Предшественники древних славян

Формат документа: docx
Размер документа: 0.57 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.




Теги: МарГУ
  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.


Предшественники древних славян
 
  На северных берегах Черного моря, которое греки на-зывали Понт Эвксинский, в VII-VI вв. до н.э. возникли многочисленные греческие колонии – го-рода-государства (полисы). Наиболее известные из них – Ольвия в устье реки Буг, Херсонес (ста-рорусское название – Корсунь) в окрестностях нынешнего Севастополя, Пантикапей (на месте нынешней Керчи), Фанагория на Таманском полуострове, Танаис в устье реки Дон и др. Греки ве-ли с местным населением – скифами – не только оживленную торговлю, но и оказывали на них свое культурное влияние. Греки покупали в основном хлеб, рыбу, а продавали ткани, вино,масло, предметы роскоши.
В результате таких связей создавались смешанные эллино-скифские поселения. С центром в Пантикапее возникло Боспорское царство1 (V-IV вв. до н.э.), объединившее некоторые греческие города, а также местные племена скифов.
Скифские кочевые племена в VIII-VII вв. до н.э. пришли из Азии в южные и юго-восточные степи, вытеснив господствующую здесь этническую общность2 земледельческий народ кимме-рийцев, которые ушли далеко во Фракию. Под общим названием «скифы»1 известны многочис-ленные кочевые племена которые различались по месту заселения и своим занятиям. Главным племенем считались царские скифы, которые жили в низовьях Днепра по левому берегу. На пра-вом берегу нижнего Днепра жили скифы-кочевники, к западу от них – скифы-земледельцы и ски-фы-пахари на среднем Днепре.
Основным занятием скифов было скотоводство и земледелие. Скифы-земледельцы торговали зерном с причерноморскими греческими городами, откуда греки поставляли зерно в Элладу. По свительству древнегреческого историка Геродота, они выращивали «лучшую в мире пшеницу». Скифы хорошо владели ремеслами: обрабатывали железо и бронзу, изготовляли оружие, выделы-вали кожу. Об этом свидетельствуют многочисленные археологические находки в скифских кур-ганах.
В VI-IV вв. до н.э. скифы объединились в большой племенной союз, на основе которого сло-жилось Скифское царство со столицей в Неаполе Скифском (близ нынешнего Симферополя) Это государство представляло собой союз воинственных племен во главе с царем, а вожди племен воз-главляли войска во время походов. Власть царя передавалась по наследству. В государстве проис-ходило постепенное расслоение населения, выделялись военная и жреческая аристократия. Ос-новные работы выполняли свободные общинники – скотоводы и земледельцы, труд рабов был не-значительным.
Геродот пишет, что во второй половине V в. до н.э. Скифское царство занимало громадное пространство от Дона на востоке до устьев Дуная и Нижнего Днепра на западе.В III в. до н.э. скифов вытесняет новая этническая общьность-сарматы, жившие до этого на востоке от Скифии, за Доном. Границы сарматов, по свидетельству древних писателей, были бо-лее обширны: почти от Карпат, Вислы, Дуная до Дона, Волги, Урала.
Во II-III вв. н.э. сарматов вытеснили германские племена готов, пришедшие в черноморские степи с берегов Балтийского моря и занявшие территорию от Дона до Карпат и Нижнего Дуная.
Вождь готов Германарих, прославленный в песнях и сказаниях, объединил не только готские племена, но и подчинил соседние, в том числе финские и славянские.
IV-VII вв. известны в истории как Великое переселение народов. Нашествием гуннов2 (с 70-х гг. IV в.) открывается ряд последовательных азиатских нашествий в Европу. Гунны прошли через южно-сибирские степи и через «великие ворота народов» между Уральским хребтом и Каспий-ским морем в Восточную Европу. Они разбили готов, а их старый вождь Германарих в отчаянии покончил в собой. Возглавив мощный союз племен, гунны предпринимали опустошительные по-ходы во многие страны. Наибольшего могущества гунны достигли, когда их возглавил (в 440 г.) свирепый вождь Аттила. Они перешли из черноморских степей на запад, в Дунайскую равнину, нападая на Восточную и Западную Римские империи, брали у них выкуп. После смерти Аттилы3 в 453 г. союз гуннов распался.
В VI в. их сменили авары1 которые обитали в бассейне Дуная, угнетая покоренные племена, в том числе и славян.
В VII в. появилось новое кочевое племя хазары, которые обосновали обширное государство от Кавказских гор до Волги и Среднего Днепра – Хазарский (до конца Х в.) каганат.Все эти народы и племена не только предшествовали появлению на Восточно-Европейской равнине славянских племен, но уже и соседствовали с ними и оказывали друг на друга взаимное влияние.
Ски́фы — экзоэтноним греческого происхождения, применявшийся к группе народов, обитавших в Восточной Европе в эпохуантичности. Древние греки называли страну, где обитали скифы, Скифией.
Информация о скифах происходит преимущественно из сочинений античных авторов (особенно «Истории» Геродота) и археологических раскопок на землях от низовий Дуная до Сибири и Алтая. Скифо-сарматский язык, а также производный от негоаланский язык, входил в северо-восточную ветвь иранских языков и, вероятно, был предком современного осетинского языка[1][2], на что указывают сотни скифских личных имен, названий племён, рек, сохранившихся в греческих записях.
Позднее, начиная с эпохи Великого переселения народов, слово «скифы» использовалось в греческих (византийских) источниках для наименования всех совершенно различных по происхождению народов, населявших евразийские степи и северное Причерноморье: в источниках III—IV веков нашей эры «скифами» часто называются и германоязычные готы, в более поздних византийских источниках скифами назвали восточных славян, тюркоязычных хазар и печенегов, а также родственных древнейшим ираноязычным скифам аланов.
Содержание
  [убрать] 
1 Происхождение этнонима2 Мифы о происхождении скифов3 История3.1 Возникновение3.2 Образование государственности3.3 Расцвет3.4 Сарматское завоевание Скифии. Тавроскифия.3.5 Исчезновение3.6 Саки и сарматы3.7 Скифское наследие4 Народы Скифии4.1 Европейские скифы4.2 Саки4.3 Сарматы4.4 Другие народы Скифии5 Культура5.1 Искусство5.2 Костюм5.3 Мифология5.4 Военное дело6 Легендарная история и хронология скифов7 Известные скифы7.1 Мифические7.2 Исторические8 Скифы в античности9 Выводы генетиков10 Скифы в средневековой традиции11 Литература12 Примечания13 См. также14 Видео15 Ссылки[править]Происхождение этнонима
Василий Абаев, вслед за Юрием Марром, возводил этноним skuta к *skul-ta, где *skul (*skol) он считал «каким-то важным термином доиранского населения юга России». НоК. Т. Витчак и С. В. Кулланда объясняют скифское самоназвание так: др.-греч. Σκόλοτοι < *skula-ta < *skuδa-ta < *skuda-ta (то есть «лучники», с закономерным переходом *d > *l в скифском). Причем форма *skuδa-ta бытовала в VII веке до н. э., когда греки начали контактировать со скифами (оттого и др.-греч. Σκύϑαι). Тогда же состоялся ассирийский поход скифов — оттого и ассир. Ašgūzai или Išgūzai. К V веку до н. э. — времени визита в Ольвию Геродота, уже произошел переход *δ > *l.
Античные схолии к «Илиаде» упоминают следующую этимологию:[3] :Ибо лаконцы носят длинные волосы, а от них все эллинство ... скифы же первые стали стричься, почему и называются «оскифленными (греч.απεσκυθισμενοι)».
[править]Мифы о происхождении скифов
Сколоты (др.-греч. Σκόλοτοι)— самоназвание скифов по Геродоту. Почти 25 веков назад Геродот применил его в следующем контексте:
По рассказам скифов, народ их — моложе всех. А произошёл он таким образом. Первым жителем этой ещё необитаемой тогда страны был человек по имени Таргитай. Родителями этого Таргитая, как говорят скифы, были Зевс и дочь реки Борисфена (я этому, конечно, не верю, несмотря на их утверждения). Такого рода был Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксай, Арпоксай и самый младший — Колаксай. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша.
Первым увидел эти вещи старший брат. Едва он подошёл, чтобы поднять их, как золото запылало. Тогда он отступил, и приблизился второй брат, и опять золото было объято пламенем. Так жар пылающего золота отогнал обоих братьев, но, когда подошёл третий, младший, брат, пламя погасло, и он отнес золото к себе в дом. Поэтому старшие братья согласились отдать царство младшему.
Так вот, от Липоксаиса, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами, от среднего брата — племя катиаров и траспиев, а от младшего из братьев — царя — племя паралатов. Все племена вместе называются сколотами, то есть царскими. Эллины же зовут их скифами
— Геродот. История. IV.5 — 6Вместе с тем зачастую игнорируются другие принципиально важные свидетельства Геродота
IV.7. Так рассказывают скифы о происхождении своего народа. Они думают, впрочем, что со времен первого царя Таргитая до вторжения в их землю Дария прошло как раз только 1000 лет (примерно 1514—1512 гг. до н. э.; комментарий). Упомянутые священные золотые предметы скифские цари тщательно охраняли и с благоговением почитали их, принося ежегодно богатые жертвы. Если кто-нибудь на празднике заснет под открытым небом с этим священным золотом, то, по мнению скифов, не проживет и года. Поэтому скифы дают ему столько земли, сколько он может за день объехать на коне. Так как земли у них было много, то Колаксаис разделил её, по рассказам скифов, на три царства между своими тремя сыновьями. Самым большим он сделал то царство, где хранилось (не добывалось) золото. В области, лежащей ещё дальше к северу от земли скифов, как передают, нельзя ничего видеть и туда невозможно проникнуть из-за летающих перьев. И действительно, земля и воздух там полны перьев, а это-то и мешает зрению.
8. Так сами скифы рассказывают о себе и о соседних с ними северных странах. Эллины же, что живут на Понте, передают иначе (претендуя на более глубокую память: комментарий) . Геракл, гоня быков Гериона (чаще — коров), прибыл в эту тогда ещё необитаемую страну (теперь её занимают скифы). Герион же жил далеко от Понта, на острове в Океане у Гадир за Геракловыми Столпами (остров этот эллины зовут Эрифией). Океан, по утверждению эллинов, течет, начиная от восхода солнца, вокруг всей земли, но доказать этого они не могут. Оттуда-то Геракл и прибыл в так называемую теперь страну скифов. Там его застали непогода и холод. Закутавшись в свиную шкуру, он заснул, а в это время его упряжные кони (он пустил их пастись) чудесным образом исчезли.
9. Пробудившись, Геракл исходил всю страну в поисках коней и, наконец, прибыл в землю по имени Гилея. Там в пещере он нашёл некое существо смешанной природы — полудеву, полузмею Богиня со змеями(родоначальница скифов известна по ряду античных изображений: коммент.) Верхняя часть туловища от ягодиц у неё была женской, а нижняя — змеиной. Увидев её, Геракл с удивлением спросил, не видала ли она где-нибудь его заблудившихся коней. В ответ женщина-змея сказала, что кони у неё, но она не отдаст их, пока Геракл не вступит с ней в любовную связь. Тогда Геракл ради такой награды соединился с этой женщиной. Однако она медлила отдавать коней, желая как можно дольше удержать у себя Геракла, а он с удовольствием бы удалился с конями. Наконец женщина отдала коней со словами: «Коней этих, пришедших ко мне, я сохранила для тебя; ты отдал теперь за них выкуп. Ведь у меня трое сыновей от тебя. Скажи же, что мне с ними делать, когда они подрастут? Оставить ли их здесь (ведь я одна владею этой страной) или же отослать к тебе?». Так она спрашивала. Геракл же ответил на это: «Когда увидишь, что сыновья возмужали, то лучше всего тебе поступить так: посмотри, кто из них сможет вот так натянуть мой лук и опоясаться этим поясом, как я тебе указываю, того оставь жить здесь. Того же, кто не выполнит моих указаний, отошли на чужбину. Если ты так поступишь, то и сама останешься довольна и выполнишь мое желание».
10. С этими словами Геракл натянул один из своих луков (до тех пор ведь Геракл носил два лука). Затем, показав, как опоясываться, он передал лук и пояс (на конце застежки пояса висела золотая чаша) и уехал. Когда дети выросли, мать дала им имена. Одного назвала Агафирсом, другого Гелоном, а младшего Скифом. Затем, помня совет Геракла, она поступила, как велел Геракл. Двое сыновей — Агафирс и Гелон не могли справиться с задачей, и мать изгнала их из страны. Младшему же, Скифу, удалось выполнить задачу, и он остался в стране. От этого Скифа, сына Геракла, произошли все скифские цари. И в память о той золотой чаше ещё и до сего дня скифы носят чаши на поясе (это только и сделала мать на благо Скифу).
11. Существует ещё и третье сказание (ему я сам больше всего доверяю). Оно гласит так. Кочевые племена скифов обитали в Азии. Когда массагеты вытеснили их оттуда военной силой, скифы перешли Аракс и прибыли в киммерийскую землю (страна, ныне населенная скифами, как говорят, издревле принадлежала киммерийцам). С приближением скифов киммерийцы стали держать совет, что им делать пред лицом многочисленного вражеского войска. И вот на совете мнения разделились. Хотя обе стороны упорно стояли на своем, но победило предложение царей. Народ был за отступление, полагая ненужным сражаться с таким множеством врагов. Цари же, напротив, считали необходимым упорно защищать родную землю от захватчиков. Итак, народ не внял совету царей, а цари не желали подчиниться народу. Народ решил покинуть родину и отдать захватчикам свою землю без боя; цари же, напротив, предпочли скорее лечь костьми в родной земле, чем спасаться бегством вместе с народом. Ведь царям было понятно, какое великое счастье они изведали в родной земле и какие беды ожидают изгнанников, лишенных родины. Приняв такое решение, киммерийцы разделились на две равные части и начали между собой борьбу. Всех павших в братоубийственной войне народ киммерийский похоронил у реки Тираса (могилу царей там можно видеть ещё и поныне). После этого киммерийцы покинули свою землю, а пришедшие скифы завладели безлюдной страной.
12. И теперь ещё в Скифской земле существуют киммерийские укрепления и киммерийские переправы; есть также и область по имени Киммерия и так называемый Киммерийский Боспор. Спасаясь бегством от скифов в Азию, киммерийцы, как известно, заняли полуостров там, где ныне эллинский город Синопа. Известно также, что скифы в погоне за киммерийцами сбились с пути и вторглись в Мидийскую землю. Ведь киммерийцы постоянно двигались вдоль побережья Понта, скифы же во время преследования держались слева от Кавказа, пока не вторглись в землю мидян. Так вот, они повернули в глубь страны. Это последнее сказание передают одинаково как эллины, так и варвары.
— Геродот. История. IV.7 — 12Отсутствие в легенде о происхождении скифов от Геракла, в частности, «золота» указывает на её большую древность по сравнению со сказаниями самих скифов о временах Таргитая. При этом по одной из версий скифы существовали и до Геракла, которого обучал стрельбе из лука скиф Тевтар.
По мнению ряда современных лингвистов, «сколоты» является формой иран. *skuda-ta- «лучники», где -ta- являются показателем собирательности (в том же значении -тæ- сохранилось в современном осетинском). Примечательно, что самоназвание сарматов «Σαρμάται» (Sauromatæ), как считает Я. Харматта, имело то же значение[4].
Переход древнеиранского *d в скифское l как характерная черта скифского языка подтверждается и другими скифскими словами, например:
Скифское Παραλάται — племенное название, означающее, по словам Геродота (IV, 6), правящую скифскую династию и разъясняемое им в других местах с помощью выражения ΣκύÞαι βασιλητοι, то есть «царские скифы»; < иран. *paradāta-«поставленный во главе, по закону назначенный», авестийское paraδāta- (почетный титул владыки, букв. «поставленный впереди, во главе»)
Вместе с тем существуют и иные научные версии этимологии этих ононимов — из других индоевропейских, тюркских, угорских и семитских языков.
[править]История
[править]Возникновение
Скифскую культуру активно изучают сторонники Курганной гипотезы. Формирование сравнительно общепризнанной скифской культуры археологи относят к VII веку до н. э. [5]. При этом существует два основных подхода к толкованию её возникновения:
согласно одному, основанному на так называемом «третьем сказании» Геродота[6], скифы пришли с востока;
другой подход, который также может опираться на сказания, записанные Геродотом, предполагает, что скифы к тому времени обитали на территории Северного Причерноморья как минимум несколько веков, выделившись из среды преемников срубной культуры[7].
[8][9][10][править]Образование государственности
Начало сравнительно общепризнанной истории скифов и Скифии — VIII век до н. э., возвращение основных сил скифов в Северное Причерноморье, где до этого веками правили киммерийцы (Гомеры в ряде источников).
Киммерийцы вытеснены скифами из Северного Причерноморья к VII веку до н. э., и походами скифов в Малую Азию. В 70-х гг. VII в. до н. э. скифы вторгались в Мидию, Сирию,Палестину и, по характеристике Геродота, «господствовали» в Передней Азии, где создали Скифское Царство — Ишкуза, но к началу VI века до н. э. были вытеснены оттуда. Следы пребывания скифов отмечены и на Северном Кавказе.
Основная территория расселения скифов — степи между нижним течением Дуная и Дона, включая степной Крым и районы, прилегающие к Северному Причерноморью. Северная граница неясна. Скифы разделялись на несколько крупных племен. По сообщению Геродота, господствующими были царские скифы — самое восточное из скифских племён, граничащее по Дону с савроматами, занимали также степной Крым. Западнее их жили скифы-кочевники, а ещё западнее, на левобережье Днепра — скифы-земледельцы. На правобережье Днепра, в бассейне Южного Буга, близ города Ольвия обитали каллипиды, или эллино-скифы, севернее их — алазоны, а ещё севернее — скифы-пахари, причём Геродот указывает на земледелие в качестве отличия от скифов трёх последних племён и уточняет, что если каллипиды и алазоны выращивают и едят хлеб, то скифы-пахари выращивают хлеб на продажу[11]. По Геродоту скифы в совокупности все называли себя «сколоты» и делились на четыре племени: паралаты («первейшие»), авхаты (занимали верховья Гипаниса), траспии и катиары.
Тесные отношения с рабовладельческими городами Северного Причерноморья, интенсивная торговля скифов скотом, хлебом, мехами и рабами усиливали процесс классообразования в скифском обществе. Известно о существовании у скифов союза племён, который постепенно приобретал черты своеобразного государства раннерабовладельческого типа во главе сцарём. Власть царя была наследственной и обожествлялась. Она ограничивалась союзным советом и народным собранием. Происходило выделение военной аристократии, дружинников и жреческой прослойки. Политическому сплочению скифов способствовала их война с персидским царём Дарием I в 512 до н. э. — во главе скифов были три царя:Иданфирс, Скопас и Таксакис. На рубеже V—IV вв. до н. э. царь Атей устранил других скифских царей и узурпировал всю власть. В 40-х гг. IV в. до н. э. он закончил объединение Скифии от Азовского моря до Дуная.[править]Расцвет
Археологическое исследование Каменского городища (площадью около 1200 га) показало, что оно в эпоху расцвета Скифского царства являлось административным и торгово-экономическим центром степных скифов. Резкие изменения в социальном строе скифов к IV в. до н. э. отразились в появлении в Приднепровье грандиозных курганов скифской аристократии, т. н. «царских курганов», достигавших в высоту более 20 м. В них были погребены цари и их дружинники в глубоких и сложных по конструкции погребальных сооружениях. Погребения аристократии сопровождались захоронением умерщвленных жен или наложниц, слуг (рабов) и лошадей.
Воинов хоронили с оружием: короткие мечи-акинаки с золотыми обкладками ножен, масса стрел с бронзовыми наконечниками, колчаны или гориты, обложенные золотыми пластинами, копья и дротики с железными наконечниками. В богатых могилах часто встречались медная, золотая и серебряная посуда, греческая расписная керамика и амфоры с вином, разнообразные украшения, часто тонкой ювелирной работы скифских и греческих мастеров. Во время погребения рядовых скифских общинников совершался в основном тот же обряд, но погребальный инвентарь был беднее.
В 339 до н. э. царь Атей погиб в войне с македонским царем Филиппом II. В 331 до н. э. Зопирион, наместник Александра Македонского во Фракии, вторгся в западные владения скифов, осадил Ольвию, но скифы уничтожили его войско:
Зопирион, оставленный Александром Великим в качестве наместника Понта, полагая, что его признают ленивым, если он не совершит никакого предприятия, собрал 30 тысяч войска и пошел войной на скифов, но был уничтожен со всей армией…[12][править]Сарматское завоевание Скифии. Тавроскифия.
Между 280—260 гг. до н. э. держава скифов значительно сократилась под натиском родственных им сарматов, пришедших из-за Дона.
Столица скифов была перенесена в Крым, и, по последним данным, в городище Ак-Кая, на котором ведутся раскопки с 2006 г. По результатам сравнений планов раскопок с аэрофотосъемкой и съемкой из космоса было определено, что найден большой город с крепостью, существовавший на два столетия раньше, чем Неаполь Скифский. «Необычные размеры крепости, мощь и характер оборонительных сооружений, расположение неподалеку от Белой скалы групп „царских“ скифских курганов, — все это говорит о том, что крепость Ак-Кая обладала столичным, царским статусом», — считает руководитель экспедиции Ю. Зайцев.
