс ом и энергией, благодаря которой процесс
    идет, очевидно.

    Какая же это форма энергии? Ясно, что это не механическая,
    хотя она проявляется в механических передвижениях

    -

    мигра­

    циях, походах, строительстве зданий, но это проявление, сама­

    то по себе она не механическая. Ясно совершенно, что это и не
    электрическая: электричество ведет себя совершенно иначе, и
    его можно бьmо бы засечь приборами. Совершенно ясно, что и
    не тепловая. Какая же это форма энергии?

    -

    размышлял автор.

    у нас в Советском Союзе вышла замечательная книга

    -

    это

    посмертная работа В. И. Вернадского «Химическое строение

    биосферы Земли и ее окружения», где эта самая форма бьmа
    описана

    [27, с. 283 и след.].
    46

    В. И. Вернадский назвал ее геобиохимической энергией

    живого вещества биосферы. Это та самая энергия, которая по­
    лучена растениями пугем фотосинтеза и затем усвоена живот­
    ными через пищу. Она заставляет все живое расширяться пу­
    тем размножения до возможного предела.

    Один лепесток ряски в большом озере может закрыть при
    благоприятных условиях все озеро ряской и остановится толь­

    ко там, где есть берега. Одно семечко одуванчика, если не унич­
    ToжaTь его потомства, покроет всю Землю. Медленнее всех раз­
    множаются слоны. В. И. Вернадский в своей книге подсчитал,

    сколько времени потребуется для того, чтобы слоны, при нор­
    мальном темпе размножения, заняли всю сушу Земли,

    -735 лет. l

    Земля не переполнена живым только потому, что эта энер­
    гия разнонаправлена и одна система живет за счет другой, одна

    погашает другую. «Убивая и воскрешая, набухать вселенской
    душой

    - в этом воля Земли святая, непонятная ей самой» [32].
    Теперь название этой вселенской души мы знаем - это геобио­

    хuмическ;ая энергия живого вещества биосферы.

    Но если двигатель событий

    -

    энергия, то она должна вес­

    ти себя согласно всем энергетическим законам. Прежде всего
    она должна отвечать энергетическому эквивален'I)', то есть пе­

    реходить в другие формы энергии, скажем в механическую, в
    тепловую. И она переходит. В электрическую? Вероятно, тоже.
    Где эта энергия содержится, в каких органах человеческого

    тела? На это, пожалуй, могут ответить физиологи.
    Очевидно, сама живая личность создает вокруг себя какое­

    то напряжение, обладает каким-то реальным энергетическим
    полем или сочетанием полей, подобно электромагнитному,
    состоящему из каких -то силовых линий, которые находятся не
    в покое, а в ритмическом колебании с разной частотой.

    Закономерен вопрос: какое отношение имеет энергетиче­
    ское поле человека к интересующей нас проблеме этноса и эт­
    ногенеза? для ответа на него вспомним, что в основе этниче­

    ского деления лежит разница поведения особей, сосгав­
    ЛЯЮlЦИXэтнос.Поэтомунасинтересуетпреждевсеготовлияние,

    которое оказывает наличие биополя особи на ее поведение.

    о
    1 В.

    И. Вернадский подсчитал, что от одной пары слонов за 740-750 лет

    получилось бы около

    19 миллионов живых слонов

    [там же, с.

    287].

    ГЛАВА ВТОРАЯ

    ПАССИОНАРНОСТЬ
    о
    НЕОБОРИМАЯ СИМ
    Выше было показано, что на людей как особей вида Ното
    sарiепs влияют физические силы,_ Ij ры. Но если тепловые или электромагнитные флуктуации ощу­
    щаемы на уровне организмов, то интересующие нас биохими­
    ческие факторы поддаются описанию только на популяцион­
    ном уровне, то есть на уровне этносов. Хотя они проявляются В

    поведении отдельных людей, но только эмпирическое обобще­
    ние широкого круга наблюдений позволяет дать дефиницию,
    необходимую для понимания процессов этногенеза, а также
    связи этнических феноменов с биосферными.
    для начала отметим несомненный факт. Неравномерность
    распределения биохимической энергии живого вещества био­
    сферы за историческое время должна бьmа отразиться на пове­
    дении этнических коллективов в разные эпохи и в разных регио­

    нах. Эффект, производимый вариациями этой энергии,
    описан нами как особое свойcrво характера людей и на­
    зван tШCсш»шpнocmью (от латинского слова passio
    Пассuонарность

    -

    -

    страсть).

    это характерологическая доминанта; это

    непреоборимое BнyrpeHHee стремление (осознанное или, чаще,
    неосознанное) кдеятельности, направленной на осуществление

    какой-либо цели (часто иллюзорной). Цель эта представляется
    пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем бо­
    лее жизни и счастья современников и соплеменников.

    Пассионарность отдельного человека может сопрягаться с

    любыми способностями: высокими, средними, малыми, она не
    зависит от внешних воздействий, являясь чертой психической

    48

    конституции данного человека; она не имеет отношения к эти­
    ке, одинаково легко порождая подвиги и преCIyПЛения, творче­

    ство и разрушения, благо и зло, исключая только равнодушие; и
    она не делает человека <·героем», ведущим <,толпу», ибо большин­

    cocTaJ=\e <,толпы», определяя
    1)' или иную эпоху развития этноса.

    ство пассионариев находится в

    потентнасть в

    ее

    Модусы nассионаРности разнообразны. тут и гордость,
    стимулирующая жажду власти и славы в веках, тщеславие, тол­

    кающее на демагогию и творчество; алчность, пораждающая

    скупцов, стяжателей и ученых, копящих знания вместо денег;

    ревность, влекущая за собой жестокость и охрану очага, а в при­
    менении к идее

    -

    создающая фанатиков и мучеников. Посколь­

    ку речь идет об энергии, то моральные оценки неприменимы.
    Добрыми или злыми MOгyr быть сознательные решения, а не
    импульсы.

    Хотя мы можем обнаружить феномен пассионарности на
    отдельных людях, ярких и 1)'склых, но убедительнее она видна
    на этнической истории, когда прочие факторы взаимно ком­
    пенсируются, выявляются статистические закономерности,

    отличающие этногенез от социогенеза и культурогенеза. При
    всем различии эпох и стран модель пассионарности в этноге­

    незе одна и та же. Проследим ее на разных примерах этниче­
    ской истории Востока и Запада.

    о
    ДВЕ БИОГРАфИИ
    Наиболее наглядны примеры! Но я сейчас не собираюсь
    излагать историю проблемы

    -

    ко в сторону, а изложу просто

    это увело бы нас слишком дале­

    1)' концепцию,

    которую я поло­

    жил в основу своей этнической истории. Я заметил следующее:

    людям, как писал М. Горький, нужно кусок хлеба, крышу над го­
    ловой и женщину. Нормальному человеку сверх этого ничего
    не надо. Это Горький писал в сочинениях <·Мои университеты»
    и <,Сторож», И это действительно кажется правильным.
    Если вы, скажем, ежедневно имеете три котлеты, из кото­
    рых съедаете две с половиной или даже одну и оставляете для

    птичек полкотлеты, то зачем вам

    48 котлет? Их некуда девать!

    Если вы имеете уютный домик с тремя или четырьмя ком­
    натами, то зачем вам дворец из пятидесяти шести комнат для

    одного человека? Ну залы, кабинеты, но зачем такую массу,
    ведь строят.

    49

    -

    а

    Если вы имеете достаточно денег, чтобы удовлетворить все
    свои потребности

    -

    про кормить ж~ну, детей, себя, выпить в

    праздник и просто вечером, как и когда вам вздумается,

    -

    и на

    все это денег хватает, зачем вам огромные вклады в банке? ЧТО
    ОЩI вам дают? Да ничего.
    И действительно, нормальное течение жизни организма
    как представителя вида Ното

    sapiens не

    предполагает ничего

    другого, кроме этого. И однако, посмотрим, как вели себя хо­
    рошо известные исторические деятели. Я имею в виду не «ве­

    ликих людей», а тех, от которых остались биографии. Они не­
    обязательно должны были занимать высокое положение, но
    биография должна быть описана четко и ясно.
    Вот жил Александр Филиппович Македонский в Македо­

    нии в городе Пелла, и был он по должности царем. Должность
    эта оплачивал ась не очень богато, поскольку Македония бьша
    страна не очень большая, но все-таки дворец у него бьш. Конь у
    него бьш самый лучший, Буцефал. Две собаки у него были пре­

    красные

    -

    Геро и Алло; их выпускали на медведя, и собака одна

    брала медведя. Могучие собаки.

    Мраморный бюст Aлelccандра BeJlUIOOZO

    Друзей у него было много, и хорошие друзья, а приближен­
    Hыe царя назывались «товарищи»

    Парменион или товарищ Филота
    сокая должность

    -

    -

    гетеры; например, товарищ

    гетеры. Это бьша очень вы­

    «товарищ», И их бьшо немного, но опять-таки

    для охоты и для всякого рода веселого времяпрепровождения

    хватало. Развлечения у царя тоже бьши в избытке, потому что в
    македонянках, гречанках и ливийках недостатка не ощущал ось.

    50

    Для интеллекта у него был такой собеседник, какого не
    имел никто другой в мире,

    -

    Аристотель. Его наняли, и он был

    учителем царя, а такого даже английская королева Виктория не
    могла позволить для своего сына Георга.
    Спрашивается: и чего ради Александр Филиппович пошел
    сначала на Грецию, потом на Персию, потом на Среднюю Азию,

    а потом на Индию? Чего ему не хватало? Обычно говорят, что
    на Александра Македонского оказал влияние греческий торго­

    вый капитал. И хотя капитала тогда не было, но действительно
    были торговые круги Греции, которые стремились захватить

    персидские рынки. В Греции бьmо довольно большое количе­

    ство людей, умевших торговать. (Греки и до сих пор здорово
    торгуют.) Жили они в Афинах и в Коринфе, но ведь Афины и

    Коринф выступали против Александра Македонского, а не за
    него. Ему пришлось взять Фивы, принудить К капитуляции Афи­

    ны, для того чтобы обеспечить свой поход, то есть как раз эти
    заинтересованные якобы круги купеческого капитала были
    против войны с ПерсиеЙ. И действительно, зачем им было вое­
    вать с Персией, когда они могли совершенно спокойно с ней

    торговать. Завоевывать ее было не надо.
    Может быть, македоняне хотели сами невероятно разбо­
    гатеть? Но как раз все источники, все сообщения о личности

    Александра говорят, что только его личное обаяние заставило
    македонских крестьян подняться из своих деревень и отпра­
    виться в поход против персов, которые, между прочим, маке­
    донянам ничего плохого не сделали, и никакого ожесточения

    против персов у них не бьmо.
    Так как македонян для похода не хватало, Александру при­
    шлось привлечь греков, но для того, чтобы иметь возможность
    навербовать там воинов, надо было завоевать Грецию. Вот ка­
    ков был обходной путь. Александр взял Фивы, в то время самый

    укрепленный, самый стойкий из городов. Перебили в Фивах
    почти все население, мужчин во всяком случае, женщин и де­

    тей продали в рабство и сохранили только один дом поэта Пин­
    дара, потому что Александр бьm человек культурный, интелли­
    гентный и дом оставил как памятник, а все прочие были сров­
    нены с землей. Для чего? Для того, чтобы напасть на ничего не
    подозревавших и ничего ему не сделавших персов.

    Но даже когда македоняне захватили Малую Азию и разо­

    рили там такие города, как Эфес, Галикарнас, сопротивлявшие­
    ся до последней стрелы, они уничтожали там не персидские
    гарнизоны, а греческих наемников, которые сражались за пер­

    сидского царя, против македонского захватчика.

    51

    Довольно странная, казалось бы, война. Самое главное, что
    она никакого смысла для Македонии, да и для Греции, не име­

    ла. Тем не менее, захватив побережье Малой Азии, что могло
    быть объяснено, допустим, стратегическими целями, стремле­
    нием расшириться немножко, создать места для колонизации,

    Александр отправился в Сирию.
    При Иссе он разгромил войско Дария, который бежал, а его
    жена и дочка попали в плен. Александр по-рыцарски обошелся с

    этими дамами. На дочке женился (хотя у него уже бьmа жена, он
    взял другую) и пошел завоевывать дальше Палестину и Египет.

    Битва при Иссе. Мозаика, найденная в Помпее

    И тут пришлось ему взять Тир, который согласился подчи­
    HиTьcя' но отказался впустить македонский гарнизон. Казалось

    бы, изолированный город на острове, никакой опасности не
    представляющий, юридически подчиняющийся, может остать­

    ся без внимания армии, которая ставит себе совершенно иные
    цели. «Нет,

    -

    сказал Александр,

    -

    взять Тир!,) Тир пал впервые за

    всю свою историю, ни одного живого тирянина-финикийца не
    осталось. Масса македонян погибла, потребовалось подкреп­
    ление из Македонии и Греции. Набор за набором вытягивали
    оттуда людей.

    Заняли Египет. Ну, казалось бы, хорошо, чего больше? За­
    ложили Александрию

    -

    прекрасно! Дарий предлагает мир и

    уступает все земли к западу от Евфрата. Парменион говорит:

    «Если бы я бьm Александром, я бы на это согласился,). Александр
    отвечает: «И я бы на это согласился, если бы бьm Парменионом.
    Вперед, на восток!,)

    52

    Все в ужасе и удивлении. Неизвестно зачем идут на восток,

    разбивают персидскую армию на широкой равнине Гавгамел

    между Тигром и Евфратом, вторгаются в Персию через прохо­
    ды, теряя людей, потому что персы сопротивлялись отчаянно,

    но их просто мало бьmо. Берут город Персеполь, по-персид­
    ски называемый Истахр, устраивают по этому поводу большой
    банкет и спьяну поджигают великолепный дворец персидско­
    го царя

    -

    дивное произведение искусства. Вот и весь смысл

    похода. Александр объясняет это тем, что когда-то давно, во
    время греко-персидских войн, персы сожгли афинский Акро­
    поль; так вот он им отплатил. Но и афиняне за это время успели
    отстроить Акрополь

    из деревянного сделали мраморный, и

    -

    персы уже забьmи про тот поход, в котором они бьmи разбиты
    и принуждены отступить. Для чего все это?

    Об этом и современники не раз спрашивали Александра.
    ОН говорил: «Нет, нет, с Персией надо покончитЬ». «Ну ладно,
    думают,

    -

    -

    может быть, действительно царь такой умный, что он

    хочет покончить с врагами, а то те на нас напаДУТ'>. И идет на­

    ступление через восточные пустыни Ирана. Жара, жажда мучит,
    духота, пыль, всадники наскакивают внезапно, стреляют из
    длинных луков, а македоняне за ними угнаться не могут, пада­

    ют, отбиваются.

    В общем, Дария

    III

    убили собственные люди, македоняне

    поймали убийцу, распяли его на кресте. Ну успокойся на этом.
    «Нет,

    -

    говорит,

    -

    за рекой ОКСУС лежит Согдиана (то есть Сред­

    няя Азия). Мы должны взять все эти города,>.
    Ему говорят: «Александр, побойся бога,>.

    яться бога?

    -

    что мой отец

    говорит.

    -

    -

    -

    «А как я могу бо­

    Когда я был в Египте, мне объяснили,

    это бог Зевс,>. «Брось,

    -

    говорят,

    -

    царь, да ведь я

    сам стоял на часах, когда твой отец Филипп ходил к твоей ма­
    тери. Какой у тебя отец Зевс? Что ты на мать клевещешь?,>
    говорит,

    -

    -

    «А,

    -

    не признаете! Ну я вам покажу. Вперед!,>

    Один за другим падают среднеазиатские города. Сопро­
    тивлялись они отчаянно, так, как не сопротивлялся Запад, так,
    как не могли сопротивляться персы. Самарканд, например,

    отпраздновал свой юбилей, юбилей вы думаете чего?

    -

    разру­

    шения его македонскими войсками?! И македоняне двигаются
    дальше, беспощадно расправляясь с местным населением.
    Доходят до Сырдарьи. Неукротимые отступившие персы и
    согдийцы уходят за Сырдарью и начинают вести партизанскую

    войну. Со степной партизанской войной македоняне не могут
    справиться и решают захватить горные районы современного

    Афганистана

    - Бактрии, а там горы высокие, крутые, отвесные,
    53

    на высоте стоят замки, к которым Beдyr тропинки, вырублен­

    ные в скале так, что может пройти только один человек Сколь­
    ко бы человек по этой тропинке ни пускали, один, стоящий у

    ворот, их всех убьет. То есть замки фактически неприступны.
    Пища впрок заготовлена, дожди там идуг часто, так что в боль­

    шие бассейны, в цистерны собирают воду. А осаждающим в
    ущельях есть нечего.

    Александр приказал взять замки, но как? Нашли выход. Пой­
    мали красавицу Раушанак

    -

    в переводе «Блистательная», но всем

    она известна как Роксана, и Александр на ней женился, а замки
    обложил, не давая людям оттуда выйти; а им тоже сидеть в оса­
    де неохота. Сказали: «Ах, он женился на нашей княжне, а пер­
    вых жен в сторону. Если так, тогда он наш родственник, тогда

    мы согласимся ему подчиняться, только чтобы он к нам в зам­
    'ки не ходил » . Ну, тут он согласился, потому что ему предложи­

    ли завоевать Индию.

    Там шла междоусобная война, он помог слабейшему, по­
    бедил сильного, разгромил его пехоту и боевых слонов. Поте­

    ри были большие, НО.\ЛОНОВ македоняне сумели обезвредить
    следующим образом: десяток наиболее храбрых юношей с тя­
    желыми ножами бегут на слона и пробегают между его ног;
    слон их давит и хоботом ловит, но из десяти один успевает
    добежать до задних ног и перерезать поджилки. Все! Со сло­
    ном кончено. Довольно невыгодный способ войны, но тем не

    менее победа была одержана, и Александр пошел дальше, в
    Бенгалию .

    В Бенгалии подняли шум индусы, что идет какой-то страш­
    ный завоеватель, который все уничтожает. Брамины объявили
    священную войну, в джунглях забили барабаны, и македонский
    лагерь оказался окруженным. Тут солдаты заорали: «Царь! Куда
    ты нас ведешь? Что нам сделали эти индусы? Зачем они нам?
    Мы ничего от них не хотим, мы даже добычу, которую берем в
    этих отдаленных странах, не можем отправить по почте домой,
    потому что посьmки KPaдyr интенданты по пути. Эта война нам

    совершенно не нужна, веди нас назад. Царь, мы тебя любим, но
    хватит!»

    Александр долго их уговаривал, но потом принужден бьm
    смириться перед волей всего войска, причем ни одного чело­

    века не бьuIO, который бы поддержал своего горячо любимого
    царя. Гетеры

    -

    его товарищи

    -

    бьmи отнюдь не подхалимы. Они

    резали ему правду в лицо и говорили: «Незачем идти, гибель

    будет», указывали на превосходящие силы противника и, самое
    главное, на бессмысленность войны. С огромными потерями

    54

    при отступлении вдоль Инда, когда пришлось брать каждый

    город, пробилась македонская армия к устью Инда, раненых и
    больных положили на корабли и отправили через Персидский
    залив. По дороге они массами умирали от жары и от безводья.
    Здоровые пошли через Керманскую пустыню; кое- кто дошел до
    Месопотамии.

    Царя пришлось везти, потому что в одном городе, назва­
    ние которого не сохранилось, он про извел следующий экс­

    перимент (расскажу, поскольку это для нас важно). Город от­
    казался открыть ворота македонянам и сдаться. Тогда подтя­
    нули лестницы и поставили их к стенам, чтобы штурмовать

    город. Но лестницы оказались коротки, только одна была
    длинная. царь первый полез по этой длинной лестнице, вско­
    чил на стену. За ним лезут воины. Успели за ним вскочить еще
    четыре человека, но лестница подломилась, и все воины упа­

    ли. Ничего особенного

    -

    высота была не такая большая, но

    царь-то оказался на стене вражеского города один, и в него

    стреляют. Он посмотрел, увидел какой-то дворик внизу и
    спрыгнул в него; за ним спрыгнули один сотник и два его ге­

    тера

    -

    Птолемей и Селевк

    -

    и еще четвертый, но четвертого

    сразу убили.
    Тут воины вдруг увидели, что этот самый царь, который их
    завел в Индию, который заставлял их терпеть невероятные ли­

    шeHия' подвергал их смертельным опасностям без всякой
    пользы, сам в опасности. Возник порыв! Македоняне вырвали
    какие-то деревья, какие-то палки связали. Полезли на стену.

    Влезли и смотрят

    -

    царя уже ранили метательными камнями.

    Он лежит почти без чувств, Селевк и Птолемей держат над ним
    щиты и своими короткими мечами отбивают индусов, а четвер­
    тый, сотник, лежит вниз лицом уже убитый. «Ах так, царь в опас­

    ности

    -

    ребята, бей!·) От города даже имени не осталось! Но

    Александр не мог оправиться от этой раны; она его мучила до
    конца дней. Вернулся он почему-то в Вавилон, который бьm уже
    заброшенным городом, но с историческими традициями, не­
    удобный I~aK столица, но шикарный. Александр объявил его сто­
    лицей своей империи и вскоре умер.

    А теперь попробуем разобраться, чего ему, Александру,

    было надо. Это вопрос, с которого я сам начал свое исследова­
    ние. Александр говорил, а Арриан записал, что нужна бьmа ему
    слава, что он хотел так прославиться и прославить свой народ,

    чтобы о нем говорили потомки в веках и по всему миру. И этой
    цели он достиг.

    Но вот вопрос а что такое слава? «Ни съесть, ни выпить, ни

    55

    поцеловатЬ».Для чего она? Она ничего не обеспечивает, ни сво­
    ей жизни, ни богатства, ни потомства. для нее Александр умер
    в

    33 года от истощения, возможно даже от яда, оставив потом­

    ство, обреченное на гибель, потому что его детей прикончили
    его полководцы, разделившие доставшееся им наследие. И не­

    счастных жен его убили. Для чего он все это делал?
    После смерти Александра схватились между собой его пол­
    ководцы-диадохи

    -

    это была страшная война. И империя раз­

    валилась. Казалось бы, он не достиг ничего. Но имя его мы зна­
    ем, биография его сохранилась. А он этого и хотел. Чего? Ил­
    люзии! Может быть, богатства? Александр щедро раздавал

    богатства. Нет, он не хотел богатства для себя.
    А те люди, которым он раздавал награбленное золото, вер­
    нувшись домой, что с этим золотом делали? Да пропивали! Ведь
    это же солдаты, уставшие после походов, им незачем бьmо ко­

    пить

    -

    завтра опять позовут их в бой, зачем собирать имуще­

    ство? И они бросали непропитое золото, раздавали его своим
    подружкам и шли воевать снова, причем на этот раз они уже

    воевали друг против друга

    -

    одни за Антигона, другие за Селев­

    ка, третьи за Птолемея, четвертые за Пердикку и т. д., И никаких
    лозунгов им не выкидывалось, а просто говорилось: <.Братцы,

    наших бьют·>. И этого было достаточно.
    Значит, Александр стремился к иллюзии. Но, может быть,
    это исключительный случай? Давайте присмотримся, может

    быть, речь идет о каком-то фантастическом, сумасшедшем царе,
    который использовал свое служебное положение во зло свое­
    му народу и всем окружающим? Возьмем кого-нибудь другого,

    биография которого тоже хорошо известна (лучше известны,
    между прочим, биографии людей древности, чем средневеко­
    вья).

    Вот Рим, выигравший только что страшную Пуническую

    войну, победивший Карфаген, захвативший всю Италию. Бо­
    гаТJ>IЙ город, растущий, с дворцами, с веселыми площадями,
    где шутили мимы, где показывали забавные фокусы, с театра­
    ми, где великолепные актеры надевали маски, а актрисы пля­

    сали на канатах цирка ... Жил в этом городе аристократ Луций
    Корнелий Сулла. Все у него бьmо, и сам он был человек веселый

    и остроумный, и храбрый, и красивый. И приятели у него бьmи,
    и еще больше приятельниц, но жизнь ему бьmа не в сладость,
    потому что Рим вел войну с нумидийским царем Югуртой где­

    то далеко в Африке и победы одерживал там народный трибун
    КайМарий.

    56

    Марий был человек коренастый, рыжеватый, с широким

    лицом, грубый, отнюдь не остроумный, но очень умный, пре­
    красный организатор, великолепный вождь; связан он был со
    всадниками, то есть с богатыми людьми Рима, которые давали
    ему деньги под эти военные операции, а он возвращал их с

    процентами, грабя побежденных, и себе оставлял достаточно.
    Марий считался первым полководцем и умнейшим человеком
    в Риме.

    И Суллу заело

    -

    почему Марий, а не я? И вот что он сделал:

    попросился к Марию офицером. Ну, это можно было устроить,
    и ему устроили (связи у него в Сенате были большие), послали
    его. Марий ему говорит: «Пожалуйста, останьтесь при штабе,

    Луций Корнелий·>. А тот говорит: <·Нет, а мне бы на передовую·>.

    -

    «Странно, но если хотите, то поезжайте·).

    Поехал и совершил чудеса храбрости: в атаке своей рим­
    ской конницей опрокинул нумидийскую конницу. Причем, от­
    куда он достал римлян, которые так хорошо умели ездить вер­

    хом, не знаю, никто не объясняет. Но он как-то сумел воодуше­
    вить свою конницу настолько, что она сломила свирепых

    берберов

    -

    предков нынешних алжирцев. Юrypта бежал в Ма­

    рокко к мавританскому царю Бокху. Сулла отправился туда как
    парламентер и потребовал выдачи Юrypты, пригрозил Бокху,
    так сумел его запугать, что ему выдали гостя в цепях, что для

    Востока считал ось самым страшным и позорным. Он привез
    несчастного Юrypту в Рим. Запихали его в подземную темницу,
    заткнули камнем, и до сих пор Юrypта там.

    Какая выгода была от этого Сулле? Деньги? Нет. Деньги по­
    лучил Марий. Весь поход он собирал контрибуции с населе­
    ния, страшно грабил всех, все деньги попадали к нему, он их и
    распределял. Сулла ничего не получил, только какие-то на­

    градные, мелочь, которые в его бюджете ничего не значили.
    Но он получил возможность ходить по Форуму в толпе и го­
    ворить: «Нет, все-таки Марий дурак, а герой-то я·>. И больше
    ничего!
    Ну, некоторые подпевали: <·Да Сулла-то наш

    А некоторые говорили: <.Да ну его

    -

    -

    молодец!·>

    хвастунишка. Вот Марий!·>

    И Суллу это злило еще больше. Поэтому когда кимвры и тевто­
    ны (кимвры

    -

    это галлы, кельты, а тевтоны

    -

    германцы) пере­

    шли через проходы в Альпах, ворвались в Северную Италию,
    чтобы уничтожить Рим, и против них были брошены все римс­
    кие войска, то Сулла попросился опять. Ему сказали: «Ну, ладно,
    раз ты такой смелый

    -

    давай!.> Он отправился, вызвал вождя

    кимвров на поединок и перед войском его заколол. Отчаянный

    57

    жест! После этого римляне одержали победу. Сулла явился и го­
    ворит: «Ну что, видели? Ну что ваш Марий? Мешок он на нож­
    ках, а вот я!!!» И никакой друтой выгоды от этого не имел.

    Мраморный бюст Сул.лы

    После этого случилось для римлян несчастье. Надо сказать,
    что они вели себя в завоеванных странах по-хамски, обдирали
    население, как могли, и поэтому никакой популярности у них

    не бьmо. И когда царь понтийский Митридат выступил против
    Рима как освободитель Востока, то ему удалось перебить огром­
    ное количество римлян, рассеянных в Малой Азии и в Греции.

    Война эта бьmа, с нашей точки зрения, странная. Понтий­
    ское царство включало в себя: восточную часть южного берега

    Крыма, примерно от Феодосии до Керчи, Таманский полуост­
    ров и узкую полоску южного берега Черного моря, там, где Тра­
    пезунд и Синоп, между горами и морем. И вот это царство выс­

    тупило воевать против всей Римской республики, которая уже
    включала в себя кроме Италии, Греции и Северной Африки Ис­
    панию и часть Галлии

    -

    Южную Францию. Казалось бы, война

    неравная, но тем не менее Митридат имел огромные успехи.

    Сулла потребовал, чтобы его послали на эту войну, и его
    бьmо назначили полководцем, но тут Сенат сказал: «Хватит, дай
    поработать и друтим». И назначили кого-то друтого

    -

    ставлен­

    ника Мария. Сулла обиделся, вернулся в свой лагерь, к солда­
    там, которых он хотел вести воевать, и обратился к своему ле­

    гиону, объявив: «Солдаты! Нас отставили от похода». Те в ответ:
    «Как? Что? Ах, как досадно! Вот мы думали сходить на войну».

    58

    (Тогда к войне бьmо совсем иное отношение, чем сейчас, тогда

    люди хотели попасть на войну, а не бежали от нее.) Сулла говорит:
    <,Что? И вы так разговариваете, квириты (то есть граждане­

    этим он их страшно оскорбил, он должен был их назвать ми­
    литес

    -

    воины»>. Те: <,Почему ты смеещь нас так называть?» <,По­

    тому, что вы дерьмо,

    -

    сказал им Сулла,

    -

    сидят там старые иди-

    0Tы В Сенате, под дудку Мария принимают решения, а мы что,

    терпеть будем?» Те сказали: <,Нет, не будем терпеть. Веди!» И Сул­
    ла скомандовал им: <,В поход! В ряды! Шагом марш на Рим».

    Рим бьm довольно далеко. Там узнали, что Сулла идет наво­
    дить порядки со своим легионом. Рим огородился баррикада­
    ми. Подошли к баррикадам вечером. Сулла приказал зажечь
    факелы, снял шлем, чтобы было видно, что он идет впереди

    штурмовать свой родной город. Сломал баррикады, не боясь
    ничего, вошел в Сенат, потребовал, чтобы собрались сенаторы
    и изменили свое решение и его, Суллу, послали бы на Восток
    воевать против Митридата и его войска.

    Сенат послал Суллу, и он действительно победил Митри­
    дата, разрушил Коринф, захватил Афины, уничтожил массу
    культурных ценностей, а Марий за это время про извел государ­

    ственный переворот, взял власть в свои руки и стал истреблять
    всех знакомых Суллы. А так как людей у Мария не хватало, то он

    вооружил и собственных рабов, дал им в руки оружие и велел
    им бить своих противников

    -

    свободных рабовладельцев. Рабы

    рады! Они как поймают кого, так засекают розгами до смерти

    -

    и сенаторов, и всех, кто голосовал за Суллу.
    А Сулла бьm связан

    -

    он воюет, ему вернуться нельзя. Но

    когда Сулла победил, он вернулся обратно в Италию, перепльm
    через Адриатическое море и начал войну против марианцев со

    своими легионерами

    -

    ветеранами, боевыми товарищами. Он

    победил Мария, Марий убежал и погиб где-то в Африке, за раз­
    валинами Карфагена. И тогда Сулла сказал: <,Нет! Такого безоб­
    разия, как Марий, я не допущу. Я знаю, кого надо убивать. Вот
    списки людей, которых надо убить,
    можно, а всех прочих

    -

    -

    проскрипции; вот этих

    нельзя». Но в проскрипциях было

    Столько людей, что хватило надолго. Перебили. Сулла был
    объявлен пожизненным диктатором Рима. Некоторое время
    побьm им, и любопытно, чем он кончил? Он сказал: <,Теперь по­
    рядок наведен, мне надоело вами управлять, я пойду домой.

    Возвращаю власть Сенату, восстанавливаю Республику». Сложил
    с себя власть и пошел домой пешком. Какой-то молодой хам
    стал его страшно поносить. Сулла только посмотрел на него и
    говорит: <,Знаешь, из-за таких, как ты, следующий диктатор уже

    59

    не снимет с себя власть->. И ушел домой, где довольно быстро
    умер.

    Тот же самый вопрос: для чего он все это затевал? Чего ему

    надо было? Он объяснил это сам, и Плутарх записал: зависть у
    него бьmа сначала к Марию, а потом, во время Восточного по­

    хода, к Александру Македонскому. Он хотел превзойти Алексан­
    дра Македонского. Это, конечно, бьmо невозможно, но, во вся­
    ком случае, желание такое у него бьmо, и ради этого он пожерт­
    вовал и Афинами, и Пергамом, и жизнью многих греков, и
    своими друзьями, и своими легионерами, и всем на свете по­

    жертвовал бы.
    А потом, когда он удовлетворил свое желание и решил, что

    о нем уже не забудут (и ведь действительно не забьmи, помним),
    он пошел домой. И там тихо и спокойно развлекался, как вся­

    кий богатый римлянин: вино пил, принимал у себя гостей, сам
    ходил в гости. И вскоре умер, потому что заразился на Востоке

    очень тяжелой инфекционной болезнью. Он даже жизнью по­
    жертвовал для удовлетворения ... чего? Своей прихоти? Но ведь
    из-за этого какие события про изошли

    -

    грандиозные!

    я бегло описал две биографии людей, так сказать высоко­
    поставленных. Это вовсе не значит, что люди этого типа и это­
    го склада обязательно должны занимать высокое положение,

    просто о них сохранились сведения в истории. Забыто о массе
    других, которые поддерживали Александра или мешали ему,
    которые поддерживали Суллу или Мария. И которые тоже де­
    лали это вопреки своим интересам, потому что всегда можно

    было легко отстраниться от политики, не делать вовсе ничего,
    а сидеть дома, гонять свиней в дубравах, возделывать поле, смот­

    реть с собственной милой женой на закат, нянчить ребятишек
    Такого человека никто бы не трогал. Но почему-то появлялись

    люди, которые требовали для себя чего-то большего. Они-то и
    производили шум В истории.

    ИМПУЛЬС ОДИН

    о
    - ЦЕЛИ

    РАЗЛИЧНЫ

    И если мы обратимся к более поздним временам, увидим
    то же самое. Вот, например, завоевание Испанией Америки. Кто
    шел в конкистадоры, кто ехал после Колумба за море с Корте­
    сом, Писарро, Кесадой, Карвахалем, Вальдивией в страшные

    американские джунгли Юкатана, в благословенное Чили, где

    60

    арауканы победюIИ испанцев и сохранили свою независимость
    до освобождения Америки и до создания Чилийской респуб­
    лики. Самое опасное место было в Чили. Индейские женщины
    очень красивы, и поэтому испанцы, которые воевали против

    арауканов

    -

    насельников Южного Чили, женились на местных

    женщинах.

    Но зачем они туда пошли? Я посмотрел статистику. Стати­

    - другой
    85% приезжавших испанцев уми­

    стика эта, правда, касается не Америки, а Филиппин

    испанской колонии. Так вот:
    рало в первый же год

    -

    от болезней, от недоедания, некоторых

    убивали в стычках с туземцами, некоторых

    -

    в скандалах с на­

    чальством, потому что в этих отдаленных местах произвол на­

    чaльcTBa был невероятный и любой неугодный человек мог
    быть осужден за что угодно и казнен.

    В общем,

    85% шли на смерть, а из тех 15%, которые возвра­
    14% бьmи безнадежно больны, потому что

    щались, вероятно,

    настолько переутомлялись, что уже любой грипп мог человека

    свалить и дать хроническую болезнь.
    Да, золото они при возили, но это золото им было не на что

    тратить, ибо золота стало столько, что в Испании дико вскочи­
    ли цены и на вино, и на оливки, и на хлеб, и на ткани ... То есть
    выгоды от этих походов не было. Но была алчность. Алчность
    их точила

    -

    получить золото, которое само по себе и не нужно,

    но важно как знак твоих подвигов, как знак свершения.

    Бывало и по-другому. В свое время меня, например, очень

    удивили описания путешествий Орельяны

    -

    это испанский ка­

    питан, открывший Амазонку. Они воевали там с индейцами в

    районе современного Эквадора, на склонах Анд. Орельяна спу­
    стился на восток, увидел, что текут большие реки, и, решив уз­
    нать, куда эти реки текут, увлек за собой свой отряд. Пищи по­
    чти не было, снабжение там было очень плохое, а переходы
    длинные. Индейцы, из которых они делали носильщиков, от

    непосильного труда умирали в большом количестве. Но тем не
    менее Орельяна увлек весь свой отряд, в котором были и ин­
    теллигентные люди, которые оставили записи, например капел­

    лан отряда Гаспар де Карвахаль. Он вел дневник, и это было его
    главное занятие. Сейчас этот дневник опубликован.

    Они спустились по Амазонке, причем им встречались там
    разного рода индейские деревни. По рассказам Карвахаля, это

    были большие поселения, не такие, как сейчас, а гораздо боль­
    ше, но там жили самые примитивные индейцы, у которых ни­

    какого золота не было. Откуда в Амазонии золото?! «Так мы,
    писал этот падре,

    -

    -

    мы золото-то особенно и не искали, мы

    61

    искали, что покушать; голодные пльmи на лодках и на плотах

    по реке, самой большой и многоводной в мире». И наконец вы­
    пльmи

    -

    больные, усталые, замученные, напуганные страшны­

    ми аллигаторами, огромными анакондами, которые заглатыва­

    ют и больших аллигаторов, а уж человека большой анаконде

    ничего не стоит проглотить. В общем, выпльmи в море, добра­
    лись до испанских колоний на острове Кубагуа, к поселку Но­
    вый Кадис и отдохнули.

    Орельяне дали титул маркиза за открытие этой огромной
    реки, дали наградные, потому что у него никаких своих богатств
    не было. Что же сделал Орельяна после этого? На полученные
    деньги снарядил новую экспедицию и отправился снова на

    Амазонку. Но уже не вернулся. Зачем?
    Обратим внимание на то, как проявляют себя такого типа

    люди в зависимости от тех целей, к которым они стремятся.
    Ведь не все они хотят лидерствовать и быть вождями. Вот Нью­
    тон. Он потратил свою жизнь на решение двух кардинальных

    научных проблем

    -

    создание механики и толкование Апока­

    липсиса, только это его и интересовало. Жены не завел, богат­
    ства не накопил, ничем не интересовался, кроме своих идей,

    жил дома с экономкой и работал. И когда король Англии Карл

    II

    сделал его пэром, он, как добросовестный человек, ходил в пар­

    ламент и высиживал там все заседания (я бы на его месте этого
    не делал), но за все это время он сказал там только два слова:

    «Закройте форточку». Все остальное его не интересовало.
    Вот пример человека, который отнюдь не стремился к ли­
    дерству, но вместе с тем он вел полемику, спорил, доказывал

    свою правоту. Он был искренний протестант и враг католиков,
    то есть у него были все человеческие качества, но целью его
    жизни была жажда знаний, которую мы можем назвать моду­

    сом алчности. Скупой рыцарь собирал деньги, а Ньютон соби­
    рал знания: тот и другой были алчными, но не тщеславными.
    И наоборот, мы можем найти сколько угодно актеров, ко­
    торые безумно тщеславны, или поэтов, которые ради своей по­
    пулярности готовы пожертвовать всем, чем угодно. Немножко
    изменяя своему хронологическому принципу, приведу вполне

    известный пример: Иван Сергеевич Тургенев. Сначала он пи­
    сал небольшие жеманные рассказы, которые в 40-х

    -

    начале

    50-х годов имели большой успех, а когда люди увлеклись об­
    щественными темами, он почувствовал, что интерес к нему сла­

    беет. Тогда он решил овладеть умами молодежи и бахнул «Руди­
    на», потом «Накануне», потом «Отцы И дети» и пошел. Романы

    были так себе, но дело не в этом, а в том, что модусом его

    62

    страстности было тщеславие, и он пожертвовал, вообще гово­

    ря, всеми своими человеческими способностями для того, что­
    бы добиться окончательного и бесспорного успеха у молоде­
    жи, которая была законодателем вкусов и мод. Кончилось это
    для него печально.

    После Пушкинского юбилея

    1880 г., когда лавры кумира чи­

    тающей русской публики неожиданно для Тургенева перешли
    к Федору Михайловичу Достоевскому, в письме к В. Н. Боткину
    он написал, что вот ему не везет, денег из имения поступает

    мало, Виардо ему изменяет, публика его не понимает и не при­
    нимает (а она действительно его не приняла после Базарова),

    и он едет в имение, чтобы навсегда оставить мечту
    самое важное

    -

    ('0

    -

    дальше

    счастье, под которым я понимаю легкое рас­

    положение духа, проистекающее из сознания удовлетворитель­

    ного течения дел». Типичная психология человека тщеславно­
    го. Ему надо, чтобы его хвалили.
    История зафиксировала и крайне экстремальные случаи

    поведения людей, когда они до такой степени влюбляются в
    свой идеал, что жертвуют ради него жизнью, а это совсем неце­

    лесообразно с нормальной точки зрения. Жанна д'Арк была
    девушкой очень впечатлительной и очень патриотической.

    Несмотря на то что она по-французски плохо говорила, она
    решила спасти Францию, и, как известно, она ее спасла. Но все­
    таки после того, как она освободила Орлеан и короновала Кар­

    ла в Реймсе, превратив его из дофина в законного короля, она
    попросила, чтобы ее отпустили. Она не стремилась к тому, что­
    бы занять место при дворе. Ее не отпустили, и дальнейшая ее
    судьба бьmа печальна.

    Жанна д'

    AJnC. Деталь

    памятника в орлеане

    63

    я попытался показать, что есть люди, которые стремятся в

    большей или меньшей степени к идеальным

    иллюзор­

    н ы м целям. Мнение, что все люди стремятся исключительно к
    личной выгоде и что если они рискуют жизнью, Td только ради

    получения денег или прочной материальной выгоды,

    -

    это

    мнение не Маркса с Энгельсом, а барона Гольбаха, француз­
    ского материалиста XVIII в., который считается вульгарным ма­

    териалистом и никакого отношения к марксизму не имеет. Это
    тот материализм, который Марксом и Энгельсом преодолен.
    А если так, то мы можем совершенно спокойно поставить
    вопрос о том, как же понять это самое «что-то»

    -

    качество, тол­

    кающее людей на следование иллюзорным, а не реальным це­
    лям. Что это за страсть, которая иногда оказывается сильнее

    самого инстинкта самосохранения. От слова «страсть» (латин­
    ское

    «passio·») я это качество и
    - nассионарuями.

    назвал пассионарностью, а его

    носителей

    о
    СТЕПЕНИ ПАССИОНАРНОСТИ
    Несомненно, что подавляющее число поступков, соверша­
    емых людьми, диктуется инстинктом самосохранения, либо

    личного, либо видового. Последнее проявляется в стремлении
    к размножению и воспитанию потометва.

    Однако пассионарность имеет обратный вектор, ибо зас­
    тавляет людей жертвовать собой и своим потомством, которое
    либо не рождается, либо находится в полном пренебрежении
    ради иллюзорных вожделений: честолюбия, тщеславия, гордо­
    сти, алчности, ревности и прочих страстей. Следовательно, мы
    можем рассматривать пассионарность как антиинстинкт, или

    инстинкт с обратным знаком.
    Как инстинктивные, так и пассионарные импульсы регу­

    лируются в эмоциональной сфере. Но ведь психическая дея­
    тельность охватывает и сознание. Значит, нам следует отыскать

    в области сознания такое деление импульсов, которое можно
    было бы сопоставить с описанным выше. Иными словами, все
    импульсы должны быть разбиты на два разряда: а) импульсы,
    направленные к сохранению жизни, и б) импульсы, направлен­
    ные к при несению жизни в жертву идеалу

    -

    далекому прогно­

    зу, часто иллюзорному.

    Для удобства отсчета обозначим импульсы «жизнеутверж­
    дающие·) знаком плюс, а импульсы «жертвенные·), естественно,

    64

    знаком минус. Тогда эти параметры можно развернуть в плос­
    костную проекцию, похожую на привычную систему Декарто­
    вых координат, причем отметим, что «положительные»
    не значит ~хорошие»

    -

    это

    или «полезные», а «отрицательные»

    «плохие», ведь в физике катионы и анионы, а в химии

    -

    -

    кисло­

    ты и щелочи качественных оценок не имеют.

    Вообще надо отметить, что только в общественной форме
    движения материи есть смысл противопоставлять прогресс

    застою и регрессу. Поиски осмысленной цели в дискретных

    процессах природы

    -

    неуместная телеология. Как горообразо­

    вание в геологии ничем не «лучше» денудации или зачатие и
    рождение

    -

    такие же акты жизни организма, как смерть, так и в

    этнических процессах отсутствует критерий «лучшего». Одна­
    ко это не значит, что в этногенезе нет системы движения и даже

    развития, это значит лишь, что нет «переда» И «зада». В любом
    колебательном движении есть только ритм и большая или мень­
    шая напряженность. Так условимся же о терминах.

    Положительным импульсом сознания будет только безу~
    держный эгоизм, требующий для осуществления себя как
    цели рассудка и воли. Под рассудком мы условимся понимать

    способность выбора реакции при условиях, допускающих
    это, а под волей

    -

    способность производить поступки соглас­

    но сделанному выбору. Следовательно, из этого разряда ис­
    ключаются все тактильные и рефлекторные действия особей,
    равно как и поступки, совершенные по принуждению других

    людей или достаточно весомых обстоятельств. Но ведь внут­
    реннее давление
    нарности

    -

    -

    императив либо инстинкта, либо пассио­

    также детерминирует поведение. Значит, и его

    надо исключить наряду с давлением этнического поля и тра­

    диций. Для «свободных» или «эгоистичных» импульсов оста­

    ется небольшая, но строго очерченная область, та, где чело­
    век несет за свои поступки моральную и юридическую ответ­
    ственность.

    Тут мы опять сталкиваемся с невозможностью дать дефи­
    ницию, практически ненужную. Коллективный опыт человече­
    ства четко отличает вынужденные поступки от преступлениЙ.

    Убийство при самозащите отличается от убийства с целью гра­
    бeжa или мести, обольщение

    -

    от изнасилования и т. д. В сере­

    дине прошлого века делались попытки отождествить такие по­

    ступки, но это бьmо беспочвенное резонерство. В наше время

    очевидно, что, сколь бы ни бьmа разумна забота человека о себе,
    она не дает ему основания сознательно нарушать права сосе­

    дей или коллектива.

    65

    Ratio + Voluntas

    Passio

    -----+1-----

    Instinctus

    Attractio
    ПCUXOJlOzuчеашя юuu:cuфиклцuя на уровне орzанизмов

    «Разумному эгоизму,) противосгоит группа импульсов с об­
    ратным вектором. Она всем хорошо извеСГН4, как, впрочем, и
    пассионарность, но таюке никогда не выделялась в единый раз­
    ряд. у всех людей имеется искреннее влечение к исгине (сгрем­
    ление сосгавить о предмете мекватное предсгавление), к кра­

    соте (тому, что нравится без предвзятости) и к справедливости
    (соответсгвие морали и этики). Это влечение сильно варьирует
    в силе импульса и всегда ограничивается постоянно дейсгвую­

    щим «разумным эгоизмом·), но В ряде случаев оказывается более

    мощным и приводит К гибели не менее неуклонно, чем пассио­
    нарность. В сфере сознания оно как бы является аналогом пас­
    сионарносги и, следовательно, имеет тот же знак Назовем его
    аmmра1Cmuвносmью (от латинского

    «attractio·) -

    влечение).

    Природа аттрактивности неясна, но соотношение ее с ин­
    стинктивными импульсами самосохранения и с пассионарно­

    стью такое же, как в лодке соотношение двигателя (мотора) и

    руля. Равным образом соотносится с ними <·разумныЙ эгоизм·)

    -

    антипод аттрактивности.

    поэтому мы можем положить выделенные нами разряды

    импульсов на оси координат: подсознание
    ние

    -

    -

    на абсциссу, созна­

    на ординату (см. рис.). Тогда мы получим психологическую

    классификацию, пригодную для решения нашей змачи.
    Но нужно ли такое сложное посгроение и для чего?

    о
    СООТНОШЕНИЕ РАЗРЯАОВ ИМПУЛЬСОВ
    в биологической природе инстинктивных импульсов мож­
    но не сомневаться. Как желание долго жить, так и тяга к воссоз­

    данию себя через потомство

    -

    биологический признак, свой­

    ственный человеку как виду. Но если так, то его величина (в
    смысле воздействия на поступки особи) должна быть стабиль­

    на. Это значит, что тяга человека к жизни у всех людей, живу­
    щих, живших и имеющих жить, в каждом отдельном случае одна

    66

    и та же. На первый взгляд это противоречит наблюдаемой дей­
    ствительности.

    В самом деле, есть сколько угодно людей, не ценящих жизнь

    настолько, что они идуг добровольно на войну; бывают случаи
    самоубийсгва; родители сплошь и рядом бросают детей на про­

    извол судьбы, а иной раз и убивают. И это наряду с дезертира­
    ми, уклоняющимися от войны; С теми, кто ради спасения жиз­

    ни терпит всевозможные оскорбления, унижения и даже раб­
    ское состояние; родителями, отдающими жизнь за детей, часто

    недостойных и неблагодарных. Огромный разброс данных!
    Не напоминает ли это мнение древних о том, что тяжелые

    тела падают быстрее легких? Только опыт Галилея доказал, что
    сила тяжести равно действует на пушинку и чугунное ядро, а
    разница в скорости падения зависит от постороннего явле­

    ния

    -

    сопротивления воздушной среды. То же самое имеет ме­

    сто в проблеме, занимающей наше внимание.

    На рисунке на той же линии лежит обратный импульс
    пассионарности. При алгебраическом сложении он погашает
    ту или иную часть положительной абсциссы, а иногда даже всю.
    Величина импульса <.р,) (пассионарного напряжения) может

    быть меньше импульса инстинкта (величина, которую удобно
    принять за единицу), равна ему и больше его. Только в после­
    днем случае мы называем человека пассионарием.

    При равенстве величин

    -

    идеально гармоническая лич­

    ность, что-то вроде Андрея Болконского. Я беру в качестве при­
    мера такого литературного героя, который все выполняет

    очень хорошо. Он и прекрасный полковник, и заботливый по­
    мещик, хранитель своей дворянской чести, верный муж своей

    первой жены, верный жених своей новой невесты. Абсолютно

    гармоническая личность, причем и работает он хорошо

    -

    не

    за страх, а за совесть, но ничего лишнего он не сделает; это вам

    не Наполеон, который так же, как и Александр Македонский,
    неизвестно для чего завоевывал страну за страной и даже та­
    кие страны, которые он явно не мог удержать, например Испа­
    нию или Россию.

    Наполеон бросал людей на смерть ради иллюзии, ради сла­
    вы Франции, как он говорил, а по существу

    -

    ради собственно­

    го властолюбия. Андрей Болконский ничего такого не сделает.

    Он хороший человек, у него все приведено в ажур, он делает
    только то, что надо, и делает хорошо; достойный уважения че­
    ловек

    Но есть еще и субnaссионарии, у которых пассионарность
    меньше, чем импульс инстинкта. для иллюстрации опять-таки

    67

    приведу литературные образы, всем хорошо известные,

    -

    это

    герои Чехова. У них как будто все хорошо, а чего-то все-таки не
    хватает: порядочный, образованный человек, учитель, но ... (·в
    футляре.); хороший врач, много работает, но ... (.Ионыч·). И са­
    мому ему скучно, чеховскому герою, и кругом него всем скуч­

    но. Все чеховские персонажи, или почти все, которых я по­

    мню,

    -

    это образы субпассионарные. У них тоже есть кое-ка­

    кие пассионарные замыслы. И такие герои мечтают... выиграть,
    например, у соседа партию в шахматы, это удовлетворяет их
    тщеславие.

    Наличие субпассионариев для этноса так же важно, как и
    наличие пассионариев, потому что они составляют известную

    часть этнической системы. Если их становится очень много, то
    они начинают резко тормозить своих духовных и политичес­

    ких вождей, твердя им: «Что вы, что вы, как бы чего не вышло·).
    С такими людьми совершенно невозможно предпринять ка­

    кую-нибудь крупную акцию. Об акции агрессивного характера
    здесь уже и говорить нечего, также и оборонительного; эти
    люди и защищать-то себя не могут.
    Впрочем, и субпассионарии

    -

    разные. Доза пассионарно­

    С'I:И может быть сголь мала, что не погашает даже самых про­
    стых инстинктов и рефлексов: вот, хочется человеку выпить, а

    у него только рубль, он бежит и скидывается «на троих·), чтобы
    только выпить, а этот рубль у него последний, и дадут-то ему
    выпить чуть-чуть, и, в общем, это его не удовлетворяет, но, по­
    скольку сложился привычный условный рефлекс, его тянет к
    выпивке, и он забывает обо всем. Таковы босяки из ранних рас­
    сказов А. М. Горького. Еще ниже

    -

    кретины и дегенераты.

    А если пассионарное напряжение выше инстинктивного?

    Тогда точка, обозначающая психологический статус особи,
    сместится на отрицательную ветвь абсциссы. Здесь будут нахо­
    диться конкистадоры и землепроходцы, поэты и ересиархи и,

    наконец, инициативные фигуры вроде Цезаря и Наполеона. Как
    правило, их очень немного, но их энергия позволЯет им разви­

    вать бешеную деятельность, фиксируемую везде, где есть исто­
    рическая литература

    -

    письменная или устная. Сравнительное

    изучение кучности событий дает первое приближение опре­
    деления величины naссионарного напряжения.

    ту же последовательность мы наблюдаем в сознательных
    импульсах, отложенных на ординате. (.РазумныЙ эгоизм·), то

    есть принцип «все для меня·), имеет в лимите стабильную вели­
    чину. Но он умеряется аттрактивностью, которая либо меньше
    единицы (за которую мы принимаем импульс себялюбия), либо

    68

    равна ей, либо больше ее. В последнем случае мы наблюдаем
    жертвенных ученых, художников, бросающих карьеру ради
    искусства, правдолюбцев, отстаивающих справедливость с рис­
    ком для жизни: короче говоря

    -

    тип Дон Кихота в разных кон­

    центрациях. Значит, реальное поведение особи, которое мы
    имеем возможность наблюдать, складывается из двух постоян­
    ных положительных величин (инстинктивность и <·разумныЙ
    эгоизм·» и двух переменных отрицательных (пассионарность

    и аттрактивность). Следовательно, только последние опреде­
    ляют наблюдаемое в действительности разнообразие поведен­

    ческих категорий (см. рис. на с. 66).

    о
    ЗАРАЗИТЕЛЬНОСТЬ ПАССИОНАРНОСТИ
    Кроме того, пассионарность имеет еще одно качество, ко­
    торое чрезвычайно важно. Она заразительна! Пассионарность

    ведет себя как электричество при индуцирован ии соседнего
    тела. Это еще Толстой отметил в <·ВоЙне и мире·>, что когда в
    цепи солдат кто-то крикнет <'ура!·>, то цепь бросается вперед, а
    когда крикнут «Отрезаны!.>, то все бегут назад. Я воевал и могу
    вам сказать, что во время боя никаких криков не слышно. И тем

    не менее наблюдение Толстого совершенно правильно. В чем
    же дело?
    Приведу простой пр и мер. Мы знаем, что есть полководцы
    очень опытные, очень стратегически подготовленные, но ко­

    торые совершенно не умеют увлечь солдат в битву. Я беру воен­

    ную историю, потому что это самая яркая иллюстрация. Там,
    где человек рискует жизнью, там все процессы обострены до
    предела, а нам надо понять крайности для того, чтобы потом
    вернуться к бытовым ситуациям. Вот был у нас генерал Барк­

    лай -де-Толли- Веймар, очень толковый, очень храбрый человек,
    очень умный, составивший план победы над Наполеоном. Все
    он умел делать. Единственное, чего не мог,

    -

    это заставить сол­

    дат и офицеров себя любить, за собой идти и слушаться себя.
    Поэтому пришлось заменить его Кутузовым, и Кутузов, взяв
    план Барклая-де-Толли и в точности его выполнив, сумел зас­
    тавить солдат идти и бить французов. поэтому совершенно

    правильно

    -

    у нас перед Казанским собором памятники этим

    двум полководцам стоят рядом. Они оба одинаково много вло­
    жили вдело спасения России в
    жил свой интеллект, а Кутузов

    1812 г., но Барклай-де-Толли вло­
    - свою пассионарность, которая
    69

    у него, бесспорно, бьmа. Он сумел как бы наэлектризовать сол­
    дат, он сумел вдохнуть в них тот самый дух непримиримосги к

    противнику; дух сгойкосги, который нужен любой армии.
    Этим качеством в огромной степени обладал А. В. Суворов.
    Когда Павел

    1 бросил

    русскую армию в Италию против стой­

    ких французских армий, которыми командовали лучшие фран­
    цузские генералы (Макдональд, Моро, Жубер), Суворов одер­

    жал три блестящие победы при помощи небольшого русского
    корпуса и вспомогательных австрийских дивизий. Причем

    одержали победы именно русские части, хотя австрийцев ник­
    то в то время не мог обвинить ни в трусосги, ни В слабой бое­
    способности, это ведь были такие же славяне: хорваты, слова­
    ки, чехи, и они воевать могли. Но решающими ударами, кото­

    рыми были опрокинуты французские гренадеры, руководил
    Суворов, и сделаны они бьmи русскими. Он вдохнул в своих
    солдат волю к победе, как говорят обычно, а на нашем языке

    -

    пассионарность, которая бьmа у него самого.

