История. 3 ВГ. 30.10.2020 г. Занятие № 8. Первая мировая война (1914-1918 гг.) (текст)

Формат документа: docx
Размер документа: 0.1 Мб




Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.


Предмет Дата занятия Группа № занятия
История 30.10.2020 г. 3 ВГ 8 (2-й в расписании)
Тема: «Первая мировая война (1914-1918 гг.)
Причины, характер, планы сторон. Июльский кризис»
Цель: познакомить учащихся с причинами Первой мировой войны и показать античеловеческий и антигуманный характер войны, развязанной правительствами сверхдержав ради очередного передела мира.
Задачи:
1. Обучающая:  объяснить учащимся причины участия Первой мировой войне; проанализировать причины разочарования народа в действиях правительства и нарастания недовольства в стране.
2. Воспитательная: воспитать чувство патриотизма ущащихся, чувство справедливости, неприязни к сословному неравенству (нещадной эксплуатации имущим меньшинством малоимущего большинства) и агрессивной внешней политике государств; воспитать уважение к другим народам, правам любого человека.
3. Развивающая: сформировать личностное отношение к изучаемому материалу; развить умение выявлять пространственно-временные границы событий и причинно-следственные связи в историческом процессе; развить способность анализировать и сравнивать информацию из различных источников, делать аргументированные выводы.
План
Июльский кризис
Причины и характер Первой мировой войны.
Планы сторон
Июльский кризис
Июльский кризис (1914) — дипломатическое столкновение крупнейших европейских держав летом 1914 года, которое привело к Первой мировой войне.
28 июня 1914 года член сербской националистической группировки «Млада Босна» Гаврила Принцип застрелил австрийского эрцгерцога, наследника австро-венгерского престола Франца Фердинанда и его супругу, которые совершали визит в Боснию, присоединенную к Австро-Венгрии в 1908 году.
Австро-венгерское правительство предъявило Сербии ультиматум с требованием наказать виновных и допустить своих представителей к расследованию. Дипломатической целью Австро-Венгрии являлось ослабление Сербии как альтернативной силы на Балканах (прежде всего — в Боснии, где сербы составляли этническое большинство) и в южных районах самой габсбургской империи — Крайне. Предполагалось, что Австро-Венгрия достигнет своих целей при помощи дипломатии или локальной войны в случае отклонения ультиматума. Условия ультиматума были выдержаны в резких тонах.
Истоки кризиса
В начале XX века в Австро-Венгрии активизировалось национальное движение славянских народов, вдохновителем которого на Балканах было независимое Сербское королевство. Идея объединения южных славян вокруг Сербии оказывала значительное влияние и на славян Австро-Венгрии. У отдельных последователей эта идея формировала радикальные взгляды, в результате чего они стали на путь террора.
Сербские националисты расценили появление австрийского престолонаследника на Балканах как образ врага всех южных славян. Сразу после убийства следствие определило, что все террористы были подданными Габсбургской империи и перед покушением на Франца Фердинанда успели получить оружие из Сербии. Австрийские следователи ошибочно установили, что инициатором акции стала сербская националистическая организация «Народная защита»; на самом же деле контроль над операцией осуществлял глава сербской разведки  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87,_%D0%94%D1%80%D0%B0%D0%B3%D1%83%D1%82%D0%B8%D0%BD" \o "Димитриевич, Драгутин" Драгутин Димитриевич. Поскольку террористы признались, что пересечь границу им помогли сербские пограничники, у австрийцев появились веские причины обвинить Сербию в терроризме. Часть австро-венгерских политиков и военных считала, эту проблему необходимо было решать силовым путём, ведь сербские власти, по их мнению, делали все для того, чтобы подорвать положение монархии на Балканском полуострове.
Австрийско-сербские отношения
Австро-венгерские политические круги волновало то влияние, которое Сербия не могла не произвести на славян, проживавших в империи. Любые попытки сербов к малейшему национальному сепаратизму расценивались имперской властью как прямая угроза существованию Австро-Венгерского государства. Убийство эрцгерцога стало для Австрии оправданием агрессивных действий против Сербии, которые могли бы ликвидировать такую угрозу. Кроме того, монархия больше не могла противодействовать Сербии в занятии значительных территорий вследствие Балканских войн.
Руководителем штаба бароном Францем Конрадом фон Гётцендорфом было принято решение — немедленно объявить мобилизацию и таким образом заставить сербское правительство осуществлять усиленный контроль над террористическими группировками в целях приостановления подобных антиавстрийских действий. Против такого решения проблемы существовал аргумент — угроза военного выступления против сербов могла вызвать вспышку национализма в Чехии и привести к революции.
Успех любой акции против Сербии зависел от того, выступит ли в поддержку Сербии Российская империя. Правительство Австро-Венгрии опасалось этого, однако ещё со времен Боснийского кризиса надеялось на поддержку Германии.
Вскоре министр иностранных дел Австро-Венгрии граф Берхтольд и Конрад фон Гётцендорф решили просить Германию о поддержке. Кайзер заверил австрийцев, что Австрия может рассчитывать на полную поддержку Германии, даже в случае вмешательства России.
Австрийский ультиматум Сербии
На заседании Совета министров Австро-Венгрии 7 июля премьер-министр Венгрии граф Иштван Тиса заявил, что решено выступать против Сербии. 14 июля правительство Австрии согласилось с венгерским проектом ультиматума, а 19 июля был окончательно утверждён его текст[1]. Ультиматум должен был быть вручён сербскому правительству 23 июля.
Согласно этому документу, Сербия должна согласиться на ряд фактически неприемлемых для государства условий:
Запретить издания, пропагандирующие ненависть к Австро-Венгрии и нарушение её территориальной целостности
Закрыть общество «Народная Оборона» и все другие союзы и организации, ведущие пропаганду против Австро-Венгрии
Исключить антиавстрийскую пропаганду из народного образования
Уволить с военной и государственной службы всех офицеров и чиновников, занимающихся антиавстрийской пропагандой
Сотрудничать с австрийскими властями в подавлении движения, направленного против целостности Австро-Венгрии
Провести расследование против каждого из участников  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B0%D1%80%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5_%D1%83%D0%B1%D0%B8%D0%B9%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE" \o "Сараевское убийство" сараевского убийства с участием в расследовании австрийского правительства
Арестовать майора  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D1%81%D0%B8%D1%87,_%D0%92%D0%BE%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2" \o "Танкосич, Воислав" Воислава Танкосича и Милана Цигановича, причастных к сараевскому убийству
Принять эффективные меры к предотвращению контрабанды оружия и взрывчатки в Австрию, арестовать пограничников, помогавших убийцам пересечь границу
Дать объяснения насчёт враждебных к Австро-Венгрии высказываний сербских чиновников в период после убийства
Без замедления информировать австрийское правительство о мерах, принятых согласно предыдущим пунктам.
Австрия считала, что именно этот момент для начала войны является наиболее благоприятным даже в случае вмешательства России, ввиду того, что последняя ещё не была готова к войне. В этом случае ожидание в несколько лет оказывалось угрожающим, ведьРоссийская империя могла за это время усилить свою мощь. Германия неоднократно заявляла о своих намерениях поддержать австрийцев, но надеялась на страх российских чиновников.
В течение трёх недель после убийства Франца Фердинанда не было никаких признаков, которые указывали бы на международный кризис; командующий сербской армией в это время отдыхал на австрийском курорте. Австро-Венгрия же задерживала отправку ультиматума Сербии, поскольку хотела дать больше времени на заготовку продовольствия перед тем, как хозяйство империи понесёт потери.
До 23 июля с рабочим визитом в Санкт-Петербурге с целью дипломатических переговоров находился французский президент  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%83%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%B5,_%D0%A0%D0%B0%D0%B9%D0%BC%D0%BE%D0%BD" \o "Пуанкаре, Раймон" Раймон Пуанкаре. Хотя глава министерства иностранных дел России Сергей Сазонов был в отпуске, российское правительство уже знало, что Австрия готовит военную интервенцию против Сербии. Когда 20 июля Пуанкаре приехал в Россию[3], как немцы, так и австрийцы обеспокоились тем фактом, что на решение российского правительства мог влиять настроенный против Германии Николай II и посол Франции. Хотя ничего конкретного на переговорах решено не было, визит свидетельствовал о незыблемости прежнего союза между Францией и Россией.
23 июля австро-венгерский ультиматум был вручен сербским министрам. На ответ отводилось 48 часов. Российский министр Сазонов заявил, что это стало началом европейской войны. Для Сербии же ультиматум стал серьёзной неожиданностью. Государство было ослаблено двумя войнами и переживало внутриполитический кризис; сербское правительство пыталось тянуть время в надежде на возможность посредничества итальянского короля, дяди принца-регента Александра. Однако австрийцы довольно жестко ограничили время на размышления и решать необходимо было срочно.