В 30-ых гг. II века до н. э. на р. Салгир (в черте современного Симферополя) на месте существующего поселения был построен Неаполь Скифский, вероятно, под руководством царяСкилура.
Наивысшего расцвета Скифское царство в Крыму достигло в 30-20-ых гг. II в. до н. э., при царе Скилуре, когда скифы подчинили себе Ольвию и ряд владений Херсонеса. После поражения в войне с Понтийским царством Тавроскифия перестала существовать как единое государство.
[править]Исчезновение
Скифское царство с центром в Крыму просуществовало до второй половины III в. н. э. и было уничтожено готами. Скифы окончательно потеряли свою самостоятельность и этническое своеобразие, растворившись среди племен Великого Переселения Народов. Греческое наименование «скифы» перестало носить этнический характер и применялось к различным народам Северного Причерноморья, включая средневековую Русь.
[править]Саки и сарматы
Саки исчезли в раннем Средневековье под натиском других кочевников (тохаров, хуннов и других тюрков, сарматов, эфталитов).
Сарматы после Великого Переселения Народов утратили господствующее положение в Восточной Европе и затем, за исключением аланов, растворились в других народах.
Аланы (сарматское племя) примерно в IV веке н. э. создали свое государство, являвшееся, по словам византийских и арабских источников, сильнейшим в Кавказском регионе. До X века аланы играли важную роль в борьбе между хазарами, арабами, и византийцами, в основном поддерживая последних. С X века, после ослабления хазар и арабов, начался расцвет Алании, продолжавшийся до татаро-монгольского нашествия в XIII веке. По словам источников того времени (например, Иосафат Барбаро, Гильом де Рубрук), загнанные в горы аланы продолжали борьбу с татарами. Аланское государство было уничтожено походами Тамерлана в XIV веке. Потомками алан являются осетины ,а также родственные осетинамясы, живущие в Венгрии.
[править]Скифское наследие
Многочисленные скифские изделия были найдены на территории Украины, южной России и Казахстана.
Названия множества рек и областей Восточной Европы имеют скифо-сарматское происхождение.
[править]Народы Скифии
Среди «скифов» можно выделить три основные ветви:
[править]Европейские скифы
Европейские скифы были ираноязычными кочевниками, доминировавшими в Причерноморье до IV—III века до н. э. Значительные данные по европейским скифам содержатся в древнегреческих источниках, в особенности у Геродота. Зачастую под именем скифов понимаются именно европейские скифы.
Сами себя скифы, по свидетельствам Геродота, называют сколотами, а персы называли их саками.
[править]Саки
Основная статья: Саки (племена)Саки — скифские племена, населявшие территорию современной Средней Азии. Азиатские народы, в особенности персы называли их «саки». Древнегреческие авторы называли саков «азиатскими скифами»[13]. Примечательно, что персы, наоборот, называли «заморскими саками» европейских скифов.
[править]Сарматы
Основная статья: СарматыРодственные скифам племена сарматов или савроматов первоначально обитали в Поволжье и приуральских степях. По версии Геродота, сарматы происходили от союза скифских юношей и амазонок[14]. Геродот же сообщает, что «савроматы говорят на скифском языке, но издревле искажённом»[15]. С IV в. до н. э. между сарматами и собственно скифами происходит несколько войн, в результате которых сарматы заняли главенствующее положение в Европейской Скифии, которая позднее в античных источниках называлась Сарматией.От языка сарматов происходит единственная сохранившаяся форма скифо-сарматского языка — осетинский язык[1][2].
[править]Другие народы Скифии
Считается, что некоторые упоминаемые в античных источниках европейские скифские племена не были ираноязычными.
Так, невры считаются балтами, а не иранцами.
[править]Культура
В науке усиливаются попытки проследить культурогенез народов Евразии со времен палеолита[16]. В частности, варианты обрядов захоронений, ряд символов и изображений, элементы звериного стиля (лошадка палеолитической Сунгири) и т. п. находят аналоги через 20 — 23 тыс. в культурах евразийских народов.
[править]Искусство
Среди художественных изделий, обнаруженных в погребениях скифов, наиболее интересны предметы, декорированные в зверином стиле: обкладки колчанов и ножен, рукоятки мечей, детали уздечного набора, бляшки (использовавшиеся для украшения конской сбруи, колчанов, панцирей, а также в качестве женских украшений), ручки зеркал, пряжки, браслеты, гривны и т. д.Наряду с изображениями фигур животных (оленя, лося, козла, хищных птиц, фантастических животных и т. д.) на них встречаются сцены борьбы зверей (чаще всего орла или другого хищника, терзающего травоядное животное). Изображения выполнялись в невысоком рельефе при помощи ковки, чеканки, литья, тиснения и резьбы, чаще всего из золота, серебра, железа и бронзы. Восходящие к образам тотемных предков, в скифское время они представляли различных духов и играли роль магических амулетов; кроме того, они, возможно, символизировали силу, ловкость и храбрость воина.
Несомненный признак скифской принадлежности того или иного изделия — особый способ изображения животных, так называемый скифо-сибирский звериный стиль[17]. Животные всегда изображаются в движении и сбоку, но с обращённой в сторону зрителя головой.Особенностями скифского звериного стиля являются необычайная живость, характерность и динамика образов, замечательная приспособленность изображений к формам предметов. В искусстве скифов IV—III вв. до н. э. образы животных получали все более орнаментальную, линейно-плоскостную трактовку. Существовали и каменные, сильно схематизированные изваяния скифов-воинов, устанавливавшиеся на курганах. С V в. до н. э. греческие мастера изготовляли предметы декоративно-прикладного искусства для скифов, сообразуясь с их художественными вкусами.По мнению учёных - скифы и древние греки оказали значительное влияние[18] на многие народы жившие на территории Европейской части бывшего СССР, так например такое влияние они оказали на меотскую культуру, что видно из артефактов найденных в Курганах Келермесских, Карагодеуашх и др. Показательны и курганы : Куль-Оба, Солоха, Чертомлык, Толстая Могила и др.; уникальные настенные росписи открыты в Неаполе Скифском.
[править]Костюм
Основная статья: Одежда скифов[править]Мифология
Основная статья: Скифская мифологияМифология скифов имеет многочисленные иранские и индоевропейские параллели, что в ряде работ по язычеству показали академик Б. А. Рыбаков и профессор Д. С. Раевский и развивают современные исследования.
Геродот отмечал, что в каждой области Скифии было святилище Ареса, которого на вершине огромных куч хвороста символизировал меч[19]. Геродот перечисляет названия следующих божеств[20]: Табити (Гестия в греческой мифологии), Папайос (Зевс), Апи (Гея), Ойтосир (Аполлон), Аргимпаса (Афродита Урания), Фагимасад (Посейдон); кроме того, он упоминает о Геракле и Аресе. Табити, божество семьи, домашнего очага, пользовалось особым уважением, считалась покровителем скифов. Поклясться очагом, домашним божеством начальника — величайшая клятва; ложная клятва этим божеством причиняла, по мнению скифов, болезнь начальнику. Изображением бога войны (Ареса, как его назвал Геродот по аналогии с греческой мифологией) был меч; раз в год ему приносили жертву — различных животных (в частности, лошадей) и пленных, из ста — одного.
В целом скифская мифология, с учетом находок археологов, сложна и многообразна, требует учета большого круга источников[21].
[править]Военное дело

Бой славян со скифами (В. М. Васнецов)У скифов первыми среди народов континента конница стала действительно основным видом войск, численно преобладавшим надпехотой, а во время переднеазиатских походов — единственной силой.
Скифы первыми (насколько позволяют судить источники) в истории войн успешно применили стратегическое отступление с целью коренного изменения соотношения сил в свою пользу. Они первыми пошли на разделение войска на две взаимодействующие части с постановкой отдельных задач перед каждой из них. В военной практике они удачно применили способ ведения войны, удачно названной античными авторами «малой войной». Они продемонстрировали умелое ведение значительных по объёму кампаний на обширном театре военных действий, приведших к изгнанию измотанных войск противника (война с Дарием) или разгрома значительных масс противника (разгром Зопириона, битва при Фате).
Во втором веке до н. э. скифское военное искусство уже устарело. Скифам наносят поражения фракийцы, греки и македонцы.
Скифское военное ремесло получило два продолжения: у сарматов и парфян, с упором на тяжелую конницу, приспособленную к ближнему бою и действующую в сомкнутом строю, и у восточных кочевников: саков, тохаров, позднее — тюрков и монголов, с упором на дальний бой и связанное с изобретением принципиально новых конструкций луков.
[править]Легендарная история и хронология скифов
Хронологические указания, связанные с древнейшей историей скифов, встречаются у ряда античных авторов. Они не только оперируют привычными для примерных сведений круглыми числами, но нередко и противоречат друг другу, что делает их прямое сопоставление с археологическими данными неправомерным.
Первую схему предложил Геродот. Согласно ему, скифы — самый молодой народ[22]. От первого царя Таргитая до похода Дария прошла 1000 лет[23]. По его же данным, фараонСесострис, якобы покоривший скифов[24], правил за два поколения до Троянской войны[25]. Посещение скифов Гераклом, от сына которого Скифа произошли скифские цари[26], Геродот излагает позже рассказа о Таргитае, а, по греческим представлениям, Геракл жил поколением ранее Троянской войны. Стало быть, появление скифов соответствует примерно XVI веку до н. э., а их война с египтянами и рождение Скифа, сына Геракла — XIII веку до н. э.
Как указывает подробно изучавший этот вопрос А. И. Иванчик, концепция, удревнявшая и идеализировавшая скифов, а также приписывавшая им победу над египтянами, восходит к историку IV века до н. э. Эфору[27]. Таким образом, в отличие от Геродота, скифы оказывались не самым молодым, а самым древним народом. Диалог египтян и скифов о древности приводит Юстин[28].
У Диодора отцом Скифа именуется уже Зевс, а не Геракл, что относит его рождение в более древнюю эпоху, потомками Скифа именуются Пал и Нап, разделившие между собой царство и покорившие ряд племен[29]. После этого Диодор помещает рассказ об амазонках.
В труде Юстина, сократившего сочинение Помпея Трога, содержатся следующие хронологические указания. После победы скифов над египтянами[30] на протяжении 1500 лет Азия платила дань скифам[31]. Затем ассирийцы правили Азией 1300 лет[32], а мидяне — 350 лет[33]. Таким образом, так как конец владычества мидян связывался с правлением персидского царя Кира (середина VI века до н. э.), то победа скифов, по Помпею Трогу, относится примерно к 3700 году до н. э.[34]Также Юстин приводит рассказ о юношах царского рода Плине и Сколопите, их гибели и происхождении амазонок[35]. Эти события помещаются примерно за два поколения до Троянской войны, а поход скифского царевича Панасагора против Афин[36] — за одно поколение.
Христианский историк Оросий, в целом используя сочинение Юстина, принять его даты не мог, ибо они противоречили библейской датировке потопа[37] (примечательно, что в «Хронике Евсевия» сведения о древнейшей истории скифов вовсе отсутствуют). Достижение скифами господства в Европе и Азии Оросий отнес к периоду за 1500 лет до Нина, что попадает на 3553 г. до н. э. Орозий переставил последовательность войн. Победу ассирийского царя Нина над скифами он датирует за 1300 лет до основания Рима (2053 год до н. э.)[38], Весозис же воюет со скифами за 480 лет до основания Рима (1233 год до н. э.)[39]. Таким образом, у Орозия, как и у Геродота, эта война датируется незадолго перед Троянской, но итогом войны, как и у Юстина, названа победа скифов. Рассказ о Сколопите, Плине и амазонках у Орозия совпадает с Юстином[40].
Иордан, также рассказывая о победе готского короля Танаузиса над египетским фараоном Весозисом, помещает её незадолго до Троянской войны[41], упоминая также о происхождении амазонок, но имена Сколопита и Плина опускает[42].
[править]Известные скифы
[править]Мифические
см. также Скифия и Кавказ в древнегреческой мифологии#СкифияТаргитай — сын Зевса, родоначальник скифов.
Колаксай — эпический царь скифов, родоначальник всех «сколотов» и главного племени паралатов («первейших»).
Арпоксай — один из трех эпических внуков Зевса, прародитель катиаров и траспиев.
Липоксай — один из трех эпических внуков Зевса, прародитель авхатов.
Агафирс — сын Геракла и полудевы-полузмеи, эпоним агафирсов.
Гелон — сын Геракла и полудевы-полузмеи, эпоним гелонов.
Скиф — сын Геракла и полудевы-полузмеи, царь всех скифов.
Прометей — мифический царь скифов.[43][44]Линх — мифический царь скифов.[45]Дардан — мифический царь скифов.
Агаэт (Агаст) — сын Аэта(Ээта) Колхидского, царь скифов и сарматов.
Кирка — дочь Аэта Колхидского, царица скифов и сарматов.
Пал — эпический царь скифов времен ранних завоеваний.
Нап — эпический царь скифов времен ранних завоеваний.
Сколопетий (Сколопит) — юноша царского рода, предводитель похода.
Плин — юноша царского рода, царь скифов Южного Причерноморья.
Сагил — царь скифов, современник похода амазонок на Афины.
Панасагор — скифский царевич, сын Сагила.
Танай (Танаузис) — царь скифов, воевавший с одним из фараонов. Существует несколько вариантов объяснения имени, упоминаемого у Юстина и Иордана. По одному из них, оно связано с названием Танаис, по другому — это просто рукописное искажение варианта Иандис, в свою очередь представляющего видоизменение геродотова Иданфирса (возможно, сделанное Эфором)[46].
Теродам (Феродамант) — мифический жестокий царь скифов.
Зарина — легендарная царица сарматов, родоначальница сарматских царей, правившая в легендарном городе Росканаке.
См. также
Сесострис (Везосис) — легендарный фараон, ходивший на Скифию.
Кроме того, со скифами иногда сопоставляли мифический северный народ гипербореев.
[править]Исторические
Династы (цари) скифов и представители династии, известные из ассирийских источников:
Ишпакай — скифский вождь до 675 г. до н. э., с которым воевал Асархаддон[47].
Партатуа — царь скифов около 675—650 гг. до н. э., упомянут в ассирийских текстах. Отождествляется с отцом Мадия Протофием, упомянутым Геродотом[48].
Династы (цари) скифов и представители династии, упоминаемые Геродотом:
Ариант — полулегендарный царь скифов, проводивший «перепись»[49].
Мадий — царь скифов во 2-й половине VII в. до н. э., сын Прототия, взымавший дань с Мидии на протяжении 28 лет.[50].Спаргапиф — в списке Геродота первый правитель Причерноморской Скифии.(~580-е гг. до н. э.)
Лик — царь скифов, сын Спаргапифа, отец Гнура. Возможно, греческое имя Лик (греч. «волк») — перевод оригинального vṛka с тем же значением[51].
Гнур — царь скифов, сын Лика, отец Анахарсиса и Савлия.
Анахарсис — философ, сын царя Гнура, один из семи мудрецов. Хотя Геродот приводит его родословную, он часто рассматривается как полулегендарный персонаж.
Савлий (Кадуит, Кадуин, Кальвид — в некоторых источниках) — царь скифов в VI в до н. э., отец Иданфирса, брат и убийца Анахарсиса.
Иданфирс — царь скифов, воевавший с персидским царём Дарием около 514/512 года до н. э.
Таксакис — один из царей, современник Иданфирса, во время скифо-персидской войны возглавлял войско гелонов и будинов[52].
Скопасис — один из царей, современник Иданфирса, во время скифо-персидской войны командовал мобильным отрядом из скифов и савроматов.
Ариапиф — царь, отец Скила, Октамасада, Орика (первая пол. V в. до н. э.).Опия — одна из жен Ариапифа, мать Орика.
Скил — царь скифов в V в. до н. э., сын Ариапифа и эллинки из Истрии.Октамасад — царь скифов в V в. до н. э., сын Ариапифа и дочери фракийского царя Терея.
Орик — сын Ариапифа и Опии.
Династы (цари) скифов и представители династии, известные из других источников:
Марсагет — брат скифского царя (вероятно брат Иданфирса).
Аргот — имя, читаемое на «перстне Скила», возможно скифский династ, не упомянутый Геродотом.[53]Эминак — известен по монетам Ольвии (1-я половина — 40-е IV века до н. э.).
Саммак — гипотетически представитель скифской династии на Боспоре, известный по монетам Нимфея, датируемых 409—405 гг. до н. э.[54]Атей — царь скифов (до 358—339 г. до н. э.)
Агар — царь Скифии конца IV в. до н. э.
Династы (цари) и представители династии Скифского царства в Крыму (Тавроскифии)(~250г до н. э. — 250г н. э.):
Аргот, сын Ид[…]та — представитель правящей династии скифов Крыма, живший во II в. до н. э.
Скилур — царь скифов Крыма и во II в. до н. э.
Палак — сын и наследник Скилура.
Сенамотис — дочь царя Скилура и жена некоего боспорского аристократа Гераклида, известная из посвятительной надписи богине Дитагойе, сделанной от имени царя БоспораПерисада.
Савмак — скиф, возможно представитель династии царей Тавроскифии, возглавил мятеж против последнего Спартокида на Боспоре. Правил Боспорским царством около года (между 112 и 107 гг. до н. э.).
Ходарз — царь скифов Крыма в I веке, сын Омпсалака, возведён на престол боспорским царём Аспургом.[55]Также:
Антир (так у Иордана: искаженное геродотово имя Иданфирс[56]) — царь готов (так у Иордана вместо скифов), возглавлявший царства Скифии в борьбе против Дария[57]. В родословных правителей Мекленбурга — предок древних вандальских, герульских и польских королей, современник и союзник Александра Макдонского.
Аргунт — царь скифов, упоминаемый применительно к событиям середины III века[58], когда собственно скифов возможно уже не существовало (по другим версиям готский вождь).
Скифское царство в Добрудже (Малая Скифия) (ок. 330 — 70 до н. э.).[59]Канит — ок. 270 г. до н. э.
Харасп — II в. до н. э.
Акроса — II в. до н. э.
Танос — ок. 100.
Зариакс — I в. до н. э.
Элий — до 70 до н. э., ок. 70 до н. э. сарматское завоевание
[править]Скифы в античности
Скифы как основное племя Северного Причерноморья были известны в античности как кочевой скотоводческий народ, живший в кибитках, питавшийся молоком и мясом скота, имевший жестокие воинственные нравы, позволившие им снискать славу непобедимых. Скифы стали олицетворением варварства (или осуждающая, или идеализирующая модель отношения к варварам)[60].
[править]Выводы генетиков
Большинство найденных в захоронениях Сибири и Средней Азии скифских скелетов содержат гаплогруппу R1a1[61].
[править]Скифы в средневековой традиции
Русские летописи подчеркивали, что народы Руси греками назывались «Великая Скифь».
В «Повести временных лет» скифы неоднократно упоминаются:
«Когда же славянский народ, как мы говорили, жил на Дунае, пришли от скифов, то есть от хазар, так называемые болгары, и сели по Дунаю, и были поселенцами на земле славян.»«Дулебы же жили по Бугу, где ныне волыняне, а уличи и тиверцы сидели по Днестру и возле Дуная. Было их множество: сидели они по Днестру до самого моря, и сохранились города их и доныне; и греки называли их „Великая Скифь“.»
«Пошел Олег на греков, оставив Игоря в Киеве; взял же с собою множество варягов, и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, известных как толмачи: этих всех называли греки „Великая Скифь“.»Русские летописи XVII века считали народы средневековой Руси продолжением народов Великой Скифии (см. «Сказание о Словене и Русе и городе Словенске»).
[править]Литература
Основная статья: Список русскоязычных скифологовИсточники:
Латышев В. В. Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе. — СПБ., 1893—1906. — Т. 1—2.
"Эпитома сочинения Помпея Трога "Филиппова история" М. Ю. Юстин
Геродот. История (скифские фрагменты) // Скифы: Хрестоматия. — М., 1992. — С. 38—83.
Исследования:
Рыбаков Б. С. Геродотова Скифия. — М., 1979.
Агбунов М. В. Путешествие в загадочную Скифию. — М., 1989.
Скржинская М. В. Скифия глазами Эллинов. — СПб., 1998.
Граков Б. Н. Скифы. — М., 1971.
Черников С. С. Загадки золотого кургана. Где и когда зародилось скифское искусство. — М., 1965.
Смирнов А. П. Скифы. — М., 1966.
Хазанов А. М. Золото скифов. — М., 1975.
Т. Кузнецова. Краткая история скифов // Скифы: Хрестоматия / Сост., введение, коммент. Т. М. Кузнецовой. — М., 1992. — С. 3—14.
О.А. Гавриленко. Основні риси права скіфських ранньодержавних утворень // Часопис Київського університету права. – 2007. – № 1. — С. 17—22.
