• Название:

    Свободные значит мертвые


  • Размер: 0.03 Мб
  • Формат: ODT
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

Установите безопасный браузер



Свободные значит мертвые

https://ficbook.net/readfic/821021 

Автор: Ankli (https://ficbook.net/authors/23375)
Фэндом: Ориджиналы 
Пейринг или персонажи: Убийца/Заказ
Рейтинг: NC-17 
Жанры: Слэш (яой), Даркфик
Предупреждения: Нецензурная лексика 
Размер: Мини, 7 страниц 
Кол-во частей: 1 
Статус: закончен 

Описание:
Он - матерый убийца, которому приходит заказ. И этот "заказ" заявляет, что не хочет умереть девственником. А убийцы же славятся своим великодушием, правда? 

Публикация на других ресурсах:
Запрещено. 

Примечания автора:
Я все же предупрежу: рассказ сам по себе жесткий, грубый и на любителя подобного. 
Поэтому если вы любите флафф, романтику, счастье и радость - это не для вас :D
Кстати, в шапке отсутвуют некоторые предупреждения, т.к. они являются жестким спойлером х)

Что такое жизнь для того, кто за деньги убивает людей? Что это? Глупое слово, обозначающее существование кого-либо. Да вы шутите, что ли… Жизнь – это дерьмо, напичканное разного рода событиями не первой свежести. 

Рано или поздно, так и так, но все вокруг попередохнут. Рано или поздно наступит что-то, что, наконец, все прояснит и положит четкий конец всему этому дерьму с красивым названием. Смерть как факт, как достижение и как тот самый финиш, к которому стремятся все вокруг. 
Так что такое вообще жизнь? 

Вообще-то это довольно глупо заморачиваться на подобные вот пустые философские рассуждения. Какая разница, что такое жизнь? Если ты не можешь дать ей четкое определение, но так запросто можешь отнять ее у других, значит, это что-то весьма ценное, за это заплатят. А все остальное… Да пошло бы оно. 

Он никогда не размышлял на тему жизни и смерти. Потому что не идиот. 
Какая разница, что такое жизнь, если ты так легко отнимаешь ее лишь единственным глухим выстрелом? 