Ответ сербской стороны
Королевское правительство Сербии в своём ответе Императорско-королевскому правительству Австро-Венгрии написало, в частности, следующее:
Королевское правительство обязуется далее:
1. Во время ближайшего очередного заседания Скупщины воплотить в законы о печати статью, сурово наказывающую подстрекательство к ненависти к Австро-Венгерской монархии, а также любую публикацию, общая тенденция которой направлена против территориальной целостности Австро-Венгрии. Оно обязуется пересмотреть конституцию, чтобы внести поправки к XXII статье Конституции, которая разрешает конфискацию таких изданий, что в настоящее время невозможно в соответствии с четким определением XII статьи Конституции.
2. Правительство не обладает доказательствами — и сведения Императорско-королевского правительства их тоже не содержат — что общество «Народна Одбрана» и другие подобные общества совершили, к настоящему времени, какие-либо преступления руками одного из своих членов. Несмотря на это, Королевское правительство подчиняется требованию Императорско-королевского правительства и распустит общество «Народна Одбрана» и любое другое общество, которое действовало бы против Австро-Венгрии.
3. Королевское правительство Сербии обязуется незамедлительно исключить из народного просвещения в Сербии всё то, что служит или могло бы служить пропагандой против Австрии-Венгрии, при условии, что Императорско-королевское правительство даст фактические доказательства этой пропаганды.
4. Королевское правительство также готово уволить из военной службы и из администрации офицеров и чиновников, в отношении которых судебное следствие докажет, что они были виновны в действиях против территориальной целостности Австро-Венгерской монархии, и оно ожидает, что Императорско-королевское правительство сообщит имена этих офицеров и чиновников и факты, с которыми будут предъявлены обвинения.
5. Королевское правительство признает, что ему не ясны смысл и объём требования Императорско-королевского правительства, по которому сербское королевское правительство обязано принять на сербской территории сотрудничество органов Императорско-королевского правительства, но оно заявляет, что оно готово принять любое сотрудничество, которое не противоречит нормам международного и уголовного права, а также дружественных и добрососедских отношений.
6. Королевское правительство, разумеется, считает своим долгом начать расследование в отношении всех лиц, участвовавших в заговоре 15/28 июня и оказавшихся на территории Королевства. Что же касается сотрудничества в этом расследовании специально посланных должностных лиц Императорско-королевского правительства, то Королевское правительство не может этого принять, так как это является нарушением Конституции и уголовно-процессуального законодательства. Тем не менее, в некоторых случаях результаты расследования могут быть переданы австро-венгерским органам.
7. Королевское правительство приказало приступить с самого вечера передачи ноты к аресту майора Воислава Танкосича. Однако, что касается насколько Милана Цыгановича, который является подданным Австро-Венгерской монархии, и который работал до 15/28 июня в Железнодорожном управлении, до сих пор невозможно установить его местонахождение, хотя был выписан ордер. Императорско-королевскому правительству направлена просьба сообщить как можно скорее, с целью проведения расследования, существующие основания для подозрений и доказательства вины, полученные в ходе расследования в Сараево.
8. Правительство Сербии усилит меры против контрабанды оружия и взрывчатых веществ. Разумеется, оно поручит провести расследование и накажет должностных лиц пограничной службы на линии Шабац-Лозница, нарушивших свои обязанности и пропустивших через границу участников преступления в Сараево.
9. Королевское правительство готово дать объяснения о высказываниях, которые его должностные лица в Сербии и за рубежом сделали в интервью после покушения, и которые, по утверждению Императорско-королевского правительства, враждебны к монархии. Как только Императорско-королевское правительство укажет, где эти выражения были сделаны, и докажет, что эти высказывания были действительно сделаны указанными чиновниками, Королевское правительство само позаботится о дальнейшем сборе доказательств.
10. Королевское правительство будет уведомлять Императорско-королевское правительство, если это не было уже сделано в данной ноте, об исполнении вышеуказанных мер.
Таким образом, Сербия приняла все условия ультиматума, за исключением шестого пункта — об участии австрийцев в расследовании убийства Франца-Фердинанда, поскольку оно затрагивало суверенитет страны. Этого было достаточно для усиления ультиматума: если сербы не принимают абсолютно всех его пунктов, это становится поводом к полному разрыву дипломатических отношений.
Отрицательный сербский ответ 25 июля был расценен австрийцами, как неудовлетворительный. Некоторые правительства посчитали, что Сербия так решительно отвергла требования из-за поддержки, которую к тому времени ей уже могла предложить Россия. Однако регент Сербии отправил персональное обращение к российскому императору лишь 24 июля. В нём он жаловался на то, что австрийские требования унизительные, а времени для их принятия было слишком мало. Ответ России стал предсказуемым и однозначным: Австрия была обвинена в умышленной провокации войны, а сербов заверили в частичной мобилизации русских войск.
В течение всего кризиса австрийское и немецкое правительства опасались того, что австрийские требования к Сербии спровоцируют вступление в войну России, что в свою очередь могло привести к европейской войне, однако они верили, что решительные действия Австрии, которую поддержит Германия, сделают это маловероятным.
Посол Австро-Венгрии во Франции граф Николаус Сечен фон Темерин сообщал в Вену: «Радикальная уступчивость Сербии, которая считается здесь недопустимой, произвела сильное впечатление. Наша позиция вызывает мнение, что мы хотим войны любой ценой».[5]Объявление войны Сербии
26 июля Австро-Венгрия начала частичную мобилизацию. Немецкое правительство настаивало на том, чтобы военные действия Австрии против Сербии начались срочно, поскольку любое затягивание начала операций рассматривалось как большая опасность из-за риска вмешательства других государств. На следующий день руководитель генерального штаба Австро-Венгрии генерал Конрад фон Гётцендорф был вынужден признать, что мобилизационные планы не позволяют атаковать Сербию ранее 12 августа[6]. Однако решение о начале войны уже было принято, тем более что ответ сербов на австрийскую ноту от 23 июля австрийцев не удовлетворял.27 июля австрийская дипломатическая миссия покинула Белград28 июля Австро-Венгерская империя объявила войну Сербии, поводом к чему стал слух об атаке австро-венгерского подразделения на границе Боснии сербскими войсками.
Российская мобилизация и реакция Германии
За день до истечения срока австрийского ультиматума Сербии, 24 июля (11 июля, согласно действовавшему тогда в Россиикалендарю) Совет министров Российской империи определил: «<…> II. Одобрить предположение министра иностранных дел посоветовать сербскому правительству на случай, если положение Сербии таково, что она собственными силами не может защищаться против возможного вооруженного наступления Австро-Венгрии, не противодействовать вооруженному вторжению на сербскую территорию, если таковое вторжение последует, изаявить, что Сербия уступает силе и вручает свою судьбу решению великих держав. III. Предоставить военному и морскому министрам, по принадлежности, испросить Высочайшее Вашего Императорского Величества соизволение на объявление в зависимости от хода дел мобилизации четырёх военных округов — Киевского, Одесского, Московского и Казанского, Балтийского и Черноморского флотов. <…>» Император Николай II на следующий день дал согласие на предположения Совета министров.
25 июля состоялось заседание Совета министров под председательством Николая II в Красном Селе, где происходили военные манёвры, в малом летнем дворце великого князя Николая Николаевича. На нём было решено «пока не объявлять частичную мобилизацию, но принять все подготовительные меры для скорейшего её (частичной мобилизации) осуществления в случае надобности».
В это время в Австро-Венгрии и Германии появились основания считать, что Франция не слишком уверенно поддерживает Россию, так как французское правительство действовало нерешительно. Однако французский посол в Петербурге Морис Палеолог уверял русских, что Франция готова выполнить обязательства союзника. 27 июля министры обеих сторон выразили надежду, что в случае начала войны российское командование срочно развернёт военные действия в Восточной Пруссии. После объявления Австро-Венгрией войны Сербии 28 июля ситуация ухудшилась. Немецкое правительство теперь прямо угрожало Франции, заявляя о необходимости введения «состояния угрозы войны», что означало подготовку к мобилизации.
29 июля утром российский император в Петергофе одновременно подписал два альтернативных указа: один о частичной, а другой — о всеобщей мобилизации. Он поручил начальнику Генерального штаба генералу  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AF%D0%BD%D1%83%D1%88%D0%BA%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87,_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B9_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87" \o "Янушкевич, Николай Николаевич" Янушкевичу посоветоваться с министром иностранных дел Сазоновым и «опубликовать тот указ, который сочтет необходимым Сазонов». Состоялось заседание Совета министров, с участием генерала Янушкевича, на котором Янушкевич сообщил решение императора объявить на следующий день частичную мобилизацию. Однако Янушкевич сказал, что если через день после объявления частичной будет произведена общая мобилизация, «графики перевозок воинских поездов и… развертывание войск будут безнадежно перепутаны и мобилизация опоздает на 10 дней». В результате Совет министров решил отложить издание указа о частичной мобилизации и «выждать дальнейшее развертывание событий». вечером состоялось совещание в кабинете генерала Янушкевича с участием Сазонова и военного министра  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%83%D1%85%D0%BE%D0%BC%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2,_%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87" \o "Сухомлинов, Владимир Александрович" Сухомлинова, которое пришло к заключению, что «ввиду малого вероятия избежать войны с Германией, необходимо своевременно всячески подготовиться к таковой, а потому нельзя рисковать задержать общую мобилизацию впоследствии путем выполнения ныне мобилизации частичной». Заключение совещания о необходимости общей мобилизации было тут же доложено по телефону императору, который выразил согласие на отдачу соответствующих распоряжений.