Фундаментальные академические монографии цикла «Археология СССР» (Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время. 1989; Степная полоса азиатской части СССР в скифо-сарматское время. 1992; Славяне и их соседи в конце I тысячелетия до н. э. — первой половины I тысячелетия н. э. 1993) на уровне науки конца XX века обосновали полиэтничный характер Скифии (в античном понимании термина).Скифо-праславянские параллели добротно представлены в трудах В. И. Абаева[62]; Ж. Ж. Варбот, Т. В. Гамкрелидзе, Вяч. Вс. Иванова, В. И. Георгиева, А. В. Десницкой, В. А. Дыбо, А. А. Зализняка, В. М. Иллич-Свитыча, Г. А. Климова, В. В. Мартынова[63], В. Н. Топорова, О. Н. Трубачева[64], В. Н. Чекмана и ряда зарубежных лингвистов.
Добротен свод лингвистических исследований на начало XXI века: Д. И. Эдельман Иранские и славянские языки : Исторические отношения (Вост. лит., РАН, М., 2002; Интернет /http://www.kroraina.com/edel_is/index.html)
Ряд авторов, начиная с Ж. Дюмезиля, изучали скифо-осетинские параллели.
Общий обзор в книге: История Древнего Востока. От ранних государственных образований до древних империй. М., Вост. лит. 2004. С.537-578 (глава 9. Степи Евразии и Древний Ближний Восток в киммерийско-скифскую эпоху, авторы М. Н. Погребова и Д. С. Раевский)Популярные:
Гуляев, В. И. Скифы, Расцвет и падение великого царства. М., Алетейа, 2005, 400 с.
Хлеб и земледелие у скифов и славян
Отец истории Геродот около 2500 лет назад писал, что вся земля по Днепру и до реки Танаис (Дон) была занята земледельцами-скифами. «Они, — говорил Геродот, — сеют хлеб не только для собственной снеди, но и на продажу». Скифы еще назывались оратаями, от слова «орать», то есть пахать, обрабатывать землю оралом, как называлась древняя соха.
И севернее, «где ничего нельзя видеть, ни пройти туда по причине везде рассыпанных перьев, которыми наполнены земля и воздух» — так Геродот образно рисует зимний снег на скифской земле у реки Оки, — там тоже жили Оратаи — люди, занятые земледелием. У них были ячмень, полба, возможно, и рожь.
В Римской империи о хлебе позаботились точно так же, как это делали в Древней Греции: зерно привозили из Причерноморья, куда входил, разумеется, и Крым, а в самой метрополии возделывали привычные плоды и овощи.
От скифов мастерство земледелия перешло, естественно, к славянам. Как известно из нашей отечественной истории, во времена изначальной Древней Руси хлебные злаки сеяли уже повсюду — от Черного моря и почти до Новгорода, где хлеб родился много хуже. По этой причине в Новгороде и Пскове в холодные, ненастные годы случались недороды и голод. Но неурожай не останавливал земледельцев, хлеб сеяли упорно и много, все более расчищая под пашню леса.
Былинный Микула Селянинович похвалялся перед князем: «А я ржи напашу, да во скирды сложу, домой выволочу, да дома вымолочу, драна надеру, да и пива наварю».
Надо полагать, что если могучий оратай в разговоре с князем толковал о пиве, то уж о хлебе насущном он заботился тем более, поскольку единым пивом сыт не будешь.
В Начальной летописи 946 года княгиня Ольга грозила древлянам, жившим где-то возле Смоленска: «Вси гради ваши предашася мне и явися по дань, и делают нивы своя, а вы хочете измрете гладом».
В княжение Игоря путешественник Ахмет-ибн-Фодлан побывал на Волге и записал о живших там народах:
«Вошедши на пристань, каждый идет с хлебом, мясом, луком, молоком и медом к высокому деревянному идолу приносить жертву». Надо полагать, что было это не менее тысячи лет назад, до крещения Руси, когда славяне, древляне и вятичи еще поклонялись идолам.
Вспомним «Слово о полку Игореве»: «На Немизе снопы стелят головами, молотят чепи (цепами) харалужными, на ток живот кладут, веют душу от тела».
Совсем земледельческий образный язык!
Славяне переняли от скифов и приемы земледелия, понесли тогдашнюю культуру поля на север и восток и немало способствовали созданию, путем постоянного отбора, более урожайных форм ржи, ячменя, пшеницы и овса — самых старых хлебных злаков на Русской равнине.
Надо заметить, что уже тогда люди относились к хлебу как к очень высокому, святому делу своей жизни. Сказать о хлебе худое слово считалось святотатством. Сорить хлебом означало самый великий грех. Ни крошки хлеба не пропадало за трапезой. И как бы ни было малым дитё, если оно уронит, бросит корку, старший за столом непременно проучит его, чаще всего тут же стукнет деревянной ложкой по лбу провинившегося. Не моги!..
Славянская империя скифов
Есть цивилизации, которым фатально не везет уже после их крушения. Исследователи просто-напросто фальсифицируют (по большей части) их историю, оказываясь в плену у ложных стереотипов. Одна из таких цивилизаций - Скифия. В свое время скифов-индоевропейцев вообще причислили к монголам, что нашло и художественное отражение - вспомним хотя бы Блока:
"Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,С раскосыми и жадными очами!"
Потом почти полностью возобладала точка зрения, согласно которой, скифы представляли собой северно-иранский народ, хотя множество явлений никак нельзя объяснить при помощи вышеуказанной гипотезы.
Например, многие "матерые" иранисты не в состоянии этимологизировать некоторые скифские имена. Сразу вызывает настороженность и упорное отождествление в средневековой традиции славян и скифов. Так, византийские авторы - Зонара, Скилица, Кедрин и др. упорно называют русов скифами и тавроскифами. Славянство скифов утверждается и в русских летописях ("Влесова книга", "Повесть временных лет", "Мазуринский летописец", "Иоакимовская летопись" и т. д.).
Уже само наличие потрясающего сходства между скифами и славянами должно было бы заставить историков искать ответ на "скифский вопрос", уделяя огромнейшее внимание последним.
Однако, увы, наблюдается совершенно обратное. "Скифоведы" сломя голову бегут от славянской тематики. Иногда можно встретить и такие высказывания по поводу скифов: "Что… касается их непосредственной связи со славянами - в качестве предков или противников, то это чистейшей воды вымысел". (Брагинский И. Б. В поисках скифских сокровищ. Л., 1979. с. 27).Не многим лучше обстоят дела в области официального, "академического" славяноведения - здесь скифов и славян также принято отделять друг от друга, причем довольно категорично. Есть, правда, одно, но довольно яркое исключение. Речь идет о концепции академика Б. А. Рыбакова, выделяющего славянский элемент внутри Скифии, описанной "отцом истории" Геродотом в 5 в. о н. э. как "квадрат". ограниченный с юга - Черным морем, с запада - Днестром, с севера - реками Конская и донец, с востока - Доном. Такое выделение основано на правильном социокультурном анализе легенды о происхождении скифов, которая дошла до нас в пересказе Геродота.
Ее текст стоит привести полностью: "Как утверждают скифы, из всех племен их племя самое молодое, а возникло оно следующим образом: первым появился на этой земле, бывшей в те времена пустынной, человек по имени Таргитай. А родители этого Таргитая, как говорят (на мой взгляд, их рассказ недостоверен, но они все равно так говорят) - Зевс и дочь реки Борисфен (Днепр - А. Е.). Такого именно происхождения был Таргитай. У него родились три сына: Липоксай (Гора-Царь - А. Е.) и Арпоксай (Царь водных глубин - А. Е.), и самый младший Колаксай (Солнце-Царь - А. Е.). Во время их правления на скифскую землю упали сброшенные с неба золотые предметы: плуг с ярмом, обоюдоострая секира и чаша. Старший, увидев первым, подошел, желая их взять, но при его приближении золото загорелось. После того, как он удалился, подошел второй, и с золотом снова произошло тоже самое. Этих загоревшееся золото отвергло, при приближении же третьего, самого младшего, оно погасло и он унес его к себе. И старшие братья после этого, по взаимному согласию, передали всю царскую власть младшему. От Липоксая произошли те скифы. Которые именуются родом авхатов. От среднего Арпоксая произошли именуемые катирами и траспиями. От самого же младшего из них - скифы, которые именуются паралатами. Все вместе они называются сколоты по имени царя; скифами же назвали их греки. Скифы утверждают, что именно так они и произошли, лет же со времени их происхождения от первого царя Таргитая до похода Дария на их землю всего, как говорят, не больше тысячи, но имено столько. Это вященное золото цари берегут больше всего и каждый год умилостивляют его большими жертвоприношениями. Кто на этом празднике, охраняя священное золото, уснет под открытым небом, тот, как считается у скифов - не проживет и года. Поэтому ему дают столько земли, сколько он сможет объехать на коне за один день. Так как страна очень велика, Колаксай разделил ее на три царства между своими сыновьями и одно из них сделал наибольшим - то, в котором хранится золото". (Геродот имеет ввиду не создание трех государств, но возникновение особых административных областей. Такой трактовки придерживаются многие "скифоведы", например, А. М. Хазанов - см. книгу "Скифский мир" (Киев., 1975.с. 81). Сама же легенда дошла в иранской передаче, т. е. со слов рассказчика-иранца).Прежде всего, бросается в глаза то, что носители рассматриваемой сейчас этногенетической легенды включали в число сакральных предметов плуг. Это ясно указывает на земледельческий характер их хозяйственной жизни. Таким образом, указанная легенда никак не могла принадлежать кочевым скифам, и к ее носителям можно отнести только "скифов-земледельцев" (иначе - "скифов-пахарей") - разделение скифов на две части - кочевую и земледельческую - составляет один из важнейших элементов геродотовой системы описания скифов. Скифы-земледельцы помещаются "отцом истории" в район Среднего Приднепровья (античный историк называет их "борисфенитами", т. е. "днепрянами"), входившего в состав т. н. "чернолесской" археологической культуры (10-8 вв. до н. э.), которая удивительнейшим образом (по весьма сложной конфигурации) совпадает с зоной древнейших славянских гидронимов, т. е. может с полным основанием считаться праславянской. Последующие культуры Среднего Приднепровья, в том числе и т. н. "скифская" (7-4 вв. до н. э.), сохраняют преемственность от чернолесской. Получается, что скифско-земледельческая культура времен Геродота является славянской, следовательно, славянами являются и носители легенды - сколоты.
Кстати, указанный этноним великолепно этимологизируется на славянской основе. Очевидно, он произошел от реконструированного праславянского слова *kolo ("колесо", "плуг"), восходящего к общеиндоевропейскому * kuolo -, производного от глагольной основы * kuel - ("двигаться", "вращаться"). Данное слово связано как с кругом и движением, так и с солнцем. Следует вспомнить о том, что богом солнечного светила (не самого Света, а планеты) был Хорс (легкость перехода "х" в "к", "р" в "л"). По всей видимости, этноним "сколоты" означает "солнечные, живущие (двигающиеся) вместе с солнцем". Интересно, что к * kolo близко праславянское * koleda, являющееся, в первую очередь, именем славянского бога Коляды, связанного с зимним солнцестоянием, "рождением" нового солнца, удлинением дня. К указанным двум словам близко праславянское *koleno ("колено", "племя", "род"), также восходящее к индоевропейскому *kuel. (Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд. Вып. 10. М., 1983. с. 141-144, 132-134).В пользу славянства сколотов говорит и название самого мощного их "племени" (правильнее говорить - диалектно-бытовой группы) - паралатов. Учитывая крайнюю легкость перехода "р" в "л" и "а" в "о" его можно считать иранизированной формой этнонима "поляне", естественно, звучащего в 1 тыс. до н. э. несколько иначе, очевидно - палы. Паралаты жили как раз в Среднем Приднепровье, т. е. в регионе, где "Повесть временных лет" помещала полян. Показательно, что в 1 в. до н. э. греческий писатель Диодор Сицилийский сообщал о неких палах, обитавших в Северном Причерноморье. Он же сделал пересказ одной интереснейшей легенды, повествующей о Пале и Напе, двух сыновьях Скифа, родившегося от соития Геракла и змеедевы. Причем сам Скиф в сочинении Диодора Сицилийского предстоит не как прародитель этноса, но в качестве одного из правителей, всего лишь давшего ему имя (еще до Скифа действовал какой-то скифский царь). Складывается впечатление, что писатель создал искусственную легенду о скифах, приписав мифическому Скифу статус прародителя палов-паралатов (потомков Пала). Он сделал это, следуя за всей эллинской этногенетической традицией, "объединившей" славян и иранцев в рамках одного общего этнонима - "скифы". Что же касается потомков Напа, то их несомненно следует причислить к скифам-кочевникам. Самое главное - палы однозначно связываются со скифами, что подтверждает сделанное выше отождествление паралатов с полянами.
Подтверждает его и римлянин Плиний Страший (1 в. н. э.), локализовавший в Северном Причерноморье неких спалеев. Но особенно ценно сообщение готского историка Иордана (5 в.), сообщившего о народе спалов, населяющих область Ойюм, находящуюся в Скифии - недалеко от Черного моря. Исследователи много спорят по поводу того, где же располагалась эта область (готское ajoum - "страна, изобилующая водой", "речная область"), населенная спалеями? Большинство их почему то склонно видеть в ней Пинские болота, хотя уже само указание на речную область говорит о том, что спалеи жили у некоей великой реки, в стране, "изобилующей водой". Таковой рекой, с большой долей вероятности, следует считать Днепр. Итак, Иордан через тысячу лет после Геродота и четыреста лет после Диодора Сицилийского и Плиния Старшего, помещает в Приднепровье народ, чье имя этимологически тождественно паралатам. Его источник уже гораздо ближе, по времени, к "Повести временных лет", рассказывающей о полянах.
Все это придает дополнительный вес версии о тождестве сколотов-паралатов и летописных полян, ставших ядром мощнейшего восточнославянского государства, известного как "Киевская Русь".
Паралаты-палы-спалеи-спалы-поляне этимологически связаны со словом "поле" и это великолепно согласуется с данными Геродота, приписывающего днепровским праславянам-сколотам наличие высокоэффективного земледелия (что подтверждается и данными археологии). Рассуждая о геродотовых скифах-пахарях (иначе оратаях) И. Е. Забелин сделал следующее наблюдение: "По точному описанию Геродота жительство этих скифов-оратаев приходится прямо на киевскую область. Как увидим ниже… и по левому берегу Днепра живут также земледельцы на супротив этих оратаев… Западная часть Скифии… была заселена по обеим сторонам Днепра до Киева пахарями-земледельцами, которые по нашей летописи именуются полянами, а поляне в древнем языке обозначают пахарей, ратаев (польский ратай), так что геродотово название оратаев есть как бы перевод имени полян". (Забелин И. Е. История русской жизни с древнейших времен. Ч. 1. М., 1908. с. 218).Этимологическому разбору (на славянской основе) вполне поддаются и авхаты, которых академик Рыбаков весьма обосновано связывает с древнейшей славянской гидронимикой Приднепровья (реками Большая Вись, Малая Вись, Висун). Согласно ему здесь имеет месть быть переход "вх" в "вс", вполне естественный при взаимозаменяемости славянских и иранских наречиях звуков Х и С. Отметим, со свой стороны, что название племени "авхов"-"авсов" может быть связано с именем древнеславянского бога Авсеня, одного из покровителей земледелия.
Концепцию Рыбакова, воскрешающую на новом уровне, особую историческую традицию 19 - нач. 20 в. (И. Е. Забелин, П. И. Шафарик и др.), которая приписывала славянство скифам-земледельцам, нужно считать мощнейшим прорывом к восстановлению всей правды о нашей древней истории, искаженной стараниями откровенных русофобов (например, норманистов), и чересчур острожных историков. Однако, его методология имеет существеннейший изъян. Рыбаков слишком много внимания уделяет различиям между славяно-скифами и скифо-иранцами, делая это в ущерб их сходству. А между тем, сам Геродот считал нужным именовать сколотами (признавая этот синоним самоназванием) всех скифов и приписывать всем им (как земледельцам, так и кочевникам) одну этногенетическую легенду. Конечно же, такой подход во многом неправомерен, т. к. он, в свою очередь, игнорирует факты этнического различия, существовавшего внутри Скифии. (Сам этноним "скифы" - греческого происхождения. Так называли эллины и всех жителей Скифии вообще, и кочевников-иранцев в частности. Очевидно, оно получило столь широкое распространение, что его стали использовать как славяне, так и северные иранцы (исконное самоназвание последних - "саки") С известной долей осторожности можно прислушаться к мнению русского историка 19 в. Е. И. Классена, считавшего, что этноним "скифы" произошел от греческих терминов, связанных с выделкой кожи: На греческом языке "скутость" означает у адриатических греков "кожу" - "кутис", а у понтийских греков "сыромять" или сыромятную кожу. Действительно, выделка кожи имела огромное значение для кочевников). Однако, ведь должна же была существовать какая то причина, заставившая Геродота пойти на такое объединение?
Да, безусловно, такая причина была. Скифское единство и в самом деле следует считать исторической действительностью, но не этнической, а социальной, а точнее - социально-политической. Очень часто историки упускают из виду то, что определенный термин может иметь одновременно и этническое, и социальное значение. Здесь наблюдается наличие двух значений одного того же слова. исследователь имеет дело и со сколотами как народом (славянским), и со сколотами, выступающими в качестве поданных единого многонационального государства имперского типа.
Именно таким государством была геродотова Скифия. Это утверждение многим покажется неправдоподобным, однако. при внимательном рассмотрении проблемы любой непредвзятый наблюдатель придет к выводу, что только оно и является единственно правильным. Во-первых, сам Геродот описывает Скифию как нечто единое. Вряд ли здесь достаточно наличие лишь культурного единства, слишком уж четко отграничен от других регионов знаменитый "квадрат", называемый "отцом истории" "великой страной". Кроме того, культура не могла бы стать главным фактором, объединяющим славян и скифо-иранцев. Во-вторых, отрицая наличие единой скифской государственности, трудно ответить на вопрос - как могли скифы выставлять до 400 тысяч отборного войска (это число скифских воинов приводит тот же самый Геродот)? Для создания такой армии необходимо политическое единство и весьма многочисленное население. В-третьих, только признав существование единого скифского (сколотского) государства, можно объяснить почему Геродот приписывает легенду славян-земледельцев всем обитателям "квадрата". Совершенно очевидно, что он просто исходил из наличия их гражданского единства. Зная о том, что: 1) сколоты - самоназвание славян, доминирующих в военно-политическом отношении; 2) сколоты - название всех граждан Скифии; он объединил эти два значения в одно, и не стал особо вдаваться в этнические тонкости, приписав этому "одному" конкретную славянскую легенду. Подобным образом, поступают, скажем, современные французы или немцы, считая татарина или чукчу русскими - они имеют ввиду принадлежность к Российскому государству, не утруждая себя разделением на конкретные этносы.
Государство, конечно же, могло быть только славянским, т. е. славяне-сколоты доминировали в военно-политическом и экономическом отношении. Лишь славянское Приднепровье с его богатейшей земледельческой и ремесленной культурой, с мощными городищами и укрепленными крепостями, имеет право претендовать на роль этнического "ядра", цементирующего всею имперскую многонациональную систему, известную как Скифия.
Когда же все началось? Геродот дает вполне конкретный ориентир - согласно "отцу истории" триумф Колаксая произошел за тысячу лет до прихода на скифские земли войск персидского царя Дария, т. е. где-то в 16 в. до н. э. (Кстати, именно этим временем археологи датируют появление славян в районе Приднепровья.) Тогда и было создано мощное славянское государство - царство сколотов.
О самом Колаксае, первом сколотском государе, почти ничего не известно, если не считать данных легенды. Весьма возможно, что это его имеет ввиду "Влесова книга", рассказывающая о том, как потомки Скифа (брата Славена) и его сына Венда заселив пространства "до гор русских и до пастбищ карпатских", "стали рядить и выбрали Кола и был он для них вождем". Страна Колаксая именуется здесь Скифией.
Крайне интересное предположение сделал А. И. Асов, отождествивший трех сыновей Таргитая с братьями Кием, Щеком и Хоривом. "Сыновьями Таргитая, - пишет исследователь, - представлены Липоксай, Арпоксай и Колаксай. Липоксай - это, по мнению лингвистов, царь Рипейских гор ("Ксай - по-ирански: "правитель", а "липа" закономерно переходит в "рипа"). Скорее всего Липоксаю, как правителю гор соответствует Кей Кавус, завоеватель горной страны Мазендаран, а значит, и славянский Кий… Арпоксай - это дословно Глубь-Царь, царь глубин, водного и подземного мира ("апро" в осетинском, а следовательно, и в скифском, означает - глубина). Скорее всего, ему соответствует Щек, имя которого Н. Я. Марром расшифровано как "змей" (отсюда "щекотать" в былинах значит: "шипеть по змеиному" - это отметил еще Б. А. Рыбаков). А Змей, действительно, царь глубин, подземного и подводного мира… Колаксаю же, очевидно, соответствует Хорив… "Коло" или "хоро", как мы уже говорили, является корнем ряда слов, имеющих значение круга: "хоровод", "колесо" и т. д., имеет смысл солнечного круга… Колаксай означает Солнце-Царь. Также и Хорив. Мы делаем вывод, что Кий, Щек и Хорив - лишь в поздних легендах стали основателями Киева. Ранее же они почитались сыновьями… Таргитая… Это, конечно, не исключает того, что в определенное историческое время жили и реальные люди, взявшие имя прародителей и исполнившие великую роль в сплочении древних народов." (Велесова книга. Перевод и комментарии А. Асова. М., 1994. с. 272-273).Имперская традиция русских насчитывает как минимум три с половиной тысячи лет. Мы имеем не просто древнейшую историю, и даже не просто историю древнейшей государственности. Мы имеем историю древнейшей имперской государственности.
