• Название:

    Игумен Никон (Воробьёв). О человеке духовном


  • Размер: 0.03 Мб
  • Формат: ODT
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

    Осталось ждать: 10 сек.

Установите безопасный браузер



Игумен Никон (Воробьёв). О духовном человеке.

Духовный человек тот, кто стяжал в себе Духа Святого, стал храмом Духа Святого. Вы есте храм Божий и Дух Божий живет в вас. (1 Кор. 3, 16). 

Как стяжать Духа Святого — об этом говорит и Евангелие, и, особенно подробно, Св. Отцы. Это вы должны знать. 

Скажу о признаках духовного человека, как описывают его Св. Отцы. Духовный человек совершенно отличается от душевного или плотского, что почти однозначно здесь. Он есть новый человек, а душевный есть ветхий человек. Что в нем нового? — Все: ум, сердце, воля, все состояние, даже тело. 

Ум нового (т. е. духовного) человека способен постигать отдаленные события, прошлое и многое из будущего, постигать суть вещей, а не только явления, видеть души людей, Ангелов и бесов, постигать многое из духовного мира (потустороннего). Мы имеем ум Христов (1 Кор. 2, 16), — говорит духовный ап. Павел. 

Сердце нового человека способно чувствовать такие состояния, о которых кратко сказано: Око не виде, ухо не слыша, и на сердце человека (плотского, душевного, ветхого) не взыдоша. 

Я написал “чувствовать”, но это не точно. Можно сказать: переживать, воспринимать. Эти переживания... Написал это слово и остановился, потому что оно имеет субъективный оттенок, поэтому лучше сказать: это восприятие сердцем настолько полно блаженства, неизреченной радости, что затрагивает всю душу человека, переполняет его величайшей благодарностью к Богу, как к источнику этих состояний, любовью к Нему и желанием претерпеть всякие муки и страдания за Него, чтобы отблагодарить Его, чтобы показать Ему свою ответную любовь, чтобы не лишиться этих благ. 

Что воздам Тебе, Господи, о всех, яже воздаде ми? Таким же образом и воля нового человека целиком устремляется к любви и благодарности к Богу, к желанию во всем творить только волю Божию, а не свою. 

Словом, человек, стяжавший Духа Святого, весь обновляется, делается иным (отсюда — прекрасное русское слово: инок) и по уму, и по сердцу, и по воле. 

Тело духовного человека тоже изменяется, становится частично подобным телу Адама до падения, способным к духовным ощущениям и действиям (хождение по водам, способность оставаться без пищи, моментальный переход через большие расстояния и т. п.). 

Состояние духовности дает человеку такие переживания блаженства, что ап. Павел выражается: нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас (Рим. 8, 18). А преп. Серафим в согласии с древними Отцами так говорил: если бы человек знал об этих состояниях блаженства, которые еще и здесь бывают, а тем более в будущей жизни, то согласился бы прожить тысячи лет в яме, наполненной гадами, грызущими его тело, чтобы только стяжать эти состояния. 

Вот кратко понятие о духовном человеке, а, следовательно, и о духовности. В таинстве Крещения и Миропомазания человек облекается во Христа и в Духа Святого, и от свободной воли человека зависит жизнью по евангельским заповедям заквасить всего себя закваской царствия Божия, закваской Духа Святого, и стать прочно новым человеком по образу Иисуса Христа или подавить все жизнью по ветхому человеку. 

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием (1 Кор. 2, 14). Это мы видим на каждом шагу, ибо и мы сами, и окружающие нас не духовны, а душевны, находимся еще в ветхости. В лучшем случае сознаем себя такими, боремся, желали бы быть духовными, но недостаточно делаем для достижения этого. Мы можем и ценить духовных людей, но познать и понять их не можем, а считаем их духовными с чужого мнения, большей частью ошибочно. Плотского же человека надо поставить еще ниже душевного. Термин “ветхий человек”— можно отнести и к душевному и плотскому. Оба еще ветхи, не обновились. Однако, плотский человек грубее, чем душевный, более материален, слабее верует или и вовсе не верует в Иисуса Христа, о духовном же не имеет никакого понятия. См. Галатам 5; 19—21. 

Не знаю, удовлетворит ли вас это объяснение. Напиши, как ты принял это, и как примут другие. 

Мирские люди (новый термин, т. е. душевные и плотские) называют “духовным” имеющего сан священства или монашествующих, или всякого даже, кто немного начинает читать Псалтирь, ходить в церковь и читать духовные книги. 

Из вышесказанного видно, насколько это ошибочно. Так же и многие книги называют духовными, если только в них говорится о духовных предметах. 

Между тем духовных книг почти нет. Только Св. Писание и творения Св. Отцов духовны. На них-то и можно немножко понять опытно, что значит “духовный”. Сравни писания Игнатия Брянчанинова и каких-либо профессоров богословия. Какая резкая разница! Ты это хорошо ощущал. 

... 

Мне действительно лучше, но иногда шалит сердце и бывают боли во всей груди... 

Вот еще тексты, подтверждающие сказанное: Это люди душевные, не имущие духа (почему здесь слово “духа” с маленькой буквы?) (Иуда 1; 19). 

Это не есть мудрость, нисходящая свыше, но земная, душевная, бесовская (Иаков. 3, 15). Везде слово “душевный” в греческом тексте выражено “психикос”. 

Словом “психи” греки обозначали низшую часть души человека, общую с животными. Высшую же обычно выражают словом “ноос” или “нус”, т. е. ум, разум. 

В писаниях Св. Отцов очень много говорится о духовности, обожении человека, о том, что человек делается богом по благодати, также и о плотском и душевном состоянии. 

Увы! Нет у душевных и плотских людей вкуса к чтению духовных книг. А если умом только читают, то остаются холодными и голодными, не понимают силы написанного и бросают чтение, обращаясь к докторам богословия, особенно протестантам. 

Из моей писанины не делай вывода, будто я опытно познал духовность человека. Нет. Но ищущему Господь по неложному Своему слову, особенно в начале пути, дает несколько вкусить будущих благ, чтобы поощрить к дальнейшему исканию. Об этом говорят все. 

Но мы, познав кое-что, “как псы, возвращаемся на свою блевотину” и теряем небесные блага. Остается, и то лишь у некоторых, тоска о потерянном рае, а дел и трудов для возвращения его нет. 

Новый повод к сугубому плачу о своей греховности, об измене Богу делами...