Начальник мобилизационного отдела Генерального штаба генерал  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%BE%D0%B1%D1%80%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9,_%D0%A1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%B9_%D0%9A%D0%BE%D0%BD%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87" \o "Добророльский, Сергей Константинович" Добророльский по приказу Янушкевича собрал подписи военного министра, морского министра и министра внутренних дел, после чего прямо на Центральный телеграф, чтобы отправить телеграмму о всеобщей мобилизации. Но в последний момент ему позвонил Янушкевич и приказал не отправлять телеграмму о всеобщей мобилизации, так как по распоряжению императора всеобщая мобилизация должна быть быть отложена, и вместо неё должна быть выполнена частичная мобилизация
Вечером 29 июля канцлер Германии  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D1%82%D0%BC%D0%B0%D0%BD-%D0%93%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%B2%D0%B5%D0%B3,_%D0%A2%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%B4_%D1%84%D0%BE%D0%BD" \o "Бетман-Гольвег, Теобальд фон" Теобальд Бетман-Гольвег телеграфировал Сазонову о том, что дальнейшие действия по мобилизации России заставят Германию начать мобилизацию в ответ, и тогда европейской войны вряд ли можно будет избежать. Кайзер Вильгельм II также направил телеграмму довольно мирного характера Николаю II, заявив о том, что он, нажимая на австрийцев, прикладывает последние усилия для предупреждения войны и надеется на понимание России].
Именно с этой телеграммой Вильгельма были связаны колебания Николая II. Но Сухомлинов и Янушкевич опасались, что Германия может провести мобилизацию раньше России, и поэтому они решили вновь убедить императора через Сазонова в необходимости объявления всеобщей мобилизации. Днём 30 июля Сазонов явился к императору в Петергоф. Сазонов сказал императору, что теперь «войны не избежать, так как она давно решена в Вене, и что в Берлине, откуда можно было ожидать слова вразумления, его произнести не хотят, требуя от нас капитуляции перед Центральными державами, которую Россия никогда не простила бы государю и которая покрыла бы срамом доброе имя русского народа»… Николай II, помолчав, воскликнул: «Это значит обречь на смерть сотни тысяч русских людей. Как не остановиться перед таким решением?» После долгого «невыносимого нравственного напряжения» император наконец сказал Сазонову: «Вы правы. Нам ничего другого не остается делать, как ждать нападения. Передайте начальнику Генерального штаба мое приказание о (всеобщей) мобилизации».
Генерал Добророльский составил новую мобилизационную телеграмму, указав первым днём всеобщей мобилизации 31 (18) июля. Вечером 30 (17) июля Добророльский разослал эту телеграмму.
Хронология событий
28 июня: Убийство Франца Фердинанда в Сараево
20-23 июля: Визит Раймона Пуанкаре в Петербург
23 июля: Австрийский ультиматум Сербии
25 июля: Ответ Сербии на ультиматум
25 июля: Австрийская частичная мобилизация
27 июля: Русская частичная мобилизация
28 июля: Австро-Венгрия объявляет войну Сербии
30 июля: Российская всеобщая мобилизация
31 июля: Австрийская всеобщая мобилизация
31 июля: Немецкий ультиматум России относительно прекращения мобилизации
31 июля: Немецкий ультиматум Франции относительно нейтралитета
1 августа: Французская всеобщая мобилизация
1 августа: Немецкая всеобщая мобилизация и объявление войны России. Немецкое вторжение в Люксембург.
2 августа: Декларация Италии о нейтралитете
3 августа: Объявление Германией войны Франции
3 августа Германское вторжение в Бельгию
4 августа Объявление Британией войны Германии
30 июля Вильгельм II заявил, что для того, чтобы сербы выполнили своё обещание, австрийцам необходимо оккупировать Белград. Немецкий начальник генштаба Хельмут фон Мольтке также склонял австрийского генерала Конрада фон Гётцендорфа к проведению немедленной мобилизации. Однако австрийское правительство уже объявило, что не намерено захватывать навсегда любые сербские территории.
После объявления Россией мобилизации в европейских газетах распространилась мысль, что Германия также мобилизует войска. Основания для такой информации были, поскольку теперь немцам больше не нужно было затягивать время. 31 июля было опубликовано распоряжение о том, что наступила угроза войны, а в сторону России в ультимативной форме направлялись прямые угрозы:
Несмотря на переговоры о сотрудничестве, которые до сих пор ведутся, мы и сами ещё не приняли никаких мер по мобилизации. Россия объявляет мобилизацию армии и флота против нас. Меры, которые она предприняла, заставили нас ради безопасности Европы объявить «угрозу войны», однако это ещё не означает мобилизацию. Но она может состояться, если Россия не приостановит все приготовления к войне против Австро-Венгрии в течение 12 часов
Это заявление свидетельствовало о том, что июльский кризис вступил в новую стадию. Австрийское правительство надеялось, что жёсткие меры против Сербии и заявления Германии о поддержке сдержат Россию. Россия же, в свою очередь, надеялась на то, что демонстрация своей силы против Австрии позволит её контролировать и сдерживать Германию. Германия теперь считала, что военные действия против Сербии необходимо остановить, ведь немецкая мобилизация может предотвратить выступления русских против Австрии[11].
Днем 1 августа Николай II телеграфировал Вильгельму:
Понимаю, что ты должен мобилизировать свои войска, но я желаю иметь с твоей стороны такие же гарантии, какие я дал тебе, т. е. что эти военные приготовления не означают войны и что мы будем продолжать переговоры… Наша долго испытанная дружба должна с Божией помощью предотвратить кровопролитие. С нетерпением и надеждой жду твоего ответа. Ники.
Но в 7 часов вечера по санкт-петербургскому времени германский посол граф  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%83%D1%80%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D1%81,_%D0%A4%D1%80%D0%B8%D0%B4%D1%80%D0%B8%D1%85_%D1%84%D0%BE%D0%BD" \o "Пурталес, Фридрих фон" Пурталес явился к Сазонову и трижды спросил его, может ли он дать заверение о прекращении враждебных приготовлений против Австрии и Германии. После троекратного отрицательного ответа Сазонова он вручил Сазонову ноту с объявлением войны. Пурталес при этом расплакался и по ошибке вручил два варианта ноты, не очень отличающиеся друг от друга[9].
По этому поводу Уинстон Черчилль писал жене:
Вот и всё. Германия оборвала последние надежды на мир, объявив войну России. Немецкая декларация о войне против Франции ожидается с секунды на секунду… Мир сошёл с ума, мы должны бороться за себя и за наших друзей[12].
Колебания Вильгельма II
В 17.00 1 августа в министерстве иностранных дел Германии была получена телеграмма из Лондона от германского послаЛихновского. Она сообщала о том, что Великобритании (как понял Лихновский из разговора с министром иностранных дел Великобритании Эдуардом Грейем) готова остаться нейтральной и гарантировать нейтралитет Франции в случае войны Германии с Россией, если Германия не нападёт на Францию. Однако на самом деле Грей дал обещание поддерживать нейтралитет Франции лишь в том случае, если Германия даст заверения сохранить нейтралитет как по отношению к Франции, так по отношению к России.
Ошибочное понимание Лихновского едва не привело к отмене выполнения плана Шлиффена, связанного с нападением на Францию через Бельгию и Люксембург. Вильгельм II послал приказ отменить уже начинавшееся вторжение в Люксембург и потребовал от начальника генерального штаба  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%82%D0%BA%D0%B5,_%D0%A5%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BC%D1%83%D1%82_%D0%98%D0%BE%D0%B3%D0%B0%D0%BD%D0%BD_%D0%9B%D1%8E%D0%B4%D0%B2%D0%B8%D0%B3_%D1%84%D0%BE%D0%BD" \o "Мольтке, Хельмут Иоганн Людвиг фон" Мольтке Младшего направить все войска против России. Мольтке настаивал на том, что невозможно отступить от разработанных планов железнодорожных перевозок войск при их развёртывании. В итоге Вильгельм II направил личную телеграмму британскому королю Георгу V, в которой писал, что по «техническим причинам» мобилизацию уже нельзя остановить, но, что, «если Франция предложит мне нейтралитет, который должен быть гарантирован мощью английского флота и армии, я, разумеется, воздержусь от военных действий против Франции и использую мои войска в другом месте. Я надеюсь, что Франция не станет нервничать».
Но в 23.00 от Лихновского поступила телеграмма, в которой он извещал, что в ходе дальнейшей беседы с Греем он понял свою ошибку. Вильгельм II сообщил об этом Мольтке и начал выполняться план Шлиффена.
Оккупация Люксембурга
После начала войны и развёртывания германской армии против войск Антанты на Западном фронте Люксембург оказался перевалочным пунктом для 4-й немецкой армии. Одна из железных дорог из Рейнской области во Францию проходила черезТруавьерж, на севере Люксембурга. Использование этой железнодорожной станции немецкими войсками 1 августа 1914 г. стало первым нарушением нейтралитета Люксембурга[14]. Премьер-министр Эйшен протестовал, однако не смог предотвратить вторжение немецкой армии.