    Вы скажете, а может быть, дело не в Суворове, просто рус­
    ские солдаты бьmи такие хорошие? Ладно. А Аустерлиц? А Фрид­

    ланд? А Цюрих, где нам наклеили по первое число? У Суворова
    бьmо 30 тысяч, а у Римского-Корсакова - 60 тысяч. Надо ска­
    зать, что Корсаков тоже был полководец толковый, но вся ар­
    мия капитулировала около Цюриха, окруженная французами.

    Так что дело, очевидно, не в числе. Но почему же австрийцы

    сражались хуже? Очевидно, потому, что русские были Суворо­
    ву понятны и он был им понятен, а австрийцам он бьm не поня­
    тен. Это гипотеза, но при мени м ее дальше ...
    Австрийцы потребовали, чтобы Суворов вмесго того, что­
    бы вторгнуться во Францию и вызвать там восстание роялис­
    тов и жирондистов, пошел воевать в Швейцарию. Дело бьmо

    безнадежное, и он там оказался окружен французами. Суворов
    протестовал против этого похода, но не мог повлиять на авст­

    рийских чиновников гофкригсрата. Потеряв в Щвейцарии все
    свои пушки, сохранив только знамена, потеряв четвертую часгь

    своих людей, Суворов вывел остальную армию из окружения и

    был в Вене отмечен императорскими почестями, потому что в
    войне против французов это был первый настоящий успех,
    хотя и при тактике отступающей армии.
    Но ведь Суворов не мог провести ни одного своего начи­
    нания среди австрийцев и немцев. И надо сказать, что и немцы
    с трудом проводили, как мы видели на примере Барклая-де-Тол­
    ли, свои очень умные начинания среди русских. Так с чем же

    связана индукция пассионарности? Очевидно, с каким-то

    70

    настроем, который является связующим этнос началом. Что это

    за настрой?
    И туг мы вспомним то, о чем говорили ранее. Каждый жи­

    вой организм обладает энергетическим полем, теперь мы уже
    можем сопоставить его с описанием. особенностей этноса и,
    следовательно, назвать этническим полем, создаваемым био­
    химической энергией живого вещества.
    Так вот. Если принять эту энергетическую модель, модель

    силового поля, и применить ее к проблеме этноса, то этнос
    можно представить себе в качестве системы колебаний опре­
    деленного этнического поля. А если это так, тогда мы можем
    сказать, в чем же различие этносов между собой. Очевидно, в

    частоте колебаний поля, т. е. в особом характере ритмов раз­
    ных этнических групп. И когда мы чувствуем своего, это
    значит, что ритмы попадают в унисон или строятся в

    гармонию; когда в унисон ритмы не попадают, мы чув­

    ствуем, что это чужой, не свой человек.
    Эта гипотеза на современном уровне наших знаний удов­
    летворительно объясняет все наблюдаемые этнические колли­

    зии. Даже если она будет заменена какой-либо другой, дело не
    изменится. Наша задача

    -

    описание феномена, а интерпрета­

    ция его причин может в будущем варьировать, что не будет вли­
    ять на полученные нами результаты.

    о

    ГЛАВА ТРЕТЬЯ

    ВСПЫШКИ ЭТНОГЕНЕЗОВ
    о
    СОЦИМЬНАЯ И ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ
    Итак, теперь, зная, что такое пассионарность, мы покажем,

    какое она имеет значение ДЛЯ нашей основной цели
    нения процессов этногенеза

    -

    -

    объяс­

    и как она СООТНОСИТСЯ с соци­

    альным развитием.

    Предмет социальной истории, согласно теории историче­
    ского материализма,

    -

    это прогрессивное развитие производи­

    тельных сил и производственных отношений от нижнего палео­
    лита до научно-технической революции. Предполагается, что
    оно потечет и дальше. Поскольку это спонтанное развитие, при­

    чиной его не могут быть силы природы, которые действительно
    не влияют на смену формаций, и если протянугь плавную кри­

    вую от добывания огня трением до полетов космических кораб­
    лей, то линия должна отобразить эволюцию человечества.
    При этом только остается непонятным, во-первых, откуда

    взялись так называемые (·отсталые» народы и почему бы им
    тоже не развиваться? Во-вторых, почему наряду с успехами тех­

    ники и науки фиксируется огромное количество утрат культур­
    ных ценностей? И наконец, в-третьих, по какой причине этно­

    сы

    -

    создатели древних культур бесследно исчезли с этногра­

    фической карты мира, а те, которые ныне конструируют
    сложные машины и создают на них искусственный спрос, воз­
    никли совсем недавно?
    Видимо, социальная история отражает прошлое человече­
    ства односторонне, и рядом с прямой дорогой эволюции суще­
    ствует множество зигзагов, дискретных процессов, создавших
    ту мозаику, которую мы видим на исторических картах мира.

    72

    поскольку у этих процессов есть «начала И концы·), то они не

    имеют касательства к прогрессу, а всецело связаны с биосфе­
    рой, где процессы тоже дискретны.

    Таким образом, социальиая и этническая история ие
    подмеияют дрyr дрyrа, а дополияют наше представле­

    ние о процессах, проходящих на поверхности Земли, где
    сочетаются *история природы и история людеЙ+.

    о
    КРИВАЯ ЭТНОГЕНЕЗА
    поэтому во всех исторических процесс ах

    -

    от микрокос­

    ма (жизни одной особи) до макрокосма (развития человечества
    в целом)

    -

    общественная и природные формы движения со­

    присутствуют и взаимодействуют, подчас столь причудливо, что

    иногда трудно уловить характер связи. Это особенно относит­
    ся к мезокосму, где лежит феномен развивающегося этноса, то
    есть этногенез, если понимать под последним весь процесс ста­

    новления этноса

    -

    от момента возникновения до исчезнове­

    ния или перехода в состояние гомеостаза. Но значит ли это
    только то, что феномен этноса

    -

    продукт случайного сочета­

    ния биогеографических и социальных факторов? Нет, этнос
    имеет в основе четкую и единообразную схему.
    Несмотря на то что этногенезы происходят в совершенно

    разных условиях, в разное время и в разных точках земной по­
    верхности, тем не менее путем эмпирических обобщений уда­
    лось установить идеализированную кривую этногенеза. Вид ее
    несколько непривычен для нас кривая равно не похожа ни на
    линию прогресса производительных сил

    -

    экспоненту, ни на

    повторяющуюся циклоиду биологического развития. Видимо,
    наиболее правильно объяснить ее как инерционную, возника­
    ющую время от времени вследствие «толчков·), которыми мо­

    гут быть только мутации, вернее, микромутации, отражающие­
    ся на стереотипе поведения, но не влияющие на фенотип.
    Как правило, мутация почти никогда не затрагивает всей по­
    пуляции своего ареала. Мутируюттолько отдельные относитель­

    но немногочисленные особи, но этого может оказаться доста­
    точно для того, чтобы возникла новая консорция, которая при

    благоприятном стечении обстоятельств вырастет в этнос. Пас­
    сионарность членов КОНСОРЦИИ - обязательное условие этого
    перерастания. В этом механизме

    -

    биологический смысл этно­

    генеза, но он не подменяет и не исключает социального смысла.

    73

    .
    р

    n+21

    6

    р:

    n+15

    5

    Стремление

    р n+l0

    4

    к идеалу

    ti - момент пассионарного толчка

    успеха

    Стремление
    р п+б

    3
    Поиск удачи
    с риском ДЛR жизни

    р П+З

    2

    Жизнь тихого обыватеЛR,
    р
    О

    адаптированного к биоценозу ареала

    n

    ~~~--~--------,-------~,--------4~~~~~~~--~

    600

    \900

    Годы

    '-"'-, ........... ,

    г----------------ВожделеНия~------------------~\~--------~-------Неспособность удовлеТВОРRТЬ вожделеНИR

    ...

    ...

    Изменение fШCcuoнарного наnря:нсенuя эmнuческ;ой системы

    По оси абсцисс отложено время в годах, где исходная точка кривой
    соответствует моменту пасси он арн ого толчка, послужившего причиной
    появления этноса. По оси ординат отложено пассионарное напряжение

    этнической системы в трех шкалах:

    1)

    в качественных характеристиках

    от уровня Р -2 (неспособность удовлетворить вожделение) до уровня Р6
    (жертвенность). эти характеристики следует рассматривать как некую ус­
    редненную _физиономию,) представителя этноса. Одновременно в этно­
    се присутствуют представители всех отмеченных на рисунке типов, но

    господствует статистический тип, соответствующий данному уровню пас­

    2) в шкале - количество субэтносов (подсистем
    n, n+l, n+3 и т. д., где n - число субэтносов В этносе, не
    толчком и находящемся в гомеостазе; 3) в шкале - частота

    сионарного напряжения;

    этноса). Индексы
    затронутом

    событий этнической истории (непрерывная кривая).

    74

    предлагаемая кривая

    -

    обобщение

    40 индивидуальных

    кривых этногенеза, построенных нами для различных этносов,

    возникших вследствие различных толчков. Пунктирной кри­

    вой отмечен качественный ход изменения плотности субпас­
    сионариев в этносе. Внизу указаны названия фаз этногенеза
    соответственно отрезкам по шкале времени: подъем, акмати­

    ческая, надлом, инерционная, обскурация, регенерация, реликт.
    Как видно из схемы, по абсциссе отложено время в годах.
    Естественн:о, на ординате мы откладываем форму энергии, сти­
    мулирующую процессы этногенеза.

    Но перед нами встает другая трудность: еще не найдена

    мера, которой бы можно бьmо определять величину nacСИО1Шр­
    l-tOсти. На основании доступного нам фактического материа­
    ла мы можем говорить только о тенденции к подъему или спа­

    ду, о бальшей или .меньшей степени пассионарного напряже­
    ния. Однако для поставленной нами цели это препятствие
    преодолимо, ибо мы рассматриваем процессы, а не статисти­
    ческие величины. Поэтому мы можем описать явления этно­
    генеза с достаточной степенью точности, что послужит в даль­

    нейшем базой новых уточнений.
    В любой науке описание феномена предшествует его изме­
    рению и интерпретации; ведь и электричество бьmо сначала

    открыто как эмпирическое обобщение разнообразных явлений,
    внешне несхожих между собой, а уже потом пришли к таким
    понятиям, как сила тока, сопротивление, напряжение и т. п.

    Теперь перейдем к описанию основных фаз того процесс а,
    который отображает в общем виде приведенная нами кривая, и
    попытаемся показать, как происходит реально процесс посте­
    пенного расходования первичного заряда пассионарности.

    Мы уже говорили, что исходный момент любого этноге­
    неза

    -

    специфическая .мутация небольшого числа особей в

    географическом ареале. Такая мутация не затрагивает (или за­
    трагивает незначительно) фенотип человека, однако сущест­
    венно изменяет стереотип поведения людей. Но это изменение
    происходит опосредованно: воздействию подвергается, конеч­

    но, не само поведение, а генотип особи. Появившийся в гено­
    типе вследствие мутации признак пассионарности обусловли вает у особи повышенную по сравнению с нормальной ситуа­
    цией абсорбцию энергии из внешней среды. Вот этот-то

    избыток энергии и формирует новый стереотип поведения,
    цементирует новую системную целостность.

    Возникает вопрос

    -

    наблюдаются ли моменты мутации

    (пассионарного толчка) непосредственно в историческом

    75

    процессе? Разумеется, сам факт мутации в подавляющем коли­
    честве случаев ускользает от современников или воспринима­

    ется ими сверхкритично: как чудачество, сумасшествие, дурной
    характер и тому подобное. Только на длительном, около

    150 лет,

    отрезке становится очевидным, когда начался исток традиции.

    Но даже это удается установить не всегда. Зато уже начавшийся
    процесс этногенеза, или, что то же самое, набухание популя­
    ции пассионарностью и превращение ее в этнос, нельзя не за­

    метить. Поэтому мы можем отличить видимое начало этноге­

    неза от пассионарного толчка. Причем, как правило, инкуба­
    ционный период составляет около

    150 лет.

    Возьмем самые

    очевидные при меры на хорошо известном материале и перей­
    дем к рассмотрению этого вопроса. Прежде всего посмотрим
    внимательно, когда и где происходили подъемы этносов.

    о
    СМВЯНО-ГОТСКИЙ ВАРИАНТ
    Один из них имел место в начале нашей эры, во

    II веке. Но

    где? Только на одной полосе: примерно от Стокгольма, через
    устье Вислы, через Средний и Нижний Дунай, через Малую
    Азию, Палестину до Абиссинии (см. рис. на с.

    V). Что же здесь произошло? В 155

    122-123, толчок

    г. племя готов с острова Скан­

    дзы! выселилось в низовья Вислы. Готы довольно быстро про­
    шли до берегов Черного моря и создали здесь могущественное
    государство, которое ограбило почти все римские города в бас­

    сейне Черного и Эгейского морей. Позже они потерпели по­
    ражение от гуннов, двинулись на запад, взяли Рим, подчинили
    себе Испанию, потом всю Италию и открыли эпоху Великого
    переселения народов. Я не рассказываю сейчас об этом подроб­

    но, а даю общую картину для постановки вопроса.
    Если двигаться вдоль этой полосы, то мы обнаружим, что
    южнее готов впервые во

    II в. появились памятникИ, которые мы

    относим к славянам. Бьmи ли славяне до этого? Да, очевидно,

    были какие-то этносы, которые в эту эпоху синхронно с готами
    создали тот праславянский этнос, который византийцы назы­

    вали анты, древнерусские летописцы

    -

    поляне

    [20, с. 152-156] и

    который положил начало какому-то этническому объединению,

    1 Остров Скандза, откуда вышли готы, - южная Швеция, долго носив­
    шая имя <,Готил,) [см.: 32, с. 68. Прим. 44, с. 190]. Иордан ошибочно отожде­
    ствляет готов с древними гemами.

    76

    в результате чего маленький народ, живший в современной Во­

    сточной Венгрии, распространился до берегов Балтийского
    моря, до Днепра и вплоть до Эгейского и Средиземного морей,
    захватив весь Балканский полуостров. Колоссальное распрост­
    ранение для маленького народа!

    Говорил я об этом с профессором В. В. Мавродиным

    спе­

    -

    циалистом по этим вопросам, и он спросил: <·А как же это объяс­
    нить с точки зрения демографии? Как же они могли так быстро
    размножиться, потому что это произошло за какие-нибудь

    150 лет?·> Да очень просто. эти праславяне, захватывая новые тер­
    ритории, очевидно, не очень стесняли себя в отношении побеж­
    денных женщин, а детей они любили и воспитывали их в зна­
    нии своего языка с тем, чтобы они делали карьеру в своих пле­
    менах. Ведь при таком процессе много мужчин не требуется.
    Важно, чтобы бьmо много побежденных женщин, и демографи­
    ческий взрыв будет обеспечен. Так оно, видимо, и произошло.
    В

    IV веке,

    как мы уже точно знаем, славяне являются сопер­

    никами готов и союзниками гуннов и росомонов 1 • А пока поста­
    вим вопрос: что произошло еще южнее вдоль указанной полосы?

    Племя даков 2 поднялось против Рима и повело жесточай­
    шую войну. Мы сейчас смотрим кинофильм <Даки,>, Римляне

    I

    POCQМ01tbl - противники готов и союзники Z)i1t1tOB - упомянугы Иор­

    даном в указанной выше книге

    [32] только один раз в § 129 (с. 279). Б. А

    баков считает росомонов ядром будущей русской народности
    Советская археология.

    -

    Ры­

    русов [см.:

    1953. ХVП. с. 100]. Судя по именам Сунильда, Сар, Ам­
    v1 в.

    мий, росомоны не славяне. Упомянуты они и У Захария Ритора, автора

    [см.:

    110, с. 84 и 166].
    2 Дaк:u

    - племя, истребленное римлянами. Об этнической его принад­

    лежнocrи достоверных данных нет. Извесгно, что они граничили с бастарна­
    ми (в Карпатах) и гетами (на нижнем Дунае) и входили в состав державы, со­
    зданной гетским царем БурвистоЙ. Эта держава включала Молдавию, Румы­

    нию, Болгарию, часть Западной Украины, БуковШIy, Венгрию и Чехию

    с.

    67].

    [ 121,

    Но это объединение оказалось эфемерным. По словам Страбона, Бур­

    виста погиб низвергнугый, потому что некоторые восстали против него. Надо
    полагать, что расширение державы reтoB еще не бьио началом подъема этно­
    са, а явилось результатом пассионарного ослабления соседних племен Вос­
    точной Европы. В отличие от БурвистыI, Децебал создал в Дакии этнически
    монолитную державу; сопротивлявшуюся риму до

    107 г. После жестокого по­

    давления даков 1раяном завоеванная территория стала провинцией и бьиа
    заселена ссыльными из восточных областей империи и семьями легионеров.

    Уцелевшие от резни даки растворились среди колонистов как колоны

    -

    кре­

    Постные

    ские)

    [100, т. V; с. 191-194]. Последовавшие в Ш в. войны (сарматские и гот­
    так опустошили страну, что Аврелиан в 270 г. вывел римские войска из

    Дакии, но многие колонисты предпочли остаться и подчиниться готам. Од­
    нако это бьии уже недаки, а румыны [см.:

    77

    25, т. 4, с.450, 506].

    воюют с даками, и это кажется естественным. Но естественно

    ли это? Ведь Римская империя в эпоху 1Раяна включала в себя
    не только Италию, но и современные Югославию, Болгарию,
    Грецию, Турцию, Францию, Испанию, Сирию и всю Северную

    Африку. И представьте себе, что эдакая махина воюет с одной
    Румынией, причем Румыния побеждает до тех пор, пока ее на­
    конец не задавливают числом. Ведь сегодня это казалось бы нам
    очень странным. Но это бьmо странно и тогда. И тем не менее
    факт: даки в конце

    1 века, на рубеже 1- II веков соперничали со

    всей этой махиной, значит, у них появился какой-то мощный
    импульс, уравновешивающий численное превосходство про­
    тивника.

    о
    СИРИЙСКИЙ ВАРИАНТ I ВЕКА
    Аналогичное явление произошло и в Палестине, где оби­
    тал древнееврейский этнос, уже разложившийся, рассеянный,
    в значительной степени вывезенный в Вавилон и застрявший

    там и в других персидских городах. Евреи бьmи в Ктезифоне и
    в Экбатанах, бьmи они и в Ширазе. Была большая колония на

    западе; в Риме бьmо много евреев. И вдруг небольшой этнос, со­
    стоявший из оставшихся в Палестине евреев, создал весьма

    сложную систему взаимоотношений внутри себя (четыре
    партии, борющиеся друг с другом]) и тоже оказался мощным
    соперником Римской империи. Что там изменилось?

    В это время в Сирии и Палестине появилось большое ко­
    личество пророков, которые говорили от лица того или иного

    бога, иногда и от своего собственного лица. Иисуса Христа все
    знают. Но бьm тогда и Аполлоний Тианский, и Гермес Трижды­
    величайший (Гермес 1Рисмегист), якобы живший в Египте. Бьm
    Филон Александрийский

    -

    еврей, который изучил греческую

    1 Рубеж новой эры отчетливо прослеживается на истории Иудеи, быв­

    шей в

    1 в.

    горячей точкой Ойкумены. Освобожденные Киром из вавилон­

    ского пленения и приведенные в Палестину пророком Ездрой, евреи были
    малочисленны, но полны решимости реставрировать свое государство.

    Однако им пришлось мириться с властью персидского шаха, а потом, со

    198 г. до н. э. -

    С гнетом Антиоха

    IV Эпифана. Македонские цари

    (гуманные

    Птолемеи и жестокие Селевкиды), делившие власть над Палестиной, оди­
    наково способствовали эллинизации евреев. Навстречу царской воле шло
    высшее иудейское духовенство, допустившее разрушение Иерусалима, от­

    мену субботь! и культ Зевса Олимпийского.

    78

    философию и создал свою систему на базе вариантов плато­
    низма. В это время двумя крупными раввинами (Шамай и Гама­

    лиил) бьUI завершен Талмуд, т. е. произошла реформа древней
    иудейской религии l •
    Религия стала тем выходом, в который устремилась пасси­

    онарность. Ведь пассионарность, как жидкость, которая нахо­
    дится в каком-то сосуде, изливается из него там, где образуется

    дырка, а дырка в то время образовалась именно в вопросах ре­
    лигиозных не потому, что люди в то время бьUIИ так уж религи­

    озны, а потому, что в условиях всеобщего административного
    гнета Римской империи считал ось, что это

    В

    1 в.

    -

    безвредно.

    римляне фактически бьUIИ безбожниками, потеряв­

    шими веру в своих древних богов

    -

    Юпитера, Квирина, Юнону

    и других. Они стали относиться к ним как к пережитку своего
    детства, как к симпатичным реминисценциям, но никто всерьез

    не придавал этим богам никакого значения. Боги эти уже тогда
    начали превращаться в опереточные персонажи, что завершил

    уже в

    XIX в.

    Ж. Оффенбах своей <<прекрасной Еленой». Этот

    процесс культурного упадка несколько дезориентировал.рим­

    лян и обусловил то, что они проглядели важные вещи: появле­
    ние пассионарныхлюдей, которые занимались, впрочем, вполне

    1 Наряду с агрессивными течениями, стремившимися возродить <,кро­

    вавую старину·). в

    1 в.

    появились настроения, благосклонные к творческо­

    (102,

    му контакту с соседями. Некоторое время существовали иудео-христиане

    эбuонumы: они исчезли после разрушения иерусалимского храма
    с.

    77].

    Современником Христа был известный Аполлоний из Тианы, культ

    которого бытовал более

    300 лет

    [там же. с.

    59]

    как синкретизм. Попытку

    объединения ветхозаветного учения с платонизмом предпринял знатный
    иудей Филон Александрийский. Он ввел в иудейское учение понятиеЛого­
    са. как «сына божия·)

    [25, с. 387-388]. Именно Филон оставил наиболее под­

    робное описание учения и жизни ессеев; которых по числу было почти
    столько же, что и фарисеев [см.:

    4, с. 199]. Ессеи

    исповедуют «благородную

    бедность, занимаются ручным трудом и проживают в местах обособлен­
    ных; рабство они отрицают, Христа не признают·) [там же, с.

    208]. Близкая к

    ессейству «кумранская община·) заимствовала в Иране дуализм, т. е. вечную

    войну -сынов света·) и «сынов тьмы') [там же, с.

    172-173]. Но самое сильное

    воздействие на мировоззрение восточных этносов I-Ш вв. оказал гности­
    цизм, поставивший на место личных родовых богов безликую «Плерому')

    (полноту всего сущего) и ее проявления

    -

    эоны (греч.). Это учение про­

    никло в Иудею, где в талмудическом иудаизме Плерома названа Ейнсоф, а
    эоны

    -

    - поклонников змея, соблаЗНИВ1.llего
    102, с. 236-241, 206-215]. Значение изу-

    шехины. Даже учение офитов

    Еву, имеет аналог в иудаизме [см.:

    4ения древних мифологем в том, что их разнообразие показывает резкий
    Подъем <·пассионарности,) и характеризует фазу этногенеза. О вариациях
    стереотипов поведения см. ниже.

    79

    невинным дозволенным делом

    -

    составлением и изобретени­

    ем новых культов. Римляне считали, что это можно. пожалуй­

    ста, кто что хочет, тот то и говорит, лишь бы он соблюдал зако­
    ны. Христианство, которое нам кажется совершенно монолит­

    ным, таким в 1 в. не бьmо. Тот случай, который имел место в

    33 г.

    на Голгофе, стал известен всему миру, но все его воспринимали
    очень по-разному: одни считали, что это просто казнь челове­

    ка, другие говорили, что это нисхождение духа бесплотного,
    который не может страдать, и это просто видимость, что он на

    кресте умер; другие говорили, что это мог быть человек, в кото­

    ром обитал дух Божий, и т. п. Течений было огромное количе­
    Ство, и инициативу в этом движении взяли евреи!
    Именно они со свойственной им горячностью и подняли
    шум, что повешен ничтdжный человек, и повешен правильно,
    но не в этом дело, а в том, что римляне

    -

    сволочи и мерзавцы,

    так как они на священную еврейскую землю пригоняют
    бы вы думали?

    -

    -

    кого

    свиней! И едят их! Ведь римские легионеры

    получали паек в виде свинины и привыкли к нему, поэтому гар­

    низоны, которые были расположены в Палестине, оскорбляли
    чувства евреев.

    А как же было до этого? И до этого евреи видели, как рим­
    ляне едят свиней, но они относились К этому безразлично. Го­
    ворили: «Ну, зачем такую гадость есть и зачем вообще к ним при­
    касаться, тьфу!.> А тут они сказали: «Нет, не тьфу.>. Они сказали:
    «Бей!·> И это была уже поправка очень существенная. Так нача­
    лась иудейская война.

    Иудейская война могла бы быть и успешной, если бы не
    про изошел этот самый пассионарный толчок, в результате ко­
    торого евреи (древние евреи относятся к современным так же,
    как римляне к итальянцам, т. е. современное еврейство

    -

    это

    другой этнос, сохранивший в значительной степени культур­
    ные традиции предыдущего) разделились на четыре группы,
    которые терпеть не могли друг друга.

    Те, которые соблюдали старый закон и старые обычаи, на­
    зывались фарисеями. Они занимались торговлей, носили длин­

    ные волосы, прекрасные расчесанные бороды, золотой обруч,
    длинные одежды, изучали Тору, читали Библию, соблюдали все
    посты и обряды и терпеть не могли саддукеев, которые ходили
    в хитонах, брились или изящно подстригали себе бородки, при­
    чесывались по эллинскому образцу, дома говорили по-гречес­
    ки, имена давали детям такие, как Аристомах или Диомид, но

    никак не еврейские. Саддукеи владели землей, деньгами и ко­
    мандовали войсками.

    80

    Фарисеи и садцукеи ненавидели друг друга, но при этом и
    те и другие презирали простых пасryxов, земледельцев, кото­

    рые собирались где-то в пещерах Палестинских гор около Ли­
    вана, читали друг друту пророчества и говорили: <<Этих фари­

    сеев вообще не поймешь, что они говорят; садцукеи уже почти
    не наши, а вот здесь, в пророчествах, написано о борьбе духов
    света и духов тьмы; когда духи света победят и явится Спаси­
    тель Мира, то всех спасет, римлян выгонит, а этих подлых фа­
    рисеев и саддукеев усмирит,>. И они ждали пришествия Спаси­

    теля. Христос пришел к ним, но «свои его не признали'>.
    Бьmи еще и СU1Шрuu (кинжальщики), или зuлотЬ4 т. е. ревно­

    стные. Их бьmо мало, но они имели очень большой вес, потому
    что организовывались в террористические rpуппы и убивали всех,
    кого хотели, а убивать они научились, секретами конспирации
    овладели полностью, и поэтому они на всех наводили страх.

    Потребовал ась

    1О-летняя война всей империи против од­

    ной Палестины, оставшейся без поддержки. А когда победа была
    наконец одержана, то римский полководец получил триумф,

    т. е. почести, оказываемые обычно за победу над очень серьез­
    ным противником.

    А где же бьmи евреи до этого? Надо сказать, что они никакой
    опасности для соседей не представляли, в лучшем случае вели

    мелкую партизанскую войну против македонских захватчиков (во

    II в. до н. э.), и довольно удачно (Маккавеи). Никто на них большо­
    го внимания не обращал. И вдруг! .. Мутация всегда мгновенна.

    о
    ВИЗАНТИЙСКИЙ ВАРИАНТ
    Одновременно тут произошло еще более важное событие,
    о котором надо сказать особо,

    -

    возник совершенно новый эт­

    нос, который проявил себя впоследствии под условным назва­
    нием «византийцы'>. Образовались первые христианские общи­
    ны. Можно возразить, что это, мол, не этнос, что это бьmи еди­
    новерцы. Но что мы называем этносом? Вспомните, что этнос

    -

    это коллектив, отличающийся от дрyrиx этносов стерео­

    типом поведения и противопоставляющий себя всем
    другим.

    Христиане хоть и состояли из людей самого разного про­

    исхождения, но твердо противопоставляли себя всем осталь­
    ным: мы

    -

    Язьщы

    это по-старославянски, а греческий аналог

    -

    христиане, а все остальные

    81

    -

    нехристи, язычники.

    -

    этносы.

    Так христиане выделили себя из числа всех этносов Ближнего
    Востока и тем самым образовали свой самостоятельный этнос.

    Стереотип поведения у них был диаметрально противополож­
    ный общераспространенному.
    Что делал нормальный классический грек римской эпохи,
    или римлянин, или сириец? Как он проводил свой день? Утром

    он вставал с головной болью от вчерашней попойки СИ бога­
    тые, и люди среднего состояния, и даже бедные, потому что они

    норовили пристроиться К богатым в виде подхалимов, которых
    тогда называли «клиенты·»). Рано утром он пил легкое вино, раз­
    веденное водой, закусывая чем-нибудь, и, пользуясь утренней

    прохладой, шел на базар, чтобы узнать новости С агора
    а я говорю по-русски

    -

    -

    рынок,

    базар). Там, конечно, он узнавал все нуж­

    ные ему сплетни, пока не становилось жарко; потом он шел к

    себе домой, устраивался где-нибудь в тени, ел, пил, ложился
    спать и отдыхал до вечера.

    Вечером он вставал снова, купался в своем аквариуме или,

    если бьmи какие-нибудь бани поблизости, ходил туда, тоже ново­
    сти узнавать. Взбодренный, он шел развлекаться

    -

    а в какой-ни­

    будь Антиохии, Александрии, в Тарсе, уж не говоря о Риме, бьmо

    где поразвлечься. Там бьmи специальные сады, где танцевали та­
    нец осы

    -

    это древний стриптиз, и выпить бьmо можно, и после

    этого танца можно бьmо получить удовольствие за весьма недо­
    рогую плату. Потом он сам доползал или его доставляли совер­
    шенно расслабленного и пьяного домой, И он отсыпался. А на сле­
    дующий день что делать? То же самое. И так, пока не надоест.
    Может, кто-то и радовался такой жизни, а кому-то и надое­

    дало

    -

    сколько можно? И вот те, кому надоедало, искали како­

    го-то занятия, с тем чтобы жизнь приобрел а смысл, цель и ин­
    терес, а это бьmо очень трудно в эпоху Римской империи во
    П и особенно в Ш веке.
    Заниматься политикой было слишком рискованно. А чем
    же еще? Наукой? Философией?

    -

    Не все способнь(. Кто бьm спо­

    собен, тот занимался, но надо сказать, что во п-ш вв. С наукой
    было примерно как у нас сейчае: когда делаешь посредствен­
    ные работы, то тебя все хвалят, даже дают всякие награды, по­
    собия, говорят: «Вот, постарайся, мальчик, вот, хорошо, вот пе­
    репиши, вот переведи·). Но если человек сделал какие-нибудь
    открытия, то у него были все неприятности, какие только мож­
    но бьmо устроить в древнем мире.
    И поэтому с наукой бьmо не так легко. И кроме того, чело­
    век, занимавшийся наукой, бьm в общем одинок, потому что, ког­
    да он учился, его обожал учитель, а когда он начинал говорить

    82

    что-нибудь от себя, то учитель его уже ненавидел, и следующий
    учитель тоже, то есть он опять оказывался одинок Что ему было
    делать? Выпить да сходить стриптиз посмотреть, чтобы уте­
    шиться, т. е. вернуться к тому, от чего он ушел.

    А тут, оказывается, что существуют-такие общины, где люди
    не пьянствуют

    -

    это там запрещено, где никакой свободной люб­

    ви, можно только вступить в брак или хранить целибат, где люди
    сходились и беседовали. О чем? О том, чего он не знал: о загроб­
    ной жизни. Боже мой! Да ведь каждому интересно, что после

    смерти будет. «А вы, оказывается, знаете! Так расскажите!» Рас­
    сказать те умели и увлечь своими мнениями тоже умели. В наше
    время очень трудно кого-нибудь увлечь, тогда тоже трудно бьmо.
    Но это бьmи настолько опытные, настолько талантливые про­
    поведники

    -

    христиане первых веков нашей эры, что они увле­

    кали людей. Но подобные увлечения также приносили неприят­
    ности, поскольку римляне действовали согласно закону о том,

    что тайные общества запрещаются.1{Jаян издал закон, запреща­
    ющий все общества, и тайные и явные. Даже общество пожар­
    ников бьmо запрещено. И христиане рассматривались как тай­

    ные сообщники. Почему? Потому, что они по вечерам собира­
    лись, что-то такое делали, говорили, потом ели своего Бога

    -

    причастие, а потом расходились и чужих на свои собрания не
    пускали. Поэтому бьmо приказано их казнить.
    А в те времена в Римской империи желающих доносить на

    своих близких было более чем достаточно. Потек такой поток
    доносов на всех римских граждан и провинциалов, что Траян,
    испуганный, запретил принимать доносы на христиан. «Хрис­
    тиан,

    -

    сказал император,

    -

    конечно, надо казнить, но только

    по их личному заявлению. Вот приходит человек и заявляет, что
    он христианин, тогда его можно казнить и следует, а если он не

    говорит, а на него пишут

    -

    выкидывайте все доносы, хоть ано­

    нимные, хоть подписанные».l
    К удивлению Траяна и римских про кураторов, оказалось

    огромное количество людей, объявлявших себя христианами
    и добровольно принимавших казнь. Позже преемники 1{Jаяна
    перестали соблюдать даже этот закон, потому что пришлось бы
    казнить очень много весьма толковых и нужных государству

    112 г. и ответ Траяна: <-... не
    ... они уличены, должно наказывать их. При­

    1 <-Письмо Плиния,) императору Траяну в

    должно разыскивать их, но если

    том если человек говорит, что он не христианин, и докажет это делом, т. е.

    призыванием наших 60ГОВ, то он должен получить прощение, хотя 6ы су­
    ществовало подозрение, что он христианин. [цит. по:

    83

    25, т. 4, с. 414].

    людей. церковные христиане и близкие к ним гностики, а так­
    же манихеи

    -

    все подпадали под этот закон.

    Христиане искали смерти, потому что в силу своей пасси­

    онарной одержимости так поверили в бессмертие души и за­
    гробную жизнь, что считали: мученическая смерть

    -

    это пря­

    мой путь в рай. Они даже требовали себе смерти 1.
    Менее сильные пассионарии лояльно служили в войсках,
    в администрации, в правительственных органах, торговали,

    возделывали землю, и поскольку они не допускали разврата и

    соблюдали твердую моногамию, то быстро размножались. Жен­
    щина-христианка рожала мужу-христианину каждый год по
    ребенку, потому что считалось, что убивать плод в чреве

    -

    греш­

    но, это равносильно убийству. А в это время язычники развле­

    кались так, как принято в больших городах всего мира, и детей
    почти не имели. К

    III в.

    количество христиан выросло неверо­

    ятно, но принципиальность свою они сохранили.

    OIyчилось, например, в Галлии восстание багаудов (так на­
    зывали повстанцев, боровшихся против римских латифундиа­

    лов), и надо бьuю послать хорошие войска на подавление этого
    восстания. Восстание бьио не христианским по существу, но ка­
    кая-то часть этих багаудов или их вождей бьии христиане. А мо­
    жет быть, и не бьии, а про них только слух прошел, что они хрис­
    тиане, которые убивают своих помещиков-язычников, что они
    действительно делали. Против них направили для подавления
    один из самых лучших и дисциплинированных легионов импе­

    -

    рии

    десятый Фиванский легион Те приехали в Галлию и вдруг

    узнают, что их посьиают против единоверцев. Они отказались.

    Восстания в римской армии в то время бьии постоянны,
    легионы восставали запросто, а в легионе

    40 тысяч человек
    40 тысяч чело­

    вместе с обслугоЙ. Но эти не восстали. Просто

    век отказались подчиниться начальству, и они знали, что за то

    полагается казнь через десятого

    -

    децимация. Они положили

    копья, мечи и сказали: «Воевать не будем!.) Ну что ж? Через деся­

    -

    того

    вать?')

    выйди, выйди, выйди ... и отрубают голову. «Пойдете вое­

    -

    «Не пойдем!.) Еще раз через десятого ... и еще раз! Весь

    легион без сопротивления дал себя перебить. Они сохранили
    воинскую присягу, они дали слово не изменять и сдержали сло­

    во, но не против своей совести. Совесть бьиа для них выше долга.
    Есть такой церковный праздник «Сорок тысяч мучеников·)

    -

    это

    в память о десятом Фиванском легионе 2 •
    1 Так погиб

    l

    в 290 г. римлянин Бонифаций (Вонифа1ИЙ)

    О десятом Фиванском легионе см.:

    84

    113, Т.1, с. 133.

    [98, с. 40 1-402].

    Но все преследования не могли спасти империю от того,

    что количество людей нового склада, людей-правдоискателей,
    увеличивалось, и к III в. христиане заполонили администрацию,

    воинские части, суды, базары, села, перехватили мореплавание,
    торговлю, оставив язычникам только храмы. Римское мировоз­

    зрение, а вместе с ним и римский этнос уступили место новому

    этносу, сложившемуся ... из кого? Там бьши все, кто угодно. У нас
    принято говорить, что христианство

    -

    это религия рабов. Это

    IIeBepHO фактически, потому что большое количество христи­

    ан принадлежало к верхам римского общества. Это были очень
    богатые, знатные и культурные люди.

    Но тогда что это за явление

    -

    христианство? Можно ли ска­

    зать, что это был социальный протест? Отчасти да. Но почему
    этот социальный протест проявился только в восточной части

    Римской империи, где порядки были совершенно одинаковые
    с Западом? Он бьш в Малой Азии, в Египте, в Сирии, в Палести­
    не, гораздо слабее в Греции и совершенно не чувствовался ни в
    Италии, ни в Испании, ни в Галлии. А порядки были одни и те

    же, и люди в общем-то были одни и те же.
    Кончилось это дело тем, что во время очередной междо­
    усобицы, после отречения Диоклетиана, его преемники
    стантин и Максенций

    -

    -

    Кон­

    схватились между собой. Константин,

    чувствуя, что у него войск меньше (он командовал галльскими

    легионами, а Максенций стоял в Риме), объявил, что обеспечит
    для христиан веротерпимость, и позволил начертать на своем

    знамени вместо римского орла крест. Много легенд связано с

    этим событием, но нас интересуют не легенды, а факты. А факт
    заключался в следующем: небольшая армия Константина раз­
    громила огромную армию Максенция и заняла Рим. Потом, ког­

    да союзник Константина, владевший Востоком,

    -

    Лициний с

    ним поссорился, то небольшая армия Константина разгроми­
    ла языческую армию Лициния. Лициний сдался с условием, что

    ему будет сохранена жизнь, Константин его, конечно, казнил,
    впрочем за дело. Лициний сам убивал доверившихся ему.
    В чем тут дело? Я думаю, что тут искать чудесных причин
    не надо. Дело в том, что те христиане, которые служили в вой­

    cKax' знали, что это их война, что они идут за свое дело, и сра­
    жались с удвоенным рвением, то есть они сражались не толь­

    ко как солдаты, но и как сторонники той партии, которую они

    защищали. Овладевшая их умами идея толкала на смерть, тол­
    кала, естественно, только пассионариев: инертных людей ни­
    какая идея никуда не толкает.

    Идея защиты язычества никого никуда не толкала, а бьши

    85

    очень талантливые люди, которые защищали язычество,

    -

    фи­

    лософы Плотин, Порфирий, Ипатия, Прокл, Либаний, Ямвлих.
    Все они по таланту бьmи ничугь не ниже, чем гностики и ощы
    церкви.

    Но в отличие от их идей новые идеи сплотили пассионар­
    ных людей, стали символом пассионарности, пока на них не

    обращали внимания. Мученики и фанатики, пассионарность
    которых бьmа в «перегреве·>, собрали вокруг себя умеренных
    пассионариев и победили. Константин, не ставший христиа­
    нином, тем не менее позволил своим детям креститься, и хрис­
    тиане оказались во главе империи.

    Удивительно, не правда ли? Победа была одержана через

    гибель! Однако если мы описываем феномен непредвзято, то
    мы другого ничего сказать не можем. Вот так и было, наше дело
    найти этому истолкование. Сколько времени просуществовал
    этот этнос, сложившийся из христианских общин? Очень дол­
    го! Появился он как субэтнос во

    II в., то есть бьm тогда истори­

    чески зафиксирован, и к IV в. сформировался в этнос, который
    мы называем византийским, а кончился он с падением Констан­

    1453 г. Остались маленькие реликты: в самом Кон­
    - фанариоты - потом­
    византийцев, существовали до XIX в.; какие-то островки в

    тинополя в

    стантинополе жители квартала Фанар
    ки

    горах Греции, в Пелопоннесе, в Малой Азии некоторое время

    сохранялись. То есть византийцы прошли весь 1200-летний
    период настоящей этнической истории.

    о
    АРАБО-СОГДИЙСКИЙ ВАРИАНТ
    В древности Аравию населяли разные народы, по легенде

    - сына Агари, наложницы Авраама,
    XVIII в. до н. э. эту Агарь вместе с CbIHOJl!l по наущению

    происходившие от Измаила
    который в

    своей жены Сарры выгнал в пустыню. Измаил нашел ВОду, а раз он
    нашел ВОду, то и мать напоил, и сам спасся, и пошел от него народ,

    «арабы», хотя они сами себя так еще не называли!. Арабы долгое
    время очень плохо относились к своим иудейским соседям, по­

    мня, что дети Сарры воспользовались всем наследством оща, а
    дети несчастного Измаила бьmи изгнаны в пустыню. И жили ара­

    бы в этой пустынe с XVIII В.ДО н. э. (так датируется Авраам) до УН в.

    <...

    И расходятся люди во мнениях о том, почему арабов стали назы­

    вать арабами,' [цит. по:

    31].

    86

    н. Э. тихо, спокойно, никому не досаждая. Такова общеизвесгная

    библейская легенда. На самом деле бьmо много сложнее.
    Аравия по физико- географическим параметрам делится на

    три части. Во-первых, берег вдоль Красного моря

    -

    это Камени­

    стая Аравия. Там довольно много источников, у каждого источ­
    ника оазис, а около оазиса город, пусть небольшой, но финико­
    вые пальмы растут

    -

    люди питаются, скот гоняют, трава есть.

    Арабы там жили довольно бедно, но имели возможность
    подработать, потому что караваны из Византии в Индию ходи­
    ли через Каменистую Аравию и они нанимались караванщика­
    ми или становились трактирщиками в караван-сараях, торго­

    вали. Финики и свежую воду продавали караванщикам по по­

    вышенным ценам. Те платили, потому что деваться бьmо некуда.
    Бедность своих природных условий арабы компенсировали
    повышением цен на товары, и все шло довольно благополуч­
    но. Жили они и деньги наживали.
    Большая часть Аравии

    -

    это пустыня, но пустыня не в на­

    шем смысле. Когда настоящие арабы увидели нашу среднеази­
    атскую пустыню, они ахнули и сказали, что такой пустыни они

    даже и вообразить себе не могли. Пустыня у них такая земля,
    где не сплошной травяной покров, а кустик от кустика отделен

    сухой землей, то есть, как мы бы сказали, сухая степь. Кроме того,
    с трех сторон море, так что все-таки дожди выпадают, воздух

    довольно влажный. Верблюдов гонять можно сколько угодно,
    да и не только верблюдов (но они главным образом ездили на

    Арабы, _вьючuвающue верблюда.
    Миниатюра

    87

    Xll1 6.

    верблюдах и на ослах). Торопиться им было некуда, и жили они
    там очень спокойно. Войны у них, правда, бьmи, но чрезвычай­
    но гуманные.

    Например, одна война между двумя племенами случилась

    из-за верблюдицы, наступившей на гнездо перепелки и разда­

    вившей птенцов. Араб, хозяин земли, где бьmо гнездо, отомстил
    за птенцов и ранил верблюдицу стрелой в вымя, а хозяин верб­
    людицы убил его ножом в спину. Племя не выдало убийцу, и
    родственники убитого начали войну. Война эта продолжал ась
    лет

    30 или 40, и за все время бьmо не то два, не то три человека
    [1 О 1, т. 1, с. 2- 3]. Вот в таком спокойном состоянии они

    убитых

    и жили.

    При этом у них культура была оригинальная, поэзия очень
    большая. У нас, например, в нашей русской поэзии, существует

    пять поэтических размеров
    и дактиль, а у арабов

    - ямб, хорей, анапест, амфибрахий
    - 27, потому что верблюд идет разным ал­

    люром и для того, чтобы приспособиться к тряске, надо про

    себя читать стихи в такт тряске, отсюда

    27 различных

    разме­

    ров. Представьте, едет араб по пустыне и сочиняет стихи и туг
    же их исполняет. Полезное занятие для кочевника. Конечно,
    поэзия у них бьmа не такая, чтобы ее записывать или запоми­
    нать, годилась она только к случаю.

    И наконец, на самом юге Аравии располагалась Счастли­

    вая Аравия

    - Йемен. Это был почти тропический сад, там рос

    кофе-мокко, который потом перевезли в Бразилию, где он при­
    жился, но стал хуже. Настоящий, самый лучший в мире кофе в

    Йемене, и арабы его пили с большим удовольствием. Жили они
    в этом тропическом саду, процветали и ничего не хотели бы,
    если бы у них не бьmо соседей. Увы, соседи у них бьmи. С одной
    стороны, абиссинцы, которые их все время старались завоевать,
    а с другой стороны, персы, которые выгоняли абиссинцев из
    Аравии обратно в Африку. Война эта бьmа страшно кровопро­
    литна, пленных не брали, и воевали не арабы, а абиссинцы с
    персами. Сами арабы старались жить мирно, "Только иногда

    грабили отдельных путников или друг друга. Но последнее бы­
    вало редко, потому что у них бьmа в обычае семейная взаимо­
    выручка: если ограбят человека, то весь его род вступится за
    него и грабителю худо будет. Побаивались. А вот чужих можно.
    Иногда они нанимались в войска или персидских шахов,

    или византийских императоров, и их брали, но платили немно­
    го, потому что они бьmи малобоеспособны. Их использовали
    как иррегулярные войска для каких-нибудь отдельных манев­
    ров, например забросить в тьm противника или для разведки; в

    88

    боевые линии их не ставили, потому что они бьmи очень не­
    стойки и трусливы. Убегали! А зачем им действительно бьmо

    гибнуть за чужое дело, с какой стати? Деньги заработать
    чтобы за это убили

    -

    Но во второй половине VI в. У

    да поэтов

    -

    да, а

    кому надо? Рассуждение вроде разумное.

    apaqoB вдруг появилась плея­

    [101, т.l, с. 43 - 46]. Должен

    сказать, что, по моим на­

    блюдениям, стихи писать очень трудно, и тот гонорар, который

    платят поэтам за хорошие стихи, никак не окупает их труда. Тем

    не менее они пишут, и даже без гонорара, потому что у них внут­
    ри какой-то пропеллер крутится и заставляет писать стихи, что­
    бы выразить себя. Что это за пропеллер? Это-то и надо узнать!

    Они хотят выразить себя и свои чувства, хотят добиться ис­
    ключительного уважения и преклонения за это, то есть здесь

    поступками руководит «страсть·). Чувство, а не рассудок

    К

    VH

    в. поэтов стало много, бьmи и поэтессы, и стихи они

    стали писать хорошие, главным образом языческие. Стихи о
    любви, о вине, иногда о каких -то стычках, столкновениях

    -

    на­

    BeяHHыe случаями. Общей целеустремленности быть не могло,
    потому что никакой единой идеологии у арабов не бьmо. Беду­
    ины, жившие в пустыне, считали, что боги

    -

    это звезды; вот

    сколько на небе звезд, столько богов, и каждый может молить­

    ся своей звезде. Бьmо много христиан, много иудеев, бьmи огне­
    поклонники; христиане среди арабов были всех толков

    -

    и не­

    сториане, и монофизиты, и православные, и армяне-яковиты,

    и савеллиане 1 . Но так как все занимались своими насущными
    делами, то и религиозных столкновений не бьmо, жили они
    спокойно.
    И вот в начале

    VH века появился человек по имени

    Мухам­

    мед. Он был человек бедный, эпилептик, очень способный, но
    не получивший никакого образования, совершенно безграмот­
    ный. Занимался он тем, что гонял караван, потом он женился
    1 Савеллuй, уроженец Ливии, бьVI самым ярким выразителем христи­

    анского течения

    -

    модалu.зма, строгого монотеизма, отрицавшего прин­

    цип Троичности. Бог, по учению савеллиан, един, но выступает в различ­

    ных модусах, одним из коих бьVI Христос. Это учение бьVIО осуждено рим­

    1 около 220 г., но продолжало исповедоваться
    [102, с. 415]. Продолжателем Савеллия бьVI Па­
    вел Самосатский, с 260 по 272 г. епископ АнтиохиЙскиЙ. Он считал Иисуса

    ским епископом Каллистом

    в Сирии и римской Африке

    Христа человеком, рожденным от Духа Святого и воплотившим в себе Ло­
    гос (Слово). Сирийские епископы низложили Павла как еретика; Павел бе­
    жал в Пальмиру, где у него бьVIО много единомышленников, но Пальмира в

    272

    г. БЬVIа взята римским императором Аврелианом, и «монархиане·) (так

    бьVIИ названы последователи Савеллия и Павла Самосатского) рассеялись
    по Сирии и Аравии

    [25, с. 438-439,509].

    89

    на богатой вдове Хадидже. Она его снабдила деньгами, что и

    дало ему возможность стать довольно почтенным членом об­
    щества.

    И вдруг он заявил, что призван исправить пороки мира, что

    до него было много пророков

    -

    Адам, Ной, Давид, Соломон,

    Иисус Христос с Мариам, т. е. с Девой Марией

    -

    и все они гово­

    рили правильно, но люди все перепугали, все забьши, так вот

    он, Мухаммед, сейчас всем все объяснит. И объяснил он все
    очень просто: «Нет Бога, кроме Бога»

    -

    и это все. А потом стали

    еще прибавлять, что Мухаммед про рок его, т. е. Бог

    -

    это Аллах,

    что означает «единственный», И он говорит арабам через Му­

    хаммеда 1. И стал Мухаммед проповедовать эту религию.
    Человек шесть его учение приняли, а остальные мекканцы

    говорили: «Да брось ты эту скучищу, брось ты эту тягомотину,
    мы лучше пойдем послушаем веселые сказки про персидских
    богатырей». «Да брось ты, мне некогда,

    -

    говорили ему купцы,

    -

    у меня подсчеты, надо баланс свести, караван пришел». «Да ну

    тебя,

    -

    говорили бедуины,

    -

    вон у меня верблюдица ушла, мне

    нужно пригнать ее на пастбище».

    То есть большинство арабов меньше всего желало с ним
    разговаривать, но образовалась кучка, сначала шесть человек,
    а потом несколько десятков, которые искренне ему поверили,
    и, главное, среди них оказались люди волевые, сильные, и из

    богатых, и из бедных семей.
    Это бьши: страшный, жестокий, непреклонный Абу Бекр;
    справедливый, несгибаемый Омар; добрый, искренний, влю­
    бившийся в пророка Осман; зять пророка

    -

    героический боец,

    жертвенный человек Али, женившийся на дочери Мухаммеда
    Фатьме, и другие. А Мухаммед все проповедовал, и мекканцам
    это страшно надоело. Ведь он проповедует, что есть только

    один бог и все должны ему верить, но что же делать с людьми,
    которые при езжают торговать и верят в других богов? Это во­
    обще неудобно, и скучно, и настырно. И они ему сказали. «Пре­
    крати свои безобразия».
    Но у Мухаммеда бьш дядя, который предупредил меккан­
    цев, чтобы те ни в коем случае Мухаммеда не трогали. «Конеч­
    но,

    -

    соглашался ДЯДЯ,

    -

    он несет чепуху, и всем это надоело,

    но все равно он мне племянник, я же не могу его оставить без

    1

    иисуса христа Мухаммед считал пророком и Евангелие

    -

    святой

    книгой. Легко заметить, что его понимание христианства совпадало с мо­

    нархианством Савеллия и Павла Самосатского. Прочие христианские ис­
    поведания бьши во время правления халифов только терпимы.

    90

    помощи·>. Тогда в Аравии родственные чувства еще ценились.
    Но дядя дал совет Мухаммеду: «Убегай!·> И Мухаммед убежал из
    Мекки, где решили его убить, чтобы он не мешал людям жить, в
    Медину (тогда этот город назывался Ятриб, но после того, как

    Мухаммед там обосновался, он стал называться Медина-тун­
    Наби

    -

    «город пророка·>, а Медина значит просто «город.».

    В отличие от Мекки, где жили довольно богатые и зажи­
    точные арабы, Ятриб бьm местом, где поселились самые раз­
    ные народы, образовав собственные кварталы: три квартала

    были еврейских, был персидский квартал, был абиссинский,
    был негритянский квартал, и все они не имели между собой
    никаких взаимоотношений, иногда ссорились, но пока войн не
    было. И когда появился Мухаммед с его верными, которые по­
    следовали за ним, то жители ему сказали: «Вот И живи тут один,
    отдельно от всех, ничего, ты не мешаешь·>.

    Но тут случилось непредвиденное. Мухаммедане, или, как

    они себя стали называть, мусульмане, поборники веры ислам,
    развернули сразу активнейшую агитацию. Они объявили, что
    мусульманин не может быть рабом, т. е. всякий человек, про из­
    носивший формулу ислама

    -

    «Па Илла иль Алла, Мухаммед ра­

    суль Алла·> «<Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед
    его·»),

    -

    -

    пророк

    немедленно становился свободным. Его принимали в

    общину. Некоторые негры перешли к ним, некоторые бедуи­
    ны. И все, кто принял ислам, поверили в это дело. Они зажглись

    тем же жаром, который был у Мухаммеда и его ближайших
    сподвижников. поэтому они быстро создали общину, весьма
    многочисленную и, самое главное, активную. К мухаджирам,

    которые пришли из Мекки, их было немного, примкнули анса­
    ры. Ансары

    -

    это буквально «примкнувшие·>

    -

    жители Медины.

    Мухаммед оказался главой одной из самых сильных общин
    в самом городе Медина. Тут он постепенно стал наводить свой
    порядок Сначала он расправился с язычниками, которые ве­

    рили в звезды. «Нет,

    -

    говорит,

    -

    не масса богов на небе, а один

    Аллах, а кто не хочет мне верить, того надо просто убить, пото­
    му что он оскорбляет величество Аллаха·>. И убивали.
    Потом он столкнулся с христианами и стал говорить им,

    ЧТО он исправляет закон, который дал сам Иисус Христос. Хри­
    cTиaHe говорят: «Брось ты, где тебе кого исправить, ты же без­
    грамотный человек·>. Их убили или заставили принять ислам.

    Потом он пришел к евреям и заявил им, что он Мессия. Те быст­
    ро взяли Талмуд, Тору, посмотрели по книгам и сказали: «Нет, ты
    не имеешь таких-то, таких и таких признаков, и вообще ника­
    кой ты не Мессия, а самозванец·>. «А!·>

    91

    -

    сказал он. И два квартала,

    один за другим, бьmи вырезаны до последнего человека. Евреи

    из третьего убежали в Сирию.
    Оказавшись самым сильным в Медине, он решил завое­

    вать Мекку. Но Мекка была сильна, и войско мусульман было
    опрокинуто. Тогда Мухаммед начал действовать в обход

    -

    он

    подчинил себе бедуинов и заставил их признать ислам. Беду­
    ины, которым спасаться было некуда

    -

    кругом степь как стол,

    куда удерешь? И от верблюдов своих не удерешь,
    (,Пускай! Ладно»

    -

    -

    те сказали:

    и продолжали молиться на звезды, но офи­

    циально веру ислама признали и людей в войска Мухаммеда
    дали. Почему? На Мекку идти стоило: Мекка богатая, разгра­

    битьможно.

    РеiЖoе uзоБРtпlCe1Iuе nророкл Мухаммеда.
    Миниатюра из арабской рукописи

    Мухаммед захватил Гадрамаут
    вии, там было много замков

    -

    -

    XIV в.

    это южное побережье Ара­

    и потребовал, чтобы те призна­

    ли ислам. Те подумали, подумали

    -

    да что там, в конце концов,

    скажу я одну фразу, что меня от этого убудет, что ли? Признали
    и людей дали. Тогда он пошел снова на Мекку.
    А мекканцы были люди умные и очень хитрые, они сказа­
    ли: (·СлушаЙ, Мухаммед, зачем ты идешь завоевывать родной

    город, мы будем защищаться, кого-нибудь убьют, ну кому это
    надо, давай помиримся, а? (Арабы

    -

    народ очень практичныЙ.)

    Признай еще парочку богов, чтобы было три: Лата
    роший бог и Зухру

    -

    -

    очень хо­

    (,красу» (планета Венера). Ну какая тебе

    разница, что один, что три, а мы их всех почитаем». И Мухам­

    мед хотел бьmо согласиться, но тут Омар и Абу Бекр отрезали:
    (.Нет, един Аллах». И Мухаммед выдал очередную суру, т. е. про­

    рочество, что Аллах един и других богов нет, остальные

    сто ангелы божьи.

