• Название:

    полотенца


  • Размер: 0.05 Мб
  • Формат: ODT
  • Сообщить о нарушении / Abuse

    Осталось ждать: 20 сек.

Установите безопасный браузер



А. АРНАУТОВА

СКАЗ о СВАДЕБНОМ ПОЛОТЕНЦЕ

У Фофановых играли свадьбу. Срочно выдавали дочь замуж. Изба хоть и пятистенок, но гостей приглашено много, плясать негде. А что за свадьба без веселья и плясок! Спешно была сколочена из досок площадка около крыльца.

Смотреть свадьбу пришло пол-деревни. Даже старухи приковыляли и «повисли» на заборе. Завязались разговоры, воспоминания. « Теперь дивья (хорошо) быть невестой,-заговорила Никитична,-вон сколько всего надарили. Говорят сватья какую-то стенку с матёрым холодильником подарят. А родители невесты будто бы квартиру в городе купят.» « Это они срам невесты большими деньгами замазывают,-подхватила разговор первая сплетница на деревне Нинушка конопатая,-теперя девки сраму не имеют.»

Но остальные старухи не стали дальше сплетничать, а ударились в воспоминания. « Да, теперь дивья невесте,-повела речь Сидоровна.- А раньше-то невеста должна была одаривать гостей. Она, родимая, с десяти годков даренье готовила. Одних полотенец дюжины три надо было к свадьбе выткать, узор на них выбрать или вышить, да ещё к кажинному концу мысики вывязать да пришить.» « Что там три дюжины,- стала вспоминать Прохорована.- Моя мамушка сказывала, что она на своей свадьбе сорок платовьёв раздарила. Частушку пели тогда девки: мне семнадцатый годок, замуж собираюся, выткать 40 платовьёв к свадьбе зарекаюся.» « Да и как же без платовья-то было обойтись,- вступила в разговор Анна Павловна.- Дитятко родилось- повитухе полотенце, крёстной — полотенце, батюшке, что крестил- полотенце.

Бывало перед Пасхой намоешь потолок, стены дресвой, засветится изба золотом, особо когда солнышко взыграет. Главное украшение в такой избе было полотенце . В первую очередь самый нарядный плат на божницу вешали , потом на зеркало, на окна, на стены и к рукомойнику выбирали рукотетник покрасивее. Изба красной делалась. Девки, особо которые на выданье, из избы в избу бегали смотреть: у кого красивее вытканы узоры на полотенцах. А каких только узоров не насмотрелась я за долгую свою жизнь. Тут и павы сказочные, и звери диковинные, и драконы с раскрытыми пастями , а уж древо- то было почти на кажинном полотенце.

Это уж как повелось: то красным по белому, то белым по белому, а вкруг- то дерева кони, да на дыбье, а то и львы заморские. Длиннющие ткали, до 4 метров доходили, смотря для каких случаев. А теперя чего? Срамота одна. По всей деревне Фофаниха бегала, искала длинное и нарядное полотенце, чтобы молодых встретить после ЗАГСа хлебом с солью.»

« С моим встречали молодых,- отозвалась Семёновна,- всё берегла его, как память о молодости. Видели, какой узор- от на концах-то: большой да красный, а уж замысловат, не каждая девка умела выбрать его челноком. Там и квадраты, и кресты, и перекрёстки, и рубленые кресты. Долго же я училась выбирать узорочьё. Ткала при лучине , часто сбивалась со счёта. Узор считывала со старого полотенца. Он у нас всегда висел на крюке. Бабушка зорко следила за мной. Собьюсь со счёта, ошибусь, слёз-то сколько было. Переткать такой узор нельзя. Тогда такое полотенце шло на рукотетник. А потом и научилась выбирать наш рисунок.

С мужем свадьбы так и не было. Только и успели, как в сельсовете расписаться. А потом мужика через 4 дня вместе с кулаками куда-то увезли- там и сгинул. Не пригодилось к свадьбе моё приданое.»

Да, дивья теперь быть невестой,- опять заговорили старухи. - Замуж выдают по любви, о приданом и забота не берёт- нет и не надо. Надарят. Прясть, ткать, вышивать не обучены, да и не в моде теперь всё это. Были бы деньги, машины всё сделают. И веселья прежнего нет. Ни спеть, ни сплясать не умеют, забыли все наши обряды. Выхватывают что-то из нашего свадебного обихода : вот дорогу зогораживали, когда молодые ехали из сельсовета, требовали выкуп. Родители у порога встречали молодых хлебом- солью на полотенце. Горько кричат на свадьбе, а чтоб уважить гостей, чтоб невеста каждого обносила рюмочкой, величала по имени, отчеству - и в помине нет. Невесту как будто приклеили к стулу. Срамота одна.

С е в е р — х р а н и т е л ь с в а д е б н о г о п о л о т е н ц а

Хранителем древнего культурного наследия полотенец суждено стать Северу, в особенности Архангельской области. Эти места не знали, что такое крепостное право, не испытали татаро — монгольского ига. Самобытная культура Севера, по счастью, не была размыта другими культурами.