2 августа началось полномасштабное вторжение: немецкие войска двигались через юго-восточную часть страны, пересекая рекуМозель в  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B5%D0%BC%D0%B8%D1%85_(%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D1%83%D0%BD%D0%B0)" \o "Ремих (коммуна)" Ремихе и  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=%D0%92%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B5%D1%80%D0%B1%D0%B8%D0%BB%D0%BB%D0%B8%D0%B3&action=edit&redlink=1" \o "Вассербиллиг (страница отсутствует)" Вассербиллиге, в направлении столицы — Люксембурга. Десятки тысяч немецких солдат вступили на территорию Люксембурга в эти двадцать четыре часа. Великая княгиня Мария Аделаида приказала армии Великого княжества, которая состояла из 400 военнослужащих[17] не оказывать сопротивления немецким войскам. Во второй половине дня 2 августа Мария Аделаида и премьер-министр Эйшен встретились с немецким генералом  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=%D0%A2%D0%B5%D1%81%D1%81%D0%BC%D0%B0%D1%80,_%D0%A0%D0%B8%D1%85%D0%B0%D1%80%D0%B4_%D0%9A%D0%B0%D1%80%D0%BB_%D1%84%D0%BE%D0%BD&action=edit&redlink=1" \o "Тессмар, Рихард Карл фон (страница отсутствует)" Рихардом Карлом фон Тессмаром на мосту Адольфа в столице[18]. Немецкое военное присутствие было воспринято руководством княжества как неизбежность
2 августа 1914 года канцлер Германии  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D1%82%D0%BC%D0%B0%D0%BD-%D0%93%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%B2%D0%B5%D0%B3,_%D0%A2%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%B4_%D1%84%D0%BE%D0%BD" \o "Бетман-Гольвег, Теобальд фон" Теобальд фон Бетман-Гольвег заявил, что оккупация Люксембурга оправдана с военной точки зрения, поскольку Франция намеревалась вторгнуться в Люксембург ранее[20]. Французская сторона заявила, что этот аргумент не является оправданием нарушения нейтралитета Великого Герцогства[21]. Бетман-Гольвег также выразил сожаление в связи с оккупацией Люксембурга, предлагая компенсации за потери в связи с присутствием немецких войск. 4 августа Бетман-Гольвег заявил в Рейхстаге:
«Мы были вынуждены игнорировать протесты правительств Люксембурга и Бельгии. Мы должны исправить эту несправедливость, как только наши военные цели будут достигнуты»[22].
Маневрирование британского правительства
24 июля британское правительство начало проявлять глубокую обеспокоенность по поводу сложившейся ситуации. Перед этим граф Менсдорф, посол Австро-Венгрии в Лондоне, лично сообщил министру иностранных дел Великобритании Эдварду Грею о намерениях Австрии требовать от Сербии выполнения ультиматума в лимитированный срок. Грей так оценил этот шаг австрийского правительства:
Возможные последствия этой ситуации могут быть ужасными. Если четыре больших государства Европы — Австрия, Франция, Россия и Германия — будут втянуты в войну, это повлечёт за собой расход таких колоссальных денежных сумм и создаст такие преграды для торговли, состоится абсолютное разрушение европейских финансовых систем и промышленности. В крупных промышленных государствах положение будет хуже, чем в 1848 году, и трудно представить победителей в этой войне; многое будет полностью разрушенным.
25 июля Эдуард Грей заявил, что Великобритания, Германия, Франция и Италия, которые, в отличие от Австрии, не имели прямых претензий к Сербии, должны действовать за сохранение мира. 26 июляон предложил созвать конференцию с целью решения дальнейших миротворческих действий, однако уже скоро понял, что войну между Австрией и Сербией не удастся локализовать.
27 июля Грей впервые поставил вопрос о вступлении Великобритании в войну в случае начала военных действий Германии против Франции. Хотя среди членов кабинета министров возникла значительная оппозиция к идее вступления Британии в войну, было принято решение о боевой готовности британского флота, который в то время как раз находился на манёврах.
27 июля германский посол в Лондоне передал рейхсканцлеру  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D1%82%D0%BC%D0%B0%D0%BD-%D0%93%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%B2%D0%B5%D0%B3,_%D0%A2%D0%B5%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%B4_%D1%84%D0%BE%D0%BD" \o "Бетман-Гольвег, Теобальд фон" Теобальд Бетман-Гольвегутелеграмму Грея, в котором министр иностранных дел просил немцев нажать на Австрию с целью принятия сербского ответа на ультиматум. Британцы надеялись, что будущее англо-германских отношений напрямую зависит от совместных миротворческих действий. Грей заявил, что он сделал всё для того, чтобы заставить Россию проявить выдержку[23].
Между 28 и 31 июля события развивались очень стремительно. Грей ещё имел определённые надежды на успешное посредничество, однако скоро понял, что австрийцы сербам ничем не уступят. Инициатива дипломата потерпела крах, и места для политических манёвров Британии не осталось. Изменились проблемы, стоящие перед британским правительством: теперь он, с одной стороны, оказался перед растущим давлением со стороны Франции и России, которые требовали поддержать их; а с другой, Германия желала британского нейтралитета.
Ещё 25 июля британский посол в Петербурге Джордж Бьюкенен сообщил Сазонову, что при поддержке Британией Франции и России войны не будет. Позже он заявлял французам, что в случае вступления в войну Германии и Франции Британия, которая осуществила все меры предосторожности, не будет стоять в стороне. Однако во время переговоров с Германией, когда Бэтман-Гольвег предложил Британии нейтралитет, Грей начал сомневаться и, отказываясь от сделки, объяснял это необходимостью сохранения свободы действий в условиях кризиса. Долгое время британцы боялись, что их активная поддержка Франции и России сделает правительство последней более непримиримым и заставит отказаться от переговоров. 29 июля кабинет министров признавал, что дальше оставаться в стороне нельзя.
1 августа Эдвард Грей, который так и не получил согласия кабинета министров на выступление Британии на стороне Франции и России, ещё верил, что можно возобновить прямые переговоры между Россией и Австрией, поскольку шанс ненападения Германии на Францию ещё существовал. Европейское сообщество ошибочно считало, что он сделает предложение о британском нейтралитете даже в случае войны России и Франции с Германией. Уже ночью британский посол в Париже получил телеграмму Грея:
Я думаю, французское правительство не будет против нашего нейтралитета до тех пор, пока армия будет оставаться на границах в состоянии обороны.
В 15 часов 40 минут Франция объявила всеобщую мобилизацию. Военный министр Франции выразил надежду, что Британия их поддержит. Следующим утром, 2 августа, Грей раздал указания не проводить преждевременно никаких действий[25], однако сомнения британцев уже были развеяны, ведь Германия и Россия вступили в войну. 4 августа Великобритания официально объявила войну Германии.
Франция в период кризиса
Бельгийская проблема
План войны на два фронта генерала Шлиффена, выдвинутый немцами ещё в 1905 году, основывался на том, что любая война с Россией будет сопровождаться войной с её союзником — Францией. Кампания должна была начаться решительной атакой на Западе, для чего необходимо было прохождение немецких войск через Бельгию[26].
Бельгийский нейтралитет гарантировался международным договоренностям со стороны Франции и Пруссии 1839 и 1870 годов. Кроме того, Британия объявила, что берет на себя ответственность бельгийского гаранта[25]. В последние годы перед войной правительство Бельгии стояло в стороне от европейских союзов и постоянно подчеркивало свою нейтральную позицию, не обращаясь за поддержкой ни к одной из стран. Тем не менее, в июле бельгийцы сообщили Британии, что они намерены организовать посильное сопротивление при нарушении нейтралитета и территориальной целостности государства.
29 июля Германия потребовала от бельгийцев разрешения на пересечение границы в обмен на сохранение суверенитета и целостности территории Бельгии. Прежде чем немецкая нота пришла в Бельгию, Эдвард Грей спросил чиновников Франции и Германии, готовы ли они уважать бельгийский нейтралитет до тех пор, пока определённая сторона не нарушит его. Французы сразу же ответили утвердительно, а немцы задержали ответ. Грей доложил об этом бельгийскому правительству, однако последнее не видело причин для проверки намерений других государств относительно себя и заявило о хороших отношениях с соседями. Вопрос о нейтралитете был важен для британцев, однако не настолько, чтобы сразу же решиться на поддержку Франции. По словам Черчилля, «если Германия вторгнется лишь на небольшую территорию Бельгии, бельгийское правительство заявит протест и подчинится»
Давление на Британию
По мнению британских консерваторов, Великобритания не могла участвовать в большой войне, поскольку это означало бы отказ от независимости во внешней политике. Французская сторона по возвращении из Петербурга, наоборот, надеялась на немедленную действенную поддержку Британии, потому что ещё в 1912 году Грей и французский посол согласились на сотрудничество в случае опасности в Европе.