    92

    -

    про­

    Мекканцам пришлось согласиться: «Ладно, пусть будут ан­
    гелы, но вот уж что мы тебе не уступим, так черный камень; к
    нему на поклонение люди сходятся отовсюду, и все они у нас

    на базаре покупают продукты. Нет, черный камень не отдадим.
    Ведь черный камень с неба упал, значит, это от Аллаха·). Тут Му­
    хаммед согласился, и все мусульмане тоже согласились, призна­

    ли, что черный камень от Аллаха. И после этого Мухаммед за­
    нял Мекку, его злейшие враги оказались в числе его подданных

    и выставили ему свое войско.

    Обратимся к психологии арабов. Мухаммед не преследо­
    вал никаких личных целей, он шел на смертельный риск ради

    принципа, который он сам себе создал. По существу, с точки
    зрения богословия ислам не содержит в себе ничего нового по
    сравнению с теми религиями и течениями, которые в это вре­

    мя уже бытовали на Ближнем Востоке. Таким образом, если го­
    ворить о теологии, то разговор выеденного яйца не стоил, и
    арабы совершенно правильно сделали, что не стали особенно

    спорить, поступились привычным и культами, произнесли фор­
    мулу ислама и зажили по-прежнему.

    Разве в этом было дело? Дело-то бьmо совсем в другом. Та
    группа, которая создалась вокруг Мухаммеда, состояла из та­

    ких же фанатиков, как он. Мухаммед был просто творчески бо­

    лее одарен, чем Абу Бекр или Омар. Он бьm просто более эмо­
    ционален, чем даже добрый Осман. Он бьm даже более безза­
    ветно предан своей идее, чем отчаянно храбрый Али, и притом
    никаких особых выгод он лично от этого дела не имел.
    Мухаммед объявил, что мусульманин не может иметь

    больше четырех жен, это грешно. А грешить арабы в то время
    очень любили. По тем временам четыре жены

    -

    это был ми­

    нимум. Я не хочу быть навязчивым, но каждый из мужчин пус­
    кай подумает, четыре-то раза он менял своих подруг? Навер­
    ное, менял. А тогда, в те времена, каждая подруга считалась

    женой, так что надо было брать развод. Это было дело очень
    невыгодное, потому что брак был гражданский и развод был
    гражданский, как у нас, и связано это было с разделом имуще­
    ства. Жены предпочитали оставаться со старым мужем, когда

    он брал новую жену, так им бьmо выгоднее. И поэтому то, что
    он сам имел только четырех жен,

    -

    это бьmо в общем само­

    ограничение.

    Сделал он и другое, что имело очень большое значение для
    арабов. Сам он бьm эпилептик и поэтому не мог пить вина, ибо
    оно на него очень плохо действовало. Поэтому Мухаммед зая­

    вил, что первая капля вина губит человека, и запретил пить вино.

    93

    А арабы любили выпить, ужасно любили. Так что этот запрет
    сильно мешал распространению ислама.

    Став мусульманами, арабы не переменились. Они садились
    в закрытом дворике в узкой компании, чужих не приглашали,

    ставили большой жбан с вином, опускали туда пальцы и, по­
    скольку первая капля вина губит человека

    -

    стряхивали ее, а про

    остальное пророк ничего не сказал. Найти выход они всегда
    могли.

    Но при этом случилось нечто очень важное. Вокруг Мухам­
    меда и его группы, как водяные пары вокруг пылинки, люди ста­

    ли собираться в ком. Образовалась община людей, объединен­
    Hыx не привычным образом жизни, не материальными инте­

    ресами, а сознанием единства судьбы, единства дела, которому
    они отдавали свою жизнь. Это то, что я называю К:О1iСОРЦИЯ от латинского слова

    сорцию,

    -

    sors -

    ('судьба·>. Люди, включенные в кон­

    люди одной судьбы.

    Взрыв этногенеза, вызвавший к жизни мусульманский мир
    и его религию ислам, прошел в широтном направлении (см. рис.
    на с.

    122-123, толчокVI) и захватил, кроме Аравии, Индию, Ки­

    тай, Корею и Японию. О двух последних мы говорить не будем,
    ограничив наше внимание Евразией.
    Итак, что же произошло в

    VI веке с этими странами?

    О начале арабского этногенеза и сложении первичной
    консорции сторонников Мухаммеда мы уже говорили раньше,

    и довольно подробно. А теперь рассмотрим эту тему в интере­
    сующем нас сейчас аспекте.

    После того как Мухаммед достиг компромисса с мекканца­
    ми, они признали проповедуемую им веру ислам. Перед самой

    своей смертью он написал два письма, то есть не сам написал, а
    продиктовал, потому что он бьm неграмотен. Одно византий­

    скому императору, другое персидскомушаху с требованием при­
    нять веру ислам. Византийский император оставил письмо без
    ответа: о чем там разговаривать с этим дикарем. А персидский

    шах написал очень ехидный ответ. Тогда Мухаммед решил, что
    надо вести священную войну и заставить всех принять ислам.

    И после этого вскоре умер.
    Немедленно Аравия большей частью откололась от исла­
    ма и перестала подчиняться мусульманской общине и халифу,
    то есть наместнику Мухаммеда

    -

    Абу Бекру. Два года пришлось

    подчинять в жесточайшей войне всю Аравию. Резня бьmа жут­
    кая. Уцелевшие были принуждены принять ислам. Причем
    меньше всего сопротивлялись мекканцы, которые решили, что

    все равно, (·мы скажем, что мы ее признаем, а про верить-то это

    94

    невозможно, а он от нас и отстанет·). Так оно и случилось. И они

    подцержали мусульманскую общину: бедуинов подчинили, Йе­
    мен покорили. А после смерти Абу Бекра халиф Омар в
    двинулся походом на Византию и Персию

    -

    634 г.

    на две крупнейшие

    страны того времени.

    Византия насчитывала около двадцати миллионов населе­

    ния. Персия была поменьше, но все-таки границы ее доходили
    до современных Афганистана и Туркмении. То есть две круп­
    нейшие страны с регулярными армиями не обратили никако­
    го внимания на этих никому не нужных и никому не страшных

    арабов, у которых даже и лошадей-то не было. Марши они со­

    вершали на ослах и верблюдах, а перед битвой спешивались и
    так вели бой.

    При Ярмуке в Сирии и при Кадисии в Месопотамии в 636 г.
    сначала византийское, а затем персидское войско потерпели

    сокрушительные поражения. Арабы заняли Сирию, вторглись
    в Персию, потом захватили у Византии Египет почти без сопро­
    тивления. Потом достигли Карфагена, заняли его, прошли по
    морскому берегу до Гибралтарского пролива, в

    711

    г. перебро­

    сились в Испанию, форсировали Пиренеи и бьши остановле­
    ны на Луаре и Роне. Так велик был пассионарный подъем у ара­

    бов.
    В Персии было точно так же. После битвы при Нехавенде

    СВ Мидии) в

    648 г., когда уже

    персидское ополчение, а не регу­

    лярная армия, бьшо разбито, последний шах Иездигерд

    III бе­

    жал. Арабы захватили всю Персию, подчинили ее себе, запре­
    тили поклонение огню. Интеллигенты-огнепоклонники уеха­

    ли в Индию и до сих пор там живут. Остальные персы приняли
    ислам. Былые аристократы Сасаниды
    царствующей династии

    -

    -

    потомки персидской

    в арабский период стали синонимом

    нищего, который ходит по большим дорогам и просит милос­
    тыню.

    Из Персии арабы напали на богатейшую страну Согдиану

    -

    нашу Среднюю Азию. Такие согдийские города, как Бухара, Таш­
    кент, Самарканд, Коканд, rypгандж, были окружены крепкими
    стенами, имели большое население. Прекрасные оазисы кор­

    мили население этих городов. Воины там бьши как будто бы и
    очень смелые

    -

    дехканы, носили пояса золотого шитья, вели­

    колепные сабли, у них бьши хорошие кони. А арабы явились

    туда небольшими кучками, со своими небольшими силами, и
    захватывали город за городом, брали его иногда обманом, а

    большей частью силой. Согдийцы начали сдаваться.
    Спрашивается, почему богатая сильная страна становится

    95

    Завое8ания арабов~мусульман

    ~ на Момент смерти Мухаммеда в 632 г.

    Х637

    Места и даты важнейших

    7

    сражений

    v

    НаправлеНИА миграций

    ~ при Аку·Бахре (632-634 п.)

    арабов

    Предположительная ось

    ~ ПРИ Омаре (634-644 гг.)

    зоны

    пассионарного толчка

    УI В.Н.'.

    ~дo661г.

    ~ при Омойядах (661-750 гг.)

    EZZJ ПРИ Аббасидах (после 750 г.)
    ВCnЬlШ1\Л этногенеза

    жертвой нищего завоевателя? Очевидно, у захватчиков бьm ка­
    кой-то дополнительный импульс. Теперь мы еГ9 знаем

    -

    это

    пассионарность.

    С оазисами в Средней Азии они справились довольно быс­
    тро, но как только вышли в степь, то столкнулись с кочевыми

    тюрками и тюргешами (тюргеши

    -

    это одна из разнощщнос­

    тей западных тюрок). И тут их продвижение остановилось. Хотя
    арабы предлагали тюркам принять веру ислама, но те отвечали
    гордо. Хан тюргешей Сулу говорил: «У меня все люди

    -

    воины,

    а у вас кто? Ремесленники, сапожники, купцы. Мы же ведь этого
    делать не умеем, следовательно, и ваша вера нам не подхо­

    дит»[45, с.

    356-357].
    96

    ТЮРКИ

    а:

    : :.

    АРАВИЙСКОЕ

    м О РЕ

    арабов-мусульман в V/I-IX вв_ н. э.

    А надо сказать, что кочевое население севернее Ташкента

    и Чимкента, в горах Тянь-Шаня, в Южном Казахстане было
    крайне редкое. Жили в горах Тянь-Шаня тюргеши, ягма и чи­
    гили

    -

    три племени. А в степях жили предки печенегов, назы­

    вавшиеся кангар, и сама страна называлась КангюЙ. предки 1)'р­

    кмен

    -

    потомки парфян

    -

    жили вплоть до Сырдарьи. И этого

    редкого населения оказалось совершенно достаточно, чтобы
    остановить арабский натиск
    Тем не менее сдавшееся население Согдианы после очень
    долгой войны, перипетии которой я опускаю, обязано бьmо или

    платить огромный налог, или принять ислам. Они сначала пла­
    тили, а потом решили, что лучше примут ислам, а платить не

    97

    будуг. Тогда арабский халиф в Дамаске заявил: (·Нет, то, что вы
    приняли ислам,

    -

    это хорошо, это спасет вам жизнь после смер­

    ти, это даст вам рай, но деньги платить вы все равно обязаны·>.
    Тогда они подняли жуткое восстание. Восстания сопровожда­
    лись жесточайшими экзекуциями.'

    В это время танская агрессия достигла своей кульминации.

    Китайские войска вошли в Таласскую долину и столкнулись с
    арабскими войсками в

    751

    г. Здесь произошла битва при Тала­

    се, где три дня сражались регулярные китайские войска, кото­

    рыми командовал кореец Гао Сян Чжи, храбрый человек, огром­
    ного роста, широкоплечий, а против него арабские войска, по­
    полненные персидскими добровольцами из Хорасана, то есть
    ставшие тоже регулярным войском; ими командовал Зияд ибн
    Салих. Они три дня сражались, не имея возможности одержать
    победу. Решило дело алтайское племя карлуков, которое удари­
    ло по китайцам. Они решили, что китайцы хуже, чем арабы. Они
    не говорили, что арабы лучше, чем китайцы, нет. Бьm вопрос не
    о том, кто лучше, а кто хуже. Китайцы все-таки хуже. После это­

    го китайская армия побежала и уже не пытал ась больше про­
    никнуть в Среднюю Азию.

    Зияд ибн Салих был казнен за участие в заговоре пример­
    но через полгода после грандиозной одержанной им победы.

    Это случилось потому, что примерно за год до этой битвы У
    арабов произошел переворот из-за того, что принцип Мухам­
    меда

    -

    организация страны по конфессиональному призна­

    ку населения

    -

    игнорировал этнические признаки. Мусульма­

    нином мог стать каждый, кто произносил формулу ислама и
    соглашался принять обрезание. После чего его зачисляли как
    потенциальную силу в войска халифа, он числился там и мог
    служить или не служить, как ему удавалось, но многие предпо­

    читали воевать и приносить домой добычу. А добыча бьmа ко­
    лоссальная. Например, персидекий ковер шахского дворца
    пришлось разрезать на части, потому что у арабов не было
    такого дворца, где бы его можно было расстелить. Женщин
    они приводили в огромном количестве, причем немедленно

    их распродавали на б~зарах, и по дешевке, потому что жен­
    щин-пленниц было много. Их покупали для гаремов. Правда,
    было сделано исключение для аристократок Например, доч­
    ку персидского шаха Иездигерда продавали по ее желанию:'

    кому она пожелает быть проданной. И перед ней шли покупа­
    тели

    -

    ближайшие сотрудники Мухаммеда: халиф Омар

    толстый, - говорит, -

    сказала: (.Нет, он очень жестокий.>; Осман

    бый.>; Али

    -

    (·Очень

    98

    -

    она

    (.Нет, он очень сла­

    не подходит·>; его

    сын Ха сан, молодой человек, племянник пророка, сын Фать­

    мы,

    -

    она посмотрела и говорит: <.у него губы нехорошие, он

    сластолюбив, он будет любить не только меня, но и других
    женщин». Когда прошел ryсейн, она говорит: <·Вот этому меня

    продайте, я согласна». Тут же офор~или сделку. У арабов ра­
    бовладение в это время принимало вот такие формы, которые
    в наше время кажутся экзотичными.

    Вообще, надо сказать, такой подход был очень разумен. В
    персидском домострое ХI века

    -

    <.Кабус-намэ», принятом ара­

    бами, указано, что раба можно покупать только с его согласия
    и если почему-то он поссорится с хозяином и пожелает, чтобы
    его продали, то лучше всего немедленно вести его на базар и
    продавать. Иначе можно натерпеться с ним столько неприят­

    ностей, что он сам того не стоит. Это бьmо больше похоже на
    сделку по найму, но оформлялось как купля-продажа.
    И вот эти рабы, рабыни, пленницы, новообращенные, все
    ставшие мусульманами, все послужившие в мусульманских вой­

    сках, оказались огромной массой людей, связанных между со­
    бой только административно-политическими узами. А этничес­
    кая сущность их ведь никуда же не девал ась. поэтому когда ос­

    лабела власть и правоверные халифы, наследники Мухаммеда,
    проиграли войну с лицемерными мусульманами

    -

    потомками

    его врагов и те захватили власть, то лицемеры Омейяды устро­
    или Дамасский халифат.
    Там бьmо фактически разрешено все. Официально счита­

    лось, что господствует вера ислама, и пить вино в публичных
    местах запрещалось. Могли пить христиане и иудеи, а мусуль­

    манам бьmо нельзя. Пусть молятся! Но мусульмане пили вино
    дома, а тут никто не смотрел и никто не выяснял, что они дела­

    ют. Кроме того, молиться тоже надо было пять раз и совершать
    омовение. Когда за ними наблюдали, они все это выполняли, а

    как только переставали следить, то они пренебрегали всеми
    правилами, и на это смотрели сквозь пальцы.

    Единство мусульманской общины исчезло; община распа­
    лась на субэтносы. И выяснилось, что существуют арабы медин­
    cкиe, арабы мекканекие, арабы-кельбиты (южные), арабы-кай­

    ситы (северные). И все они схватились между собой и начали
    жуткую резню. Если бы я рассказывал об арабах специально, то
    мне пришлось бы перечислить их внешние войны и их внутрен­
    ние войны, восстания и их подавления. Так вот! Их количество
    одинаково. Арабы тратили примерно половину запасов своих
    пассионарных сил, своей боеспособности, на подавление сво­
    их собственных соплеменников, потому что внутренние войны

    99

    бьmи еще более ожесточенными, чем с христианами на западе

    и с язычниками на востоке. Дошло до того, что Мекку штурмо­

    вали войска дамасского (омейядского) халифа с применением
    огнеметного оружия, сожгли храм Каабы. Даже камень треснул
    от жары. Но они с этими мелочами не считались; они решали

    свои политические задачи. И вот туг-то выступил со всей си­
    лой этнический принцип.
    Персы сговорились с арабами-кельбитами против арабов­
    кайситов, поддержали их и низвергли династию Омейядов, на

    место которой вступила новая династия, Аббасидов

    -

    дальних

    родственников пророка, не имевших никаких прав на престол.

    Однако она устраивала победителей. Аббасиды бьmи все сме­
    шаны в такой степени, в какой мы даже представить себе не
    можем. Причем дело не в генетическом смешении. Если, напри­

    мер, у вас бабушка

    -

    испанка, то вы или просто этого не знаете,

    или для интереса иногда вспоминаете. Но если у вас мать

    -

    ис­

    панка, то она будет вас учить, во-первых, по- испански говорить,

    будет петь вам испанские песни в колыбельке, потом будет учить
    вас, что вы должны будете защищать свою честь со шпагой в
    руке, должны будете ревновать, пить шоколад и вообще делать
    массу других вещей. А если у вас будет мать, допустим, финка,
    то она вам скажет, что это все мелочи, чепуха, и через некото­

    рое время сын финки от одного и того же отца, что и испанки,

    будет пить водку в большом количестве и ревновать не будет, и
    на шпагах воевать не научится, а если понадобится, то возьмет
    дубину и дубиной стукнет своего брата-испанца, который бу­

    дет выступать со шпагой, и т. д. Так вот, мы, к сожалению, не зна­
    ем генеалогии всех деятелей Аббасидского халифата, но знаем
    халифов. У одного мать ~ персиянка, у второго
    третьего

    -

    -

    берберка, у

    грузинка и т. д. Там была страшная мешанина: люди

    с разными стереотипами поведения, с разным воспитанием.

    А удерживала более или менее Аббасидский халифат слабость
    его противников. Но он начал разваливаться изнутри.

    Первой пала Испания, куда убежал член Омейядской динас­

    тии Абдаррахман, и, хотя туда прислали правительственного чи­
    новника наместником, он создавал себе партию, которой пред­
    ложил отделиться от халифата и жить самостоятельно. И отдели­
    лись. Потом отделилось Марокко, где жили мавры-кабилы. Затем

    отделился Алжир, затем Тунис, Египет, Средняя Азия, Хорасан, Се­
    истан

    -

    это восточная часть Персии, Хaдriфат развалился.

    Почемуздесьважныподробности~Потомучтовлияниему­
    сульман и мусульманской агрессии на народы нашей страны

    бьmо колоссальным. Средняя Азия, в которой правили арабские

    100

    чиновники

    -

    эмиры (эмир

    -

    это буквально «особый уполномо­

    ченный»), стала мусульманской страной. Когда же арабы заме­
    нились местными правителями с титулом

    -

    султан (тоже араб­

    ское слово), то они уже бьmи мусульманами. Итак, на базе страш­
    ных избиений, которые делались ПРI:l завоевании (а убивали
    арабы по-джентльменски: только мужчин; женщин они прода­
    вали в гаремы, а в гаремах те становились полноправными же­

    нами), создалось смешанное население, названное тем же сло­

    вом, что и их победители,

    -

    арабы. У арабов своих терминов

    было мало, и они заимствовали чужие слова, в частности пер­

    сидские. По-персидски «корона»

    ка·>

    -

    -

    «тадж», а «коронные войс­

    это «таджик·>. Так вот, потомки арабов и согдийских жен­

    щин стали называться таджиками, которые и до сих пор суще­

    ствуют (вот при мер этногенеза). Сложились они в

    VIII в.

    и до

    сих пор не потеряли ни своего этнического лица, ни своих бле­
    стящих способностей, ни своего стереотипа поведения, который
    они приобрели тогда в результате смешения арабов с тюрками.

    о
    ИНАИЙСКИЙ (РАДЖПУТСКИЙ) ВАРИАНТ
    А теперь направим караван нашего внимания через рас­
    каленные пустыни Белуджистана к многоводной реке Инд,
    орошающей окрестные сухие степи, где в VIII в. произошла из­
    вестная раджпутская революция. Она превратил а буддийскую
    монархию наследников империи Гупта в разобщенную Радж­
    путскую Индию, связанную только кастовой системой.
    Долина Инда

    -

    это территория, по климатическим и лан­

    дшафтным данным весьма похожая на нашу Туркмению. Пес­
    ки, пригорки с редкой травой, большая река течет, как у нас
    Амударья. Инд

    -

    река мелкая, с перекатами, хотя и очень мно­

    говодная, на реке масса островов и песчаных отмелей, так что

    индусы, даже во время английского господства, предпочита­
    ли переплывать Инд не на катере, который ходил с одного бе­

    рега на другой и огибал все острова, а на бурдюке. Правда, в

    Инде есть крокодилы, но индусы привыкли к ним. Брали с со­
    бой длинную палку, и, когда крокодил хотел напасть на плы­
    вущего, индус бил его палкой по ноздрям, и крокодил сразу
    исчезал. В общем, Инд и окружающая пустыня являются как

    бы ландшафтным продолжением Средней Азии, поэтому мно­
    гие среднеазиатские племена, покидавшие родину, оседали в

    долине Инда. К моменту толчка их было три

    101

    -

    кушаны, саки и

    эфталиты: все три

    -

    разные этносы. Но, попав на новую тер­

    риторию, они забыли о своем происхождении, смешались с

    аборигенами, и отличить их внешне от местных жителей было
    очень трудно. Но по культам отличать их было еще можно:
    среднеазиаты почитали в качестве божества солнце, а инду­
    сы

    -

    змея, но споров из-за этого между ними не было.
    А в центральной части Индии и в Бенгалии располагалась

    культурная и могущественная империя династии ryпта, очень

    почитавшая солнце

    -

    Адитью

    -

    И буддизм. Буддисты бьmи очень

    в большом почете в империи ryпта, как и во всех деспотических

    империях

    [85, с. 99].

    Деспотическим режимам бьm выгоден симбиоз с буддис­
    тами. Правители обдирали своих крестьян и свое податное на­

    селение со страшной силой, чтобы поддержать пышность сво­
    его двора и могущество своего наемного войска, поскольку буд­
    дисты проповедовали, что мир

    -

    иллюзия и поскольку у тебя

    отнимают иллюзорные деньги, иллюзорный хлеб или застав­
    ляют тебя работать на постройке иллюзорной дороги, то тебе
    это все только кажется. Ты подчиняйся, так будет спокойнее.
    Разумеется, индусы подчинились, куда денешься?! Раз пассио­

    нарности нет, будешь подчиняться.
    Но пассионарный толчок, захвативший долину Инда, по­

    влиял на индусов так же, как на арабов, в смысле их консолида­
    ции' хотя религиозная концепция у них сложил ась совершен­

    но иная. Они вспомнили, что когда-то бьmа древнеиндусская
    религия, о которой они забыли и думать, потому что ее теперь
    знали только ученые брамины, которые читали на языке санс­
    крит, а это язык искусственный, вроде нашего церковнославян­
    ского, простые индусы читать на нем не могли. Но они очень

    нуждались в какой-нибудь мудрости, чтобы выразить свое но­
    вое антибуддистское настроение, свою новую этнокультурную

    доминанту: И нашелся брамин Кумарилла Бхата 1. Очень почтен­
    ный человек, который громко заявил, что буддисты говорят
    чушь, утверждая, что мир

    -

    иллюзия. Похоже, чТо он говорил

    то же, что мой отец:
    Есть Бог, есть мир, они живуг вовек,

    А жизнь людей мгновенна и убога,
    Но все в себя вмещает человек,
    Который любит мир и верит в Бога.

    1

    KYMapWlJla восстановил учение о личном Боге и создателе около

    750 г. [13, с. 75].

    102

    Вывод из этой концепции бьm крайне прост: бей буддис­

    тов и круши империю Гупта! Дело это облегчалось тем, что за­
    конная династия прекратилась, у власти стояли узурпаторы,

    сначала Харша Вардана, потом Тирабхукти

    -

    редкий прохвост,

    он-то и уронил авторитет власти. Поэтому империя довольно
    быстро рухнула под напором раджпутов

    -

    сторонников Кума­

    риллы. Раджпугы разнесли ее своими саблями, причем Кумарил­
    ла и другие ему подобные брамины приказывали убивать всех
    буддийских монахов. А так как буддист в Индии

    -

    это обязатель­

    но монах, то отличить их бьmо крайне просто, и с ними покон­
    чили быстро. Но бьmи слои населения, которые поддерживали
    режим Гупта и соответственно буддизм. И тогда бьmа перестро­
    ена система каст. Тех, кто помогал раджпутам в их раджпутской
    революции, поместили в высшие касты, отличающиеся от ста­

    рых варн, которых было всего четыре. Новых каст стало много.
    Сторонники браминов попали в высшие касты, нейтральные
    в средние, а те, кто протестовал, попали в низшие касты

    -

    -

    «при­

    касаемые», но самые низшие. Но были еще и «неприкасаемые»,

    которым было хуже всего, так как им, например, запрещали
    даже пить воду из источников и рек, разрешали только из сле­

    дов животных или слизывать росу с листьев. Они не смели ни
    до кого дотронуться и выполняли самые грязные и самые низ­

    кооплачиваемые работы, а некоторые группы неприкасаемых
    просто подлежали уничтожению. И тогда те, которым риско­

    ванно было оставаться на родине, убежали из Индии и появи­
    лись сначала в Средней Азии, потом на Ближнем Востоке, по­
    том в Европе и в России. Они до сих пор странствуют и называ­
    юTcя цыганами.

    Единого государства раджпуты не создали. Это бьmи люди
    крайне независимые, которые не хотели никому подчиняться.

    Поэтому они создали массу мелких княжеств, враждовавших
    друг с другом, но скрепленных единой системой каст, то есть

    единым стереотипом поведения и новой единой браминской
    религией, которая, правда, раскололась на два исповедания,

    спорившие друг с другом, но не боровшиеся: шиваизм и виш­
    нуизм.

    Во главе новой индийской религии, которую оформил

    один из последователей Кумариллы, Шанкара 1, бьmа индуистс­
    кая троица: Брама, Вишну и Шива. Творящий Брама все время

    I Шан/(ара - ученый брамин, шиваисгский поэт [см.: Исгория Индии
    В средние века. М., 1968, с. 198], выдающийся мыслитель УIII в., основатель

    многих сект и философского учения

    -

    103

    веданты

    [129, с. 53-58, 280-347].

    спит, но время от времени он просыпается, творит мир и снова

    засыпает; пока он спит, мир портится, тогда Брама опять про­

    сыпается, видит это безобразие, творит мир заново и засыпает
    до следующей реконструкции. А в самом мире действуют два
    начала: охраняющее начало

    ющее и воссоздающее
    учителями

    -

    -

    -

    это Вишну

    -

    и началоуничтожа­

    это Шива. Жрецы Вишну назывались

    гуру, они учили воздерживаться от всякого рода

    опьяняющих напитков, которые разрушают тело, и обязаны
    бьmи оказывать знаки внимания всем женщинам вишнуитско­
    го культа.

    Если, скажем, пришел старичок учитель в деревню, так он
    должен переспать со всеми женщинами здесь, иначе жуткая

    обида, значит, он какую-то семью обошел своими благами, а он
    должен всем верным оказать знаки внимания; ему, может, и не­

    охота, но обязан, может, там какая-нибудь старушенция или
    уродина, не имеет значения

    -

    выполняй служебный долг!

    Шиваитам, наоборот, категорически запрещалось сопри­
    косновение с дамским полом, а наркотические и опьяняющие

    напитки вменялись в обязанность, для того чтобы как можно
    скорее уничтожить свою плоть, изнурить ее и тем самым под­

    готовить к восстановлению заново. То есть и тут, и там ничего
    общего с будцизмом, только идея переселения душ осталась,

    потому что она бьmа в основе всей восточной мудрости.
    Иногда вишнуисты с шиваитами спорили, но эти споры,

    как мы бы сказали, не бьmи антагонистическими, они, скорее,
    походили на борьбу демократической и республиканской
    партий в Америке: одна дополняет другую. Порядка в это время
    в Индии бьmо мало, потому что Южная Индия с трудом подчи­
    нялась новому раджпутскому режиму, но раджпуты все-таки ее
    завоевали и ввели там свою систему.

    Кончилось это довольно быстро, когда пришли мусульма­
    не. Сначала арабы высадились в Синде, а потом среднеазиат­
    ские мусульмане начали делать походы через ГиНДУКУШ, через

    очень удобное Хайберское ущелье, служившее воротами в Ин­
    дию [см.

    84, с. 95-98]. Сопротивление разрозненных индусских

    княжеств бьmо слабым. Объединяться раджпуты не хотели и не
    умели, и потому их довольно быстро подчинили себе мусульман­
    ские властители, установив в Индии мусульманскую верховную
    власть. Захватить верховную власть мусульманским султанам

    оказалосьлегко[19, с.

    243 и след.], но они ничего не могли поде­

    лать со строем жизни, со сложившимся стереотипом поведения,

    С местными воззрениями и всеми этническими особенностями,
    которые возникли здесь в результате пассионарного толчка.

    104

    И мусульмане, и сменившие их англичане вынуждены бьmи с
    этим мириться вопреки своим прямым интересам. Ничего тут

    поделать бьmо нельзя. Если какой-нибудь мусульманский султан
    вдруг решал нарушить обычай индусов, то его в один прекрас­
    ный момент кусала кобра. Неприятн:о! Лучше уж не нарушать
    обычаи индусов; и мусульманские владыки выучили это очень
    хорошо. Англичане с такими сюрпризами справлялись, но они
    спасовали перед другой коллизией. Дело в том, что когда вырос­

    ли большие торговые города, такие, как Бомбей (это город с не­
    сколькими миллионами жителей), то неприкасаемые, которые
    одни только могли заниматься уборкой улиц, быть дворниками
    (ни один другой индус под угрозой исключения из касты не
    возьмет метлу в руки), повысили цену на свой труд. А англичане
    и жившие там англичанки не могли даже у себя дома вытереть
    пьmь, хотя им это ничего не стоило

    -

    взял тряпку да и обтер; но в

    таком случае все индусы стали бы их презирать, могли и взбун­
    товаться. Поэтому приходилось нанимать какую-нибудь индус­
    ку низшей касты, которая приходила, вытирала пьmь и брала за
    это половину зарплаты мужа. Впоследствии эти неприкасаемые
    и совсем обнаглели. Устроили забастовку метельщиков и убор­

    щиков во всем Бомбее, и ни одного штрейкбрехера не нашлось.
    Лучшие адвокаты бьmи у них. Они выбрали талантливых маль­
    чиков из своей касты, послали в Англию, в Оксфорд И Кембридж.
    Те кончили юридические факультеты, стали адвокатами, верну­
    лись и очень дельно защищали интересы своей KacтыI в судах.
    Самым выгодным оказалось быть членом низшей касты! И до­
    ходы, и работа неутомительная, и притом никакой конкуренции.

    Так что новый стереотип поведения оказался чрезвычайно жиз­
    нестойким: с

    VII-VIII

    вв., когда он установился, дожил до ХХ в.

    И сейчас новое правительство сталкивается с этой проблемой,
    хотя Неру KaCТbI отменил. Но Дж. Неру бьm индус только по рож­

    дению, а по строю своей жизни, по воспитанию, по профессии,
    по образованию, по всему это бьm типичный английский жур­
    налист, и, естественно, он ввел английские порядки, а что из этого
    получится, будущее покажет.

    о
    ТИБЕТСКИЙ ВАРИАНТ
    Совершенно иначе толчок проявился в Тибете. Тибет из
    маленькой горной страны, в

    VI - VII

    вв. раздробленной, разоб­

    щенной, разноплеменной, превратился в военную монархию

    105

    аристократического типа и захватил Великий караванный пугь
    от Китая до Средней Азии, то есть взял контроль над торговлей

    шелком. Правда, это продолжал ось недолго. Тибет бьш по срав­
    нению с Китаем очень малолюден, там бьшо не более трех мил­
    лионов населения, а в Китае бьшо около пятидесяти шести мил­
    лионов, но тем не менее силы их уравновешивали друг друга

    [45, с. 349-362,404-424].
    Тибет - страна горная

    и изолированная, но изолирован­

    ная довольно относительно. В

    V в. западная часть Тибета была

    населена индоевропейскими племенами, близкими к индусам.
    Там жили дарды и МоН'Ы. Они исповедовали светлую религию
    Митры, но очень искусились в колдовстве и волшебстве: порчу

    наводили, какие-то травы у них бьши волшебные, гипноз, теле­
    патия, заклинания. Всего такого у них бьшо полным-полно, и
    при этом сами они были европеоидного типа. А в Восточный
    Тибет из Южного Китая бежали от китайцев некитайские пле­
    мена, они постепенно поднимались по великой реке Брахма­

    путре и здесь назывались 1СЯ1-lЫ. В Тибете кяны встретились с
    дардами и монами.

    О происхождении тибетцев, возникших на месте этого эт­
    нического контакта, сохранилась легенда, предвосхитившая

    Дарвина. Правда, в отличие от Дарвина, люди

    -

    только наполо­

    вину обезьяны, обезьяной был их предок-отец. Мама-самка

    [63, с. 16-17].

    была ракшас, что-то вроде лешего (ракшас

    ные демоны). А было якобы так

    это горные лес­

    Чертовка ракшас увидела прекрасного царя обезьян, ко­
    торый пришел в Тибет спасаться по буддийской вере. Она в

    него влюбилась, пришла к нему и потребовала, чтобы он на
    ней женился. Бедный царь обезьян был отшельником, учени­
    ком Авалокиты, он знать не хотел никаких женщин вообще,
    он пришел сюда заниматься спасением своей души, а вместо

    этого, пожалуйста, явилась влюбленная ведьма и требует вза­
    имности. Ну, он категорически отказался. Тогда она спела ему
    песню:

    О, обезьяний царь! Услышь меня, молю.

    По воле злой судьбы я бес, но я люблю.
    И, страстью сожжена, теперь к тебе стремлюсь,

    Со мной не ляжешь ты, я с демоном сольюсь.
    По десять тысяч душ мы будем убивать,

    Мы будем жрать тела, мы будем кровь лизать
    И породим детей жестоких, словно мы,

    Они войдут в Тибет, и в царстве снежной тьмы

    106

    У этих бесов злых возникнyr города,
    И души всех людей пожрут они тогда.

    Подумай обо мне и милосерден будь,
    Ведь я люблю тебя, приди ко мне на грудь!

    Бедный отшельник, испуганный такой настойчивостью,

    обратился к Авалоките и стал ему молиться:
    Наставник всех живых, любви и блага свет,
    Я должен соблюдать монашеский обет,

    Увы, бесовка вдруг возжаждала меня,
    Мне причиняет боль, тоскуя истеня,
    И крутится вокруг, и рушит мой обет.

    Источник доброты! Подумай, дай совет.

    Авалокита подумал, посоветовался с богинями Тонир И
    Тара и сказал: «Стань мужем горной ведьмы». А богини закри­
    чали: <<Это очень хорошо, даже очень хорошо». И обезьяна с

    ведьмой народили детей. Дети были самые разные, одни были
    умные, похожие на отшельника, другие хищные, похожие на

    маму, но все они хотели есть, а есть бьmо нечего, потому что
    отец и мать, занятые самосовершенствованием, о них не забо­
    тились, и они стали кричать: «Что же нам есть?» Тогда бывший

    отшельник обратился опять к Авалоките и пожаловался ему:
    Учитель, я в грязи, средь сонмища детей,

    Наполнен ядом плод, возникший из страстей,
    Греша по доброте, я бьm обманут тут,
    Мне вяжет руки страсть, страдания гнетут.

    Жестокая судьба, и мук духовных яд,
    И боли злой гора всегда меня томят.
    Источник доброты, ты должен научить,
    Что надо делать мне, чтоб дети стали жить,
    Сейчас они всегда, как бесы, голодны,

    А после смерти в ад низринуться должны.
    Источник доброты, скажи, скажи скорей
    И милосердья дар пролей, пролей, пролей.

    Авалокита помог ему, дал бобы, пшеницу, ячмень и всякие
    плоды и сказал: «Брось в землю, они вырастут, и ты будешь кор­
    мить детей». И вот от этих детей пошли тибетцы. Древняя ле­
    генда довольно точно передает коллизию, которая историче­

    ски подтверждается: наличие двух этнических субстратов,

    107

    которые в условиях пассионарного толчка консолидировались

    и создали единый, монолитный и весьма энергичный, хотя и

    многоэлементный, мозаичный внутри системы тибетский эт­
    нос. Исходными элементами этого этноса бьmи, с одной сто­
    роны, дардские и монские индоевропейские племена, а с дру­

    гой

    -

    монголоидные кяны (1СЯ1-t

    -

    древнее произношение ця1-t).

    Все они бьmи духовно скреплены единой верой

    -

    митраист­

    ской религией бон, но не могли достичь политического един­
    ства, потому что каждое племя не желало признать главенства

    другого. Но тибетцам повезло, им удалось найти компромисс.
    В эпоху великого упадка Китая в

    V веке, когда в бассейне Жел­

    той реки шла жуткая резня, один из побежденных вождей бе­
    жал от своих победителей табгачей (этнос, пришедший из
    Сибири) в Тибет. Звали его Фан-ни. Тибетцы приняли его с от­
    рядом и выбрали своим цэнпо. Цэнпо

    -

    это не то царь, не то

    председатель, не то президент; в общем, высшая тибетская дол­
    жность с большими полномочиями и без всякой возможности
    их осуществления. Таким образом нейтральный пришелец Фан­

    ни стал главой всех тибетцев с большими прерогативами, но
    без реальной власти, потому что он должен бьm считаться и со
    жрецами бона, и с племенными вождями.

    Тем не менее единая организация была создана, и тибетцы
    стали распространяться на запад, завоевывая памирские зем­

    ли, и на восток Шаншун

    -

    это Северный Тибет

    -

    они не захва­

    тывали, потому что жить там плохо: слишком большая влаж­
    ность, муссоны с Индийского океана, достигая хребтов Север­
    ного Тибета, выпадают здесь проливными дождями, дальше

    через Куньлунь они не пере носятся, но в Северном Тибете та­
    кая сырость, что и кизяк гниет сразу же, не сохнет, и деревья,
    если падают, немедленно гниют, и нечем развести огонь, хотя

    лесов много и зверей много. Поэтому тибетцы двинулись на
    восток и запад.

    Каждый поход надо было согласовывать со всеми вождя­

    ми племен и с жрецами религии бон; руки у цэнпо были связа­
    Hы' а он стремился к реальной власти и поэтому обратил свои
    взоры к буддизму. Как я уже говорил, буддийские общины все­
    гда ютились у подножия деспотических престолов, потому что

    деспот, не имеющий опоры в народе, нуждается в космополи­
    тичных интеллигентных советниках и сотрудниках, не связан­

    ных с народом и обязанных лично ему. Буддийская община
    по принципам своим всегда экстерриториальна; человек, во­

    шедший в общину, рвет все прежние этнические, племенные,
    родовые связи. Поэтому деспоту очень удобно использовать

    108

    энергичных буддистов в качестве своих советников или чи­
    новников.

    Этот опыт перенял один из цэнпо, Сронцангамбо. Он при­
    гласил к себе буддистов и сказал им, что он разрешает пропове­
    довать буддизм в Тибете и тем самым надеется получитьоппо­
    зицию rmеменным вождям и жрецам бонской веры. Коллизия
    известная: престол выступает против традиционной аристокра­

    тии и церкви. В Европе такое бывало неоднократно. Кончилось

    это для Сронцангамбо rmохо, несмотря на его исключительную
    энергию. Источники сообщают о постройке им великолепною
    дворца Потала; его можно увидеть на многочисленных картин­

    ках, он до сих пор стоит: тогда строили надежно. Вокруг дворца

    тогда валялись вырванные глаза, отрубленные пальцы, руки, го­
    ловы, ноги людей, которые или не хотели принимать буддийскую
    веру, или спорили с ней. Потом куда-то исчез сам цэнпо, буддизм
    оказался в гонении, потом царь появился снова. История тем­

    ная. Я просидел несколько лет над тибетской историей этого
    периода и пришел к выводу, что установить хронологию этого

    периода при наличии даже нескольких версий
    тибетской, китайской

    -

    -

    собственно

    и отрывочных сведений, которые сохра­

    нились в Индии (они переведены на английский и все сейчас

    доступны), очень трудно [там же].
    Ясно то, что в Тибете сложились две партии

    -

    монархиче­

    ская, которую поддерживали буддисты и которая хотела совер­
    шить в стране переворот с ущербом для аристократии и тра­
    диционной церкви, и партия традиционалистов

    -

    аристокра­

    тов, сторонников бона и противников буддизма.
    С одним из последних

    -

    Мажаном

    -

    произошла такая ис­

    тория. Он фактически бьUI главой правительства при молодом

    цэнпо И ничего не боялся, потому что знал, что убить его буд­
    дисты не могут

    -

    буддистам нельзя никого убивать. Но буддис­

    ты вышли из положения. <Ладно,

    -

    сказали они,

    -

    мы его не убь­

    ем»; заманили правителя-бонца в подземную пещеру, где бьUIИ
    могилы царей, и заперли дверь; никто его не убивал, он сам там
    умер. И закон буддийский бьUI соблюден, и переворот совер­
    шен. Молодой цэнпо бьUI объявлен воплощением Маньчжуш­
    ри

    -

    бодисатвы мудрости; он вел жесточайшие войны руками

    своих бонских подданных, но правил ими при помощи буддий­
    cкиx советников. Кончилось это все трагически

    -

    бонские жре­

    цы его околдовали, когда он изменил своей тибетской жене в
    пользу индусской. Обиженная жена заполучила его нательное

    белье, через эту одежду его «околдовали», и он умер. По-види­
    мому, его отравили.

    109

    Ясно, что пассионарное напряжение бьmо там страшное,
    власть использовала иноземную кулнryру для объединения Тибе­
    та. Это привело к трагической развязке. Последний монархЛанг­

    дарма вернулся к вере предков и начал истреблять всех буддий­
    ских монахов. Тогда один буддийский монах решился его убить

    -

    пожертвовал своей душой, не жизнью, которой не жаль, а бессмер­
    тием, ведь душа монаха-убийцы должна развалиться, погибнуть и
    в нирвану уже никогда не попасть. Но он ради веры пожертвовал

    душой, застрелил Лангдарму и убежал [там же]. А потом началась
    полная анархия, Тибет развалился, а ведь это бьmа крупная дер­
    жава. Непал и часть Бенгалии принадлежали ей.
    Каждое племя оroродилось дозорами, каждый монастырь

    и замок огородились высокими стенами, выйти куда-нибудь
    попасти скот или поохотиться стало связано с риском для жиз­

    ни, то есть в Тибете после этой пассионарной вспышки сгора­
    ние произошло настолько быстро, что все взорвалось. Буддизм
    потерял Тибет полностью, тибетцы вернулись к старой вере и
    колдовству, которое их очень устраивало: можно околдовать
    врагов и опоить их зельем, навести на них порчу

    -

    очень хоро­

    шие средства борьбы. Но в ХI в. явился туда новый проповед­
    ник

    -

    Атиша, который стал проповедовать мягкие формы буд­

    дизма Са буддизм в это время имел уже огромное количество
    разных форм). У него оказался талантливый ученик

    -

    поэт Ми­

    ларайба, который сочинял дивные стихи. И эти стихи на род­
    ном тибетском языке дошли до сердец тибетцев. Постепенно
    тибетцы стали переходить в буддизм, принимать его принци­
    пы, и даже бон разделился на черный бон, враждебный буддиз­

    му, и белый бон, компромиссный буддизму. Продолжал ось это
    до

    xv века, пока там не появился новый гениальный тибетский

    мальчик Цзонхава, который создал «желтую веру»

    -

    тот буддизм,

    который стали исповедовать монголы, буряты и калмыки. Вера
    эта складывал ась под влиянием несторианства, которое бьmо
    принесено еще в VI в. В Восточную Азию,

    -

    все это уже подроб­

    ности истории культуры, которые нас сейчас не'интересуют.

    о
    хуннекий ВАРИАНТ
    Восточная Азия разделена климатическим барьером на два
    больших региона. Первый

    -

    Срединная равнина (Чжун-го) меж­

    ду великими реками Хуанхэ и Янцзы

    -

    теплая влажная страна,

    орошаемая тихоокеанскими муссонами [б2,с.

    110

    180. См. также: 17,

    с.

    41; 50; 92, с. 56; 128, с. 18]. Севернее ее сухие степи и пустыни

    нынешней Монголии и Джунгарии, малопригодные для земле­

    делия. Еще в древности первый объединитель Срединной рав­
    нины Цинь Шихуанди приказал соорудить стену, разделившую
    оба эти региона. И хотя стена неоднократно ломал ась и рассы­

    палась, ее возобновляли; так древние географы нашли наилуч­
    шее место для границы между двумя географическими регио­
    нами.

    Севернее этой границы последовательно возникали и ис­

    чезали саки, хунны, табгачи, древние тюрки

    -

    тюркюты, уйгу­

    ры И монголы.

    А южнее историки насчитывают три витка этногенеза: ар­
    хаический, древний и средневековый. Очевидно, и до архаи­

    ческого периода бьmи какие-то неизвестные нам этногенезы,
    как, впрочем, и во всех ранее перечисленных вариантах.

    Предки аборигенов бассейна Хуанхэ, которых мы в даль­
    нейшем для простоты будем называть по привычке китайца­
    ми, постоянно вели войны друг с другом и вытеснили ряд пле­
    мен на север. Беглецы, покинувшие родину и укрывшиеся за

    просторами пустыни Гоби, бьmи предками хуннов. В нынеш­
    ней Монголии они смешались с местными племенами, имев­

    шими уже развитую и богатую культуру. Так сложился новый
    этнос

    В

    - хунны.
    IV в. до н.

    э. хунны образовали мощную державу

    -

    пле­

    менной союз двадцати четырех родов, возглавляемый пожиз­
    ненным президентом
    князей

    -

    -

    шаньюем

    -

    и иерархией племенных

    «правых» (западных) и «левых» (восточных). Хунны

    были воинственны, мужественны, восприимчивы к культуре.

    Казалось, что им предстоит великое будущее

    [34, с. 292; 65].

    Не только хунны, но И их соседи оказались в ареале толч­
    ка, или взрыва этногенеза, на этот раз вытянутого по широте

    от Маньчжурии до Согдианы. Восточные кочевники, предки

    сяньбийцев (древних монголов), подчинили себе хуннов, а со­
    гдийцы (юечжи), продвинувшись с запада, из Средней Азии, до

    Ордоса, обложили хуннов данью. На юге Срединная равнина

    была объединена грозным царем Цинь Шихуаном, который
    вытеснил хуннов из Ордоса в

    214 г. до н. э., лишив их пастбищ­

    Hыx и охотничьих угодий на склонах хребта Инь-Шань и на

    берегах Хуанхэ. А хуннский шаньюй Тумань готов бьm на все
    уступки соседям, лишь бы они не мешали ему избавиться от
    старшего сына Модэ и передать престол любимому младшему
    сыну от очаровательной наложницы.

    Тумань и его сподвижники были людьми старого склада,

    111

    степными обывателями. Если бы все хунны бьmи такими, то мы
    бы не услышали даже имени их. Но среди молодых хуннов уже
    появилось пассионарное поколение, энергичное, предприим­

    чивое и патриотичное. Одним из таких новых людей бьm сам
    царевич Модэ. Отец отдал его в заложники согдийцам и про из­

    вел на них набег, чтобы они убили его сына. Но Модэ похитил У

    врагов коня и убежал к своим. Под давлением общественного
    мнения Тумань бьm вынужден дать ему под команду отряд в

    1О 000 семей. Модэ ввел в своем войске крепкую дисциплину и
    произвел переворот, при котором погибли Тумань, его люби­
    мая жена и младший сын

    (209 г. до н. э.)

    Модэ, получив престол, разгромил восточных соседей, ко­

    торых китайцы называли «дун-ху.>, отвоевал у китайцев Ордос,

    оттеснил согдийцев на запад и покорил саянских дu'НЛu1-tов и
    1СЫnча1Сов. Так создавалась могучая держава Хунну, население
    которой достигло

    300 000 человек

    Тем временем в Китае продолжалась истребительная граж­
    данская война. Если объединение Срединной равнины побе­

    доносным, полуварварским царством Цинь унесло 2/з населе­
    ния побежденных царств, а угнетение покоренных

    -

    неизвест­

    но сколько, то восстание всей страны против циньских
    захватчиков завершило демографический спад. Циньские во­
    ины закапывали пленных живыми. Также поступали с ними по­
    встанцы, пока крестьянский вождь Лю Бан не покончил со все-:
    ми соперниками и не провозгласил начало империи Хань в

    202

    г. до н. э.
    Население и военные силы Китая, даже после потерь в

    гражданской войне, превосходили силы хуннов. Однако в

    200

    г. до н. э. Модэ победил Лю Бана, основателя династии

    Хань, и заставил его заключить «договор мира и родства·>, то
    есть мир без аннексии, но с контрибуцией. Этот договор со­
    стоял в том, что китайский двор выдавал за варварского князя
    царевну и ежегодно посылал ему подарки, то есть замаскиро­
    ванную дань.

    Но не только венценосцы, но и все хуннские воины стре­
    мились подарить своим женам шелковые халаты, просо для пе­

    ченья, белый рис и другие китайские лакомства. Система по­
    стоянных набегов не оправдывала себя: тяжеловато и риско­
    ванно. Гораздо легче было нavдить пограничную меновую
    торговлю, от которой выигрывали и хунны, и китайское насе­

    ление. Но при этом проигрывало ханьское правительство, так
    как доходы от внешней торговли не попадали в казну. Поэтому

    империя Хань запретила прямой обмен на границе.

    112

    В ответ на это хуннские шаньюи, преемники Модэ, отве­

    тили набегами и потребовали продажи им китайских товаров
    по демпинговым ценам. Ведь всех богатств Великой степи не

    хватило бы для эквивалентного обмена на ханьских таможнях,
    так как необходимость получать доход на оплату гражданских
    и военных чиновников требовала повышения цен.

    В аналогичном положении оказались кочевые тибетцы об­
    ласти Амдо и малые юечжи цаЙДама. До гражданской войны
    западную границу охраняли недавние победители

    падного Шэньси

    -

    -

    горцы за­

    циньцы. Этот сверхвоинственный этнос

    сложился из шанских аристократов, высланных на границу ва­

    нами (царями) Чжоу и перемешавшихся с голубоглазыми и

    рыжеволосыми ж:унамu, древнейшими обитателями Дальнего
    Востока. Но поражения от повстанцев унесли большую часть
    некогда непобедимого войска, и западная граница империи
    Хань осталась неукрепленноЙ.

    Мало помогла обороне и Великая Китайская стена, ибо сте­
    ны без воинов

    -

    не препона врагу. Для того чтобы расставить

    по всем башням достаточные гарнизоны и снабжать их Прови­
    антом, даже в то время, когда они просто сторожат стену, не

    хватило бы ни людей, ни продуктов всего Китая. Поэтому сте­
    на, сооруженная Цинь Шихуаном, спокойно разрушалась, а
    ханьское правительство перешло к маневренной войне в сте­

    пи, совершая набеги на хуннские кочевья еще более губитель­
    ные, чем те, которые переносили китайские крестьяне от хун­

    нов и тибетцев.
    Почему так? Ведь во

    II - 1 вв. до

    н. э. В Китае бурно шли про­

    цессы восстановления ХОЗЩ1:ства, культуры, народонаселения. К

    рубежу нашей эры численность китайцев достигла почти 60 млн
    человек А хуннов по- прежнему было около

    300 тыс., И казалось,

    что силы Хуннуи империи Хань несоизмеримы. Так думали сами
    правители Китая и их советники, но они ошиблись. Сравнитель­
    ная сила держав древности измеряется не только человеческим

    поголовьем, но и фазой этногенеза, или возрастом этноса. В Ки­

    тае бытовала инерционная фаза, преобладание трудолюбивого,
    но отнюдь не предприимчивого обывателя, ибо процесс этно­
    генеза в Китае начался в

    IX в. до н. э. Поэтому армию там вынуж­

    дены бьmи комплектовать из преступников, называвшихся (,мо­
    лодыми негодяями», и пограничных племен, для коих Китай бьm

    угнетателем. И хотя в Китае бьmи прекрасные полководцы, бо­
    еспособность армии бьmа невелика.
    Хунны были в фазе этнического становления и пассионар­
    ного подъема. Понятия ('войско» И ('народ» у них совпадали.

    113

    Поэтому с

    202 до 57 г. до н.

    э. малочисленные, но героические

    хунны сдерживали ханьскую агрессию. И только ловкость ки­
    тайских дипломатов, сумевших поднять против хунну окрест­

    ные племена и вызвать в среде самих хуннов междоусобную
    войну, позволили империи Хань счесть хуннов покоренными
    и включенными в состав империи.

    Однако это подчинение было скорее формальным. Часть
    хуннов откочевала на запад, в долину р. Талас, и вступила в союз
    с парфянами. Те прислали на поддержку хуннам отряд римских

    военнопленных, и в

    36 г. до н.

    э. произошла встреча римлян с

    китайцами. Римляне пошли в атаку сомкнутым строем

    -

    «чере­

    пахой», прикрывшись щитами. Китайцы выставили тугие арба­
    леты и расстреляли римлян, не потеряв ни одного бойца, пос­
    ле чего взяли крепость и убили всех защитников.
    Этот эпизод весьма поучителен. Если китайцы

    1 в.

    до н. э.

    были сильнее римлян, но слабее хуннов, против которых ис­
    пользовали численный перевес, то законно сделать вывод о том,
    что энергетический импульс молодого этноса уравнивает чис­
    ленность и организацию этносов старых, то есть успевших со­

    здать свою цивилизацию, где бы это ни случилось: В Риме, Анг­
    лии, Аравии или на острове Пасхи. Закономерность обща для
    всех.

    И действительно, как только Китай перешел от деликатно­

    го обращения с хуннами к попытке вмешаться в их внутренние

    9 г. н. э., хунны вос­
    «краснобровым» - сбросить и убить узурпатора в 25 г. Эта аван­
    тюра стоила Китаю 70 % жителей, но к 157 г. численность насе­
    ления восстановилась до 56 млн человек Но это были уже не те
    дела, на что посягнул узурпатор Ван Ман в

    стали, отложились от Китая и помогли китайским крестьянам

    люди.

    В конце

    повязок»

    -

    II в. очередное крестьянское восстание -

    <<желтых

    погубило династию Хань и древнекитайскую циви­

    лизaцию. Фаза инерции этногенеза сменил ась фазой обскура­

    ции [46, с. 108-127]. В III в. население Китая упало до 7-8 млн
    человек И это бьши уже не мужественные, работящие крестья­
    не, а усталые и деморализованные люди, неспособные защи­
    тить себя от пришлых племен: хуннов, TaHryтoB и сяньбиЙцев.
    Ханьская агрессия на запад не состоялась. И в этом заслуга хуннов перед человечеством.

    Дальше, в

    1-II

    ..

    вв. последовал разгром державы Хунну, но не

    китайскими войсками империи Хань, а степными, лесными и
    горными соседями хуннов, не сумевших установить с ними дру­

    жеских отношений.

    114

    Севернее державы Хунну, в Минусинской котловине, лежа­
    лa страна динлинов. Хунны подчинили ее, и на месте «тагар­

    ской'> культуры возникла «таштыкская·>, В которой монголоид­
    ный элемент увеличился, видимо, вследствие контакта с хунна­

    ми. В

    85 г. динлины восстали и участвовали в разгроме хуннов
    157 г.
    Сяньби - древние монголы, родились как этнос вместе с

    вместе с сяньби и Китаем. Разбиты сяньбийцами в

    хуннами, от одного «толчка·>. Но они отстали в развитии, и по­

    тому, когда у хуннов наступила акматическая фаза, сяньбийцы

    были еще в фазе подъема. Поэтому им удалось одержать побе­
    ду над хуннами в

    91

    г., а в

    155-181

    гг. талантливый вождь Тан­

    шихай подчинил себе территорию современной Монголии и
    рагромил в

    177 г. три китайские армии, пытавшиеся вторгнуть­

    ся в Великую степь. После его смерти сяньбийская держава рас­

    пал ась. Как видно, у сяньбийцев тоже наступил пассионарный
    пере грев.

    В отличие от патриархально-родового строя Хунну, Тан­
    шихай создал подлинную военную демократию, то есть превра­
    Tил народ в войско. Именно это помогло ему одержать победы,

    но потом обеспечило быстрый распад державы. Ведь воины
    чтут только личность вождя, а для того, чтобы охранять соци­
    альную систему, нужна еще и традиция. Вот почему побежден­
    ные и расколотые на три державы хунны пережили своих по­

    бедителей. До V В. хунны бьUIИ мощны и в Азии и в Европе, пока

    процесс этногенеза не привел их к естественному концу

    [62,

    с.272].

    о
    ТАНСКИЙ (ТАБГАЧСКИЙ) ВАРИАНТ
    к

    III в. н. э. закончился древнекитайский виток этногенеза,
    - вековая засуха - вытеснило хуннов из

    а природное бедствие

    степи на берега Хуанхэ. Слишком тесный контакт с китайцами
    не пошел на пользу ни тем, ни другим. От войн, голода и разру­
    хи население Северного Китая сократилось на

    80%.

    Но в

    VI в.

