История царевны - лягушки.

Формат документа: docx
Размер документа: 0.39 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.


ИСТОРИЯ ЦАРЕВНЫ – ЛЯГУШКИ.
Две с половиной тысячи лет назад записал Геродот удивительные истории о скифах. Одна из них напомнила нам сюжет русской сказки. Но, чтобы утвердиться в своей догадке, пришлось отыскать ее старинный вариант. Итак, что записал Геродот? Богатырь (историк называет его Гераклом) попадает в далекую страну, которую позже назовут Скифией, и, утомленный, засыпает. А проснувшись, обнаруживает пропажу: нет его коней. Он отправляется на поиски и приходит к пещере, где живет полуженщина-полузмея. Образ фантастический, но Геродот опирается на представления реального народа – скифов. В древности часто отдавали предпочтение небесным девам, богиням, которые являлись людям и объединяли черты матерей-прародительниц.

Геракл приглянулся деве, она согласна вернуть коней при условии, что герой возьмет ее в жены. От этого брака рождается трое сыновей: Агафирс, Гелон и Скиф. Уходя на новые подвиги, Геракл наказывает удивительной женщине дать его пояс и лук всем сыновьям поочередно: тот, кто опояшется поясом и сумеет натянуть его лук, пусть правит страной. Это удалось сделать Скифу. По его имени и назвали страну Скифией. О богине, обитающей в пещере, и о Геракле, помогающем ей победить гигантов, рассказывает и историк античности Страбон. И вот еще одна версия - поразительная сказка «О лягушке и богатыре». Донесли ее до довольно поздних времен русские сказочники. Опубликована она впервые в XVIII веке в сборнике десяти русских сказок. В устном варианте, дошедшем до XVIII века, еще сохранились древние скифские мотивы, в ее героине еще узнается дева-сирена, женщина-полузмея. Понятно, что многие поколения безвестных рассказчиков изменили божественные образы и реалии скифской старины, упростили их, приземлили. Превратили женщину-сирену в царевну-лягушку. Однако самые большие искажения история претерпела именно в последние два столетия. Пересказы стерли следы древности, мифилогическое повествование превратилось в детскую сказочку, местами даже глуповатую, вряд ли кто теперь готов принимать ее всерьез. Даже название ее не сохранилось. До нас дошло просто «Царевна-лягушка». Но ведь это тавтология. Слово «лугаль» было известно еще почти пять тысяч лет назад шумерам, и означает оно буквально «царь». Его варианты – «регул», «лугаль» – прописаны на картах звездного неба со времен Шумера и Вавилона. Три «любимицы» короля (царя), родившие ему трех сыновей, героев сказки, в поздних вариантах даже не упоминаются. А ведь само начало сказки в ее старинном виде переносит читателя в особый мир. В исторически обозримые времена не найти, как правило, царей без цариц, без законных наследников. Отклонения от этой нормы – редкое исключение. Зато мифы сообщают нам об этом далеко не в виде исключения. Геракл считается сыном Зевса, главы Олимпа. Но у Зевса как раз и были многочисленные «любимицы» и потомки от них. Сказка пришла к нам из эпохи богов. Бог богов Зевс был неоднократно женат. Иногда говорят о восьми или девяти его женах. Намного больше было у него «любимиц». Геракл рожден от смертной женщины Алкмены. Ее родная бабка Даная тоже была возлюбленной Зевса. В сказке число «любимиц» сокращено до трех – быть может, из соображений нравственных.

В поздних пересказах действие начинается со странного события. Царь созывает сыновей, велит им взять луки и выпустить в чистом поле по стреле: куда стрела попадет, там и судьба, там живет его невеста. Вот такие простаки – царь с сыновьями. А речь-то идет о сыновьях от разных «любимиц» и о царе не столько земном, сколько небесном. И тут вполне уместно испытание с помощью лука. Древний миф предлагает для этого оружия самое почетное место: выходят братья вовсе не в чистое поле, а в заповедные луга. Это луга чудес, небесные луга, и нужно самому найти там свою судьбу, если ты рожден не законной царицей, а просто «любимицей». В Геракле воплощены черты самого Зевса, и у него, согласно Геродоту, именно три сына, и, как в сказке, они должны пройти испытание с помощью лука. Братья старшие стреляют вправо и влево, а Иван-царевич пускает стрелу прямо, и попадает она в болото. А там шалаш из тростника. В шалаше лягушка.

