Белый слон

Формат документа: docx
Размер документа: 0.02 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.


Белый слон.
Караульное помещение, утро. В карауле стоит первая группа нашего курса под командованием уже известного Андрея Панова. После завтрака начальнику караула, старшему лейтенанту Свиридову, приспичило куда-то сходить в сторону то ли казармы, то ли штаба училища и он отбыл, напутствовав своего официального заместителя: «Панов, ну ты тут смотри, что бы все нормально было. Я скоро приду». Ну, скоро, это, положим часа через полтора, не раньше, до штаба минут двадцать топать, обратно, да еще по зиме.
Караульный народ, спинным мозгом прочувствовав ситуацию, возликовал душами. Панов это не Свиридов, хоть и корчит из себя командира, сам такой же, особо свирепствовать не будет, а значит, можно спокойно завалится в комнату отдыхающей смены на топчаны, закутаться в шинель и на часок потерять сознание, невзирая на принадлежность что к спящей, что к бодрствующей смене. Как раз прошло уже порядка половины караула, накопилась усталость, да и на улице стоять при двадцати пяти градусах не сильно весело, а потому, не успела за Свиридом клацнуть калитка караульного помещения, бойцы торопливо повскакивали и, под деланно недоуменный вопль Андрюхи «Э…Э…Орлы!!! Вы куда все-то?? А службу кто нести будет!!!», наперегонки рванулись занимать лучшие места в кондейке. Панов, видимо, понял, кто именно будет нести службу, и со вздохом перевел свое внимание на партнера в шахматы – Саню Шестопалова: «Ну, ты что, заснул, ходи своей лошадью…куда-нибудь». Но тот уже взглядом сопровождал другую цель – заходящего в столовую Пэпса.
- Андрюха, сдавай пока один, - пробормотал Шестопалов, и плотоядно ухмыльнулся.
«Любовь» у них с Пэпсом была давняя. Шестопалов прослужил верой и правдой полтора года в танковых войсках срочную, и на последние полгода решил себе немного облегчить жизнь, написав рапорт на поступление в наше училище. Практика эта довольно распространенная в войсках, другое дело, что она очень легко вычисляемая на мандатной комиссии, которую убедить, что ты действительно вдруг возжелал продолжить военную карьеру после полутора лет в войсках, очень непросто. И, если бы не трепетное отношение нашего начальника курса – Василия Михайловича Соколова к танкистам, таскать бы Саше траки от своего Т-72-го и оставшиеся дембельские полгода. А в училище для него – санаторий!!! Приличная (после армии) кормежка, учебные занятия, на которых он честно ложился спать прямо под парту, продолжение сна на самостоятельной подготовке, полный респект и уважение со стороны командиров – все таки человек полтора года Родине уже отдал, целый сержант, не то что это вчерашние школьники ушастые. От него требовалось только дотянуть до первой же сессии, планомерно сдать все экзамены на двойки и, не портя нервы командованию, тихо отчислиться по неуспеваемости. Ну а нарядами и караулами его не удивишь. А в одной группе с ним служил Пэпс – Рома Попов, пижон и рисовщик, ничего из себя толком не представлявший, но на том основании, что он из Ростова-папы, претендовавший на некоторую приблатненность. Рома как раз только что вернулся с поста, сдал заиндевевший автомат с промороженными причиндалами в пирамиду, с трудом стянул с себя тулуп, шинель, два свитера и сидел в столовой. Естественно ему после мороза хотелось согреться, он налил горячего чая, расстегнул куртку х/б и замер, впитывая шкурой тепло. Шестаков на эту идиллию спокойно смотреть не мог, Пэпс своей дешевой понтярностью давно вызывал у него зуд. Вдруг он шлепул себя рукой по грудному карману, прошептал «Погоди-ка…», и медленно вышел из-за стола с шахматами. Панов, погруженный в шахматные комбинации, на это не обратил внимания. Саня, не привлекая внимания, медленно подошел к автоматной пирамиде, снял оба навесных замка, ключи от которых должны были по идее храниться у Панова, а на деле валялись на столе, и извлек оттуда один автомат. Шестопалов огляделся вокруг – все было спокойно, большинство спали, Панов, не поднимал головы, Пэпс из столовой его не видел. Из собственного подсумка он аккуратно вытащил один автоматный магазин, тихо, без щелчка выдавил находящийся сверху боевой патрон. А на его место незаметно вставил холостой патрон, который достал из кармана. Патрон валялся у него давно, еще с каких-то учений, и выкинуть жалко, и деть некуда. И вот пригодился. Саня вставил магазин в автомат и вошел в столовую.
Пэпс умиротворенно дул на кружку с дымящимся чаем и пожевывал припасенные ранее конфеты, когда увидел вошедшего командира отделения Шестопалова с автоматом в опущенной руке, чему немало удивился: «К чему бы это?».
- Так, Пэпс,- начал грозным тоном Саша,- мне все эти твои выходки надоели. В тумбочке бардак постоянно, сам как чмо грязный, неподшитый. Что тебе не скажешь – ты все время препираешься.
-Чего это он, нашел время?, - мелькнуло в голове у Пэпса, - да ладно, фигня все это, прикалывается.
-Короче, Пэпс! Я тебя воспитывать не собираюсь, все, хватит,- Шестопалов медленно одной рукой начал поднимать автомат прямо Попову в лицо.
- Ха, Саша, а я как раз спокоен как белый слон, - Пэпс, вспомнив о своей полушутовской сущности, начал играть роль, справедливо полагая все это милой шуткой, он театрально поднял кружку с чаем и оттопырил мизинец.
Шестопалов еще немного приподнял ствол автомата вверх, демонстративно передернул затвор и потянул спусковой крючок. Грохнул выстрел, который, кстати, громче чем боевой, форс пламени метнулся прямо перед мордой Пэпса, давлением пороховых газов разбило лампочку в примитивном жестяном абажуре. Полная иллюзия боевого выстрела, поди тут заметь была пуля или нет.
Пэпс сидел, втянув от ужаса голову в плечи, закрыв глаза, и часто-часто колотил опустевшей кружкой по столу. Со скрипом раскачивался опустевший абажур, в воздухе рассеивался пороховой дым, вокруг был чай.
- Что? Где? Чего случилось, - ворвался Андрюха Панов, на бегу холодея от ужаса, - Сань, это тут у вас…чего было-то?
- Да так, - опуская автомат вниз (на этот раз в патроннике был уже боевой патрон и шутить не следовало) и отстегивая магазин, с каменным лицом выдавил Шестопалов, - Пэпса жить учу.
За время несения караульной службы в карауле происшествий не случилось.

X