Темнота ночных переулков завлекает, завораживает и вводит почти в транс. Черная машина без номеров плавно и уверенно скользит по асфальту и останавливается прямо у подъезда обычного девятиэтажного дома, каких тысячи в этом городе. Он выходит, вальяжно и неторопливо закрывает дверцу, поправляет капюшон черной толстовки и по пути к подъезду надевает кожаные черные перчатки. Он нахален и совсем не осторожничает, не боится и не остерегается. Потому что не в первый раз. Потому что жизнь для него такое же пустое слово, как и тысячи других слов в русском языке. И это главное его достоинство. 
Он открывает домофон заранее предоставленным заказчиком ключом, входит в грязный подъезд, чуть морщась от яркого света. Пятый этаж. Лифт приезжает быстро, лениво и устало распахивает свои старые дверцы, впуская его вовнутрь. Он вжимает кнопку пятого этажа на грязной панели, разрисованной черным маркером. Под тусклым освещением читает разного рода рекламу, наклеенную на стенках. Сказать, что он спокоен слишком слабо. Он даже не думает о предстоящем, для него это так же обычно и просто как посрать или выебать очередную шлюху в переулке. 
Рука нашаривает в глубоком кармане широких штанов карманный ножик. Он фыркает, усмехается, достает его и пару раз вытаскивает лезвие, осматривает и кладет обратно. Эта милая вещица ему сегодня не понадобиться. 
Двери лифта распахиваются, он выходит и ненадолго останавливается, осматриваясь по сторонам. Неспешно подходит к одной из дверей и вновь запускает руку в карман, нашаривает холодный металл ключей, достает и, присматриваясь в темноте, вставляет ключ в замок. У него вызывает легкую усмешку тот факт, что ключ оказывается не тем. Он шумно с лязганьем перебирает связку из трех ключей, не спеша подставляет каждый и ему везет, ведь второй ключ оказывается нужным. Замок поддается, дверь приветливо распахивается, и он вступает в темноту двухкомнатной квартиры. 
Он не боится разбудить хозяина или хозяйку или даже соседей, ему нет никакого дела до того, как их убивать. Во сне или наяву. Им же будет лучше, если они не проснутся. Говорят, смерть во сне лучше всего. Наивные уебки. 
Он тихо прикрывает входную дверь до щелчка и запирает на верхний замок. Достает из-за спины пистолет, ранее всунутый прямо под пояс штанов, вплотную к пояснице, удовлетворенно осматривает и приставляет к дулу глушитель, прикручивает и прижимает до упора. Он убирает указательный палец с курка, выпрямляя его, и сгибает руку в локте, поднимая пистолет к уровню головы, рядом с ухом. Дурацкая и опасная привычка. 
Осторожно и неспешно открывает дверь и входит в первую комнату. Да, сегодня удача явно на его стороне – даже комнату нашел с первого раза. На постели у окна, накрывшись одеялом, в темноте сидит тот, кого нужно убить. Тихо и осторожно. 
- Привет, - улыбается он, сверкнув синими глазами и сгибая указательный палец, возвращая его на курок, слегка поглаживая и примериваясь как бы так выстрелить, чтобы мозги разбрызгало как можно красочнее, но его самого при этом не запачкало. В висок? В лоб? В переносицу? О, да, пожалуй, в переносицу. Чтобы череп разломился пополам, а мозги кровавой кашей вышибло на стену. 
- Я ждал тебя, - тихо сообщает сидящий на кровати паренек, поднимая голову и пристально вглядываясь своим глубоким взглядом карих глаз в убийцу. 
- Да что ты? – расплываясь в нахальной улыбке и закрывая за собой дверь, словно отрезая путь к спасению. – Надеюсь, я не опоздал? 
Парень мотнул головой, все еще внимательным и до противного серьезным взглядом вглядываясь в мужчину. 
- Я ждал тебя, - вновь повторяет он и выбирается из одеяла, садится на постели на колени, чуть разводя их и опираясь руками в кровать между них. 
Убийца проходится взглядом по его телу, отмечая, что паренек ничего так себе и при других обстоятельствах с ним можно было бы неплохо так развлечься. Грязно так развлечься, жестко и со смаком, чтобы всласть поиграться с сучонком. А потом убить. Непременно убить. Ну, а как же иначе? 