В 30- х годах 20 века на Севере в сёлах появились колхозы. В личных приусадебных участках лён уже не сеяли, а на трудодни его не выдавали и ткачество портна прекратилось. А тут в лавках появилось вафельное полотно: дешёвое, мягкое, легко стирается, и люди с радостью стали шить, вышивать цветными нитками вафельные утиральники. Домотканые полотенца теперь вынимались из сундуков только .по праздникам для украшения избы.

Но в сундуках у некоторых рукодельниц оставались целые трубы не использованного холста. Как же они пригодились во время Отечественной войны. Одни шили из них школьные сумки, другие шили вачеги / рабочие рукавицы /, а были нередкие случаи, когда прохожие « художники» ходили по деревням и предлагали сделать набивку из цветов и надпись: «на память» на холсте. Ходили они с резными досками « манера», на них резьба глубиной 5 мм. Набивали рисунок двумя красками: чёрной и красной. Женщины приглашали набойщика в избу, кормили его, давали с собой яичко, житничек, иногда и шаньгу или пирог с рыбой, вообщем, у кого что было, а он набивал им рисунок на конце полотенца.

Интересно отметить, что после 30 — х годов в глухих деревнях появилась и вышивка крестом на полотенцах . У меня есть такое, подаренное мне Зверевой А.П., концы его вышиты крестом. Узор — сплошные кресты, переходящие один в другой, по современному свастика. Вышивала полотенце Александра Павловна в 1940 году. Научила её этой вышивке переселенка из Белоруссии. До этого жители Вершинской волости использовали в вышивке стебельчатый шов, контурный шов, объёмную вышивку, гладь, мережку, глухую вышивку по счёту.

Ц в е т о в а я г а м м а н и т о к

Жители севера окрашивали нити красками растительного происхождения:

Красный цвет ( краситель делали из самок « червеца». Собирали их летом на траве зверобоя.) Получали этот цвет и из подмаренника травянистого. На Руси красный цвет величался по разному: червчатый, малиновый, багровый, гвоздичный, маковный, жаркий, рудый, кармазинный.

Зелёный цвет получали из листьев трилистника, а листья берёзы давали серо — зелёную окраску.

Устойчиво жёлтую краску добывали из бородатого лишайника, что рос на стволах берёзы. Пинежанка Парасковья рассказала мне, как они это делали: лишайник сушили на повети, потом толкли в ступе, заваривали кипятком. Отвар долго киснет. Затем отвар процеживали и опускали в него, смоченную в воде, пряжу. Мокла она в отваре боле часа. А потом уж полоскали в реке и сушили.

Жёлтый краситель получали и из коры орешника, и из водяного настоя зверобоя продырявленного, в зависимости от концентрации. Называли его по разному: лимонный, песочный, шафрановый, соломенный.

Синий цвет делали из отвара ползучего плауна. Чтоб получился нужный оттенок, каждые 3 дня ниткой проверяли устойчивость цвета. Крестьяне побогаче покупали краску — индиго у коробейников. Её привозили из Индии. Нитками синего цвета в ткачестве полотенец пользовались очень редко: то ли он быстро отцветал на солнце во время отбеливания холста по насту, то ли бледнел от стирки щёлоком. Хотя в матрасном холсте, в набивном всегда присутствовал синий цвет.

Чёрный цвет добывали из конского щавеля. Из ягод и корней воронца.

Золотистый, коричневый цвет получали из отвара репчатого лука или гречневой половы. Каждая крестьянка знала, когда, в какую пору лета, где брать эти травы.

Сегодня к природным красителям стали всё чаще прибегать и в производстве красок из — за аллергических заболеваний

Но прежде,чем красить нить, её отбеливали. Сначала с веретён нитки сматывали в мотки, затем бучили в горячем щёлоке. Для этого в огромный ушат в диаметре больше метра, высотой с метр, в такую бучницу наливали 15 вёдер воды, клали большие нагретые камни, сверху в мешковине опускали в воду золу. Но не каждая зола годилась для отбеливания. Новгородские мастера, например, привозили золу из Польши. Вода в кадке становилась мягкой, в неё опускали нитки и перемешивали их палкой. Затем нитки отжимали и клали под пресс для того, чтобы нить не перекручивалась. Через неделю их полоскали и красили. В раствор краски добавляли соль или медный купорос. Потом на насте белили уже холсты.

На Севере бани, как повелось, строили у реки. В бане холст опять бучили в щёлоке и горячим выстилали на наст, где они под солнцем лежали недели три-четыре и заряжались целебной космической энергией. Бабушка вспоминала, что бывало весь берег у бань застилали холстами, днём поливали их из реки, а ночью дежурили. Были случаи, что портно скатывали в трубы и воровали. Белили холсты крестьяне и на траве, но знали, что когда цветёт хлеб, белить холсты уже нельзя.