До 30 июля французские войска уже были подтянуты к немецкой границе на расстояние 10 км. Через 48 часов свобода действий французов была ограничена провозглашением Германией войны России. Условия союза с Россией обязывали Францию также вступить в войну, но правительство плохо понимало, что это повлечёт за собой немедленное нападение Германии. Правительство Франции постоянно подчёркивало, что единственным средством предотвращения войны является заявление Британии о поддержке. 1 августа Пуанкаре в Лондоне вручил королю Георгу V личное письмо, в котором писал:
Я верю, что последняя возможность мирного разрешения конфликта зависит теперь от Британии, Франции и России, которым на данный момент необходимо проявить единство в их дипломатических действиях, тогда можно закономерно рассчитывать на сохранение мира.
В своём ответе король уклонялся ещё больше, чем британское правительство. На это время французы надеялись уже не только на моральную поддержку, но и на совместные действия флота и армии, однако позиция Британии по-прежнему была нечёткой
Только когда Германия оккупировала Люксембург и поступили известия о нарушении французской границы, британский кабинет министров подтвердил свои обязанности по Франции и принял решение о её защите на море в случае входа немецкого флота в Ла-Манш или военных операций против французов через Северное море. Кабинет министров Великобритании заявил, что нарушение нейтралитета Бельгии является поводом к войне, но о высадке британцами сухопутных сил на континенте речь ещё не шла. Давление французской дипломатии в этом направлении в условиях мобилизации российских и французских сил долгое время не приводило к ожидаемым последствиям.
Немецко-французские отношения
В течение 2 и 3 августа в Европе распространились слухи о военных действиях на Западе. И французское, и немецкое правительства взаимно обвиняли друг друга. Зафиксированы были случаи пересечения границы патрулями с обеих сторон, а в прессе публиковались донесения, которые после проверки оказывались фальсификациями (например, о бомбардировке французским аэропланом Нюрнберга или сознательное заражение холерой)[25].
1 августа немцы подали декларацию о том, что Франция должна оставаться нейтральной в войне с Россией, однако приказали своему послу в Париже пока не передавать её. Возникли разногласия по поводу того, как именно передать Франции объявления о войне. Мольтке и государственный секретарь флота Альфред фон Тирпиц вообще не видели в этом необходимости, ведь надеялись, что Франция первой начнет боевые действия. Французская и немецкая декларации вышли через несколько часов одна за другой, однако в отличие от Франции, которая могла ждать, немцы для успешной реализации плана Шлиффена должны были торопиться.
Вечером 2 августа Бельгии был предоставлен ультиматум со сроком в сутки. Он был решительно отвергнут бельгийским правительством и королём как и заявление о том, что для королевства якобы существует определённая французская угроза. В ответ сразу же были отданы приказы о наступлении немецких войск на Бельгию[30].
С тех пор как для Германии, так и для Франции важным было объяснить своим народам политику войны и обосновать необходимость её ведения нейтральным государствам, которых они надеялись втянуть в конфликт. Немцы, подчеркивая, что русские первыми объявили о мобилизации, пытались переложить на Россию часть вины, хотя именно они провозгласили войну официально. Выступление против Франции ослабило их позиции, а передача декларации о войне вместе с вторжением в Бельгию сделали дальнейшее обращение Германии к Британии невозможным. После официального выражения позиции Британии Грей 3 августателеграфировал в Берлин, настаивая на необходимости сохранения бельгийского нейтралитета. В этот же день Германия официально объявила войну Франции. 6 августа британский кабинет наконец согласился отправить во Францию Британские экспедиционные силы.
Позиция Италии
Италия была единственной из влиятельных стран, что сохраняла в период кризиса определённую самостоятельность действий. Министр иностранных дел Италии маркиз ди Сан Джулиано наблюдал за происходящим с волнением, однако с намерением действовать исключительно в национальных интересах. Формально Италия находилась в союзе с Германией и Австро-Венгрией, который был восстановлен в 1912 году. На самом же деле итальянско-австрийские отношения были натянутыми из-за национальных интересов итальянцев в империи, а также стремления к возвращению Триеста, Южного Тироля и претензий на далматинское побережье. Кроме того, между правительствами обоих государств постоянно возникали конфликты из-за вновь созданного Албанского княжества, на территории которого сходились их стратегические планы[31].
Итальянское правительство было обеспокоено неопределённым характером австрийских действий против Сербии. Некоторые компенсации Италии могло предоставить то, что Австро-Венгрия потребовала итальянской поддержки. 9 июля на переговорах с германским послом итальянской стороне дали понять, что без серьёзной военной поддержки Австрии на территориальные уступки надеяться не стоит. Италия до последнего отказывалась принимать на себя подобные обязательства из-за того, что это не имело для неё смысла и надеялась избежать войны, хотя это не мешало ей видеть и дальше своими союзниками Австро-Венгрию и Германию (планы кооперации и совместных военных действий на обоих фронтах и на море всё же разрабатывались). Итальянцы были уверены, что со вступлением в войну Британии побережья Италии будут атакованы, а торговля разрушена; наряду с этим сильно было антиавстрийское общественное мнение
После долгих раздумий 2 августа итальянское правительство незначительным большинством голосов приняло решение оставаться нейтральным. Сан Джулиано надеялся, что впоследствии он сможет проводить нейтральную политику, формально не выходя из состава Тройственного союза, однако подобные попытки Австро-Венгрия расценила как шантаж[33].
Во время кризиса Франция и Великобритания воздерживались от любого давления на Италию, хотя британцы и желали объединения с итальянцами при первой же возможности посредничества. Итальянскую декларацию о нейтралитете Великобритания восприняла с облегчением; оба государства надеялись, что Италия сможет ещё больше отдалиться от Германии с Австрией. В первые месяцы войны дипломатические усилия великих держав были направлены на получение поддержки Италии так же, как и других неприсоединившихся стран (нейтральной с 3 августа Румынии, Греции и Болгарии).
Австрийская декларация о войне от 6 августа стала просчётом для империи, поскольку чиновники надеялись на запугивание России. Франция и Великобритания объявили войну Австрии 12 августа весьма неохотно. Характер условий и сроки деклараций о войне зависели от того, что все правительства хотели оправдать свои действия перед собственными гражданами, однако мало кто понимал истинные причины, продолжительность и последствия войны[34].
Последствия кризиса
События июля 1914 года сделали начало боевых действий в Европе неотвратимым. В историографии разных стран встречаются обвинения в развязывании войны как в сторону Германии или Австро-Венгрии, так и стран Антанты. В общем, вина за это лежит на правительственных чиновниках практически всех стран, что так или иначе были вовлечены в кризис и либо принимали решение второпях (например, необдуманные действия Хельмута Мольтке), или вообще воздержались от любых действий и полагались на случай (длительное маневрирование Эдварда Грея). Отдельные политики своими действиями вообще исключали мирное решение июльского кризиса[35].
Затягивание решений со стороны правительств разных стран ещё больше привело к обострению международной ситуации. Надеясь не потерять свои колониальные владения и сохранить господство на море, британское правительство в результате фактически способствовало переходу европейской войны в мировую. Решение британцев также повлияло и на дальнейшую позицию США. 6 августа Австро-Венгрия формально заявила о войне с Российской империей. С этого времени основные усилия дипломатии как Антанты, так и Тройственного союза были направлены на поиск новых союзников. Так, 23 августа на стороне Антанты выступилаЯпония, а в октябре к Тройственному союзу присоединилась Османская империя[36].
Причины и характер Первой мировой войны
Пе́рвая мирова́я война́ (28 июля 1914 года — 11 ноября 1918 года) — одна из самых широкомасштабных войн в истории человечества.
Вопрос о причинах Первой мировой войны является одним из самых обсуждаемых в мировой историографии с момента начала войны в июле 1914.
Непосредственным поводом начала военных действий принято считать  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B0%D1%80%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5_%D1%83%D0%B1%D0%B8%D0%B9%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE" \o "Сараевское убийство" Сараевское убийство эрцгерцога Франца Фердинанда сербским националистом Гаврилой Принципом. С другой стороны, столь же общепризнано, что убийство было лишь ближайшим поводом, «толчком» к войне, в то время как к ней исподволь вели многочисленные скрытые факторы, центральными из которых являлось желание Германской империи господствовать в мире и конкурирующие национальные интересы крупнейших европейских держав.
Причины и характер первой мировой войны.
Первая мировая война возникла в результате начавшегося общего кризиса капиталистической системы мирового хозяйства и явилась следствием неравномерного развития капитализма на стадии империализма. Это была захватническая, несправедливая война между двумя крупными империалистическими группировками – австро-германских блоков Антантой. Боязнь роста революционного движения побудила империалистов ускорить развязывания мировой войны.
В подготовке первой мировой войны повинны империалисты всех стран. Однако главным, ведущим империалистическим противоречием, ускорившим развязывание этой войны, было англо-германское противоречие.
Каждая из империалистических держав, вступая в мировую войну, преследовала свои захватнические цели. Германия стремилась разгромить Англию, лишить ее морского могущества и переделить французские, бельгийские и португальские колонии и утвердится в богатых аравийских провинциях Турции, ослабить Россию, отторгнуть у нее польские губернии, Украину и Прибалтику, лишив ее 6отественных границ по Балтийскому морю.