- Как тебя зовут? – вглядываясь в убийцу, задает новый вопрос парень своим чрезмерно серьезным тоном. 
- Фея крестная, - ухмыляясь такой наивности, отвечает мужчина, поглаживая курок указательным пальцем и опуская пистолет, наводя его на парнишку, прицеливаясь. Мушка уверенно встает на место, впиваясь черной точкой в голову паренька. 
- А меня зовут Влад, - без страха представляется парень, в упор глядя на убийцу и словно не замечая наведенного пистолета. 
- Ахуеть, - пропуская имя мимо ушей и почти уже нажимая на курок как парень внезапно продолжает:
-… и я девственник. 
Убийца моргает и отводит взгляд от прицела, наконец, переводит его на самого парня. 
- Ну… заебись теперь, - кивает он, мысленно прикидывая, сколько этому парнишке лет. Лет двадцать точно есть. И что, до сих пор девственник? Ну да, конечно. Охотно верится. 
- Потому что я гей, - как ни в чем не бывало, продолжает юноша. 
Убийца приподнимает брови и с насмешливой иронией смотрит на этого чудаковатого придурка. 
- Пиздец, одна новость ахуеннее другой, – стараясь скрыть мелькнувший интерес, произносит он, не опуская пистолет, но больше не поглаживая курок указательным пальцем. – Еще потрепишься перед смертью или можно уже стрелять? 
- Я предлагаю трахнуть меня, - бесцеремонно, не изменившись в лице. – Не хочу умирать девственником, - чуть хмурясь, но с твердой уверенностью в словах. 
Секундная заминка и усмешка.
- Пиздец ты парень, - почти пораженно, но по-прежнему с насмешкой, выдает убийца. И опускает пистолет. А почему бы и нет? Почему бы не развлечься? Выебать малыша, так сказать, устроить ему прощальное шоу перед смертью. Тем более, что трахнуть девственника – клево и даже весьма забавно. Особенно, если делать это перед тем, как убить его. В этом есть определенная доля романтики – трахнуть и грохнуть. Что-то из тех кровожадных сказок о том, как мужчина, принявший целибат, трахнул девственницу и утопил ее, чтобы не болтала. Да, такое нам по вкусу. 
- Так ты согласен? – чуть склоняя голову на бок, пробегаясь холодным, изучающим взглядом по мужчине, спрашивает Влад. 
- Для целок я безотказен, - пошло усмехнулся убийца, невольно облизываясь. 
Он подошел ближе и, щелкнув предохранителем, медленно, не спуская чуть недоверчивого, но в то же время изучающего взгляда с парня, положил пистолет на тумбочку рядом с кроватью. 
- Раздвигай ножки, - красиво и хищно улыбаясь и снимая сначала перчатки и капюшон, а за ними и всю толстовку, открывая вид на рельефное тело и хорошо подкаченный пресс с несколькими шрамами. 
Влад чуть вздрогнул и подался назад, ложась на спину и разводя в стороны согнутые в коленях ноги. Он инстинктивно напрягся, почти вжался в матрас. А еще он совсем не ожидал, что человек, что придет по его душу, будет настолько красив. Если, конечно, так можно выразиться в данном случае. Совершенно дикая, почти уличная, непокорная красота. Убийце на вид было лет двадцать семь, может чуть больше. Он был абсолютно натуральным брюнетом, с коротко отстриженными чуть торчащими волосами и нагловатым взглядом синих глаз. Словно хищник, силен и опасен, в движениях сквозит готовность убивать, а во взгляде плескается яркий огонь азарта и смелости рисковать. Во всю спину татуировка крылатого извивающегося змея с открытой зубастой пастью и длинными передними клыками. Прищур красных глаз с вертикальным черным зрачком смотрит куда-то сквозь стены, сквозь потолок, прошибает насквозь. Подкрашенная зеленым чешуя начинает блестеть от пота. Змей извивается с движениями хозяина, танцует и угрожающе «ползает» по коже спины. 
- А ты ниче так, - задумчиво протягивает убийца, опираясь коленями на постель между разведенных ног парня и окидывая его взглядом. Он, в свою очередь, тоже удивлен, тоже рассматривает и почти возмущен тем, что кто-то с такой вот внешностью как у Влада до сих пор девственник. Да его же нужно выебать в первой подворотне просто за то, что настолько вызывающе выглядит. Яркие рыжие волосы короткими прядями раскинуты по подушке, чуть подернутый пеленой взгляд слегка настороженных и в то же время отливающих строгостью и достоинством глаз, чистая светлая кожа и вообще в целом симпатичная мордочка. Педик. 