У з о р о ч ь ё на п о л о т е н ц а х

Северный узор — древнеславянское узрети (увидеть)- это как бы видимая суть духовного мира. В узоре не было случайных деталей, он отражал не познанный нами смысл дохристианского прошлого: кресты, ломаные кресты ( свастика), ромбы, квадраты, треугольники — все эти детали несли смысловую нагрузку. Можно сказать, что язык вышивки — это « система письма». Писать по — старославянски - значит « украшать», « изображать», « строчить письмо» - значит вышивать строкой. Узор — это своего рода информация об этнорелигиозных особенностях славян. В. Дёмин в книге « Тайны русского народа» пишет: «Исчисление суточного времени вели не только в « днях», но и в « солнцах» ( прошло столько-то « солнц». Эти-то солнце- дни, повидимому, и запечатлены в так называемом ромбическом орнаменте на вышивках, полотенцах, рубахах.( ромбические сетки с точкой внутри каждого ромбика).

Скорее всего это есть солярно- календарные знаки» Стр.274-275.

Особую живительную силу, якобы, давали узоры со свастикой, которая с незапамятных времён является величайшим символом солнца, астрологическим знаком судьбы. На деле свастика- не что иное, как четырёхсекторная структура магнитного поля солнца, силовые линии которого закручиваются и принимают форму свастики.

Позднее, когда смысловое значение узоров утратилось, в каждом уезде, волости сложились свои вкусы, сюжеты и традиции в вышивке полотенец, рубах, становин, скатертей. Старые люди сказывали, что полотенца - крюки ( в светёлке на гвоздях висели узорные полотенца — образцы ) берегли пуще глазу. Более того, каждый род имел свои узоры, которые передавались из поколения в поколение. А уж ошибиться во время тканья узора или придумать что — то своё — боже избавь. Считалось, что такое полотенце теряло магическую силу и годилось разве что на рукотетник. Особо ценились полотенца, на концах которых на ряду с узором вышивалось и изречение, например, « Где правда, там и счастье», или « Вставай с петухами- заживёшь с пирогами», или « Каво люблю, таму дарю» - таковы слова, вышитые либо крестиком, либо стебельчатым швом цветными нитками на некоторых полотенцах начала 20 века.

В конце 19 и начала 20 века на свадебных полотенцах стали вышивать двуглавого орла- Российского герба, олицетворяющего могущество и силу государства. Орёл почитался, как носитель счастья, благополучия, добра.

В узорах северного полотенца, как правило, использовалось 3-4 цвета: красный, белый, черный и изредка жёлтый или синий. Ткались цветные узоры на разные случаи жизни: на рождение, на свадьбу выбирали узор либо красным цветом, либо белым по белому. На похороны и поминки — чёрным.

П о л о т е н ц а о б е р е г и

Ткали полотенца — обереги. В узорах таких платовьёв изображались, то древо жизни, то птица — пава, то львы — семарглы, то кони, то ящеры.

В 1975 году такое полотенце — оберег подарила мне Анна Мухина из деревни Сойга. Длина полотенца более 3-х метров. Холст тонкий, хорошо отбелён. На концах красным цветом выбран диковинный зверь- ящер. Анна рассказала легенду про этот узор. Что, якобы, когда-то давным -давно в их деревне сыграли свадьбу, но вскоре молодой муж пошёл на охоту и сгинул. Искали всем миром, но так и не нашли. Спустя некоторое время, он ночью через окошко приходил к молодой жене и своими ласками доводил её до изнеможения. Народ стал замечать, что что-то неладно с молодой вдовой: вся высохла, при встрече глаза прячет, дела хозяйские робит кое-как.

Тогда мати её напекла вкусных шанежок, рыбник, завернула в плат денежку и отправила дочь к ведунье-колдунье. Старушка выслушала жонку и велела срочно выткать полотенце со змеем - ящером и к ночи вывешивать его на то окошко, через которое появлялся мужик. Молодуха соткала такое полотенце, повывешивала его через раму, мужик -от больше и не являлся. Да, верили наши предки в магическую силу узорочья.

О в ы д е н н ы е (обыденные) полотенца.

Человек почти всегда бессилен перед стихийными силами природы ( наводнение, град, пожары, мор, неурожаи и.т.п.) От таких напастий ещё в языческие времена люди надеялись на обереги в виде овыденных церквей, полотенец. Такие обереги делались всем миром в течении суток, то есть от зари до зари. ( См. В. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. Второе издание. М. Русский язык. 1990 год. Том 2, стр. 637)

В семидесятых годах 20 века летом в деревне Томаша сгорело шесть изб со всеми пристройками: бабушка Марья поставила на плитку разогревать масло, а сама пошла к соседке. Позднее об этом пожаре я разговорилась с Авдотьей Павловной. Ей уже под 80 лет. В разговоре она обмолвилась, что если б было в ту пору овыденное полотенце, то некоторые избы отстояли бы от огня. Мой интерес к этим полотенцам был огромен. Я слыхала, что ткали в миру такие платы. Но баба Дуня ( Каниха) только ребёнком видала такое полотенце, оно висело в каменной Георгиевской церкви в уголке на иконе Спас Нерукотворный. Что с виду оно портяное, ткано не ровно, на концах выбраны красные полоски и к низу пришиты мысики, вывязанные крючком, из пряденых серых ниток.