Эта история есть история доблести и славы. Сколоты вошли в историю, прежде всего, как воинский, кшатрийский народ. Воинственные и суровые, они приводили в ужас многие народы. Ветхозаветные пророки даже пугали ими иудеев, представляя северных витязей бичом Божиим, карающим тех, кто погряз в пороках. Пророк Иеремия описывает их вторжение следующим образом: "Вот я приведу на вас, дом Израилев, народ издалека, говори Господь, народ сильный,народ древний (выд. - А. Е.), народ, языка которого ты не знаешь и не будешь понимать, что он говорит. Колчан его как открытый горб. Все они люди храбрые. И съедят они жатву твою и хлеб твой, съедят сыновей твоих и дочерей твоих, съедят овец твоих и волов твоих, съедят виноград твой и смоквы твои; разрушат мечом укрепленные города твои, на которые ты надеешься". Большинство исследователей считает, что здесь говорится именно о скифах.
Их же, скорее всего, имел виду пророк Иезекииль, когда предсказывал сокрушительное нашетвие с севера народов Рош, Мешех и Фувал, предводительствуемых Гогом из земли Магог. Это вторжение должно было послужить началом "конца времен". Имена "Мешех", "Фувал" и "Магог" совпадают с именами трех сыновей Иафета, считающегося прародителем индоевропейцев и указывают на арийство пришельцев, а имя "Рош" (т. е. "Рос"-"Рус") на их славяно-скифское происхождение. Показательно, что в средневековой славянской традиции летописания эти сыновья часто представляются родоначальниками славян. Иудеи времен Римской империи говорили о скифах из земли Магог, которые, якобы должны напасть на их народ - такой сильной была память о воинских подвигах отважных северян.
Древнегреческий историк Фукидид признавал, что по воинской доблести со сколотами "не может сравниться ни один народ не только в Европе, но и Азии; и ни один народ сам по себе не в силах устоять против скифов, если все они живут между собой с согласии". "Среди всех известных нам народов, - сообщает Геродот, - только скифы обладают одним, но зато самым важным для человеческой жизни искусством. Оно состоит в том, что ни одному врагу, напавшему на их страну, они не дают спастись; и никто не может их настичь, если только они сами не допустят этого".
Многочисленные и отважные сколоты, ведомые талантливыми полководцами, 28 лет господствовали в Передней Азии, собирая дань с тамошних народов. Прекратить славянское господство смог только мидийский царь Киаксар, заманивший сколотских вождей на пир и вероломно их убивший. Но даже отступавшее, лишенное предводителей войско сколотов сумело разгромить государство Урарту. Сколоты участвовали в разгромных походах на Ассирию, дошли до границ Египта, чей правитель поспешил умилостивить их богатыми дарами и "мольбами убедил далее не продвигаться" (Геродот).
В 5 в. до н. э. персидский царь Дарий I двинул на Скифию 700 тысячное войско, однако, так и не смог покорить сколотов, отступив с позором. Через сто лет попытку завоевать Скифию предпринял Филипп II - отец знаменитого Александра Македонского. В исторической литературе почему то бытует мнение, что он разгромил Скифское царство, но римский автор Помпоний Мела сообщает: "Некогда два царя, осмелившиеся не покорить Скифию, а только войти в нее, именно - Дарий и Филипп - с трудом нашли путь оттуда".
Получается, Филипп был сам разбит скифами. Пи этом Помпоний в другом месте своего сочинения сообщает уже о том, как скифы "были побеждены хитростью Филиппа". Тут имеет место быть либо произвольная правка текста кем-то из переписчиков, либо изложение двух, отличных друг от друга событий. Вероятнее всего второе - Филипп не одерживал победы над сколотами, ее одержал его сын Александр Македонский, ходивший на них походом в правление своего отца (об этом сообщает Геродот). Просто было осуществлено два похода - один, неудачный, возглавлял Филипп, другой, удачный (приписываемый Филиппу) - его гениальный сын.
Кстати, уже в правление Александра Македонского, скифы нанесли поражение его полководцу Зопириону. Римлянин Помпей Трог рассказывает: "… Зопирион, оставленный Александром Великим в качестве наместника Понта, полагая, что его признают ленивым, если он не совершит никакого предприятия, собрал 30 тысяч войска и пошел войной на скифов, но был уничтожен со всей армией…"
Сколоты устраивали походы и на запад. Они доходили до современных Чехии, Силезии и Бранденбурга.
Войдя в историю главным образом как страна воинов, Скифия, тем не менее, обладала и внушительным сакральным символизмом, наличие которого обычно ускользает от взоров исследователей.
Скифское царство, описывается Геродотом как геометрически правильный квадрат. Это всегда вызывало недоумение у историков, воспитанных в духе рационализма и склонных обвинять "отца истории" в фантазировании или использовании фантастических сведений. На самом же деле Геродот имел ввиду не военно-политические, а сакральные границы Скифии - первые, безусловно, могли не совпадать со вторыми - действительно, крайне сложно расселяться в пределах точно очерченной геометрической фигуры. Зато сравнительно легко очертить сакральные пределы государства, указывая тем самым на его основу, существующую в виде некоей территории, символизирующей определенные небесные, потусторонние реалии.
Что же символизировал сколотский тетрагон? Для ответа на поставленный вопрос нужно вспомнить о древнейшей, сакральной "геометрии", использующей четкость некоторых геометрических фигур в целях подчеркивания символического значения основных территориальных единиц - страны и города. Вообще, страна в системе традиционного мировоззрения всегда воспринималась как продолжение главного, столичного города - в принципе, их считали чем то тождественным. От этого отождествления и произошло русское "гражданин" (ср. со словом "град") и английское "citizen" (ср. со словом "сity" - "город"). И страна, и город представлялись чем то строго очерченным, ограниченным, отгороженным. И здесь уже прослеживается связь слов "город" и "сад" ("огород"), сам город представлялся как образ небесного, райского сада. Город и страна символизировали рай, а их геометрическая форма (если таковая имела место быть) конкретизировала данный символизм, "графически" выражая отгороженность небесной обители от инфернального хаоса. Для этого обычно использовались - либо круг, либо квадрат. Именно в виде последнего римляне представляли себе город Ромула, называя его "квадратным Римом". Квадратным представляют и Новый Иерусалим. Теперь к указанному символизму можно смело причислить и скифский тетрагон, который обладал для сколотов огромным сакральным значением.
Впрочем, это значение признавали не только сколоты, но и некоторые другие народы. Например, греки теснейшим образом связывали Скифию со священным, для них, народом гипербореев. При этом сами гипербореи либо отождествлялись со скифами, либо представлялись народом, который граничит с Гипербореей на севере и непосредственно воспринимает от нее все священные дары, отправляемые в Грецию на остров Делос, особым почитателям солнечного бога Аполлона - покровителя загадочных северян. Последняя версия, отстаиваемая Геродотом, маловероятна, вернее маловероятно наличие в античное время такого народа, как гипербореи. Действительно, вряд ли тогда могли жить люди, не ведающие печали и не подверженные смерти от старости, а ведь именно такими качествами наделяли гипербореев античные авторы. Качества эти больше подходят жителям Золотого века, который разные традиции считали временем изначального могущества, близкого к райскому. Описывая чудесную жизнь гипербореев, их воздушные полеты и медные дожди, эллины определенным образом преодолевали тоску по человеческому совершенству, утерянному "во время оно", приписывая это совершенство якобы реально существующему северному народу. А вот то, что с этим народом теснее всего связывали именно сколотов весьма показательно.
Гораздо ближе к истине мнение тех античных авторов, которые наделяли гиперборейскими чертами действительно существующий этнос скифо-славян. Гиперборейские мистерии, описанные Геродотом, замкнуты на земледельческом культе, следовательно возможность отождествления гипербореев с ираноязычными скифами-номадами следует полностью исключить. Особую ценность имеет рассказ грека Ямблиха об ученике Пифагора скифе Абарисе, являвшимся жителем Гипербореи. Тут скифы и гипербореи отождествляются однозначно.
Империя сколотов пала в 3 в. до н. э. в результате экспансии сарматов-кочевников, которые, между прочим, являлись ближайшими родственниками как днепровских славян, так и северных иранцев. Согласно Геродоту, сарматы появились в результате брака скифских юношей с некими амазонками, прибывшими откуда то в район Меотиды (Азовского моря) и длительное время воевавших со сколотами. На первых порах скифы даже не поняли, что воюют с женщинами, они считали своих врагов мужчинами юного возраста. Узнав же, что непрошеные гости - женского пола, скифы решили прекратить войны и заполучить потомство от столь воинственного народа. Они послали к амазонкам своих юношей, которые покорили сердца суровых воительниц. Но потомство от брачного союза с ними досталось не скифам. Уступив просьбам своих жен молодые люди "перейдя Танаис (Дон - А. Е.)… прошли к востоку на расстояние трех дней пути от озера Меотиды в направлении северного ветра".
Геродота существенно дополняет рассказ римлянина Помпея Трога о происхождении самих амазонок. Оказывается, они ведут свой род от скифов. Некогда "двое юношей из царского рода, Плин и Сколопит, изгнанные из отечества происками вельмож, увлекли за собой множество молодежи, поселились на капподокийском берегу у реки Термодонты и заняли соседнюю Темискирскую равнину". Имена "Плин" и "Сколопит" этимологически связаны с этнонимами "пал" ("паралат"-"полянин") и "сколот", на что обращал внимание еще академик Рыбаков. Совершенно очевидно, что Трог рассказал о переселении части славян-сколотов в Малую Азию в результате конфликта воинственной кшатрийской молодежи с некими высокопоставленными (и, очевидно, засидевшимися на своих теплых местах) вельможами. В Малой Азии эти пассионарные кшатрии "в течении многих лет грабили соседей и потом были изменнически убиты в следствии заговора народов". "Жены их, - сообщает Трог, - видя, что к изгнанию прибавилось сиротство, сами взялись за оружие и стали защищать свои владения сначала оборонительными войнами, а потом наступательными. Он не хотели и думать о брачных связях с соседями, называя их рабством, а не браком. Представляя единственный в своем роде для всех веков пример, они решились править государством без мужчин и даже с презрением к ним; для этого, чтобы одни не казались счастливее других, они перебили и тех мужчин, которые оставались дома, и отомстили за избиение мужей избиением соседей. Но затем оружием снискав мир, они вступают в половые сношения с соседями с целью предотвратить гибель своего рода. Если рождались дети мужского рода, они их избивали, а девочек воспитывали в одних с собой нравах… приручали… к оружию, лошадям и охоте".
Так возникли знаменитые амазонки. Славянство их подтверждается еще и тем, что молодые кшатрии, ведомые Сколопитом и Плином, поселились в Малой Азии, где страбон локализовал неких амисенов (амазонов), отождествив их с энетами (венетами, венедами, т. е. славянами) троянской эпохи (Троя находилась в малоазийской Пафлогонии, а саму Пафлагонию античные авторы считали землей энетов). Скорее всего, какая-то часть энетов осталась здесь и после падения Трои и последующего бегства своего вождя Атеонора. Сколоты поселились рядом с малоазийскими славянами. Вероятно, последние и были теми соседями, которые расправились с частью сколотов - иначе трудно понять, почему Трог говорит о предательском убийстве (предавать могут только свои). С ними же, очевидно, и вступили в брачные отношения жены погибших сколотов, взявшие себе имя амисенов или кем-то так названные.
Помпей Трог считал, что все амазонки погибли где-то во времена Александра Македонского, однако, тут уже необходимо дополнять его Геродотом. Амазонки, конечно же, не погибли, но перебрались в район Меотиды, где и произошло образование смешанного славяно-иранского этноса (скифские юноши, женившиеся на амазонках, были иранцами - подобное предположение позволяет объяснить наличие у сарматов иранского элемента). В 3 в. до н. э. сарматы-кочевники нападут на своих родственников - славян и скифов, разрушив одну из величайших в мире империй.
Разгром Великой Скифии, раскинувшейся на огромных просторах Восточной Европы, привел к резкому сокращению ее территории. Появившаяся теперь Малая Скифия включала в себя район бассейна Нижнего Днепра и Буга, а также степи Крыма. Именно в Крыму, по данным Страбона, находилась резиденция скифского царя Скилура и его сына Палака, чьи имена опять-таки схожи с именами славянских народов - палов и сколотов. Это говорит о том, что в Малой Скифии сохранилось доминирование славян.
Еще во 2 в. н. э. Малая Скифия была весьма сильна, контролировала Ольвию, воевала с Херсонесом, превратило в своего данника Боспор. Противостояние ее с Боспором весьма поэтично описано во "Влесовой книге". Последний там отождествлялся с Навью, мрачным инфернальным подземельем, а его воины со зловредным змеем. "И этот змей - суть враги, приходящие с юга. Это боспорские воины, с которыми наши деды сражались. Они хотят, чтобы земля наша отошла к грекам, но мы ее не отдадим, потому, что она наша, и мы не упустим ее" (дощ. III, 19).Позже "малые" скифы, вместе с сарматами и теми же самыми боспорцами, противостояли Риму, причем довольно успешно. Однако, былое величие было уже потеряно - Скифское царство неудержимо катилось к упадку, который довершили в 3-4 вв. готы и гунны, окончательно разрушившие некогда блистательную империю сколотов.
После сарматского вторжения в Среднем Приднепровье воцарился упадок. Возрождение здесь наступит через сотню-другую лет, причем будет сопровождаться стремительной интеграцией сарматов в славянский этнический массив. Уже в 1 в. н. э. Тацит затруднялся найти серьезные отличия между сарматами и венедами, а Птолемей именовал Сарматией довольно обширную область, включавшую, в том числе, и все Приднепровье. А уж в восточноевропейской средневековой традиции отождествление славян и сарматов станет нормой.
Довольно значительная часть сарматов вошла в состав сложного этнического симбиоза, образованного славяно-иранцами (собственно сарматами) и славянской группой росов-русов, живших в районе Меотиды на знаменитом разбойничьем острове Русия, описанном арабскими авторами. Указанное образование, в котором превалировал славянский элемент, известно под именем роксолан. Само слово "роксолане" дошло в греко-римской передаче, его же носители сами себя называли россаланами (росы плюс аланы, т. е. плюс иранцы, сарматы). "Роксоланы, - писал по этому поводу Д. И. Иловайский, - иначе выговаривалось как россаланы (как поляки вместо саксы говорят сасы; подобным образом Полесье в латинской передаче обратилось в Polexia, например, в булле папы Александра IY). Это название сложное, вроде тавроскифы, кельтиберы и т. п." (Иловайский Д. И. Начало Руси. М., 1996. с. 70).Страна россалан во "Влесовой книге" именуется Русколанью (Русской Аланией). Ей предстояло сыграть значительную роль в образовании Киевской Руси, преемницы Скифской империи. Впрочем, это уже новая, особая страница нашей славной истории.
 
Скифы в легендах Геродота
Обе легенды Геродота географически привязаны к Борисфену-Днепру. Действие скифско-эллинской легенды начинается в той Гилее, где Анахарсис совершал моление в честь Матери Богов (Геродот, История, IV – 76); она расположена «у Ахиллесова ристалища и вся покрыта густым лесом». Это – местность у самого устья Днепра, где в средние века было русское Олешье. В геродотовское время эта земля находилась на юго-западной окраине владений царских скифов; она входила в состав «Исконной Скифии», что и подтверждается генеалогической легендой. После выигрыша состязания Скиф остается здесь, на своем месте, а неудачливые братья уходят: один – на запад, за Карпаты, а другой – на северо-восток в Левобережье Днепра, но в известном отдалении от самой реки.
Днепр затронут в этой легенде о Скифе-лучнике лишь в самой конечной своей точке, у устья. Владения царских скифов, даже если присоединить к ним область Герр и Каменское городище у Конских Вод, не поднимались выше порогов.
В легенде о Таргитае и его сыновьях сообщены два важных факта, которые позволяют с абсолютной точностью определить ту географическую область, в которой находились потомки Таргитая и подвластные им племена. Первый факт: потомки Таргитая чтут плуг с ярмом, что, как уже неоднократно говорилось, твердо определяет их как повелителей земледельческих племен. Второй факт: Таргитай – внук Борисфена (его мать – дочь Днепра); следовательно, среди геродотовских племен мы должны отыскать землепашцев, живущих на Днепре. Задача легкая, так как земледельческие племена размещены Геродотом в верховьях Гипаниса (Горный Тикич и Синюха) и вверх по Днепру от Ворсклы-Пантикапы. Именно здесь находятся археологические памятники, связываемые с земледельческими скифоидными племенами. Это киевская, восточноподольская и западноподольская археологические группы, объединенные А. И. Тереножкиным под единым условным названием скифов-пахарей  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1037" \o "" [1036].
Для того чтобы избежать терминологической путаницы, лучше отказаться от локальных геродотовских наименований («скифы-пахари», «скифы-земледельцы») и воспользоваться той драгоценной поправкой, которую сам Геродот ввел в бытовое словоупотребление понтийских эллинов: земледельческие племена Скифии, жившие на Днепре и на запад от Днепра, имели общее собирательное имя – «сколоты» (Геродот. История, IV – 6).
«Киевская археологическая группа» тянется вдоль Днепра широкой полосой, начинаясь примерно от устьев Тетерева и Десны на севере и кончаясь на юге южнее устья Сулы. Поразительно совпадение с данными Геродота, который пишет, что земля земледельцев-борисфенитов простирается «на три дня пути к востоку до реки Пантикапы, а к северу – на одиннадцать дней плавания вверх по Борисфену» (Геродот. История, IV – 18). Принимая день плавания в 35 км, мы получаем расстояние 385 км, которое совершенно точно соответствует протяженности киевской группы! Ширина «киевской археологической группы» (35 х 3 = 105) тоже точно соответствует данным Геродота  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1038" \o "" [1037].
Ольвийские греки называли эти земледельческие племена «борисфенитами», поскольку они действительно жили широкой полосой вдоль Днепра-Борисфена, и именно они в первую очередь должны быть учтены нами при расшифровке легенды, героями которой являются внук и правнуки Борисфена. Однако вся совокупность земледельческих племен правобережной лесостепи не ограничивается только одними «приднепровцами»: весьма сходные археологические культуры скифского времени обозначаются и далее на запад, по всей территории более ранней чернолесской культуры, по всей области архаичных славянских гидронимов до Среднего Днестра включительно. Вот к этому-то комплексу однородных земледельческих культур и применимы геродотовские слова: «Всем им в совокупности есть имя – сколоты по имени их царя. Скифами же их назвали эллины» (Геродот. История, IV – 6).
Поэтому ко всему комплексу правобережных земледельческих племен правомерно применение этнонима «сколоты». Борисфениты же являются лишь восточной частью этого большого праславянского массива, размещенного по берегам среднего Днепра и в Правобережье.
Обозначив земледельческое население всей правобережной лесостепи сколотами, мы полностью приведем в соответствие наши археологические знания со сведениями, сообщаемыми Геродотом.
Археологам известно земледелие в низовьях Днепра и в сравнительно узкой прибрежной полосе Черного моря восточнее Днепра. И Геродот об этом земледелии говорит и называет каллипидов и алазонов, знавших земледелие и огородничество. Мы знаем земледелие в лесостепи Левобережья на Суде, Ворскле и Северском Донце. Геродот пишет, что гелоны «занимаются земледелием, садоводством и едят хлеб» (Геродот. История, IV – 109). Гелонам принадлежит культура скифского типа на Суде и Донце. Все земледельцы восточноевропейской лесостепи названы Геродотом по именам. На долю борисфенитов и их западных соседей, близких к ним по культуре, остается только одно этническое имя – сколоты, которое должно охватывать и «скифов-пахарей» и «скифов-земледельцев», тождественных борисфенитам.
Только исходя из такого понимания Геродота мы и можем приступить к анализу легенды. И прежде чем начать рассмотрение её мифологического содержания, мы должны выяснить возможность хронологического и пространственного, географического размещения её элементов.
Мифологическое время – категория чрезвычайно расплывчатая и трудно переводимая в абсолютные даты.
Сколоты (Геродот далее называет их «скифами», но это расчет на то, чтобы быть понятым эллинами) считают, что от царя Таргитая до вторжения Дария в 512 г. прошло «круглым счетом никак не более 1000 лет» (Геродот. История, IV-7). Если отрешиться от условности «тысячелетнего царства», часто встречающегося в мифо-эпических произведениях, и понять информаторов Геродота буквально, то время Таргитая – XVI в. до н. э., т. е. то самое время, когда закончилось пастушеское расселение индоевропейских шнуровиков и обозначилось на большой территории славянское единство. Однако маловероятно, чтобы такой стихийный, не отмеченный никакими яркими событиями процесс привёл к формированию мифа о первом человеке – ведь предки славян уже существовали, но только ещё не образовывали осознанного единства. Если же исходить из содержания самой легенды, то здесь мы должны поступить точно так же, как в случае со Сварогом: там упавшие с неба кузнечные клещи позволили датировать миф рубежом II и I тысячелетий до н. э., здесь такой хронологической приметой должен быть плуг со впряженными в него волами в ярме, упавший при сыновьях Таргитая. Плужное земледелие, как и горячая ковка металла, дважды в истории Правобережья появлялось здесь.