- Знаешь, а ведь ты первый девственник у меня, - усмехнувшись и чуть подавшись вперед, зацепившись руками за серую футболку парня и потянув вверх, заставляя его приподняться и снимая эту самую футболку. 
Футболка была отброшена в сторону, убийца склонился над хрупким телом, прикоснулся к бокам и провел языком вниз по животу, заставляя парня чуть задрожать и покрыться мурашками. Он поднялся чуть выше, целуя в шею и скользя сильными горячими руками по бокам, прощупывая ребра, по талии и бедрам, цепляясь пальцами за ширинку боксер и чуть оттягивая. Влад закусил губу и тихо выдохнул, комкая пальцами простынь. Его короткие рыжие волосы ярким блеском горели в темноте, а чуть дрожащий, приглушенный взгляд карих глаз то и дело неуверенно сверкал из-под длинных рыжих ресниц, нервно скользил по телу убийцы, но как только натыкался на линию черных волос, растущих чуть ниже пупка мужчины и уходящую в штаны, стыдливо поднимался к потолку. 
- Боишься, рыжий? – ухмыльнулся убийца, ложась на парня и придавливая его своим весом, насмешливо выдыхая эти слова прямо в шею Влада, целуя за скулой и прикусывая. 
- Не боюсь, - на выдохе, выгибаясь. 
- А зря, - отстраняясь и хищным взглядом темных синих глаз глядя в глаза пареньку, чуть улыбаясь. – Ведь я собираюсь как следует выдрать тебя и исследовать всю глубину и ширину твоего девственного очка, - фыркая и проводя руками по ногам парня, обхватывая его колени и разводя в стороны. 
- А у тебя встанет? – голос дрогнул. 
Убийца изогнул бровь, бросив взгляд на паренька, и потянул вниз его боксеры, достаточно грубо срывая их с него и отбрасывая на пол. 
- Я чё на импотента до пизды похож? – со злобой в голосе. 
- Нет-нет, но я же… парень, - поспешил оправдаться Влад, чуть хмурясь и отводя взгляд. 
- Пацан, баба – какая нахуй разница? Очко есть очко, оно у всех одинаковое, - грубо бросил убийца, перехватывая парня под коленкой и вздергивая вверх, открывая себе обзор. 
- Ну да, - тихо согласился Влад, едва заметно и явно натянуто улыбнувшись. Он запустил руку под подушку и нашарил небольшой тюбик крема, а затем протянул его мужчине. 
- Так будет легче, - пожимая плечами. 
- Да ты прям во всеоружии я смотрю, - усмехнулся брюнет, принимая крем. – Неплохо для целки, - приглушая голос до шепота и вновь склоняясь над парнем, выдыхая ему в шею и чуть прикусывая. 
Руки скользнули по ногам, грубо стиснули бедра, буквально зажав их в сильных ладонях. Влад сжался, зажмуриваясь, а затем вновь быстро открыл глаза с расширенным черным зрачком. 
- Как тебя зовут? – выгибаясь и расслабляясь под горячими поцелуями на груди и шее, сжимая коленями бока мужчины. 
- А разница? – на выдохе, отстраняясь и окидывая грудь парня взглядом. Рука потянулась к шее, провела вниз по ключице, по груди и коснулась соска. Влад вдохнул и вновь зажмурился, внутри кишки скрутило желанием. Разница? Хах, и вправду, какая к чертям разница?.. 
Мужчина скользнул рукой вниз и выдавил крем парню на живот, мазнул двумя пальцами и приставил их к пульсирующей дырочке и без подготовки резко ввел внутрь. Колени Влада задрожали, он сжал зубы, вцепившись в простынь и тихо сквозь зубы постанывая от этого странного, пугающего ощущения чужих пальцев в заднице. Пальцы зашевелились, и парню показалось, что в него живьем запихивают вот так ленточного червя. Он зашипел и попытался свести колени и развернуться на бок, выкрутиться и избавиться от этого ощущения, однако был резко и с силой вжат в матрас. Мужчина сильнее развел его колени, ложась сверху и придавливая Влада своим телом, не давая ему свести ноги и продолжая настойчиво двигать пальцами во влажной дырке. 
- Больно, - сжимая зубы и уже без стеснения цепляясь руками за мужчину, за его плечи. 