Далее она рассказала, что ейная бабушка ( начало 19 века) всема ткала овыдень полотенце. А было так: выбирали день, когда заря с зарёю сходится. Договаривались, у кого будут ткать. Созывали лучших мастериц со своими прялками, с куделей со всех деревень погоста. Уговаривались, кто будет сновать , кто привязывать основу к нитенице, кто наматывать нитки на цывцу. Устанавливали очередь, кто за кем будет ткать, кто выбирать узор на концах, кто вывязывать узор, кто пришивать его. И как только занималась заря, все уже были в сборе. Читали молитву и с Богом начинали прясть. Полотенце должно быть длинное, не менее четырёх аршин ( 284 см), шириной не менее пол-аршина ( 35 см) . Готовый плат освящали в церкви . Там оно и висело до беды или зарока.

Случись беда: засуха, например, шли в церковь, там служили молебен, а потом батюшка ставил икону на овыденное полотенце и шёл с народом в поля просить бога о дожде. Весной, после зимовки, выгоняли скот в поскотину- на ворота у осека вывешивали снова овыденное полотно. А уж при большом пожаре какая- нибудь жонка полуголая с иконой на овыденном плате обегала весь пожар и молила Господа о помощи.

Да что далеко ходить, в 2013 году в деревне Горка загорелось 2 дома с зимовками и со всеми постройками. Одна бабушка в ночной сорочке с иконой в руках обошла всё пожарище. Но, к сожалению, без овыденного полотенца. Дома сгорели дотла. Как видим, отголоски язычества в деревнях всё ещё живы.

Полотенце —к н я з ь крестьянских обычаев

Крестьянин всегда жил своим трудом. Смыслом его жизни была работа. Сама жизнь заставляла его познать многие ремёсла. Например, мужчина строил дома, владел кузнечным мастерством, умел делать орудия труда, лова и.т.п. Про таких в народе говаривали: он и швец, и жнец, и на дуде игрец. Женщина пряла, ткала, вязала, шила. Каждый человек, владея мастерством , был причастен к народной культуре, он не мог не учитывать все их сезонно — обрядовые, игровые песни, фигуры хоровода, причитания, колядки и пр.

В повседневной и обрядовой жизни со времён язычества самым распространённым видом народного искусства было полотенце. Оно, в зависимости от применения, носит много наименований. У разных народов своё название: полотенце, рушник,утиральник, рукотетьник, убрус, маховик, ширинка, солык, набожник, зеркальное, крючковое ( накрючник ), дарное, наквашенник, обыденник, подножник, рукобитное, утренник, стеновое, посылальное, перемитка, пелена, плат, косынка, овыденное, похоронное.

Обучались женщины народному мастерству прядения, ткачества, вышивке, вязанью можно сказать с пелёнок. Семейный уклад, повседневный быт уже включал девочку в процесс труда с младенчества. Например, моей мамушке на десятилетие отец привёз с Двинской ярмарки красивенькую прялочку, теперь бы сказали Пучужской росписи. Но мама, Мария Яковлевна, по её словам, к этой поре уже знала из чего и на чём, и как ткётся полотенце. Сама уже научилась прясть из грубой кудели. Только вот не было маленькой прялочки удобной для ребёнка. Весь цикл получения « шёлкового» льна девочки узнавали через хороводные песни, например, « Посев льна». Весной на народном гульбище матери вместе с дочерьми водили хоровод и напевали: « Уж я сеяла, сеяла ленок, Я сеяла, приговаривала,чеботами приколачивала: ты удайся, удайся, ленок! Ты удайся, мой беленький ленок! Лён мой, лён! Белый лён! Я полола- полола ленок, я полола,приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Уж я дёргала- дёргала ленок,Я дёргала, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Уж я стлала, я стлала ленок, уж я стлала, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Я сушила, сушила ленок, я сушила, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев )Уж я мяла- то, мяла ленок, уж я мяла, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Я Трепала — трепала ленок, Я трепала, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Я чесала — чесала ленок, я чесала, приговаривала, чеботами приколачивала. ( Припев ) Уж я пряла-то, пряла ленок, уж я пряла, приговаривала, чеботами приколачивала: ты удайся, удайся, ленок! Ты удайся, мой беленький ленок! Лён мой, лён! Белый лён!

Н а в ы д а н ь е

Девочку с детства готовили к замужеству. К 10 годам уже в избе стоит расписной сундук для приданого. Она уже давно вместе с подружками перестала играть в дразнилку: тили- тили тесто — жених и невеста. Она уже знает пословицу: бабы каются, а девки замуж собираются. Она уже не раз наблюдала за свадебным обрядом,например, у соседей: Натаху выдавали замуж в Кулигу за Миколку Васича. Она уже на зубок знает народную азбуку со свадебным причитанием: Аннушка, Бабушка, Ваш, Григорий, Данилов, Ездил, Жениться, За озеро, И, Кланялся, Лидочке, Манечке, Ниночке, Олечке, Полечке, Русские, Собаки, Танцуют у ворот, Филя, Хохочет, Цыплята, Чирикают, Ъ знак, Ь знак, Это, Юля, Я.