Впервые горячая ковка металла (чистой меди) выявляется в памятниках позднего триполья, в конце III тысячелетия до н. э. Тогда же (по данным расписной скульптуры) появляется и парная упряжка пахотных волов. Одновременно с этим кое-где на Днепре появляются и трупосожжения  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1039" \o "" [1038].
С исчезновением трипольской культуры устраняются все эти новые явления, и более тысячи лет мы не наблюдаем в этом юго-восточном краю будущего праславянского мира подобного высокого уровня развития.
Плужная вспашка появляется у праславян только в белогрудовской культуре XI – IX вв. до н. э., почти одновременно с трупосожжениями и ковкой железа.
У нас как будто бы нот выбора: говоря о праславянах, мы, разумеется, должны принимать вторую, более позднюю дату белогрудовско-чернолесской культуры, с которой и соотносили уже в предыдущем изложении многие явления фольклора. Однако мне хочется поставить вопрос (который останется пока без ответа) о роли языковых предков славян в формировании какой-то части их мифологических представлений. При этом мы должны вспомнить два обстоятельства: первое – это предполагаемое Б. В. Горнунгом вхождение трипольских племен в число этих языковых предков славян, а второе – то, что географически позднее триполье в значительной мере совпадает с областью белогрудовско-черполесских памятников и скифской земледельческой культуры  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1040" \o "" [1039]. Такое топографическое совпадение не дает нам права на признание трипольцев прямыми предками славян, но позволяет ставить вопрос о субстрате, который в какой-то дозе мог уцелеть здесь после ухода трипольцев. В сфере мифологии не так существенно то, что в материальной культуре нет непрерывной преемственности; какие-то смутные мифологические повествования могли передаваться из поколения в поколение, а затем они должны были оживиться, обрести вторую жизнь, когда снова появились пашенное земледелие и ковка металла.
Для выяснения географической сущности сколотской легенды мы должны, конечно, принимать вторую, окончательную дату появления плужной вспашки в лесостепи – XI – X вв. до н. э., а предположение о субстрате с трипольскими традициями оставим пока в запасе.
Легенда говорит о том, что от троих сыновей Таргитая пошли четыре племени, подчинявшиеся общему царю, младшему из братьев – Колаксаю, главе племени «паралатов», т. е. «главенствующих», «искони назначенных». В обширной области чернолесской культуры район племени-гегемона определяется легко – это, бесспорно, бассейн Тясмина, густо покрытый городищами чернолесской культуры, первыми крепостями в земле праславян. В других местах есть поселения, но нет крепостей. «Все городища чернолесской культуры, за исключением Чернолесского, расположены на правобережье р. Тясмина между Смелой и Ново-Георгиевском»  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1041" \o "" [1040]. По всей вероятности, к этому же «царству» относились как колонисты Ворсклы (потом попавшие под власть гелонов), так и чернолесские поселения вверх по Днепру до самого Киева. Именно так обрисовал впоследствии Геродот землю борисфенитов в 3 дня пути шириною и в 11 дней пути вверх по Борисфену.
Относительно авхетов, предком которых был Липоксай, у нас есть, по счастью, дополнительные географические сведения Плиния Старшего: «Внутрь материка живут авхеты, во владениях которых берет начало Гипанис»  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1042" \o "" [1041]. Гипанис – это не Южный Буг в нашем понимании, а сочетание трех рек: Горного Тикича, Синюхи и низовьев Буга. В верховьях этого Гипаниса в скифское время было много памятников, богато насыщенных разнообразным античным импортом, что объяснялось прямым и коротким путем, соединявшим эту землю экспортеров хлеба с Ольвией. Это обстоятельство объясняет нам позднее свидетельство Валерия Флакка о богатстве легендарного Авха, родоначальника авхатов  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1043" \o "" [1042].
На долю Арпоксая остаются две археологических группы – восточно-подольская по Бугу и западноподольская по Днестру. Эти две группы и соответствуют, очевидно, двум племенам легенды, имевшим общего предка: катиарам и траспиям. Может быть, имя траспиев связано с Днестром-Тирасом? HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1044" \o "" [1043]В каждом из этих трех царств в скифское время появились свои огромные крепости вроде Матронинской, Трахтемировской и Большой Скифской в земле Колаксая, Пастырской у Липоксая, Немировской и Севериновской у Арпоксая.
При предложенном размещении (разумеется, гипотетичном) соблюдаются все признаки и намеки древних авторов. Земля «искони назначенных» паралатов была тем могучим оборонительным районом, который раньше других вступил в единоборство с киммерийцами и, очевидно, обрел самостоятельность. По Геродоту, священное золото сколотов хранилось в «обширнейшем» царстве; днепровская полоса в 400 км длиною плюс земли по Ворскле примерно на полтораста километров представляли собой действительно самую значительную из всех земледельческих областей Приднепровья.
Земля авхатов, расположенная в бассейне Синюхи, тесно соседствовала с паралатами, отличалась значительным богатством, а её положение на кратчайшем пути к Понту, к киммерийскому побережью, объясняет нам намек Валерия Флакка на владение Авха киммерийскими богатствами.
При внуках Таргитая происходит деление земли паралатов на три отдельных царства. Достаточно взглянуть на археологическую карту чер-нолесского или скифского времени, чтобы определить, как происходило это расчленение: прежде всего, вероятно, выделились заднепровские сколоты-выселенцы на Ворскле (летописном Воросколе).Протяженная земля сколотов-борисфенитов четко делится на две половины рекой Росью и огромными лесными массивами по её правому, южному берегу. Южная, тясминская половина представляла собой древнее основное ядро, сохранявшее и в скифское время свое значение.
Северная, киевская половина, наиболее удаленная от опасного соседства с царскими скифами-кочевниками, в скифское время представляла наиболее безопасную область сколотской земли. Не здесь ли, в каком-нибудь городище вроде Трахтемировского, защищенного излучиной Днепра как гигантским рвом, хранилось священное золото сколотов? В этой половине впоследствии был большой культовый центр – город Родень (бога Рода?) у устья Роси (совр. Княжья гора), заглохший после принятия христианства. Кстати, в ближайшем соседстве с Княжьей горой, в Сахновке на Роси, найдена исключительно интересная золотая пластина с изображением (по верной мысли Д. С. Раевского) того ежегодного праздника скифов-сколотов, о котором пишет Геродот  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1045" \o "" [1044]. Быть может, праздник и проводился где-то здесь на гористых берегах Роси, в северной, наиболее безопасной части земли «паралатов»?.
Если в последнюю очередь мы обратимся к этимологическому толкованию имен сыновей Таргитая, то и здесь мы не найдем противоречия с предлагаемым размещением их владений. Этимологический анализ велся, исходя из норм скифского (иранского) языка.
Может показаться, что это обстоятельство в корне опровергает утверждение о славянской принадлежности этих четырех сколотских племен. Но это не так. Геродот называет балтов, жителей Верхнего Поднепровья, греческим словом «андрофаги» («людоеды»), а население Среднего Дона – «меланхленами» («черноодетыми»), опять-таки по-гречески. Ясно, что это не самоназвания народов и даже не те имена, которые были даны соседями. Это – перевод на греческий, сделанный какими-то информаторами Геродота (или другого, более раннего автора). Совершенно то же самое произошло и здесь: лесостепные землепашцы сами себя называли сколотами, а эллины для простоты всех носителей скифской культуры называли одинаково – скифами. Информаторы Геродота могли знать сколотские мифологические имена от эллинизированных скифов-иранцев вроде Анахарсиса или Скила, сообщавших имена мифических царей в своем переводе. Работы таких иранистов, как В. И. Абаев и Э. А. Грантовский HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1046" \o "" [1045], дали следующее толкование имен: Липоксай – Гора-Царь; Арпоксай – Река-Царь (Глубь-Царь); Колаксай – Солнце-Царь.
Сын-победитель – Колаксай мог получить свое солнечное имя как владыка всех сколотов. Его предполагаемое царство дальше всех выдвигалось на юг, в полуденную солнечную сторону. Более вероятна всё же не географическая связь, а указание на первенство. Между прочим, для объяснения имени Колаксая не обязательно привлекать иранские аналогии; славянское «коло» – круг, колесо, входящее в индоевропейский словарь, могло быть обозначением солнца; в слове «солънце» корень «солъ» соответствует «коло».Липоксай мог быть назван так потому, что его владения располагались на отрогах Авратынских гор, довольно круто обрывавшихся к степи.
Имя Арпоксая могло указывать на то, что происшедшие от него два племени жили на двух больших реках (Южном Буге и Днестре), текущих в довольно глубоких теснинах.
С этимологией племенных названий дело обстоит значительно хуже: авхаты, катиары и траспии по существу не расшифрованы; возможно, что информаторы передали Геродоту имена племен в том виде, в каком они сами их употребляли, сделав исключение только для племени-гегемона, скифское имя которого – «паралаты» (парадаты) – легко объясняется из иранского.
Так обстоит дело с географическим размещением сколотских племен в чернолесско-скифское время в лесостепи между Тирасом-Днестром и Борисфеном-Днепром. Оно основано, во-первых, на археологических и историко-географических реалиях, а во-вторых, на неприятии «сослов-но-кастовой» гипотезы в том виде, в каком она оформилась в современной научной литературе. Но это не означает того, что следует в принципе отрицать существование разных социальных слоев у скифов и у их северо-западных соседей сколотов.
Я солидарен с А. И. Тереножкиным, писавшим о рабовладельческом строе у скифов-кочевников  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1047" \o "" [1046]. Упомянутая выше золотая пластина из Сахновки дает, как мне кажется, не только изображение праздника, но одновременно и стратификацию общества: в центре, у трона богини – царь с ритоном в руке; рядом с богиней – воины, клянущиеся друг другу и скрепляющие клятву ритоном вина; далее – жрец, совершающий жертвоприношение. По другую сторону царя – слуги или просто народ, показанный не в своих трудовых усилиях, а тоже на празднике: несут бурдюки, наполняют ритоны вином из амфор. Царь, воины, жрец и простые люди представляют здесь состав сколотского общества, достаточно сложный и четко показанный. Однако этот показ всех слоев общества не дает права писать о «племени жрецов», «о племени воинов» и т. д. Действие происходит в земле земледельцев-борисфенитов, но на пластине хлеборобский характер этой страны даже никак не показан.
Записанную Геродотом генеалогическую легенду следует считать полученной через скифов-иранцев мифической генеалогией приднепровских праславян, возникшей (как и миф о Свароге) примерно на рубеже II и I тысячелетий до н. э., но, возможно, несколько дополненной в скифское время. Легенда объясняла существовавшее в действительности единство лесостепных сколотов, а также последующее раздробление царств, происходившее, по-видимому, уже в скифское время, до V в. (до прибытия Геродота).
 
 
 
Сколотская легенда
Разберем сколотскую легенду по указанным ею поколениям мифических предков. В основе генеалогии стоит Таргитай, «первый житель этой, тогда ещё необитаемой, страны». Происхождения он божественного – он сын самого Зевса и дочери Борисфена.
На том основании, что в одной легенде родоначальником «скифов» (в кавычках!) назван Таргитай, а в другой предком скифов без кавычек считается Геракл, исследователи, делавшие смесь из двух генеалогических преданий, ставили знак равенства между этими двумя персонажами, хотя сами легенды на такое отождествление и не уполномочивали.
К сожалению, запись Геродота о Таргитае слишком лаконична.
Предок-родоначальник не наделен никакими мифологическими чертами, он просто упомянут. Падение плуга и других небесных даров произошло не при нем, а при его мифологических сыновьях. Следовательно, представления о Таргитае-первочеловеке следует отодвигать далеко в глубь тысячелетий, в эпоху до появления пашенного земледелия.
Иранисты поставили сколотского Таргитая в прямую связь с иранским Траетаоной и индийским Тритой HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1048" \o "" [1047]. Помимо самого имени, действительно совершенно идентичного, сходство мифологических персонажей подтверждается и судьбой их потомства: Траетаона (позднейшее Феридун) – родоначальник персидских царей. У него трое сыновей, из которых выделяется младший, которому и достается отцовское царство. В дальнейшем обделенные старшие сыновья убивают младшего брата. Д. С. Раевский в связи с этим мотивом убийства младшего брата приводит эпизод из «Аргонавтики» Валерия Флакка, где Колакс ведет бой с Апром-Арпоксаем, а потом погибает от руки Язона  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1049" \o "" [1048].
Иранский Траетаона сходен с индийским Тритою: оба они побеждают трехголовое чудовище и освобождают первый – женщин, а второй – быков. Этот же мотив связывает Траетаона и Триту с греческим Гераклом, победившим трехголовое чудовище Гериона и освободившим быков. Именно этот эпизод понтийские греки и присоединили к скифской легенде  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1050" \o "" [1049].
По разным признакам (судьба сыновей, борьба с чудищем) объединяются в один круг сколотский Таргитай, иранский Траетаона, греческий Геракл, подключенный к скифо-кочевнической легенде, и индийский Трита.
Исследователи, исходившие из понятия единой скифской культуры без подразделения её на собственно скифскую (кочевническую) и сколотскую (земледельческую, праславянскую), широко использовали этот круг сходных мифологических элементов для доказательства их индо-иранского происхождения, а главное – для вовлечения мифа о Таргитае в орбиту скифо-иранской мифологии.Мне кажется, что может быть найден иной подход к этому интересному вопросу. Предварительно обращу внимание на то, что греческая мифология здесь представлена героем, для которого угон быков Гериона был одним из многих его подвигов и по существу с идеей родоначальника, «первого человека», не связан. А между тем наличие или отсутствие в греческой мифологической системе сходства с Траетаоной-Таргитаем очень важно для решения более широкой проблемы.
Особого героя с именем, похожим на Таргитая, мы в греческих мифах не найдем, но зато обнаружим Аполлона-Таргелия, культ которого был широко распространен в Ионии. Аполлону-Таргелию был посвящен одиннадцатый месяц года (середина мая – середина июня). Таргелий праздновался в таких древних центрах Греции, как Микены и Фивы  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1051" \o "" [1050].
Напомню уже приведенное мною в главе 6 свидетельство о долго бытовавших в Греции человеческих жертвоприношениях мужчины и женщины, которых сжигали, а пепел бросали в море. Таргелий проводились в конце мая. Слово «таргслиос» было, очевидно, настолько архаично, что даже этимология и первоначальное значение его были недостаточно ясны самим античным эллинам: Гесихий – «горшок со священным варевом»; Большой Этимологикон – от слов «нагревать землю»; Атеней – «свежевыпеченный хлеб из первого помола»  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1052" \o "" [1051].
Первичный смысл слова утратился, а это означает, что оно идет из очень больших глубин прошлого.
Аполлон-Таргелий, связанный с летними празднествами урожая, первого хлеба, бог, требовавший парных человеческих жертвоприношений, может быть, более, чем кто-либо другой, раскрывает первоначальную сущность мифа о первом человеке, первой человеческой паре, положившей начало человеческому роду. Возможно, таким был и Таргитай, тоже сын Зевса, как и Аполлон.
Теперь мы вышли из пределов скифо-арийских сопоставлений и получаем несколько более широкий круг сходных образов и имен: иранский Траетаона, индийский Трита, славянский Таргитай, греческий Таргелий.
Один только перечень этносов воскрешает в памяти (см. главу 4) предполагаемую языковую общность, определяемую лингвистами как ДЮВЗ – «древнейшая юго-восточная зона индоевропейского единства», в составе которой находились и предки индо-иранцев и славян  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1053" \o "" [1052].
Пространство, на котором жили племена, входившие в эту общность, охватывало и область трипольской культуры, синхронной этой общности.
Если мы взглянем на карту позднего этапа трипольской культуры, то увидим, что она в своей основе совпадает, во-первых, с областью белогрудовско-чернолесских племен, а во-вторых, с землей сколотов-землепашцев.
Трипольские племена, в ритуальном искусстве которых мы видели и Адити, и Варуну, и трехчленное ведическое деление мира, и точную иллюстрацию к индийскому мифу о четвероруком (как архаичный греческий Аполлон) Пуруше, сошли с этнической карты Восточной Европы в конце III тысячелетия до н. э. Когда мы задаем себе вопрос, кем в этническом смысле они были и куда они ушли, то многое направляет наше внимание на индо-иранское племена, двигавшиеся примерно в это время на восток.
О. Н. Трубачев установил целый ряд пунктов, где осели на полпути, отстав от общего потока, части этого массива. В частности, это синды, соседи скифов в Приазовье  HYPERLINK "http://protown.ru/information/hide/6781.html" \l "ftn1054" \o "" [1053].
Мне думается, что и в правобережной лесостепи, где было размещено несколько групп позднетрипольских земледельцев, тоже могла остаться археологически неуловимая какая-то часть ушедших трипольских племен, родственных в известной мере (ДЮВЗ) тем праславянским племенам, которые заселили эти же самые пространства семь веков спустя. Семь веков – это 12 – 15 поколений рассказчиков, если считать, что в основном предания передаются от дедов к внукам.
Предания о Таргитае-Таргелии-Траетаоне сформировались, вероятно, ещё до распада ДЮВЗ, где-то в конце энеолита, и поэтому оказались сходными у далеко разошедшихся потомков: в Индии и Иране, в Греции и в славянской лесостепи.
В этой связи необходимо вернуться к вопросу, поставленному в начале раздела: к какому времени следует относить зарождение мифов о появлении пашенного земледелия и ковки металла?
По всей вероятности, эти мифы рождались в два этапа: первоначально это произошло тогда, когда трипольские племена перешли к пашенному земледелию и горячей ковке чистой меди, т. е. в конце III тысячелетия до н. э. Тогда и мог возникнуть миф о Колаксае, Царе-Солнце, владельце золотого рала. Тогда же в связи с работой трипольских медников мог возникнуть и миф о божестве, пославшем людям клещи для ковки. И названо было это божество, почти позабытое к средним векам, индийским именем Сварог, от индийского «swarga» – небо. А Таргитай, отец царя-пахаря, должен быть отнесен к ещё более раннему времени.
Спустя тысячу лет вновь появилось пашенное земледелие и вновь «нача люди оружье ковати», но на этот раз уже не медное, а железное.
Старые неясные предания могли начать новую жизнь, они обрастали новыми деталями, отражавшими новую историческую ситуацию X – VIII вв. до н. э.: набеги киммерийцев, сопротивление им, постройку мощных укреплений, победу над «черноморским змеем».
Геродоту, интересовавшемуся прежде всего происхождением племен Скифии, рассказали две легенды: одна говорила о расселении по степям скифов-лучников, а другая повествовала о происхождении сколотов-землепашцев от Зевса, реки Борисфена и первого человека Таргитая. Названы сыновья Таргитая и пошедшие от них племена, указано общее собирательное имя землепашцев. Но, естественно, весь мифологический и эпический фольклор сколотов не мог быть записан историком.
Если верна этимология имени Колаксая, то в нем мы должны видеть позднейшего славянского Дажьбога, тоже названного Царем-Солнцем. Следует ли из этого, что отец Колаксая – Таргитай и отец Дажьбога – Сварог являются одним и тем же божеством, сказать трудно. На такой хронологической глубине всякие логические уравнения опасны.
Отдаленность Таргитая от времени передачи сведений о нём Геродоту явствует из того, что он подробно не описан; вокруг него в записи Геродота – пустота, нет его действий, нет его окружения.
Несколько больше у нас сведений о Колаксае.
Колаксай – Солнце-Царь (Дажъбог?)
1. Внук Зевса и Борисфена.
2. Сын первого человека Таргитая.
3. Младший из трех братьев.
4. Победитель в овладении священным золотым плугом и другими вещами.
5. Наследник отцовского царства.
6. Хранитель священного золота в обширнейшем царстве.
7. Он разделил свое царство на три части.
8. Он воевал с одним из своих братьев (В. Флакк).
С запасом этих сведений мы можем приступить к поиску отголосков этой мифологической системы в славянском фольклоре, записи которого отстоят от первого фольклориста – Геродота – на 23 – 24 столетия.
Племена скифов. Античные государства в Северном Причерноморье
 
В I тыс. до н.э. на территории Украины появляются первые железные орудия труда. Здесь жили, в частности, предки славян - местные земледельческих племена. Впоследствии на украинские земли приходят кочевников. Первыми из них были Киммерийцы, принадлежавших к ираноговорящих групп населения. Именно они первыми освоили технологию добычи железа из болотных руд. Основная деятельность киммерийцев связана с военными походами, которые достигали стран Малой и Передней Азии. Мобильные всадники, вооружены железным оружием, эти завоеватели были значительной военной силою. Киммерийцы не имели постоянных жилищ. Они объединялись в племена, а те, в свою очередь, союз племен во главе с вождем.