    ось пассионарного толчка прошла через Северный Китай.
    Интересующий нас период совпал с VI в., когда жители Сре­

    динной равнины слова «китай·> не знали. Часть их БЬUIа поме­
    сью обитателей долины Хуанхэ с пришлыми табгачами. Другая
    часть

    -

    их злейшие враги

    -

    бьUIИ аборигенами.

    Ныне мы их называем китайцами, но это часто возникаю­
    щая филологическая ошибка

    -

    115

    перенос названия с одного

    предмета на другой. Название «китай» относилось К небольшо­
    му племени в Западной Маньчжурии, а древнерусские геогра­

    фы распространили это название на жителей Срединной рав­
    нины и даже на обитателей тропических джунглей за рекой
    Янцзы.

    Но в VI в. существовали два названия: Чжун-го-жень (чело­

    - срединник) и табгач. Первые со­
    (581-618), мы договорились называть их
    псевдотабгачи - Тан (618-907). Этих последних

    век Срединного государства

    здали империю Суй

    китайцами, а

    мы будем называть «имперцы», ибо фактический создатель им­

    перии Тан

    -

    Тайцзун Ли Шиминь, подобно Александру Маке­

    донскому, попытался объединить два суперэтноса: степной и
    китайский. И из этого, конечно, ничего не вышло, так как зако­

    ны природы не подвластны произволу царей. Зато получилось
    нечто непредусмотренное: вместо противостояния Великой

    степи и Срединной равнины возникла третья сила

    -

    империя

    Тан, равно близкая и равно чуждая кочевникам и земледельцам.
    Это был молодой этнос, И судьба его была замечательна

    [45,

    с.504].
    Окинем взглядом ход событий. К

    577 г. Тюркютский кага­

    нат расширился на запад до Крыма. Это значит, что силы тюр­

    кютов были рассредоточены. А Китай (Северный) объединил­
    ся: Ян цзянь, суровый полководец царства Бэй-Чжоу, завоевал
    царство Бэй-Ци, а вслед за тем подчинил Южный Китай: Хоу­
    Лян и Чэнь В

    587 г., и в 589 г. Китай стал сразу сильнее каганата,
    604 г. раско­

    переживавшего первую междоусобную войну и к
    ловшегося на Восточный и Западный каганаты.

    Этот раскол был тоже неслучаЙным. В Великой степи пра­
    вители вынуждены считаться с настроениями воинов, а так как

    все мужчины бьUIИ воинами, то, значит, с чаяниями народов.
    А коль скоро народы в Монголии и Казахстане в VI -

    VH вв. бьUIИ

    разными и их интересы, быт и культура различались, то раскол

    каганата бьUI неизбежен. В

    604 г. погиб последний общетюрк­

    ский хан, убитый тибетцами, и два новообразовавшихся кага­
    ната оказались вассалами империи Суй.

    Молодая империя Суй, находившаяся в фазе подъема,
    была сильнее, богаче и многолюднее каганата, уже вступивше­
    го в инерционную фазу. Казалось, что Китай вот-вот станет
    господином мира, но человечество спас преемник Ян Цзяня

    -

    Ян Ди. Это был человек, в КОТС'РОМ сочетались глупость, чван­

    ство, легкомыслие и трусость. Роскошь при его дворе была
    безмерна: пиры-оргии с тысячами (да-да!) наложниц, пост­
    ройки увеселительных павильонов с парками от Чанъани до

    116

    Лояна, смыкающимися между собой; подкупы тюркютских
    ханов и старейшин, поход в Турфан и войны с Кореей

    абсо­

    -

    лютно неудачные, ибо сам император принял командование,
    не зная военного дела, и т. д.

    Налоги возросли и выколачивались столь жестоко, что ки­
    тайцы, ставшие молодым этносом, восстали. Восстал и тюр­
    кютский хан, отказавшийся быть куклой в руках тирана, вос­
    стали пограничные командиры, буддийские сектанты

    -

    по­

    клон ники Майтрейи, и южные китайцы, завоеванные отцом
    деспота. Ян ди укрылся в горном замке и там пировал со свои­
    ми наложницами, пока его не придушил один из придворных.

    Этот пример приведен для того, чтобы показать, что лич­
    ные качества правителя хотя и не MOIYТ нарушить течение ис­
    тории, но могут создать в этом течении завихрения, от кото­

    рых зависят жизни и судьбы их современников. Подавляющее

    большинство китайцев, сильно- и слабопассионарных, стреми­
    лись к национальному подъему и поддерживали принципы Суй.
    Но коронованный дегенерат парализовал их усилия, и победу

    в гражданской войне 614

    - 619 гг. одержал пограничный гене­

    рал Ли Юань, обучивший свою дивизию методам степной вой­
    Hы И отразивший тюркютов, пытавшихся вторгнуться в Китай.

    Фамилия Ли принадлежала к китайской служилой знати, но
    с

    400 г. оказалась в связи с хуннами, потом с табгачами и, нако­

    нец, добил ась власти, основав династию Тан. Опорой династии

    бьmи не китайцы и не тюркюты, а смешанное население север­
    ной границы Китая и южной окраины Великой степи. Эти люди
    уже говорили по-китайски, но сохранили стереотипы поведе­

    ния табгачеЙ. Ни китайцы, ни кочевники не считали их за сво­
    их. По сути дела, они были третьей вершиной треугольника,
    образовавшегося за счет энергии пассионарного толчка.
    Сам Ли Юань был просто толковым полководцем, но его
    второй сын, Тайцзун Ли Шиминь, оказался мудрым политиком
    и правителем, подлинным основателем блестящей империи

    Тан. Когда к нему прибьmи послы от наших саянских кыргы­
    зов, он им сказал: «Мы С вами родственники, одноплеменники,

    одного народа»

    [16, т. 1, с. 355). В общем, он проявил невероят­
    - это Мон­

    ную любовь ко всему «западному», а для Китая запад

    голия, Средняя Азия и Индия. Индия поставляла буддизм. А в это
    время, в УН в., в самой Индии буддистам стало плохо, поэтому

    они с удовольствием переезжали в Китай, чтобы становиться
    там учителями. В Монголии жили древние тюрки

    -

    исключи­

    тельно воинственный народ, которые, будучи побеждены этим

    Тайцзуном Са это, надо сказать, был очень хороший человек,

    117

    благородный), признали его своим ханом, а подчинились лич­

    но ему, но не Китаю.

    А согдийцы, на которых в УН в. страшно давили арабы, бро­
    сились в Китай за помощью, они просили гарнизонов, проси­

    ли полевых войск, чтобы их спасли от арабских грабителей.
    И вместе с их дипломатами в Китай шли и деньги, и вещи, а вме­
    сте с вещами и культурное влияние. Танская династия БЬUIа са­
    мой западнической династией Китая.
    По совету Ли Шиминя его отец, командовавший войском,
    взяв Чанъань, объявил амнистию, кормил голодных крестьян

    зерном из государственных амбаров, отменил жестокие суй­
    ские законы и назначил пенсии престарелым чиновникам. Но­
    вая династия приобрела популярность.
    Будучи талантливым полководцем, Ли Шиминь подавил

    всех соперников - пограничных воевод (с 618 по 628 г.), побе­
    дил восточных тюркютов В 630 г., отразил тибетцев, разгромил
    Когурё (Корею) в 645-647 гг. и оставил своему сыну в наслед­
    ство богатую империю с лучшей в мире армией и налаженны­
    ми культурными связями с Индией и Согдианой. Оставалось

    лишь подчинить Западный каганат... и это произошло в
    С этого года империя Тан была

    90 лет

    658 г.

    гегемоном Восточной

    Азии. Искусство и литература эпохи Тан остаются до сих пор
    непревзойденными.
    Примечательно, что мыслители УН в. заметили смену «цве­
    та времени», связанную с хуннской историей. Ли Шиминю при­

    писана формулировка: «В древности, при Ханьской династии,
    хунну бьUIИ сильны, а Китай слаб. Ныне Китай силен, а север­
    ные варвары слабы. Китайских солдат тысяча может разбить

    несколько десятков тысяч их»

    [33, с. 243].

    Что Ли Шиминь подразумевал под «силой»? Явно не число
    подданных и не техническую оснащенность. Он имел в виду тот
    уровень энергетического напряжения этносистемы, который

    раньше назывался «боевым духом». В

    III - 1 вв. до н. э. хунны были
    -

    молодым этносом, то есть находились в фазе подъема, а Хань

    в фазе угасающей инерции. В УН в. толчок изменил положение
    диаметрально: потомки хуннов и сяньбийцев находились в
    инерционной фазе, в этнической старости, еще не дряхлости,
    а Северный Китай
    ский халифат.

    -

    на подъеме, так же как его ровесник

    .

    -

    Араб­

    Оба они проходИJ,IИ через тот уровень пассионарного напpяжeHия' при котором расцветают культура и искусство, и оба

    бьUIИ сожжены пламенем пассионарного перегрева. В Китае это
    произошло так

    118

    Китайские националисты, поборники Суй, ненавидели по­
    борников Тан, не считая их за китайцев. Они говорили: «Зачем
    нам эти западные чужие обычаи, зачем нам, чтобы юноши ухо­
    дили в буддийские монастыри и, ничего не делая там, выпуска­
    ли свою энергию куда-то в воздух, ради спасения души? Они

    должны быть или земледельцами, или чиновниками, или сол­
    датами, они должны приносить пользу государству. Надо пере­

    бить всех буддийских монахов, запретить все западные влия­

    ния и заставить людей работать на благо своей страны»

    с.

    [90,

    127].
    Но танские монархи

    -

    наследники Тайцзуна продолжали

    увлекаться индийским балетом с обнаженными танцовщица­
    ми (китаянки танцуют одетые в халаты); своими воинами, ко­
    торые скакали в широких штанах на степных конях, а не так,

    как китайцы, трусцой еле-еле, держась за луку; покровительство­

    вали согдийцам, которые приходили с богатыми дарами и про­
    поведовали учение Мани (это гностическое учение), переводи­
    ли на китайский свои книги. Кончилось тем, что основная мас­
    са китайского населения перешла в резкую оппозицию к власти.

    Китайские патриоты одолели. Китайская императрица У, что

    значит «попугай», ввела обязательный экзамен на чин. Этот по­
    рядок сохранился вruють до Гоминьдана. Теперь, чтобы полу­

    чить чиновную должность, надо бьmо сдать экзамен по класси­
    ческой китайской филологии, написать сочинение и ответить
    устно. Экзамены бьmи жуткие, принимали в значительной сте­

    пени по блату, но все же требования бьmи невероятно высокие.
    А кто же принимал? Профессора-то все бьmи китайцы, и про­
    пускали только своих, да свои только и могли выучиться: ки­

    тайцы

    -

    страшно усидчивый народ. А тюрки, согдийцы, тибет­

    цы, которые служили империи, или корейцы, которые служи­
    ли в танское время в армии, они и кисть-то держать не умели,

    подписаться-то еле-еле могли. Конечно, они теряли должнос­

    ти и все преимущества, но так бьmо только в гражданском уп­
    равлении, в военном они держали власть в своих руках, ибо у

    них были сабли и они умели ими владеть лучше китайцев. Тог­
    да возникла рознь между гражданскими чиновниками и воен­

    ными. Казалось бы, военные имеют реальную силу

    -

    они могут

    сражаться, но китайцы стали писать доносы, и очень ловко пи­

    caли. Они оговаривали всех наиболее способных полководцев,

    наиболее лояльных принцев танского дома, наиболее выдаю­
    щихся солдат, и тех по доносам казнили, в армию засьmали мас­

    су шпионов, которые должны бьmи обо всем доносить. Китай­
    цы-то к этому привыкли: подумаешь

    119

    -

    стукач! А тюрки этого

    переносить не могли: как же это? Он мой боевой товарищ или
    стукач? Что-нибудь одно, и если про кого выясняли, что стукач,

    то его убивали. Но тогда им присылали следующего: таким обра­
    зом выявлялось полное этническое несоответствие. Кончилось
    тем, что императрица У произвела переворот и казнила почти

    всех принцев танского дома, кроме собственного сына, которо­
    го загнала в жуткую ссьmку. Потом ее низвергли, сына вызвали, и

    он, хотя и бьmсовершенно травмирован, стал, однако, управлять
    страной весьма сносно. Но тогда его жена произвела очередной
    переворот. Китаянки действовали смело и пассионарно. Ее при­
    кончили сторонники танского дома, но за это время, пока она

    торжествовала, тюрки восстали, согдийцы предпочли подчине­

    ние арабам, а тибетцы бросились на западную границу.

    В

    682 г. Кутлуг Эльтерес-хан восстановил Тюркский кага­
    745 г. тюрки отражали китайские набеги на Великую

    нат, и до

    степь. Борьба бьmа неравноЙ. Китайцы путем дипломатии ли­
    шили тюрок союзников и подвергли истреблению, еще более
    страшному, чем хуннов. Но уже в

    751

    г. китайские армии потер­

    пели поражения на трех фронтах: арабы победили китайцев
    при Таласе, чем принудили их покинуть Среднюю Азию; кида­
    ни разгромили китайский карательный корпус в Маньчжурии;

    лесные племена Юньнани, освоБОДИ1Зшиеся от власти Китая в

    738 г., У озера Сиэр начисто уничтожили 60-тысячную оккупа­
    ционную армию, а их союзники, тибетцы, вытеснили китайцев

    с берегов озера Кукунор.

    Танская агрессия захлебнулась так же, как на
    ше

    -

    600 лет рань­

    ханьская, и, что особенно важно, по тем же причинам. Но

    выводы делать еще рано. Продолжим анализ.

    Реальной силой империи Тан бьmа наемная армия, вербовав­
    шаяся среди иноземцев, ибо для придворных китайцев терпи­

    мость династии Тан бьmа одиозной как по отношению к будциз­
    му, таки в плане компромиссов со степняками. Кончилось все ка­

    тастрофой. Один из генералов, Ань Лушань, сын согдийца и

    тюркской княжны, в 756 г. возглавил в местечке Юйянь восстание
    трех регулярных корпусов, составлявших ударную силу армии.

    Три корпуса,

    150 тысяч человек, под звук барабанов покля­
    - стукачество, лучше по­

    лись, что они испепелят эту подлость

    гибнут все, но мириться с этим не будут. И началась страшная
    гражданская война, которая продолжал ась всего шесть лет, но

    унесла в могилу 36 млн жизне~. До войны в Китае было 53 млн
    населения, после войны осталось 17 В то время каждый
    профессиональный воин бьm по нашему счету мастер спорта,
    а то и чемпион по фехтованию и верховой езде, а против них

    120

    ПРИIlUIось бросить необученные крестьянские толпы, горожан
    и императорскую гвардию, состоявшую из сынков богатых фа­
    милий, тоже не обученную, только очень шикарную. Поэт Ду
    Фу писал об этом так:
    Пошли герои снежною зимою
    На подвиг, оказавшийся напрасным,
    И стала кровь их в озере водою,

    И озеро Чэнь-Тао стало красным.

    В далеком небе дымка голубая,
    Уже давно угихло поле боя,
    Но сорок тысяч воинов Китая

    Погибли здесь, пожертвовав собою.
    И варвары ушли уже отсюда,

    Кровавым снегом стрелы обмывая,

    Шатаясь от запоя и от блуда
    И варварские песни распевая,
    А горестные жители столицы,
    На север оборачиваясь, плачуг,
    Они готовы день и ночь молиться,

    Чтоб бьUI поход правительственный начат.

    [78, с. 45-46]

    Но «поход правительственный» удалось начать, только по­

    просив помощи у своих заклятых врагов: уйгуров и тибетцев, и
    когда регулярные части уйгурского хана и тибетского цэнпо
    приIlUIИ на помощь своему естественному противнику

    -

    импе­

    ратору Китая, то войска Ань Лушаня стали терпеть поражения,

    он сам погиб, его наследник повесился; восстание бьmо подав­
    лено. Но чтобы восстановить порядок, китайцам потребовалось
    руками своих врагов истребить собственную регулярную армию.
    Идея империи Тан бьmа потеряна. Она превратилась в ба­
    нальное китайское царство, хотя и сохранила свои «западни­

    ческие» симпатии: буддизм и наемную армию, комплектуемую
    кочевниками, по старой привычке симпатизировавшими им­

    перииТан.
    Как видно, не похоже ни на древность, ни на соседей, ни

    на что. Таким образом, мы видим, как индивидуальность этих
    процессов определяется местными условиями, местной этно­

    графией, местной географией и т. д.

    о

    Оcuзон

    1 (naccuoнарный толчокXVIII в. до н. э.):
    1 - египтяне-2; 2 - гиксосы; 3 - хетты; 4 - протохазары:
    II (naсcuoнарный толчок XI в.
    1- ЧЖОУСЦЫ.

    до н. э.)

    III (naccuoнapный толчок VIII в. до Н. э.):
    1 -римляне;2 -самниты;3 -эквы;4 - галлы;5

    -эллины;6

    -

    МИДИЙЦЫ;

    7-

    КИЛИКИЙЦЫ.

    w (naccuoнapный толчок III в. 80 Н. э.):
    1 - capMaTbt 2 V

    кушаны-согдийцы;

    3-

    ХУИНЫ;

    4-

    сяньби;

    5-

    пуё.

    иудеи-2;

    6-

    аксумиты.

    (naсcuoнарный толчок 1 в. н. э.):

    1-

    готы; 2

    -

    славяне; 3

    -

    даки; 4

    -

    христиане; 5

    122

    -

    ДИЙСКИЙ

    60
    nасcuoнарных то.лчкпв

    VI

    16-

    (naccuoнарный толчок VI в. н. э.):
    арабы-мусульмане;

    корейцы;

    7-

    2 -

    раджпуты;

    3-

    боты;

    4-

    табгачи;

    5-

    VII (naccuoнарный толчок ИII в. н. э.):
    1 - испанцы; 2 - франки (французы); 3 - саксы
    VIII (naccuoнарный толчок
    1 - монголы; 2 - чжурчжэни.

    (немцы);

    4-

    скандинавы.

    Х/ в. н. э.:

    IХ (naccuoнарный толчOlC Х/II в. н. э.):

    1-

    литовцы;

    2 -

    китайцы-2;

    ямато (японцы).

    великороссы;

    3-

    турки-османы;

    123

    4-

    эфиопы.

    ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

    А В ЕВРОПЕ ...
    о
    ФРАНКИ
    Теперь посмотрим, как начинался этногенез в Западной
    Европе. Сначала, в
    хаос

    -

    V- VI вв.,

    в Западной Европе был полный

    Римская империя, упавшая от собственной тяжести, ста­

    лa добычей небольших кучек германцев и славян, которые в нее
    проникли. На запад пошли германцы, на восток

    -

    славяне, но

    дело не в этом. Какова была численность тех племен, которые
    захватывали территорию Римской империи? Вандалов, напри­
    мер, бьuю всего

    20 тыс. воинов -

    одна дивизия. Они захватили

    всю Северную Африку. Ну, там их довольно быстро прикончи­
    ли

    -

    население было не за них, прижиться прибалтам на гра­

    нице Сахары бьшо трудно, и, попиратствовав около ста лет, они
    оказались завоеванными и уничтоженными византийцами.

    Вестготов бьшо в 4 раза больше

    -

    они захватили половину

    Франции, всю Испанию, за исключением северо-западного
    угла, где засели свевы. Они выгнали вандалов. Вы представьте:

    80 тыс. человек на пространство, которое простирается от со­
    временного Пуатье и Орлеана до ГИбралтара. ТО'есть среди ме­
    стного населения они там были ничтожной прослойкой. Зани­
    мали они, правда, довольно высокие должности. Короли бьши
    из их среды и вельможи тоже. Но жениться-то надо. Кроме того,
    раз жена и дети, то надо иметь слуг, а все это

    ние. Дом с женой, детьми и слугами

    -

    -

    местное населе­

    это уже единая система.

    В общем, вестготы, оказавшись~оглощенными этими система­
    ми, потеряли силу сопротивления и бьши очень быстро разби­

    ты

    -

    сначала франками на севере, а потом арабами на юге

    результате потеряли свою самостоятельность.

    124

    -

    ив

    И в таком жалком состоянии находилась вся Европа, кото­

    рая в

    VIII в.

    бьmа объектом нападения всех соседей, которые

    того желали.

    Германцы, захватившие Римскую империю и расселивши­

    еся там, чувствовали себя крайне He~THO, хотя они были хозя­
    евами положения. Большинство латиноязычного населения

    С они назывались велъск;u или валахи) их терпеть не могло, счи­
    тало хамами, дикарями, пьяницами и относил ось к ним очень

    плохо. Победившие германцы: франки, бургунды, готы

    -

    счи­

    тали своих латиноязычных подданных трусами, подхалимами,

    интриганами и тоже их терпеть не могли. При таком положе­

    нии, естественно, никакого единства в Западной Европе не
    было. И выигрывали те племена и народы, которые меньше все­

    го успели пройти по пути прогресса Са прогрессом в это время

    считалось разложение общества), охватившего весь этот ог­
    ромный полуостров. А те, которые бьmи более или менее от­

    сталы, еще сохраняли некоторую силу и боеспособность, эле­
    ментарную честность и преданность своим вождям. Такими
    бьmи франки. Они жили в низовьях Рейна, на отшибе, и поэто­
    му, когда все прочие успели разложиться, франки сохранили
    какую-то боеспособность и силу. Франкский вождь Хлодвиг
    захватил сначала местность между Марной и Луарой, где ныне

    помещается город Париж, потом выгнал готов за Пиренеи в

    Испанию, подчинил себе але.ма1-t1юв на среднем Рейне и бур­
    гУllдав, которых он не по корил окончательно, но сделал их за­
    висимыми.

    Но мужество трудно сохранить. Ведь разлагаться и преда­
    ваться излишествам очень приятно, это гораздо легче, чем со­

    блюдать верность, доблесть, жертвовать жизнью ради своей
    Родины. И поэтому франков постигла общая судьба. Они раз­
    лагались с такой энергией, что догнали в своем разложении все
    прочие германские племена. У потомков Хлодвига начались
    невероятные распри между собой, причем, как всегда бывает
    при распадении, разлагается сначала слабая часть, то есть муж­
    чины. Но потом разложение охватывает и женщин. И такие

    преступления, какие совершили франкские фаворитки-сопер­
    ницы Фредегонда, Брунгильда, ни с чем не сравнимы. Они уби­
    вали детей своих соперниц, они отравляли претенденток на

    ложе короля и вообще всячески истребляли друг друга. Фреде­
    гондуубили, Брунгильду захватили в плен, обвинив ее в смерти

    4 королей и 48 принцев, огромного количества людей,

    совер­

    шенно ни в чем не повинных. И поэтому ее три дня пытали, а
    потом привязали к дикой лошади и пустили по полю.

    125

    Так что Западная Европа не представляла никакой опасно­

    сти в это время. Как я уже сказал, арабы с ничтожными силами,
    не имея конницы, сумели дойти от Гибралтара до Луары с 711 по

    732

    Г., практически не встречая сопротивления.

    Еще хуже для Европы бьmи степные кочевники. В УI в., КОГ­
    да создавался Великий тюркский каганат, небольшая кучка ту­
    ранцев (племя хион), живших между Аральским морем и ре­

    кой Яик (сейчас это река Урал), убежала от тюрок Бежать мож­
    но было только на запад. Туранцы прошли сначала за Дон,
    наводя на всех страх, потому что они объявили себя великими
    завоевателями с востока, и все местные жители им поверили;

    потом, когда обман вскрьmся, было уже поздно. Затем они убе­
    жали за Днепр, потом, боясь, что тюрки их и там застанут, пере­
    валили Карпаты и захватили среднее течение Дуная

    -

    страну

    Паннонию.

    Это бьm народ, известный в литературе KaKaвapъt, а по-рус­
    ски обръt. Бьmо их очень мало: отряд, пришедший туда первым,
    составлял около

    20 тысяч человек, а к немупри:соединилось еще
    1О тысяч, догнавших их. Таким образом, если мужчин было
    30 тысяч, то, значит, общая численность населения не превы­
    шала 120-150 тысяч человек Это же ничтожное население,
    население одного среднего города. И тем не менее своими на­

    бегами они опустошили Германию, почти всю Лотарингию, то
    есть восточную часть Франции, ворвались в Италию и на Бал­

    канский полуостров, доходили до стен Константинополя.

    Нас интересуют не эти завоеватели. Особых сил, как мы ви­
    дим, У них не бьmо. Показательна та слабость сопротивления,
    которую демонстрировали тогдашние европейцы. С ними мож­

    но было расправляться как угодно. Но все это происходило

    примерно до

    700 г., точнее, в промежуток между 596 и 730 гг. и

    тут появились люди, которые начали оказывать сопротивление.

    Это были ранние Каролинги

    -

    Карл Мартелл, его сын Пипин

    Короткий И сын Пипина Карл Великий. Они стали собирать
    людей, на которых могли положиться, и этих людей они назы­
    вали хорошо нам известным словом
    по-латыни

    comitus,

    -

    товарищ «<товарищ»

    -

    отсюда «комитет», на немецкий язык это

    слово пере водится как «граф», а по-французски так и будет

    comte). Эти «товарищи»

    составили дружину короля.

    Но очень сложно управлять страной, совершенно не спо­

    собной ни к самозащите, ни к~амоуправлению, страной, кото­
    рая даже и налоги-то почти не могла платить, ибо крестьяне
    делали такую маленькую запашку, чтобы только прокормить

    себя и семью, а вообще-то они работать не хотели

    126

    -

    все равно

    отнимут, бессмысленно. Чтобы крестьяне стали работать, надо
    бьшо создать для них какие-то условия.

    И тогда этим «товарищам», сиречь графам, стали выделять
    места для поселения, которые они должны бьши своими сред­
    ствами охранять, за что они получали невиданную в древности

    вещь

    -

    бенефициум, то есть зарплату «<бенефициум» значит

    «благодеяние»). Если он обслуживал, скажем, какой-то район,
    то он имел право собирать налог с жителей и брать его себе,
    чтобы на эти деньги себя, семью и войско свое прокормить и

    защитить этих жителей; он бьш в этом заинтересован. Иногда
    ему давали мостовую пошлину, иногда доход с какого-нибудь
    города, который числился в королевской казне.

    Так возникли феодалы.
    И тут надо внести ясность, потому что, согласно социоло­
    гической школе, феодализм возник значительно раньше. И это

    правильно. Феодализм и феодалы той или иной страны
    понятия, далеко не всегда совпадающие. Феодализм

    -

    -

    это

    это спо­

    соб производства, при котором работающий крестьянин явля­
    ется хозяином средств производства, но платит ренту своему

    феодальному владельцу. Такой феодализм начался в Риме, в рим­
    ских владениях

    -

    Галлии, Испании, Британии

    -

    еще в

    III в., ког­

    да выяснилось, что невыгодно держать рабов в тюремных по­
    мещениях или специальных эргастериях (фабриках), а выгод­
    нее превратить их в колонов, то есть поселить их на земле, пусть

    занимаются своей работой, но только платят.
    Как формация феодализм возник уже тогда и с тех пор

    III в., а уж с N

    в. бесспорно

    -

    -

    с

    существовал (тут можно спорить

    о разнице в десятилетиях, но для нас это не имеет значения).

    Но дело в том, что вначале тех феодалов, которые извест­
    ны по литературе,

    -

    таких пышных, с плюмажами, с гербами, в

    латах, с большими мечами, с перчатками, которыми они били
    друг друга по лицу, а потом тыкали друг друга копьями,

    -

    вот

    таких феодалов тогда еще не бьшо, хотя феодальные отноше­
    ния бьши. А рыцари тоже ведут свою родословную от «товари­
    щей» Карла Великого. Ну и они, естественно, использовали ту

    экономическую систему, которая существовала до них. Ибо что
    надо служащему человеку? Чтоб ему его службу оплачивали. Ну,
    оплачиваешь этим способом

    -

    ладно, а давал бы ему король

    деньги прямо из казны ~ он бы и на это согласился, ему было
    все равно.

    Нас же с точки зрения этногенеза интересует, откуда Каро­
    линги набрали этих людей? Бьши ли это остаточные богатыри
    Эпохи Великого переселения народов или будущие рыцари и

    127

    бароны? Надо сказать, что, видимо, в э'I)' переломную эпоху

    было и то и другое. Но 1)'т они, так же как мухаджиры при Му­
    хаммеде, объединились вокруг Карла Великого, и даже создал­
    ся цикл поэм и баллад о рыцарях Круглого стола или пэрах
    Франции. Рыцари Круглого стола группировались вокруг ми­
    фического короля Артура, а пэры Франции

    -

    вокруг Карла Ве­

    ликого. Король был первый между равными, он с ними вместе
    пировал, он с ними вместе ходил в походы, за предательство

    же наказывал не сам король, а Бог, помогающий на поединке
    правому одолеть неправого, то есть они жили как единая, креп­

    кая, хорошая банда, возглавлявшая страну.

    Карл ВелuкиЙ. Галова бронзовой статуэтки

    Карл Великий получил свое прозвище за огромное коли­
    чество побед, которые он одержал. Но когда подсчитываешь все
    его победы, то приходишь к мысли, что СИ'I)'ация более или
    менее постоянная: немцы побеждают немцев. И тогда побед
    очень много! Но когда они сталкиваются не с немцами, то сра­

    зу победы их кончаются. Карл Великий попробовал отобрать у
    арабов часть Испании, совершил поход через Пиренеи, но на
    обратном пути весь его отряд бьm вырезан басками. После это­
    го арабы заняли территорию снова.
    Вторым походом он захватил Барселону и территорию, ко­
    торая сейчас называется Кат~нией,

    -

    арабы не сочли ее дос­

    тойной завоевания. Арабы через некоторое время взяли Барсе­

    лону, разграбили ее, а потом оставили снова. Это было уже мно­
    го лет спустя после похода Карла.

    Еще несколько побед одержал Карл Великий над аварами,

    128

    НО они свелись к тому, что вся огромная империя Карла Вели­
    кого воевала с одной маленькой Аварией и им удалось разбить
    укрепленные аварские лагеря к западу от Дуная. К востоку фран­

    ки уже не прошли. Тем не менее Карл Великий короновался
    императорской короной в

    800 г.

    То, что сделал Карл Великий, сломал ось, и сломалось очень
    быстро, ибо для того, чтобы набрать себе нужное количество
    «товарищей», то есть графов, и поставить во главе их воевод

    -

    герцогов, и снабдить их достаточным количеством рядовых, то
    есть баронов

    (baro по-саксонски значит «человек»), нужно было

    собрать все пассионарные силы тогдашней Европы, а она была
    маленькая и простиралась всего от Эльбы до Пиренеев и от Альп
    примерно до Нормандии. Британия в нее не входила

    -

    там бьmи

    кельты, они не считали себя сопричастными европейскому
    миру.

    Графов собрали со всех германских племен, собрали со
    всех уцелевших от Рима галло-римлян, приглашали посторон­
    них, кого можно; если попадались какие-нибудь пленные хо­

    рошие

    -

    то и их. Арабам, например, когда брали в плен, пред­

    лагали креститься и зачисляли в «товарищи». Почему? Потому
    что людей мало. Но из этого кавардака ничего не получилось,
    потому что этнос

    -

    это не просто социально организуемая еди­

    Hицa. Социально ее нельзя организовать, она должна еще иметь
    и свои природные формы.

    о
    фРАНЦУЗЫ И НЕМЦЫ
    Карл Великий умер в

    814 г.,

    а при его сыне Людовике Бла­

    гочестивом начались распри, которые закончились к 841 г. пол­
    HыM развалом империи. По какому принципу она разделилась?
    По территориальному.

    Западная часть, которая сейчас составляет большую часть

    территории Франции, была романоязычна. Там говорили на
    испорченной латыни, которую мы сейчас считаем француз­
    ским языком. Восточная часть была германоязычна: там гово­
    рили на разных немецких наречиях, одно из которых мы сей­

    час изучаем в школе. Немцы понимали друг друга с пятого на
    десятое. Будущие французы понимали друг друга легче. Но са­
    мое главное, что те и другие составляли два крьmа одной импе­
    рии и терпеть не могли друг друга. Германцы говорили, что, мол,

    мы храбрые богатыри-завоеватели; ну там читать, писать мы,

    129

    конечно, не умеем, но зачем это насгоящим мужчинам и тем

    более красивым женщинам. Мужчины должны воевать, а жен­

    щины

    -

    рожать как можно больше детей и воспитывать их, по­

    тому что воевать придется долго и все равно большую часть

    перебьют. В этом они видели смысл своей жизни, а кроме того,
    напивались часто и много.

    А западные сохранили остатки римской культуры и гово­
    рили: «Ну что С этими охламонами разговаривать, дикий же на­
    род, храбрость у них, конечно, есть, но ведь и мы не лыком
    шиты, и вообще неприятно даже с ними одним воздухом ды­
    шать. То ли дело я приду к своей матроне, поговорю с ней о Си­
    ДОНИИ Аполлинарии или о Лукиане, а если даже я ничего этого

    не знаю, то все равно у меня дедушка это знал (как многие у нас

    сейчас говорят: «Я французского языка не знаю, но вот бабуш­
    ка знала хорошо», а они примерно также говорили про латынь).

    И вообще, ну как можно жить с немцами?»
    А посредине, между Роной, Рейном и Альпами, поселилось

    третье племя, совершенно ни на кого не похожее,
    Бургунды

    -

    -

    бургунды.

    бьmи самые культурные из всех германских племен.

    Они бьmи очень высокие, рыжебородые, бород не стригли, во­
    лосы тоже носили довольно густые и выпить бьmи не прочь, но
    притом бьmи очень добродушны и способны к наукам, то есть
    бьmи они германцами, хлебнувшими древнеримской культуры.
    Кроме того, они были ариане (это одно из ответвлений ран­
    нехристианской церкви) и поэтому выделялись среди прочих.
    Их потом заставили принять католичество, но они сделали это

    с большой неохотой и выделялись, как что-то особое.
    Таким образом сформировались три непохожие друг на
    друга породы людей. Причем они друг друга отличали велико­

    лепно. Если человек приезжал откуда-нибудь из Китая или из
    Персии, то такому все европейцы казались на одно лицо, но,
    как только он там поживет, он видит, что они различны. А по­

    скольку они были различны, то они и хотели жить различно, а

    империя-то бьmа одна: от Эльбы до реки Эбро в Испании и по­
    ловина Италии; другой половиной завладели византийские гре­

    ки. В столь разнообразной стране управление должно было
    быть единым. Но кому достанется власть, бьmо неясно.
    у Карла бьmо три сына, и OHl! схватились между собой. Сна­
    чала двое, Людовик Немецкий и Карл Лысый, напали на стар­

    шего брата' - Лотаря, который носил титул императора, и раз­

    били его в битве при ФоНтанэ. Случилось это в
    рождения Европы. Объясню почему.

    130

    841 r., и это год

    Лотарь бежал, но что бьmо странно, и это отмечают даже
    хронисты: обычно после большой битвы победители убивали
    раненых побежденных, а тут они говорили: «Зачем мы воюем,
    мы же все-таки свои, принципы у нас разные, вы вот защищали

    Лотаря, который бьm за единство империи, чего мы не хотим,
    но все равно мы же не чужие». И носили раненым врагам ВОду.

    Война, как видите, приобрела вдруг особенности, несвойствен­
    ные войнам того времени.
    И кончилось это тем, что через два года в городе Страсбур­
    ге Карл и Дюдовик зачитали клятву друг другу, причем Людо­

    вик читал на французском языке для воинов Карла, а Карл на
    немецком языке для воинов Людовика. Клятва бьmа в том, что
    они делят страну пополам, немцы отдельно, французы (впер­

    вые было произнесено это слово) будут тоже отдельно. До это­
    го не бьmо никаких французов и немцев. Были ве.льск;и, а на во­
    стоке были всякие немецкие племена, называвшиеся тевтона­

    ми. А тут уже было сказано, что немцы и французы

    -

    это

    различные франки. Франки бьmи и на той, и на другой сторо­
    не, ибо франки

    -

    это название того германского племени, ко­

    торое возглавляло всю империю, а империя развалил ась.

    о
    викинги
    Практически одновременно с французами и немцами со­
    здались еще два народа: астурийцы

    -

    будущие испанцы

    -

    пра­

    родители нескольких испанских этносов и викинги. Викинги

    -

    это молодые люди, которые не хотели жить дома, а хотели зани­

    маться всякого рода хулиганством. И поэтому домашние (хев­

    динги), считая, что в этом есть большая угроза их собственному

    благополучию, неугодных братцев и детей выгоняли из дому и
    грозились, что они их убьют. И тогда эти самые ребята создава­
    ли банды, делали укрепленные поселки, которые назывались
    <·вик» (отсюда, по одной из гипотез, слово «викинги»), а потом,
    чувствуя, что такой поселок, укрепленный частоколом или зем­

    ляным валом, взять-то ничего не стоит своим собственным род­
    ственникам, они садились в ладьи и спасали свою жизнь бег­
    ством. Ездили они по всем северным морям. Действовали викин­

    ги чисто по-пиратски: подплывали они к какому-нибудь пустому

    берегу, высаживали десант, грабили всех, кого можно бьmо, и
    уходили обратно. Ярость у них бьmа невероятная. Но надо ска­
    зать, что эта ярость не связана с их национальным характером.

    131

    - народ тихий и особенной храбрости и бое­
    IX в. не проявляли. Но им до такой степени хо­

    Скандинавы

    способности до

    телось одержать победу, что они применяли биостимуляторы.
    Водки у них в те времена не бьuIO (ее еще не умели делать), так
    они брали мухоморы, сушили их, разрывали потом на части,

    глотали и запивали водой. Этот биостимулятор лишает челове­
    ка страха, поэтому они без всякого страха шли в атаку с такой

    яростью, что одерживали победу.
    у меня есть один оппонент, об умственных способностях

    которого я имею особое мнение. Он написал, что создался фе­
    одализм и поэтому они стали такими могучими, а при чем же

    здесь мухоморы? Дело в том, что, во-первых, у викингов феода­
    лизм не создался, а во-вторых, перемена социального строя

    скажем, рабовладения на феодализм

    -

    -

    никак не делает людей

    более боеспособными. Если ты трус и дрянь, то ты им и оста­

    нешься при любой формации. Дело было не в этом.
    Ему, моему оппоненту, и в голову не пришло то, что био­
    стимулятор

    -

    это очень важный этнографический признак Во

    время моей юности басмачи ходили в атаку на пулемет, наку­
    рившись анаши и натерев опиумом морды коней: и кони шли

    на пулемет, и басмачи шли на пулемет, из сотни доходили два
    человека и одерживали победу.
    Так что биостимуляторами пользуются, и очень часто. Но
    весь вопрос в том, когда возникает нужда для того, чтобы это
    делать? Тогда и стимул возник И он создал викингам репута­
    цию исключительно бесстрашных, боеспособных и очень му­
    жественных воинов, каковыми они на самом деле не являлись.

    Кроме того, что они ходили по северным морям, они оги­

    бали Гибралтар, грабили берега Испании, появлялись в Среди­
    земном море, громили берега Франции и Италии и столкнулись

    здесь с арабами. А арабы и их союзники, особенно берберы,

    -

    это народ, действительно мужественный, действительно сме­

    лый, им не нужны бьmи никакие наркотики, и они этих викин­
    гов гоняли по Средиземному морю. Викинги стали наниматься
    в Византию на службу, потому что гораздо лучше служить на­
    чальнику и получать зарплату, чем действовать на свой риск и
    страх при наличии сильного противника.

    Так вот, эти наемники носили название, наверняка вам из­
    вестное: греки их называли ваQ,.ангами, а по-русски это будет
    звучать

    -

    варяг. Вот что такое слово «варяг·). Это не название

    какого-нибудь этноса или какой-нибудь лингвистической груп­
    пы, а название профессии. (То, что говорю я сейчас,

    -

    это не я

    придумал. Это сообщается в исключительно ценной, изданной

    132

    в начале нашего века монографии академика В.

    [

    Васильевско­

    го, который глубоко исследовал этот вопрос.)
    Кроме Испании, Франции и Италии, викинги достигли
    Британии, на короткое время захватили Ирландию, Гренлан­

    дию, вышли в Северную Америку. А по последним сведениям,
    скандинавские руны обнаружены в Парагвае и Боливии, то есть
    они, оказывается, продвигались по всему берегу Америки. И
    почти нигде не оставили реальных своих следов: потомков,

    культуру. Только археологи находят отдельные вещи и остатки

    зданий. Закрепиться викингам очень мало где удалось. В Север­
    ной Англии, Южной Шотландии и на южном берегу Ла-Манша
    они получили для поселения опустошенную ими же страну, и

    до сих пор там живут их потомки. Это Нормандия. В Британии
    они обританились, хотя свой норвежский язык они сохраняли

    до хх в. И только благодаря радио и телевидению сейчас его
    забьmи. А в Нормандии они офранцузились, и гораздо быстрее,
    потому что французы, сложившиеся вокруг города Парижа,
    были исключительно смелыми и отчаянными людьми.

    о
    фЕОДАЛЬНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
    Вскоре после смерти Карла Великого, уже при его сыне,

    наряду с этнической дивергенцией началась социальная
    одальная

    -

    -

    фе­

    революция. Она спасла Европу от двух мощных про­

    тивников: скандинавских викингов и арабов. Арабы успели за­
    хватить почти всю Испанию и часть Южной Франции. Викин­
    ги грабили все побережье, а обры с берегов Дуная

    -

    внутренние

    территории. Европейские крестьяне, не обученные военному
    делу, сопротивляться не могли. И тогда герцоги, графы и баро­
    ны, имен которых мы не знаем, начали вдруг очень интенсив­

    но и мужественно сопротивляться нападениям и сарацинов, и

    викингов, и обров; они ненавидели греков, презирали италь­
    янцев, которые проживали последние крохи и у которых та­

    кой храбрости не бьmо, плавали на Британские острова, где
    тоже бьmи остатки Великого переселения народов

    -

    анг.лы и

    саксы, уже потерявшие способность к защите от тех же самых
    викингов и норманнов. А вот в центре Европы эти будущие фе­
    одалы, при всех неприятностях своего характера, оказались

    воинами весьма дельными, потому что они продолжали кооп­

    Тировать в свою среду людей толковых, смелых, верных, умею­

    щих сопротивляться. Они все время обновляли свой состав.
    1ЗЗ

    Кончилось это дело тем, что однажды викинги вошли в устье

    Сены, разграбили все, что могли, прошли до города Парижа и

    решили разграбить его. Париж в то время бьm городом не очень
    большим, но довольно заметным. Парижане, конечно, броси­
    лись в церкви молиться, чтобы святые спасли их от ярости нор­
    маннов, но у них оказался толковый граф

    -

    Эд. Он сказал: «Свя­

    Te нам помогут, если мы сами себя не забудем, а ну-ка все

    -

    на

    стены!» Собрал кучку своих ребят и стал всех выгонять на сте­
    ны защищаться,И чтобы жены и ребятишки, которые по взрос­
    лее, таскали воду и пищу, а тех, кто кричал: «Я не пойду, у меня
    миокардит, вот справка от врача», он тут же хватал с помощью

    своих ребят и тащил на стену: «Постоишь И С миокардитом,
    ничего!» Результат бьm совершенно потрясающим, норманны
    взялись всерьез штурмовать Париж
    Карл Простоватый

    -

    -

    не могли взять! Явился

    король из династии Каролингов, потомок

    Карла Великого, с войском, постоял, постоял и ушел

    -

    побоял­

    ся связаться с норманнами. А Эд кричал: «Не сметь уходить со
    стен, вот я вам дам, вот покажу!» И Париж устоял. Это произве­

    ло на всех большое впечатление. И хотя тогда не бьmо ни теле­
    фона, ни радио, ни телеграфа, ни почты, но узнавали люди но­
    вости не хуже, чем мы: из уст В уста. И все пришли к выводу: «Вот
    такого бы нам короля». И отказались подчиняться законной
    династии, а провозгласили Эда королем Франции. Ну; правда, у

    него этот номер не прошел, преждевременно бьmо, но исто­
    рия повторилась через

    90 лет,

    в

    888 г.,

    когда Гуго Капет, тоже

    граф Парижский, таким же образом бьm провозглашен за свою
    энергию, за свои личные качества королем Франции. А Каро­
    лин гам отказали в повиновении. Последнего поймали в городе

    Лансе, посадили в тюрьму; где он и умер.
    Что это такое? Это еще один вариант бунта пассионариев,
    опирающихся на людей гармоничных и субпассионарных,
    против устаревшей системы, системы, потерявшей пассионар­

    ность. И заметьте при этом следующее обстоятельство: потом­

    ки Людовика Благочестивого, и французские, и немецкие, бьmи
    люди исключительно бездарные. Спрашивается, зачем же тог­
    да французы и немцы поддерживали таких королей? Да они не
    королей поддерживали, они выдвигали их просто как знамя, как
    лозунг, как идеограмму; как символ, как значок, за который мож­

    но сражаться, защищая свою ~зависимость. В конце концов,

    им было безразлично, какие ритуальные слова произносить,
    когда они -шли в бой,

    -

    «за Карла» или «за Людовика», «за черта

    лысого! .. ». Шли-то они ради себя, ради своих святынь и своих
    потомков.

    134

    Так что в

    IX в.

    стала выкристаллизовываться Западная Ев­

    ропа в том виде, как мы ее знаем. И для нее характерно то, что

    не известно никому другому в мире, - национальный принцип.

    Natio

    по-латыни это буквально значит

    язык и территория

    -

    -

    рождение. Рождение,

    вот что соединя.ется в этом термине. Но

    такое понимание бьmо характерно только для западных евро­
    пейцев, и ни для кого больше, потому что человек, живший в
    Китае, или в Монголии, или в Арабском халифате, руководство­
    вался совершенно иными принципами определения своих и

    чужих. Таким образом, «нацио» эквивалентно нашему термину
    «этнос» И отнюдь не эквивалентно нашему современному по­

    нятию «нация». Так что не следует путать: нации современного
    типа создались только при капитализме, а тогда они так назы­

    вались, но бьmи по сушеству этносами.

    о
    ДВА ИНДИКАТОРА
    А теперь подведем итог. Мы рассмотрели несколько вари­

    антов начальной фазы этногенеза

    -

    фазы подъема, коснулись

    разных эпох и стран. Так спросим себя: а что же есть общего
    между Византией до Константина, мусульманами времен пер­

    вых халифов, китайцами династии Тан, европейцами эпохи
    раннего феодализма? А ведь разница в стереотипах поведения
    между ними

    -

    колоссальная!

    В чем же тут общее? Общее в двух моментах, которые нам
    удалось подметить,

    -

    в отношении общества к человеку и от­

    ношении человеческого коллектива к природе.

    Вот эти два индикатора для нас и будут важны.
    Как мы вскрываем этнические отношения? Только иссле­
    дуя модификации и изменения общественных отношений. В
    истории описаны общественные отношения, история

    наша

    -

    путеводная нить, нить Ариадны, которая помогает нам выйти
    из лабиринта. Поэтому нам историю знать надо.

    Что же мы можем отметить для этой фазы становления эт­

    ногенеза? Общество (все равно из кого состоящее: будь то ара­

    бы, монголы, древние евреи, византийцы, франки) говорит че­
    ловеку одно: «Будь тем, кем ты должен быть!» В этой иерархи­
    ческой системе если ты король
    министр

    -

    -

    будь королем, если ты

    будь министром, если ты рыцарь

    -

    будь рыцарем и

    не вьmезай никуда, исполняй свои функции, если ты слуга
    слугой, если ты крестьянин

    -

    -

    будь

    будь крестьянином, плати налог.

    135

    Никуда не вьmезай, потому что в этой крепко OIаженной иерар­
    хической системе, составляющей консорцию, каждомучелове­

    ку выделяется определенное место. ЕOIИ они начнут бороться
    друг с другом за теплые места, а не преOIедовать одну общую
    цель, они погибнут. И если это OIyЧается, то они и гибнут, а в
    тех случаях, когда они выживают, действует этот же самый им­
    ператив.

    Ну хорошо. А еOIИ, скажем, король не соответствует свое­

    му назначению? Свергнуть его, нечего с ним цацкаться! А если
    министр оказывается глупым и неудовлетворительным? Да от­
    рубить ему голову! А если рыцарь или всадник оказывается тру­
    соватым и недисциплинированным? Отобрать лошадь, оружие

    и выгнать к чертям собачьим, чтобы близко и духом его не пах­
    ло! А если крестьянин не платит налог? «Ну, это мы заставим,

    говорили они,

    -

    -

    это мы умеем·>. В общем. каждый должен бьm

    быть на своем месте. Из коллектива с таким общественным им­
    перативом получалась весьма OIаженная этническая машина,

    которая либо ломал ась, либо развивалась дальше и переходи­

    ла в другую фазу

    -

    а1СМатuческую. Ее мы сейчас затрагивать не

    будем, поскольку ей будет посвящена отдельная глава.
    А пока зададимся еще одним немало важным вопросом: как

    отражается эпоха подъема на природе?
    Как я уже сказал, арабы и их эпоха подъема никак не по­

    влияли на пустыню, потому что арабские пассионарии доволь­
    но быстро из этой пустыни ушли и занялись своими военными
    делами. Европейцы в эпоху подъема бьmи тоже заняты оформ­
    лени ем своих этносов в небольшие, но резистентные соци­
    альные группы, и поэтому им было, в общем, не до того, чтобы
    уничтожать животных и леса. Природа отдохнула. Редкое на­
    селение, которое осталось ПОOIе всех солдатских мятежей, ги­

    бели римских провинций и римского управления, ПОOIе похо­
    дов варваров, которых тоже бьmо очень немного, ограничен­
    но влияло на природу, и в Европе ВЫРОOIИ леса. У Дорста это

    очень хорошо Qписано в книге «До того, как умрет природа»

    [76, с. 39]. Так,

    2/5 Франции зароOIИ лесом за эти годы, распло­

    дились, конечно, и дикие животные, и перелетные и местные

    птицы, зайцы, то есть страна, обеспложенная, кастрированная
    цивилизацией, опять превратилась в земной рай. И тут оказа­
    лось возможным производить ~4ЩИТУ этой страны, и оказалось,
    что имеет смыOI ее защищать, потому что жить-то в ней хоро­

    шо, а враги бьmи всюду.

    Что бьmо в это время в Византии? В Византии бьщ в об­
    щем, тот же процесс

    -

    бьmо не до природы, и, кроме того, в

    136

    Сирии, в Малой Азии, вокруг Константинополя был такой ус­

    тойчивый, тысячелетиями отработанный антропогенный лан­
    дшaфT' что вносить в него какие-нибудь изменения казалось
    глупо. Любой прогресс мог пойти только во вред, а не на пользу.
    "Стоп!»

    -

    должен был бы мне сказать профессор В. В. Покши­

    шевский, который занимается проблемой урбанизации. А как
    же построение города Константинополя? Ведь Рим-то причи­
    нил колоссальный вред всему Средиземноморью. Константи­

    900 ты­
    1 миллиона жителей. В принципе, казалось бы, должно
    то же самое ... Но вот парадокс. Никакого вреда природе

    нополь бьm вдвое меньше Рима, но тоже большой, от
    сяч до
    быть

    этот город не причинил, хотя и бьm окружен длинной стеной.
    Стена потребовала массу камня и много работы. В этом городе
    были великолепнейшие здания вроде собора Святой Софии

    (его малая копия бьmа у нас в Ленинграде, на углуул. Жуковско­
    го и Греческого проспекта

    -

    Греческий собор). Там бьmи пре­

    красные дворцы, бани, ипподром, и люди жили не в условиях
    квартирного кризиса; они жили в небольших коттеджах, окру­
    женных садами. Константинополь был город -сад, и когда я спо­
    рил с В. В. Покшишевским о том, что не урбанизация причиня -

    ет ущерб природе, а люди определенного склада, и привел ему
    в пример Константинополь, он, зная дело, сказал: "Так ведь это
    же был город-сад'>. А я говорю: "А кто вам в Москве мешает за­
    ниматься озеленением?»
    Таким образом, в Византии создалась система, которая не
    нарушила биоценозов, оставшихся от древности, а только до­
    полнила их построением великолепного города, жившего, в

    общем, за счет своих собственных ресурсов и привоза из дале­
    ких стран. Чего не хватало жителям Константинополя?

    -

    спро­

    сим мы как экономико-географы. В садах у них всяких фрук­
    тов бьmо достаточно, виноград тоже был, то есть вино у них
    бьmо свое. Кроме того, у многих бьmи поместья поблизости, там

    бьmи козы

    -

    мясо, молоко и опять же виноградники. Хлеб ну­

    жен бьm. Но так как в Константинополе и других городах бьmо
    великолепно развито художественное ремесло, предметы ко­

    торого хранятся в лучших музеях Европы, греки возили их на

    продажу в Ольвию, в Херсонес и в Феодосию, а с низовьевДнеп­
    ра и Дона везли от сарматов огромное количество хлеба и про­

    кармливали все свое население. Кроме того, хлеб везли из Егип­
    та, так как там плотины еще не было, и поэтому плодородный

    Нил разливался и оставлял удобрения на полях. Урожаи были
    баснословные, египтянам хлеба девать было некуда, а они по
    инерции работали и работали, потому что видели в этом смысл

    137

    жизни. предметы роскоши везли из Китая. Например, шелка

    своего не было, но он был очень нужен, потому что были вши, а
    шелковое белье спасает от вшей. Поэтому шелк покупали. Ки­
    тайцы очень неохотно его продавали и меняли, но выдавали

    даже бесплатно, как дань, своим кочевым соперникам. А греки
    тем давали опять же красивые вещи: всякие чаши, инкрустации,

    мечи, ожерелья, браслеты для женщин. Ведь женщинам -то кра­

    сивые вещи нужны, они же их любят. Поэтому степные богаты­
    pи с удовольствием били китайцев, отбирали у них шелк и ме­
    няли у греков на подарки своим женам, так что греки получали

    шелковую материю, в общем, по сходным ценам. Пассионар­
    ный толчок в Византии тоже унес огромное количество чело­
    веческих жизней и культурных памятников, но для природы
    оказался спасительным.

    Итак, вспышка пасснонарности

    -

    обязательноеусло­

    вне начала этногенеза, но характеристики этого процесса

    различны. Они зависят от уровня техники, которая либо раз­
    вивается, либо нет, если нет металлов и глины, как на островах
    Полинезии. Очень большое значение имеет первичная расста­

    новка сил. Она может и сохраниться, и измениться. Культура
    наиболее консервативна и устойчива, вследствие чего новые
    этносы наследуют знания и навыки старых, уходящих в небы­
    тие. Из-за этого часто создается иллюзия непрерывности про­
    гресса, но надо помнить, что и он подвластен законам диалек­
    тики, или, как их называли в древности, превратностям.

    о

    ГЛАВА ПЯТАЯ

    АКМАТИЧЕСКАЯ ФАЗА
    о
    ОБЩЕСТВЕННЫЙ ИМПЕРАТИВ
    В предыдущей главе мы описали подъем пассионарности,
    но не ответили на вопрос: а почему этот подъем кончается?

    Казалось бы, если пассионарность как признак появилась и
    переносится обычным половым путем, передачей соответ­
    ственного признака потомству, а пассионарии в силу своей

    повышенной тяги к деятельности, естественно, оставляют боль­
    шое потомство, не всегда законное и часто самое разнообраз­
    ное, то, казалось бы, количество пассионариев должно в дан­
    ном регионе расти и накапливаться, пока они не совершат ве­
    ликие, прогрессивные дела.

    Однако ничего подобного не получается. После опреде­
    ленного момента, некой красной черты, пассионарии ломают
    пер во начальный императив поведения. Они перестают рабо­
    тать на общее дело, начинают бороться каждый сам за себя.
    Причем сначала эти, скажем, феодалы, или какие-нибудь визан­
    тийские купцы, или арабские завоеватели мотивируют это так:
    <,Мы выполняем все обязательства по отношению к нашей об­
    щественной форме

    -

    халифату ли, империи ли Византийской,

    Французскому или Английскому королевству. Мы делаем все,
    что от нас требуется, а силы у нас остаются'>. Поэтому импера­
    тив меняется. Он звучит уже так: <,Не будь тем, кем ты должен

    быть, но будь самим собой!,> Это значит, что какой-нибудь дру­
    жинник

    -

    копьеносец, оруженосец, хочет уже быть не просто

    оруженосцем или копьеносцем своего графа или герцога, но

    еще и Ромуальдом или каким-нибудь Ангерраном; он хочет
    иметь свое имя и прославить именно его! Художник начинает

    139

    ставить свою подпись под картинами: «Это Я сделал, а не кто­

    то». Да, конечно, все это идет на общую пользу, украшает город
    замечательной скульптурой, но «уважайте И меня!». Проповед­

    ник не только пересказывает слова Библии или Аристотеля без
    сносок, перевирая как попало, не утверждая, что это чужие свя­

    Tыe слова, нет, он говорит: «А я по этому поводу думаю так-то»,
    и сразу становится известно его имя. И так как таких людей ока­

    зывается весьма большое число, то они, естественно, начина­
    ют мешать друг другу. Они начинают толкаться, толпиться, раз­

    двигать друг друга локтями во все стороны и требовать каждый
    себе больше места.
    Поэтому повышенная пассионарность этнической, а тем
    более суперэтнической системы дает положительный резуль­
    тат, иначе говоря, успех, только при наличии социо-культурной
    доминанты-символа, ради которого стоит страдать и умирать.

