• Название:

    Максималист №3


  • Размер: 3.61 Мб
  • Формат: PDF
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

Установите безопасный браузер



    Предпросмотр документа

    СОЮЗ РЕВОЛЮЦИОННЫХ СОЦИАЛИСТОВ

    WWW.REVSOC.ORG

    №3 (лето 2010г.)

    ТЕМА НОМЕРА:

    ПРЕОДОЛЕНИЕ
    АНАРХИЗМА

    WWW.REVSOC.ORG

    СОДЕРЖАНИЕ

    Актуален ли анархо-синдикализм в XXI веке?......................................... 4
    Борьба и стратегия: анархо-синдикализм в XXI веке............................ 12
    Забыть о низовщине............................................................................... 20
    Делают ли профсоюзы нас сильнее?
    Cиндикализм: критический анализ........................................................ 22
    Киргизия.................................................................................................. 27
    К ситуации на Кавказе............................................................................ 28
    О книге Джона Апдайка «Террорист».................................................... 31
    Анархизм, марксизм и классовая борьба............................................... 33
    CrimethInc. Политика для тех, кому слишком скучно............................ 39
    О революционной дисциплине............................................................... 41
    Как «анархисты» вместе со сталинистами»
    учат рабочих самоуправлению?............................................................. 42
    Кооперативы или конфликты?............................................................... 47
    Против самоуправления.......................................................................... 52
    Платформа СРС........................................................................................ 54

    НАШ САЙТ: WWW.REVSOC.ORG
    (лето 2010г.)

    3

    НАШ САЙТ:

    СИНДИКАЛИЗМ

    Актуален ли
    анархо-синдикализм в XXI веке?
    Нас часто спрашивают о нашем отношении к анархосиндикализму: считаем ли мы что именно анархо-синдикализм может привести к освобождению пролетариата? На
    этот вопрос мы постараемся ответить в данной статье.
    Во-первых, следует сказать, что анархистами, точно также, как и коммунистами, называют себя сейчас
    совершенно разные люди и течения. Если анархо-индивидуализм, анархо-рыночничество (анархо-капитализм,
    прудонизм) и анархизм образа жизни заведомо лежат за
    пределами социально-революционного движения, то анархизм классовой борьбы, считающий, что именно эксплуатация и угнетение трудящихся капиталом и государством
    лежит в основе всех общественных бедствий, – такой анархизм представляет собой часть социально-революционного
    движения, один из источников будущего социально-революционного синтеза. Анархисты, стоящие на его позициях
    – это наши товарищи, наша критика в отношении такого анархизма, это критика товарищей, а не врагов. Такой анархизм входит в число традиций, критическое преодоление и снятие которых мы считаем необходимым для
    развития дальнейшей социально-революционной теории и
    практики.
    Однако, на наш взгляд, этот революционный анархизм
    не даёт ответа на актуальные проблемы освободительной
    борьбы пролетариата и должен быть преодолён. В этой
    статье мы попытаемся коротко рассмотреть историю анархо-синдикализма и объяснить какие уроки может извлечь
    современное социально-революционное движение из его поражений.
    Революционный синдикализм возникает во Франции
    начала XX века в качестве практики и теории тогдашнего
    весьма радикального профсоюза - Всеобщей Конфедерации Труда (ВКТ). Точка зрения революционных синдикалистов, их критика французского реформистского парламентаристского социализма была следующей:
    Парламент по своей природе является межклассовым
    органом, где заседают представители разных классов, точно также межклассовыми организациями являются партии, объединяющие людей не на основе интересов, а на
    основе мнений (в социалистическую партию могут входить
    буржуа, придерживающиеся социалистических взглядов).
    Именно в этом основной порок партий и парламентов.
    В отличие от партий, профсоюзы объединяют только
    рабочих, именно поэтому профсоюзы и только они являются настоящей классовой организацией. Именно профсоюзы представляют собой начало нового мира, в котором
    будет господствовать не «гражданин», а «производитель».
    Посредством всеобщей стачки профсоюзы возьмут управление экономикой в свои руки, после чего государство
    само отпадёт…
    Первое, что бросается в глаза – это крайняя идеализация синдикалистами рабочих, «рабочести» и капиталистического разделения труда. Ревсиндикалисты забывали,
    что капиталистическое производство не просто организует
    рабочих, но организует их последовательно капиталистическим образом: как наёмных рабов капитала и как шестерёнок капиталистического производства. Пока рабочие
    остаются рабочими, пока сохраняется технологическое разделение труда – никакого действительного упразднения
    капитализма быть не может. И, в случае, если бы профсоюзы в начале XX века смогли провести всеобщую стачку и
    установить контроль над производством, профсоюзные руководители стали бы таким же новым правящим классом,
    как партийное руководство большевиков после 1917 года.
    Идеализация революционными синдикалистами пролетария как производителя была следствием их ошибочного
    представления, что социализм вызревает на капиталистическом технологическом базисе, что рост последнего
    будет неминуемо сопровождаться ростом сознательности