«Лягушка, лягушка, отдай мою стрелу!» – просит Иван-царевич в сказке, известной нам с детства. В старинном же варианте Иван-богатырь, наоборот, от стрелы своей хочет отступиться. Там лягушка требует, чтобы герой взял стрелу: «Войди в мой шалаш и возьми свою стрелу! Ежели не взойдешь, то вечно из болота не выйдешь!» Но шалаш мал, Ивану не войти в него. Тогда лягушка перекувырнулась – и шалаш превратился в роскошную беседку. Удивился Иван и вошел. А лягушка говорит: «Знаю, что ты три дня ничего не ел». И правда: три дня бродил Иван по горам и лесам, по болоту, пока искал свою стрелу. Снова лягушка перекувырнулась, и появился стол с кушаньями и напитками. Только когда Иван отобедал, лягушка заговорила о замужестве.
В подлинной русской сказке Иван-богатырь решает в уме сложную задачу: как отказать лягушке. Он только думает. Но по законам магии лягушка читает его мысли. Значит, магия – реальность, которая хорошо была известна нашим предкам, а мы лишь сравнительно недавно научились произносить вслух слово «телепатия». Иван хочет обмануть лягушку, и она, угадав это его желание, грозит, что он не найдет пути из болота домой. «Ничего не поделаешь, – думает Иван, – нужно брать ее в жены». И только он это подумал, сбросила лягушка кожу и превратилась в «великую красавицу»: «Вот, любезный Иван-богатырь, какова я есть». Обрадовался Иван и поклялся, что возьмет лягушку за себя. А что в пересказе осталось? Не отдала лягушка Ивану стрелу, велела в жены себя брать: «Знать, судьба твоя такая». Закручинился Иван-царевич. Вот и все переживания. И далее. Удивительная вещь: в исконной сказке царь, расстроившись от всей этой истории со стрелой и болотом, которой он сам и был зачинщиком, уговаривает Ивана бросить лягушку! А Иван просит отца позволить ему жениться. Оно и понятно. Он же знает, какова она есть на самом деле. Это в пересказе – лягушка и лягушка. Там весь смысл перечеркнут. И за сим сразу читаем: царь сыграл три свадьбы. Будто ничего странного не произошло, будто в порядке вещей богатырям на лягушках жениться. А ведь цари к женитьбе сыновей своих относились достаточно серьезно.