    При этом желательно, чтобы доминанта бьmа только одна: если
    их две или три, то они накладываются друг на друга и тем гасят

    разнонаправленные пассионарные порывы, как бывает при

    алгебраическом сложении разных векторов. Но даже без такой
    интерференции может возникнуть анархия за счет эгоистиче­
    ских действий сильно пассионарных особей. Усмирить или за­
    пугать их очень трудно; подчас легче просто убить.

    о
    СУБПАССИОНАРИИ
    Уместно здесь обратиться и к роли субпассионариев, кото­
    рым при первой фазе этногенеза, собственно, не бьmо места в
    системе. В любые времена есть люди, которые ни к чему не стре­
    мятся, хотят только выпить и закусить, поспать где-нибудь на

    досках за забором и ставят это целью своей жизни. В первый пе­
    риод этногенеза они почти никому не нужны, потому что в сис­

    теме, которая ставит перед собой огромные цели, стремится к
    идеалу, понимая под ним далекий прогноз,

    -

    зачем такие люди?

    На них никакой начальник не может положиться. Они могут в

    любой момент предать или просто не выполнить приказания.
    Они не ценятся, и их не берегут. Так и бьmо в жестокое, хотя и
    конструктивное время подъема. ~ тут, когда в одной системе воз­
    никает несколько центров, борющихся между собой за преоб­
    ладание, ТО каждому из инициативных пассионариев становит­

    ся нужна своя особая банда. И он находит возможность исполь­
    зовать субпассионариев в качестве слуг, наложниц, наемников

    140

    и, наконец, бродячих солдат-ландскнехтов. Набирают самым

    простым способом

    -

    дают прохвос'I)' золо1)'Ю МОНе'!)' И говорят:

    «Милейший, возьми это, иди и говори всем, что наш герцог

    -

    доб­

    рый герцог·>. И этого оказывается достаточно для того, чтобы
    данный добрый герцог мог собрать ц:бе такое количество сто­
    ронников, чтобы устроить великую кровавую cмyry.

    Торговцы. гравюраАДюрера

    Конечно, это плохие солдаты, а где взять хороших? Все пас­
    сионарии уже или прилепились к кому-то, или сами выставили

    свою персону в кандидаты на высокое место; пассионарии на­

    ходили себе применение как воины-профессионалы князей,

    графов, эмиров и султанов. Субпассионарии же ВЫС'I)'пали
    прежде всего как их вооруженная обслуга. И субпассионариям
    это бьmо даже выгоднее, потому что жизнью-то они не очень
    рисковали, а после битвы помародерствовать, побегать, поис­

    кать в карманах у убитых что-нибудь или ограбить мирное на­
    селение

    -

    это они могли, как могли быть ворами, нищими, на­

    емными солдатами или бродягами. В акматической фазе таких
    людей не ценят настолько, что дают им умирать с голоду, если
    не вешают «высоко И коротко·> (французская средневековая

    141

    юридическая формулировка). Однако эти операции отгягивают

    у этносоциальных систем те силы , которые можно было бы
    употребить на решение насущных задач.

    Изменение отношения к субпассионариям со стороны
    коллектива показывает один из примеров того, как меняется

    коллективное поведение в этносе от фазы к фазе,

    -

    модуляция

    биосферы .

    И с точки зрения географии нам важны не способы экс­
    плуатации крестьян , а именно характер поведения всего кол­
    лектива-этноса.

    о
    ИЗМЕНЕННЫЙ СТЕРЕОТИП ПОВЕДЕНИЯ
    И тут нужно сказать несколько слов об этике. Этика рассмат­
    ривает отношение сущего к должному, поэтому особая форма ее
    вырабатывается при каждой фазе этногенеза. Существуют, конеч­
    но, социальная этика и социальная мораль

    -

    это всем известно,

    но мы сейчас будем говорить не об этом, а о влиянии фаз этноге­
    неза на этические системы. В фазе подъема, когда в силе был им­
    ператив: « Будь тем, кем ты должен быть! »

    -

    этика заключалась в

    безусловном подчинении индивидуума принципам системы. На­
    рушение принципов системы рассматривалось как преступление,

    наказуемое безоговорочно. Хорошо
    положено; а плохо

    -

    -

    означало выполнить то, что

    означало не выполнить то, что положено.

    При акматической фазе, когда каждый говорил: « Я хочу
    быть самим собой! Я выполняю то, что положено ; государству

    служу

    40 дней

    в году на войне, а в остальные дни волен делать

    все, что мне вздумается, у меня есть своя фантазия!»

    -

    тут воз­

    никла другая этика.

    Чтобы осуществлять собственные фантазии, какому-ни­
    будь, например , барону требовалась мощная поддержка соб­
    ственного окружения . Это значило, что он старался набрать

    побольше людей, которые зависели бы лично от него. Но ведь
    и он не в меньшей степени зависел от них. Если он нанимал
    на службу каких-то лакеев, ландскнехтов, стрелков для охра­

    ны своего дома , каких-нибудь копьеносцев для атак на про­
    тивника, то они все , конечно , заltИсели от него, делали, что им
    прикажут, потому что он им платил , но он-то зависел от того,

    как добросовестно они будут выполнять свои обязанности, не
    предадут ли они его, не убегут ли в решительный момент, не
    откроют ли ворота замка противнику.

    142

    Возникла система взаимообязанности. и взаимовыручки,
    круговой коллективной ответственности. Каждый отвечал за
    свой маленький коллектив, в который он непосредственно вхо­

    дил, и за большой, в который он входил опосредованно, как член
    малого коллектива; таким образом, он 'Отвечал и за себя, и за сво­

    его барона, и за свое герцогство, и за свою страну. И точно так
    же король, герцог, граф или барон бьш обязан заботиться о сво­
    их вассалах. Конечно, не всегда это соблюдалось, но ведь в таких
    случаях разрешалось нарушить вассальную присяry. Если сень­
    ор относился к своему вассалу недостаточно внимательно, то

    вассал имел право уйти от него. Обязанности бьши взаимные.
    Было только одно законодательство, в котором эта этика

    записана и уцелела,

    -

    это Яса Чингисхана. Она сохранилась,

    переведена с персидского языка на русский. Там примерно три
    четверти законов направлены на наказание людей, не оказав­
    ших помощи товарищу. Например, если монгол едет по степи
    и встречает того, кто хочет пить, и не даст ему напиться

    -

    смерт­

    ная казнь; если он едет в строю и товарищ, едущий впереди,
    уронил колчан со стрелами, ну случайно оборвал ось, и задний
    не поднял и не отдал

    -

    смертная казнь; в мягких случаях

    ка в Сибирь (монголы тоже ссьшали в Сибирь)

    -

    ссьш­

    [29].

    Эта этика существует и по сию пору в качестве реликто­
    вых форм. Например, никакая экспедиция в тяжелых услови­

    ях без такой этики, основанной на взаимовыручке, работать
    не сможет. Вот мне приходилось читать в газетах, что какие­
    то туристы переходили на Алтае речку и один свалился в воду,

    а остальные его не вытащили, потому что каждый думал: (.Ведь

    это же он свалился, а не я, зачем же я полезу, я же не обязан».
    Так вот это тоже

    -

    этика, но уже совсем другого типа. По эти­

    ке Ясы человек был обязан лезть и выручать, а если бы не по­
    лез, то его бы судили не в

    24 часа,

    а в полчаса и казнили бы за

    неоказание помощи товарищу. Не во всех законах сохрани­

    лась эта форма этики, хотя она присутствовала и в разбойни­
    чьей банде, и в каком-нибудь полку кавалерийском или пехот­
    ном, в экспедиции, как я уже говорил,

    -

    везде и всегда там, где

    людей подстерегает опасность. Это единственная спаситель­
    ная форма поведения, при которой можно как-то уцелеть.

    Наличие такой этики играло особую роль в акматической

    фазе. Оно в значительной степени обусловливало приток све­
    жих сил молодого поколения пассионариев в уже имеющиеся

    КОНСОРЦИИ и субэтносы.
    В условиях, когда война была повседневна, каждый, кто
    стремился жить не только чем-то, но и ради чего-то (а таких

    143

    хватало), нуждался в соратниках и хотел быть уверен, что его
    не предадуг. Поэтому-то и приходилось делать выбор. Конеч­
    но, в выборе сторонников определенное значение имел и со­
    циальный момент. Но вряд ли его можно считать решающим,

    поскольку в акматической фазе наследственность чинов и зва­

    Hий была очень условной. Так, в Европе, чтобы войти в класс
    феодалов, стать дворянином, даже иметь титул, надо было со­
    вершить какой-то подвиг. Конечно, можно было получить это
    звание и по наследству

    -

    дети графов, естественно, станови­

    лись графами, но если, скажем, у графа одно графство и пять
    человек детей, то один получал наследство, а остальные-то ни­
    чего не получали, и они назывались виконтами, то есть вто­

    росортными графами. Но это их не устраивало, потому что
    никаких материальных преимуществ они при этом не име­

    ли. А кроме того, представьте себе пассионария из народа. Пас­
    сионаРность

    -

    это признак природный, передающийся гене­

    тически, а во всех слоях населения есть очень симпатичные

    дамы. Пассионарии, занявшие высокое положение, не зевают
    и везде оставляют потомство. Получаются пассионарии во
    всех слоях населения

    -

    и среди горожан, и среди крестьян, и

    среди невольников, даже рабов. Они не удовлетворяются сво­
    им социальным положением, они ищут выхода. Так, во Фран­
    ции, например, этот выход существовал вплоть до ХУП в., до

    Ришелье, который велел все-таки пересчитать, кто дворяне, а
    кто не дворяне, потому что дворянином заявлял себя каждый,

    кто хотел поступить на королевскую службу и делать там свою
    карьеру. Никто его не проверял, потому что некогда было и
    незачем, считалось

    -

    раз человек хочет, ну почему его не при­

    знать дворянином, какая разница? Да, конечно, налог с него

    уже брать нельзя, но он же служит. А потом его, вероятно, ско­
    ро убьют, потому что служба-то в основном военная, так тог­
    да вообще незачем огород городить. Любой пассионарий мог
    объявить себя дворянином, и число ('феодаЛОlj') выросло ко­
    лоссально. Это вызвало совершеннейшее броуновское движе­

    ние, которое называется феодальной раздробленностью.
    Сам ПРИНЦИП феодализма

    -

    экономический ПРИНЦИП - вов­

    се не предполагает огромного количества безобразий. Они мо­

    гут быть и не быть, это не связано с экономическими условиями.
    А вот откуда стремление, наприм~, дать по физиономии сосе­
    ду, а потомубить его на дуэли? Пользы от этого никакой нет, риск

    большой, потому что сосед тоже может вас убить. Но желающие
    рисковать в Европе

    XI - XN вв.

    находились слишком часто. Ре­

    зультаты уже к ХП в. бьии следующие.

    144

    В Германии служилые латники превратились в бурггра­

    фов

    -

    рыцарей-разбойников. Фридриху Барбароссе пришлось

    их вешать.

    Во Франции королю отказывали в подчинении Бретань,
    Нормандия, Анжу, Мэн, Аквитания, ТуЛуза, Лангедок и Фланд­
    рия, не говоря о Бургундии и Лотарингии. А в Про ван се не при­
    знавали даже католической церкви, так как там очень боялись

    альбигойцев (о них подробнее чуть ниже).
    В Англии шла постоянная война с кельтами, а англосаксон­

    cKoe население убегало за пределы острова от королей-фран­
    цузов (Плантагенетов) и их феодальной армии.
    В Италии воевали Венеция с Генуей, Флоренция с Пизой,
    Милан с Романьей и, что хуже всего, папы с императорами.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ ПЕРЕГРЕВ
    В условиях растущей феодальной анархии умные прави­
    тели нашли главную доминанту. Они предложили направить
    энергию системы вовне, на Святую Землю.
    Стихийные крестовые походы

    людию» В Испании в

    1063-1064 ГГ.,

    1095-1099 гг.

    имели «пре­

    куда направились рыцари

    герцогства Аквитанского и графства Тулузского, а потом туда
    же ринулись бургундские и нормандские рыцари.
    Лозунгом первой колониальной экспансии стало «Осво­
    бождение Гроба Господня». Конечно, лозунг мог бы быть вы­
    бран удачнее для того времени. Но папа провозгласил, что нуж­

    но спасти из рук неверных Палестину
    кричали: «Так хочет Бог!»

    -

    -

    Святую Землю. Все за­

    и пошли. Но ведь это бьm только

    лозунг. Они пошли, потому что хотели идти. И пошли бы в лю­
    бое другое место, с любым другим лозунгом, потому что у них
    был большой запас внутренней энеРГЩI.
    Доказательство тому - завоевание Сицилии нормандцами в
    1072 г. и их вторжение вправославный Эпир в 1081 г., закончив­
    шееся поражением в 1085 г. Но самое показательное - и тоже с
    благословения папы - завоевание Англии в 1066 г. нормандским
    герцогом Вильгельмом. Ведь Английское королевство, хотя и хри­
    стианское, бьmо реликтом эпохи Великого переселения народов
    и не входило в европейский суперэтнос. Вот они его и завоевали.
    Начались крестовые походы, во-первых, с массовых погро­

    мов евреев в прирейнских областях. Это не оказало никакого
    влияния на дальнейшие успехи или неудачи военных действий

    145

    в Палесгине. Затем такой же разгром хотели усгроить в Консган­
    тинополе, когда '!Уда явились кресгоносцы первого кресгового

    похода. Но Алексей Комнин, который там командовал в это вре­

    мя, бьи человеком очень деловым. Он окружил кресгоносцев на­
    емными печенежскими отрядами и лишил их возможносги по­

    лучать провиант. Кресгоносцы подняли лапки и сказали, что они
    согласны подчиниться императору, готовы принесги ему ленную

    вассальную присягу, но чтобы он их кормил и не обижал. Импе­
    ратор переправил всех кресгоносцев в Малую Азию, говоря: «Вы
    пришли С мусульманами воевать, ну и воюйте там с турками».

    Рыцарь в оде:ж:де 1феcmоносца.
    Миниатюра из рукописи Х/II в.

    Первый удар крестоносцев был такой, что они одолели
    сельджукскую конницу. И так как мусульмане меньше всего ожи­
    дали такого удара, то кресгоносному войску удалось достигнуть
    Иерусалима и даже взять его. По пути они захватили Эдессу в

    Месопотамии. Однако из

    11 О тысяч

    европейцев, переправив­

    шихся через Геллеспонт, до Иерусалима дошло около

    Таковы бьии потери!

    20 тысяч.

    ..

    Любое мероприятие можно осуществить, если не считать­
    ся с затратами. Можно, например, когда спичек нет, а закурить

    очень хочется, заплатить за коробку спичек

    50 рублей.

    Таким

    же непроизводительным расходом был первый крестовый

    146

    поход. И удался он только потому, что мусульмане, жившие в

    Палестине, никак не ожидали, что такое безобразие может про­
    изойти. Ведь они не мешали христианским паломникам -пилиг­

    римам посещать Гроб Господень и молиться. Наоборот, они их
    охраняли, они их очень уважали. Иисус и Мариам у них счита­
    лиСь пророками, равными Мухаммеду. И Инджиль Шериф (Свя­
    тое Евангелие), и Коран Шериф (Святой Коран) считались рав­
    ноценными книгами. Никакого преследования за веруне было.

    Никакого повода для такого вторжения христиан не было, кро­
    ме внутреннего процесса пассионарного перегрева, который

    охватил Западную Европу в ХI -

    Феодальная Европа сто лет

    XIV вв.
    (1093-1192)

    бросала в Палести­

    ну храбрейших рыцарей, лучший флот, самых надежных союз­
    ников

    -

    армян

    -

    и даже заключала союзы с исмаилитами, но тщет­

    но: даже отбитый у Фатимидов Иерусалим бьm снова захвачен
    курдом Салах ад-Дином, под предводительством которого сража­

    лись тюрки, как купленные на базаре, так и прикочевавшие со сво­
    ими семьями и стадами. Персидский историк Раванди писал в со­
    чинении, посвященном султану Рума (Малой Азии) Гийас ад-Дину

    Кай Хусрау (1192-1196): <,Слава Аллаху .. в землях арабов, персов,
    византийцев и русов слово принадлежит тюркам, страх перед саб­
    лями которых прочно живет в сердцах·)

    [18, с. 33].

    Итоги крестовых походов бьmи очень неутешительны. В

    1144 г. пала Эдесса и, восстав, снова была взята мусульманами в
    1146 г. Вторжения крестоносцев в Египет в 1163 и 1167 п. бьmи
    отбиты. Второй и третий крестовые походы в 1147-1149 и
    1189-1192 п. захлебнулись. Лучшие рыцари Европы спасова­
    ли перед туркменами-сельджуками. Города Палестины и Лива­

    на перешли к обороне. Гарнизоны крестоносцев держались в

    них лишь благодаря тому, что венецианцы и генуэзцы морем
    поставляли им оружие и провиант.

    И в Магрибе, на западе арабского мира, бьmо то же самое.
    При Аларкосе в

    1195 г. берберы-альмохады сокрушили рьщар­

    ское воинство Кастилии, куда стеклись рыцари со всех стран

    Европы. Эта коллизия описана Л. Фейхтвангером в романе
    <'Испанская баллада·), и там устами арабского историка Мусы

    (персона вымышленная, но мысли ибн Хальдуна) дан прогноз:
    христианский мир молод и может позволить себе роскошь по­
    терпеть отдельные поражения, а мусульманский мир стар и

    только продляет свое существование. Арабы уже потеряли к
    концу ХН в. пыл молодости.

    Не нужно думать, что избыток пасси он арности гарантиру­
    ет военный успех. Вспомним, что он ведет к дезорганизации,

    147

    -

    НОРМIНДСКОГО и Роберта Флвндрского (1); Реймунд8
    Тулузского (2); Готфрида Бульонского (3); БоамунД8

    ----+-

    -

    ...

    Совмести ... " пут .. ОТРАдОВ
    Второй крестоа.. Й по.од (1147-1149
    ЛЮДОВИКI VII (1): Конраде 111 (2)

    -

    ...

    Первый КрестоВltlЙ ПОХОД

    ТВр8НТСКОГО

    -==С>

    (4) 6

    11096-1099

    гг.)

    Балдуина ФланДРского

    Роберта

    (51

    о

    rr.} -

    СовместИ"I" пут .. по европе
    Третий KpecтO."I" поход 11189-1191 гг.1 Львиное Сердце (1);
    Филиппа 11 Августа
    Фридри .. Борl5aроссы

    Ричарде

    I

    (2):

    (3)

    .

    Акмаmuчеашя фаза заnaдноеврoneйarozо

    Границы (на

    1190 г.)

    СВRщенной РИМСКОЙ империи

    Византийской империи

    других ,осудврств

    ,

    ПРУССЫ

    ГОСУДАРС

    суneрэmноса. Крестовые noходы

    про исходящей от развития индивидуализма. Когда каждый хо­
    чет быть самим собой, то организовать значительную массу
    таких людей практически невозможно.
    Приведем пример.

    Когда в

    1204 г. крестоносцы

    взяли и разграбили Констан­

    тинополь, а потом бросились на Болгарию, то половцы (кума­
    ны) в

    1205 г. напали на лагерь латинян у Адрианополя, притвор­

    ным бегством увлекли императора Балдуина в засаду и взяли
    его в плен, перебив много отважных рыцарей. Болгарский царь
    посадил латинского императора в башню в Тырнове, где тот и

    умер. Наступление латинян на православие бьmо так же оста­
    новлено тюрками, как и нажим их на ислам, хотя тюрки ни хри­

    стианами, ни мусульманами не бьmи. Зато там, где тюрок не
    было

    -

    в бассейне Балтики,

    -

    немцы, датчане и шведы имели

    полный успех. Сопротивление полабских славян бьmо сломле­
    но немцами, в устье Двины построена крепость Рига

    -

    Эстонию захватили датчане, Финляндию

    (1201);

    шведы. На очереди

    были пруссы, литовцы и русские, но эти <·успехи·> пришли уже в
    ХН! в., когда расстановка сил изменил ась.

    Странно! Ведь половцы находились в фазе гамеостаза, а
    феодальная Западная Европа

    -

    в акмаmuческ;ой фазе. Казалось

    бы, европейцы должны были идти от победы к победе, а полов­
    цы погибать, в лучшем случае

    -

    героически, как дакоты, семи­

    нолы и команчи. А случилось обратное. Почему?
    Беда Европы была в том, что эта новая доминанта
    товые походы

    -

    наложилась на старую

    -

    -

    крес­

    спор между папами и

    императорами, причем нельзя сказать, какая из сторон бьmа

    хуже. Папа Иоанн ХН был сатанистом,l император Генрих

    N2 -

    1 Папа Иоанн Х11, в юношесгве Октавиан. сын <·сенатора Рима·> (т, е.

    правителя), бьUI избран на пресгол в

    955

    г. шесгнадцати лет от роду. Вати­

    канский двор сгал вертепом продажных женщин. То, что папа охотился,
    играл в кости. волочился и пьянсгвовал, куда ни шло. Но он давал пиры с
    возлияниями в честь древних богов и предлагал ГОСГЯМ'пить в чесгь сата­
    ны! Это шокировало римлян даже больше, чем связь папы с наложницей

    своего отца. с ее сестрой и ее племянницей. Иоанн ХН бьUI отрешен в 963 Г.,
    но боролся за власгь, мучил пленных и умер в 964 г. от паралича в доме од­
    ной из своих дам [25, т. 6, с. 79-85].
    2

    Императора Ieнриха

    IV погубила откровенность его жены -

    Евпрак­

    сии Всеволодовны, которую Генрих П'l.инуждал к участию в тайных орги­
    ях

    -

    <·черных обеднях.>. Русская женщина не стерпела немецкого кощун­

    ственного разврата и убежала в Каноссу, откуда папа (зафиксировав ее по­

    казания и 'дав отпущение) княжну под надежным конвоем отправил домой
    в Чернигов. Там она посгриглась в монахини и скончалась

    [108, с. 126-127].

    150

    9

    июля

    1109 г.

    тоже. Произвол императорских чиновников не уступал взяточ­
    ничеству и кощунству прелатов. Гонения на еретиков те и дру­
    гие проводили одинаково. И однако, до конца ХIII в. взаимная

    резня не прекращалась: гвельфы сражались с гибеллинами,
    Капетинги

    рода

    -

    -

    с Плантагенетами, альБИI:ОЙЦЫ

    -

    с католиками, го­

    с феодалами. Постоянная война в тылу гибельно влияла

    на успехи на фронтах. Избыток пассионарности также вреден,
    как и недостаток ее. А избыток энергии бьm столь велик, что

    современник крестовых походов Усама ибн-Мункыз писал в
    (,Книге Назидания»: (,У франков, да покинет их Аллах, нет ни
    одного из достоинств, при сущих людям, кроме храбрости».
    Правда, тот же ибн-Мункыз считал, что львы не менее храбры,

    но они звери

    [126, с. 208].

    Итак, крестовые походы захлебнулись вследствие пассио­
    нарного перегрева этносоциальной системы, при котором нео­
    существима целенаправленная координация сил.

    Предлагаемое мной объяснение причин возникновения
    крестовых походов и их неудачи оригинально. Но ведь ориги­
    нален и сам подход к этнической истории как к закономерно­

    му феномену становления биосферы.
    Крестовые походы католические историки считали резуль­
    татом религиозного энтузиазма, протестантские

    своекорыстия, просветители
    экономисты

    -

    -

    -

    папского

    безумия необразованныхлюдей,

    результатом кризиса феодального хозяйства

    Западной Европы.
    Все перечисленные подходы к предмету изучения

    дельности и даже взятые обобщенно

    -

    -

    по от­

    очевидны, правомочны,

    но недостаточны для объяснения явления по одной весьма про­
    стой причине. Европейские историки рассматривают крестовые
    походы как явление уникальное, а это-то и неверно. Если мы

    сравним известные нам фазы этногенезов, то обнаружим, что
    при переходе фазы подъема пассионарности в акматическую
    стремление к расширению ареала наступает столь же неуклон­

    но, как закипание воды при

    1000 С и нормальном давлении.

    А что же произошло после этого в Западной Европе? Оказа­
    лось, что когда избыток пассионариев (этих свободных атомов,
    создающих своего рода броуновское движение) бьm убран и
    исчез, то выделились лишь те пассионарии, которые остались

    на месте и которые быстренько-быстренько начали укреплять
    свои позиции. Тут им понадобилисьлозунги, вокруг которых они
    могли бы объединять своих приверженцев, а для этого стали
    нужны идеологи, которые сами бьmи пассионарны и готовы

    бьmи поддержать любого герцога, палатина или короля, если он

    151

    давал им возможность высказывать свои идеи. Речь шла уже не

    о том, чтобы просто толковать Священное Писание, но о том,
    чтобы ВЫС1)'Пать со своими точками зрения. Эти идеологи на­
    зывались либо схоластами, если они преподавали в универси­
    тетах и начальство на них не сердилось, либо ересиархами

    -

    основателями ересей, если их из университета вышибали и на­

    чальство на них почему-либо сердилось. Таким образом, раз­
    ница между ними была чисто административная, потому что
    каждый из этих представителей средневековой мысли выска­

    зывал все, что он хотел, ссылаясь, конечно, при этом на Биб­
    лию, но ведь она объемная

    -

    всегда можно подобрать соответ­

    ствующую цитату.

    Надо сказать, что в те времена цитаты не всегда указыва­

    лись в схоластических или еретических сочинениях. Просто

    говорилось, что В Библии, мол, сказано так-то, а затем пропо­
    ведник говорил свое, все, что ему вздумается. Заслуга универ­
    ситетской схоластики в том, что она ввела систему сносок, ко­

    торой мы пользуемся и сеЙчас. Если ты ссылаешься на Библию,
    так укажи номер главы и стиха

    -

    в Библии все разбито на но­

    мерки. Иначе ссылку не принимали во внимание.

    В результате деятельности идеологов характер столкнове­
    ний в Западной Европе изменился чрезвычайно. Возникли раз­
    личные программы: и такие, которые могли бы быть понятны
    тем субпассионариям, которые примыкали к своим вождям, и
    тем пассионариям, которые примыкали к разным королям или
    принцам, или тем гармоничникам, которые находили выгод­

    ным поддержать то или иное движение. Программы бьUIИ са­
    мые разнообразные. Иногда это бьUIИ программы религиозные,
    иногда социальные, иногда династические, но все находили
    своих приверженцев, пассионариев, искавших применения

    своей избыточной энергии. Так, очередной крестовый поход
    возник внутри самой Франции. В ХI - ХII вв. во Франции и Ита­
    лии возникло антипапское движение, даже не христианское,

    -

    альбигойцы, или катары. Эта идеологическая доктрина была
    дуалистична, строилась на неприятии жизни как таковой и на­
    ходилась в религиозном смысле за рамками католичества. На
    этой идейной почве и возникло первое могучее столкновение

    на территории Франции. Альбигойцы повели себя настолько

    вызывающе, что против них БыJ\.рганизованH крестовый по­
    ход. Крестовый поход так, зря, тоже не организуешь, но альби­
    гойцы не удержались, зарезали папского легата

    -

    посла Петро

    де Кастельно. Он был прислан из Рима в Тулузу, не договорился,
    и на обратном пути его прикончили. Ну а после того, как кровь

    152

    потекла, все рыцарство Северной Франции, мечтавшее найти
    себе какое-нибудь дело, но не уехавшее в Палестину, потому что,
    во-первых, дорог проезд, а во-вторых, там они уже не требова­

    лись, бросил ось истреблять этих самых альбигойцев

    [104].

    Альбигойцы же бьmи невероятно перемешаны на юге Фран­
    ции с местными католиками. Причем поскольку они считали, что

    весь сотворенный мир

    -

    зло, а против зла все средства дозволе­

    ны, в том числе и ложь, то они могли спокойно лгать, будто они
    самые право верные католики, а на самом деле тайно соблюдали

    свои альбигойские обряды. И отличить их бьmо невозможно. Но
    это не помешало войне, потому что, по сушеству, произошло
    столкновение между Северной Францией и Южной.
    Глава Северной Франции, парижский король Филипп Август,
    официально в крестовом походе против альбигойцев неучаство­

    вал, ибо бьm отлучен от церкви за грехи (а грехи у него бьmи дей­
    ствительно хамские, омерзительные) 1; сам он не мог надеть крест
    и идти в крестовый поход, но деньги на него давал.
    Его соперник граф Раймунд Тулузский бьm просто граф, но
    владений имел не меньше, чем французский король, а богатств

    значительно больше, и бьm он при этом католик, а вовсе не аль­
    бигоец. Тем не менее отлученный еретик поддерживал кресто­
    носцев, а католик поддерживал еретиков. Как видите, дело бьmо

    не в лозунгах, а в стремлении победить друг друга.

    Печать графа Раймунда ljmузClOOZО

    1

    Филипп ABrycm женился на датской принцессе Ингеборг. Когда же

    она с богатым приданым приехал а в Париж, прогнал ее под предлогом (,не­
    преодолимого отвращения", но имущество ее присвоил. Короля осудили И
    папа, и народ. В конце концов ему пришлось стать мужем датчанки, факти­
    чески или формально.

    153

    А зачем, спрашивается? Почему религиозный момент, ко­

    торый мог бы обсуждаться в кабинетных УОIOвиях или вовсе
    не обсуждаться

    -

    дело совести, не все ли равно, кто как верит,

    -

    вдруг стал главным. Очевидно, бьmа такая тяга к действию, что

    могла выплеснуться по любому поводу и вьmилась

    -

    в формах

    религиозной войны.

    Победил Север. Тулуза бьmа разрушена, Лион оккупирован,
    все замки альбигойцев, большая часть которых были феодала­
    ми,

    -

    взяты и уничтожены. Культура, богатая провансальская

    культура, бьmа растоптана северными рыцарями, которые на­

    саждали грубые нравы среди парижан (Париж тогда бьm диким
    городом по сравнению с Тулузой, Марселем, Лионом).
    Ну одержали победу, ладно. Казалось бы, на этом и успокой­
    ся. Но воевать-то хочется, а если хочется, то повод найдется.

    о
    СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНА И ЭТНОГЕНЕЗ
    Бьmа выдвинута новая проблема. Вопрос оправе престо­
    лонаследия.

    В начале

    XN в. закончилась прямая династия Капетингов во
    IV Красивого умерли все три сына и
    осталась одна внучка - дочка старшего сына - Жанна. Ее выдали
    Франции. У короля Филиппа

    замуж за наваррского короля, и она оказалась наследницей фран­
    цузского престола. Но французские пэры сказали: (·Негоже лили­
    ям прясть,>, то есть не годится иметь женщину на престоле, и из­

    брали ближайшего родственника короля по мужской линии

    -

    Филиппа VI Валуа. Ну какое нам, казалось бы, до этого дело? Одна­
    ко есть! Вопрос о престолонаследии явился поводом для Столет­

    ней войны. Потому что у этих самых умерших трех братьев бьmа
    сестрица Изабелла, которую французский король выдал замуж за
    английского короля Эдуарда

    II Плантагенета (Плантагенет -

    фа­

    милия французская, происходит из Западной Франции, из Анже­
    ра). Их сын Эдуард

    III в потенции бьm король Франции и Англии

    одновременно. Поэтому он заявил: (·А ведь я являюсь наследни­
    ком французской короны, дайте мне Э'I)' корону!,>
    В это время в Англии уже существовал парламент, который
    очень скупо давал деньги на всякие.,.:оролевские мероприятия.

    Без денег воевать нельзя. Но тут парламент почему-то ассигно­

    вал большие суммы на совершенно, казалось бы, безнадежную
    войну. Дело в том, что в Англии в это время бьmо
    человек населения, а во Франции

    - 22
    154

    3 миллиона

    миллиона. Франция бьmа

    гораздо богаче, и французы бьmи ничуть не слабее англичан,
    организация и культура у них бьmи даже лучше, чем в Англии, и,
    однако, война все-таки началась, и тянулась она больше ста лет,
    почему и получила название Столетней.

    Герб английских 1СОролей,
    претендовавших на французCICJIЮ 1СОрону

    Давайте поищем причины этой войны. Экономические? Ну,

    допустим, они бьuIИ. Англичане хотели сбывать свою шерсть фла­
    мандским купцам, а фламандские купцы

    -

    покупать ее беспош­

    линно. Ну, хорошо, все это правильно, но зачем бьmо воевать тем,
    кто никакой шерсти не продавал и доходов от этой шерсти не

    имел: каким-нибудь стрелкам на границе Англии и Уэльса? Им-то
    бьmо наплевать на доходы купцов из Сити, а, однако, они пошли
    и составили как раз самую убойную силу; не купцы, нет, купцы тор­
    говали, они на фронт не шли, а вот стрелки пошли. Чего ради?
    Если французскому королевскому двору, например, была
    выгодна гегемония над Фландрией, то крестьянам Оверни и

    берегов Луары или мелким баронам и духовенству всех этих
    мест было совершенно наплевать на Фландрию. Однако они
    воевали, и еще как!

    Давайте разберемся в традициях, которые определили ха­

    рактер этой войны. Англия бьmа завоевана в

    VI в. англосаксами,

    до этого она называлась Британией. Англосаксы захватили вос­
    точную часть острова, а в Валиссе, который ныне называютУэль­
    сом, и в Корнвалиссе остались кельты. Часть ирландских кель­

    тов перебралась в Шотландию и захватила северную часть анг­
    лийских владений

    -

    так называемый Лотиан. То есть тугуже бьuIO

    столкновение двух этносов, двух культур И двух религиозных си-

    155

    сгем, потому что англосаксы бьmи язычниками, кельты же

    -

    пра­

    вославными, принявшими христиансгво еще из Египта. Потом,
    когда англосаксы приняли христиансгво из Рима, то есть в про­

    тивоположность православным кельтам сгали католиками, то вой­

    на все равно продолжалась. И добавилось еще к этому вторжение
    норвежских и датских викингов, которые захватывали Англию,

    пытались ее удержать и страшно обижали англосаксов.

    Кончилось это все в

    1066 г.,

    когда Вильгельм Завоеватель

    подчинил себе Англию, а был он по происхождению норвежец,
    но его предки уже

    100 лет жили в Северной Франции. Он забыл

    свой норвежский язык и говорил по-французски. Привел он с
    собой очень много французских рыцарей и устроил им доход­
    Hыe места при дворе и в управлении. Ведь этнический момент

    проявляется не в форме особых социальных порядков или ус­
    тановления новых социальных институтов, а в том, кто кому

    при данных порядках поможет хорошо устроиться ... Так вот,
    Вильгельм и его потомки нормандской династии помогали

    французам. А когда династия пресеклась в ХН в., королем Анг­
    лии стал француз Анри Плантажене

    -

    Генрих Плантагенет. Уж

    э'ют-то был натуральный француз, но стал английским коро­
    лем и всюду протаскивал своих французов, и потомки его тоже.

    Можно себе представить, как англичане лютой ненавистью воз­
    ненавидели французов! чужой

    -

    да еще начальник, да еще заб­

    латованный, да еще ведет себя безобразно, и ничего не сдела­
    ешь! И когда англичанам те же самые Плантагенеты предложи­

    ли идти бить французов, то англичане с восторгом пошли.
    Английская армия оказалась сильной еще за счет другой
    этнической коллизии. Я уже говорил об уэльских кельтах. Со­
    противлялись они англосаксам отчаянно, потому что англосак­

    сы, пришедшие еще с волной Великого переселения народов,
    по отношению к кельтам вели себя исключительно жестоко, и
    те возненавидели их лютой ненавистью. И когда англосаксов

    победили французы, то кельты сказали: «Эти, пожалуй, получ­
    ше. Впрочем, кто бы ни давил англосаксов, все равно мы его
    поддержим». С приходом французов война между кельтами и

    англосаксами не кончилась, но как-то стала ослабевать и к кон­
    цу ХIII в. совсем приостановилась. Эдуард

    1 вошел в Уэльс, что­

    бы подчинить его себе.
    Это бьmо предприятие соверш~·шо неосуществимое, пото­
    му что тяжелая рыцарская конница английского короля побеж­
    дала во всех открытых столкновениях, но уэльсцы выкопали себе

    ямки-бункера под мхом. Там много холмов, покрытых мхом И
    вереском. Они делали тайные лазы, целый день сидели в этих

    156

    ямах, и найти их не бьmо никакой возможности. Потом, когда
    англичане, угомленные дневными поисками, ставили палатки и
    ложились спать, выспавшиеся за день уэльсцы вьmезали и стре­

    ляли из своих длинных луков по палаткам и убивали спящих ан­
    гличан. Те, конечно, старались поБИТЬ'уэльсцев, но уэльсцы убе­
    гали. А уж тем, кого удавалось поймать, пощады не бьmо.
    Такая война могла тянугься, пока не надоест. В конце кон­

    цов она надоела обеим сторонам и бьm предложен компромисс.
    Уэльсцы сказали Эдуарду: «Мы примем от тебя государя (по фео­
    дальному праву он должен бьm дать им государя, который бы ему

    сам подчинялся), но он должен родиться в Уэльсе, быть знатно­
    го рода и не знать ни слова ни по-англий­

    ски, ни по-французски». Тот сказал: <Лад­
    но»

    -

    И велел вождям кланов явиться к

    нему. Те пришли. Он вынес своего двухне­
    дельного сына и говорит: <,Вот вам, пожа­

    луйста. Он родился в Уэльсе две недели
    тому назад, он знатного рода

    -

    мой сын;

    и он не знает ни слова ни по-английски,
    ни по-французски». Уэльсцы согласились
    его принять. Это пошло на пользу и тем и
    другим, потому что свои этнические осо­

    бенности, даже язык, уэльсцы сохранили

    до нашего времени. l
    А уэльсцы обладали искусством, ко­
    торого не знал никто в Европе: они стре­
    ляли из длинных луков

    -

    составных, кле­

    еных, очень тугих. Они умели стрелять

    так, что стрела летела на

    450 метров

    и

    имела большую убойную силу. И они это­
    му подучили стрелков англосаксонских,

    но самые лучшие стрелки в английской
    армии были, конечно, уэльские. Они до-

    Ан2.lIUйск:ий .лУЧНUК;

    стигли почти половины уровня военной

    техники Восточной Азии, потому что из монгольского лука

    стрела летела на 700 метров, а на 450

    -

    она пробив ала насквозь

    любой доспех. Ну все-таки Европа как-то за Азией уже тянулась
    и ее догоняла.

    1 Это легендарная версия, но она точнее отражает характер создав­

    шейся коллизии, чем фактическая история покорения свободных кельтов
    и казни их вождей в

    1282-1283 гг. Эдуард 11 родился

    в Уэльсе и получил от

    отца титул принца Уэльского, но восстания кельтов продолжались до

    157

    1295 г.

    Кроме того, уэльсцы ПОЛУЧЮIи возможность отправить сво­

    их юношей, желавших славы и добычи, на очень выгодную
    французскую войну. А английские короли получили пехоту,
    включавшую прекрасных лучников, которые стреляли в три

    раза быстрее, чем французские арбалетчики (арбалет

    -

    это

    механизм тугозаряжаемый). Когда война началась, то, к обще­
    муудивлению, англичане имели грандиозные успехи, захватив

    часть Западной Франции и даже Бретань. Как мы видим, повод

    к Столетней войне бьm чисто фиктивный, надуманный. Каза­
    лось бы, французам ничего не стоило сказать: «Ну что же, ты

    -

    внук нашего Железного Короля, садись на наш престол в Па­

    риже и управляй.). Тем более что родной язык Эдуарда

    III

    был

    французский. Жена у него тоже была не англичанка, она бьmа
    фламандка. Он мог бы управлять из Парижа обеими странами.
    Ничего подобного! Французы и англичане хотели воевать друг
    с другом, и поводы, как мы видим, у них нашлись. Кроме того,

    отобрав у Плантагенетов почти всю Юго-Западную Францию,
    французские короли не сумели занять полоску вдоль Бискай­

    ского залива с городом Бордо, который был долгое время сто­
    лицей английских королей, вернее, их резиденцией: они пред­
    почитали жить в Бордо, а не в Лондоне.

    В Лондоне, по уставу лондонской коммуны, то есть город­
    ской общины, ни один дворянин не имел права ночевать в го­

    роде, даже король, который, приезжая в свою собственную сто­
    лицу, должен был до заката солнца решить все дела, после чего
    он отправлялся в загородный дворец, специально для этого
    построенный,

    -

    он же дворянин. Король не имел права ноче­

    вать в своей собственной столице. Вот такие были обычаи.
    А Бордо

    -

    это множественное число от слова «бордель». Там

    жить было веселее, и поэтому английские короли предпочита­
    ли жить в Бордо.
    Но удавалось им это только потому, что эта часть совре­

    менной Франции вдоль берегов Гаронны и до Пиренеев была
    заселена не французами, а гасконцами

    -

    басками, которые по­

    французски ни слова не знали и терпеть не могли французов.
    Относились к ним так же, как кельты к англосаксам, и поэтому

    были готовы с удовольствием помогать англичанам. Не пото­
    му, что они любили англичан, на англичан им было плевать, но
    с помощью англичан можно бьmо УдСрить по французам, и они
    действовали. Точно так же на хвосте у английского короля ви­
    села Шотландия. Шотландские кельты, как я уже говорЮI, за­
    хватили Лотиан, заселенный отчасти норманнами, отчасти
    даже северными саксами и ютами.

    158

    Образовался сложный, составной этнос, который очень
    ссорился с англичанами. Терпеть они друг друга не могли и счи­
    тали, что, вообще говоря, надо только улучить хороший момент,
    для англичан
    цев

    -

    -

    чтобы захватить Шотландию, а для шотланд­

    чтобы разграбить Северную Англию. Последнее шотлан­

    дцы делали часто и очень быстро, хотя конницы У них не бьmо,
    но пехота в юбках делала сверхбыстрые марши и грабила по­
    чем зря. Конечно, юбка не повышала их боевых качеств, но, во
    всяком случае, давала стимул для того, чтобы получить больше
    материи, чем у них бьmо. Единственным материалом для одеж­
    ды у них была овечья шерсть. Шотландцы

    -

    скотоводческий

    народ, а не земледельческий. А на тех вересковых холмах мно­

    го овец не разведешь, и поэтому их страна бьmа очень бедна и
    нуждалась в грабеже как промысле.
    Как мы видим, все пассионарные народы в этот период,

    период пассионарного перегрева, оказались уже не поборни­

    ками тех своих положительных идеалов, которые у них были
    до этого, а противниками своих соседей, и действовали они
    со страшной энергией, но уже не ПОД лозунгом «за что», а «про­
    тив чего». При этом этнический момент играл первостепен­
    нуюроль.

    Действительно, как можно было бы объединиться фран­
    цузским феодалам с английскими феодалами? Да никак! Они
    воевали друг с другом. Может быть, с испанскими? Попробо­
    вал Черный принц помочь Педро Жестокому занять престол

    Кастилии

    -

    половина испанских феодалов оказалась на сто­

    роне английского Черного принца, а другая половина

    -

    на

    стороне французского коннетабля дю Геклена и победила.
    Они все боролись друг с другом, даже сами кастильские фео­
    далы. Арагон

    -

    тоже феодальная страна. Подчиненные арагон­

    ским королям каталонцы соперничали с французскими фео­
    далами за право грабежей в западной части Средиземного
    моря.

    Германское королевство к

    XIV в.

    распалось, немцы убива­

    ли исключительно друг друга (как обычно, немцы украшаются
    победами над своими) и поэтому в

    XIII-XIV вв.

    опасности для

    соседей не представляли. Благодаря этому французским коро­
    лям удалось у них О'IТягать Бургундию. Тогда еще она считалась
    Германией.
    А что касается провансальцев, то они хотя и подчинились

    французскому королю, но когда Людовик Святой попал в плен
    к мусульманам во время крестового похода, то в Марселе зво­

    нили в колокола, служили торжественные обедни и пели

    159

    «Те

    Deum laudamus» -

    «Тебя, Бога, хвалим» за то, что этого фран­

    цузского короля наконец кто-то захватил в rmен.

    Как мы видим, сменился вектор, сменилось направление

    деятельности. Повышенный индивидуализм в странах Запад­
    ной Европы привел к тому, что каждый смог, используя пасси­

    онариев, к нему примыкавших, составить ту или иную банду и
    бороться за себя, включая королей, английского и француз­
    ского.

    Но тут, конечно, могут мне возразить: все-таки англичане

    нация, французы

    -

    -

    нация, в это время они уже сложились, они

    боролись друг против друга. Гасконцы, бретонцы, провансаль­
    цы боролись за свои национальные права, шотландцы тоже. Но
    когда кончилась эта Столетняя война, и английских феодалов
    сбросили в море, и англичане оказались у себя дома, вы думае­
    те, они успокоились? Нет, они сразу же затеяли новою войну на

    30 лет ~ войну Алой и Белой розы.
    Одни феодалы повесили у себя на щите белую розу

    были графы Йорки и Невилли, другие алую розу

    - это
    - это были

    Суффолки И Ланкастеры и начали убивать друг друга, привле­
    кая к себе стрелков, копьеносцев, добровольцев, охотников.
    А те шли и убивали друг друга так, что Англия, в общем, опус­
    тела. Причем характер этой войны был понятен людям того

    времени

    -

    в последней решающей битве, когда Белая роза по­

    бедила Алую розу при Тьюксбери, будущий король Англии Эду­
    ард

    IV кричал своим воинам: «Щадите простолюдинов, бейте
    [25, т. 8, с. 839]. Почему? Да потому, что уже все пассио­

    знать!»

    нарные люди сумели обзавестись гербами и объявили себя
    знатными, а ему нужно было снизить количество пассиона­
    риев в своем королевстве. Иначе он управлять им не мог, по­

    тому что каждый пассионарий уже работал сам на себя. Тако­
    во было положение дел в Западной Европе, и длилось это до­
    вольно долго.

    Францию спасла Жанна д'Арк. Так все французы считают,

    и это справедливо. Но чем она ее спасла? Дело в том, что фран­
    цузы делились тогда на два сорта. Объединенная Франция, при­
    мерно в современных границах, вмещала в себя два француз­
    ских этноса

    -

    северо-восточный и юго-западный. Сначала СВ

    первую половину Столетней войны) юго-западные французы
    жители Аквитании между Луарой и l1иренеями

    -

    -

    поддержива­

    ли Плантагенетов, то есть англичан, против ненавистных па­

    рижан. А жители северо-восточной Франции поддерживали
    Париж и национальное знамя Карла Мудрого против англичан
    и изменников-аквитанцев. Во второй период войны было

    160

    наоборот. Жанна д'Арк произнесла два слова: <.прекрасная
    Франция·>

    -

    и победила. Но даже в первый период войны Фран­

    ция одержала победу, потому что у французского короля ока­
    зался гениальный полководец Бертран дю Геклен, а он был не
    южный и не северный француз, а бретонец, кельт. Он бьm мас­
    тер партизанской войны. Два раза он попадал к англичанам в

    плен, и два раза его освобождали за выкуп, равный королевско­
    му. Собирали деньги и выкупали. Исключительной храбрости
    был человек

    Вы скажете, что это был изменник своего народа, отщепе­
    нец, который перешел к французскому королю служить, мог бы

    и к английскому. Нет, он бьm бретонец и остался бретонцем.
    Когда после победы над англичанами Бертран дю Геклен стал
    коннетаблем Франции, то есть вторым лицом после короля, то
    получил вдруг IJриказ подавить восстание своих земляков, бре­
    тонцев. Он отказался. Король заявил, что если он отказывается
    выполнять миссии, на него возложенные, то будет лишен зва­

    ния коннетабля. Дю Геклен бросил меч коннетабля

    -

    знак свое­

    го достоинства, сел на коня и уехал в Испанию. За ним побежа­
    ли вслед, чтобы упросить остаться. Ведь это бьm национальный
    герой Франции! Но вернуть его не успели, потому что по доро­
    ге он схлестнулся с какими-то разбойниками и разбил их, но
    они его убили в стычке. Этнический принцип, как видите, со­
    блюдался и тут.
    Бретань в этой катавасии между Англией и Францией за­

    нимала промежуточное место. Там были партии проанглий­
    ская и профранцузская, хотя гораздо точнее будет иначе

    -

    ан­

    тианглийская и антифранцузская, потому что и те и другие во­
    евали за свою Бретань и за своих бретонцев, а не за англичан и
    не за французов. Блуа были противниками англичан, Монфо­
    ры были противниками французов, причем хотя и те и другие

    были французского происхождения, но войска их состояли из
    бретонцев, потому что бретонцы в это время бьmи тоже весьма
    пассионарным этносом.

    Акматическая фаза продолжал ась во Франции до конца

    XIV в.

    Последовавший затем спад пассионарности был неиз­

    бежен, поскольку убыль пассионариев в ходе кровопролитий
    уже не восполнялась естественным приростом. Итог этого пе­

    XV в.: Франция была объединена Людо­
    XI, который прикончил всех феодальных вождей, сно­

    риода был подведен в
    виком

    ва подчинил себе Бургундию и создал единое королевство, в
    котором, как говорили после него: «Одна вера, один закон,
    один король·>.

    161

    о
    БУЙСТВО УМА И СЕРАЦА
    Несколько иначе сложил ась ситуация в Византии. Там пас­
    сионарный перегрев не сопровождался территориальной ди­
    вергенцией. Территориальное распадение заменилось на иде­

    ологическое. Произошло это следующим образом. После дек­
    рета Константина христианство стало официальной религией.
    Цель многолетней борьбы бьmа достигнуга, гонения с христи­
    ан перенесены на язычников.

    Но пассионарность продолжала расти, пассионарии стре­

    мились действовать, а действовать стало негде и незачем. По­

    этому признак этот стал проявляться в весьма уродливых фор­
    мах. Началось это еще с Константина. Константин сказал, что,

    конечно, он церковь допускает. Допускает, чтобы соборы со­
    бирались, всё обсуждали, но он как император желает присут­

    ствовать на этих соборах, для того чтобы смотреть, чтобы не
    было какого-нибудь государственного беспорядка. А он же
    язычник, его нельзя было допустить. Тогда ему дали чин дья­
    кона, самый младший чин церковной иерархии, чтобы на этом
    основании имел право быть допущенным на собор импера­

    тор всей империи Римской. Константин бьm человек практич­
    ный, он сказал: «Мне все равно, ладно·). А африканские хрис­
    тиане, наиболее горячие, заявили: «Ничего подобного. Какое
    дело императору до церкви? Мы сами по себе. В гражданских
    делах мы ему подчиняемся, а к нам пусть не лезет·). Это кричал
    дьякон карфагенской церкви Донат, поэтому его последова­

    тели назывались донатистами. Так как умеренные были, как
    всегда, в большинстве, то программа Доната не прошла и со­
    здала первый раскол в христианской церкви. Донатисты зая­

    вили, что новый, слишком благополучный порядок их не уст­
    раивает

    -

    мученической смерти-то уже нет, значит, затрудне­

    но спасение в загробной жизни, поэтому они создали свои
    группы, или банды, которые ходили по дорогам около Карфа­
    гена, ловили какого-нибудь путника, окружали его и говори­
    ли: <.убей нас во имя Христа·). Тот говорил: «Да вы что! С ума,
    что ли, спятили, чтобы я людей убивал, уйдите от меня·).

    э-э!

    -

    говорили ему.

    -

    -

    «э­

    Тебе мало не ~yдeT, мы из тебя сейчас

    котлету сделаем, если ты нас не убьешь во имя Христа!·) И ему
    ничего не оставалось делать, как брать у них из рук дубину и
    бить по темени, и они покорно падали и умирали, считая, что
    идут в рай.

    162

    Менее трагические уродливые формы эта повышенная

    пасси он арность при определенной конфессиональной дом и нанте приняла в Египте. Там, правда, не требовали, чтобы их
    убивали, но говорили: «Нет, мы откажемся от всей жизни, ко­
    торая нас привлекает. Мы всего хотим. Мы хотим эти вкусные

    финики, мы хотим это сладкое вино, мы хотим этих милых
    женщин, мы хотим наслаждаться поэзией, а ведь это же все

    грешно! Все! Уходим в пустыню!» Уходили в Фиваиду, в Верх­
    ний Египет, и сидели там на крайне постной пище

    -

    кусок хле­

    ба и немножко воды, чтобы убить свою плоть, подавить жела­

    Hия. Даже сами себя наполовину в землю закапывали, чтобы
    избежать соблазнов, если те будут. Так родил ось монашество

    и аскеза. Было ли это плохо или хорошо? Я бы сказал с точки
    зрения нашей, географической, то есть с точки зрения охра­
    ны природы, это бьmо очень хорошо, потому что если бы этих
    страшных, оголтелых пассионариев да выпустить на при роду

    или на людей напустить, так они бы дров наломали. И поду­
    мать страшно! И это-то реальное ослабление пассионарнос­
    ти всей системы спасло Византию от полного распада, хотя
    от неполного не спасло. Пассионарный взлет увел у Византии

    Закавказье, которое ей принадлежало, Сирию с Месопотами­
    ей, всю Африку и Сицилию. Удержать эти земли оказалось не­
    возможно, удержалась только Малая Азия и южная часть Бал­

    канского полуострова (северная часть Балкан тоже была по­
    теряна

    -

    славяне захватили). Южная часть Балканского

    полуострова

    -

    относительно маленькая территория, имевшая,

    естественно, меньше пассионариев,

    -

    могла организовать их

    в систему защиты.

    Те, кто не сидел в Фиваиде, немедленно развивали бурную
    деятельность, которая отнюдь не пошла на пользу ни им, ни

    церкви, ни Византийской империи

    -

    вообще никому. Они на­

    чали проповедовать разные учения. Вот, например, в Алексан­

    дрии появился один пресвитер, священник Арий, очень обра­
    зованный человек, который сказал, что есть в 'ТРоице Бог Отец
    и Бог Сын, значит, отец раньше, сын позже, сын меньше, чем
    отец. «А-а-а!

    -

    сказали ему.

    шего? Отец и Сын

    -

    -

    Ты что? Хулишь Господа Бога на­

    это просто названия, которые мы на на­

    шем бедном языке даем, а они равны». Ну, казалось бы, поспо­

    рили и разошлись. Нет! Дикая свалка, междоусобная война, аре­
    сты, доносы, наушничество. Первых императоров обратили в
    арианство, они начали преследовать противников Ария. Потом
    император Феодосий оказался связан
    но,

    -

    -

    по знакомству, конеч­

    с противниками Ария, поддержал православных, которые

    163

    победили ариан. Но арианство распространилось среди готов,

    вандалов, бургундов

    -

    вообще германских племен, то есть гер­

    манцы и римляне оказались разной веры, и все из-за абстракт­
    ногоспора.

    Но когда с арианами кончили, казалось бы, можно успоко­
    иться. Ничего подобного! Возник спор о том, имеет ли Хрис­

    тос одно тело или два: божественное и человеческое или толь­
    ко одно божественное? О том, что у Христа тело только одно,
    человеческое,

    -

    об этом и разговора не бьmо. Бьmа и такая идея

    у Павла Самосатского, но о ней не стали разговаривать. А тут
    еще начался спор: Дева Мария, она кто

    -

    Богородица или Хри­

    стородица? Собрали соборы в Эфесе в 431 г. Большинство сто­
    яло за то, что у Христа два тела и, вообще, нечего шум подни­
    мать, но в

    449 г. в Эфес приехали египетские монахи, анахоре­

    ты, в рясах из верблюжьей шерсти, надетых на голое тело,

    подпоясанные веревками, а за поясом большие топоры; они
    бегали по Эфесу и кричали: (·Кто признает два тела у Господа
    нашего, того мы сейчас рассечем надвое!» Этот собор бьm на­

    зван ('Эфесский разбой»

    [83, т. 1, с. 195].

    Началось заседание собора, монахи вор вались туда, пере­
    ломали писцам пальцы, митрополита загнали под стол и заби­
    ли ногами, стражу разогнали. Создался такой кошмар, что при­
    шлось перестраивать весь собор и переносить его поближе к
    столице, в Халкидон, отбирать депутатов специально по спис­

    кам, окружать здание войсками. Собор этот принял решение,
    которое и сейчас лежит в основе христианской церкви, но это

    решение вызвало отпадение Египта и Сирии, которые переда­

    лись арабам в

    viI в.

    Бьmа ли кому-нибудь от этого польза? Все

    это издержки пассионарного подъема. О (·пользе» и речи не

    бьmо.

    Но, с другой стороны, Западная Римская империя, где не
    было такого подъема, не было и издержек, стала легкой добы­
    чей варваров, повторяю

    -

    потрясающе легкой. Восточная,

    включавшая в себя Балканский полуостров, Малую Азию и Си­
    pию с Египтом, держалась, сохранила большую часть своих

    границ с небольшими потерями

    -

    Сирию потеряли, Египет и

    Африку, но зато и там христианская церковь получила все пра­

    Ba

    под властью арабских халифов. Халифы вынуждены были

    терпеть самостоятельность этой церкви, ибо она была моно­

    физитская, то есть при знавала единоf: тело в Христе и поэто­
    му не зависела от врага арабов

    -

    Константинополя. То есть

    Византии от избытка пассионарности был вред, но была и
    польза.