- Да похеру мне, - нетерпеливо дыша и резко перехватывая запястья парня, поднимая над головой и удерживая, сжимая почти до синяков. Влад выгнулся и громко вскрикнул в голос, когда убийца добавил третий палец и начал буквально трахать ими упругое отверстие. 
- Сука, - выдохнул мужчина, наклоняясь и затыкая рот крикливого засранца поцелуем, кусая в губы и желая уже намеренно причинить боль. 
Влад даже не стремился как-то участвовать в поцелуе, открывая рот для крика и выдыхая его в рот мужчины. По подбородку потекла слюна, а уже через секунду парень вздрогнул, почувствовав что-то такое, что заставило колени задрожать еще сильнее, а по телу разойтись почти судорогой. В мозг спазмом ударило удовольствие, так грамотно преподнесенное после боли. Он сжался и рвано задышал, обнимая ногами поясницу мужчины и чуть подаваясь вперед. 
Убийца отстранился, отпуская запястья парня, припустил штаны и достал из заднего кармана джинс презерватив, быстро открыл зубами и умело надел, чуть выдохнув от ощущения. Влад тяжело дышал, не меняя положения рук и так и оставив их над головой. Грудь с возбужденными сосками и впалый живот вздымались под частым дыханием, розоватый член чуть подергивался, призывно истекая смазкой, капавшей на живот и смешивающейся с текущим кремом. Взгляд карих глаз с судорожным нетерпением и покорностью наблюдал за действиями мужчины. 
Усмешка на красивых губах, и вот уже убийца медленно вытаскивает пальцы, проводит большим пальцем по краю дырочки и чуть оттягивает его в сторону. Розовое отверстие хлюпает и возбуждающе пульсирует от только что растягивающих его грубых пальцев. 
Головка члена прижимается к отверстию, и мужчина подается вперед, удерживая колени Влада и не позволяя их свести. Рыжий задыхается болью, открывает рот в немом крике и с шокированным неверием впивается взглядом в потолок, сжимая простынь и прогибаясь в спине, пытаясь выпихнуть из себя посторонний предмет. Но это ощущение растянутой задницы – отвратительно. Поэтому, когда убийца входит полностью, не обращая внимания на откровенный скулеж и боль Влада, юноша почти благодарен за то, что больше не чувствует этой пустой растянутости. 
Внутри все словно загорелось, почти вспыхнуло и обдало жаром, переходящим в боль. 
Мужчина выдохнул сквозь зубы и толкнулся глубже, входя до конца. Он моментально увеличил темп, наклоняясь к парню и вглядываясь ему в глаза. Влад в свою очередь отвел взгляд, сжимая зубы, а затем и вовсе закрыл лицо ладонями, скрывая выступившую на лице краску похоти. 
- Убери руки, - потребовал убийца, настойчиво убирая руки парня от лица и вглядываясь ему в глаза. – И херли такой как ты до сих пор девственник, а? – приглушенное шипение и нарастающие толчки. Руки скользят под ягодицами, сжимают и сильнее насаживают на себя парня. В тишине кажутся особенно звонкими и четкими шлепки кожи о кожу. Воздух почти звенит от напряжения и тяжелого дыхания обоих. 
- Не знаю… - закрывая глаза и просто подаваясь вперед, отдаваясь этим непривычным и новым ощущениям. 
- И откуда вообще узнал о том, что тебя заказали? – выдыхая эти слова в грудь парню, прикусывая его сосок и обводя языком, а затем приподнимаясь и дергая Влада на себя, заставляя сесть безвольное послушное тело на свой член. – По идее, в курсе ты быть не должен. Так откуда? – придерживая парня за бока и тяжело дыша, прикрыв глаза, внимательно сосредотачиваясь на ответе. 
Влад выдохнул и вцепился в плечи убийцы, сжал и начал сам насаживаться, упираясь коленями в матрас по обе стороны от ног брюнета. 
- Мачеха… Отец, когда умер… - прерывистыми выдохами из груди вырываются слова, - разделил наследство пополам. Естественно, ее это не устроило… Я знал, что она выкинет нечто… подобное, - запрокидывая голову и подставляя шею под поцелуи убийцы, крепче обнимая его за шею и вздрагивая, когда сильные руки скользят по талии, чуть сжимают и поглаживают напряженную спину. 
- Просто хуею с таких баб, - ухмыльнулся мужчина, открывая глаза и снизу вверх глядя на парня. – Бляди. 