    4

    пролетариата, которому достаточно будет убрать в конце
    концов кучку паразитов, чтобы наступило светлое царство
    социализма (точно так же считали такие социалистические
    мыслители как О. Бауэр, А. Грамши, В.М. Чернов).
    На самом деле задача социальной революции, к сожалению, намного сложнее, чем устранение кучки паразитов,
    социальная революция означает уничтожение всей капиталистической общественной системы, включая технологическое разделение труда и самоупразднение самого пролетариата – не только как наёмных рабов капитала, но и
    как шестерёнок-исполнителей в системе индустриального
    производства.
    Пролетарии – это прежде всего не «производители»,
    как считали синдикалисты, а обездоленные, лишённые
    собственности и власти в капиталистической системе. Задача социально революции - уничтожить пролетариат, в
    новом мире не будет рабочих физического труда, противостоящих другим группам трудящихся, а будут люди бесклассового общества, для которых «труд», как деятельность, вызванная внешней необходимостью, исчезнет,
    сменившись творчеством как свободной жизнедеятельностью. Как писал японский анархо-коммунист Хатта Сюдзе
    в своей критике синдикализма: ««Синдикализм заимствует
    капиталистический способ производства, а также сохраняет систему крупных фабрик, и прежде всего сохраняет
    разделение труда и способ хозяйственной организации, который избрал своей основой производство» [1].
    При всём своём «рабочизме», идеализации рабочих,
    последовательные революционные синдикалисты и анархосиндикалисты (те анархисты, которые пошли в ВКТ, считая именно революционные синдикаты средством достижения безгосударственного коммунизма) были – об этом
    часто забывают – на самом деле меньшинством в ВКТ,
    большие массовые профсоюзы, входящие в ВКТ – профсоюзы железнодорожников, горнорабочих, текстильщиков,
    печатников и т.д. - на самом деле, были обыкновенными

    МАКСИМАЛИСТ № 3

    WWW.REVSOC.ORG
    профсоюзами с левой фразеологией, опорой революционного синдикализма и анархо-синдикализма являлись маленькие и более радикальные профсоюзы. Именно поэтому
    революционные синдикалисты настаивали, чтобы решения
    в ВКТ принимались по принципу 1 профсоюз = 1 голос,
    независимо от численности профсоюза, надеясь тем самым
    перевесить большие реформистские профсоюзы голосами
    маленьких радикальных.
    Именно из-за того, что революционные синдикалисты
    были меньшинством, они отстаивали идею революционного меньшинства, а некоторые из них даже говорили о
    будущей синдикалистской революционной Партии (!), в
    противовес парламентской социалистической партии. Л.Д.
    Троцкий тесно общавшийся с рядом революционных синдикалистов вообще считал революционный синдикализм
    протобольшевизмом, не продуманной до конца попыткой
    создания революционной партии [2]. Но, в отличие от радикальных социал-демократов, ревсиндикалисты считали,
    что революционное меньшинство не должно командовать
    пролетариатом, они видели его задачу в том, чтобы действием и примером инициировать борьбу своего класса.
    Однако, идея революционного меньшинства, отстаивавшаяся ревсиндикалистами, вступала в непримиримое
    противоречие с профсоюзной формой. Пока профсоюзы
    были маленькими и больше походили на революционную
    пропагандистскую группу, а не на профсоюз, они могли
    быть очень революционными. Но по мере роста вся их революционность улетучивалась.
    Есть элементарная истина науки, что функция определяет орган, а не наоборот. Профсоюз по своей природе есть
    организация по продаже рабочей силы его участников, независимо от его внутренней демократичности и радикальности, ничем другим он быть не может быть по определению.
    Изначальная радикальность ВКТ была во многом следствием того обстоятельства, что во Франции конца 19 века
    прошла новая волна индустриализации, за 20 лет число
    промышленных рабочих выросло с 4 до 6 миллионов и
    пролетарии первого поколения, не прирученные ещё капитализмом, с остатками коллективистских традиций, надеялись на возможность сразу покончить с капитализмом.
    Среди них были очень сильны мессианские настроения, во
    время стачек они искренне верили, что капитализму осталось жить ещё пару месяцев, не больше. Однако, не они
    осуществили революционное преобразование профсоюза, а
    профсоюз преобразовал их в соответствии со своими надобностями.
    Попытка всеобщей стачки в 1906 году кончилась поражением. После этого начался закат революционного синдикализма. В 1908 году радикалы потеряли контроль над
    руководством ВКТ, а в 1914 году ВКТ одобрило империалистическую бойню, точно также как одобрили её парламентские социалисты. Профсоюз оказался столь же негодным для совершения социальной революции, как и партии.
    Свои выводы из краха французского рев. Синдикализма
    ВКТ сделали испанские анархо-синдикалисты из Национальной Конфедерации Труда (НКТ), на их взгляд причина вырождения ВКТ была в том, что у нее не было четкой анархо-коммунистической программы. Если ВКТ была
    классическим образцом чистого революционного синдикализма, то НКТ стала образцом чистого анархо-синдикализма. Однако, если ВКТ капитулировала перед буржуазным государством в 1914 году, то НКТ капитулировала
    перед буржуазным государством в 1936 году. И капитулировала не в разгар шовинистических страстей, вызванных
    началом империалистической войны, а в разгар грандиозной народной революции! И не перед сильным буржуазным
    государством, как во Франции в 1914 году, а перед призрачным буржуазным государством испанской республики
    июля 1936 года! Власть лежала под ногами, однако НКТ
    принципиально отказываясь брать власть, преподнесла её
    буржуазному государству.
    О причинах такого позорного поведения НКТ было
    много дискуссий в анархистской и ультралевой среде. Мы
    хотим подчеркнуть два обстоятельства.
    На наш взгляд, в начале XX века из-за отсутствия технических средств коммуникации, позволяющих огромным
    массам людей вместе вырабатывать решения и вместе исполнять их, было неизбежно выделение особого руководящего слоя управленцев, неподконтрольного трудящимся
    массам. Эта неизбежность одинаково действовала, как в
    масштабах всего общества, так и внутри рабочих орга-