    164

    о
    САМОЕ ГМВНОЕ
    Нужно понять, что в истории эт~юсов, В отличие от исто­
    рии социальной, государственный вред и польза не имеют ни­
    какого значения. Эти понятия вообще не фигурируют, так же

    как в физике понятия положительного и отрицательного заря­
    дoB вовсе не означают, что один лучше, а другой хуже. Этноre­

    незы

    - явления природы, которые мы наблюдаем, иссле­

    дуя историю как статистический процесс. А ведь при всех
    этих религиозных спорах если кто-то и выиграл, так только

    языческие философы, которых христиане, боровшиеся между
    собой, оставили в Афинах без внимания. Там спокойно обуча­
    ли философии Платона и Аристотеля, пока у христиан горели
    страсти. Эти страсти начали утихать в

    VI

    в., уже при Юстиниа­

    не, и, когда Юстиниан навел порядок (выгнал несториан, дого­
    ворился с монофизитами, поскольку их поддерживала его соб­
    ственная жена Феодора), он расправился и с греческими фи­

    лософами, прикончил античную языческую мудрость и закрьm
    афинскую Академию. Как видите, спад пассионарности, оста­
    новка ее подъема для культуры сыграли роль весьма прискорб­
    ную.

    Посмотрим вкратце, каковы были итоги акматической
    фазы в Арабском халифате, раскинувшемся от Памира до Пи­

    ренеев. Там наследственного феодализма вообще не было, там
    был феодализм должностной: какую человек занимал долж­
    ность, тем он и считался. Самая высокая должность, которой
    мог достигнуть любой человек, не принадлежавший к роду про­

    рока или халифа,

    -

    это эмир, т. е. эмиром мог стать любой му­

    сульманин, вне зависимости от своего происхождения.

    Мало того, ведь в гаремах бьmо совсем уж все перепутано,

    и никто не знал своих бабушек и дедушек

    -

    представления не

    имели, кто есть кто. Но поскольку они рождались в арабских
    гаремах, то считались арабами и имели все права. Но и, кроме
    того, каждый перс, туркмен, армянин, сириец, бербер, курд, за­
    явивший, что он хочет принять веру ислама, тем самым полу­

    чал и право занять любую должность, до какой он дослужится,

    и, естественно, все стремились стать эмирами. Результат был
    сначала довольно положительный. Все огромное мусульман­
    ское государство, от Аравии до Памира на востоке и до Луары на

    западе, управлял ось эмирами, которых назначал халиф. А эми­
    ры, естественно, каждый старался обеспечить себе максимум

    165

    самостоятельности, согласно императиву «Будь самим собой!·>.
    То есть каждый старался уже быть не просто уполномоченным
    халифа, но и Абу Бекром, Абдаррахманом, Саидом или кем-ни­
    будь еще. Поэтому колоссальная страна, завоеванная первыми

    халифами в первый период этногенеза, уже во второй полови­

    не VIII в. стала быстро дробиться на части, ибо эмиры, вовсе не
    нарушая ни присяги, ни уважения к халифу, просто не давали

    ему денег, которые собирали со своей области. Деньги они ос­
    тавляли себе. Они очень уважали халифа. Они подчинялись ему,
    но деньги такая нужная вещь, зачем ему отсылать? А потом они

    заставляли читать хутбу, то есть моления за правителя в мече­
    ти, не на имя халифа, сидевшего в Багдаде, а на свое имя и дол­
    жности свои умудрялись передавать своим близким. Самые
    близкие

    -

    дети, а детей у них было много: раз они занимали та­

    кие должности

    -

    у них бьmи гаремы, так что всегда можно бьmо

    выбрать подходящего ребеночка и осчастливить его. Так воз­
    никли в Магрибе (на западе) государства Аглабидов, Идриси­
    дов и Фатимидов, Омейядов в Испании; так возникли на восто­

    ке Тахириды, Сафариды, Саманиды, rypиды и т. д. Сирия И Еги­
    пет, уж такие, казалось бы, близкие к столице области, тоже
    отделились.

    Итак, пассионарность арабов сначала создала, а потом
    взорвала социально-политическую систему халифата. Вместо

    того чтобы укрепить свое государство, пассионарный перегрев
    стимулировал внутренние войны, в которых пассионарии гиб­
    ли так же, как в завоевательных походах. В итоге уже в Х в. ара­

    бы на своей родине превратились в угнетенный этнос, а под­
    линными хозяевами страны стали на востоке туркмены, а на

    западе

    -

    берберы итуареги.

    о

    ГЛАВА ШЕСТАЯ

    АНТИСИСТЕМЫ
    В ЭТНОГЕНЕЗЕ
    о
    СФЕРА МЫСЛИ В ЭТНОГЕНЕЗЕ
    Ознакомившись с первыми двумя фазами этногенеза:
    подъема и перегрева, мы можем сделать предварительный, но
    важный вывод. В фазе подъема складывается, а в акматической
    фазе кристаллизуется оригинальный для каждого случая сте­
    реотип не только поведения, но и мировосприятия И мироос­
    мысления

    -

    то, что мы называем культурным типом.

    Разумеется, и здесь не обходится без пассионарности, так
    как для того, чтобы выработать новую, ни на что не похожую
    систему взглядов и воззрений, нужны огромные затраты пас­

    сионарной энергии, пожалуй, не меньше, чем для освободи­
    тельных и завоевательных войн.
    И если уж мы затронули вопрос взаимовлияния культуры

    (творения рук человеческих) и этногенеза (феномена приро­
    ды), имеет смысл остановиться на этом вопросе подробнее.
    Надо сказать, что к у л ьту р а для этнолога

    -

    не предмет, а ин­

    струмент исследования, но инструмент крайне необходимый.
    Ведь культура

    -

    это как раз то, что мы можем изучить, это то,

    что лежит на поверхности.

    Очень сильно сказывается на культуре временной момент,
    момент памяти

    ной,

    -

    -

    памяти генетической, памяти традицион­

    памяти прежних культур, то есть наличия в новой куль­

    туре рудиментов, которые были для созданной заново культур­
    ной системы субстратами, исходными элементами. Этот тезис
    звучит довольно маловразумительно, когда его формулируешь

    167

    абстрактно, но сейчас мы перейдем к конкретным при мерам и
    увидим, что все это реально.

    То, что мы уделили такое большое внимание возрастам этно­
    са, то есть фазам этногенеза, позволяет нам своим методом иссле­

    довать древние культуры, начальные фазы которых источниками
    не освещены и историкам ф:ucrически неизвестны. Но акматичес­
    кие фазы, как правило, освещены достаточно, а поскольку мы зна­

    ем, что акматическая фаза наcryпает примерно через сто пятьде­
    сят лет после начала явного подъема, то мы можем сделать ВЫВОд,

    что пассионарный толчокпроизошел там за 300 лет, учитывя ин­
    кубационный период до зафиксированной акматической фазы.
    В древнем мире известны четыре культуры, относящиеся к

    VI - V вв. до н. э. Акматические фазы этносов, создавших эти куль­
    туры, изучены достаточно хорошо. Местообитания этих этносов
    расположены по 30-й параллели и охватывютT Грецию, Северную
    Персию, Индию и Средний Китай. Очевидно, на этой полосе где­

    то на рубеже

    IX-VIII

    вв. до н. э. бьm пассионарный толчок Что

    происходило в это время в этих странах, никто толком не знает.

    Есть догадки, отрывочные сведения, легенды. А вот что касается

    VI - V вв. до н. э., то туг мы знаем уже много. Если мы возьмем че­
    ТbIpe основных очага

    -

    Элладу с областями ионийской культуры;

    Иран с Мидией и прилегающими областями Бактрии; Бенгалию,
    которая лежит, правда, немножко южнее, чем Иран, но, с другой
    стороны, в пределах допуска, и Центральный Китай, то мы уви­

    дим, что здесь в одно и то же время, в VI

    - V вв. до н. Э., существуют

    четыIе большие, хорошо изученные культуры. Это

    -

    классичес­

    кая Греция с ее классической философией; Ахеменидская монар­
    хия с ее новым культурным достижением

    нистическимдуализмом; в Индии это

    -

    -

    маздеизмом, антаго­

    эпоха Будды и его пропо­

    веди; в Китае, в пределах допуска, это Конфуций и Лао-цзы. Все
    четыIеe перечисленных региона отличаются одной общей чер­
    той

    -

    здесь возникают философские системы настолько остро­

    умные, настолько логичные, настолько увлекательные, что влия­

    ние их в той или иной степени доходит до нашего времени. Все
    авторы тоже хорошо известны. Им уделяют огромное внимание.

    их изучают, с ними спорят. Но как они не похожи друг на друга!

    Когда древние эллины заинтересовались проблемами ми­

    роздания, бытия и места человека в нем, они обратили внимание

    168

    прежде всего на природу. Это бьmи натурфилософы, которых
    интересовало, как устроен мир.

    Первый из греческих мудрецов
    что вода

    -

    -

    Фалес Милетский считал,

    источник всего живого и что <'все полно демонов·>,

    то есть мир

    -

    это не косная материя, а живые существа, кото­

    рые между собой взаимодействуют. Остроумная система, увле­
    кательная: и Земля

    -

    живой организм, и скалы, и утесы, и моря,

    и горы, и долины; все полно жизнью, но непохожей на нашу,
    которую мы просто не можем распознать.

    Его младший современник Анаксимандр объявил, что в ос­
    нове всего лежит аnейрон

    -

    беспредельность; Анаксагор, тоже

    их современник, предположил, что в основе всего лежит эфир

    -

    очень тонкий газ.

    Гераклит сделал еще шаг. Он предположил, что вообще нет
    никаких вещей

    -

    это все обман чувств, обман зрения, на самом

    деле есть только процессы: <·Никто не может вступить дважды в
    один и тот же поток И к смертной сущности никто не прикос­
    нется дважды·>. Это, пожалуй, близко к нашему современному
    диалектическому подходу, хотя другой тезис Гераклита, логи­
    чески вытекающий из предыдущего, воспринимается в наше

    -

    время без симпатии: <·ВоЙна

    отец и царь всего живущего; вой­

    на сделала одних людей богами, других
    ми·>. В самом деле, если мир

    -

    -

    смертными и раба­

    живой процесс, то естественно,

    что столкновение и пересечение потоков жизни должно выяв­

    ляться как борьба, война. Так что, с его, гераклитовской, точки
    зрения, это вывод логичный.
    Иная концепция мироздания бьmа разработана Пифаго­
    ром, жившим на западе, в Кротоне (Южная Италия). Пифагор

    предположил, что в основе мира лежит абстракция

    -

    число.

    Но как ни отличны эти учения, важно, что для всех греков бьmо
    характерно стремление узнать, а что же такое мир, который нас
    окружает? Им в голову не приходило, что можно интересовать­

    ся чем-нибудь другим.

    о
    ИРАН И

    NPAH

    В отличие от греков, персов мало интересовала натурфи­
    лософия, им интересно было другое
    что считать добром, а что

    -

    -

    где друзья и где враги,

    злом, извечна ли вражда? Здесь

    Зердушт (я про изношу по-новоперсидски; по-древнеперсид­
    ски будет Заратуштра), уроженец города Бальха (это на самом

    169

    востоке Ирана), объявил, что дело не в том, чтобы разобрать­
    ся, из чего состоит мир

    -

    это каждый сам видит: есть реки,

    горы, леса, пустыни, скот, храбрые воины; дело в разнице меж­
    ду днем и ночью

    -

    светом и мраком. Облек он это в замеча­

    тельную философскую концепцию, ставшую основой многих
    видов дуализма.

    По древнеарийским воззрениям, характерным и для пер­
    сов, и для индусов, и для эллинов, и для скандинавов, и для сла­

    вян

    для всех древних арийцев, было три поколения богов, то

    -

    есть три эпохи космического становления.

    Первое поколение

    -

    это Уран, то есть космос

    -

    стабильное

    пространство, заполненное вещами. В эпоху Урана все бьmо в
    полном порядке; никто никуда не двигался, ибо не бьmо време­
    ни, не бьmо и движения.
    Движение пришло на смену этой эпохе в «век» Сатурна,
    или Хроноса, то есть когда появилось время. Сатурн, как изве­
    стно, изуродовал своего отца Урана, заключил его в темницу
    и начал свирепствовать, все изменяя. Мир превратился в вер­

    тящийся калейдоскоп, в котором ничто не может удержаться
    надолго; тогда стали появляться чудовищные изменчивые

    формы

    -

    гиганты.

    Греки считали гигантов чем-то совершенно омерзитель­
    ным, и индусы так же считали, а вот ЗерДУШт решил, что те, ко­
    торых индусы называли асурами, а греки

    танами,

    -

    -

    гигантами или ти­

    это и есть амешаспента, лучшие помощники Светло­

    го Божества. И на этом он остановился.

    Это бьm переворот в мировоззрении. Ведь греки, напри­
    мер, тоже верили в гигантов, но поклонялись они третьему на­

    чалу, персонифицированному в виде Зевса, то есть бога (Зеус и
    Деус

    -

    это одно и то же; «з» В «д» переходит). Сила Зевса бьmа в

    электричестве

    -

    молнии. Зевс победил Сатурна, заключил его в

    какую-то пещеру и навел порядок Он установил власть олим­

    пийских богов, которые с тех пор постоянно воюют с гиганта­
    ми, так как гиганты все время нападают на них.

    Точно такая же мифологема существует и в Индии, где тоже
    уважают Дэва (Дэв, деус

    -

    это одно и то же). Боги воюют с асу­

    рами, а асуры стремятся победить богов, но все время терпят
    поражения, однако, потерпев поражение, немедленно реорга­

    низуются и опять бросаются на бого:w, и так

    -

    бесконечно. Нам

    важно отметить здесь то, что и эллины, и древние индусы сто­

    яли на стороне богов, а ЗерДУШт предложил стать на сторону
    гигантов и, следовательно, считать богов дьяволами, хотя по­
    персидски они называются так же: Дэв

    170

    -

    на староперсидском и

    Див

    -

    на новоперсидском. Таким образом бог превратился в

    дьявола; Див, как это все знают теперь, просто черт.

    Так вот, в

    V в. до н. э. Зердушту удалось победить своих про­

    тивников. Он уговорил Ксеркса издать «антидэвовскую надпись»
    И запретить почитание дэвов в своем·государстве. Исключение

    бьmо сделано только для двух бывших богов: для прекрасной
    Анахиты (уж очень ее полюбили персы и поэтому поклоняться
    ей разрешили

    -

    это богиня любви и плодородия) и для Митры.

    О Митре надо сказать особо. Митра считался братом Ура­
    на (Варуны по-индийски, т. е. Космоса). Митра тоже космичес­

    кое божество. Солнце

    -

    это только глаз Митры, однако Митра

    имел узкое назначение. Так как в древние времена война бьmа
    постоянным занятием, которое изредка прерывалось периода­

    ми мира, то мир скреплялся клятвой. Во время войны обман и
    всякого рода дезинформация противника считались разрешен­
    ными

    -

    на то и война, не будь лопухом,

    -

    а вот клятву надо было

    беречь, и раз мир заключен, то уж, извините, никого обманы­
    вать и убивать нельзя. А так как клятвы, случалось, нарушали и в
    те времена, то Митра получил узкую специализацию

    -

    охранять

    клятвы и наказывать клятвопреступников, то есть он боролся
    против предателей. И дело это было весьма актуальным по тем
    временам, да и для более поздних времен тоже, поэтому культ
    Митры уцелел даже после реформ ЗерДУШта. Уж очень важно

    было иметь гарантию спокойного сушествования, подтверж­
    денного договором, и знать, что договор будет соблюдаться.

    Митра не требовал специального поклонения, он бьm «для вер­
    ных и неверных». Он охранял любые клятвы, наказывал любых
    клятвопресI)'ПНИКОВ. И ЗерДУШт тоже в основу нового мировоз­
    зрения положил дуализм, борьбу света и тьмы, светлого Ормуз­
    да и темного Аримана. Но Ормузд бьm богом только персов,
    которые бьmи допушены к таинствам поклонения огню, солн­
    цу и всем видам света, а аримановцами считались все осталь­

    ные, в том числе почти все наши азиаты и парфяне. И если у
    иранцев священным животным была собака, то туранцы почи­
    тали змей.

    А Митра был «для всех». Хотя и митраизм был системой
    строго дуалистической и только в этом смысле сходен с зоро­

    астризмом. 1

    1 Литература

    по.мumраuзмy громадна. Известны и описаны иранский,

    киликийский и римский митраизмы. Митраизм бьm главным соперником
    христианства в

    1 тыс.

    н. э. Восточный вариант митраизма обнаружен у ти­

    бетцев и монголов [см.:

    49, 52].

    171

    о
    ТИБЕТ
    Митраистическая система распространилась по Тибету,
    Монголии, Восточной Сибири, по всей Центральной Азии. Вра­
    гом Митры (его другое название
    Дrrинные руки

    -

    Бог Белый Свет) бьm демон

    -

    в персидских текстах названия этого демона не

    сохранилось, это тибетское название. Демон Дrrинные Руки,

    вождь целого полчища демонов,

    это обман. Обман

    -

    -

    это то

    противоестественное, чего нет и не должно быть в мире. Живот­
    ные не обманывают друг друга. Они смело убивают, охотятся друг
    на друга, едят друг друга, но они никого не предают и не обма­
    нывают. Они не злоупотребляют доверием. Обман

    -

    это то, что

    приходит через человека, это то зло, с которым борется Митра.

    Таким образом, мы видим вторую систему дуализма, рас­
    пространившуюся за пределами Ирана. В Иране восторжество­
    вал зороастризм, за его пределами

    -

    религия, почитавшая Бога

    Белого Света, сохранившаяся в Тибете до ХХ в. под названием
    религии бон. Последние бонцы бежали из Тибета в

    1949 г. сна­

    чала в Индию, потом в Норвегию, а сейчас поселилисЬ даже в
    Швейцарии. В Индии им жарко показалось: они привыкли там,

    где горы. Так как это бьmи интеллигенты, работать грузчиками
    им бьmо тяжело, то они начали издавать и продавать свои бон­
    ские древние книги тибетологам. На это существовали, хотя и

    скудно. А западные тибетологи покупали эти книги и меняли
    на наши советские издания. Так концепция бона получила из­
    вестность в советской литературе 1.
    Как мы видим, и задачи и постановка вопросов в ирано­
    туранском и в эллинском культурных мирах бьmи диаметраль­
    но противоположны. Их интересовали разные вещи.

    о
    ИНДИЯ
    Возвратимся теперь к Индии и посмотрим, что тогда инте­

    ресовало индусов. Оказывается, индусов очень мало волновало

    .,

    I

    Таким образом в Ленин град попала карта легендарной страны Шам­

    бала и карта мира, включавшая Америку. Оказалось, что Шамбала

    -

    не мис­

    тическая область злых богатырей, а Селевкидское царство в Сирии и Ира­
    не во

    II в. до н. Э. [см.: I}мuлевл. Н, Кузнецов Б. Н. Две традиции древнетибет­
    - В кн.:I}мuлевл.н. Ритмы Евразии. М., 1993].

    ской картографии.

    172

    то, как устроен мир и кто их друзья, а кто враги (свет

    -

    тьма).

    Они смирились с тем, что какие-нибудь враги все равно при­
    дут и их убьют, сопротивляться они в это время уже не умели.
    Поэтому их интересовало только, как спасти свою душу и обес­
    печить ей приличное воплощение ПОQIе неизбежной близкой
    смерти. Здесь верили в переселение ДУШ; считали, что душа хо­
    рошего человека после смерти воплотится в человеческом

    теле, а если он был грешным, его душа воплотится в теле кро­
    кодила, что, конечно, уже менее приятно, или в теле асура, или

    дэва

    -

    это лучше, а если в теле воздушного (бирита) беса или

    подземного демона, то это совсем плохо. Так вот и вопрос: ка­
    кие принять меры, чтобы обеспечить себе перерождение в
    тело человека? И имеет ли это смысл? В это время здесь уже

    были йоги, брамины, отшельники-аскеты, и всем этим очень
    заинтересовался гениальный мальчик

    -

    сын княжеского

    (кшатрия) рода Шакья. Звали его Сиддарта, или Шидарта. Он
    обошел всех мудрецов-учителей, не удовлетворился их учени­

    ями и создал свое собственное. Учение его было до крайнос­
    ти простым вначале и стало невероятно сложным через две
    тысячи лет.

    Заключалось оно в том, что у людей есть желания, кото­
    рые порождают при неудовлетворенности страдания, а стра­
    дания ведут к смерти, к новым воплощениям и новым страда­

    ниям. Следовательно, для того, чтобы избавиться от страданий,
    надо ничего не желать, и тогда избегнешь и страданий и смер­
    ти. Он сложил ноги калачиком, сел под пальму и стал ничего

    не желать. Но это оказалось дьявольски трудно. Говорят, что
    ему это все-таки удалось, и тогда он начал других учить, как
    это делать, и сотворил двенадцать чудес, потому что демон

    Мара (не демон Длинные Руки, а демон Мара, то есть иллю­

    зия) насылал на него всяких чудовищ, например бешеного
    слона, блудницу, немедленное вступление в нирвану с отказом
    от проповеди и т. п. Но он с этим справился и стал «Буддой»,
    то есть совершенным!

    Гораздо труднее ему было справиться со своими ближай­
    шими учениками. Один из них, Девадатта, усвоив учение, решил
    сделать побольше. Он ввел, наряду с отречением от желаний,
    строгий аскетизм. Сам Будда считал, что человек должен для
    спасения не страдать ни в коем случае, то есть получать доста­

    точно пищи, и у него бьmа чашечка, куда ему клали рис или ово­
    щи, заправленные постным маслом. Он питался одной такой
    чашечкой в день; если с постным маслом, да еще хорошим, то
    этого действительно достаточно. Будда запрещал прикасаться

    173

    к золоту, серебру и женщинам, ибо это соблазны, распаляющие
    желания.

    А ДeBaдaтra сказал: (·Нет, мы еще и поголодать можем», и

    это было уже искушение; это бьmо уже ни к чему. Хоть ты и мо­

    жешь перенести голод, но зачем? Это же влечет страдания! Ас­
    кетизм категорически противопоказан идее Будды. И поэтому
    община Будды раскололась еще при его жизни, но многие все­
    таки слушали, что он говорит. Дамы знатные его приглашали к
    себе из любопытства. (·Ладно, не прикасайся,

    -

    говорили они,

    -

    но ты и нам хоть что-нибудь расскажи». Давали ему взносы на

    общину. Сам он ни к чему не прикасался, но ученики брали и
    использовали на благо дела.
    Учил Будда многих, так что после него осталась довольно

    большая память, но ни одного записанного текста

    -

    не пуб­

    ликовали его при жизни. Кончилось все это для него печаль­

    но, потому что хотя он и построил свою систему абсолютно
    логически и, казалось бы, непререкаемо и действительно не
    впадал, видимо, ни в какие соблазны, тем не менее судьба уго­
    товила ему такое искушение, от которого он не мог удержать­

    ся,

    -

    сострадание. Пока он сидел под пальмой и пользовался

    уважением всей Бенгалии, соседнее племя напало на княже­

    ство Шакья и перебило всех его родственников. Ему об этом
    сообщили. И восьмидесятилетний старик, самый уважаемый
    в Индии человек, пошел с палочкой по саду, в котором играл

    ребенком, по дворцу, где его воспитывали, и везде лежали его
    родственники, его слуги, его друзья, разрубленные пополам,
    искалеченные, изувеченные. Все было залито кровью. Он мимо
    всего этого прошел, но не смог остаться равнодушным и во­
    шел в нирвану.

    Что такое нирвана? Нирвана

    -

    это понятие, которое не­

    возможно на Западе, вследствие логического закона исклю­
    ченного третьего. У нас три закона логики: закон тождества,
    закон противоречия и закон исключенного третьего, основ­

    ной. Согласно последнему закону, нет ничего такого, что мог­

    ло бы быть одновременно и (·а» и не (·а»

    -

    например, любая

    данная вещь либо существует, либо не существует, третьего не
    дано. Так вот, нирвана исключает этот закон. Нахождение в
    нирване означает одновременно и существование, и несуще­

    ствование. У индусов своя логика. По~нашему: вошел в нирва­
    ну

    -

    значит, скончался, но, по буддийским учениям, Будда не

    умер, а только переменил место своего обитания, модус свое­
    го состояния, из сансары

    -

    вечно двигающегося мира

    -

    он

    перешел в нирвану и там сейчас обитает. Это значит, что он

    174

    ничего не знает, ничего не видит, ничего не слышит, ничего

    не хочет. Он находится в вечном покое. Он не счастлив, и он
    не несчастлив, потому что счастье и несчастье

    -

    понятия от­

    носительные, а ничего относительного в нирване нет. В об­
    щем, что он есть, что его нет

    -

    соверш·енно одинаково, сохра­

    нилось только его учение и память. Потом его учение восста­
    навливалось по памяти, три века спустя. Передача шла из уст в

    уста, наконец все это было записано и получился первый ис­
    точник, называемый Трипитака

    -

    три корзины текста, то есть

    три корзины мемуаров.

    Я читал мемуары, которые писали по поводу моей покой­
    ной матери, и могу оценить, как врут мемуаристы. Я думаю, что
    Будда не исключение. Про него тоже врали, но тем не менее три
    корзины мемуаров

    -

    это первичный источник, датируемый III в.

    до н. э. Сам Будда скончался в

    V в., то есть

    примерно за двести

    пятьдесят лет до того, как эти мемуары бьmи опубликованы.
    Факт тот, что буддизм широко распространился в Индии. Как
    видим, там сама постановка вопросов, цели, задачи

    -

    все было

    совершенно отличным и от персидского, и от эллинского на­
    правления развития культуры.

    Сказать, что Будда бьm религиозным человеком или анти­
    религиозным,

    дэвы

    -

    -

    нельзя, хотя он, конечно, признавал, что есть

    боги. Это, мол, каждый понимает, но молиться он им не

    рекомендовал, потому что они существа хотя и не вечные, но

    долговечные, довольно могущественные. А чего им, собствен­
    но, молиться.

    Однажды какая-то старушка спросила его: «Учитель, я

    привыкла молиться Индре, могу я этим путем добиться спа­
    сения?» Он говорит: «Да, бабушка, молись Индре, этим путем
    ты тоже придешь к спасению». То есть ему это было в общем­
    то безразлично. И когда его спрашивали, как устроен мир, то
    он отвечал вопросом на ВОПрОС: «А какого цвета волосы ре­

    бенка нерожавшей женщины?» Ему говорили: «Учитель, что
    ты глупости спрашиваешь, раз она не родила, значит, нет ре­

    бенка, нет волос и нет цвета». «Так вот,

    -

    говорит,

    -

    и мира

    нет, что же вы глупости спрашиваете? То, что вам кажется,

    это обман чувств».

    -

    -

    «А что же есть?» Что он тут отвечал, это­

    го я вам не могу сказать, да и никто не знает, но впоследствии

    выяснилось, по трудам последующих буддистов, что есть по­
    токдарм.

    Дарма

    -

    это слово, имеющее 47 значений, но в данном слу­

    чае нужно предпочесть одно из них, один из нюансов. Дарма

    -

    квант закономерности. Это не материальный атом. Это не

    175

    платоновская идея, нет. В мире существуют причинно-след­

    ственные связи, которые квантуются. Каким образом? Я объяс­
    нить не могу, я сообщаю, что так в учении. Квант закономерно­
    сти называется дармой.
    Еще (-дарма,> значит (-закон». И вот дармы сталкиваются,

    иногда образуют с'!Санды, а сканды, в сочетании по нескольку
    сканд, образуют душу человека, и душа эта может либо достичь
    нирваны, либо не достичь, потому что если она сильно нагре­
    шила, то она разваливается на свои составные части и теряет

    индивидуальность. Индивидуальность души

    -

    это сочетание

    сканд, а если нет сочетания, тогда нет и души. Душа нагрешив­

    шего человека рассыпается, как у Пер Гюнта 1, которому сооб­
    щили, что его душу пустят на переплавку, потому что он очень

    подло себя вел. Поэтому важно достигнуть совершенства, а со­
    вершенства можно достигнуть только одним способом

    -

    че­

    рез человеческое существование, ибо дэвы (боги) не могут до­
    стигнуть совершенства, 'им и без того хорошо, они долго жи­
    вут и поэтому не эволюционируют. Совершенства не могут
    достичь и асуры, которые слишком заняты тем, что готовятся

    к войне с богами, а после очередного поражения опять гото­
    вятся, так что им просто некогда заниматься совершенство­

    ванием. Животные? Они неразумны и не знают, что нужно
    стремиться к совершенству. Демоны, живущие в преддверии

    ада,

    -

    прета или бириты

    -

    все время голодны; их изображают

    так: большущая голова и маленький ротик диаметром с буmв­
    ку, тонкая шея, огромное пузище, крохотные ножки и ручки.

    Конечно, такой демон не может насытить свое брюхо через
    столь маленький рот, поэтому он страдает от голода, а если

    сосет что-нибудь питательное, кровь своих жертв например,
    .то она из него выходит огнем, и поэтому он очень недоволен.

    Но и это еще ничего, а в подземельях ада живут таму. Про тех
    ничего сказать нельзя, разве лишь то, что им уж совсем плохо,

    еще хуже, чем биритам, и если они так страдают, где уж им со­
    вершенствоваться!

    Совершенствоваться может только человек Смысл жизни
    в том, чтобы совершенствоваться через ряд перерождений,
    стать святым и наконец попасть в нирвану

    -

    чрезвычайно труд­

    нодостижимая цель. Но если бы эллину, или персу, или нам с
    вами предложили попасть в нирвану,'чтобы там мы ничего не
    желали, ничего не делали, не имели возможности ничего пред­

    принять, никому помочь и вообще не могли бы даже услышать
    1 Пер

    nOнm

    -

    герой пьесы

    I

    Ибсена.

    176

    просьбы о помощи ... так мы бы, пожалуй, не пожелали такого
    величественного конца. А индусам это почему-то нравилось.
    Китайцам же нет.

    о
    КИТАЙ
    Китайцы создали два учения, совершенно непохожие на
    три, мной перечисленные. Китай в

    VIII и VII вв. до н. э. бьm рас­

    колот на большое количество государств, нельзя сказать, на ка­
    кое точно, потому что в каждом столетии и даже десятилетии

    будет свое деление. Они все время воевали, беспощадно унич­

    Toжaли друг друга, стремясь овладеть землями и богатством
    соседей. Причем они стремились не покорить людей, нет, они

    убивали их и заселяли освобожденные земли своими потомка­
    ми. Это безобразие продолжал ось у них с
    даже выражение бьmо

    -

    VIII по III в. до н. э., И

    «вырезать город'), то есть убить всех,

    включая детей, а потом своими детьми населить страну. Детей у

    китайцев женщины рожали ежегодно, и каждая женщина про­

    изводила, следовательно,

    15-20 детей, а в благодатном клима­

    те кормить их бьmо чем. Болезней особых тоже не возникало,
    и интенсивное размножение невольно стимулировало и мас­

    совое уничтожение соседей.
    Но жить в таком кошмаре бьmо все-таки трудно, и поэтому
    стали обсуждаться идеи выхода из такой постоянной тоталь­
    ной братоубийственной войны. И в VII -

    VI вв. до н. э. появились

    два идеолога. Один из них, Кун-цзы, которого стали называть

    Конфуцзы (фу
    Другой

    -

    -

    это выражение уважения к нему)

    -

    Конфуций.

    его младший современник Лао-цзы, который был у

    князя библиотекарем, а потом ушел в пустыню.
    Конфуций сказал, что кругом делается много безобразий.
    Но это потому, что люди необразованны, надо их обучить.
    Надо ввести просвещение, научить людей чувству долга, и тог­

    да они будут вести себя прилично. Конфуций ввел три катего­
    рии долга: высший долг

    -

    второй долг, ниже рангом,
    еще ниже,

    -

    по отношению к родственникам;

    -

    по отношению к общине; третий,

    по отношению к государству, то есть интересы

    родственников надо ставить выше интересов и общины и го­
    сударства.

    Например, рассказывают, что какой-то старикан занялся

    кражей не то овец, не то ослов, а сын на него донес. Так Конфу­
    ций его за это осудил, он сказал: «Конечно, нехорошо, что старик

    177

    крал у своих соседей, у своей общины, но сын должен бьm уго­
    ворить старика, чтобы тот вернул краденое и вообще перестал
    бы этим заниматься, но нельзя доносить на отца·).

    А если община страдала от какого-нибудь князя или вана,
    то надо бьmо интересами общины руководствоваться в первую
    очередь.

    Главной своей задачей Конфуций считал научить ванов, как

    правильно себя вести, как соблюдать церемониалы и обычаи,
    как управлять государством и как отражать иноземцев, которых

    бьmо очень много и которые китайцам тоже жизни не давали.
    Как это воспринимали ваны (среднее между царем и князем),

    можно понять. Каждый человек, особенно начальник, терпеть
    не может, чтобы его учили, и поэтому Конфуцию все время при­
    ходилось бегать от одного князя к другому. Но бегал он вместе
    со своими учениками, везде оставлял свои труды, рассеивая их

    по Китаю в огромном количестве, и создал школу. И конфуци­
    анство просуществовало вплоть до середины хх в., пока Мао
    его совсем не запретил.

    А Лао-цзы пошел совсем по другому пути; он считал, что
    все установления человеческие

    -

    дрянь, что надо подражать

    природе. Надо идти в гору (а гор там было много, и все они
    бьmи лесистые, и климат теплый

    -

    снег южнее хребта Цинь­

    Лин не выпадает вообще) и жить там, подражая животным и
    вольным птицам, изучать законы Вселенной. Надо стараться
    понять, как меняется погода и как вызывать дождь, когда нуж­

    но (магия); надо понять, как будущее сменяет прошедшее, то
    есть научиться гадать; надо изучить человеческий организм,

    чтобы уметь лечить его; надо наблюдать, как растут растения,
    изучать животных, то есть Лао-цзы горячо рекомендовал за­
    няться естественными науками. А мир он представлял как
    ('дао·). Дао

    -

    это то, что существует, и то, что не существует.

    Откровенно говоря, я долгое время, сколько ни читал всякую

    литературу, не мог понять, что такое ('дао·). Но К9гда стал об­
    щаться с китайцами, то все-таки кое-что понял (они мне объяс­
    нили, и я нутром почувствовал). Дао

    -

    это вселенная с диамет­

    ром в бесконечность, которая то сокращается до точки, то
    опять расширяется. И все существа, и все люди через ряд пе­
    рерождений, согласно даоской системе, существуют, а потом
    исчезают, а потом, при новом расширении, возникают зано­

    во. Вот такая пульсирующая Вселенная и есть дао. Понятнее
    объяснить не могу.

    А у Конфуция все понятно. Когда его спрашивали, есгьли бог
    или бессмертие, он говорил: (,А это не важно, это несущественно,

    178

    и не о том надо думать, не тем надо заниматься·>. «А как устроен

    мир и природа?·>

    -

    «Тоже не важно, важно знать, как себя вести

    в данной жизни·>.

    о
    ТРЕТИЙ ПАРАМЕТР

    - ЭНЕРГИЯ

    Итак, четыре очага культурного творчества в полосе од­
    ного пассионарного толчка дали не только разные решения,

    но и разные постановки вопросов. Объяснить это исключи­
    тельно влиянием ландшафта и естественными потребностя­
    ми я не могу. Вероятно, строгое доказательство теоремы Пи­

    фагора и китайцам бы не повредило, хотя они и без этого уме­
    ли строить прямые углы на земле

    и здания

    воздвигали

    четырехугольной формы. Каким они это способом делали, тем

    ли, как Пифагор, или другим, это в общем-то несущественно,
    главное, что умели. Но математические обобщения им были
    ни к чему, так же как гераклитовское учение об огне и посто­
    янном перерождении. А греки, напротив, были совершенно

    равнодушны к проблемам этики. Они сочли бы нахальством,
    если бы кто-то вдруг вздумал учить их, как вести себя по отно­
    шению к родителям, к своему городу и к какому-то большому
    государству. Они бы сказали: «Да это мы И сами знаем, у нас
    законов хватает, отойдите, пожалуйста, гражданин, не мешай­
    те нам думать о мироздании·>.

    За счет чего такие различия? Дело в том, что на процесс со­
    здания этноса или суперэтноса влияют пространство и время,

    причем не в мистическом смысле, а во вполне реальном. Про­

    странство

    -

    это окружение: ландшафтное и этническое.

    Ландшафтное окружение влияет на формы хозяйства, уклад
    данного этноса, определяет его возможности, перспективы. Эт­
    ническое окружение

    дебные,

    -

    -

    связи с соседями, дружеские или враж­

    весьма и весьма влияет нахарактер создаваемой куль­

    туры.

    Единственное, что мы знаем о времени,

    необратимо. Время

    -

    -

    это то, что оно

    это фаза этногенеза и этнического

    окружения, определяющая варианты этнических кон­

    тактов с ним. Кроме того, уровень научно-технического про­
    гресса, свойственный данной эпохе, тоже оказывает свое вли­
    яние в рамках фактора времени, позволяя заимствовать уже
    имеющиеся технические достижения при создании новой
    культурной традиции.

    179

    Но кроме времени и пространства, есть и третий компо­
    нент

    -

    энерrия. В энергетическом аспекте этногенез является

    источником кулнryры. Почему? Объясняю. Этногенез идет за
    счет пассионарности. Именно эта энергия
    ностъ

    -

    -

    пассионар­

    и растрачиваетсл в процессе этногенеза. Она ухо­

    дит на создание культурных ценностей и политическую дея­
    тельность: управление государством и написание книг, ваяние
    скульптур и территориальную экспансию, синтез новых идео­

    логических концепций и строительство городов. Любой такой
    труд требует усилий сверх тех, что необходимы для обеспече­
    ния нормального существования человека в равновесии с при­

    родой, а значит, без пассионарности ее носителей, вкладываю­
    щих свою избыточную энергию в культурное и политическое
    развитие своей системы, никакой культуры и никакой полити­

    ки просто не существовало бы. Не бьmо бы ни храбрых воинов,
    ни жаждущих знания ученых, ни религиозных фанатиков, ни
    отважных путешественников. И ни один этнос В своем разви­

    тии не вышел бы за рамки гомеостаза, в котором жили бы в пол­
    HoM довольстве собой и окружением трудолюбивые обывате­

    ли. К счастью, дело обстоит иначе, и мы можем надеяться, что
    на наш век хватит и радостей и неприятностей, связанных с эт­
    ногенезом и культурой.

    Однако всякая энергия имеет два полюса, и пассионарная
    энергия (биохимическая)

    -

    не исключение. На этногенезе би­

    nаляр1-tость сказывается тем, что поведенческая доминанта

    может быть направлена в сторону усложнения систем, то есть
    созидания, или упрощения их.

    Эта биполярность четко прослеживается не столько в зоо­
    логии, сколько в истории человечества и его культуры. Это про­
    исходит потому, что мы знаем историю культуры много под­

    робнее и обстоятельнее, чем историю происхождения и исчез­
    новения видов.

    Кроме того, в истории мы можем применять абсолютную
    хронологию, в то время как в зоологии хронология относитель­

    ная, то есть зоолог знает, что бьmо раньше, что позже, но на­
    сколько

    -

    точно сказать не может.

    Для определения направления доминанты нужен исклю­
    чительно чуткий при бор, и таковым является история миро­
    воззрений и философских учений, о положительном значе11

    нии коих мы уже говорили. Но наряду с ними встречаются
    жuз1-tеотрицающие системы, которые мы вправе называть от­

    рицательными. Казалось бы, что такие самоубийственные
    идеи не могут оказать воздействие на здоровые коллективы,

    180

    многочисленные популяции, крепко слаженные этносы. Одна­

    ко могут и оказывают. Это происходит в тех случаях, когда стол­
    кновение этносов с различной к:амnлuментарностью насиль­
    ственно связывает их в одну химерную целостность, которая

    всегда бывает неустоЙчивоЙ. Вот в ареалах СТОЛЮlовений эт­
    носов, где поведенческие стереотипы неприемлемы для

    обеих сторон, повседневная жизнь теряет свою повсед­
    невную обязательную целеустремленность и ЛЮДИ на­
    чинают метаться в поисках смысла жизни, которого они

    никогда не находят. И вот тут-то возникают философские
    концепции, отрицающие благость человеческой жизни и смер­
    ти, то есть диалектического развития. Антипод материалисти­
    ческой диалектики

    -

    это антисистема, то есть упрощающая­

    ся система. Лимитом упрощения является ваКУ.Ум.
    И сейчас мы перейдем к примерам, иллюстрирующим пра­

    вомерность этого соображения.
    В начале нашей эры в Средиземноморье, когда мысль бьmа
    раскована от предрассудков, осыпавшихся как шелуха при кон­

    такте эллинского, иудейского и персидского мировосприятий,

    люди излагали свои соображения без обиняков. В Ш-IV вв. н. э.
    эти концепции кристаллизовались в несколько систем: гности­

    цизм, талмудический иудаизм, христианство, зороастризм. Все
    они заслуживают специального описания, которое мы отложим,

    чтобы не отвлекаться от главного

    -

    уяснения принципа бипо­

    лярности. Этот принцип дошел до нашего времени и сформу­
    лирован уже в хх в. двумя поэтами, стоявшими по отношению к
    биосфере на двух противоположных позициях. Поскольку нам
    здесь нужна не история проблемы, а уяснение принципа клас­
    сификации

    -

    ограничимся двумя наглядными примерами.

    Первая позиция

    -

    мироотрицание.

    Лодейников прислушался. Над садом
    Шел смутный шорох тысячи смертей.

    Природа, обернувшаяся адом,
    Свои дела вершила без затей.
    Жук ел траву, жука клевала птица,
    Хорек пил мозг из птичьей головы,
    И страхом перекошенные лица
    Ночных существ смотрели из травы.

    Так вот она
    Так вот они

    -

    гармония природы!
    ночные голоса!

    На безднах мук сияют наши воды,
    На безднах горя высятся леса.

    181

    Природы вековечная давильня

    Объединяла смерть и бытие
    В один клубок, но мысль бьmа бессильна
    Соединить два таинства ее.

    Н. Забалоц1CUЙ

    [79]

    в этих прекрасных стихах, как в фокусе линзы телескопа,

    соединены взгляды гностиков, манихеев, альбигойцев, карма­
    тов, махаянистав

    мир

    -

    -

    короче, всех, кто считал материю злом, а

    поприщем для страданий.

    Вторая позиция

    -

    мироутверждение.

    С сотворенья мира стократы
    Умирая, менялся прах:

    Этот камень рычал когда-то,

    Этот плющ парил в облаках.
    Убивая и воскрешая,
    Набухать вселенской душой

    -

    В этом воля земли святая,
    Непонятная ей самой.

    Н. IjJMWleB

    [32]

    Сходство позиций только в одном: иррациональности от­

    ношения персаны (человека или животного) к биосфере. Ос­
    тальное

    -

    диаметрально противоположно, как в средние века

    и, видимо, до нашей эры.
    В первой позиции

    -

    стремление заменить дискретные си­

    стемы (биоценоз) на жесткие «.И снится мне железный валryp­
    бины»), которые, по логике развития, превратят живое веще­
    ство в косное, косное при термической реакции разложится до
    молекул, молекулы распадутся до атомов, из атомов выделятся
    реальные частицы, которые, аннигилируясь, превратятся в вир­

    туальные. Лимит такого развития

    -

    вакуум. И наоборот, при ус­

    ложнении систем, где жизнь и смерть идут рука об руку, возни­
    Kaeт разнообразие, которое немедленно передается в психо­
    логическую сферу, создает искусство, поэзию, науку. Но,
    конечно, <·за все печали, радости и бредни» придется отплатить
    <,непоправимой гибелью последней».
    Итак, этническая история имеет три параметра:

    1. Соотношение каждого этноса с его

    вмещающим и кор­

    мящим ландшафтом, причем утрата этого соотношения непо­
    правима: упрощаются, а вернее, искажаются и ландшафт, и куль­

    rypa этноса.
    182

    2. Вспышка и

    последующая утрата пассионарности; этно­

    генез как энтропийный процесс.

    3.

    Выделение из этноса отдельных персон и консорций

    (сект), изменяющих стереотип поведения и отношение к при­

    родной среде на обратное. Идеал! меняет знак 2 .
    Только в этом, последнем параметре решающую роль иг­
    рает свободная воля человека, обеспечивающая ему право вы­
    бора, но и подлежащая морально-юридической оценке: если
    некто желает стать преступником и злодеем, осуждение его

    уместно.

    В эти три формулы умещается вся теория, необходимая эт­
    нологии для объяснения, почему история народов и государств
    идет не прямо по пути прогресса, а зигзагами и частыми обры­
    вами в никуда. И почему на фоне столь трагичном этносы су­
    ществуют и радуются жизни.

    о
    НЕВИДИМЫЕ НИТИ.

    ИСТОКИ ГНОСТИЦИЗJV\A
    Никто не живет одиноко, даже если очень этого хочет. Не­

    видимые нити связывают страны, обитатели которых никогда
    не видели друг друга. И как ни называть эти связи: культурны­
    ми, экономическими, политическими, военными

    ... они наруша­

    ют течение этногенезов, создают зигзаги истории, порождают

    химеры и зачинают призраки систем, то есть антисистемы. Так
    обратим на них внимание, чтобы наше представление о веду­
    щем сюжете исследования не было ни однобоким, ни непол­
    ноценным.

    Идеологические воздейcrвия иного Э'ПlOса на непод­

    готовленных неофитов действуют подобно вирусным
    инфекциям, наркотикам, массовомуалкоголизму. То, что
    на родине рассматривается как обратимое и HecyIЦecтвeH­
    ное отклонение от нормы, губит целые этносы, не подго­
    товленные к сопротивлению чужим завлекательным и

    I

    Идеал

    -

    далекий прогноз, желанная цель, формирующая психоло­

    гическую доминанту не только на персональном, но и на популяционном

    уровне.

    2

    Знак - ли~ усложнение, либо упрощение системы. Не смешивать с

    обывательскими понятиями (·хорошо» И ('дурно» И с умозрительными: (·про­
    гресс» и (,отсталостЬ».

    183

    ОПЬЯНJIЮЩИМ идеяМ. К числу таких принадлежал гносгицизм
    как логика жизнеотрицания.

    Бывают эпохи, когда людям жить легко, но очень противно.

    Именно таким бьm закат Римской империи, но с рождением
    Византии появились цели и интерес к жизни. Как было уже
    сказано, византийский суперэтнос вылупился из яйца христи­
    анской общины, социальным обрамлением которой бьmа цер­
    ковная организация. Но в этом яйце таился и второй зародыш,
    так называемый

    -

    г1-tостuцuз.м.

    Словом «гностицизм'> мы определяем те течения христи­
    анской мысли, которые были не приняты церковью, восгорже­

    сгвовавшей несколько веков спустя. Это явление имеет свою
    предысторию.

    Александр Македонский, завоевав Персию с ее провинци­

    ями (Малой Азией, Сирией и Египтом), решил, что он создаст
    из эллинов и восточных людей единый грандиозный этнос. Для

    этого он даже переженил несколько сот своих офицеров-ма­
    кедонян на осиротевших дочерях погибших в войне персид­
    ских вельмож Конечно, нового этноса не возникло: по приказу
    этноса

    -

    явления природы

    -

    не создашь. Как социальная сис­

    тема его империя раскололась, как этнический конгломерат

    она превратилась в химеру. Пришлые греки и аборигены жили
    в одних и тех же городах, занимались теми же ремеслами и тор­

    говлей, развлекались в тех же кабаках, но упорно чуждалисьдруг
    друга.

    Так, в Александрии

    -

    столице Египта, где правили потом­

    ки одного из македонских полководцев
    селения составляли греки,

    40 % -

    евреи и

    - Птолемеи, 50 % на­
    1О % - все остальные,

    в том числе и египтяне.

    В это время впервые грека-римский мир получил возмож­
    ность ознакомиться с текстом Библии. Птолемей, царь Египта,
    видел, что его философы никак не могут переспорить еврей­
    ских раввинов. Философы пришли к Птолемею и говорят: <·Мы
    никак не можем с ними спорить, потому что мы не знаем, что
    они доказывают; мы опровергаем один их тезис, а они говорят:

    ~Дa это вы не то опровергаете·>

    -

    и выдвигают совсем другой.

    Мы должны знать точно, что там написано, тогда будем спо­
    рить·>. Он говорит: «Ладно, Я вам это сделаю·>.
    В одну ночь в Александрии бьmо арестовано

    72 раввина.

    Царь вышел к ним, когда их привели, и сказал короткую речь:

    «Сейчас вам каждому будет дан экземпляр Библии, досгаточное
    количесгво пергамента и письменных принадлежнастей, и по­
    садят вас в камеры-одиночки. Извольте перевести на греческий

    184

    язык Филологи мои про верят, и, еоIИ будут несовпадения, я не
    буду разбираться, кто прав, кто виноват, а всех вас повешу, на­
    беру новых и получу перевод». Но больше не пришлось никого
    сажать, перевод он получил. Раввинов отпустили по домам, и

    так получилась Библия Септуагинта

    -

    Библия семидесяти тол­

    ковников, греческий перевод!.
    Когда прочли греки ее, они за голову схватились: как же

    по книге Бытия мир-то создан? Бог создал сначала весь мир,

    тварей и животных, потом человека Адама, потом из его реб­
    ра Еву и запретил им есть яблоки с дерева познания Добра и
    Зла. А змей соблазнил Еву, Ева

    -

    Адама. Они скушали с запре­

    щенного дерева яблоки и узнали, где добро, где зло, и тем са­
    мым вызвали гнев Бога, который их лишил рая. Греки отнес­
    лись к этому так: «Самое главное для нас
    ский бог нам его запретил; вот змей

    -

    -

    познание, а еврей­

    хороший, вот этот нам

    помог», И они начали почитать змея и осуждать этого само­
    го, сотворившего мир, которого они называли ремесленни­

    ком

    -

    Демиургом. Это, решили греки, плохой, злой демон, а

    змей добрый. Представители этого течения богословской
    мысли назывались офumы, от греческого слова «офис»

    -

    змей.
    По этой логико-этической системе в основе мира нахо­

    дится Божественный Свет и его Премудрость, а злой и бездар­
    ный демон Ялдаваоф, которого евреи называют Яхве, создал
    Адама и Еву. Но он хотел, чтобы они остались невежественны­
    ми, не понимающими разницу между Добром и Злом. Лишь
    благодаря помощи великодушного змея, посланца божествен­
    ной Премудрости, люди сбросили иго незнания сущности бо­
    жественного начала. Ялдаваоф мстит им за освобождение и
    борется со змеем

    -

    символом знания и свободы. Он посылает

    потоп (под этим символом понимаются низменные эмоции),
    но Премудрость, «оросив светом» Ноя и его род, спасает их.

    После этого Ялдаваофуудается подчинить себе группу людей,
    заключив договор с Авраамом и дав его потомкам закон через

    Моисея. Себя он называет Богом Единым, но он лжет; на са­
    мом деле он просто второстепенный огненный демон, через
    которого говорили некоторые еврейские пророки. Другие же

    говорили от лица других демонов, не столь злых. Христа Ял­
    даваоф хотел погубить, но смог устроить только казнь чело­
    века Иисуса, который затем воскрес и соединился с Божествен­
    ным Христом.
    1 Сухое изложение этого события см.:

    185

    25, т.3, с. 315.

    о
    ПОКЛОННИКИ «ПОЛНОТЫ»
    С более изящными и крайне усложненными системами

    выступили во

    II в. антиохиец Саторнил, александриец Василид

    и его соотечественник Валентин, переехавший в Рим.
    Александрийские гностики представляли Бога высочай­
    шим существом, заключенным в самом себе, и источником вся­

    кого бытия. Из него, подобно солнечным лучам, истекли вто­
    ростепенные божеские существа

    -

    эоны. Чем более отдалялись

    эоны от своего источника, тем слабее они становились. Все они
    в совокупности назывались плеромой, или «полнотой'>, всего

    сущего. Вместе с плеромой существует грубая, безжизненная
    материя, не имеющая действительного бытия, а только вид его.
    Она называется «пустотой,>. Мир возник из соприкосновения и

    смешения этих двух стихий

    -

    плеромы и материи. Самый край­

    ний из эонов по слабости своей упал в материю и одушевил ее,
    благодаря чему образовался видимый мир. Противополож­
    ность божественного и материального стала причиной зла в
    людях и демонах.

    Зона, из-за которого возник мир, гностики называли Де­
    миургом, то есть ремесленником, и приравнивали к Богу Вет­
    хого завета. Они полагали, что он сделал мир халтурно, что он

    бы и рад освободить дух из уз материи, но сделать этого не уме­
    ет. Бьmа также гипотеза, что он злобно противится помощи,
    которую могут ему оказать высшие зоны.

    Высочайшее Божество постоянно заботится о жертвах Де­
    миурга

    -

    людских душах. Оно стремится поддержать в них

    мысль об их высоком происхождении и укрепить их в борьбе с
    материей. для этой цели оно по временам сообщало людям, к
    тому способным,

    -

    пророкам и философам

    -

    новые духовные

    элементы и, наконец, послало на Землю первого зона в призрач­
    ном теле. Этот зон соединился при крещении с человеком Иису­

    сом и показал людям путь обратно в плерому. Раздраженный
    этим Демиург, а по другим мнениям

    -

    сатана, довел Иисуса до

    распятия. Небесный Христос оставил человека Иисуса на кре­
    сте и возвратился к Верховному существу. Спасение души

    -

    это

    освобождение от материи через борьбу с ней.

    Еще была и антиохийская школа, где учил Саторнил, тоже
    очень почтенный человек, он говорил: «Нет, материя и дух

    -

    первозданны, они всегда бьmи, просто материя захватила часть
    духа и держит его; конечно, вырываться надо, материя

    186

    -

    это

    плохо, а дух

    -

    хорошо, но материя, вообще говоря, тоже суще­

    ствует наряду с духом. Из этой саторниловской школы вышло
    учение персидского про рока Мани.

    о
    ПОКЛОННИКИ «СВЕТА». МАНИХЕЙСТВО
    в Иране обстановка бьша несколько иной. Воинственные
    парфяне с Копетдага объединились со степными саками и вы­
    гнали македонян из Ирана. Их цари мужественно отстаивали

    свою землю от македонян и римлян, но обаянию эллинской
    культуры подчинились И они. В их столице, Ктезифоне, стави­
    лись трагедии Еврипида, шли диалоги о философии ПЛатона,
    переводился на персидский язык Аристотель. И соответствен­
    но в этой химерной целостности

    -

    Парфянской державе

    -

    рас­

    цвел гностицизм.

    В

    224 г. н. э. князь из дома Сасана Арташир Папаган изгнал

    парфян из <,Священной земли Ирана» и восстановил учение
    Заратуштры. Но к участию в зороастрийском культе допуска­

    лись только персы, а население Месопотамии принимало либо
    христианство, либо гностицизм. И вот на границе двух миров
    эллинского и персидского

    -

    -

    в Месопотамии родился исключи­

    тельно тонкий, талантливый художник, каллиграф и писатель
    Мани. В поисках мудрости он ездил даже в Индию, а вернувшись
    на родину, проповедовал новое учение, в дальнейшем сыграв­
    шее огромную роль в развитии культуры, истории и даже этно­

    генеза.

    Заметим, что гностиками становились мечтатели, богоис­
    катели, почти фантасты, стремившиеся, подобно античным
    философам, придумать связную и непротиворечивую концеп­
    цию мироздания, включая в него добро и зло. Гностицизм

    -

    это не познание мира, а поэзия поиятий, в которой глав­
    ное место занимало неприятие действительности. ГНос­

    тические системы бьши совершенно потрясающими по красо­
    те, логичности, неожиданности. Но они не имели никакого от­

    ношения к научной мысли, ничего не объясняли и не считали
    нужным объяснять, за одним исключением: учения Мани и его
    последователей. Манихеи объясняли людям, что такое зло.
    Мани проповедовал такую идею: раньше свет и тьма были

    разделены между собой и тьма бьша сrmошная, но не одинако­
    вая

    -

    там бьши облака сгущенного мрака и разреженного мрака,

    и они двигались в беспорядке, в таком броуновском движении,

    187

    и однажды случайно они подошли к границе света и попыта­
    лись туда вторгнугься.

    Против них вышел <,первочеловек», первый человек, под ко­

    торым надо понимать Ормузда, который стал бороться и не
    пускать облака мрака в обитель света. Облака напали на перво­
    человека, облекли собой, разорвали его светлое тело на части,
    и частицы света это тело мучают; это и есть мир

    -

    смесь мрака

    со светом. Надо добиться, чтобы эти частицы были освобожде­
    ны, ради чего приходил сначала Христос, а потом он, Мани,

    -

    Утешитель, и вот он учит, что нужно делать.

    Да, действительно, нужно вести себя очень аскетически, не
    есть и не убивать животных с теплой кровью (лягушек и змей
    можно), есть растительную пищу, воздерживаться от всякого

    рода плотских развлечений, потому что, если женишься, это

    естественным образом оздоровляет твой организм и он креп­
    че держит душу. Но разрешались оргии с полным развратом,

    только чтобы бьmо неизвестно, кто с кем, потому что это рас­
    шатывает организм и помогает душе освободиться. Система
    логичная. Самоубийство не помогает, потому что существует
    переселение душ из тела в тело, и если ты самоубьешься, то
    опять возродишься и надо все начинать сначала. Поэтому надо

    добиться подлинной смерти

    -

    потерять вкус к жизни.