Она знает, почему хохочет Филя. Бабка Дарья говорит, что он дурачок. Такие блаженные бывают. Чаще всего они сироты и их кормит вся деревня по очереди. Их нельзя обижать - это большой грех. Народ примечал: по тому, как люди относятся к дурачку, можно судить: хороший или злой этот человек. Дурачок был на деревне как бы мерилом добра. Правда, она пока не знает, как пишутся буквы, не умеет читать. Она ещё не знает, что пройдёт 23года, и она станет матерью троих детей, в ликбезе её научат писать,читать, считать. Но зато женское ремесло она уже освоила: умеет лён к пряже подготовить, умеет прясть, ткать, отбеливать, вязать узоры, вышивать. А сейчас ей уже 17- ый годок, по весне будет 17. Пойдёт вместе с одногодками на берег ( называлось « встать в столбы». ) « Был такой порядок: когда девушке исполнится полных 17 лет, она должна повязать ( положить) на голову ленту и выйти на берег. Если она не встанет в столбы, то люди осудят, скажут: «вот, ей уж полных 17 лет, а ленты не положила — молодится!» Дозволялось до 3-х раз накладывать ленту.( девичий головной убор) Это делалось для того, чтобы люди знали: раз в ленте на берегу стоит, значит можно сватать.( Я.И.Нифанин « Гавриловские бывальщины», изд.2-е, 2010г.,стр. 41.

Женихи зорко высматривали себе невесту. Да и вся их родня уже знала, какая семья породистая, работящая. На это родители жениха, порой, больше обращали внимания, чем на приданое. Но если невеста с изъяном, тогда уж сваты запрашивали в качестве приданого и швейную машинку, и корову, и даже лошадь, помимо скруток. Например, папа Андрей Афанасьевич 1887 года рождения рассказывал о своём неудачном сватовстве к невесте с изъяном: « на Шихине жила девка- невеста. Мне она не глянулась: хромая и не баская / не красивая/, да и отец у неё был жестокий и скупой. Но мне уже 25, надо жениться, и работница в доме нужна дозарезу. Вот приходим к ним сватом. Выставили бутылку вина, выпили. Олёшка- сват и говорит, что мы за работницей пришли, отдадите девку. А прежде было заведено, что вначале жених за невесту приданое просит. Я запросил 70 рублей деньгами и швейную машинку, мол, на ногу. Но отец её отказал мне, а я нисколько не расстроился: невеста мне совсем не понравилась.»

.А вот как вспоминает пинежская крестьянка Нина Архиповна: « Тку да тороплюсь, тку да тороплюсь. Мне уже 16, женихи -то в ворота стучатся, а у меня ещё не всё приданое готово. Бывало пойдёшь на посиделки, а маменька вслед кричит, чтоб 2 веретена было напрядено. А до того ли мне, когда парень на коленях сидит. Бывало и омманывала маменьку: заранее припрятывала напряденое веретено на мосту, его и показывала при отчёте. Но урывали времечко, пряли и на посиделках. Не успеешь допрясть веретено — уже на круг кличут. Только положишь прялку, тут же какой-нибудь парень садится за неё и начинает все мои ниточки с веретена на себя наматывать. Иногда целое веретено изведёт. Если люб парень, то аккуратно нитки с него обратно на веретено перематываешь. Тут и до обнимки не далеко. А если не люб, тогда уж со злости обрываешь нить. Он сам и выпутывается под хохот посидельщиков.»

П р и д а н о е н е в е с т ы

Приданое для невесты готовилось годами, всем семейным кланом. Это сколько же надо было обработать льна, напрясть, да ещё и тонко, отбелить нитки , наткать. Не всякая девка искусно это делала. У иной,- говаривала мама,- не руки, а крюки, сколько не учи — никакого толку. Возьмёт парень в жёны такую неумёху — век будет маяться. Да если и жених неумёха, то выбиться им в люди тяжело. С самого начала хиреет такое хозяйство. Про таких в деревне говаривали: « Последний хрен без соли доедают.»

Иногда невесте едва исполнится 16 годов, как и жених сыскался, тогда спешно нанимают швею да и подружки помогали шить подарочное: исподнее, становины, рубахи, ширинки и пр. Бывало, что своего холста не хватало на приданое, тогда прикупали на базаре. Приходит кроильниця, чаще всего от жениха, так как она-то знала размеры одежды своих родных, которым невеста будет дарить на свадьбе положенные подарки. Потом от невесты ходят по деревне звать девок «пошить». Шили руками, но позднее случалось, что приносили машинку.