Австро-Венгрия рассчитывала захватить Сербию и Черногорию установить свою гегемонию на Балканах, отнять у России часть польских губерний, Подолию и Волынь.
Турция при поддержке Германии претендовала на территорию русского Закавказья.
Англия стремилась сохранить свое морское и колониальное могущество, разбить Германию как конкурента на мировом рынке и пресечь ее притязания на передел колоний. Кроме того, Англия рассчитывала на захват у Турции богатых нефтью Месопотамии и Палестины, на захват которых питала надежду и Германия.
Россия вступила в войну с Германией и Австро-Венгрией, добиваясь свободного выхода черноморского флота через Босфор и Дарданеллы в Средиземное море, а так же присоединения Галиции и нижнего течения Немана.
Долго колебавшаяся между Тройственным союзом и Антантой Италия, в конечном счете, связала свою судьбу с Антантой и воевала на ее стороне из-за проникновения на Балканский полуостров.
В течении трех лет войны Соединенные Штаты Америки занимали нейтральную позицию наживаясь на военных поставках обеим воюющим коалициям. Когда война была уже на исходе и воюющие стороны до предела истощили себя, США вступила в войну (апрель 1917г.), намериваясь продиктовать ослабленным сторонам условия мира, обеспечивающие мировое господство американского империализма.
Только Сербия, явившаяся объектом австро-германской агрессии, вела справедливую, освободительную войну.
Хотя главными предлогами войны были экономические противоречия союзов великих держав, политические расхождения и споры между ними, конкретным поводом к ней явилась драма, порожденная национально-освободительным движением славян против австрийского владычества. Возникший конфликт можно было бы урегулировать мирным путем, но Австро-Венгрия считала, что настал удобный момент, чтобы навсегда покончить с национальным движением (в том числе и террористическим), базировавшимся на Сербию, а ее мощный покровитель и союзник Германия полагала, что в данный момент она лучше подготовлена к войне, чем Россия и даже ее союзники Франция и Англия. В отношении последней кайзер питал иллюзии, что она останется нейтральной. В итоге европейская война, давно и многими ожидавшаяся, разразилась неожиданно и вызвала первый в истории военный конфликт, разросшийся до мирового масштаба.
На конец июня 1914 г. Австро-Венгрия назначила проведение военных 7оневров на границе с Сербией. 28 июня на открытие маневров должен был приехать наследник престола эрцгерцог Франц-Фердинанд. Сербская националистическая организация “Народно одбрана” постановила совершить террористический акт против эрцгерцога. Покушение должны были осуществить два серба: Гаврила Принцип, гимназист, и рабочий Неделько Чабринович. 28 июня в центре города Сараево Принцип убил из пистолета эрцгерцога и его жену, ехавших в открытой машине, Сараевские выстрелы положили начало экстренной политической активности. Почти месяц готовили австрийские власти свою ответную меру. И 23(10) июля Австро-Венгрия предъявила Сербии ультиматум, поставив срок 48 часов для пресечения антиавстрийской пропаганды и деятельности с территории страны. Большинство пунктов ультиматума были приемлемы. Но два из них – допущение австрийских следователей на территорию страны и введение ограниченного контингента войск – задевали суверенитет и национальное достоинство маленького славянского государства.
О предъявлении ультиматума и его примерном содержании в Петербурге узнали в тот же день от советника итальянского посольства Монтереале. 24(11) июля пришла телеграмма из Белграда, а австро-венгерский посол вручил текст ноты официально. Российский министр иностранных дел С.Д. Сазонов, ознакомившись с новостями из Белграда и Вены, воскликнул: “Да это европейская война!” Сазонов позвонил царю, и тот после доклада о содержании ультиматума заявил: “Это возмутительно!” – и приказал держать его в курсе дел. За завтраком у французского посла в присутствии английского посла и румынского посланника Сазонов просил всех принять план действий. В 3 часа дня 24(11) июля состоялось заседание совета министров, на котором, в частности, было принято решение просить совместно с другими державами Австро-Венгрию продлить срок для ответа Сербии, посоветовать Сербии не принимать боя с австрийскими войсками и обратиться к главным европейским державам с просьбой коллективно рассудить возникший спор. Одновременно в принципе было решено о мобилизации четырех военных округов и Балтийского и Черноморского флотов. Эта мера предпринималась 7омандчительно как демонстрация силы против Австро-Венгрии, но никак не против Германии.
Послам в Вене, Берлине, Париже, Лондоне и Риме Сазонов просил предложить правительствам важнейших европейских государств поддержать перед Австрией российское предложение о продлении для Сербии срока ответа на австрийский ультиматум. В тот же день, 24(11) июля, государственный секретарь по иностранным делам Великобритании Э. Грей предложил, чтобы Англия совместно с Германией, Италией и Францией предприняли переговоры в Вене и Петербурге в пользу умеренности, если отношения между Австрией и Россией станут угрожающими. Россия и Италия уже 24(11) июля одобрили это предложение. Но события с каждым днем принимали масштабы, все более несоизмеримые с этими 7омандующеческими маневрами. 25(12) Россия опубликовала правительственное сообщение о том, что она зорко следит за развитием сербско-австрийского столкновения и не может остаться к нему равнодушной. Совет министров предложил ввести с 26(13) июля на всей территории страны “положение о подготовительном к войне периоде”. В то же время Сазонов все еще надеялся на умеряющие действия или четырех держав или одной Англии. 25(12) июля Австро-Венгрия заявила, что отказывается продлить срок для ответа Сербии. Последняя же в своем ответе по совету России выражала готовность удовлетворить австрийские требования на 90% (отвергался только въезд чиновников и военных на территорию страны). Сербия готова была также к передаче дела в Гаагский международный трибунал или на рассмотрение великих держав.
В 18 часов 30 минут этого дня австрийский посланник в Белграде уведомил правительство Сербии, что ее ответ на ультиматум является неудовлетворительным, и он вместе со всем составом миссии покидает Белград. Еще до этого в Сербии была объявлена мобилизация. А правительство и дипломатический корпус вечером покинули столицу и отправились в город Ниш. Утром 26(13) июля кризис вступил в еще более острую фазу. В утренних телеграммах российского МИД в Рим, Париж и Лондон указывалось, что Россия не может не прийти на помощь Сербии, и выражалась надежда, чтобы Италия подействовала на свою союзницу в умеряющем смысле. В своих дипломатических шагах Австро-Венгрия и Германия утверждали, что Австрия не ищет территориальных приобретений в Сербии и не угрожает ее целостности. Ее главная цель – обеспечить собственное спокойствие и общественную безопасность. Англия выступила с предложением созвать конференцию совместно с Францией, Германией и Италией, чтобы вчетвером обсудить возможные выходы из положения 27(14) июля Россия соглашалась на это, одновременно были начаты прямые переговоры с австрийским посланником в Петербурге. Вечером того же дня в Париже от австрийского посла стало известно, что на следующий день Австрия предпримет против Сербии “энергичные действия”, включая, возможно, и переход границы.
Утром 28(15) июля надежды на переговоры еще оставались, но спустя несколько часов сербский посланник М. Спалайкович принес Сазонову телеграмму от своего министра иностранных дел: “В полдень австро-венгерское правительство прямой телеграммой объявило войну сербскому правительству”. В Берлин было сообщено, что 29(16) июля будет объявлена мобилизация четырех военных округов против Австрии (Одесского, Киевского, Московского и Казанского). При этом сообщалось для сведения германского правительства, что у России нет каких-либо наступательных намерений против Германии. Данное сообщение было передано также в Вену, Париж и Лондон. Николай II отправил 28(15) июля личную телеграмму германскому императору Вильгельму II. В ней он просил умерить Австрию, объявившую “гнусную войну” маленькой стране. “Предвижу, - весьма определенно писал царь, - что очень скоро, уступая оказываемому на меня давлению, я буду вынужден принять крайние меры, который приведут к войне”. Тогда же французский посол Морис Полеолог уведомил Сазонова, что в случае необходимости Франция выполнит свои союзнические обязательства по отношению к России. В Англии в тот день произошел резкий поворот в общественном мнении от нейтралитета к поддержке Сербии, России и Франции, против Австрии и Германии. Выступая 28 июля в палате общин, Грей заявил, что если попытки созвать конференцию для разрешения конфликта окажутся тщетными, “последует беспримерная война с неподдающимися учету результатами”.