- Ненавижу ее, - согласился Влад, не прекращая насаживаться. – И отец тоже… В детстве он… пытался трахнуть меня, мать застала и… Он задушил её, - сжимая зубы и пошло постанывая. 
- Пиздец у тебя семья, - скрывая удивление и лишь усмехаясь, выдал мужчина. 
Убийца выдохнул и уже через секунду резко опрокинул паренька на кровать, вышел из него и перевернул на живот, поднял его бедра и вновь грубо вошел, толкаясь на всю длину. Влад вскрикнул, цепляясь тонкими руками за простынь, отставляя задницу и расставляя ноги. Так ему нравилось даже больше. Мужчина увеличил темп, не убирая рук с бедер парня и насаживая его на себя до упора так, чтобы потяжелевшие от возбуждения яйца шлепали по упругой заднице. 
- А у тебя в семье были что, совсем прекрасные отношения? – оборачиваясь через плечо и обжигая убийцу взглядом, рвано и громко дыша, подаваясь на встречу и еще больше возбуждаясь при виде его напряженного торса и влажной от пота груди. 
- Нет, - отвлеченно ответил брюнет, резко наклонившись и схватив Влада за рыжие волосы, потянул вверх, заставив зашипеть, и прикоснулся губами к коже спины, прикусил и моментально начал вылизывать ранку. 
- Родителей тупо не помню, - продолжил он, выпрямляясь и вновь ускоряясь, заставляя рыжего пошло постанывать и подаваться бедрами навстречу. – Но, судя по рассказам очевидцев, они были теми еще гандонами, - усмехаясь. – Поэтому мне похеру, как именно они подохли, - толкаясь сильнее и жестче. 
Кровать тихо поскрипывает в унисон стонам кончающего Влада. Убийца резко подхватывает его за бедра, не позволяя опустить задницу и через несколько толчков, запрокинув голову, спускает в презерватив. 
Рыжий обессилено падает на подушку и заваливается на бок, наконец, сводя дрожащие колени. Из растянутой дырки выливаются остатки крема. 
- Матвей, - на выдохе, тихо шепчет мужчина, снимая презерватив и оглядываясь по сторонам в поисках предмета, в который можно было его засунуть. Ваза на тумбочке как раз подойдет. Он выплескивает из нее цветы и грубо пропихивает внутрь использованную резинку. 
- Что?.. – не понимает Влад, поворачиваясь на бок и из-под полуопущенных ресниц глядя на мужчину. 
- Имя мое, блять, - хмуро отвечает Матвей. 
- Необычное, - чуть улыбается парень и внезапно тянется рукой к убийце. 
Брюнет хмурится, сжимает зубы, но все же подается вперед, позволяя обхватить себя за плечо и утянуть на кровать. Влад утыкается носом ему в руку и тихо дышит, не закрывая больших глаз, всматриваясь в темноту и вдыхая до странного приятный запах Матвея. Он осторожно дотрагивается до его живота и начинает медленно и задумчиво водить пальцами по коже, очерчивая кубики пресса. 
Убийца опускает взгляд на рыжую макушку и чуть хмурится, прищуривается и удивляется тому, что чувствует в данный момент. 
- Дерьмо, - досадливо морщась и непонятно из-за чего раздражаясь. Он встает, сбрасывает руку рыжего и застегивает ширинку. Что он сейчас должен чувствовать? Чисто в теории, что нужно чувствовать в такие моменты? 
- Дерьмо, - еще раз сквозь зубы повторяет он, взъерошивая волосы. 
Влад молчит, откинувшись на подушку и глядя в потолок задумчивым взглядом. Он прекрасно понимает, что сейчас должно произойти. Ведь он не идиот. 
Матвей поднял толстовку с пола, встряхнул и медленно, оттягивая момент, надел. Рука скользнула по тумбочке, и пальцы коснулись приятно опалившего холодом пистолета. Щелчок предохранителя и наслаждение в каждом движении. На самом деле, ничего в этой жизни так не важно, как именно этот момент. 
Ну так что? Что нужно чувствовать, убивая того, с кем пару минут назад трахался, а, господин свирепый убийца? Вставляет этот безбашанный контроль над жизнью, эта странная садистская власть? Разумеется. 
- Без обид, рыжий, - улыбается Матвей, поднимая пистолет и приставляя дуло вплотную ко лбу парня. 
Влад комкает простынь, медленно кивает и не закрывает ясных карих глаз. Упрямо смотрит в синие глаза, не просит и не умоляет, просто с достоинством ждет. Биение собственного сердца дробью разрывает грудь, и кровь гулко бьет в висках, но он стойко терпит, стараясь дышать ровно. Потрясающий парень. 
