Кутузов ЦР17в

Формат документа: docx
Размер документа: 0.24 Мб





Прямая ссылка будет доступна
примерно через: 45 сек.



  • Сообщить о нарушении / Abuse
    Все документы на сайте взяты из открытых источников, которые размещаются пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваш документ был опубликован без Вашего на то согласия.


Кутузов Б.П. Церковная «реформа» XVII века. М., 2003.
Суть реформы и исправления русских богослужебных книг, прежде всего, в замене старых русских церковных чинов и обрядов тогдашними греческими чинами и обрядами, т.е. целью реформы было привести к единообразию русскую и греческую церковную практику, взяв за образец греков.Цель эта диктовалась исключительно политическими соображениями, поэтому Никон прямо не говорит об этом на Соборе 1654 года, но ко всеобщему изумлению заявляет, что русское благочестие сомнительно, а потому, мол, и нужна реформа. 
Правщики были достаточно образованные и, вероятно, прекрасно понимали, что делают.
При сравнении старого и нового текстов часто вспоминаются слова: «Художник варвар кистью сонной картину гения чернит». Приведены выборочно лишь некоторые примеры правки. Хотя слово «правка» здесь неуместно, так как «исправлять» означает приближать к правде, истине, улучшать. А в Никоновой «правке» — искажение смысла, грубые ошибки, ухудшение языковой формы, т.е. уход от правды ко лжи. Следовательно,это было не исправление, а порча книг, как говорили и говорят до сих пор старообрядцы.
«Удумали со дьяволом книги перепечатать, вся переменить,— пишет протопоп Аввакум, — крест на церкви и на просвирах переменить, внутрь олтаря молитвы иерейские откинули, ектеньи переменили, в крещении явно духу лукавому молитца велят... и около купели против солнца лукавоет их водит, такоже и церкви святя, против солнца же, и брак венчав, против солнца ж водят— явно противно творят — а в крещении и не отрицаются сатоны. Чему быть? —дети ево, коли отца своево отрицатися захотят».
Сравнение старых и новых текстов доказывает, что целью рефоматоров было совсем не исправление некоторых вкравшихся в тексты описок или ошибок переписчиков, как обычно представляют никонову реформу, а приведение текстов в единообразие с каким-то новым эталоном, порой значительно разнившимся от старого текста, причем, как правило, в сторону ухудшения по форме и содержанию.
Чрезвычайная и беспрецедентная на Руси жестокость, с какой внедрялась никоно-алексеевская «реформа», буквально огнём и мечом, требует своего объяснения. До этого казни на Руси были редки и совершались по религиозным мотивам только над отъявленными еретиками.
Старообрядческий историк говорит: «Кровь полилась рекой. Пытки, казни следуют беспрерывным рядом... Повсюду горели костры, сжигали людей сотнями и тысячами, резали языки, рубили головы, ломали ребра, четвертовали. Тюрьмы и подземелья были переполнены. Не щадили никого, даже детей. Всё, что только могло изобрести человеческое зверство для устрашения, паники и террора, — всё было пущено в ход». 
Потрясающее усердие, пожалуй, переплюнули в практике террора и западную инквизицию. 
Исполнителями были в хронологическом порядке: Никон и после него цари - Алексей, Федор, София, Петр. 
Никоно-алексеевская «реформа», кроме того, отверзла широкий вход в церковную среду всем последующим пагубным нововведениям— в архитектуре, иконописи, пении и пр. Вообще, «реформа» знаменует рубеж, с которого начинается резкое оскудение веры, духовности и нравственности в русском обществе. Всё новое после XVII века в церковных обрядах, архитектуре, иконописи, пении — западно-католического происхождения,что отмечают и гражданские исследователи. Секуляризация, бесспорно, процесс объективный, однако именно никоно-алексеевская «реформа» открыла широкий путь многим пагубным нововведениям, приходящим, как правило, с Запада, размывание русского православия идёт ускоренными темпами.
Факты, приведенные в статье проф. Ленинградской Духовной академии Н.Д. Успенского «Коллизия двух богословий в исправлении русских богослужебных книг в XVII в.» свидетельствуют о прямом подлоге реформаторов. В предисловии к никонову Служебнику издания 1655 г. говорилось, что он исправлен согласно «с древними греческими и словенскими», но это обман; из статьи проф. Н. Успенского узнаем что никоновы Служебники «исправлялись» по латинизированным служебникам киевской печати. Н. Успенский уточняет, что сначала киевские книги «правились» по новым греческим изданиям, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа, а затем по этим киевским «исправленным» образцам «правили» и никоновы правщики.