В конце VII в. до н.э. киммерийцев вытеснили ираноговорящих племена скифов, которые имели численное преимущество, были лучше организованная и военно подготовленные. Возглавляли племена скифов цари с неограниченной властью.
  Выдающийся древнегреческий историк Геродот отличал среди них царских скифов, скифов-кочевников, скифов-пахарей и скифов-земледельцев. Первые жили на берегах Азовского моря и в степном Крыму, кочевников - в степях Приднепровья, земледельцы - в лесостепной зоне, пахаря - между Днепром и Днестром. Кроме военных походов, скифы торговали с греческими колониями в Причерноморье. В обмен на зерно, меха, воск, мед, а особенно - рабов скифы получали вино, оружие, предметы роскоши.
В конце VI в. до н.э. скифы сформировали свое государство, разделенные на три части, у каждой из которых правителем был верховный царь.Во главе этих царств находились представители единой династии, что, безусловно, укрепляли такую державу.
Из числа военных успехов скифов следует особо отметить победу над персидским царем Дарием. Скифские воины отличались, по словам Геродота, неслыханною жестокостью.
 
Скифы были наследниками древней цивилизации, имели свою мифологии, веру. Особым уважением у них пользовались бог огня и стихии Табити, боги неба и земли Апи и Пацай. Скифы крайне уважительно относились к могилам предков. Их вера в загробное жизни обусловила сложный погребальной обычай. И сегодня скифские курганы в украинских степях предстают символом былой мощи. Наиболее известные из них - Солоха и Гайманова могила на Запорожье, Чортомлик и Толстая могила, где была найдена знаменитая золотая пектораль - в Днепропетровской области. Наибольшего расцвета Скифия достигла в IV в. до н.э. царем Атея, растянувшись от Дуная до Дона.  
 
После этого к середине III века н.э. в Северном Причерноморье господствовали сарматы. Это были союза нескольких племен - язигив, роксаланив, аланов, которые, однако, не имели прочной центральной власти. Основным хозяйством сарматов было кочевую скотоводство. Разводили крупный рогатый скот, лошадей, овец. Кроме этого, охотились, ремеслувалы.
Язык сарматов, как и скифов, принадлежит к иранскому типу.
Сарматы подверглись культурному влиянию Китая, Индии, Ирана, благодаря кочевому образу жизни и торговым связям с этими странами.
    Но на конец IV - начало III века до н.э. через некоторые объективные обстоятельства положение Скифии резко ухудшилось. Здесь следует отметить изменение климатических условий - высыхания степей, сокращение экономических ресурсов лесостепи - уменьшение травяного покрытия. Кроме этого, в III веке до н.э. на территории Северного Причерноморья с поволзько-приуральських степей пришли сарматы, которые вытеснили скифов. Часть скифского населения отошла на юг и создала две Малых Скифии: первую - в Нижний Надднепровье и Северном Крыму, второй - в степном и предгорных Крыма со столицей в Неаполи Скифском, вблизи нынешнего Бахчисарая.
В конце I в. по инициативе и под руководством племени алан был создан крупный союз племен. Однако в III в. в эти края пришли выходцы из Прибалтики - племена готов, а чуть позже - с Востока - гуннов и времени господству сарматов настал конец.
Еще в VII-VI вв. до н.э. начинается процесс "великой греческой колонизации в Северном Причерноморье», который вызван прежде всего торговой экспансией и отсутствием приспособленной для земледелия земли в самой Греции.
Первым греческим поселением на юге Украины был о. Березань - Борисфенида (возле г. Очакова, Николаевской области). Затем, в первой половине VI в. до н.э. на Правобережье Бугского лимана возникает Ольвия, на конец V в. до н.э. - Херсонес (близ современного Севастополя), Тира (на лимане Днестра), Феодосия в Крыму, Пантикапей на месте нынешней Керчи, Фанагория - на Тамань.Основой греческого хозяйства Северного Причерноморья были виноделие, рыболовство и переработка рыбы, которая затем вывозилась в Грецию. Высокого уровня достигло ремесла - ткачество, гончарство, обработка металлов.
Греческие города-государства были центрами торговли Северного Причерноморья. Из Греции поступало оружие, драгоценности, посуда, сладости, приправы, специи.
Греческие города государства, за исключением Боспора, по своим строем были рабовладельческо-аристократическим или демократическими республиками. Значительная роль в их руководстве принадлежала свободным гражданам, хотя основная власть принадлежала богатым купцам.
В V в. до н.э. за царя Митридата Евпатора возникает Боспорское царство со столицей в Пантикапеи, которое охватывало Керченский, часть Таманского полуострова и северное побережье Азовского моря до истоков Дона. Постепенно Боспор распространяет свою власть на многие другие греческие колонии.
В греческих городах, где царила понтийская культура, значительное внимание уделялось развитию образования. Распространенной была литература, развивались история, театр, музыка. Строились храмы, украшенные скульптурой, фресками и мозаикой. В каждом городе изготовлялась собственная монета.
Однако на рубеже IV - III вв. до н.э. города-государства вступают в эпоху кризиса. Внутренние противоречия, отсутствие военной силы, захватнической действия скифов в Крыму - все это обусловило падение городов и ослабление влияния греков в Северном Причерноморье. В середине I в. Ольвия, Тира, Херсонес входят в состав римской провинции - Нижней лиге, поскольку угроза со стороны варваров заставила их поддаться под римские легионы.  
А в течение III-IV вв. под ударами готов и гуннов, которые выступали против Римской империи, античные города-государства в эпоху великого переселения народов фактически прекращают свое существование.
ПЛАН
1. Введение.
2. Историки античности о скифах.
3. Хозяйство и быт скифов.
4. Религия и верования скифов.
5. Куль-Оба.
6. Заключение.
7. Литература.
1. ВВЕДЕНИЕ
Скифы, обитавшие на юге Восточной Европы в I тыс. до н.э., относятся к числу тех народов, имя которых не только прочно вошло в историю человечества, но и практически всегда «на слуху» самых разных и возрасту, профессии и образованию людей. В немалой степени такой популярностью скифы обязаны целой цепи блестящих открытий курганов их владык, что протянулась с конца XVIII в. вплоть до наших дней. Найденные в них сокровища, среди которых есть подлинные шедевры ювелирного искусства, не только будоражат воображение, но и порождают зачастую различные догадки и домыслы относительно облика скифов, а также их языка, образа жизни и пр.
Скифский язык, судя по немногим, дошедшим до нас в иноязычной передаче словам, относился к североиранским языкам иранской группы индоевропейской языковой семьи. Антропологически скифы принадлежали к европеоидной расе.
Проблему происхождения скифов старалось решить несколько поколений исследователей. Несмотря на то, что по этому поводу высказались десятки авторов, желаемой ясности достигнуть не удалось. Если попытаться классифицировать различные мнения, неизбежно огрубляя их при этом, выясняется следующее. Многие исследователи полагали, что скифы - это потомки племен, населявших Северное Причерноморье еще в эпоху бронзы. По мнению других ученых, скифы вторглись в Северное Причерноморье с востока, принеся с собой сложившуюся в глубинах Азии культуру, которую мы привыкли называть скифской. Впрочем, приверженцы "автохтонной" теории обычно допускали участие в формировании скифского этноса мигрантов из Заволжья, а сторонники «азиатской» гипотезы не отрицали вклад населения Северного Причерноморья в складывание скифской культуры. В последние годы усилия некоторых авторов были направлены на создание «компромиссных» теорий. М.П.Грязнов полагал, что участие в формировании скифской культуры принимали различные кочевые племена Евразийских степей, быстро заимствовавшие друг у друга достижения в области военного дела, конского снаряжения и прикладного искусства племен и северопричерноморских киммерийцев.
В восточных районах евразийских степей берут свои истоки и древнейшие элементы скифской культуры, которая затем была привнесена своими создателями в степи Восточной Европы. Продвинувшиеся сюда племена скифов покорили своих предшественников – киммерийцев, родственных им по языку и образу жизни. Со временем победители и побеждённые слились в единый и многочисленный народ, получивший имя завоевателей.
Скифы вели кочевой образ жизни, продвигаясь со своими стадами и отарами по определённым сезонным маршрутам в границах своих земель. Для нас – потомков оседлых землепашцев, само слово «кочевник» звучит несколько угрожающе. И это вполне понятно, ведь предки восточных славян в целом и украинцев в частности, жившие на порубежье Степи и Лесостепи, долгие столетия были вынуждены противостоять кочевой угрозе с юга.
Но периоды войн сменялись миром, а длительная жизнь славян бок о бок с различными кочевыми народами не могла не повлечь взаимопроникновения культур и традиций, возникновения определённой общности исторических судеб. Так, например, именно в недрах Скифии зарождалась славянская государственность и связанные с ней институты – недаром слово «царь» имеет иранские корни. Немаловажно и то, что освоившие степной «океан» кочевники были тем звеном, что соединяло между собой «острова» и «материки» оседлых цивилизаций – вспомним хотя бы Великий шёлковый путь, который шёл некогда от границ Китая до современной Италии.
Иными словами, хотя современное население Украины не является прямыми потомками скифов ни в биологическом ни в языковом отношении, скифская история есть яркая страница нашей истории, а скифская культура является частью нашего культурного наследия.
2. ИСТОРИКИ ДРЕВНОСТИ О СКИФАХ
Наиболее ранние упоминания скифов, датируемые 70-ми годами VII в. до н.э., зафиксированы в ассирийских клинописных источниках. Асархаддону, занимавшему в это время (680-669 гг. до н.э.) ассирийский престол, приходилось, как и всем его предшественникам, вести напряжённую дипломатическую и военную борьбу за сохранение ассирийского господства в Передней Азии, осуществлять изнурительные походы в Египет. Естественно, что появление на северных границах Ассирии нового потенциального противника, каким были скифские отряды, состоявшие из прирождённых лучников и непревзойдённых наездников, не могли не вызвать обеспокоенность у ассирийских властителей. Согласно данным ассирийских документов, скифы вначале проникли на территорию расположенного в районе озера Урмия Манейского царства, и, под предводительством Ишпакая, поддержали последнее в борьбе с Ассирией. Обеспокоенные сложившимися обстоятельствами, ассирийцы постарались привлечь скифов на свою сторону. Сохранился запрос Асархаддона к оракулу бога Шамаша, будет ли верен своему слову Партатуа – «царь страны Ишкуза», если он получит в жёны ассирийскую принцессу.
Немало сведений про Скифию и скифов оставили нам историки античности. С VII-VI столетий до н.э. начались регулярные отношения греков с Северным Причерноморьем, а с ними вместе повысился интерес ионийских переселенцев и купцов ко вновь осваиваемому краю. Отсюда родилась литература, сохранившая, к сожалению, только более или менее значительные или совсем малые отрывки.
Первые сведения о скифах, впрочем, не называя их имя, даёт Илиада. Она снабжает их эпитетами справедливых доителей кобылиц, питающихся молоком. И в Одиссее слышится отзвук знакомства с киммерийцами, отчасти современниками, отчасти предшественниками скифов в Крыму и в украинских степях, а учёная литература греков уже в самых ранних своих произведениях классического времени включает кое-где в смеси с современными им данными географические и этнографические сведения из эпоса аргонавтов и гомеровского эпоса. Изучение странствий Одиссея показывает, что сказания о них сначала имели в виду Эгейское море, затем частью перенеслись на Чёрное, а позднее к берегам Сицилии и Италии в зависимости от новых знаний, сообщавшихся мореходами грекам, в том числе и рапсодам. У писателя VII в. до н.э. Гесиода гомеровские доители кобылиц прямо названы скифами.
В конце VII и начале VI в. отдельные поэты сообщали о далёких берегах Чёрного моря и чудесных землях на север от него. Реальность этих сведений особенно заметна в том стихе лесбосского лирика Алкея, из которого видно знакомство с Белым островом владыки Скифии Ахилла. У Сапфо есть некоторые сведения об отдельных фактах относительно Скифии. Поэты этого времени, в частности Алкман, восприняли, по-видимому, немало из поэмы об аримаспах, «одноглазых», похищавших у грифонов то ли уральское, то ли алтайское золото, написанной, вероятно, в VII в. Аристеем из геллеспонтского города Проконнеса. У него, несомненно, были сведения о торговом пути на северо-восток, упоминались народы и их нравы, и, наконец, он сообщал о последнем вторжении скифов в земли киммерийцев и об изгнании их. Его сведения может быть легли в основу многого в трудах позднейших логографов (сочинителей в прозе) и историков, хотя в них, судя по различию с Аристеем, отразились другие не дошедшие до нас источники. Некоторый взрыв интересов к далёкой Скифии на рубеже этих двух столетий имеет прямое касательство к тому, что именно в это время основывались первые колонии на Северном берегу Понта и что тогда же происходили последние вторжения киммерийцев в Малую Азию, достигшие её ионийско-лидийского побережья.
Сношения со скифским севером никогда не прекращались в античное время, но они вспыхивали сильнее и больше отражались в те периоды средиземноморской истории, когда скифы играли или могли сыграть в ней какую-ту роль. Поэтому новая вспышка интересов к Скифии и скифам возникает в связи с греко-персидскими войнами, во время которых скифы рассматривались как возможные союзники, а шедший с берегов Скифии хлеб лишь спорадически перехватывался персами в проливах и играл видную роль в продовольствовании Эллады.
Среди писателей начала этой эпохи, т.е. рубежа VI-V вв. до н.э., прежде всего следует выделить Гекатея из Милета, известного в отрывках у более поздних авторов. Его большой труд «Землеописание» отражает интересы тогдашней Ионии к внешнему миру, а его отрывки, касающиеся Скифии, показывают большое внимание к разным местам заселённого греками побережья. Он знал много туземных племён. В его кругозор в противоположность Геродоту вошла не только собственно Скифия, но и Северный Кавказ, на котором он не знает и не называет скифских племён. Часть его сведений касается скифов ещё VII и VI вв. Он говорил и о последнем вторжении скифов в земли киммерийцев и, по-видимому, кое-что из рассказа о походе царя персов Дария I в Скифию взято Геродотом у него.
Геродот из Галикарнасса (около 484-425 гг. до н.э.), касаясь истории скифов, в разных местах своего труда о греко-персидских войнах, а особенно в IV книге детально освещает географию и границы Скифии, происхождение Скифов, их обычаи и религию, торговый путь на северо-восток и нравы более северных народов, живших близким к скифскому бытом, но иных по языку и не входивших в Скифское царство. Всё это изложено в связи с походом Дария в Скифию в 515/14 гг. до н.э. У Геродота отражены также события ранней истории скифов, их походов в Переднюю Азию и вплоть до границ Египта в конце VII и в начале VI в. до н.э.
Современник Геродота и Фукидида Геланник из Митилен на Лесбосе  написал целый не дошедший до нас труд «Скифское». От него сохранились скупые, но существенные отрывки. Он знал и европейскую Скифию, и её задонское продолжение, т.е. один из первых начал употреблять её имя расширительно. Он приписывает скифам изобретение железа. Один из первых он идеализирует их нрав и быт.
В IV в. интерес к Скифии несколько уменьшился, пока не вспыхнули войны македонских царей Филиппа и Александра. Эфор (405-330 гг. до н.э.), историк и этнограф, известен лишь в отрывках у позднейших писателей, особенно у Страбона; несмотря на идеализацию скифов, он сохранил точное понятие об их территории и даёт интересное противопоставление их обычаев обычаям савроматов.
Источником, где много сведений по географии и истории Скифии, почёрпнутых у предшествующих авторов эпохи Митридата и Юлия Цезаря, является Страбон (около 63 г. до н.э. – 23 г. н.э.).
Хотя он сплошь и рядом употребляет термин «скифы» для обозначения сарматов, но у него легко выделить ранние сведения о скифов по Геродоту, Эфору и другим авторам вплоть до Гекатея и Гомера.
Впрочем, в ряде случаев он предпочитает Геродоту другие источники, как, например, в вопросе о направлении торгового пути через Скифию, в рассказе о походах скифов и киммерийцев в Переднюю Азию и т.п.
Но он незаменим в рассказе о Скилуре и Палаке и об их борьбе с Диофантом. Расширительно применяя термин «скифы», он никогда не ошибается, когда идёт речь о собственно скифах, о событиях их истории или об их территории. Так, по данным историков первой половины I в. до н.э. мы узнаём о фракийском царе Биребисте и о сожжении им Ольвии.
После Страбона воспоминания о скифах, по большей части фактически переплетаясь с реальными данными о сарматах, часто попадаются в виде экскурсов у греческих и римских авторов эпохи римской империи.
Так, у натуралиста Плиния Старшего (23-79 гг. н.э.), при общей запутанности его географии есть новые сведения о некоторых племенах Скифии эпохи Геродота, например об авхатах. Клавдий Птолемей сохранил нам вперемежку с новыми данными старую номенклатуру рек, городов и племён, восходящих к собственно «Скифии» и к её истории до эпохи Митридата.
3. ХОЗЯЙСТВО И БЫТ СКИФОВ
Находки утвари (лепной керамики, амфор, гончарной посуды, металлических предметов обихода – ножей, щипцов и пр.), костей домашних животных, орудий труда, строительных остатков (жилищ, очагов, хозяйственных ям) составляют основную часть находок из скифских погребальных памятников и памятников оседлости. Скифы были хорошими работниками – умелыми, изобретательными, отнюдь не замкнутыми в себе, а наоборот, - открытыми и восприимчивыми к нововведениям. Своеобразной оценкой результатов их повседневного труда стало сооружение мощных погребальных памятников, возможность вести многочисленные и успешные войны, установление контроля над огромными территориями. Трудовая деятельность скифов материализовалась в двух основных сферах – хозяйстве и быте.
Главным занятием скифского населения долгое время было кочевое скотоводство. Скифы, писал Геродот: «...не основывают ни городов, ни укреплений, но все они будучи конными стрелками, возят свои дома с собой, получая пропитание не от луга, а от разведения домашнего скота...» (IV, 46). Кочевое скотоводство скифов основывалось на разведении и круглогодичном содержании под открытым небом стадных животных (лошадей, овец, крупного рогатого скота). В течение достаточно долгого времени, т.е. весь период скифской архаики, этот вид хозяйства был господствующим на всём Северном Причерноморье. Но с середины V в. до н.э. в долине Днепра и на ближайших к ней участках степи начинает возникать новая форма скотоводства – полукочевая, предполагающая зимнее содержание скота в загонах с подкормкой его твёрдыми кормами. Длительное время – вплоть до гибели Великой Скифии – эти два вида скотоводства сосуществовали, составляя экономическую основу политического объединения именуемого Великая Скифия.
Сведений об организации скотоводческого хозяйства мало. Учитывая особое значение качества пастбищ, расположения водопоев и особенности выпаса лошадей и овец, можно предположить, что основная направленность сезонных перекочёвок кочевников – от водораздельных пастбищ весной и летом – в долины рек, на подовые и пойменные пастбища осенью и зимой. Возможным местом зимовки кочевников была припойменная зона Днепра. Не случайно Геродот писал, что Борисфен (Днепр) «...представляет прекраснейшие и изобильнейшие пастбища для домашнего скота...» (IV, 53). Именно в этих районах по археологическим материалам прослеживается возникновение первых зимовок скифов, затем превращающихся в стационарные поселения.
На рубеже V-IV вв. до н.э. некогда плодородные пастбища Северного Причерноморья под воздействием непомерного выпаса животных и ряда других негативных влияний человеческой деятельности ухудшаются. Вытаптывание пастбищ, называемое пастбищной дигрессией, происходит в первую очередь на водоразделах. Это закономерный процесс развития любого кочевого общества. Также закономерны и поиски человеком лучших условий существования и попытки изменить хозяйство, приспособившись к новым условиям. Так, на рубеже V и IV вв. до н.э. возникает полукочевое скотоводство. В стаде полуоседлых скифов начинает преобладать крупный рогатый скот, меньше становится лошадей и овец. Кормовую базу составляют пойменные пастбища, использование которых не требует длительных откочёвок.
Начинают выделяться особые структуры – эколого-экономические районы, состоящие из городища (центра), расположенного на пересечении торговых путей, расселенческой зоны, в которой сосредоточены неукреплённые поселения и селища, и зоны фильтрации ресурсов с единичными стоянками и многочисленными погребальными памятниками. Городище представляло собой укреплённое поселение, защищённое земляным валом высотой более 2 м. Этим валом, переходящие к полукочевому образу жизни скифы как бы отделялись от других, закрепляя за собой пастбища обширной поймы. За пределами городища, на расстоянии 1-3 км по берегам небольших балок и над поймой формируется округа городища, состоявшая из небольших незащищённых поселений, селищ, зимовок.
Оценивая в целом скотоводство степных скифов, отметим, что эта отрасль играет важную роль на каждом этапе развития хозяйства степных скифов. Изменялись лишь форма её организации – если в период скифской архаики существовало лишь кочевое скотоводство, то в среднескифский период существуют две формы организации скотоводства – кочевая и полукочевая.
На рубеже V-IV вв. до н.э. формируется новая отрасль экономики Скифии – земледелие. Оно было ориентировано на производство твёрдых кормов, столь необходимых для подкормки скота в зимнее время. По-видимому, к IV в. до н.э. пастбища днепровской поймы перестали обеспечивать скот кормами в зимнее время, и появилась необходимость в запасах пленчатого ячменя и проса.