    Мани трагически погиб, казненный по проискам магов

    -

    зороастрийского духовенства, но его учение распространилось

    по всей Ойкумене, от Китая до Тулузы, и везде встречало край­
    не враждебное отношение, потому что в нем отчетливо про­
    явилась враждебность к живой природе, семье и творческой ис­
    тории этносов как порождениям злого начала

    -

    мрака. В срав­

    нение с манихеями нельзя поставить даже маркионитов.

    о
    МАРКИОН И МАРКИОНИТЫ
    Большинство гностиков не стремил ось распространять

    свое учение, ибо они считали его слишком сложным для вос­
    приятия невежественных людей, и их концепции гасли вместе
    с ними. Но в середине

    II в. христианский мыслитель Маркион,

    опираясь на речь апостола Павла в Афинах о <'Неведомом Боге»,
    развил гностическую концепцию до такой степени, что она ста­

    ла доступной широким массам христиан.
    Маркион происходил из Малой Азии. Был очень учен. Сна­

    чала был торговцем, потом занялся филологией и написал

    188

    большой трактат о Ветхом и Новом заветах, где доказал очень

    квалифицированно, что Бог Ветхого и Бог Нового завета

    -

    это

    разные боги и что, следовательно, христианину поклоняться

    Ветхому завету нельзя!. А так как поклонение Богу Ветхого за­
    вета вошло в обиход, то большая часть церковников его не при­
    няла, но Церковь разделилась на две части

    противников Маркиона. Победили тогда, во
    но в

    - маркионитов и
    11 в., маркиониты,

    III в. дуалистов одолели сторонники монизма.
    Маркиона объявили последователем сатаны и не призна­

    ли его учения. Церковь его низвергла, а книгу его подвергли ос­

    торожному замалчиванию

    -

    самое страшное, что может быть

    для ученого. Просто на эту тему считалось неприличным гово­

    рить. (Восстановил систему доказательств Маркиона только
    один немецкий ученый

    -

    Доллингер, который из разных тек­

    стов собрал аргументы Маркиона, доказывающие, что Бог Но­
    вого и Бог Ветхого завета

    -

    это разные боги, противостоящие

    один другому, как добро и зло.) Однако учение Маркиона все
    же не исчезло. Через сотни передач оно сохранялось на роди­

    IX в.,

    не Маркиона, в Малой Азии, и в

    преображенное, но еще

    узнаваемое, стало исповеданием павликиан (от имени апосто­

    ла Павла), выступивших на борьбу с византийским правосла­
    вием, причем они даже заключили союз с мусульманами.

    Павликиан нельзя считать христианами. Несмотря на то
    что они не отвергали Евангелия, павликиане называли крест

    символом проклятия, ибо на нем был распят Христос, не при­
    нимали икон и обрядов, не признавали таинств крещения и
    причастия и все материальное почитали злом. Будучи после­

    довательными, павлики ане активно боролись против церкви и
    власти, прихожан и подданных, сделав промыслом продажу

    плененных юношей и девушек арабам. Вместе с тем в числе пав­
    ликиан встречал ось множество попов-расстриг и монахов, а

    также профессиональных военных. Удержать этих сектантов
    от зверств не могли даже их духовные руководители. Жизнь

    брала свое, даже если лозунгом борьбы было отрицание жиз­
    ни. И не стоит в этих убийствах винить Маркиона, филолога,
    показавшего принципиальное различие между Ветхим и Новым

    заветами. В идеологическую основу антисистемы могла быть
    положена и другая концепция, как мы сейчас и покажем.

    Павликианство было разгромлено военной силой в

    872

    г.,

    после чего пленных павликиан не казнили, а поместили на гра­
    Hицe с Болгарией для несения службы пограничной охраны.

    1

    Аргументацию этого тезиса см.:

    6, с. 87.

    189

    Так смешанная манихейско- маркионитская доктрина проник­

    ла к балканским славянам и породила богомильство, вариант
    дуализма, весьма отличающийся от манихейского прототипа,
    укрепившегося в те же годы в Македонии.
    Вместо извечного противостояния света и мрака богоми­
    лы учили, что глава созданных Богом ангелов, Сатаниил, из
    гордости восстал и был низвергнуг в воды, ибо суши еще не
    было. Сатаниил создал сушу и людей, но не мог их одушевить,

    для чего обратился к Богу, обещая стать послушным. Бог вду­
    нул в людей душу, и тогда Сатаниил его надул и сделал Каина.
    Бог, в ответ на это, отрыгнул Иисуса, бесплотного духа, для
    руководства ангелами, тоже бесплотными. Иисус вошел в одно
    ухо Марии, вышел через другое и обрел форму человека, оста­
    Baяcь призрачным. Ангелы Сатаниила скрутили, отняли у него
    суффикс ('ИЛ'>, в котором таилась сила, разумеется мистичес­
    кая, и загнали его в ад. Теперь он не Сатаниил, а сатана. А Иисус
    вернулся в чрево Отца, покинув материальный, созданный

    Сатаниилом мир. Вывод из концепции был прост: бей визан­
    тийцев!
    Как видно из описания, разница во взглядах уманихеев,
    маркионитов, богомилов и провансальских катаров бьmа боль­

    ше, нежели у католиков и православных. Однако дуалисты име­

    ли единую организацию из

    16 церквей, тесно связанных друг с

    другом. Сходство их бьmо сильнее различий, несмотря на то
    что основой его было отрицание. В отрицании бьmа их сила,
    но также и слабость; отрицание помогало им побеждать, но не
    давало победить.

    о
    КАТАРЫ
    Западная Европа несколько позже, чем Передний Восток,
    испытала все последствия механического смешения этносов.

    Подлинная химера образовалась в Лангедоке, захватив на за­

    паде Тулузу, а на востоке

    -

    Северную Италию.

    Беда была в том, что Великий караванный путь, начинав­
    шийся в Китае и шедший по бескрайним безлюдным степям,
    доходил до богатого, обильного всеми продуктами Лиона, за­
    тем до величественной Тулузы и заканчивался в мусульманской
    Испании, в Кордове. А с международной торговлей всегда свя­

    зaHo разнообразие людей и идей, неспособных слиться друг с
    другом. Зато в теле такой химеры часто про растают, как

    190

    паразиты, жизнеотрицающие системы, при меры которых мы
    уже видели.

    Дуалистическое учение катаров проникло в Лангедок с
    Балканского полуострова, где смешались уже знакомые нам

    павлики ане, богомилы и манихеи. Ка.таров французы называ­
    ли альбuгойцамu, ибо одним из их центров был город Альби.
    Распространенное мнение, что пламенная религиозность

    средневековья породила католический фанатизм, от которого

    запылали костры первой инквизиции,

    -

    вполне ошибочно.

    К концу ХI в. духовное и светское общество Европы находилось
    в полном нравственном падении. Многие священники бьmи без­
    грамотны, прелаты получали назначения благодаря родствен­

    ным связям, богословская мысль бьmа задавлена буквальными
    толкованиями Библии, соответствовавшими уровню невеже­

    ственныхтеологов, а духовная жизнь бьmа скована уставами клю­
    нийских монахов, настойчиво подменявших вольномыслие доб­
    ронравием. В ту эпоху все энергичные натуры делались или ми­
    стиками, или развратниками. А энергичных пассионарных

    людей во Франции бьmо много больше, чем требовалось для по­
    вседневной жизни. Поэтому-то их и старались сплавить в Пале­

    стину, освобождать Гроб Господень от мусульман, с надеждой,
    что они не вернутся.

    Но ехали на Восток не все. Многие искали разгадок бытия,
    не покидая родных городов, потому что восточная мудрость

    сама текла на Запад. Она несла ответ на самый больной вопрос
    теологии: Бог, создавший мир, благ, откуда же появились зло и
    сатана?
    Принятая в католичестве легенда о восстании обуянного
    гордыней ангела не удовлетворяла пытливые умы. Бог всеведущ

    и всемогущ! Значит, он должен был предусмотреть это восста­
    ние и подавить его. А раз он этого не сделал, то он повинен во
    всех последствиях и, следовательно, является источником зла.

    Логично, но абсурдно. Значит, что-то не так На это отвечали
    приходившие с Востока манихеи: «Зло извечно. Это материя,
    оживленная духом, но обволокшая его собой. Зло мира

    -

    это

    мучения духа в тенетах материи·>. Следовательно, все матери­
    альное

    -

    источник зла. А раз так, то зло

    -

    это любые вещи, в том

    числе храмы и иконы, кресты и тела людей. И все это подлежит
    уничтожению.

    В чем же усматривали катары (альбигойцы) и вообще все
    гностики-манихеи свою задачу? Они считали, что надо выр­
    ваться из этого страшного мира. для этого мало умереть, так
    как смерть тела ведет к новому воплощению души

    191

    -

    к новым

    мучениям. Надо вырваться из цепи перевоплощений, а для это­

    го мало убить тело, нужно умертвить душу. Каким путем? Убив
    все свои желания. Аскетизм, полный аскетизм! Есть только по­

    стную пищу, но у них оливковое масло было хорошее, так что
    это было довольно вкусно. Рыбу можно есть, лягушек можно
    есть, французы едят лягушек Затем, конечно, никакой семьи,
    никакого брака. Надо изнурить свою плоть до такой степени,
    чтобы душа уже не захотела оставаться в этом мире, тогда она в
    момент смерти воспарит к светлому Богу. Но плоть можно из­

    нурять двумя способами

    -

    или аскетизмом, или неистовым раз­

    вратом. В разврате она тоже изнуряется, и поэтому время от вре­
    мени альбигойцы устраивали ночные оргии, обязательно в тем­
    ноте, чтобы никто не знал, кто с кем изнуряет плоть. Это было

    обязательное условие, потому что если человек полюбил кого­
    то, то это уже привязанность, привязанность к чему?

    скому миру: она его полюбила или он ее

    -

    -

    к плот­

    значит, все! Они не

    могут стать совершенными и изъяться из мира. А если просто в

    публичном доме плоть изнурять, то это

    -

    пожалуйста.

    По учению альбигойцев, полезен сам по себе всякий акт
    изнурения плоти, ведущий к отвращению к жизни, но без бра­
    ка и воспитания детей, потому что и дети, и любимая жена, и
    хороший муж

    -

    все они являются частями, составляющими

    этот мир, и, следовательно, соблазном дьявола, которого надо
    избегнуть.
    Мораль, естественно, упразднялась. Ведь если материя

    зло, то любое истребление ее

    -

    -

    благо, будь то убийство, ложь,

    предательство ... все не имеет никакого значения. По отноше­

    нию к предметам материального мира было все позволено.
    Но тут средневековый христианин сразу же задавал ВОП­

    рос: а как же Христос, который бьUI и человеком? Исцелял боль­
    ных, одобрял веселье настолько, что превратил в Кане Галилей­
    ской воду в вино, защитил женщину, то есть не был противни­

    ком живой материальной жизни? На это бьUIИ подготовлены
    два ответа: явный для новообращенных и тайный для посвящен­
    ных. Явно объяснялось, что «Христос имел небесное, эфирное
    тело, когда вселился в Марию. Он вышел из нее столь же чуж­
    дым материи, каким бьUI прежде ... Он не имел надобности ни в
    чем земном, и если он видимо ел и пил, то делал это для людей,

    чтобы не заподозрить себя перед сатаной, который искал слу­
    чая погубить Избавителя·>

    [104, с. 194).

    Однако для «верных·> (так назывались члены общины) пред­
    лагалось другое объяснение: «Христос

    -

    творение демона; он

    пришел в мир, чтобы обмануть людей и помешать их спасеНI1Ю.

    192

    Настоящий же не приходил, а жил в особом мире, в <·Небесном

    Иерусалиме» [там же, с.

    195].

    Довольно деталей. Нет и не может быть сомнения в том, что

    манихейское альбигойство не ересь, а просто антихристиан­
    ство и что оно дальше от христианства, нежели ислам и даже

    теистический буддизм. Однако если перейти от теологии к ис­
    тории культуры, то вывод будет иным. Бог и дьявол в манихей­
    ской концепции сохранились, но поменялись местами. Имен­

    но поэтому новое исповедание имело в ХН в. такой грандиоз­

    ный успех. Экзотичной была сама концепция, а детали ее
    привычны, и замена плюса на минус для восприятия богоиска­
    Teлeй оказалась легка.

    Следовательно, в смене знака мог найти выражение любой

    протест, любое неприятие действительности, в самом деле весь­
    ма непривлекательноЙ. Кроме того, любое манихейское учение
    распадалось на множество направлений, мироощущений, ми­

    ровоззрений и степеней концентрации, чему способствовали
    в равной мере пассионарность новообращенных, позволявшая

    им не бояться костра, и оправдание лжи, с помощью которой
    они не только спасали себя, но и наносили своим противни­

    кам неотразимые, губительные удары.
    Конечно, далеко не все в Западной Европе понимали слож­
    ную догматику манихейства, да многие и не стремились к это­

    му. Им бьшо достаточно осознать, что сатана для них не враг, а
    владыка и помощник в затеваемых ими преступлениях. Тайно
    исповедовал это учение император Генрих

    IV,

    враг папы Гри­

    гория УН. А простодушный Ричард Львиное Сердце откровен­
    но заявил, что все члены дома Плантагенетов пришли от дья­
    вола и вернутся к дьяволу. Этим заявлением он оправдал все
    совершенные им преступления и предательства; по крайней
    мере, так считал он сам.

    И ведь эту доктрину, упразднявшую совесть, исповедовали
    в ХН в. не только короли, но и священники, ткачи, рыцари, кре­

    стьяне, нищие, ученые законоведы и безграмотные бродячие

    монахи, причем большинство из них не отдавали себе отчета в
    значении своих умонастроений. Эти последние легко перехо­

    дили из одного стана в другой, потому что от них не требова­
    лось формального отречения от догматов своей веры.

    Основная часть этого умонастроения

    -

    община катаров

    -

    имела строгую дисциплину, трехстепенную иерархию и ни на

    какие компромиссы не шла. Проповедь «совершенных» во

    Франции и даже в Италии так наэлектризовывала массы, что
    1 IOдчас даже папа боялся покинуть укрепленный замок, чтобы

    193

    на 'городских улицах не подвергнугься оскорблениям возбуж­
    денной толпы, среди которой бьmи и рыцари, тем более что
    феодалы отказывались ее усмирять.

    Может возникнугь ложное мнение, что католики бьmи луч­
    ше, честнее, добрее, благороднее катаров (альбигойцев). Оно
    столь же неверно, как и обратное. Люди остаются самими со­
    бою, какие бы этические доктрины им ни проповедовались. Да
    и почему концепция, что можно купить отпущение грехов за

    деньги, пожертвованные на крестовый поход, лучше, чем при­

    зыв к борьбе с материальным миром?
    Учение католиков бьmо столь же логично, только с иной
    доминантой: католики утверждали, что мир должен быть сохра­
    нен и что жизнь как таковая не должна пресекаться. И во имя

    этого они очень много убивали. Казалось бы, парадокс? Нет, не
    парадокс. Для того чтобы жизнь поддерживалась, согласно ди­
    алектике природы, смерть так же необходима, как и жизнь, по­
    тому что после смерти идет восстановление.

    А альбигойцы, отрицая жизнь и стремясь к ее уничтоже­
    нию, делали очень хитрую вещь

    -

    они отказывались убивать все

    живые существа с теплой кровью (поэтому выяснить, кто аль­
    бигоец, кто не альбигоец, бьmо очень легко: велели человеку
    зарезать курицу, если он отказывался, то его и тащили на кос­

    тер). Вы скажете, что альбигойцы лучше католиков. Они ведь

    такие гуманные, что даже курицу не убьют. Но ведь если бы кур
    не стали резать и кушать, то их бы не стали и разводить, и куры
    исчезли бы совсем как вид. Только благодаря смене жизни и

    смерти поддерживаются биосферные процессы; альбигойцы
    это понимали, они стремились к смерти полной, окончатель­

    ной, без возрождения.
    А представим себе, что все люди последовали бы учению
    альбигойцев: жизнь прекратилась бы в одном поколении!
    Вот потому-то там, где последователи антисистемы захва­
    тывали власть, они отказывались от антисистемных принци­

    пов. Не отвергая их официально, они превращали захваченную
    ими страну в заурядное феодальное государство.

    о
    ЗИНДИКИ (ИСМАИЛИТЫ)
    Совсем рядом с двумя уже описанными суперэтносами, по
    другую сторону Средиземного моря, находился~й суперэт­
    нос, известный также по конфессиональному признаку,

    194

    -

    мусульманский. Возник он в начале VII в. и, следовательно, был
    моложе византийского и старше романо- германского. Однако
    жизнь его протекала столь напряженно, что состарила его
    преждевременно.

    Грандиозные победы арабов на востоке и западе расши­
    рили границы халифата до Памира и Пиренеев. Множество

    племен и народов бьшо включено в халифат и обращено в ис­
    лам. Так создался мусульманский суперэтнос. Негативная ан­
    тисистема здесь имела оригинальные формы, но несла ту же
    самую губительную функцию. И если провансальские катары
    и болгарские богомилы были явлением импортным, то ара­
    бы, завоевавшие Сирию и Иран, получили в качестве поддан­

    ных маздакитов Азербайджана, огнепоклонников Хорасана,

    буддистов Средней Азии, манихеев Месопотамии и гностиков
    Сирии.

    Все эти учения, весьма различные между собою, пьшали
    одинаковой ненавистью к поработителям-мусульманам и к вере

    ислама. Неоднократно вспыхивали восстания, беспощадно по­
    давляемые халифами, до тех пор пока не сложил ась новая кон­

    сорция

    -

    религиозная организация, поставившая себе целью

    борьбу против религии. Она вобрала в себя множество древ­
    них традиций и создала новую, оригинальную и неистребимую,

    ибо она потрясла мусульманский мирl.
    Мусульманское право

    -

    шариат

    -

    позволяло христианам

    и евреям за дополнительный налог спокойно исповедовать

    свои религии. Идолопоклонники подлежали обращению в ис­
    лам, что тоже было сносно. Но зuндuк:ам (от персидского сло­
    ва (·зенд»
    зиС»

    -

    -

    ~смысл», что было эквивалентом греческого (,гно­

    ('знание»), представителям нигилистических учений,

    грозила мучительная смерть. Следовательно, зиндики

    -

    это

    гностики, но в арабскую эпоху это название приобрело но­
    вый оттенок

    -

    (,колдуны». Против них была учреждена целая

    инквизиция, глава которой носил титул (·палач зиндиков». Ес­

    тественно, что при таких условиях свободная мысль была по­
    гребена в подполье,И вышла из него преображенной до неуз­
    наваемости во второй половине

    IX в.

    И даже основатель но­

    вой концепции известен. Звали его Абдулла ибн Маймун,

    1 Главными и общедосгупными работами по вариантам исмаилизма

    являются: .Сиасет-намэ.: Книга оправлении вазира Х! столетия Низам аль­

    1949; Беляев В,А Мусульманское сектантство. М., 1957; Пет­
    1966; Бертельс АВ, Насир-и-Хосров и
    исмаилизм. М., 1959.
    Мулька. м.-Л.,

    рушевский и.п. Ислам в Иране. Л.,

    195

    родом

    -

    перс из Мидии, по профессии

    874 (875)

    -

    глазной врач, умер в

    г.

    Догматику и принципы нового учения можно лишь опи­

    сать, но не сформулировать, так как основным его принци­

    пом была ложь. Сторонники новой доктрины называли даже
    себя в разных местах по-разному: наиболее известные назва­
    ния вПерсии

    бьmа одна

    -

    -

    uсмаuлuты, в Аравии

    -

    к:ар.маты. Цель же их

    во что бы то ни стало разрушить ислам, как катары

    стремились разрушить христианство.

    Видимая сторона учения была про ста: безобразия этого
    мира исправит махди, то есть спаситель человечества и восста­

    новитель справедливости. Эта проповедь почти всегда находит
    отклик в массах народа, особенно в тяжелые времена. А

    IX век

    был очень жестоким. Мятежи и отпадения эмиров, восстания

    племен на окраинах и рабов-зинджей в сердце страны, бесчин­
    ства наемных войск и произвол администрации, поражения в

    войнах с Византией и растущий фанатизм мулл

    -

    все это ло­

    жилось на плечи крестьян и городской бедноты, в том числе и
    образованных, но нищих персов и сирийцев. Горючего скопи­
    лось много; надо было уметь поднести к нему факел.
    Свободная пропаганда любых идей бьmа в халифате нео­
    существима. Поэтому эмиссары доктрины выдавали себя за
    мусульман. Они толковали тексты Корана, попутно вызывая в

    собеседниках сомнения и намекая, что им что-то известно, но
    вот-де истинный закон забыт, отчего все бедствия и происте­
    кают, а вот если его воуеТановить, то ... Но тут он, как бы спохва­
    тившись, замолкал, чем, конечно, разжигал любопытство. Со­

    беседник, крайне заинтересованный, просит продолжать, но
    проповедник, опять-таки ссылаясь на Коран, берет с него клят­

    ву соблюдения молчания, а затем, как испытание доброй воли
    прозелита, сумму денег, сообразно средствам, на общее дело.
    Затем идет обучение новообращенного. Мир, в котором мы
    живем, плохой, потому что здесь всякие кадии, эмиры, муллы,

    халиф со своим войском угнетают и обижают бедных людей, у
    которых, однако, есть выход: если они достигнут совершенства

    через участие в их общине, то попадут в антимир, где все будет

    наоборот

    -

    там они сами будут обижать кадиев, эмиров и т. д.

    Такая незамысловатая, казалось бы, система нашла себе боль­
    шое количество приверженцев. Так как здешний мир, в кото­
    ром мы живем, очень многими считался плохим, то антимир,
    естественно, казался хорошим.

    Кар.маты, или, как их на Востоке называли, uсмаuлuты,
    должны были лгать всем: с шиитом он должен быть шиит, с

    196

    суннитом

    -

    суннит, с евреем

    тианин, с язычником

    -

    -

    еврей, с христианином

    -

    хрис­

    язычник, но только должен был по­

    мнить, что тайно подчинен своему пиру ~ старцу. Все мусуль­
    мане

    -

    враги, против которых дозволены ложь, предательства,

    убийства, насилия. И вступившему на (~ПУТЬ'>, даже в первую сте­
    пень, возврата нет, кроме как смерть.

    Община, исповедовавшая и проповедовавшая это страш­
    ное учение, бывшее бесспорно мистическим и вместе с тем ан­
    тирелигиозным, очень быстро завоевала твердые позиции в
    самых разных областях распадавшегося халифата.
    Никакого духовенства у них не было, но иерархия была
    очень строгая. Каждая община имела своих руководителей, ко­
    торым подчинялась совершенно беспрекословно. На смерть
    они шли совершенно не дрогнув, потому что за мученичес­
    кую смерть им гарантировалось место в антимире, где вечное

    блаженство. А чтобы они верили, что антимир действительно
    существует, что это не обман, им давали ПО курить гашиша
    самый обыкновенный наркотик,

    -

    -

    и они его видели! Видения

    у них были такие красочные, что за них стоило погибнуть.
    И как только на фоне меркнущего заката на небе появля­
    лась голубая звезда Зухра (планета Венера), исмаилиты прони­
    кали всюду и убивали ради убийства, сами оставаясь невиди­

    мыми. Ночь, символ тайны, бьmа их стихией. Они заключали
    тайные сделки, тайно дружили с тамплиерами, тайно вступа­

    ли в свое братство и, погибая под пытками, хранили тайну мо­
    тивов своих деяний.

    Наибольший успех имела карматская община Бахрейна,
    разорившая в

    929 г.

    Мекку. Карматы перебили паломников и

    похитили черный камень Каабы, который вернули лишь в 951 г.
    Губительными набегами карматы обескровили Сирию и Ирак,
    им удалось овладеть даже Мультаном в Индии, где они варвар­

    ски перебили население и разрушили дивное произведение ис­

    кусства

    -

    храм Адитьи 1.

    Не меньшее значение имело обращение в исмаилизм ча­
    сти берберов Атласа. Эти воинственные племена использова­

    ли проповедь псевдоислама для того, чтобы расправиться с
    завоевателями-арабами. Вождь восставших Убейдулла в

    907 г.

    короновался халифом, основав династию Фатимидов, потом­
    ков дочери пророка и Али. Его потомкам удалось покорить

    Египет.

    1

    СП б.,

    О политической истории карматов см.: мюл.лер А. История ислама.

    1895, т. II - III.

    197

    о
    «СТАРЕЦ ГОРЫ»
    Исмаилиты пытались таюке угвердиться в Иране и Сред­
    ней Азии, но натолкнулись на противодействие тюрков, снача­
    лa Махмуда Газневи, а потом сельджукских султанов. Несмотря
    на понесенные поражения, исмаилиты в конце ХН в. держались

    в Иране и Сирии. Честолюбивый Хасан Саббах, чиновник кан­
    целярии сельджукского султана Мелик-шаха, выгнанный за

    интриги, стал исмаилитским имамом. В

    1090 г. ему удалось ов­

    ладеть горной крепостью Аламуг в Дейлеме, и он стал называть­

    ся «старец горы», а позже исмаилиты приобрели и десяток кре­
    постей в горах Ливана и Антиливана.

    Однако не крепости бьmи главной опорой этих фанати­
    ков. Большая часть подданных «старца горы» жила в городах и

    селах, выдавая себя за мусульман или христиан. Мусульмане не
    считали их за единоверцев, и поэт ХН в. Усама ибн-Мункыз в
    «Книге назидания» рассказывает, что во время осады его замка

    его мать увела свою дочь на балкон над пропастью, чтобы стол­
    Kнyrь девушку в бездну, лишь бы она не попала в плен к исмаи­

    литам

    [126, с. 201].

    Попытки уничтожить этот орден бьmи все­

    гда неудачны, ибо каждого вазира или эмира, неудобного для
    исмаилитов, подстерегал неотразимый кинжал явного убийцы,
    жертвовавшего жизнью по велению своего старца.

    Хасан Саббах не ощущал недостатка в искренних привер­

    женцах. Так погиб в

    1092 г. вазир Низам аль- Мульк от кинжала

    фидаина. Так вИспахане ложнослепой нищий, прося проводить

    его до дому, заманивал мусульман в засаду, где доверчивого доб­
    ряка убивали. Но это бьmи мелочи. Хасан нашел способ сломать
    не социальную, а этническую систему. Он направил своих

    убийц на самых талантливых и энергичных эмирьв, место ко­
    торых, естественно, занимали менее способные, а то и вовсе

    бездарные тупицы и себялюбцы. А эти последние, занимая низ­
    шие должности, способствовали действиям исмаилитов, ибо
    знали, что кинжал фидаина откроет им путь на вершину влас­

    ти. Такой целенаправленный геноцид за

    50 лет превратил Сель­

    джукский султанат в бессистемное скопление небольших, но
    хищных княжеств, пожиравших друг друга, как пауки в банке.
    Наличие мощной антисистемы исмаилитов превратило

    борьбу христианства с исламом в трехстороннюю войну. Ис­
    маилиты бьmи врагами всех, но, как все, они нуждались в друзь­
    ях и искали их где могли, даже среди христиан. Православные

    198

    византийцы для исмаилитов не подходили; греки так обо­

    жглись на былом попустительстве павликианам, развязавшим
    восстание в

    IX в., что в ХН в. предпочитали иметь дело с сельд­

    жуками, у которых можно было запросто выкупать и обмени­
    вать пленников.

    Зато крестоносцы за полвека растеряли первоначальный
    религиозный порыв и поддались обаянию роскоши и неги Во­
    стока. Война из грандиозного столкновения «христианского·)
    И (,мусульманского,) миров превратилась в серию феодальных

    стычек, обычных для любой страны того времени. Исмаилиты
    держались в своих замках, пользуясь всеобщим беспорядком,

    и продавали услуги своих фидаинов феодалам, желавшим из­
    бавиться от того или иного соперника. Убийства приносили
    секте доход.

    о
    ОТРИЦАТЕЛЬНОЕ МИРООЩУЩЕНИЕ
    А теперь остановим караван нашего внимания для того,

    чтобы поразмыслить над уже сделанными описаниями. Как лег­
    ко было заметить, три большие суперэтнические системы со­

    провождались антисистемами, вернее, одной антисистемой,
    подобно тому как тени разных людей различаются друг от дру­
    га не по внутреннему наполнению, которого у теней вообще
    нет, а лишь по контурам.

    Какуже бьmо показано, провансальские катары, болгарские
    богомилы, малоазиатские павликиане, аравийские карматы, бер­
    берийские и иранские исмаилиты, имея множество этнографи­
    ческих и догматических различий, обладали одной общей чер­
    той

    -

    неприятием действительности, то есть метафизи­

    ческим нигилизмом. эта их особенность так бросалась в глаза
    всем исследователям, что возник соблазн усмотреть в ней про­
    явление классовой борьбы, которая в эпоху расцвета феодализ­
    ма, безусловно, имела место. Однако это завлекательное упро­
    щение при переходе на почву фактов наталкивается на непрео­
    долимые затруднения.

    Каково бьmо поведение самих еретиков? Феодалов они,
    конечно, убивали, но столь же беспощадно они расправлялись
    с крестьянами, отнимая их достояние и продавая их жен и де­

    тей в рабство. Социальный состав манихейских и исмаилит­
    ских общин был крайне пестрым . В их числе были попы-рас­
    стриги, нищие ремесленники и богатые купцы, крестьяне и

    199

    бродяги

    -

    искатели приключений и, наконец, профессиональ­

    ные воины, то есть феодалы, без которых длительная и удач­
    ная война была в те времена невозможна. В войске должны

    были быть люди, умеющие построить воинов в боевой поря­
    док, укрепить замок, организовать осаду. А в Х

    -

    ХIII вв. это

    умели только феодалы.
    Когда же исмаилитам удавалось одержать победу и захва­
    тить страну, например Египет, то они отнюдь не меняли соци­
    ального строя. Просто вожди исмаилитов становились на мес­

    та суннитских эмиров и также собирали подати с феллахов и
    пошлины с купцов. А превратившись в феодалов, они стали
    про водить религиозные преследования не хуже, чем сунниты.

    В

    121 О г.

    «старцы горы,> В Аламуте жгли «еретические,> (по их

    мнению) книги. Фатимидский халиф Хаки м повелел христиа­
    нам носить на одежде кресты, а евреям

    -

    бубенчики; мусульма­

    нам было разрешено торговать на базаре только ночью, а со­
    бак, обнаруженных на улицах, было велено убивать.

    И даже карматы Бахрейна, учредившие республику, каза­
    лось бы свободную от феодальных институтов, сочетали со­
    циальное равенство членов своей общины с государственным
    рабовладением. Как отметил востоковед Е. А. Беляев в книге
    «Мусульманское сектантство,>, «напряженная борьба, которую
    вели карматы против халифата и суннитского ислама, приня­

    ла с самого начала характер и форму сектантского движения.
    Поэтому карматы, будучи нетерпимыми фанатиками, направ­
    ляли свое оружие не только против суннитского халифата и
    его правителей, но и против всех тех, кто не воспринимал их
    учения и не входил в их организацию ... Нападения карматских
    вооруженных отрядов на мирных городских и сельских жи­

    телей сопровождались убийствами, грабежами и насилиями ...
    Уцелевших карматы брали в плен, обращали в рабство и про­
    давали на своих оживленных рынках наравне с другой добы­

    чей,>

    [8, с. 60].

    Естественно, что этот стереотип поведения оттолкнул от
    карматов широкие слои крестьян, горожан и д;vкe бедуинов,

    которые бьmи всегда готовы пограбить под любыми знамена­
    ми, но считали излишним убивать женщин и детей.
    Ну какая тут <·классовая борьба,>?!

    Но может быть, это все клевета врагов «свободной мыс­
    ли'> на вольнодумцев, осуждавших правителей за произвол, а

    духовенство

    -

    за невежество? Допустим, но почему тогда эти

    <·клеветники~ не возражали на критику своих порядков? Нега­
    тивная сторона еретических учений не оспаривалась, а о

    200

    позитивной французы и персы, греки и китайцы отзывались

    единодушно, причем явно без сговора. Но выслушаем и другую
    сторону

    -

    знаменитого поэта и идеолога исмаилизма Насир­

    и-Хосрова.

    Мыслитель считал, что «если убивать змей для нас обяза­

    тельно по согласному мнению людей, то убивать неверных
    для нас обязательно по приказу Бога Всевышнего, и невер­

    ный более змея, чем змея ... ·> [цит. по:
    его веры

    -

    12, с. 262].

    Высшая цель

    постижение людьми сокровенного знания и дос­

    тижение «ангелоподобия·>. Средство достижения

    -

    установ­

    ление власти Фатимидов, которое он мыслит следующим об­
    разом:

    Узнавши, что заняли Мекку потомки Фатьмы,
    Жар в теле и радость на сердце почувствуем мы.

    Прибудут одетые в белое l божьи войска;

    Месть бога над полчищем черных 2 , надеюсь, близка.
    Пусть саблею солнце из рода пророка-' взмахнет,
    Чтоб вымер потомков Аббаса безжалостный род,

    Чтоб стала земля бело-красною, словно хулла4,
    И истинной вере дошла до Багдада хвала.

    Обитель пророка

    -

    его золотые слова,

    А только наследник имеет на царство права 5 .

    И если на западе солнце взошло 6 , не страшись
    Из тьмы подземелий поднять свою голову ввысь.

    [12, с. 263]

    Перевод Л. Н. Гj!.мwшва.

    Стихи недвусмысленны. Это призыв к религиозной войне
    без какой бы то ни бьmо социальной про граммы. Следователь­
    но, движение исмаилитов не бьmо классовым, равно как и дви­
    жeHия катаров, богомилов и павликиан. Последние три тече­
    ния отличались от исмаилитства лишь тем, что не достигли

    политических успехов, после которых их перерождение в фе­
    одальные государства было бы неизбежно.

    1 Цвет Фатимидов.
    2 Цвет Аббасидов.

    3 Мустансир, халиф Египта. Фатимид
    4 ПЛащи бедуинов

    -

    (1036 - 1094).

    белые с красными полосами.

    5 Подразумевается происхождение Мустансира от Али и Фатьмы, до­

    чери пророка Мухаммеда. На самом деле родоначальником Фатимидов бьm
    У6ейдулла

    -

    пасынок Абдуллы и6н Маймуна, еврей. обращенный в исмаи­

    лизм.

    б Имеются в виду успехи войск Мустансира.

    201

    о
    ОГРАНИЧЕННОСТЬ ОТРИЦАНИЯ
    Как мы должны расценивать все сказанное выше с точки

    зрения географии? Казалось бы, фантасмагория какая-то, при
    чем туг география? Очень при чем! Мироощущение альбигой­
    цев, манихеев, павлики ан в Византии, исмаилитов и прочих

    -

    это система неrативной эколоrии. Не любя мир, манихеи

    не собирались его хранить, наоборот, они стремились к унич­
    тожению всего живого, всего-всего прекрасного. Вместо лю­
    бовной привязанности к миру и к людям они культивировали

    отвращение и ненависть. Должна бьша стать уничтоженной вся
    жизнь и биосфера там, где возобладала бы эта система. Но, к
    счастью, у манихеев возможности бьши ограниченны: победить
    до конца, реализовать свою идею целиком они не могли прин­
    ципиально.

    В самом деле, если бы манихеи достигли полной победы,
    то для удержания ее им пришлось бы отказаться от разруше­
    ния плоти и материи, то есть преступить тот самый принцип,

    ради которого они стремились к победе. Совершив эту измену
    самим себе, они должны были бы установить систему взаимо­
    отношений с соседями и с ландшафтами, среди которых они
    жили, то есть тот самый феодальный порядок, который был
    естественным при тогдашнем уровне техники и культуры. Сле­

    довательно, они перестали бы быть самими собой, а преврати­
    лись бы в собственную противоположность. Но это положение
    бьшо исключено необратимостью эволюции. Став на позицию
    проклятия жизни И приняв за канон ненависть к миру, нельзя

    исключить из этого собственное тело.
    Поэтому манихеи первым делом уничтожали свои собствен­
    ные тела и не оставляли потомства, так что этим все икончалось.

    Полного уничтожения биосферы в тех местах, где манихеи по­

    беждали, не происходило. И тем не менее это их отрицательное
    отношение ко всему живому явилосьлозунгом для могучего ере­

    тического движения, которое охватило весь Балканский полу­

    остров, большую часть Малой Азии, Северную Италию, Южную
    Францию и привело к неисчислимым жертвам.

    о

    ГЛАВА СЕАЬМАЯ

    ПАССИОНАРНЫЕ
    НдАЛОМЫ
    о
    МЕХАНИЗМ НАДЛОМА
    Акматическая фаза этногенеза недолговечна. Пассионар­
    ность, как огонь, и греет и сжигает. Перегревы в акматической
    фазе сменяются временными спадами, когда правительствам
    удается навести кое-какой порядок. Но следующая вспышка
    пассионарности ломает установившиеся нормы, и регион со­

    бытий опять становится ареной соперничества страстных и

    отчаянных персон, умеющих находить себе сторонников сре­
    ди субпассионариев

    -

    бродяг-солдат, кондотьеров, вольных

    стрелков, ландскнехтов, ценящих свою жизнь меньше, чем

    волю, добычу, успех.
    Хорошо еще, когда удается сплави)'ь таких людей за пре­

    делы страны: в Палестину, в Мексику, в Сибирь; тогда пассио­
    нарный уровень снижается, народу становится легче, прави­
    тельство может координировать ресурсы страны и с их помо­

    щью одерживать победы над соседями. Внешне этот спад
    пасси он арн ого напряжения кажется прогрессом, так как успе­

    хи затемняют подлинное снижение энергетического уровня.

    Такое, вполне поверхностное наблюдение находит подтверж­
    дение в последующем развитии культуры. При невысокой пас­

    сионарности и достаточных способностях люди самопрояв­
    ляются в областях, не связанных с риском: В искусстве, науке,

    преподавании и технических изобретениях. В предыдущую

    фазу они бы с мечами боролись за свои идеалы, а теперь они
    читают лекции о классиках и ставят эксперименты по теории

    203

    тяготения, как Ньютон и Галилей. А другие жгуг женщин, объяв­
    ленных ведьмами, как Шпренгер и Инститорис, и ученых, как
    Кальвин. А потом будет еще хуже.
    Спад пассионарности этнических систем проявляется мед­

    ленно. В угасающей системе еще долго появляются пассионар­

    ные особи, тревожащие соплеменников несбыточными стрем­
    лениями. Они всем мешают, и от них избавляются. Постепенно
    приближается уровень <'золотой посредственности·) Августа,
    крепкой власти базилевсов Македонской династии и упорядо­
    ченности великого кардинала Ришелье. Но процесс этого <'ум и ротворения,) долог и мучителен.

    Первая половина этой фазы носила в Европе название <,Воз­
    рождение·), хотя по сути дела бьmа вырождением; вторая назы­
    валась Реформацией, которая бьmа не только перестройкой ус­
    тарелых воззрений, но и поводом к жуткому кровопролитию и

    остановке в развитии наук и искусств на многие десятилетия 1.
    Но страсть охлаждается кровью мучеников и жертв. На местах
    пожарищ снова вырастает поросль сначала трав, потом кустов

    и, наконец, дубов. Эта смена фаз этногенеза столь значительна,
    что уделить ей особое внимание необходимо хотя бы уже пото­
    му, что меняются стереотип поведения, нормы нравственности
    и идеалы, то есть далекие прогнозы, ради которых людям стоит

    жить. Так, например, в бьmом <'христианском мире·) воцарилась
    <'религия прогресса·) и суперэтнос превратился в <'цивилизацию·).

    На примере перехода от фазы подъема к акматической мы
    уже видели, как чутко реагирует этническая система на изме­

    нение уровня пассионарного напряжения. Переход от акмати­

    ческой фазы к надлому не является исключением.
    После акматической фазы характер этногенного процес­

    са резко изменяется. Это явление отмечено. было еще до меня,
    хотя и не было объяснено, поскольку пассионарность бьmа не
    известна автору этого наблюдения

    -

    Арнольду ТоЙнби. Он от­

    метил, что время от времени в развитии, которое он рассмат­

    ривал как общественное, наступает то, что он назвал <'брейк
    даун·) (по-русски -1-Шдлам), после чего развитие продолжает­
    ся, но уже в смещенном виде. Меняется знак вектора, а иногда
    система разваливается на две-три системы и более, где разли­
    чия увеличиваются, а унаследованное сходство не исчезает, но

    отступает на второй план.

    I

    Лютер и Кальвин категорически не признавали открытий Коперни­

    ка, потому что об этом ничего не было сказано в Библии.

    204

    в романо-германской Европе фаза надлома пала на

    Началось с малого: французский король Филипп

    IV

    в

    XIV в.
    1307 г.

    арестовал тамплиеров по вымышленным обвинениям и казнил

    их в

    1314 г. В 1309 г. папский престол бьm переведен в Авиньон

    под контроль французской короны. Достоинство церкви и ры­
    царства бьmо попрано, а идея папской монархии уступила ме­
    сто политическим расчетам себялюбивых королей. Но это бьmо

    еще предвестие бури.

    Филипп

    Настоящий развал

    -

    lV Кpm;uвы.Й

    «Великая схизма,>

    (1370-1415 гг.) -

    раз­

    деление церкви на три лагеря, во главе которых стояли три папы,

    проклинавшие друг друга. Наконец, в

    141 О г. на папский престол

    взошел Бальтазар Косса, бывший пират, алчный, развратный,

    жестокий человек, без тени совести и искренней веры. Он бьm
    низложен Констанцским собором
    Австрию, и в Италии умер

    (1421

    (1415

    г.), с которого сбежал в

    г.) в сане кардинала (подробно­

    сти этой детективной биографии опустим). Характерно для эпо­

    хи то, что отношение общества к преступнику бьmо гуманным,
    а к искренним ученым, борцам за веру

    -

    беспощадным.

    Итак, западную христианскую церковь в

    XIV-XV вв. разо­

    ряли папы и кардиналы, превратившие ее в источник доходов,

    а защищали ее профессора: Виклиф в Оксфорде, Жерсон в Сор­
    бонне и Ян Гус в Праге. Большинство же населения Европы

    205

    стало либо индифферентно к религии, либо принимало учас­
    тие в «черных мессах», кощунственных мистериях оргиасти­

    ~eCKOГO характера: они предпочитали сатану

    -

    ХрисI)'. В чем

    механизм описанной здесь дивергенции?
    Средневековая католическая церковь (как подсистема су­

    перэтноса) для нормального функционирования требовала
    много пассионарной энергии со строго определенной доми­

    нантой. Излишняя энергия выбрасывалась из Европы в «крес­
    товые походы», что сообщало суперэтносу необходимую ста­
    бильность.
    Снижение уровня пассионарности привело к замещению

    ведущих блоков подсистемы либо гармоничными особями
    (шкурниками), либо субпассионариями, проникавшими на
    высокие должности благодаря непотизму (родственным свя­
    зям). Энергии для поддержания системы стало мало, и она на­

    чала давать сбои. Продажа индульгенций бьmа выгоднее и лег­
    че войны за Гроб Господень, изучения теологии, миссионерства
    и аскезы. Эгоистическая этика продиктовала новый стереотип
    поведения, а он, в свою очередь, привел к упрощению системы,

    причем пассионарии были вытеснены на окраины ее социаль­
    ного ареала.

    Упрощение системы всегда ведет к выбросу свободной
    энергии. Поскольку пути за границу суперэтноса оказались

    прегражденными, то несостоявшимся войнам и путешествен­
    никам пришлось обратиться к деятельности интеллектуальной,
    к творчеству, к реформаторству (этот период ХУI в. принято
    называть «Высоким Возрождением»). Но так как радости твор­
    чества доступны не всем, а пассионарность

    -

    феномен попу­

    ляционный, то там, где возникали «слабые места», люди прояв­

    ляли себя тем, что брались за оружие. Первый пример тому по­
    казали славяне.'lpадиция, при несенная св. Мефодием в Чехию,
    не умерла; она воскресла в начале

    XV в.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАДЛОМ В ЧЕХИИ
    В Европе пассионарный надлом начался в Чехии, на са­
    мой окраине христианского мира. Почему в Чехии? Чехия

    бьmа в стороне и никакого активного участия в войне гвель­

    фов и гибеллинов не принимала. Чехи поддерживали пап, но
    и с императорами не ссорились, стараясь быть подальше от
    всех этих немецких свар и склок, потому что чехи все-таки

    206

    славяне и немецкие дела им были не так близки, как самим
    немцам. Поляки бьmи от этого еще дальше, они вообще до­
    вольно вяло смотрели, как там немцы режуг друг друга. Поэто­
    му у них сохранился первичный заряд пассионарности, он не

    был еще растрачен, а ее уровень здесь с самого начала был от­
    носительно низким. И пока в Германии в эпоху Гогенштауфе­
    нов пассионарность была очень сильна, чехи помалкивали,
    вели мелкие войны с венграми, с австрийцами, и то неудачно:

    Рудольф Габсбургский разбил Пшемысла

    11 -

    чешского коро­

    ля, разгромил всю его конницу. Это для чехов большого зна­
    чения не имело, поскольку этот их король был им чужой, убеж­
    денный западник, то есть по образованию, воспитанию, куль­

    туре он был настоящий немец, хотя и носил славянское имя 1.
    После этого чехи выбрали себе королем люксембургского гер­
    цога Карла. Трудно сказать, кто он был

    -

    то ли немец, то ли

    француз. Да он и сам не интересовался этим, потому что Люк­

    сембург

    -

    маргинальная область, граница между французами

    и немцами, и там человек мог игнорировать такой вопрос.

    Карлу предложили престол в Чехии, он согласился и стал доб­
    росовестно заботиться о своих чешских подданных, постро­
    ил им университет, роскошный

    -

    один из самых лучших в Ев­

    ропе. Отсюда-то все и пошло 2 .
    Дело в том, что в средневековых университетах жизнь сту­

    дентов и профессоров шла по линии внутренней самооргани­
    зaции. Они жили одной группой, одной корпорацией, а орга­
    низовывались по нациям (землячествам). Голосование в ученом
    совете шло по нациям, студенты носили значки и кокарды тоже

    по нациям, выпивали

    -

    по нациям, дрались тоже. А деление по

    нациям устанавливалось ученым советом. И в Праге бьmи че­
    тыре нации: баварцы, саксонцы, поляки и чехи, то есть две на­
    ции чисто немецкие

    I

    ОmmОlCар

    11 -

    -

    верхненемецкая и нижненемецкая, а под

    последний славянский король Чехии, потомок крес­

    тьянина Пшемысла, выбранного в короли и завещавшего как реликвию свои

    лапти потомкам. OrтoKap

    II

    и его двор увлеклись блестящим церемониа­

    лом рыцарской Германии. Оттокар

    II усердно строил города для немецких

    колонистов, чем ограничил права крестьян и чешской знати. Присоеди­

    нив в

    1252 г. Австрию,

    он превратил Богемское королевство в этническую

    (германо-славянскую) химеру. Рудольф
    рами и половцами, разбил Оттокара
    пал в бою

    1 Габсбург, заключив союз с венг­
    II на Мархском поле в 1278 г. OrтoKap

    [25, т. 7, с. 709-711].

    2 Пассионарный толчок, поднявший славянство и византийство, бьш

    в

    1 в.,

    а герман о-французский

    -

    в

    IX в.

    Отсюда несходство в традициях и

    фазах этногенеза, что ускорило надлом суперэтнического поля.

    207

    поляками понимались немцы Ливонского ордена, но отнюдь
    не поляки, потому что польская IIUIЯхта в это время травила зай­
    цев, пила водку и мед и в университетах обучаться не очень-то

    стремилась. Таким образом, три нации бьmи немецкие, а одна
    чешская, то есть чешская оказывалась в меньшинстве.

    Карл очень беспокоился о своих чехах, он стремился со­
    здать им условия, чтобы они могли в своем собственном уни­

    верситете чувствовать себя спокойно, поэтому ректором все­
    таки был чех. И даже когда король умер и его сменил пьяница

    Венцеслав, то и тогда эта политика продолжаласы, и ректо­
    ром оказался профессор богословия чех Ян Гус, который очень
    хорошо преподавал на чешском языке, переводил латинские

    тексты на чешский язык Он говорил: «Мы же чехи, мы в своей

    стране, при чем тут немцы!»2 А половина населения Праги
    были немцы. В Кутенберге (Кутна Гора) богатый рудник близ­
    ко от Праги

    -

    там были рудокопы-немцы, и в больших горо­

    дах Богемского королевства сидели немцы. Чехи составляли

    мелкое дворянство и крестьянство, а бюргеры и крупное дво­
    рянство делились на чешское онемеченное и просто немец­

    кое. И вот с университета и началась свалка между чехами и

    немцами. Сюда добавился еще один момент: Гус, человек очень
    набожный и искренний, решил, что пора наконец исправить
    безобразия, которые творятся в церкви. Например, если свя­
    щенник католической церкви совершил уголовное преступ­

    ление, то его надо судить на общих основаниях, а не освобож­
    дать от наказания под видом духовного суда, где все заблато­
    вано; осудил Гус и индульгенции, ибо, считал он, грехи за
    деньги не отпускаются; осудил он целый ряд таких злоупот­

    реблений. Кончилось это дело трагически, когда был созван
    собор в Констанце. Созван он бьm для того, чтобы отрешить
    папу Иоанна ХХIII. Папа этот бьm настоящий разбойник, су­
    мевший пролезть на папский престол. Дело вскрыл ось, и его

    решили все-таки низложить. Туда же вызвали и Гуса, чтобы су­
    дить их обоих одновременно

    -

    первого за уголовные преступ­

    ления и за жульничество, а второго за ересь. Результат был
    1 Король Вацлав (Венцеслав) 'У в

    1409 г.

    издал Кyrноroрский декрет,

    по которому во всех важных университетских делах чехи имеют три голо­

    са, а -тевтоны., то есть иностранцы,

    -

    только один. Тогда немецкие про­

    фессора покинули Пражский университет, ректором коего стал Ян Гус
    т.

    [127,

    11, с. 134-139].
    2

    О национальном подъеме у чехов существует огромная литература

    не только на русском, но еще больше на иностранных языках (как старая,

    так и новая), приводить ее здесь нецелесообразно.

    208

    такой. Иоанн, увидев, что благополучный исход невозможен,
    убежал из Констанцы с деньгами и остаток жизни провел спо­
    койно в Италии в полном благоденствии и благодушии, а Гуса,

    которому перед собором дали Охранную грамоту, большин­
    ством в один голос собор присудил' к казни, и этим одним го­
    лосом был голос императора Священной Римской империи

    -

    венгерского короля Сигизмунда, брата Венцеслава Чешского

    (1415 г.).
    Фаза надлома поведенческого стереотипа, именуемая эпо­
    хой Возрождения, характеризуется текстом Охранной грамо­

    ты императора Сигизмунда магистру Яну Гусу и последующим
    нарушением ее самим императором [см.:

    15, с. 11]. И магистр и

    император бьmи людьми фазы надлома, но с разными доми­
    нантами. Поэтому мотивировки их поступков заслуживают
    внимания.

    Сигизмунд, выслушав окончательный результат, побледнел
    и затрясся, как будто бы должен бьm произнести приговор над
    самим собою: он знал, что от него зависели свобода и жизнь

    Гуса. Гробовое молчание воцарилось под сенью храма, когда
    отзвучала последняя речь и Сигизмунда спросили: «Ваше вели­
    чество император! Каково будет ваше окончательное решение:
    за учение Гуса или против? Признаете ли вы его еретиком, за­
    служивающим смерти? .. >
    Вопрошаемый взволнованным голосом ответил так: <Лро­
    должаю утверждать, что Гус

    -

    еретик и по праву вполне заслу­

    живает смерти сожжением, если не отречется

    ... »

    Тогда Гус мужественно спросил: «Ваше императорское ве­
    личество, ужель вы можете так поступить в унижение своей ко­

    роны и немецкой чести? Ужель сами уничтожаете свою Охран­
    ную грамоту, утвержденную вашей печатью и подписью, беря
    на свою голову преступление и вероломство? Не о моей жизни
    речь, но о вашем честном имени

    ... »

    «Я действительно обещал тебе, еретик, безопасный проезд,
    но только сюда, а это ты получил. Обратного же пути я не обе­
    щал ... Твое требование неосновательно. Тебя осудил Собор боль­
    шинством голосов»

    -

    так ответил Сигизмунд.

    Все были столь разгорячены, что ломали столы и броса­
    лись обломками их. Во время этого шума государь удалился.
    Мог бы удалиться и Гус, если бы захотел. Он, однако, возвра­
    тился в свою тюрьму. Когда в храме никого уже не бьmо, про­
    тивники Гуса хватились его. ОНИ распорядились ударить в на­

    бат и сторожить городские ворота, чтобы он не мог убежать
    из города. Однако, войдя в тюрьму, они нашли Гуса стоящим

    209

    на коленях и усердно молящимся. Стражи не заперли даже

    дверей тюрьмы и любовались благородством души Гуса
    с.

    [111,

    254-272, 282-284].

    ОсужденШ! Яна Гуса

    Ян Гус идет на казнь
    Миниатюры из Консmaнцск;ой хроники

    1417 г.

    Будь это тихое время, спокойное, все сочувствующие Гусу

    чехи почесали бы в затьmках и сказали: «Во, чего немцы-то с на­
    шими делают»

    -

    и разошлись бы пить пиво. Но время бьmо бур­

    ное, и в Чехии вспыхнуло восстание: «Как? Нашего профессора!
    Кто сжег?»

    -

    «Немцы».

    -

    «Бей немцев!» И ведь не случись это дело

    210

    с !усом, случилось бы что-нибудь другое, что стало бы причи­

    ной побоища. Чехи видеть не могли немцев. Их тошнило от нем­
    цев

    -

    и в университете, и на площадях, и в торговой жизни, и на

    охоте, всегда, когда они встречались. И все-таки на раскачку пос­

    ле казни !Уса понадобилось четыре года, то есть восстание в
    Праге бьmо, конечно, не просто результатом возмущения по по­
    воду невинной гибели профессора, обманутого и замученного.
    Это бьm взрыв накопленной пассионарности, ее реализация в
    момент столкновения с уже растраченной и сниженной пасси­

    онарностью немцев. Поднялись студенты и потребовали, чтобы
    все три немецкие нации вместе имели равное ЧИOIО голосов с

    чехами, поскольку университет чешский. При этом чешские сту­

    денты отлупили немецких. Драки бьmи и вне стен университета.
    Сторонники немцев и императора Сигизмунда шли по улице, на

    них напали, забили до смерти. Толпа чехов ворвалась в ратушу и
    всех католических депутатов

    ла из окна

    -

    -

    немецких чиновников

    -

    выкину­

    это верная смерть, там высоко. ПОOIе этого жители

    Праги заявили немцам: «Мы вас не знаем, папу не признаем,
    папа

    -

    антихрист, а вера у нас истинно Христова. И обряды ис­

    тинные мы знаем: вот там, у русских и у греков, совершенно пра­
    BильHo из чаши причащают и мирян и священников, а вы миря­

    нам облатку даете, а из чаши только священники пьют. Так нехо­
    рошо». Немцы, император и папа заявили, конечно, что все это

    жуткая ересь и чехов надо наказать»
    зать!» И пошло ... С

    1... «А, - сказали чехи, - нака­
    1419 по 1438 г. шла война, состоявшая из бес­

    конечных набегов.
    Одна Чехия воевала против всей немецкой империи и даже
    сталкивалась с Польшей, хотя поляки старались соблюдать ней­

    тралитет. На знамени у чехов бьmа чаша, из которой они хотели
    получать причастие в виде хлеба и вина, а на знамени католиков
    бьm крест латинский

    -

    то и другое атрибуты христианской ре­

    лигии. Собственно говоря, в той же соседней Польше бьmи пра­

    BOOIaBHbIe, которые пользовались чашей при причастии, и бьmи
    католики-поляки, которые имели свой латинский крест, такой
    длинный, вытянутый, но при этом и те и другие великолепно

    жили в мире, так что, очевидно, не религиозные лозунги бьmи
    причиной этой невероятно жестокой войны, которая унесла

    1 В воскресенье

    17 марта (1450 г.)

    по приказанию папского легата>

    находившегося в то время вместе с Сигизмундом, королем римским и вен­
    герским, в городе Братислава, бьm объявлен на проповедях по храмам кре­
    стовый поход против богемцев, особенно против ревнителей причащения
    чашей, как против еретиков и врагов церкви римской.)

    211

    [93, с. 50].

    свыше половины населения Чехии и соответсгвенно немножко

    меньше в окрестных немецких странах. Важно то, что чехи от­

    били все кресговые походы, которые бьmи направлены против
    Праги, они сами вторгались в Баварию, в Бранденбург, в Саксо­
    нию, доходили до Балтийского моря: используя новую тактику

    -

    езду на телегах; э1)' тактику они, очевидно, через венгерских по­

    ловцев заимствовали от монголов. Способ защиты с телег, спо­
    соб строительства лагеря из телег

    -

    чисто кочевнический. Ян

    жижка сражался в польском войске, так что он великолепно знал
    восточные обычаи, он ввел Э1У новую тактику; против которой

    рыцарская тяжелая конница бьmа бессильна.
    Кончилось тем, что маленькая Чехия, не поддержанная ни
    Моравией, которая осталась католической, ни Венгрией, ни

    Польшей, которая избрала католицизм, удержал ась против всей
    Германии, то есгь против почти всей объединенной Европы. Не
    принимали участия в крестовых походах на гуситов только

    французы и англичане; французы в это время предавали свою
    спасительницу Жанну д'Арк, а англичане ее жгли, поэтому им

    бьmо некогда. Но одна маленькая Чехия удержал ась против всех,
    значит, пассионарный уровень среди чехов оказался в это вре­

    мя гораздо выше, чем у немцев. Однако чехи немедленно разде­
    лились, как все сильные пассионарии, и перебили друг друга.