    (лето 2010г.)

    низаций. НКТ не оказалась исключением. Её руководящая
    верхушка решила пойти на сговор с буржуазным государством, а рядовые члены НКТ не смогли помешать этому.
    Попытки ряда революционеров из НКТ (Дуррути в 1936г. и
    оппозиционной группы «Друзей Дуррути» в 1937г.) бороться
    против подобного позорного вырождения своей организации и отстаивать линию на немедленную социальную революцию точно так же кончились поражением, как и борьба
    децистов и мясниковцев против вырождения РКП(б) в партию новой государственной буржуазии.
    Если мы будем говорить о причинах того, почему верхушка НКТ пошла на интеграцию в буржуазное государство, то во-первых, следует помнить, что слой управленцев, какие бы у него изначально ни были намерения,
    неизбежно вырабатывает особые интересы. Интересы руководителей рабочих организаций всегда ближе к интересам
    буржуазии, чем к интересам чернорабочей массы. Будут ли
    эти руководители руководителями партии или профсоюза
    – вопрос второстепенный.
    Перерождение единственной массовой рабочей анархистской организации - НКТ доказывает, что причиной
    вырождения старого рабочего движения были не доктринальные его ошибки, не следование злобному авторитарному марксизму вместо единственно верного анархического
    учения, но непреодолимость при тех обстоятельствах разделения труда на управленческий и исполнительский.
    Следует указать на субъективной фактор в крахе НКТ
    во время реальной революции. У активистов НКТ, даже
    её героического периода, было утопически мессианское
    представление о революции, согласно которому большинство рабочих, уже ставших идейными анархистами, за
    один день разрушает капитал и государство, после чего
    наступает анархо-коммунистический рай. Что делать, если
    реальная революция начнётся тогда, когда большинство
    рабочих ещё не стали идейными анархистами, но придерживаются других политических взглядов? Как относиться
    к другим революционным течениям в пролетариате? Как
    организовывать оборону революции от внешнего и внутреннего врага? Обо всех этих вопросах активисты НКТ
    предпочитали не задумываться, надеясь на всеобщую стачку, которая чудодейственным образом решит все проблемы.
    В реальности всё оказалось намного сложнее. Стихийное
    пролетарское восстание 18-19 июля развалило старое государство на двух третях Испании, однако, республиканское
    правительство хоть и стало на короткое время бледной
    тенью, не думало самоотмирать, но лихорадочно пыталось восстановить контроль над ситуацией. Если в Каталонии подавляющее большинство революционных рабочих
    были анархистами, то в Мадриде, Астурии и.т.д. позиции
    НКТ были слабы, а тамошние революционные пролетарии
    состояли в ИСРП (Испанская Социалистическая Рабочая
    Партия). Победа социальной революции в Испании не могла
    быть достигнута силами одной НКТ, власть должна была
    быть взята всеми пролетариями и принадлежать не профсоюзу, а общим собраниям и советам. Нужно было всеми способами уничтожать республиканцев, сталинистов и
    правое крыло ИСРП, налаживать контакты с революционно настроенными рядовыми членами ИСРП, которые тогда
    были заметными большинством всей партии, умело разоблачая оппортунистических вождей левого крыла ИСРП
    (Кабальеро и.т.д.).