Палеоэкологическая ситуация в степи в этот период стала причиной сложения «скифского» степного земледелия. В видовом отношении среди культурных растений преобладали засухоустойчивые: просо обыкновенное, ячмень пленчатый, в меньшей степени – полба. В обработке земли использовался перелог. На небольшом участке целины жгли травостой, потом при помощи ручного деревянного орудия (ни одного плуга на территории Степной Скифии пока не найдено) её обрабатывали и засеивали. Через год-два участок запускали в перелог, который использовался как пастбище. Приблизительно через десять лет участок вновь обрабатывался.
В IV в. до н.э. земледелие скифов играло вспомогательную роль в хозяйстве и было подчинено скотоводству. Объёмы его производства обеспечивали лишь минимальные потребности населения в кормовом зерне, о его вывозе или о товарном характере земледелия в степи говорить не приходится. Это земледелие в степи по сути отличается от античной земледельческой системы, ориентированной не только на внутренние потребности античных центров Северного Причерноморья, но и на вывоз определённой части хлеба в Грецию.
Все виды домашнего производства скифов (деревообработка, обработка камня, изготовление посуды, обработка скотоводческого сырья, прядение и ткачество) были полностью обеспечены собственным сырьём. Зависимость от природных ресурсов обусловила концентрацию основных видов домашнего производства скифов в Поднепровье.
Именно в пойме Днепра были сосредоточены леса – сырьё для деревообработки. Использовалась древесина дуба, ясеня, бука, граба, клёна, берёзы, тополя, ольхи, липы, ивы. Способы обработки древесины довольно сложны – здесь и рубка, и раскол ствола дерева при помощи клиньев, и лицовка поверхности долотом, теслом, и гнутьё, и долбление. В этой же местности была сосредоточена обработка камня. Это обусловливалось мощными выходами гранита и песчаника. Уровень специализации в обработке этих материалов в раннем железном веке оставался достаточно низким и это производство не вышло за границы домашнего.
Домашний характер имели прядение и ткачество, появившиеся в среде оседлых скифов в среднескифский период. Сырьём для этих видов домашнего производства были шерсть, конопля, крапива и, возможно, лён. Обработка скотоводческого сырья (кости, рога, шкур) также осуществлялась в рамках домашнего производства. Кочевники были умелыми косторезами. Об этом свидетельствуют раскопки хозяйственного комплекса на Каменском городище, мастером которого изготовлялись костяные ручки к ножам и шильям, а также сами ножи, костяные орудия для обработки кож. Сравнения материалов этой мастерской с находками ножей с костяными ручками в погребениях Степной Скифии позволяют говорить о том, что мастерская снабжала своими изделиями всё Степное Поднепровье.
Основные виды повседневной утвари также производились самими же скифами. К среднескифскому периоду скифянки полностью усвоили способы лепки посуды. К этому времени в скифском быту утвердились наиболее рациональные формы посуды, удобные при кочевом и полукочевом образе жизни (в основном – горшки средних размеров и небольшие миски), своя орнаментация посуды. В основном она предназначалась для приготовления мясной и молочной пищи.
Одним из основных элементов материальной культуры, отражающих приспособление человека к условиям обитания является его жилище. Подвижный образ жизни кочевников диктовал выбор лёгких строительных материалов. Тип жилища отвечал не только требованиям окружающей среды, но и техническому уровню эпохи, специфике местных строительных материалов. Первому периоду кочевания присущ единственный вид жилища – повозки с крытым верхом. Во второй половине V-IV вв. до н.э. определяются пастбищные территории. В местах, наиболее пригодных для зимнего выпаса скота возникают зимовья. По-прежнему основным видом жилища является повозка, плетёный верх которой снимается и превращается в наземное жилище. Позднее появляются землянки или полуземлянки, входы в которые располагались с подветренной стороны.
Раскопки скифских погребений, как богатых, так и бедных, немногочисленные изображения скифов на предметах торевтики HYPERLINK "http://bibliofond.ru/view.aspx?id=15773" \l "_ftn1" \o "" [1] позволяют реконструировать их одежду. Скиф-воин был одет в кожаную безрукавку со свисающими острыми концами пол, застёгнутую влево и опушённую мехом, которая одевалась поверх рубахи с длинными рукавами. Верхней одеждой служили плащи из кожи. Остроконечный кожаный башлык закрывал голову. Длинные кожаные штаны, напоминающие шаровары и мягкая обувь без каблука (скифики) завершали мужской костюм.
Женскую одежду восстановить труднее, так как изображения женщин немногочисленны. Основным источником для восстановления женского костюма остаются женские погребения. По положению бляшек в районе головы можно восстановить головной убор – в виде кокошника или конуса, обшитого золотыми бляшками. Изредка голову украшали повязки. Основу одежды составляло платье-рубашка с длинными рукавами, поверх которой надевался плащ без рукавов, обшитый золотыми бляшками. Серьги, ожерелья, гривны и перстни из золота, серебра или бронзы, стеклянные или пастовые бусы, многочисленные золотые нашивные бляшки дополняли одежду любой скифянки.
Утварь скифов бедна и набор её подчинён образу жизни и быту её создателей и потребителей. В хозяйственных нишах наиболее богатых погребений хранились: посуда для варки (котёл, котелок, крючки для мяса и щипцы) и потребления (блюда, подносы) мяса или бульона (деревянные чаши, иногда с обивками). Отдельный блок составила посуда для питья вина (амфора, черпак, ситечко, канфар или килик, ойнохоя или кувшин), молока или молочной водки (кожаные сосуды, металлические или деревянные открытые сосуды). Менее богатые могли позволить себе простой набор инвентаря (лепная керамика, деревянные сосуды), блюда или подносы для мяса и греческая посуда для вина (чернолаковая или бронзовая). Типичный набор утвари рядовых погребений среднескифского периода – лепной горшок и деревянное блюдо или поднос с частью туши барана или коровы с одним-двумя железными ножами. В наборе утвари раннего периода наиболее многочисленна группа лепной посуды. В памятниках среднескифского периода господствующей в группе столовой керамики становится греческая гончарная посуда.
Деревянная утварь играла большую роль в обработке и употреблении молочных продуктов. Чаще всего использовались неглубокие сферические  чащи для молока или бульона. Встречаются подносы в виде скреплённых деревянных дощечек со слегка согнутыми бортами или блюда с высокими бортиками и выступающими ручками по бокам. Они использовались в качестве сосудов для готового вареного мяса.
Коллекция сосудов, изготовленных из металла (бронзы, серебра или железа) из погребений среднескифского периода немногочисленна. В основном это бронзовые котлы и парадная посуда для питья вина из богатых погребений.
Редкая находка – приспособление для разлива вина – киафы – железные или бронзовые чашечки на длинной ручке, которая иногда заканчивается лебединой головкой. В курганах, расположенных ближе к античным центрам встречаются бронзовые ситечки для процеживания вина – неглубокие широко открытые чашечки с короткими фигурными или плоскими ручками, иногда также украшенные птичьими головками.
 Изучение всех видов утвари из погребений и материалов поселений среднескифского периода позволяет получить представление не только о материальной культуре степных скифов, но и о системе питания этого народа.
В системе питания скифов присутствовала мясная, молочная и растительная пища. В рационе преобладало мясо (встречаются кости лошадей, овец и крупного рогатого скота, реже – птиц). При анализе находок замечены некоторые социальные особенности  потребителей. В отличие от рядовых могил, в напутственной пище из богатых погребений отсутствует мясо крупного рогатого скота, т.е. любимой, а может быть канонизированной пищей кочевника остаётся конина.
О преобладании в рационе знатных скифов мясной пищи и пренебрежении ими растительной пищей свидетельствуют некоторые данные антропологии, в частности – патологические наросты на костях позвоночника.
Новой составляющей системы питания степняков, перешедших к полуоседлому способу ведения хозяйства, становится мясо свиньи. Кости этих животных зафиксированы практически на всех поселениях Приднепровья.
У большинства кочевников соблюдался сезонный ритм питания. Мясная пища преобладала осенью, когда перед зимовкой забивались слабые и старые животные, и зимой, когда мясо могло долго храниться. В дневном рационе тяжёлая мясная пища употреблялась вечером после трудового дня.
Сезонный характер мясной пищи принуждал скотовода к поискам растительной пищи. Археологические данные, в частности, отпечатки зёрен на лепных сосудах, обожённое зерно в слоях памятников оседлости и в зерновых ямах, позволяют определить видовой состав зерновых культур. Преобладали ячмень и просо - культуры, хорошо известные скотоводу и использовавшиеся для приготовления блюд из толчёного зерна. Подсушенное на солнце зерно растирали на зернотёрках; толчёное зерно варилось в небольшом количестве молока или воды.
Вопрос об употреблении скифами хлеба остаётся открытым. Они несомненно знали выпечку хлеба из пресного теста (стоило каше из толчёного зерна немного пересохнуть и превратиться в лепёшку подобную хлебу, выпеченному на тандыре). Но отсутствие в материальной культуре жерновов позволяет высказать предположение, что до состояния муки зерно скифы не размалывали и мучные продукты в их рационе ещё не появились. В целом растительная пища не отличалась разнообразием, но потребности человека в белках растительного происхождения, углеводах, минеральных веществах и витаминах обеспечивала.
Растительная пища кочевника, доставляемая путём собирательства, чрезмерно бедна: щавель, стебли кислицы, полевой лук, чеснок. По словам Геродота эти растения были известны каллипидам и алазонам. О понтийском луке писал Теофраст: «...очевидно, что есть много видов луковиц; они различаются величиной и цветом, и видами, и соками. В некоторых областях они так сладки, что употребляются в пищу сырыми, как, например, в Херсонесе Таврическом». В качестве приправы к мясу использовался сельдерей, который также упоминается Геродотом.
Широкое распространение у скифов получило вино греческого производства, чему способствовали не только большие возможности греческого импорта, но и знакомство скифов с алкогольными напитками типа молочной водки араки или кумыса. Молочные водки более крепки, чем виноградное вино, которое скифы стали сразу пить неразбавленным и быстро пьянели, чем поразили греков. Спартанцы, желая выпить покрепче, говорили: «Налей по-скифски».
 Молочная пища. Молоко – универсальный продукт, который можно употреблять в его естественном виде. Античные авторы преувеличили роль кобыльего молока в рационе кочевника. По удойности, пищевой ценности, количеству вторичных продуктов кобылье молоко значительно уступает овечьему. Из овечьего молока изготовлялся сухой сыр типа бислага или арула у монголов, торака у каракалпаков, курута у киргизов. Сухой сыр, хранившийся века, найден в одном из алтайских курганов скифского времени.
Хотя кобылье молоко по ряду качеств уступает другим видам молока, оно незаменимо при изготовлении кумыса. Скифы же знали напиток, аналогичный кумысу: «Как только надоят молока, его разливают в деревянные сосуды и, разместив вокруг сосудов слепых, взбивают молоко. Ту часть молока, которая поднимается наверх снимают черпаком. Её считают более ценной, а молоко, осевшее вниз считают худшим» - пишет Геродот. Обычай потребления коровьего молока стал возможен лишь в условиях оседлой жизни.
Оценивая в целом систему питания скифов отметил некоторые её особенности: выдвижение на первое место потребления мяса крупного рогатого скота, появление в мясной пище свинины; знакомство с хлебом и увеличение доли зернового компонента в питании степняков.
Изучение хозяйства и быта скифов позволило заметить, что изменения в хозяйстве этого народа связаны с изменением природных ресурсов, которое чаще всего происходит под антропологическим влиянием.
4. РЕЛИГИЯ И ВЕРОВАНИЯ СКИФОВ
Религия является важным источником для воссоздания культуры и истории скифского общества. Каждое божество древних религий имело какую-то определённую функцию, важную для общества в целом, то есть как бы регулировало отношения между человеком и природой, человеком и обществом. Главные из этих функций – управление, плодородие, защита. К тому же, сами имена божеств, их количество и старшинство – всё это характеризует уровень развития общества, а также показывает, где, когда и из каких источников сложилась его культура.
По обрядности и способам общения с божеством скифская религия относилась к числу шаманистских. Для этих религий, сложившихся в основном на территории Сибири и Центральной Азии, характерны  представления о делении Вселенной на верхний, средний и нижний миры, посредником между которыми является шаман. Во время камлания шаман с помощью наркотических средств впадает в транс и в таком состоянии, обычно с помощью духов-помощников, посещает иные миры, где и получает необходимые пророчества или помощь от их обитателей Многочисленные свидетельства шаманизма (утварь, одежда, изображения) найдены в алтайских и тувинских курганах скифского времени. У скифов Северного Причерноморья черты шаманизма не так очевидны, но всё же достаточно выразительны. Религия скифов, удалившихся достаточно далеко от центральноазиатской прародины, хотя и не порывавшей с ней связей, испытала воздействие со стороны развитых религий Передней Азии и Греции, а также восприняла ряд верований и культов местного причерноморского населения.
Одним из основных и наиболее ценных источников для изучения скифской религии является опять-таки Геродот. Вот что он пишет в своей «Истории»: «Богов они  умилостивляют только таких: больше всего Гестию, кроме того, Зевса и Гею, полагая, что Гея – жена Зевса, после них Аполлона и Афродиту Уранию и ещё Геракла и Ареса. Этих богов почитают все скифы. Скифы же, которых называют царскими, приносят жертвы также Посейдону. Гестия у скифов называется Табити, Зевс вполне правильно, по моему мнению, зовётся Папай, Гея – Апи, Аполлон – Гойтосир, Афродита Урания – Аргимпаса, Посейдон – Тагимасад. У них не принято воздвигать ни изображений, ни алтарей, ни храмов никому из богов, кроме Ареса. Ему же они воздвигают» (IV, 59).
Зевс – Папай считался прародителем скифов. Согласно легенде о происхождении скифов, Зевс и дочь реки Борисфена были родителями первого скифа – Таргитая. Важно отметить, что царь Идантирс в ответе Дарию во время скифо-персидской войны подчеркнул: «Владыками же своими я считаю только Зевса, моего предка, и Гестию, царицу скифов» (IV, 127).
Гея – Апи, т.е. Земля, олицетворяет землю и воду как одно из основных порождающих начал. А брачные узы Зевса и Геи – это союз неба и земли.
Эта триада – Табити, Папай, Апи – возглавляла пантеон высших скифских божеств.
В Аполлоне – Гойтосире исследователи видят охранника скота, победителя чудовищ, лучника, волшебника.
Афродиту Уранию, т.е. Небесную – Аргимпасу, считают владычицей умерших, великим божеством жизни и смерти.
Скифский Геракл – это победитель мифических чудовищ, прославленный герой, аналогичный греческому Гераклу. Его образ был особенно популярен в изобразительном искусстве. Во время Археологических раскопок часто встречаются различные ювелирные изделия, украшения, скульптуры с изображением этого божества.
Арес – как известно, бог войны. Кровавый культ этого божества играл особенно важную роль в жизни скифов, соответственно тому, как велика была роль войны и военного сословия в скифском обществе. Об этом наглядно свидетельствует хотя бы тот факт, что скифы воздвигали святилища из всех божеств только одному – именно Аресу: «У всех у них по кругам их областей устраиваются святилища Ареса вот таким образом: нагромождают связки хвороста, приблизительно три стадии в длину и в ширину, в высоту же меньше. Наверху сделана ровная четырёхугольная площадка, три её стороны обрывистые, с одной же стороны она имеет доступ. Каждый год они наваливают сто пятьдесят повозок хвороста: ведь кучи хвороста всегда оседают от непогоды. Поверх этой кучи во всех округах водружён древний железный акинак; он и является изображением Ареса. Этому акинаку ежегодно приносят в жертву мелкий скот и лошадей; и вообще ему в отличие от других богов приносят сверх того ещё и такие жертвы.
Сколько бы они не захватили в плен врагов, одного мужа из каждой сотни они приносят в жертву, но не как скот, а иначе. Полив головы пленных вином, они закалывают людей над сосудом и затем, подняв его вверх на кучу хвороста, выливают кровь на акинак.
Кровь они несут наверх, а внизу у святилища делают следующее. Отрубая у всех убитых людей правое плечо вместе с рукой, бросают их в воздух, и затем, совершив остальные жертвоприношения, они удаляются. Рука лежит в том месте, куда упадёт, а труп отдельно» (Геродот, IV, 62).
Человеческие жертвоприношения скифы совершали только Аресу. Другим богам жертвовали различных животных. Этим и ограничивались – крови людей требовало лишь кровожадное божество войны.
Жертвоприношения другим богам заключалось в удушении животных. Затем скифы варили мясо жертвенных животных – иногда в котлах, иногда же в желудках этих же животных, бросая в костёр их кости. Почему?
К. Нойман считал, что это делалось для того, чтобы не пролить не единой капли крови: её полностью собирали в сосуд и зарывали в землю, посвящая божеству. В доказательство учёный привёл примеры таких бескровных жертвоприношений у бурятов и калмыков.
Вернёмся, однако, к скифским божествам. Сведения о семи верховных божествах, которым поклонялись все скифы, изложены выше. Кроме того, царские скифы поклонялись Посейдону – Тагимасаду. Важно отметить, что эти скифы жили вблизи Меотиды и Понта Эвксинского и больше других племён были связаны с морем. Поэтому многие исследователи вполне обоснованно считают это божество морским. Некоторые же полагают, что море не играло большой роли в жизни скифов и связывают этот культ со скифскими реками. Но реки были у всех скифских племён, а Посейдону – Тагимасаду, поклонялись лишь царские скифы, которые жили рядом с морем. Поэтому, видимо, это божество следует считать именно морским. Его сопоставляют также с Посейдоном Гиппием и видят в этом культе почитание коня.
Таковы основные божества, которым поклонялись скифы. Перейдём теперь к знакомству со скифскими жрецами. У скифов, как и у других индоиранских народов, существовало много жрецов. Это была обособленная социальная группа, отдельные категории которой занимали довольно высокое положение.
Геродот пишет, что «...Они прорицают с помощью большого числа ивовых прутиков следующим образом: принеся большие пучки прутиков, они, положив их на землю, разъединяют и, раскладывая прутья по одному, вещают и, произнося прорицания, одновременно снова собирают прутья и опять по одному складывают их. У них это искусство прорицания, идущее от отцов, а энареи – женоподобные мужчины, говорят, что им искусство прорицания дала Афродита. Так вот они прорицают по коре липы. Прорицатель, разрезав кусок коры на три части, переплетая и расплетая их вокруг своих пальцев, пророчествует» (IV, 67).
Эти данные подтверждаются не только археологическими находками, но и этнографическим материалом – подобный способ гадания описан исследователями у осетин.
Теперь об энареях – женоподобных мужчинах. Этот термин специалисты выводят от иранского слова нара – мужчина, которое с приставкой э (а) означает не мужчина.
В начале своего труда Геродот рассказывает о том, как скифы во время господства в Передней Азии, двинулись на Египет. Псамметих, царь Египта, встретил их с богатыми дарами и мольбами упросил не идти дальше. Скифы вняли его просьбе и повернули обратно. На обратном пути часть скифов разграбила храм Афродиты Урании в сирийском городе Аскалона – древнейшее святилище этой богини. За это Афродита наказала их «женской болезнью». Интересно, что сами энареи не считали себя наказанными, а говорили, что Афродита дала им искусство прорицания.
Псевдо-Гиппократ в своём трактате «О воздухе, водах и местности» отрицает божественное происхождение болезни энареев и выдвигает простую естественную причину. Он считает, что причиной этой болезни является «верховая езда, при которой ноги постоянно висят по бокам лошади». Это приводит к образованию опухоли, от которой скифы лечатся несколько оригинальным способом: они разрезают себе с обеих сторон жилы позади ушей. От потери крови больные впадают в дремоту, после которой одни выздоравливают, а другие – нет. После этого наступает половое бессилие. Мужчины не обращают на это внимания в первый раз, но если это становится нормой, то они решают что разгневали божество, надевают женское платье и вместе с женщинами занимаются их работой. «Этой болезни подвержены скифские богачи, не люди самого низкого происхождения, а, напротив, самые благородные и пользующиеся наибольшим могуществом;... бедные люди менее страдают ею, так как не ездят верхом».
Эти сведения не только позволяют полнее понять процесс появления энареев как обособленной социальной группы, их имущественное и социальное положение, но и раскрывают в определённой степени картину глубокого неравенства богатых и неимущих слоёв скифского общества.
Несмотря на богатство особое положение, жрецы, если их предсказание не сбывалось, рисковали многим, даже жизнью.
Определённые жреческие функции выполняли скифские цари. Например, они совершали жертвоприношения в честь священных золотых реликвий, якобы дарованных небесным божеством первым царям. В этом обряде принимал участие и ритуальный заместитель царя. Он должен был охранять золотые реликвии, и если он засыпал возле них, то его предавали смерти до истечения года. А перед этим эму давали такой надел земли, который он мог объехать верхом за день. Вероятно, эти обряды с участием царя и его двойника входили в ритуал новогоднего празднества, на котором повторялись сакральные действия, совершённые божеством при творении мира. И в то же время это было новое творение мира, обновление всего природного жизненного цикла. Интересно, что в числе главных реликвий скифов были, наряду с секирой и чашей жрецов, золотые плуг с ярмом – символы оседлого земледельческого хозяйства: возможно, они появились в скифской мифологии и культах после покорения оседлого лесостепного населения.