А бывало и так: мужик где-то сгинул на отходных работах. Осталась вдова с двумя девками и клочком земли. Какое уж тут приданое за девками, а надежда теплится, что может возьмут девок замуж В нашей деревне ходила байка. Я её слышала от бабушки, Александры Сидоровны, что, якобы, у одной вдовы было две девки на выданье, а жили они порато /сильно/ бедно. Приданое готовить не из чего. А на Покров день у нас всегда женихи ездили свататься. Вот Анюшка-то и разузнала, что сегодня поедут сватом парни, которым богатые невесты отказали. Она в надежде, что теперь- то может быть и к ним привернут. Прибежала с улки и с порога кричит: « Дунька, мой быстрее шею-то да садись под божницу-то женихи- то по деревне ездят». Дунька, старшая дочь, ей уже 19. Быстро причесалась, заплела косу, надела понаряднее сарафан, села в угол и ждёт. А женихи-то проехали, да мимо. Мать в горе и стыде выговаривает гневно дочери: « что сидишь, как дура с вымытой шеей, бери вилы, да иди убирай назём». Может отсюда в народе и ходит выражение: «сижу, как дура с вымытой шеей».

Р у к о б и т н о е п о л о т е н ц е

Наступал срок и каждая девушка ждала своего суженого, ждала свадьбы, замужества. До 30-х годов 20 века по обычаю девушек выдавали « насилу»- или « силом»- по воле родителей. Но жизнь наших родителей показала, что счастливых семей было отнюдь не меньше, чем сейчас, когда молодые женятся по обоюдному согласию. Например, мою маму, Марию Яковлевну, силком выдали замуж, когда ей не было ещё и 16 годков. Папа был старше её на 9 лет. Прожили они в мире и согласии 54 года, нарожали 9 детей. Мама была полновластной хозяйкой в доме: умной, рачительной. Я ни разу не слышала в доме ссор, скандалов. Но главой семьи всегда считался отец.

Любая свадьба раньше начиналась с рукобитья. Вот как описывает этот обычай А. Кривощёков в книге « Обряды и обычаи Оренбурсих казаков» 1915 год. « В станице Магнитной Оренбургской губернии во время рукобитья на стол расстилают полотенце. Сначала на полотенце кладёт руку отец невесты ладонью кверху. Её перекладывают полотенцем. Затем отец жениха кладёт свою руку на руку отца невесты. Её тоже перекладывают полотенцем. Далее кладут сверху рук руку мать невесты, потом мать жениха,затем крёстные с обеих сторон и каждая рука перекладывается одним и тем же полотенцем. Такой обряд рукобитья считался обручением жениха и невесты.» / стр. 16

С в а д е б н о е п о л о т е н ц е

Полотенца всегда несли обрядовую и магическую нагрузку. Так в северном обряде был обычай, когда жених на неделе приезжал к сосватанной невесте, то привозил он ей отрез на сарафан, платок, шаль, полушалок, а она в ответ отдаривала его рубахой и вышитым руцьником.

Утром, в день свадьбы, ближе к полудню, невесту водили в баню. Приглашённая знахарка- банщица мыла невесту, парила и собирала невестин пот в ширинку, отжимала его в склянку. А потом этот пот вливали в пиво жениху, чтоб он навеки любил свою жену.

Банным действом невеста как бы прощалась с девичьей красой и вольным девичьим житьём. По поверью, так она получала от банщицы « бабью долю». А в знак благодарности дарила ей хлеб- соль на узорном полотенце.

Свадебный поезд всегда украшали полотенцами: привязывали их вместо возжей, обвивали ими дуги, укладывали ими спины лошадей. Все приборяне также были « намечены» полотенцами: дружка по поясу, а другие полотенцем повязывали голову.

Полотенца были обязательны и на свадебном пиру. В первую очередь украшали ими избу, в которой накрывался « княжий стол» « столоухами» и « подстоловками» ( льняные скатерти,выбранные красной бумагой или вышитые красной нитью. Вышивка строгая и неизменно геометрическая.) Кто побогаче, те накрывали столы « довгиями» ( свадебные скатерти в три стола). Нарядными полотенцами убирали благославенные образа. На окнах, на стенах- всюду висели узорчатые полотенца.

До того, как невесту в доме её родителей повести за стол к жениху, она одаривает приборян и жениха полотенцами собственного изготовления. Заранее обговаривают, кому какое дарить: кому покороче, кому подлиннее, кому из тонкой нити, кому потолше. Наперво дарилось полотенце крёстному жениха, потом тысяцкому, затем сватье. Сама невеста сидела в куту, а раздавал полотенца брат невесты или кто-то из её родни. Наливал стаканы по 2 враз, ставил на поднос и призывал по двое: Иван Прохорович и Федосья Павловна, приходите, кушайте». Гости клали на поднос подарки, денежки, а брат вручал им полотенце от невесты. В куту у невесты лежала целая скрута полотенец. До 40 доходило только до венца. Последним из гостей невеста одаривала жениха: самым тонким, самым нарядным утиральничком.

После даренья невеста выходила из кута с поклоном и причитанием: « Не осудите, люди добрые, за мои дары малые. Мои дары те малые посчитайте за большие. Сего год, да по сё годы, не тонко-то я выткала, не бело-то я выбелила . Была весна неспособная, скоро снежки скатилисе, да портенка не белилисе.»