    5

    НАШ САЙТ:
    На деле произошло наоборот, НКТ отступила перед
    сложностью задач, она не могла и не хотела взять власть
    сама, но вместо того, чтобы ориентироваться на взятие
    власти всеми трудящимися, на откалывание революционных рабочих из ИСРП от их буржуазного руководства, она
    взяла курс на союз с этим руководством и с политиканами
    из буржуазного лагеря вообще. НКТ говорила, что сперва
    нужно выиграть войну, а потом уже совершать революцию, но, сдав революцию, она проиграло войну.
    Эта печальная история имеет не только исторический
    интерес, она должна служить уроком и предостережением
    на будущее. Один из важнейших вопросов любой революции – это вопрос о власти, все попытки обойти этот вопрос, избежать фронтального столкновения с буржуазным
    государством и его разрушением, ограничиваясь только
    экспериментами по «коммунизации» производства на низовом уровне кончаются тем, что потерявшее на время
    контроль над ситуацией буржуазное государство, получив передышку, собирается с силами и давит на корню
    все коммунарские попытки. Тот, кто отказывается бороться
    за уничтожение власти буржуазии и установление власти
    общих собраний трудящихся – неизбежно капитулирует
    перед властью буржуазии. Основные вопросы революционной стратегии должны быть продуманы заранее, чтобы не
    оказаться в положении тех горе-революционеров, которые
    не знают, что им делать в реальной революции. Мы критикуем НКТ не из праздного безделья, а для того, чтобы
    не повторялись в будущем её катастрофические ошибки,
    ошибки, которые были хуже преступления…
    Американские Индустриальные Рабочие Мира (ИРМ) и
    Рабочая Федерация Аргентинского региона (ФОРА) отличались в ряде весьма важных аспектов как от ревсиндикалистской ВКТ, так и от анархо-синдикалистской НКТ.
    ФОРА, например, подвергла весьма глубокой и правильной критике одну из коренных ошибок революционного
    синдикализма – идеализацию им индустриального производств и обусловленного последним разделения труда (за
    это же критиковали ревсиндикализм и анархо-синдикализм японские анархо-коммунисты 1920-1930-х годов – см.
    приведенную нами выше цитату из Хатты Сюдзе). Однако
    часть современных сторонников анархо-синдикализма в
    России любит ссылаться на опыт ФОРА, как-то забывая о
    том, что самоотверженная и героическая борьба аргентинских рабочих из ФОРА не увенчалась победой безгосударственного коммунизма, что ФОРА в начале 1930-х годов
    была разгромлена военными диктатурами, и уже поэтому
    для современного социально-революционного движения
    необходима не ее некритическая идеализация, а трезвое
    понимание ее слабостей и ошибок.
    Если французская ВКТ и испанская НКТ погибли бесславно, будучи интегрированы в буржуазное государство,
    то американские Индустриальные Рабочие Мира (ИРМ) и
    Рабочая Федерация Аргентинского региона (ФОРА) были
    уничтожены буржуазным государством. С моральной точки
    зрения это большая разница, но поражение остаётся поражением.
    ИРМ и ФОРА были массовыми и открытыми рабочими организациями, а существование массовых радикальных рабочих организаций возможно только в условиях
    относительной буржуазной демократии, однако при капитализме, сколь угодно демократичном, власть остаётся у буржуазии и последняя может менять форму своей
    власти соответственно своим классовым интересам. Когда

    6

    капитализм вступает в глубокий кризис, буржуазная демократия, предполагающая какие-то уступки пролетариям,
    отбрасывается буржуазией и её сменяют всеохватывающие репрессии против рабочего движения. Таким образом,
    массовое радикальное рабочее движение уничтожается
    буржуазией двумя способами: оно либо интегрируется в
    систему воспроизводства капитала посредством буржуазной демократии, либо, если это по каким-то причинам не
    получается, уничтожается откровенной террористической
    диктатурой. Именно такая диктатура уничтожила революционную ИРМ и ФОРА.
    ИРМ и ФОРА при всём своём радикализме были массовыми открытыми организациями – организациями хотя и
    не легалистскими (в смысле безусловного подчинения буржуазным законам, с которыми они в своей деятельности не
    считались), но легальными, открытыми для широких масс
    рабочих и именно в силу своей открытости абсолютно не
    готовыми действовать в условиях жёсткого подполья, проти