Вот эпизод с рубашками, которые царь заказывает сшить женам сыновей. В пересказе, помните, лягушка спать Ивана уложила, сама прыгнула на крыльцо, кожу сбросила, обернулась Василисой Премудрой, в ладоши хлопнула: «Мамки, няньки, собирайтесь. Сшейте мне к утру такую рубашку, какую видела я у моего родного батюшки». Потом царь дары сыновей принимал. Рубашку старшего сына – в черной избе носить, среднего сына – только в баню ходить. А рубашку Ивана-царевича – в праздник надевать. В истинной сказке мамок да нянек кличут старшие снохи. И пока те им кроят и шьют, их девка-чернавка пробирается в комнаты Ивана-богатыря, чтобы подсмотреть, что будет делать с царским полотном лягушка. А лягушка изрезала все полотно на мелкие кусочки, бросила на ветер и сказала: «Буйны ветры! Разнесите лоскуточки и сшейте свекру рубашку». Царь наутро принимал подарки. Посмотрел на рубашку, которую поднес больший брат, и сказал: «Эта сорочка сшита так, как обыкновенно шьют». И у другого сына рубашка была не лучше. Вот на лягушкину рубашку царь надивиться не мог: нельзя было найти на ней ни одного шва! А шитье без швов, насколько мне известно, привилегия представителей внеземных цивилизаций! Ветры буйные шили лягушке. Затем следует история с ковроткачеством. Из золота, серебра и шелка мамки и няньки старших невесток соткали ковры. Но те годились лишь на то, чтобы во время дождя коней покрывать или в передней комнате под ноги приезжающим постилать. А для лягушки те же ветры буйные выткали ковер такой, «каким ее батюшка окошки закрывал». Царь, на ковер этот подивившись, велел постилать его на свой стол в самые торжественные дни. Третьим испытанием для жен стал хлеб, который им надо было испечь. «Испекись, хлеб, чист, и рыхл, и бел, как снег!» – произнесла лягушка, опрокинув квашню с тестом в холодную печь (магическое, между прочим, заклинание!). Так в сказке. Это в пересказе лягушка ломает печь и «прямо туда, в дыру, всю квашню и опрокинула». Но разломанная печь, несмотря ни на какие магические заклинания, вряд ли сможет печь хлеб. Законы магии достаточно строги, любая деталь имеет свое значение. И едва ли сыновья царя осмелились бы подать отцу хлеб, испеченный вот так: побросали тесто в печь и грязь эту вынули. В сказке все по-другому. Там их жены, убедившись, что хлеб по «рецепту» лягушки у них не получится, спешно разводят огонь в печи и пекут обычным способом. Но времени у них в обрез, и получается хлеб неважным. Все очень просто, как в жизни. Таковы законы подлинных сказок. С одной стороны – волшебство, с другой – сама жизнь, неприкрашенная. Трижды показали молодые жены свое искусство. И каждая могла бы хоть раз показать себя. Но верх взяла лягушка. И вот подоспело время пира. Царь в благодарность за то, что невестки старались, приглашает их во дворец. (Заметим: в пересказе просто пир. В честь чего – неизвестно.) Лягушка едет на пир в карете парадной, которую принесли ей опять-таки ветры буйные от ее батюшки. Это в пересказе поднимает она шум да гром, а что сие означает, ведомо лишь пересказчикам. Описание пира совпадает, почти адекватно. А вот когда Иван сжигает кожу лягушачью, царевна ему и говорит: «Ну, Иван-богатырь, ищи меня теперь за тридевять земель, в тридесятом царстве, в Подсолнечном государстве. И знай, что зовут меня Василиса Премудрая». Только теперь узнает Иван настоящее имя своей жены. И искать ее он должен в Подсолнечном царстве, а не у Кащея Бессмертного. Не правда ли, есть разница? В поисках жены приходит Иван к избушке Бабы Яги. И узнает, что прилетает Василиса к Яге каждый день для отдыха. А как ляжет она отдыхать, должен Иван поймать ее за голову, и «станет она оборачиваться лягушкой, жабой, змеей и прочими гадами и напоследок превратится в стрелу». Тогда должен Иван стрелу эту переломить о колено, и вечно будет Василиса Ивану принадлежать. Не сумел Иван-царевич удержать жену: как стала она змеей, испугался и отпустил. В ту же минуту Василиса пропала. Пришлось Ивану снова отправиться в путь, к другой Бабе Яге. Та же история. В третий раз отправился Иван, долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли – пришел наконец к избушке на курьих ножках. Встретила его еще одна Яга. Рассказал он ей, чего ищет. Дала ему Баба Яга наставления да предупредила, что если и теперь отпустит Иван жену, то уж никогда ее больше не получит. Выдержал Иван испытание, не струсил. Переломил стрелу надвое. И отдалась Василиса Премудрая в полную его волю. Подарила им Яга ковер-самолет, чтобы в три дня долетели они до своего государства. Все в финале подлинной сказки говорит о близости ее к древнему мифу: лягушка обнаруживает свое родство с летающими богинями-змеями и сиренами. Пришелица из Подсолнечного царства, «мудрая змея-царевна» или «огненный разумный дракон», которые, согласно глухим, древнейшим сведениям оккультного характера, помогли людям приобщиться к науке и искусству, наделили их мудростью.

Много ли на свете сказок, герои которых были бы тысячелетия назад изваяны из камня или отчеканены из металла? И найдены были эти изображения археологами в наши дни. Ожил древний миф, рассказанный Геродотом. Ожила и русская сказка. И оказалось, что это не просто волшебная сказка, а след древней эпохи.

X