Вильгельм II в ответной телеграмме Николаю II ответил в сторону все упреки по адресу Австро-Венгрии и обвинял Сербию в антиавстрийской политике. Австрия мобилизовала уже половину всей своей армии, а так же часть флота. 29(16) июля Николай II в новой телеграмме Вильгельму предлагал передать австро-сербский конфликт на рассмотрение Гаагской конференции, чтобы предотвратить кровопролитие. Днем германский посол Пурталес попросил немедленного приема у Сазонова для вручения ему заявления Германии. В нем утверждалось, что, если Россия не прекратит своих военных приготовлений, германское правительство объявит мобилизацию. Сазонов сказал на то, что первой мобилизацию 8 корпусов произвела Австрия. После принятия в Петербурге сообщения об австрийской бомбардировке Белграда царь разрешил Сазонову провести совещание с высшими военными чинами. Это совещание высказалось за объявление всеобщей мобилизации, а не только по четырем округам. Доложили об этом царю, и тот согласился, начались энергичные действия по реализации решения. Но в 23 часа 29(16) июля 1914 г. военный министр В.А. Сухомлинов сообщил Сазонову о том, что Николай II отменил распоряжение о всеобщей мобилизации.
Утром 30(17) июля Сазонов, поддержанный военным министром Сухолиновым и начальником Генерального штаба генералом Н.Н. Якушевичем, пытался убедить Николая II в необходимости объявления общей мобилизации. Николай отказывался. Надо прямо признать, что царь не хотел войны и всячески старался не допустить ее начала. В противоположность этому высшие дипломатические и военные чины были настроены в пользу военных действий и старались оказать на Николая сильнейшее давление. В телеграмме утром 30(17) августа царь вновь убеждал “9ома” оказать немедленно давление на Австрию. Именно только против Австрии, указывал император, направлены и мобилизованы мероприятия России. Затем царь послал в Берлин личное письмо кайзеру с генералом В.С. Татищевым, в котором также просил о посредничестве в деле мира. Сазонов попытался 9омандумить эти настроения Николая II. Германия вполне могла бы образумить Австрию, если бы уже не решилась на войну, говорил министр, поэтому нужно встретить войну во всеоружии. “Поэтому лучше, не опасаясь вызвать войну нашими к ней приготовлениями, тщательно озаботится последними, нежили из страха дать повод к войне, быть застигнутым ею врасплох”. Несколько часов царь сопротивлялся и только к вечеру уступил и дал разрешение приступить сразу к общей мобилизации. Передавая разрешение царя генералу Якушевичу, Сазонов сказал: “Теперь можете сломать телефон!”
Германский посол, отражая колебания, которые имелись и на австро-германской стороне, посетил Сазонова и спросил, удовлетворится ли Россия обещанием Австрии не нарушать целостность Сербии. Сазонов дал такой письменный ответ: “Если Австрия, осознав, что австро-сербский конфликт приобрел европейский характер, заявит о своей готовности исключить из своего ультиматума пункты, нарушающие суверенные права Сербии, Россия обязуется прекратить свои военные приготовления”. Этот ответ был жестче, чем позиция Англии и Италии, которые предусматривали возможность принятия данных пунктов. Это обстоятельство свидетельствует о том, что российские руководители в это время решились на войну. В телеграммных комментариях послам Сазонов заявил, что мобилизационные меры России должны проходить в обстановке глубокой тайны. Во избежание осложнений с Германией он предлагал не объявлять все народно о начале мобилизации. Но его ожидания не оправдались. Обрадованные генералы поспешили провести мобилизацию с наибольшим шумом. С утра 31(18) июля в Петербурге появились напечатанные на красной бумаге объявления, призывавшие к мобилизации. Взволнованный германский посол пытался добиться объяснений и уступок от Сазонова. Николай же в эти часы отправил телеграмму Вильгельму II, в которой благодарил его за посредничество. “Приостановить мобилизацию уже технически невозможно, писал он, но Россия далека от того, чтобы желать войны. Пока длятся переговоры с Австрией по сербскому вопросу, Россия не предпримет вызывающих действий”.
Учитывая эти настроения императора, Сазонов несколько смягчил условия в Австрии, изложенные им накануне, делая шаг в сторону позиций Англии и Италии в вопросе о базе для переговоров. Сазонов считал, что какие-то шансы на успех имеют только шаги в Лондоне, Николай же требовал продолжения и прямых переговоров с австрийским послом. Но мир доживал уже свои последние часы. В Берлине Ягов вызвал французского посла Ж. Камбона и заявил ему, что ввиду общей мобилизации русской армии Германия вводит положение “кригсгефар” (военной опасности). Германия просит Россию демобилизоваться, иначе она начнет свою мобилизацию. Собравшийся совет министров Франции под председательством президента республики Раймонда Пуанкаре решил ответить на германскую мобилизацию своей. В 18 часов 30 минут 31(18) июля германский посол в Париже явился к министру иностранных дел Вивианит и заявил, что ввиду полной мобилизации русой армии и флота Германия вводит положение “кригсгефар”. России дан 12-часовой срок для отмены мобилизации. Если мобилизация в России не будет прекращена, Германия объявит свою. В 12 часов ночи Пурталес посетил Сазонова и передал ему по поручению своего правительства заявление о том, что если в 12 часов дня Россия не приступит к демобилизации не только против Германии, но и против Австрии, Германское правительство отдаст приказ о мобилизации.
Накануне Николай II принимал германского посла. Он тщетно убеждал его, что мобилизация не означает угрозы для Германии и тем, более враждебных по отношению к ней намерений. Ввиду огромных размеров страны мобилизацию за один час остановить невозможно. Пурталес немедленно сообщил содержание беседы в Берлин. Но там расценили это как отказ от германских условий. Телеграмма Пурталеса послужила сигналом к принятию решения о войне. Так в ходе предоставленного России срока для отмены мобилизации германская сторона подменила вопрос о начале мобилизации вопросом, о прямом объявлении войны.
Никакого ответа в 12 часов дня не было дано. Пурталес несколько раз добивался свидания с Сазоновым. Наконец, в седьмом часу министр иностранных дел прибыл в здание министерства. Вскоре германский посол уже входил в его кабинет. В сильном волнении он спросил, согласно ли российское правительство дать ответ на вчерашнюю германскую ноту в благоприятном тоне. Сазонов ответил – нет. Но хотя объявленная мобилизация не может быть отменена, Россия не отказывается продолжать переговоры для поисков выхода из создавшегося положения. Пурталес вновь спросил, может ли Россия дать Германии благоприятный ответ. Сазонов вновь твердо отказался. После третьего отказа Пурталес вынул из кармана ноту германского посольства, которая содержала объявление войны. Так указывалось, что мобилизация в России сорвала посредничество, которое вел германский император по просьбе российского. Так как Россия отказывается отменить эти меры, германский император, германский император, принимая вызов, от имени империи заявляет, что считает себя в состоянии войны с Россией. Так началась война.
1 августа Италия объявила о своем нейтралитете в начавшемся конфликте, поскольку он начался из-за агрессивных действий Австрии против Сербии и не представляет “казус федерис” (случай исполнения союзных обязательств) для Италии. 2-3 августа Франция заявила о поддержке России, а Англия о поддержке Франции. Война стала европейской, а вскоре и мировой. Первым днем французской мобилизации стало 2 августа. Вечером 3 августа (21) июля Германия объявила войну Франции. Германские войска нарушили нейтралитет Бельгии и Люксембурга. Бельгия обратилась к Франции, Англии и России, как к державам – поручительницам, с призывом к сотрудничеству в защите ее территории. Вечером 4 августа служащим германского посольства в Лондоне были вручены паспорта с 11омандующеем выезда, а английский флот получил приказ открыть огонь. В ночь на 5 августа (23) июля толпа “патриотических манифестантов” ворвалась в здание германского посольства на Исаакиевской площади и Петербурге. Она разгромила внутренние помещения посольства и сбросила с фронтона здания огромную бронзовую конную группу. 5 августа австрийское правительство в Вене потребовало выезда российского посла, а 6 августа в Петербурге австрийский посол Сапари заявил Сазонову об объявлении войны.
Планы сторон
Факторы политики европейских держав
Широко распространено мнение, что все крупные европейские державы были заинтересованы в начале войны, не видя других способов разрешить накопившиеся противоречия. При рассмотрении нижеуказанных факторов во избежание путаницы следует помнить, что из ниже перечисленных стран Великобритания, Франция и Россия находились в составе Антанты, а Германия, Италия и Австро-Венгрия — в составе Тройственного союза.
Британская империя
Не могла простить Германии поддержку буров в англо-бурскую войну 1899—1902 гг.
Не намеревалась отстранённо наблюдать за германской экспансией в районы, которые считала «своими»: Восточную и Юго-Западную Африку.
Вела против Германии необъявленную экономическую и торговую войну.
Вела активные военно-морские приготовления на случай агрессивных действий со стороны Германии.
Из-за потенциальной немецкой угрозы отказалась от политики «блестящей изоляции» и перешла к политике образования антигерманского блока государств.
Контроль морских путей. Британия должна иметь сильный флот.
Франция
Стремилась взять реванш за поражение, нанесённое ей Германией во франко-прусской войне1870 года.
Намеревалась возвратить Эльзас и Лотарингию, отделённые от Франции в 1871 году по итогам войны 1870 года.
Несла убытки на своих традиционных рынках сбыта в конкуренции с немецкими товарами.
Опасалась новой германской агрессии.
Любой ценой стремилась сохранить свои колонии, в частности, Северную Африку.
Российская империя
Претендовала на свободный проход своего флота в Средиземное море, настаивала на ослаблении или пересмотре в свою пользу режима контроля над проливом Дарданеллы.