Убийца медлит ровно секунду, а затем с расстановкой вжимает курок, не торопясь. Тихий из-за глушителя выстрел, едва уловимая вспышка света и брызги крови и мозгов на постели. Заляпанное кровью тело безвольно падает на подушку. Плечи, ключицы и руки до локтей – избрызганы алым. Куски разломанного черепа медленно остывают на подушке. Бордовое пятно быстро разрастается по простыни под холодеющим телом. 
Матвей проходится холодным взглядом по телу и чувствует удовлетворение, быстро сменившееся безразличием. Он неспешно надевает перчатки и берет с тумбочки вазу, подходит к окну и вышвыривает ее из него прямо на холодный асфальт. 
Он так же тихо, как и входил, выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь, засовывает пистолет за пояс штанов сзади и выходит на лестничную площадку, не забыв накинуть капюшон. Он спускается пешком, потому что глупо спускаться на лифте после того, как грохнул в этом доме кого-то. Лифт может застрять. 
Матвей не спешит, засунув руки в карманы, выходит из подъезда и чуть ежится от весеннего холода и сырости. Уже начинает светать и в воздухе пахнет свежестью и дождем. Мужчина заводит машину и, перед тем как поехать, закидывает под пассажирское сиденье пистолет, а затем, быстро набирая скорость, уезжает. 
Странная пустота в душе и полное равнодушие, даже почти удовлетворение от совершенного пугают. Точнее сказать, просто стремно вот так понимать, что ты, в общем-то, чудовище и человеческие эмоции, по сути говоря, тебе чужды. Убийца усмехается, без сожаления вспоминая секс с Владом. 
- Зато круто потрахались, - фыркает он, чувствуя приливающий азарт от этой фразы. Он набирает скорость, выворачивает на шоссе и с отчаянный весельем в глазах, вылетает на встречную, обгоняет какой-то грузовик и прибавляет скорость. В таких случаях фраза «Жизнь продолжается» уместна как никогда. 
Это просто круто. Чувствовать вот такую свободу собственных действий, собственных эмоций. Ты ведь понимаешь в чем соль, не так ли? Знаешь, каково это, когда никто действительно не нужен, когда жизнь – мгновение, когда плевать на собственную бесчувственность, когда адреналин в венах зашкаливает, когда нет ни единого предела или скучных границ дозволенного. Вот она – твоя утопия. Утопия беззакония, анархии и той жуткой зубастой свободы, от которой «нормальные» бегут как можно дальше. Но ты не из таких. Ты чокнут, аморален, самоуверен и просто до дрожи опасен для всех этих «нормальных». Ты – монстр, родившийся в человечьей шкуре лишь за тем, чтобы по-тихому убивать это тупое стадо. И ты никогда не сможешь ни с кем разделить эту свободу. Потому что хищные монстры не могут быть с овцами. Монстрам нужны такие же монстры, а ты ведь уникален, не так ли?.. 
Оглушающий визг тормозов, машину заносит и несколько раз раскручивает. Мокрый асфальт не слишком дружелюбно обходится с быстро стираемыми шинами, не позволяет им уцепиться за себя. Резкий удар и вот уже вместо цельного автомобиля лишь покореженные испачканные кровью и дождем куски железа, где вместо водительского кресла – не дышащее месиво из мяса, костей и крови. 
Перепуганный водитель грузовика выбегает из кабинки и подлетает к изувеченной машине, вызывает «скорую» и наряд полиции. Нет, старик, тут нужна уже труповозка. Или те люди, в обязанности которых входит соскребать остатки мяса с асфальта и выковыривать его из покореженного железа, но никак не «скорая». Хотя, впрочем, звони, надежда же из тех сук, что предпочитают подыхать последними. Так что звони в свою «скорую», набирай номер дрожащими пальцами и молись своему Богу, Дьяволу или кому там молится стадо, подобное тебе? Неважно, просто молись и до последнего отрицай самому себе, что только что убил человека. 

Кстати, а внутри «монстры» оказывается совсем как «люди»… 

Не забудьте оставить свой отзыв: https://ficbook.net/readfic/821021