    В

    1420 г. чехов бьmо 3 млн. После битвы при Белой Горе (1618 г.)
    800 тыс. [123, ч. 1, с. 180]. Почему? Гуситы

    чехов осталось всего

    разделились на три партии: крайние табориты, которые вооб­
    ще не хотели признавать ни церковь, ни священство; <'сироты»,

    или сторонники полководца Яна жижки (после его смерти они
    назвали себя <·сироты,», которые признавали церковь, но кате­
    горически отрицали всякое духовенство и компромиссы с нем­

    цами; утраквисты (чашники), которые боролись за то правосла­
    вие, какое бьmо на востоке

    -

    в Византии и России. Утраквисгы

    готовы бьmи на любой компромисс, лишь бы найти какой-то

    способ существования без немцев. Это бьmо население Праги.
    А бьmи там и другие партии, помельче, например адамиты, ко­

    торые бегали голыми, как Адам, грабили путников и не призна­
    вали вообще ничего. Их перехватал и всех сжег или перевешал
    сам Ян Жижка

    В

    1434 г.

    -

    вождь гуситов. Грабили все при этом жутко.

    три партии схватились между собой, произошел бой

    при Липанах, в результате которого чашники одержали победу
    над крайними и перебили их. Таким способом бьmо снижено
    пассионарное напряжение в Чехии и бьmи усмирены те совер­
    шенно жуткие зверства, которые в этой несчастной маленькой
    стране происходили. Испытываешь потрясение, когда читаешь,

    212

    например, о том, как немецкие рудокопы Кутенберга кидали за­
    хваченных чешских гуситов в шахты и смотрели, как они там с

    переломанными ногами и руками умирают. А когда их Жижка
    захватил и они стояли на коленях и просили пощады, то поща­

    ды им не давали. жижка не любил щаДить немцев.
    Вот эта ничем не обоснованная жестокость, дошедшая до
    взаимоистребления, и является в этническом плане очень по­
    казательноЙ.

    Вспомним битву при Фонтанэ в

    841

    г. (Мы уже говорили

    о ней, разбираясь с фазой подъема.) Там немцы и французы

    после боя носили раненым врагам воду, мотивируя это тем, что
    они люди свои, хотя и принадлежат к разным партиям. Имен­
    но такой характер поведения указывает на наличие суперэт­

    нической целостности. Не зря мы говорили, что

    841

    год

    -

    год

    рождения «христианского мира·), поскольку до того ничего

    подобного при войнах в Европе не было. Дело в том, что внут­
    ри любого суперэтноса, конечно, идут войны, проливается

    кровь, творятся жестокости, но, обусловленные самой войной,
    они никогда не превращаются во взаимоистребление

    -

    люди

    помнят, что воюют хоть и не с соседями по улице, но и не с
    совсем чужими, не с «дикарями·).

    Все так, но ведь немцы и чехи в

    xv в. тоже принадлежали к

    тому же самому «христианскому миру·)! В чем же причина этих
    перемен в поведении? Конечно, можно сказать, что суперэтнос­
    то один, но чехи
    А что же поляки

    -

    -

    славяне, а немцы

    -

    германцы. Ну, хорошо.

    не славяне? Славяне, и это не мешало им ви­

    деть в украинцах и белорусах (тоже славянах) даже не людей, а
    просто «быдло·), то есть воспринимать их наравне со скотиной.

    И тоже не случайно

    -

    суперэтносы-то были разные, а при кон­

    такте на уровне суперэтноса различия столь велики, что чужое
    кажется противоестественным.

    Выходит, немцы и чехи в

    xv в. почему-то утратили чувство

    суперэтнического единства, стали ощущать себя такими же чуж­
    дыми, как немцы и русские, и относиться начали друг к другу

    соответственно, тем более во время войны, что сразу стало за­
    метно.

    И действительно, гуситские войны бьmи первой вспышкой,
    которая показывала, что в суперэтносе начинается новый про­

    цесс

    -

    дивергенция. Недаром Гус сказал: «Я-то гусь «<гус·)

    -

    это

    и есть «гус ь» ), а за мной придет лебедь.). И этот лебедь пришел
    через сто лет. Звали его Мартин Лютер, и проповедовал он
    тоже только некоторые улучшения норм религии, точнее
    культа.

    213

    -

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАДЛОМ В ГЕРМАНИИ
    В

    1517 г. Мартин Лютер прибил в Виттенберге к дверям цер­

    кви свои девяносто пять тезисов, по которым он считал себя не­
    согласным с католической церковью. Если бы в наше время, в

    хх в., кто-нибудь прибил тезис к дверям где-нибудь в Лондоне:
    (·Я не согласен с английской конституцией и постановлением

    парламента», ему сказали бы: (·Ну, иди домой·). И этим все кончи­

    лось бы. Но это бьmо средневековье

    -

    (·страшная·) эпоха. Все ска­

    зали: (·Как так, этот монах не согласен с тем, во что мы, весь хри­

    стианский мир, веруем? Давайте разберем, какие у него доводы,
    устроим диспут, он имеет право выслушать возражения·). И уст­

    роили. И кто бы, вы думали, председательствовал на этом диспу­
    те? Император Карл V Габсбург, во владениях которого (-не захо­
    дило солнце·): он бьm императором Германии, правителем Ни­
    дерландов

    -

    это бьm его наследственный домен, еще бьmо у него

    Испанское королевство, испанские владения в Америке, Филип­

    пины, Неаполитанское королевство, Милан вЛомбардии. Он бьm
    председателем на этом диспуте. Рядом с ним сидел папский ле­

    гат

    -

    богослов, который должен бьm спорить с наглым монахом.

    МаpmuнЛюmeр
    гравюраЛук:аса Кранаха Старшего

    214

    По правую сторону от представителей духовной и светской вла­

    сти бьши все магнаты Германской империи и послы из сосед­
    них католических государств, полевую сторону

    -

    духовные лица.

    Привели Лютера и говорят: «Спорь! Огстаивай свои тезисы'). Он
    смешался. Карл посмотрел на него и сказал: «Я думал это чело­
    век .. а он дрянь. Ну; ладно, завтра приведите его к отречению и
    отпустите. Что с ним разговаривать·). А Лютер за ночь-то переду­
    мал все, и, когда его на следующий день привели отрекаться, он

    сказал: <Я здесь стою и не MOry иначе·). И пошел крыть доводами,

    очень вескими. Половину собрания переубедил. Его решили аре­
    стовать

    -

    такое случалось. Герцог Саксонский успел его спасти,

    дал ему всадников, конвой, увез в один из своих замков и там

    спрятал. Идеи Лютера пошли по всей Европе, а сам он сидел ти­

    хонько и переводил Библию, чтобы занять свободное время, ко­
    торого у него теперь бьшо много. Огсюда пошел раскол супе­

    рэтнического поля: «Вормский эдикт·)

    1521

    г.).

    Ясно, что дело, очевидно, не в том, что Лютер говорил. По­

    давляющая часть европейцев была безграмотна, а у тех, кто
    были грамотны, тоже бьшо не очень много времени, чтобы чи­
    тать и изучать все эти принципы, взвешивать аргументы, срав­

    нивать, что правильнее: следовать Преданию или Писанию ..для

    этого Писание надо было хорошо знать, а оно толстое, да еще
    на латинском языке

    -

    трудно читать. Как надо понимать пре­

    существление во время мессы? Или предопределение? Какое
    учение о спасении правильнее?. Господи, да некогда! Но тем не
    менее вся Европа разделилась на протестантов и католиков,
    потому что каждый, толком не зная, за что он, точно знал, про­

    тив кого он. А кроме того, все без исключения
    Норвегии до Южной Испании,

    -

    -

    от Северной

    все были недовольны и не

    удовлетворены той системой католической средневековой

    мысли, которая была прилажена для эпохи подъема и которая
    очень хорошо работала при акматической фазе.
    I

    Карл

    V (1500-1558) 6

    мая

    1521

    'г. издал в Вормсе эдикт о провозгла­

    шении Лютера еретиком, но не бьVI поддержан князьями, рыцарством и
    городами. Лютер публично сжег папскую буллу с требованием отречения
    от своего учения и в письме к одному из своих друзей, Спалатину, объявил
    папу Льва Х антихристом. Надо отметить, что оформула отлучения от цер­

    кви·), возникшая в Х1II в. и постоянно ynотреблявшаяся в

    XV1-XV1II

    вв., со­

    держит повод для такого обвинения: оВзываю к тебе, сатана, со всеми по­
    сланниками, да не примут они покоя, пока не доведут этого грешника до

    вечного стыда, пока не погубят его вода или веревка ... Предписываю тебе,
    сатана, со всеми твоими посланниками, чтобы, как я гашу теперь эти све­
    тильники, так ты погасил свет его очей·) (там же, с.

    213). 1рудно дать в руки

    врагов папства более веский аргумент о союзе папы с дьяволом.

    215

    Кальвинисты разрушают статуи

    и священные сосуды в храме

    о
    РЕФОРtv\AЦИЯ

    -

    ИНДИКАТОР HAДt\Otv\A

    Явно выступил на поверхность новый поведенческий им­

    ператив

    -

    реактивный императив фазы надлама. Формулиру­

    ется он просто: «Мы устали от великих! Дайте пожить!» И те­

    перь им нужно было что-то другое, потому что старая система
    не отвечала ни накопленному уровню знаний, ни растрачен­
    ному уровню доблести и мужества, ни сложившимся экономи­
    чески м отношениям, ни бытовым заимствованиям и нравам,
    вообще ничему.

    Реформы, в сущности, бьUIИ необходимы для обеих сторон,
    и обо всем можно бьUIО мирно договориться. Но весь фокус в
    том, что договариваться никто не хотел. По существу, равны­

    ми реформаторами были не только несчастный Гус и счаст­
    ливый его последователь Лютер, не только страшный Каль­
    вин, обративший в свою кальвинистскую веру Женеву и по­
    ловину Южной Франции, не только мечтатель Цвингли, не

    только прохвост и жулик Иоанн Лейденский, который, провоз­
    гласив «царство Сиона», залил кровью поверивший ему город
    Мюнстер, но и такие католические деятели, как Савонарола

    Савонарола
    Бюст в соборе Св. Марка во Флоренции

    217

    -

    истинно верующий доминиканский монах, который заявил:
    <,Хватит рисовать проститугок в церквах под видом святых,

    художники шалят, а нам каково молиться?» Кончил Савонаро­

    ла свои дни на костре, унеся в небытие большое количество
    произведений подлинного искусства из-за того, что решил

    бороться против неуместной в храмах порнографии. Таким
    же реформатором был и испанский офицер, раненный в ногу,
    Игнатий Лойола, который решил, что бороться с Реформаци­
    ей надо теми же средствами, которыми борется Реформация
    с католической церковью, то есть воспитывать жертвенных

    людей и учить их католицизму. Учить! Доминиканский орден

    -

    ученый орден. Доминиканцы учились сами, они сидели и зуб­
    рили латынь, Августина, Писание

    -

    сложные вещи; карты им

    бьmи запрещены, все развлечения запрещены, так они, бедные,
    придумали костяшки-домино, это им никто не удосужился зап­

    ретить, и играли в свободное время.
    Францисканцы -это бьm нищий орден. Они ничему не учи­

    лись, подпоясывали свою верблюжью рясу веревкой, ходили и
    проповедовали массам учение католической церкви

    -

    как в го­

    лову придет. Но проповедь ни тех, ни других не могла соперни­

    чать с обыкновенным светским школьным обучением, поэтому
    основатель ордена иезуитов Игнатий Лойола поставил задачу:

    надо учить детей католичеству, тогда они будут не падки на про­
    тестантизм, не будут протестовать. Сначала он никого не мог
    увлечь, его выслушивали, но отходили и занимались своими де­

    лами. За два десятка лету него появилось шесть искренних и вер­

    ных сторонников. Только шесть человек, которые согласились
    войти в основанный им орден, и он умер, оставив орден из шес­

    ти братьев. Но уже его преемник, португалец Франциск Ксавье,
    сумел широко развернуть дело своего учителя, так что в орден

    вошло много монахов, которые посвятили себя школьному об­
    разованию. Они стали учить детей, и, по существу, в ряде стран, в
    частности в Испании, отчасти во Франции и в Италии, им уда­
    лось остановить развитие протестантизма.

    Конечно, Лойола был человек незаурядный, хотя и пустил
    реформаторское движение не по принципу ломки, а по прин­
    ципу сохранения, реставрации

    -

    это тоже переделка. Но поче­

    му именно Испания ему отдал ась почти беспрепятственно? Раз­
    беремся.
    Надо сказать, что Европе в этот страшный период пассио­
    нарного перегрева повезло по сравнению с другими суперэт­

    ническими целостностями. Во-первых, она находилась на ок­
    раине континента, окруженная морями со всех сторон. Она не

    218

    испытала вторжений извне и таких вмешательств, которые бы
    нарушили ход процессов. К тому же очень полезным челове­

    ком в это время оказался Христофор Колумб. Он вовремя от­
    крьm Америку. Конечно, если бы не сделал этого он, то сделал

    бы это Кабот или еще кто-нибудь. Факт в том, что Америка, про
    которую уже знали, что она существует, и даже индейцев

    при возили, чтобы доказать наличие там жителей, до ХУ! в. ни­
    кого не интересовала. А туг те испанские идальго, то есть ни­
    щие дворяне, которые обеспечили королям Кастилии и Порту­

    галии победу над мусульманами, но у которых были только
    плащ, шпага и, в лучшем случае, конь, оказались без дела. Очень
    хорошо. Все они и отправились в Америку, и там они нашли себе
    применение.

    А в Испании оставались люди спокойные, тихие, которым
    меньше всего хотелось спорить с начальством, и поэтому они
    приняли то новое исповедание, которое под видом восстанов­
    ления старого предложила католическая церковь.

    Более подробно останавливаться на сюжетах, связанных
    с Германией и Испанией, не буду. Скажу лишь, что кончился

    спор, начатый Лютером, Вестфальским миром

    1648 г.,

    когда

    Германия за тридцать лет непрерывной войны потеряла

    75%

    своего населения. Перед началом войны в Германии было

    16 млн человек, по
    346]1.

    окончании войны

    - 4 млн [75, т. 11, с. 307-

    3/4 населения - 40 % город­
    60 % сельского (12-13 млн). В этой связи интересна депопуля­
    ция Чехии. В 1420 г. чехов было 3 млн., а в 1618 г. после битвы на Белой
    Горе - всего 800 тыс. человек [123, с. 180]. Это показывает, что лозунги
    1 При этом примеч~тельно, что погибло

    ского и

    Реформации были не причиной, а индикатором смены знака, или над­
    лома, то есть начала упрощения системы. Про верим этот вывод на при­

    мере Галлии [см.:

    считывало

    6,7

    125,

    с.

    33-43].

    В

    млн человек, а во

    1 в. до
    II в. н.

    н. э. население этой страны на­

    э. после жестокого завоевания

    Цезарем, восстаний и гражданской войны против Нерона

    век. Вторжение германцев в

    IV-V вв.,

    к обезлюдению страны, но около
    ление достигло

    - 8 млн

    чело­

    казалось бы, должно было повести

    1000 г.

    при первых Капетингах насе­

    9 млн, В три раза превысив население Германии, где меж­

    ду Эльбой и Роной обитало

    3 млн

    ческой фазе во Франции уже жило

    человек [там же, с.

    18 млн



    26-27]. В акмати­
    1328 г.), но победувСтолет­

    ней войне одержала Англия, где имелось всего

    3 млн

    жителей [там же,

    57], и население Франции после объединения ее Людовиком ХI состав­
    ляло всего 15 млн [там же, с. 43]. Даже эти отрывочные данные позволя­
    с.

    ют сделать вывод, что характеристика фаз определяется естественным
    процессом этногенеза, а не культурными сдвигами и кризисом, хотя по­

    следние часто совпадают с ними.

    219

    ~
    ~

    ~

    :.:

    СЕВЕРН

    ~

    МОРЕ

    ~

    ::.::

    :.:
    '-'
    ~

    ".

    ::.::
    е-.

    ~
    ~

    t:::
    е-.

    ~

    ~

    :ЦУ'р

    Q

    ;;

    Мадрид

    "ГtЮдuoна.

    ~
    ~

    .

    о,с,рдин~
    СРЕДИЗЕМНОЕ ~
    ••

    Фаза надлама в заnaдноеврoneйClooм суneрзmносе.

    О Е

    Центр

    ...

    и н.пре_лени"

    :lКСПIlНСИИ протестlНТИIМ8

    дата перехода от католичества

    к лютеранству

    Дата перехоД8 от католичестве к К8n ... ИНИIМУ

    ГреНИЦЬI
    ГОСУAlрст.

    МОРЕ

    Реформация и Контрреформация

    3ОН .ЛИ"НИЯ веромспов"нии

    (1571-1648)

    Битва при Креcu

    (J 346 z.)

    Сами понимаете, что здесь люди погибли не сголько в боях.
    В боях вооруженные люди себя берегут, они сами на рожон не
    полезут и к себе близко противника не пускают; в любой войне

    так Погибло несчастное мирное население, которое грабили
    всеми способами солдаты всех армий, потому что в то время
    война кормила войну. Таковы бьmи события этой жуткой эпо­
    хи. Каждая страна Европы по-своему участвовала в них.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАдЛОМ В АНГЛИИ
    Несколько позже, чем в осгальных сгранах, начался над­

    лом в Англии. Объяснить такое запаздывание просто: Британ­
    ские острова лежали за пределами полосы, по которой прошел

    222

    толчок IX в. Англия получила пассионарность импортную. Сна­
    чала на остров пришли норвежские и датские викинги, кото­
    рые захватили англосаксонские королевства, долгое время дер­

    жали их в своей власти, ну и, конечно, рассеяли свой генофонд

    по популяции. Потом Англию захватили норманны из Норман­

    дии

    -

    это офранцуженные норвежцы. Эти повторили туже опе­

    рацию. И наконец, когда норманнская династия кончилась, в

    ХН в. из Пуатье бьm приглашен родственник покойной коро­
    левы Матильды, Анри Плантагенет (мы его упоминали). Этот
    француз привез с собой массу своих земляков, поскольку боль­

    ше любил Францию и свои французские владения, чем Англию,
    которую унаследовал. Но кто же отказывается, когда дают ко­
    рону! Тогда, естественно, произошло новое внедрение пассио­
    нарности в массу английского населения. В результате Англия

    оказалась страной с уровнем пассионарности не меньшим, чем
    ее соседи

    -

    Северная Германия или Франция, но произошло это

    позже, нежели во Франции и Германии,

    -

    уже в конце XVI

    -

    на­

    чале XVП в. Поэтому Англия, где прошла и страшная Столетняя
    война, унесшая массу жизней, и Тридцатилетняя война Алой и
    Белой розы, через сто лет оправилась, и появилось здесь опять
    огромное количество пассионариев.

    Пассионарность, которая в Англии была сначала достоя­
    нием феодалов и приносилась в страну то норманнскими ры­

    царями, то анжуйскими баронами, то викингами, совершенно
    естественно в результате случайных связей перешла в среду

    йоменов

    -

    свободных крестьян (несвободных в

    XV в.

    уже не

    бьmо, они вывелись), в среду членов кланов в Шотландии, в сре­
    ду горожан. И в XVI в. Англия также набухала пасси он арностью,
    как и за сто лет перед этим. Тогда появились при королеве Ели­
    завете английские корсары.
    Должен сказать, что этот пассионарный момент в значи­
    тельной степени определяет политику самОй Англии как дер­

    жавы на фоне европейского концерта политических сил.

    Самой сильной страной в XVI в. бьmа Испания, обладавшая
    колоссальными владениями в Америке и посылавшая ежегод­

    но караваны с золотом на галионах через Атлантический оке­
    ан, так что испанские короли бьmи самыми богатыми людьми

    -

    в смысле золота. У англичан золота не бьmо, и достать им его

    бьmо негде: те золотоносные места, которыми завладели испан­
    цы, бьmи уже заняты, а те места, где можно было поселиться
    англичанам, бьmи бесперспективны в смысле быстрого обога­
    щения. Следовательно, самое выгодное и самое простое бьmо
    грабить испанцев.

    223

    -

    И англичане занялись этим с подлинной страстью, с энту­

    зиазмом и не без успеха. Такие корсары, как Вальтер Ралей,
    Фрэнсис Дрейк, Фробишер, Гоукинс, опустошали испанские
    прибрежные города, уничтожая местное население, и захваты­

    вали караваны с золотом. Причем им удалось даже объехать
    вокруг мыса Горн и пройти в Тихий океан, где уж испанцы ни­
    как не ожидали нападения, и ограбить там испанские города.
    А это в свою очередь повлияло на общественное мнение
    Англии, потому что эти счастливчики, возвращавшиеся с боль­
    шим количеством золота, приобретали друзей и подруг, а че­
    рез таковых они уже обращали настроение английского об­
    щества СВ данном случае уже не столько этноса, сколько об­
    щества) против Испании, потому что испанцев бьmо выгодно
    грабить.
    Конечно, для этого нужно было иметь и какую-то идей­

    ную основу. Основа была простая: испанцы

    -

    католики, сле­

    довательно, мы перейдем в протестантизм. И протестантизм
    в Англии восторжествовал, хотя перед этим королева Мария,

    прозванная Кровавой, сестра Елизаветы, была ревностной сто­
    ронницей Испании. Марию не поддержали, и католики оказа­

    лись в изоляции. И наоборот, Елизавету, которая казнила не
    меньшее количество людей, чем ее сестрица, поддержали, на­

    звали «Девственница-королева». О, это была хорошая короле­
    ва, ведь она принимала участие в пиратских предприятиях,

    вносила свой вклад и получала свои доходы. Так начала бога­
    теть Англия.

    Но и из Англии эти походы уносили большое количество
    людей, а так как пиратством занимались люди, близкие к коро­

    левскому двору, и они быстро гибли, то, естественно, партия,
    поддерживающая короля, слабела. Напротив, парламентская
    партия усиливалась. И парламент стремился ограничить власть

    короля, что в средние века, когда короли воевали во Франции и
    нУЖДались в деньгах, удавалось довольно эффективно.
    По английской конституции парламент определяет сумму
    налогов. Без парламента нельзя ни с одного англичанина со­

    брать ни одного фартинга. И парламент стал отказывать коро­
    лю в дотациях. По этому поводу возник конфликт, король про­
    извел революцию против парламента, то есть выступил против

    конституции, против основного закона своей страны.

    Звали его Карл

    1.

    Он захотел быть таким же самодержав­

    ным государем, как европейские государи. И кто его поддер­

    жал? Свободные зажиточные крестьяне

    -

    йомены, бедные ры­

    цари и некоторое количество англокатоликов. Кто выступил

    224

    ротив него? Богатеи из Сити, огромное количество бедного
    аселения, которое нанималось служить за деньги, и протес­

    lНTЫ, вплоть до крайних сектантов.

    Оливер Кромвель

    Карл]

    гравюра

    XVI/ в.

    Гравюра

    XVI/ в.

    Судьба английской революции всем известна

    -

    король

    роиграл, был разбит, бежал в Шотландию, откуда он был ро­
    ::>м. Шотландцы продали его за деньги, потому что шотланд­

    ы очень скупой народ, любят деньги, и королю отрубили го­

    ::>вув

    1649 г.

    Но победа была одержана не массами народа и не капита­
    ами богатеев из Сити; решающую роль сыграл энтузиазм не­
    ольшой кучки фанатиков-сектантов, индепендентов, отрицав­
    [их всякую церковь

    -

    и католическую и протестантскую. Эту

    )уппу возглавил небогатый помещик Оливер Кромвель.
    Очень любопытна оценка положения. Он говорил: «Мы не
    состоянии разбить короля, потому что за него сражаются
    ьщари, которые сражаются ради чести, а за нас сражается вся­

    ая дрянь, которую мы нанимаем за деньги. Те, кто сражается
    ади чести, победит тех, кто сражается ради денег, потому что

    аемники хотят заработать и остаться живыми. Это их истин­
    ая цель, а вовсе не победа. С такими не победишь». И поэтому
    н отобрал в свой отряд искренних фанатиков-протестантов,
    ндепендентов, которые так ненавидели все церковные уста­
    овления, что не жалели ради их низвержения свою жизнь.

    225

    Эти люди назывались железнобокими или круглоголовы­
    ми, потому что они стриглись В кружок, а сторонники короля

    носили длинные волосы. И они разбивали рыцарей и роялис­
    тов, одерживали победы в решающих сражениях, например при
    Нэсби. Они не сдавались, не уступали, никого не жалели, лозунг

    у них был простой: «Верь в Бога и держи порох сухим!» Когда
    же победа бьmа одержана, то именно Кромвель, вопреки жела­

    ниям большинства парламента, настоял на том, чтобы королю
    отруБИли голову за государственную измену. И после этого его

    объявили лордом-протектором Английской республики (тог­
    да в Англии была объявлена республика), то есть фактически
    диктатором с полномочиями, которых не имел даже тот ко­

    роль-деспот, которого он низверг, потому что у Кромвеля ока­

    залась реальная сила

    -

    его железнобокие.

    Казалось бы, после войны надо бы армию распустить

    -

    пусть идут домой и занимаются своим делом, но эти железно­

    бокие категорически отказались расходиться по двум причи­
    нам, и обе причины бьmи крайне весомы. «Во-первых,
    ли они,

    -

    -

    сказа­

    как только мы разойдемся, нас крестьяне передавят

    поодиночке и не пощадят ни одного». Действительно, натво­
    рили они в Англии столько, что этот прогноз был похож на
    правду. А во-вторых, они задавали резонный вопрос: «Что же
    мы будем делать? Мы умеем молиться и убивать, а больше ниче­
    го мы не умеем». И поэтому Кромвель их сохранил и благодаря
    этому спокойно царствовал (я должен бы сказать

    -

    правил, но

    он действительно царствовал).

    Но эта кучка фанатиков- пассионариев бьmа все-таки очень
    чужда широким слоям английского этноса, всем его группиров­

    кам. Когда Кромвель умер, то унаследовал власть его сын Ри­
    чард - человек очень веселый, добродушный пьяница, который
    терпеть не мог фанатиков своего папаши и дружил с уцелев­
    шими роялистами; они шатались по Лондону, сочиняли стихи,

    пили вино и вообще развлекались так, как умеет развлекаться
    золотая молодежь. Ричард некоторое время занимал пост лор­
    да-протектора, но потом сказал: «Мне это все надоело, я буду
    лучше пить, чем сидеть в этом вашем парламенте, в канцеляри­

    ях». И ушел с поста сам. Вот поведение человека отнюдь не пас­
    сионарного, но, с нашей точки зрения, очень милого.

    Власть перехватил генерал Ламберт

    -

    сторонник железно­

    боких и их вождь, которого низверг генерал Монк, командо­
    вавший корпусом в Шотландии. Монк хотел удержаться и при­

    менил для этого самый простой способ: он пригласил вернуть­
    ся наследника престола Карла

    II

    226

    Стюарта. Король вернулся,

    народ усыпал его дорогу цветами, все сказали: «Слава Богу, кон­
    чилось».

    Но куда же девалась английская пассионарность? Если она

    оставалась, то она должна бьmа продолжать сотрясать страну;
    если она исчезла, то почему, собственно говоря? Ведь она не

    исчезла во время Столетней войны, она не исчезла во время
    войны Алой и Белой розы. Очевидно, не могла она исчезнуть и
    во время революционных войн, хотя потери здесь были с обе­
    их сторон страшные, но ведь они, как мы знаем, восполняются,
    хотя и не целиком.

    И вот тут сыграла решающую роль колонизация. Новый по­
    рядок Стюартов, а после того, как их выгнали, и Ганноверской

    династии был направлен на установление в Англии такого по­
    рядка, при котором люди слишком мятежные, со слишком ярко

    выраженной индивидуальностью бьmи в общем-то совершен­

    но не нужны, поэтому им бьmо предложено уезжать, куда они
    хотят, а Америка бьmа рядом.
    В начале ХVП в., еще до революции, туда на корабле «Мэй­
    флауэр» переправилась группа гонимых в Англии пуритан и
    основала колонию Новая Англия. После этого все неудачники
    стали переезжать в Америку и основывать там колонии. Като­

    лики основали там колонию Мэриленд, названную в честь Ма­
    рии Кровавой; сторонники Елизаветы основали Виргинию

    (virgo -

    значит «девственница», девственная королева); сторон­

    ники Стюартов

    -

    Каролину; сторонники Ганноверской динас­

    тии основали Джорджию (короля звали Георг), баптисты
    сачусетс; квакеры

    -

    -

    Мас­

    Пенсильванию; все группы населения, ко­

    торые оказывались гонимыми в Англии, уезжали туда.

    И казалось, что если в Англии они воевали и боролись друг
    с другом ради лозунгов, то они должны бьmи продолжать борь­

    бу и в Америке. Ничего подобного

    -

    как рукой сняло. Они на­

    чали воевать с индейцами, французами и испанцами, но ни­
    как не между собой. Уже во втором поколении они перестали
    интересоваться, кто квакер, кто католик, кто роялист, кто рес­

    публиканец

    -

    это потеряло всякое значение. А вот война с ин­

    дейцами интересовала их всех ко./оссально. И ярче всех себя
    проявили здесь тихие баптисты-массачусетцы, которые
    предложили плату за отстрел индейцев. За принесенный
    скальп, как за волчий хвост, они платили премию. Гуманно,
    гуманно ... Правда, кончилось это дело для них плохо, потому
    что когда колонии начали отделяться от Англии, то англича­

    не мобилизовали индейцев, и индейцы почти всех массачу­
    сетских баптистов с удовольствием перестреляли. Но тем не

    227

    менее практика премий за скальп бьmа введена и употребля­
    лась вплоть до

    XIX в.

    Таким образом, произошел колоссальный отлив вАмери­

    ку пассионарной части английского этноса. Эти люди назы­
    вались тогда по-английски <·диссиденты,>, что значит <·ерети­

    КИ·>. ИХ выселяли в Америку, и они там организовали те

    13 ко­

    лоний, из которых потом создались Соединенные Штаты
    Америки.

    Чтобы закончить с американской проблемой, скажу, что ко­
    лонисты вовсе не хотели отделяться от Англии, которая их вы­
    гнала, которая их преследовала; которая привязывала их учи­

    телей к позорному столбу, и тех забрасывало грязью простона­
    родье; где их сажали на галеры, или в тюрьмы, или ссьmали на

    каторгу. Тем не менее они совершенно не хотели отделяться от
    Англии. Они только требовали себе равных прав с англичана­
    ми, то есть представительства в парламенте, и соглашались пла­

    тить все те налоги, которые платят англичане. А отчего им бьmо
    не платить

    -

    денег у них бьmо много.

    Но англичане из-за своего традиционализма сказали: <.Нет,

    у нас есть определенное количество графств, которые присы­
    лают определенное количество депутатов в парламент, и менять

    это незачем. Раз вы уехали, так там и живите·>.

    <·Да,

    -

    говорят колонисты,

    -

    но, согласно вашим же англий­

    ским законам, платить англичанин может только те налоги, за
    которые проголосовал его представитель, а у нас нет предста­

    вителя; значит, вы с нас не можете брать никаких налогов·>.
    Англичане говорят: <Да! Но мы же вас защищаем от фран­
    цузов, от испанцев, от индейцев.>.

    Колонисты отвечают: <.Ну и что! Вы обязаны нас защищать,
    мы ваша страна, а платить мы можем только то, за что проголо­

    суют наши депутаты, дайте место в парламенте!.>

    Англичане думали, думали и сказали: <.Ладно, не платите,
    только мы введем маленький налог на содержание флота

    -

    один

    пенс пошлины на фунт чая».

    И чай, который должен бьm стоить два пенса за фунт, стал
    стоить три. Эта фраза <·ЧаЙ стоит

    3 пенса за фунт.> и стала паро­

    лем для повстанцев в день з.наменитого <·Бостонского чаепи­

    тия·>. То, что чай стал стоить три пенса за фунт, значило: <·БеЙ
    англичан!·>

    Вот таким образом, ради сохранения своего этнического
    стереотипа поведения, американские колонисты пошли на по­

    литическое отделение, и англичане вынуждены бьmи прими­
    риться с потерей богатейшей колонии только потому, что они

    228

    не могли перес1)'ПИТЬ своего обычая, своих привычек, своих

    традиций. Ибо ни один член этноса не мыслит, как можно по­
    С1)'Пать иначе, чем он привык с самого детства.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАдЛОМ В ИТМИИ
    Кроме Англии бьmа в Европе и еще одна страна, тоже по­
    лучившая инъекцию пассионарности. Это Италия, страна пре­
    красная по климату, по ландшафтам, по дарам природы и со­

    вершенно беззащитная. Поэтому ее захватывали то византий­
    ские греки

    -

    люди весьма пассионарные, то арабы и берберы,

    тоже люди достаточно энергичные. Южную часть Италии они
    долго держали в руках. Затем туда вторгались вслед за ослабев­
    шими лангобардами германские императоры Оттон

    II, Оттон Ш,Оттон N;

    затем

    -

    {,

    Оттон

    последующие короли франкон­

    ской династии, захотевшие стать императорами,
    Конрад, Генрих Ш, Генрих {у, Генрих

    V;

    -

    Генрих П,

    потом швабские коро­

    ли: Фридрих Барбаросса, его сын Ieнрих

    vr, затем Фридрих П,

    Манфред, Конрадин. Б общем, все это бьmи горячие пассионар­
    ные немцы из мест, которые были затронуты пассионарным
    толчком; их дружины в прекрасной Италии рассеивали свой
    генофонд по популяции.
    Не теряли времени и отчаянные французы, которые всеми
    силами старались вышибить немцев. Из Нормандии явились
    нормандцы, в которых сочетал ась норвежская пассионарность

    с французской. Они захватили в ХI в. сначала Сицилию, выгнав
    оттуда мусульман, потом Южную Италию, выгнав оттуда гре­
    ков, создали Норманнское, точнее Нормандское, королевство

    в Сицилии и Неаполе

    -

    оно называлось тогда просто Сицили­

    анское королевство и Неаполитанское. Их выгнали в свою оче­

    редь немцы, немцев снова французы

    -

    Карл Анжуйский разбил

    Манфреда и Конрадина, захватил эту территорию, и французы
    долго там держались, пока их не вышибли оттуда испанцы в

    1282 г. во время Ta~ называемых <·сицилиЙских вечерен».
    Дело бьmо так: один француз под видом обыска на пред­
    мет оружия полез под юбку сицилийской женщине, она завиз­
    жала, сицилийцы француза убили

    -

    они ревнивые люди, и пос­

    ле этого закричали: <·БеЙ французов!»

    -

    и убили всех францу­

    зов, а потом дико перепугались: <,Что нам за это будет?»

    -

    и

    пригласили арагонского короля, который явился с флотом и
    отстоял Сицилию от репрессий французов. Но арагонцы тоже

    229

    не зевал'и насчет женщин. Короче говоря, в Италии оказался

    мощный импортный пассионарный генофонд.
    Проявился он в

    XI,

    ХН и ХIII вв., то есть в эпоху самого

    «мрачного» средневековья. В это время итальянцы продемон­
    стрировали совершенно головокружительные наклонности.

    Жители небольших городов, по тем временам очень малень­
    ких и слабых,

    -

    Венеции, Генуи, Пизы, Ливорно, Флоренции

    -

    бросились вдруг в отчаянные финансовые операции, занялись
    торговлей на Средиземном море, обслуживанием королей Ев­
    ропы, благодаря чему у них развилась и юриспруденция, и на­

    ука о дипломатии. В результате эти города быстро преврати­
    лись в исключительно богатые центры с большим скоплением
    всякого рода имущества и людей.
    Пассионарные итальянцы уезжали в далекие страны, как

    Марко Поло в Китай. Многие из них попадали во Францию, в
    Англию, Швецию, становясь там министрами, советниками ко­

    ролей. Опытные проходимцы были эти пассионарии! Возвра­
    щаясь, они обогащали свои родные города. Недаром Данте пи­
    сал в одной из песен «Ада»: «Гордись, Фьоренца, долей велича­

    вой. Ты над Землей и морем бьешь крылом. И самый ад твоей
    наполнен славой»

    [74].

    И дальше он описывал тех жуликов и

    негодяев, которых Флоренция выдала миру и которые обога­
    тили Флоренцию за счет своей деятельности.
    В XIV-

    XV вв. размах их деятельности начал сходить на нет.

    В Италии ясно обозначился пассионарный спад. Богатые си­
    ньоры сидели в своих палаццо, следили за поведением своих

    жен и дочерей, выдавали их замуж и вели себя довольно пас­
    сивно по отношению к соседним городам. Активность, кото­
    рая уничтожала и сжигала Италию во время войн гвельфов и

    гибеллинов, заменил ась мелкими интригами, война стала де­
    лом рук кондотьеров

    -

    наемных солдат, которые продавали

    свою шпагу и очень берегли свою жизнь. Они чаще всего сра­
    жались так, чтобы сохранить свою жизнь даже ценой отсут­
    ствия победы, потому что платили не за победу, а за то время,
    которое они проводили на военной службе. Этим они очень
    напоминали английских люмпенов, служивших Кромвелю.
    Бьmа в это время битва в Италии, в которой не погиб ни один
    человек, только один бьm захвачен в плен противоположной
    стороной, потому что, пьяный, упал с лошади. Его подобрали.

    И это бьmо в ту самую эпоху, когда Францию сжигала Столет­
    няя война, когда Испания выживала последние остатки мусуль­
    ман, в Германии господствовало «кулачное право», то есть там
    пассионарность кипела.

    230

    ВИталии пассионарность стала остывать и, остывая, остав­
    ляла великолепные кристаллы, которые мы называем искусст­

    вом раннего Возрождения или гуманизмом. Но сколько бьuIO
    гуманистов? Знаменитый историк Огюст Минье подсчитал, что
    за сто лет Кватроченто, то есть на протяжении

    XV в./ в Италии

    было пятнадцать гуманистов и примерно столько же хороших
    художников, а население страны было свыше

    10 миллионов.

    То есть эти гуманисты никак не отражали этнических процес­

    сов в Италии; они являлись их «отходами».
    В XVI в. положение несколько изменилось: гуманистов ста­

    лo совсем мало, и они занялись главным образом подготовкой
    к изданию (тогда уже появилось книгопечатание) тех рукопи­

    сей, которые им удалось собрать в Византии, разгромленной
    турками. Выучив греческий язык, они перевели эти рукописи
    на латынь и стали их издавать в таких роскошных изданиях, с

    таким хорошим филологическим анализом и на таком уровне,
    который недоступен в наше время ни одному издательству

    мира; это бьmи издательства Альдав и Эльзевиров. Альды изда­
    вали большие тома, главным образом Святых Отцов

    -

    христи­

    анское чтение. Эльзевиры издавали маленькие изящные книж­

    ки для общего чтения.
    Художников стало меньше, хотя они стали лучше. К этому
    времени относятся такие имена, как Леонардо да Винчи, Мике­

    ланджело, Рафаэль; Бенвенуто Челлини

    -

    человек этого же вре­

    мени.

    Он бьm невероятно пассионарный деятель: очень талант­
    ливый писатель, великолепный ваятель, отчаянный драчун; его

    постоянно хватали за какие-то убийства, совершенные ночью
    на улице. Но когда пришли немецкие войска грабить Рим, а ру­

    ководил ими коннетабль Бурбон, ренегат, перешедший от
    французского короля к немецкому императору, то Бенвенуто
    Челлини принял участие в защите Рима. Он сам лично навел ту

    пушку, которая убила коннетабля Бурбона, чем очень гордил­
    ся. И после, когда он бьm во Франции, он об этом повсюду го­
    ворил с огромным удовольствием, потому что во Франции

    убийство ренегата, изменника, оценивал ось очень высоко. Но
    таких людей, как Челлини, становилось все меньше и меньше.

    Французские войска вторгались в Италию и занимали италь­

    1494 до
    1559 г., не раз захватывавшие Флоренцию и всю Италию вплоть

    янские города почти без сопротивления. Французы с

    до Неаполя, встречали сопротивление не среди итальянцев, а
    среди испанцев или немцев, которые выбивали их оттуда и в
    свою очередь захватывали эти земли.

    231

    А теперь перейдем к обобщениям и попытаемся показать

    суть происшедшего более широко.
    Каков был итог Реформации и Контрреформации? Весь

    конфликт, как известно, закончился компромиссом, а не побе­
    дой той или другой стороны.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАдЛОМ ВО фРАНЦИИ
    Самый показательный пример
    престол Генриха

    IV Французского -

    -

    Франция, где посадили на

    очень энергичного, весело­

    го, пассионарного человека и в то же время чрезвычайно прак­

    тичного. Генрих знал, что гугеноты, партия, к которой он принад­

    лежал, не MOryr обеспечить ему торжества во Франции, потому
    что большая часть Франции бьmа католической. С крайними ка­
    толиками, членами Лиги, поддерживающими Гизов, он, конечно,
    договориться не мог

    -

    те не шли ни на какие компромиссы, но

    подавляющее большинство населения заявило: «Мы, конечно, ка­
    толики, но мы политики, политика для нас важнее, и если король

    изменит свою религию, то мы его поддержим·>. Он ответил: <<Па­
    риж стоит мессы·>

    -

    и стал католиком. Все вдруг стало тихо и спо­

    койно. Генриха поддержало подавляющее большинство Франции.
    На этом кончилась трагедия, но за счет какой энергии она

    была? Ведь после невероятной резни в ХУI в. вдруг оказалось,
    что гугеноты и католики MOгyr очень мирно уживаться друг с

    другом, и до сих пор есть во Франции протестанты, но никто
    даже не интересуется тем, кто протестант, кто католик

    Кстати, католическая вера не помешала Франции в Трид­
    цатилетней войне сражаться на стороне протестантской Шве­

    ции против Габсбургов: испанцев и австрийцев. Как мы видим,
    те лозунги, которые бьmи начертаны на знаменах, довольно

    слабо отражали суть дела; они являлись скорее индикаторами,
    которые определяли то или иное направление этногенетиче­
    ских процессов.

    о
    РОЛЬ ИСПОВЕДАНИЙ В ФАЗЕ НАдЛОМА
    Чтобы уловить эту самую суть дела, нужно понять: по ка­
    кому принципу шло разделение? На истфаке нас учили про­

    сто, что католики были феодалы, а гугеноты были буржуазия

    232

    и буржуазия боролась с феодалами. Но когда я стал готовиться
    к государственному экзамену и прочитал литературу по этому

    вопросу, я, еще будучи студентом, вдруг увидел: ничего себе бур­
    жуа

    -

    эти самые гугеноты! Во главе их стоит королева Навар­

    рская и король Наваррский, адмирал Колиньи, принц Конде,
    маршал Бассомпьер

    -

    это все гугеноты! Гасконские бароны

    типа д'Артаньяна, д'Артаньян-то был уже католиком, а вот его

    деды

    -

    гугеноты; бретонские вожди кланов

    жуазия! Горцы из Севенн (Южная Франция)
    стьяне

    -

    -

    ничего себе бур­
    самые дикие кре­

    они все гугеноты. Но в том числе и буржуазия, конеч­

    но, бьmа. Ла-Рошель и Нант в устьях Луары
    торговые города

    -

    -

    замечательные

    бьmи гугенотскими. Но с другой стороны,

    самый крупный буржуазный центр Франции Париж
    ческий, Анжер

    -

    католический, Лилль

    католический. Герцоги Гизы

    -

    -

    -

    католи­

    католический, Руан

    -

    католики, крестьяне центра

    Франции в подавляющем большинстве католики. То есть при н цип сословности не выдерживается никак

    Посмотрим соседние страны эпохи Реформации, например
    Нидерланды. Там кальвинисты-гёзы

    -

    обедневшее дворянство.

    Зато католики в крупных городах Южной Фландрии (современ­
    ной Бельгии)

    -

    буржуазия. Итальянские купцы, например, оста­

    лись католиками, испанские тоже. Дворяне: южнофранцузские
    были гугеноты, северофранцузские

    -

    ка:голики. В Швеции иДа­

    нии короли и вся масса населения с потрясающей легкостью
    перешли в протестантизм. Даже Ливонский орден, состоявший

    из братьев монахов, запросто перешел в протестантскую веру;
    эти монахи-рыцари объявили, что теперь они все просто фео­
    далы, бароны; подчинились они частью Польше, частью Шве­
    ции

    -

    в общем, с потрясающей легкостью отказались от католи­

    чества. И рядом с ними Бавария, тоже феодальная страна, отста­
    ивала католицизм с дикой яростью.

    Но попробуем положить все это на этническую карту и
    сразу увидим, по какому принципу строилась эта война, по­
    догреваемая пассионарным напряжением, которое уже нача­

    ло спадать. Возьмем ту же самую Францию. Северо-западная
    часть населена кельтами; кельты ненавидят Париж, а в Пари­

    же католики, следовательно, в Вандее
    ная

    -

    -

    гугеноты. Юго-запад­

    населена гасконцами; гасконцы ненавидят Париж

    -

    гу­

    геноты. На юге провансальцы живут; они к ХУI - ХУН вв. до­
    вольно вяло относятся в Парижу

    -

    и Прованс не участвует

    активно в религиозных войнах. В Севеннах дикие горцы, ко­

    торые и говорят даже не по-французски, а на каком-то диа­
    лекте, здесь основа гугенотов. центральная часть Франции,
    2ЗЗ

    захваченная еще за тысячу лет перед этим франками,

    -

    сплошь

    католики.

    Социальной системы здесь нет; система здесь, видимо, бьиа
    чисто психологическая. Сложились два психологических ри­
    сунка, которые оказались несовместимы друг с другом.

    о
    ПАССИОНАРНЫЙ НАдЛОМ В ВИЗАНТИИ
    По тому же самому конфессиональному принципу раско­

    лолась золотая Византия. Несториане ушли с родины в Китай и

    -

    Монголию, монофизиты

    В Африку и Армянские горы, но и ос­

    тавшиеся православные раскололись на иконопочитателей и

    иконоборцев.
    Акматическая фаза в Византии бьиа в
    лом падает на

    IV- VI вв. Значит, над­

    VII - VIII вв.

    Византия была в это время уже маленькая. Она охватывала
    Малую Азию, Грецию, небольшие части Италии и Сицилии и
    часть Балканского полуострова. Это была Византия в узком
    смысле слова, но и здесь нашли повод для раскола, хотя при

    строгих формах православия, казалось, и спорить-то нечего, и
    все предусмотрено, все расписано, система стала жесткой, ор­
    тодоксальной, и тем не менее нашли из-за чего разойтись. Гре­

    ки очень любили писать иконы, художники они бьии замеча­
    тельные, традиции их великолепного искусства шли из Древ­
    него Египта и Ближнего Востока. Люди вешали в церквах и у
    себя дома иконы и на них молились, находя в этом утешение и
    удовлетворение.

    Малоазиаты

    -

    народ восточный, и поэтому они склонны

    больше мыслить абстрактными категориями. Они говорили,

    что надо молиться богу-духу, а не видимости, изображению. Им
    говорили: «Да изображение нам просто помогает сосредото­
    читься·). «Ну да,

    -

    говорили те,

    -

    сосредоточиться?! Вы доске

    молитесь, а не духу'). Слово за слово ... Император Лев III из Исав­
    рийской династии, выходец из горных районов Киликии, под­

    вел итог спорам в
    сказал он,

    -

    718 г.

    «Мы, конечно, православные, J.Iюди,­

    но иконам молиться нельзя; если вы хотите рисо­

    вать, рисуйте светские изображения, а не иконы·). И велел со­
    рвать самую красивую икону Божьей Матери, которую жители
    Константинополя очень почитали. Но когда солдат полез сни­

    мать икону, то прихожане, женщины главным образом, выби­
    ли у него лестницу из-под ног, и он разбился.

    234

    И с этого началось. Воинственные, храбрые, прекрасные
    организаторы, императоры-малоазиаты требовали, чтобы

    икон не бьmо и чтобы люди молились абстрактным идеям. Исав­
    ры считали, что иконы

    -

    это идолопоклонство. Жители евро­

    -

    пейской части империи

    греки, сла.вяне, албанцы

    -

    говори­

    ли: «Как! Наши святые иконы разрушать? Что за безобразие!»
    Но у правительства в руках бьmа вся власть, армия и финансы,
    чиновничий аппарат. Выступали против них монахи Студий­

    ского монастыря и все любители изобразительного искусства.

    [83, т. 2,
    54-56] показал мировоззренческие противоречия малоази­

    М. Я. Созюмов В очерке «Трагедия иконоборчества»

    с.

    атов и греков. Иконоборцы считали почитание икон идолопок­
    лонством, утверждая, что икона

    -

    материализация исконной

    реальности, отображение сверхчувственного мира: связь изоб­
    ражения с прототипом осуществляется не естеством, а благо­

    даря божественной энергии. И они обвиняли иконоборцев в

    -

    манихейской тенденции

    отрицании причастности материи

    к Божеству. Позднее, в конце фазы надлома, при императоре
    Феофиле, в Малой Азии появилось движение еще более край­
    нее, уже не христианское

    -

    павликианство. Павлики ане счита­

    ли всю материю творением сатаны, грабили монастыри и го­
    рода, а пленных юношей и девушек продавали арабам. Так они
    боролись с материальным миром [там же, с.

    77].

    Эта война унесла очень много жизней и стоила Византии
    больших потерь, потому что соперники мешали друг другу со­
    противляться внешним врагам: арабам, болгарам, западным
    европейцам, берберам, которые тем временем захватили Си­
    цилию; тем не менее внутренняя война продолжал ась. Только
    кончалось в Византии все это несколько быстрее, чем в Европе,
    потому что сам по себе массив Византии бьm меньше, и в

    842

    г.

    иконоборчество было отменено. Все эти споры погасли, и на­
    чалась здесь четвертая фаза этногенеза

    -

    u1-tерцuо1-t1-tая, о кото­

    рой разговор впереди.

    Я сказал сейчас о переходе Византии в инерционную фазу

    как о чем -то само собой разумеющемся. А это не так, вернее, не
    совсем так. Вероятность перейти из одного состояния в другое
    есть всегда, но в этногенезе, как и в каждом природном явле­

    нии, вероятность состояния еще не предопределенность. В над­
    ломе обычно бывает короткий период депрессии

    -

    разгула суб­

    пассионариев. Надо суметь его пережить, чтобы выйти в инер­
    ционную фазу. В Византии с этой задачей справился Василий

    Македонянин, в Риме

    -

    Октавиан Август, в Древнем Китае

    ЛЮ Бан (основатель династии Хань), во Франции

    235

    -

    -

    Людовик XI,

    а вот в Арабском халифате попытки халифов Мамуна

    (813-833),

    мутаваккиля (убит в 861 г.) и Мутамида (погиб в 870 г.) навести
    порядок кончались трагическими неудачами. Фактически уже
    в Х в. Багдадский халифат Аббасидов перестал быть арабским

    по этносу, хотя И оставался таковым по языкуl.
    Ослабление, а потом и унижение такой мировой державы,
    как Багдадский халифат, трактовались неоднократно и разно­

    образно. В аспекте этнологии мы уже говорили об этом, и про­
    блема ясна: полигамия и при воз разных рабов из Азии, Африки
    и даже Европы создали в арабских странах этническую пест­
    роту, для удержания которой в рамках системы требовалась
    огромная затрата энергии, то есть высокий уровень пассионар­
    ного напряжения. Но и это не спасало, потому что дети грузи­

    нок, половчанок, гречанок и африканок наследовали пассио­
    нарность своего арабского отца и вкусы своих матерей, вслед­
    ствие чего часто становились врагами друг друга. При спаде

    пассионарности в фазе наДлома это усугубилось, и наиболее
    сильными оказались этнические монолиты, например дейле­

    миты, захватившие Багдад в

    955

    г.

    Так арабам Х - ХIII вв. не повезло, хотя они сами в этом бьmи
    не виноваты.

    Фаза надлома

    -

    это возрастная болезнь этноса, КО­

    TOPYIO необходимо преодолеть, чтобы обрести иммуни­
    тет. Этнические коллизии в предшествующей, акматической,
    и последующей, инерционной, фазах не влекут столь тяжелых
    последствий, ибо не сопровождаются столь резкими измене­
    ниями уровня пассионарности, как при надломе, и раскола эт­

    нического поля в этих фазах не происходит.

    о
    1

    Этническая пестрота в Багдадском халифате повела к многочислен­

    ным беспорядкам, из коих наиболее опасными бьии восстания зинджей

    (869-883)
    (833-842)

    и карматов

    (890-906). Для подавления мятежей халиф Мугасим

    учредил гвардию гулямов

    -

    тюркских удальцов, которых поку­

    пали в степях Евразии и в Африке. Они служили в коннице. Тюрки предпо­
    читали своих вождей халифам и, почувствовав свою силу, стали низвер­

    гать и убивать халифов. Запуганное население Багдада подчинялось тюр­
    кам, а все области отпали, за исключением Ирака и Западного Ирана.
    Политическое единство было утрачено навеки, но суперэтническая цело­
    стность

    -

    мусульманский мир

    -

    сохранил ась.

    ГЛАВА ВОСЬМАЯ

    КОНТАКТЫ
    НА УРОВНЕ СУПЕРЭТНОСОВ
    о
    ПОЛЯРИЗАЦИЯ В СУПЕРЭТНОСАХ
    Суперэтносы имеют одну интересную особенность

    -

    Bнyr­

    ри системы происходит поляризация. Как монолиты они ве­

    дут себя только в фазе пассионарного подъема, а затем, подчи­
    няясь диалектическому закону единства противоположностей,
    они находят направления для деятельности, осуществляющие

    устойчивое равновесие в постоянной борьбе между собой. Од­
    нако по отношению к другим суперэтносам они выступают как

    целостность, хотя разные половины системы ведут себя нео­
    динаково. Поясним этот тезис на некоторых примерах.

    Еще Фукидид заметил, что эллины, единодушно сражавши­
    еся сперсами, раскололись на партии, аристократическую и

    демократическую; первую возглавила Спарта, вторую

    -

    Афины.

    Теперь, после многих исследований, ясно, что эти названия от­
    нюдь не отражали классовых противоречий. И та и другая сто­

    рона бьши равно рабовладельческими, а присвоенные ими наи­
    менования не более как клички. То же самое наблюдается в эл­
    линизированном Вечном городе

    -

    Риме. Там «демократами»

    бьши богатейшие всадники: купцы и ростовщики, а «аристокра­
    Тов» поддерживали обнищалые крестьяне, ставшие для пропи­
    тания легионерами. И вождем «демократов» бьш член древнего
    патрицианского рода Юлиев

    -

    цезарь, а главный его противник

    Лабиен начал карьеру как народный трибун, то есть плебей. Да,
    дело не в названиях, а в смысле событий. Ведь когда обе партии
    исчезли, а остались только тихое население и легионеры, эти

    237

    последние постоянно схватывались друг с другом без каких­
    либо политических программ. Это бьmа эпоха солдатских им­
    ператоров (IП в. н. э.).
    Ту же самую коллизию можно увидеть в Византии, которая
    начала делиться на православных и еретиков начиная с

    IV в. В

    Арабском халифате единый ислам раскололся на три партии:
    суннитов, шиитов и хариджитов, причем последние впослед­

    ствии примыкали к шиитам. В средневековом Китае тоже бо­

    ролись направления: имперское, династии Тан, опиравшейся
    на кочевников, и шовинистическая оппозиция, победившая в
    Х в. И погубившая свою страну.

    Но самая наглядная картина

    -

    это Западная Европа, Христи­

    анский мир, ставший в XIX в. (,миром цивилизованным». Там под
    христианствам понимался только католицизм, причем папы

    имели опорой императоров. Так вот они и ссорились между со­
    бой. При кульминации борьбы в акматической фазе сторонники
    папы назывались в Италии

    -

    гвельфы (от фамилии своих немец­

    ких союзников саксонских герцогов Вельфов), а их противники

    гибеллины, защищавшие швабских императоров

    -

    -

    Гогенштауфе­

    нов. Однако в крестовые походы они ходили вместе.

    Но это еще пустяки, а вот в фазе надлома настала Рефор­
    мация: паписты и протестанты схватились насмерть, а когда

    выяснилось, что силы равны и надо думать не столько об убий­

    ствах из-за тонкостей в обряде, сколько о политике и экономи­

    Ke'

    те и другие успокоились. Был про возглашен циничный ло­

    зунг: (·Чья власть, того и вера»; и подданным бьmо запрещено
    выбирать себе исповедание.
    Война в Западной Европе не утихла, но приняла иной ха­
    рактер, свойственный инерционной фазе этногенеза. Прошед­

    шие бури Реформации унеслись в прошлое, оставив после себя
    различия в этнографическом облике и психологическом скла­
    де католиков и протестантов. Внутри европейского суперэтно­

    са эти особенности постепенно стирались, но за океанами они
    ощущались настолько сильно, ч