Расценивала строительство железной дороги Берлин — Багдад (1898 год) как недружественный со стороны Германии акт. При этом ссылалась на то, что это посягает на её права в Азии по англо-русскому соглашению 1907 года о распределении сфер влияния в этом регионе. Однако к началу Первой мировой войны эти разногласия с Германией были урегулированы Потсдамским соглашением 1911 года.
Противодействовала германской гегемонии в Европе и австрийскому проникновению на Балканы.
Настаивала на исключительном праве протектората над всеми славянскими народами; поддерживала на Балканах антиавстрийские и антитурецкие настроения у сербов и болгар.
Россия прилагала значительные усилия по решению «Армянского вопроса». После многолетних переговоров Россия совместно с другими европейскими державами заключила Соглашение о проведении реформ в армянских вилайетах на территорииОсманской империи, так как все предыдущие договорённости по проведению «армянских реформ» — в частности, ст. 61Берлинского конгресса и изданный в октябре 1895 года  HYPERLINK "https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%B1%D0%B4%D1%83%D0%BB-%D0%A5%D0%B0%D0%BC%D0%B8%D0%B4_II" \o "Абдул-Хамид II" Абдул-Хамидом II Декрет о реформах в Армении — оставались только на бумаге и ещё больше усугубляли отношение турецкого государства к армянамИталия
Расширение территории государства путем захвата новых земель
Переход на сторону Антанты в связи с большей легкостью захвата земель
Сербия
Новообразованное государство (полная независимость с 1878 года) стремилось утвердиться на Балканах в качестве лидера славянских народов полуострова.
Планировала образовать Югославию, включив в неё всех славян, проживающих на юге Австро-Венгрии.
Неофициально поддерживала националистические организации, боровшиеся против Австро-Венгрии и Турции, то есть вмешивалась во внутренние дела других государств.
Болгария
Стремилась утвердиться на Балканах в качестве лидера славянских народов полуострова (в противовес Сербии).
Стремилась вернуть территории, потерянные в ходе Второй Балканской войны, а также приобрести территории, на которые страна претендовала по итогам Первой Балканской войны.
Желала отомстить Сербии и Греции за унизительное поражение в 1913 году.
Польша
Не имевшие национального государства после разделов Речи Посполитой, поляки стремились к обретению независимости и объединению польских земель.
Германская империя
Стремилась к политическому и экономическому господству на Европейском континенте.
Включившись в борьбу за колонии только после 1871 года, претендовала на равные права в колониальных владениях Британской империи, Франции, Бельгии, Нидерландов и Португалии. Проявляла особую активность в получении рынков.
Квалифицировала Антанту как соглашение, целью которого было подорвать могущество Германии.
Желала приобретения новых территорий.
Австро-Венгрия
Будучи многонациональной империей, по причине межнациональных противоречий, Австро-Венгрия была постоянным очагом нестабильности в Европе.
Стремилась удержать захваченные ею в 1908 году Боснию и Герцеговину. (см. Боснийский кризис 1908-1909 гг.)
Противодействовала России, взявшей на себя роль защитника всех славян на Балканах, и Сербии, претендовавшей на роль объединительного центра южных славян.
Османская империя
Стремилась вернуть территории, потерянные в ходе Балканских войн.
Стремилась сохранить единство нации (в условиях фактически разваливающейся государственности), что проще сделать перед лицом внешней угрозы.
На Ближнем Востоке сталкивались интересы практически всех держав, стремившихся успеть к разделу разваливающейся Османской империи (Турции).
Пыталась ликвидировать «Армянский вопрос».
Видные политические и научные деятели о причинах Первой мировой войны
«Имперская Германия спровоцировала войну, потому что, наращивая свои военно-морские силы в 10-летний период перед 1914 годом, она бросала вызов морскому господству Великобритании, а её дипломатической стратегией являлось унижение Франции и России, чтобы продемонстрировать им, что они слишком слабы, чтобы объединиться против Германии. В результате немцы вынудили эти страны к союзу, к которому впоследствии присоединилась Великобритания» (Генри Киссинджер, государственный секретарь США[9]).
«Да, именно Германия добавила последнюю каплю, переполнившую чашу через край. Однако для объективного исследователя главный вопрос заключается именно в том, кто наполнил чашу до краёв, сделав войну неизбежной» (Гюстав Лебон, основатель школы социальной психологии)
Современные историки возлагают ответственность за начало войны в порядке убывания на Германию, Австро-Венгрию, Россию, Сербию, Францию, Британию[11].
Мнения об инициативе Николая II передать Австро-сербский спор в Гаагский трибунал
29 июля 1914 года (за два дня до объявления Германией войны России) Николай II отправил кайзеру Вильгельму II следующую телеграмму[12]:
«Благодарю за твою телеграмму, примирительную и дружескую. Между тем, официальное сообщение, переданное сегодня твоим послом моему министру, было совершенно в другом тоне. Прошу объяснить это разногласие. Было бы правильным передать австро-сербский вопрос на Гаагскую конференцию. Рассчитываю на твою мудрость и дружбу».
Кайзер Вильгельм так и не ответил на эту мирную инициативу Николая II. Французский посол в России Морис Палеолог писал в своих воспоминаниях (с. 155, 156):
Воскресенье, 31 января 1915 года Петроградский «Правительственный Вестник» публикует текст телеграммы от 29 июля прошлого года, в которой император Николай предложил императору Вильгельму передать австро-сербский спор Гаагскому суду. <…> Немецкое правительство не сочло нужным опубликовать эту телеграмму в ряду посланий, которыми непосредственно обменялись оба монарха во время кризиса, предшествовавшего войне. <…> — Какую ужасную ответственность взял на себя император Вильгельм, оставляя без единого слова ответа предложение императора Николая! Он не мог ответить на такое предложение иначе, как согласившись на него. И он не ответил потому, что хотел войны.
В 1915—1919 годах (в течение Первой мировой войны) об этой телеграмме писали и посол Великобритании в России Дж. Бьюкенен (глава 14), и некоторые видные зарубежные общественные деятели и историки (P.132-133) В 1918 году эта телеграмма упоминалась даже в американской энциклопедии о Первой мировой войне. Заместитель Генерального прокурора США Джеймс М.Бек писал в 1915 году (в переводе с английского):
Это любопытный и наводящий на размышление факт, что Министерство иностранных дел Германии в изданной (осенью 1914 года) переписке между кайзером и царем опустило одну из наиболее важных телеграмм. … Министр иностранных дел Германии после этого объяснил, что они считают эту телеграмму «не имеющей никакого важного значения» для публикации. — Комментарий излишен! Как видно, царь в начале своей переписки с кайзером предложил передать всю Австро-сербскую проблему в Гаагский трибунал. Сербия внесла то же самое предложение. … А ведь мир в долгу перед русским царем ещё и за первую Гаагскую конференцию, которая была созвана и проведена по его инициативе…
После Первой мировой войны об этой важной мирной инициативе Николая II писал (в 1931 году) Уинстон Черчилль P. 170), а в 1960-х годах — Роберт Мэсси в своей книге «Николай и Александра» (P. 320), в 2003 году — английские историки из Кембриджского университета. Из российских современных историков об этой мирной инициативе Николая II написано в известной книге «История России: век XX» под ред. д.и.н. А.Зубова
Домашнее задание: Записать тему, план и основные моменты по каждому пункту плана. Просмотреть презентацию к занятию. Прочитать приложение.
Просмотреть урок на сайте «Российская электронная школа».
https://resh.edu.ru/subject/lesson/6388/start/https://resh.edu.ru/subject/lesson/5445/start/https://resh.edu.ru/subject/lesson/4651/start/
Просмотреть видеоролики на сайте youtube:
п/пНазвание видеоролика на сайте Ссылка на видеоролик
1. Причины и начало Первой мировой войны | Всемирная история 9 класс #4 | Инфоурокhttps://www.youtube.com/watch?v=ht8grGPojQo
2. Причины и характер Первой мировой войны
https://www.youtube.com/watch?v=-BMiCRkQUHQ&t=15s
3. Цели стран в Первой мировой войне https://www.youtube.com/watch?v=cx02Ugpxkh4
4. Первая мировая война. Планы сторон, объявление войны, развертывание войск. https://www.youtube.com/watch?v=M4QkZAPacNQ
По всем возникающим вопросам обращаться:
А. По номерам мобильного телефона: 
1. Лугаком - +380721668935; 
2. MTC - +380952275771 (также на этот номер установлены WhatsApp, Viber, Telegram, Imo, Skype (ник - manonoka) );
Б. В социальных сетях:
1. "Вконтакте" - https://vk.com/svetlana_zimovets ;
2. "Одноклассники" - https://ok.ru/svetlana.gaponova ; 
3. Мой мир (электронная почта/почтовый ящик) - https://my.mail.ru/mail/gaponova.svetlan/ ;
4. Facebook - https://www.facebook.com/gaponova.svetlan ;
5. Instagram - https://www.instagram.com/_svetlana_zimovets_/ ;
6. Twitter - https://twitter.com/SvetaZimovets .
X