( Д.М. Балашов, Ю.И. Марченко, Н.И. Калмыкова « Русская свадьба» Современник. Москва. 1985 год, стр. 214.) Потом невесту садят за стол, но много не едят, так как основной свадебный пир будет после венца у жениха. Да и долго за столом не сидят, пора ехать к венцу.

Жениха и невесту выводят из-за стола и ставят на полотенце, расстеляное на полу, головы склоняют друг к другу, затем они кланяются всем гостям земным поклоном . Потом отец с матерью по очереди благославляют их трижды иконой, крестят их трижды. Молодые целуют икону и выходят. Жених одевает невесту, выводит на улицу, сажает суженую в сани, сам садится в другие и едут к венцу. Невеста в первых санях. Родня её везёт сундук с приданым и подарки от молодой родне жениха.

Мой отец, Андрей Афанасьевич,вспоминает: « Венчались мы 1 августа 1912 года. В церкви ставят нас под венец, под ноги стелют полотенце. А невесту дома уже настропалили, чтобы в церкви она бежала впереди мужика, не тянулась, тогда в доме будет полной хозяйкой. Стоим рядышком. Её тычут под бок, мол, не уступай. Меня тоже тычут. Мы до того допереступали, что и полотенце перешли. Но невеста всё-таки выступила вперёд. Я дальше сдался. Так всегда и уступал Марусе. Жалел её, гордился ею.»

Полотенце из-под ног молодых оставалось в церкви для хозяйственных нужд. А за венчанье попу и попадье полагалось по полотенцу и 50 копеек серебром за выписку из метрических книг. А при крепостном быте молодые вносили ещё 2 полотенца в государственную казну, которые потом отправлялись в детские приюты, богадельны, солдатам в армию.

Обвенчавшись, молодые уже в одной кошовке ехали к жениху и тогда начинался пир горой. Гости ели, пили, пели, плясали, произносили заздравные, поучительные речи. Мне запомнилась такая речь Андреюшки Силуянова, якобы сказанная им на свадьбе у Миколки (Упа.) Она, видимо, не раз передавалась из уст в уста, если я знала её ещё будучи подростком. Суть её такова: поехала баба на кобыле с жеребёнком на базар сало продавать. День выдался удачным: всё сало раскупили, на радостях тут же и подарками для всех обзавелась. Пора ехать домой. Глянула, а жеребёнка-то и нет. Она туда-сюда- нет нигде жеребёнка. Уже и базар закрыли. Сидит на возу и во всю головушку воет. Идёт мимо генерал и спрашивает: « Чего, дура, воешь?- Да как же мне, батюшка, не выть-то, я ведь жеребёнка потеряла, мужик-от убьёт теперечя меня. Он хотел из жеребёнка-то жеребца выкормить.- Слушай, дура, научу: Поезжай с Богом домой, лошадь прибери, детей одари, ужин и четверть водки на стол. А вот когда наступит сладкая -то минута, ты и скажи про жеребёнка.»

Баба всё сделала, как научил генерал. Поужинали, легли спать, наступила сладкая минута. Она и говорит: « Ты знаешь, мужик, а я ведь жеребёнка потеряла.- А он совсем не страшно, а так ласково и говорит: « Да шут с ним, с жеребёнком-то, кобыла ещё ожеребиться.» Запомните, молодые: горькие вещи надо говорить в сладкую минуту!»

На свадьбах всегда выделялся балагур, который забавлял гостей: веселил, смешил, разыгрывал, подначивал на дополнительные подарки молодым или свахе, сказывал свадебные побасёнки, загадывал загадки, зазывал сплясать скоморошину в смешных нарядах, участвовал в уличной демонстрации приданого невесты. Нынче таких балагуров томадами кличут и большие деньги им платят.

В дом жениха невеста привозила сундук с приданым. Мама, Мария Яковлевна (1896 г. р.), рассказывала, что в сундуке у неё лежали 3 исподки, рукава двое, сарафаны: ситцевый, ластиковый, атласник, гарусник , шаль шёлковая с кистями, шаль гарусная, гора всяких полотенец, 2 браные скатерти, янтари в 3 ниточки, бусы, головодец (полукруглое очелье на твёрдой берестяной основе, с рельефной вышивкой серебряными нитями), цярки ( цирки- полусапожки на каблуке, с пуговками) , наволочки: 2 ситцевые с прошвами, 2 из тонкого холста, стёганое лоскутное одеяло, ну там сбоку, в верхнем ящичке сундука лежали нитки, ножницы, иголки, пуговки, ленточки, гребешок, образок , чистое мыло. В отдельном узле перина, 2 подушки, прялка, какая-то посуда ( братынь, кринки, ладка, 2 фаянсовых тарелки, пара чашечек с блюдцами, 2 алюминевых ложки, сколько-то деревянных, царапуля.) Привезла и свою косу горбушу и серп, и очищенного льна.