В число новогодних ритуалов входил и священный брак царя и богини плодородия, которую представляла её жрица. Это событие, сопровождаемое пиршеством-жертвоприношением, изображено на золотой пластине головного убора, найденной в кургане у с.Сахновка на Черкасщине. В центре – сидящая на троне богиня с зеркалом в руке, перед нею коленопреклонённый бородатый скиф с посохом или скипетром. Здесь же сказитель, аккомпанирующий себе на струнном инструменте, прислужники, разливающие напитки и ведущие жертвенного барана и т.д. Сюжет и отчасти композиция позаимствованы из передневосточного искусства, но все персонажи одеты в скифские костюмы. Главное место в новогодних ритуалах занимал поединок героя-первопредка с чудовищем. Победа героя означала торжество света, добра над силами зла, с неё начинался новый годовой цикл.
5. КУЛЬ-ОБАВ последних числах декабря 1820 г. один из жителей Керчи, добывая в окрестностях города «на цепи скалистых холмов» камень для постройки, неожиданно наткнулся на великолепный построенный из тёсаных камней склеп, потолок которого возвышался в виде ступенчатой пирамиды. Как писал из Керчи граф де Сансе президенту Академии художеств А.Н.Оленину, пробравшись в него, «грек, ослеплённый массою находившихся там предметов, поспешно захватил один или два золотых листка… несколько пуговиц из того же металла и глиняный сосуд в аршин высоты и поспешил выйти, побуждаемый обвалом земли».
12 января 1821 г. в склеп проникли матросы гребной транспортной флотилии. Они захватили всё, что там находилось, и отнесли своему командиру, капитан-лейтенанту Патиниотти (именно по его имени в науку вошла и находка и сам курган, насыпанный над гробницей, где она была обнаружена). Капитан отослал находки графу де Ланжерону, тогдашнему генерал-губернатору Новороссийского края, от которого они якобы позднее поступили в Одесский музей. Дальнейшие их следы теряются, но сохранились описание и рисунки найденных вещей. Среди них были массивный шейный обруч (т.н. гривна) из электра, украшенная на концах львиными головками, два золотых браслета, небольшая электровая «статуйка» скифа с рогом для вина в руке и множество золотых бляшек с дырочками – нашивных украшений одежды. В склепе были также медные котлы с бараньими костями, большое количество наконечников стрел и глиняная амфора с клеймом на горле.
Находка осталась незамеченной и лишь десятилетие спустя привлекла внимание учёных в связи с новой находкой, сделанной тоже совершенно случайно в непосредственном соседстве с курганом Патиниотти.
В марте 1830 г. было решено переселить 108 семей отставных матросов из Севастополя в Керчь. Для этого предполагалось постройки за счёт казны небольшие домики «с малыми расходами». Срочность и стремление максимально сократить расходы привели местное начальство к решению отрядить солдат резервного полка Воронежского пехотного батальона собирать камень на большом холме, расположенном в 6 верстах от города по дороге в Феодосию и носившем у местного населения название Куль-Оба («Холм пепла»).
Работы начались в первых числах сентября и до начала зимы дома должны были быть построены. В Керчь потянулись обозы с камнем. При этих работах в качестве наблюдателя присутствовал смотритель керченских соляных озёр Павел Дюбрюкс. Чутьё и опыт исследователя подсказывали ему, что Куль-Оба не естественный холм, а курган, насыпанный людьми, и под насыпью должна быть древняя гробница. После сообщения Дюбрюкса градоначальник Керчи Стемпковский приказал увеличить количество солдат, работавших на северной стороне кургана: Дюбрюкс был уверен, что именно там находится вход в гробницу. И он не ошибся: 19 сентября градоначальнику доложили об открытии части строения из тёсаного камня. Это был узкий проход в склеп и в конце его дверь, заложенная камнями. Ещё три дня спустя дромос был очищен и через отверстие, проделанное в верхней части заложенной камнями двери, можно было проникнуть в склеп. Он представлял собой квадратную камеру площадью около 20 м2, сложенную из огромных прекрасно отёсанных и тщательно пригнанных друг к другу известняковых камней. Свод возвышался в виде ступенчатой пирамиды: каждый верхний ряд камней несколько выступал над нижними, образуя ступеньку.
Погребение оказалось совершенно нетронутым. Лишь дерево, ткани и кости частично истлели и рассыпались.
В склепе были похоронены три человека. Главное захоронение принадлежало знатному воину, лежавшему на деревянном катафалке. Это был человек высокого роста – около 193 см. Одет он был в праздничный наряд. На голове – войлочная остроконечная шапка в форме башлыка, богато украшенная золотыми бляшками. На шее – массивный золотой обруч-гривна, весом 461г, скрученный в виде жгута из шести толстых проволок; концы его украшены скульптурными фигурками верховых скифов. На руках и ногах воина – золотые браслеты тончайшей работы. Вся одежда погребённого была расшита множеством золотых тиснённых бляшек.
Рядом лежало его оружие: меч, лук и стрелы, поножи. Рукоятка и ножны меча, а также футляр для лука и стрел (налучье или горит), были выложены золотыми пластинками с вытесненными на них изображениями борющихся зверей и фантастических животных; бронзовые поножи – покрыты позолотой. Там же была рукоятка кожаной нагайки, оплетённая золотой лентой. Рядом с оружием был точильный камень в золотой оправе и роскошная золотая чаша весом в 698 г, богато орнаментированная чеканными изображениями бородатой головы скифа и маски медузы Горгоны, многократно повторяющимися.
Всё свидетельствовало о том, что погребённый здесь человек был представителем высшей знати.
Рядом с ним, на полу, была погребена женщина, очевидно его жена или наложница. Некогда её тело было положено в саркофаг-гроб из кипарисового дерева с росписью и отделкой из пластин слоновой кости. Часть этих пластинок украшена поразительными по тонкости и изысканности гравированными и отчасти раскрашенными рисунками. На низ изображены сцены из древнегреческих мифов, охота скифов на зайцев и т.д.
Женщина похоронена в одежде, расшитой золотыми и электровыми бляшками, число которых достигало нескольких сотен. Голову её украшала электровая диадема. Найденные здесь золотые подвески представляют собой замечательное произведение искусства – это два медальона с изображение головы Афины Девы (Партенос), воспроизводящей голову статуи богини, изваянную в V в. до н.э. Фидием для Парфенона в Афинах. Ещё две пары золотых подвесок также подлинные шедевры ювелирного искусства. Изображения в медальонах можно рассмотреть лишь через сильное увеличительное стекло. На одном – сцена на сюжет из «Илиады»: богиня Фетида и нереиды приносят Ахиллу оружие, выкованное для него Гефестом. Фигурки богинь и оружие переданы так реалистично и точно, что просто поражаешься человеческому гению, изготовившему их.
На шее женщины были ожерелье и тяжёлая золотая гривна весом 473 г. Возле погребённой лежали два широких золотых браслета и бронзовое зеркало, ручка которого обложена листовым золотом. Все предметы, подобно оружию мужчины, украшены изображениями зверей.
У ног женщины был найден круглый электровый сосуд, на котором вычеканены и выгравированы четыре сцены из жизни скифов. В первой – изображён сидящий царь или военачальник, опирающийся  обеими руками о копьё и внимательно выслушивающий донесение воина. Следующая сцена – воин, натягивающий тетиву на лук. В других сценах представлено врачевание скифов: стоящий на коленях скиф лечит другому зуб; на лице пациента – боль и страдание, своей правой рукой он схватил руку лекаря. В последней сцене изображён воин, перевязывающий ногу своему раненому товарищу.
С поразительным реализмом и этнографической точностью художник передал одежду скифов, их оружие.
Широко распространённым является мнение, что на Куль-Обинской вазе изображён скифский лагерь после боя. В пользу такого понимания говорят все четыре описанные сцены. Но такое толкование не является единственно возможным и бесспорным. Присутствовавший при находке сосуда, Е.Шевелев высказал предположение, что здесь показаны различные эпизоды из жизни мужчины, похороненного в кургане. Чтобы проверить свою догадку, Шевелев попросил передать ему найденный череп. Каково же было удивление присутствующих, когда оказалось, что в нижней челюсти покойника был больной зуб, расположенный как раз в том месте, где манипулирует лекарь, изображённый на вазе. Дюбрюкс также отмечает, что «замечательнее всего то, что на сосуде из электрума в одной группе изображён человек, которому, кажется, рвут зуб, и что в нижней челюсти царя недоставало двух коренных зубов, а третий, возле них, был больной, отчего челюсть в этом месте напухла; этот последний зуб лежит гораздо глубже остальных, которые очень хороши, совершенно здоровы и принадлежали человеку от тридцати до сорока лет». Это позволило предположить, что сцена на вазе передаёт реальный эпизод из жизни покойника, который страдал болезнью зубов. В таком случае на Куль-Обинском электровом сосуде все сцены относятся к жизни самого мужчины, являются своеобразной его «биографией в картинках».
Изображение на найденной в кургане Куль-Оба вазе впервые дали реальное представление о жизни скифов, об их облике, одежде, вооружении и т.д. Скифы носили длинные волосы, бороду и усы, одевались в кожаную или льняную одежду – кафтан с поясом и длинные штаны-шаровары; обувались в мягкие кожаные сапоги, перехваченные на щиколотках ремешками; голову покрывали остроконечными войлочными шапками. Их оружие состояло из короткого меча, лука и стрел, вкладывавшихся в горит, копья и четырёхугольного щита.
Помимо электровой вазы изображения скифов сохранились на других предметах, найденных в Куль-Обе. На золотой бляшке – два скифа, пьющие из одного ритона. Здесь перед нами сцена обряда побратимства, о котором известно из рассказов древних авторов об обычаях скифов.
На других золотых бляшках – скифы с горитами на поясе и сосудами в руке, два скифа, стреляющие из луков, скифский всадник с занесённым копьём.
За саркофагом мужчины лежал скелет раба-конюха. За его головой в специальном углублении, были кости лошади, греческие бронзовые поножи (греки называли их кнемидами) и шлем. По стенам склепа стояли два серебряных позолоченных таза и большое серебряное блюдо, а в них – целый набор серебряных сосудов: на одном из них – чеканные позолоченные изображения львов, терзающих оленей, на другом – дикие гуси, ловящие и поедающие рыб; кроме того, - два ритона и килик – чаши для питья вина. По обеим сторонам дверей стояли два больших медных котла, а вдоль стены – четыре глиняных амфоры, в которых когда-то было вино с острова Фасос. Об этом свидетельствует клеймо, оттиснутое на ручке одной из них. Вино в амфорах, как и мясо в котлах, были поставлены в склеп во время погребальной  церемонии. На каменном полу склепа было найдено несколько сотен бронзовых наконечников стрел и копий.
Легко представить, какое впечатление произвели сокровища на людей, присутствовавших при их открытии. Но, увы, судьба кургана была довольно печальной.
Непрерывные поиски длились в течение трёх дней и к концу 24 сентября работа была в основном закончена. Лишь небольшая часть склепа оставалась  неисследованной. Дюбрюкс был уверен, что ночью никто не решится войти в гробницу, так как сотни любопытных зрителей видели, как обрушилась южная стена, чуть не задавив работавших в ней. Выставленные на ночь караульные, ссылаясь на холодную ночь и отсутствие пиши, оставили пост. Дюбрюкс не возражал против этого. И напрасно.
Утром оказалось, что неисследованная часть кургана ограблена. Грабители выворотили камни в полу склепа и открыли тайник. Там была тяжёлая шейная гривна, украшенная на концах золотыми львиными головками, сама же она была сделана из бронзы и лишь обёрнута тонким золотым листом. Она была разломана на три части. Остались лишь львиные головки. Одну из них вернул Дмитрий Бавро, а уже значительно позднее вторая была приобретена у состоявшего на русской службе французского нумизмата Сабатье и поступила в Эрмитаж.
Та же участь, что гривну, постигла золотую обкладку горита, обломки которой Дюбрюкс ещё успел увидеть у скупщика краденного. По-видимому, ещё многие бесценные творения искусства были похищены. Часть из них была переплавлена в слитки, часть продана, часть припрятана самими грабителями. Много лет спустя, в 1959 г., в Керчи было скуплено 18 золотых бляшек из Куль-Обы.
Единственная ценная находка, которую удалось спасти, - это золотая бляха в виде оленя, возвращённая властям Дмитрием Бавро. Это массивная бляха (вес её 266 г) служила, по-видимому, центральным украшением кожаного щита. Она представляет собой стилизованную фигуру лежащего с подогнутыми ногами оленя. На его туловище помещены изображения льва, сидящего грифона и прыгающего зайца. Под шеей оленя – лежащая собака; один из его рогов заканчивается головой барана; вместо хвоста – птичья голова.
Кто же был похоронен в Куль-Обе с такой пышностью? Первые исследователи высказывали по этому поводу самые различные предположения. Некоторые полагали, что в кургане похоронен боспорский царь. Поскольку курган был сооружён в самой непосредственной близости от Пантикапея, такой вывод казался естественным. На олене имеются буквы «ПАI», - по-видимому, сокращение имени мастера, изготовившего его. Исследователи же решили, что эти буквы – начало имени боспорского царя Перисада (по-гречески Пайрисадес), правившего на Боспоре с 349 по 311 гг. до н.э. и при котором государство достигло наибольшего могущества.
Но боспорские цари, хотя они, возможно, и не были греческого происхождения, вели внешне типичный для греков образ жизни, поклонялись греческим богам. А в захоронении заметны черты скифского погребального обряда: захоронение женщины (наложницы), слуги, золотая посуда; над умершим скифы насыпали большой курган. Очевидно, похоронен в Куль-Обе скифский царь, который находился под сильным влиянием греческой культуры. Почему он погребён не в Скифии, а на Боспоре, можно только гадать.
Куль-Обинское погребение относится к последней четверти IV в. до н.э., ко времени когда скифское общество было уже на ступени большого социального расслоения.
6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Каждый народ проходит свой исторический путь. Путь скифов не был короток – история отмерила им более тысячи лет. Долгое время они представляли господствующую  политическую силу на обширной территории между Доном и Дунаем. Поэтому история юга Украины не может рассматриваться вне контекста истории скифов. Немало выдающихся археологов и историков занимались изучением этого народа. Исследования продолжаются и к ним начинают присоединяться специалисты смежных специальностей (например, палеогеографы или климатологи). Надеюсь, что это сотрудничество позволит нам узнать немало интересного и нового из истории скифов.
7. ЛИТЕРАТУРА:
1. Бессонова С.С. Религия скифов.- Николаев: МП "Возможности Киммерии", 1997.- 24 с.: ил.- (Страницы истории Южной Украины).
2. Гаврилюк Н.А. Хозяйство и быт Степной Скифии.- Николаев: МП "Возможности Киммерии", 1997.- 24 с.: ил.- (Страницы истории Южной Украины).
3. Мурзин В.Ю. История скифов.- Николаев: МП "Возможности Киммерии", 1997.- 24 с.: ил.- (Страницы истории Южной Украины).
4. Агбунов М.В. Путешествие в загадочную Скифию.- М.: Наука, 1989.- 191 с.: ил.- (Страницы истории нашей Родины).
5. Граков Б.Н. Скифы: Научно-популярный очерк.- М.: Изд-во Московского ун-та, 1971.- 200 с.: ил., табл.
6. Брашинский И.Б. Сокровища скифских царей: Поиски и находки.- М.: Наука, 1967.- 128 с.

Скифы по роду занятий делились на земледельцев и скотоводов 15-09-2012
right0Скифы по роду занятий делились на земледельцев и скотоводов. Земледельцы жили преимущественно на западном берегу Днепра и, частности, в нашем Надросся, они оставили после себя много курганов. Наши предки-земледельцы вели широкую торговлю хлебом с чужими странами, преимущественно с Грецией. Хлеб спроваджувався скифами к Черному морю по течению Борисфена (Днепра) в больших лодках или кораблях так же, как и в наше время. Торговля с греками проходила в древних городах Ольвии, Херсонесе, Пантикапее. Геродот из большим увлечением и любовью описывает могучую реку, воды которой кишели разными видами рыбы, водоплавающих птиц, а ее берега были покрыты великолепными посевами и лугами.
Оценивая характер наших прародителей, Геродот пишет: «Я не знаю людей мудрых за скифов. Кто же из других народов придумал то, что они: скифы изобрели разборные палатки, быстро составляют на повозки, когда хотят избежать боя с противником, и таким образом уходят от него со всеми домочадцами и имуществом. Если не захотят воевать, то никогда не будут настигнуты врагом. И наоборот, если они захотят кого-нибудь заставить биться, то никто не сможет убежать от скифов, благодаря их быстроногим лошадям и чрезвычайно меткой стрельбой из луков! ».
Скифы поклонялись таким же божествам, как племена далекой арийской родины. Правда, у них добавился еще бог войны Арей. Только ему одному приносились человеческие жертвы - пленные враги. Другим богам скифы приносили в жертву только животных. А вот в честь Ареса сооружался огромный холм из сухих веток, на вершине которого водружався большой старинный меч. Именно этому символическому мечу Арея, по свидетельству Геродота, ежегодно приносились в жертву рогатый скот и лошади. Но главное - каждый сотой человек из числа пленных. Скифы умерщвляли людей не так, как животных. Предварительно полив председателя человеческих жертв вином, их резали над ритуальной сосудом. Затем кровь убитых выносили на вершину Хворостян холма и выливали ее на меч. Тела же мертвых рассекали мечами у подножия холма. Правые руки с плечами подбрасывали в воздух. Человеческие руки оставляли там, где они упали, а трупы лежали отдельно. После принесения жертв животных все оставляли ритуальное место.
Слишком жутко становится, когда перечитываешь повествования Геродота о погребении скифских царей и их своеобразных годовых поминок. Однако все написанное греческим историком - чистая правда, подтвержденная археологическими исследованиями. Ну, а поскольку в 1983 году на стеблевские земли был раскопан один из курганов скифского вельможи (ученые обозначили его № 12), то я остановлюсь на описании ритуального захоронения наших далеких предков несколько подробнее.
Итак, после смерти скифского царя или вождя их хоронили, как подает Геродот, следующим образом. Викопувалася большая четырехугольная могила - своеобразный «вечный дом» (гроб), ведь скифы верили в загробную жизнь. Затем наряжали покойника. Сначала вспарывали ему живота, вительбушуючы и вычищая брюшину. После этого наполняли полость шафраном, толченым ладаном, семенами сельдерея и аниса. Следовательно мертвецу зашивали брюшину, тело покрывали воском и возили его по всех поселениях, которыми обладал покойный вельможа. Подчиненные жители в знак скорби отрезали себе кончики ушей, обстригали кругами волосы на голове, а на руках делали надрезы, левые же руки прокалывали стрелами. А еще вспарывали кожу на лбах и носах.
Тело умершего вельможи хоронили в особой местности в предварительно вырытой могиле, мягко устланной листьями деревьев. С обеих сторон мертвеца забивали сваи, а сверху на них клали бревна, покрывали ивовыми прутьями. В могиле также хоронили одну из наложниц покойного, предварительно задушив ее, а также виночерпий, повара, конюха, ближайшего слугу, вестового. Кроме того, в могилу клали убитых лошадей, первенцев всякого скота, золотые чаши, оружие и другие предметы. Наконец присутствуют насыпали на могиле большой земляной курган.
Когда шло год, по свидетельству Геродота, скифы снова возвращались на могилу своего царя или вождя и устраивали своеобразные поминки покойника. С тех слуг, оставшиеся выбирают пятьдесят лучших, которые при жизни были скифском вельможи всего по душе. Все эти подростки - скифы по происхождению, так иностранцы-рабы царям не служили. Также выбирали пятьдесят лучших коней. Поэтому задушувалы как слуг, так и лошадей, а Опустошив их животы, наполняли отрубями и зашивали. Затем из половинок колес и столбов скифы устраивали своеобразные станки вокруг могилы. После этого в мертвых коней забивали длинные строганые колья под хребтами до шей и подвешивали их на станки таким образом, чтобы ноги свисали вниз, не доставая копытами земли. А еще надевали на лошадей уздечки и удила, припнувшы к кольям. Мертвых подростков сажали на лошадей, перед этим позабивавшы в труппу под хребтами прямые колья, чтобы они не сгибались. Нижние заостренные края кольев втыкали в просверленные отверстия кольев, которые были забиты в лошадей. Поставив пятьдесят таких «всадников» вокруг кургана, скифы расходились. Вот так они хоронили своих вождей.
История нашего риднокраю тесно связана с историей Русской Земли или Киевской Руси - государственного образования восточных славян Среднего Приднепровья. В древних письменных источниках Русь впервые упоминается еще до ее крещения, 837 года, в частности, в западноевропейской хронике или так называемых Бертинских анналах. До образования государства Киевской Руси наши предки славяне жили разрозненными племенами. Однако угнетение чужих вскоре объединили наших вольнолюбивые земляков, живших в Русской земле, и они поднялись на борьбу против общего врага - готов.
X