Помимо приданого, невеста везла и подарки. Жениху — рубаху, кальсоны из холста, поясок. Свекрови – становину ( рубаху из домотканины с выбранным геометрическим узором по подолу, вороту, рукавам), исподнее три штуки, ситец на сарафан, поясок, шелковый платок. Свёкру — рубашку из тонкого холста, плетёный пояс, кальсоны исподницьки. Сверх этого невесте полагалось жениховой родне ( брату, сестре, крёстной, тётке, дяде) дарить узорные полотенца собственного изготовления. Потом уж родня судила: рукодельница невеста или так себе.

После венца в доме жениха молодых обсыпали житом и встречали хлебом с солью на узорчатом полотенце. Затем свёкор « вскрывал» молодую, за что она одаривала его полотенцем. А когда свекровь или золовка стелила молодым постель, то валилась на кровать и не уходила, пока не получит полотенце или ленту. За буженье молодая тоже дарила свекрови полотенце — горшецьник, чтоб свекровь о горячий горшок рук не « обожгла».

Утром свекровь сразу давала молодой прясницу (прялку), чтоб богаче жилось. Теперь семейные заботы требовали много портна. Молодая в замужестве уже была обречена на ежедневный тяжкий труд обработки льна, прядения, ткачества, отбеливания, вязания, шитья. У вепсов был обычай: после года совместного житья свёкор, якобы, на мосту избы вбивал гвозди, а невестка должна была повесить на каждый гвоздь новое полотенце. Если не хватало платовья, то значит она ленивая.

Полотенцами расплачивались за работу, по нашему совершали бартер, расплачивались за ленты, бусы, бисер, шалюшки и.т.п. ,купленные у коробейников, ходивших по деревням. Самый лучший, нарядный утиральничек дарили сыну, уходящему в рекруты.

Новорожденного обтирали особым полотенцем. После родов бабака-повитуха и роженица поочерёдно поливали воду на руки друг другу, « размывали руки». А затем роженица одаривала повитуху хлебом-солью, завёрнутые в полотенце.

Я в 1962 году приехала на зимние каникулы к родителям. В мае должна родить. Неизвестность меня пугала. Спрашиваю у мамы: страшно рожать? А она мне в ответ пословицей: ср.ть да родить нельзя погодить. Ты девка здоровая, порода наша хорошая. Дитё само попросится на свет, само и выскочит. Главное не трусь. Я вот первым разрешилась на весеннего Егория в 1914 году. Правда, ходила тяжело: пузо было большое, мешало доить корову, ткать, намётывать навоз. Ждала, скорей бы уж.

Рожала, как все, в бане. Мужик уж третий раз подтапливает баню, уж Ниниловну ( повитуху) третий день кормим, а воды всё не отходят. Наконец, началось. Баня стояла под крутой горой, батько (муж) да повитуха чуть спустили меня вниз. А уж орала я на всю округу. Отец вступил в разговор: да уж мати (жена) и кричала, и стонала, и материлась на чём свет стоял. Я и уши затыкал, и хотел сбежать, и сердце занималось так, что лучше бы сам родил. А уйти нельзя, принято было, чтоб первым дитё в руки взял отец.

Уже приготовлено подержанное мягонькое полотенце. Наконец, всё случилось. Я ребёнка в охапку и бегом в избу. Положил его в зыбку, позвал мать, а сам быстрей из избы, чтоб не слышать рёва. Мама продолжила разговор: повитуха ребёнка приняла и сразу кровавого положила мне на грудь, а сама стала перевязывать ему пуповину. Потом обмыла сыночка, завернула его в плат и отдала отцу. Вскоре отец и меня привёл домой. Я дитё покормила, сама попила чаю, немного отдохнула и пошла доить корову. Четвёртый ребёнок сам на пожне выпал. Тебя тоже в телятнике родила.( Я была восьмым ребёнком). А ты боишься!

Умирал человек, обычай требовал повязать ему шею полотенцем, а концы его вкладывали в правую руку. Гроб тоже покрывали полотенцем с чёрной вышивкой. В узоре крючком непременно вывязывалась курица, которая, якобы, должна прогребать путь для души на тот свет. В старинные времена и священник при отпевании накладывал на голову полотенце так, чтобы концы его свисали до земли. После смерти одно полотенце 40 дней лежало на подоконнике: на нём отдыхала душа умершего. А в дни поминовений у окна опять же вывешивали полотенце, чтоб умершие родные могли войти в дом и утереться. Когда посещали могилы умерших, то могилу застилали полотенцем и на него ставили поминальную еду. Вешали полотенца и на могильные, и на обетные кресты на росстанях.

На Пасху, на Троицу полотенцами украшали избы, праздничные берёзки.

Удивительные были обычаи и ритуалы у наших народов, особенно у северян: пинежан, мезенцев, каргопольцев, онежан, устюжан. Теперь многие обряды забылись, ушли насовсем в прошлое, другие были стилизованы под современность и уже не имеют той магической силы, в которую верили наши предки.

А. Арнаутова.

Оренбург, 2016 год.