Использование в качестве образцов киевских книг было делом не случайным, это была запланированная акция. Зараженная духом католицизма Украина неминуемо должна будет передать эту болезнь Московской Руси при воссоединении, что и произошло в действительности.
Украина к тому времени была уже сильно латинизирована, особенно благодаря деятельности киевского митрополита Петра Могилы. 
Г. Флоровский: «Всё пронизано чуждым латинским духом... Это была острая романизация православия, латинская псевдоморфоза православия. На опустевшем месте строится латинская и латинствующая школа, латинизации подвергается не только обряд и язык, но и богословие, и мировоззрение, и самая религиозная психология. Латинизируется самая душа народа. Эта внутренняя интоксикация религиозным латинизмом, этот «крипто-романизм» был вряд ли не опаснее самой унии. Обычно делается оговорка, что «чистота веры» при этой «романизации» не пострадала. Вернее сказать так: при всем этом внутреннем латинизме была удержана каноническая независимость». Следовательно, не напрасно в Москве выходцев из Киева опасались как тайных еретиков.
Итак, русская церковная «реформа» XVII в. была следствием политических расчетов царя Алексея наследовать со временем престол византийских императоров, и патриарх Никон, посвященный в этот план, рассчитывал, в случае успеха, стать вселенским патриархом с кафедрой в Константинополе. Для этого и нужно было, прежде всего, по мнению инициаторов этого проекта, привести к единообразию русскую и греческую богослужебную практику, равняясь на греков, в этом вся суть «реформы». Авантюрная идея византийского престолонаследия, которая постепенно завладела всеми помыслами царя Алексея, отнюдь не была новшеством для того времени, она имеет довольно древнюю генеалогию.
Итак, изгнание османов из Европы — «идея давняя», план борьбы с турками старательно разрабатывается и в Риме, и в Польше. Причем Ватикан преследует сразу две цели: использовать Москву как орудие в борьбе с турками и окатоличить Россию.
И, конечно, чтобы втянуть русских в войну с Турками, самой привлекательной приманкой для Московитов будет Константинопольский престол.
В царствование Ивана Грозного Орден иезуитов направляет Наемников Стефана Батория на Москву, так как Ватикан всегда склонен был считать «русских варваров, погрязших в давней византийской схизме», большим злом, чем даже мусульман.
Папа немедленно посылает в Москву своего легата — Антонио Поссевино. Давней задачей этого тайного «викария всего севера» было подчинить Риму Швецию, Польшу и Московию, чтобы они в интересах Ватикана сражались с Турцией.
Современный анализ останков Ивана Грозного показал наличие в костях царя большого количества ртути, что позволяетпредположить отравление. 
Итак, несмотря на упорные происки Ватикана, Иван Грозный не дал втянуть Русь в антитурецкую войну.
После истребления испанцами и венецианцами в 1571 г. турецкого флота при Лепанто Иван Грозный даже предлагал Порте союз против её врагов. 
Однако Борис Годунов, уже враждебно настроенный против Турции, деятельно помогал Австрии в войне с османами.
Ф. Достоевский: «Мы, Россия, необходимы и неминуемы для всего Восточного христианстваи для всей судьбы будущего православия на земле, для единения его. Так всегда понимали это русские государи». Повторим, что русские государи до династии Романовых так отнюдь не думали, а о народе и говорить нечего. Святители московские Петр, Алексий, Иона, Филипп, Ермоген, Серафим Саровский, Иоанн Кронштадтский не мечтали о константинопольском престоле. Государи — Иван III, Василий III, Иван Грозный — не собирались выступать против турок, хотя их всячески к этому подталкивали и провоцировали.
До Романовых тезис «Москва — Третий Рим» всегда понимался русскими в эсхатологическом значении: 
Русь — главная и ответственная хранительница чистоты вселенского православия.
Никоно-алексеевская «реформа» осуществление давнего плана Ватикана 
Иезуиты — вот кто давно планировал провести «реформу» в Русской Церкви, якобы с целью единообразия русского и греческого богослужения! И враги православия начали работу по подготовке «реформы» задолго до Никона.
«Первичная причина раскола в России — иезуиты. В нашей работе, — пишет И. Платонов, — этот известный тезис обретает реальные, документально доказуемые очертания... Причастность Ордена к Смуте и расколу столь ярка и очевидна, что у нас вызывает недоумение её умалчивание при трактовке событий XVII в. ... Реформа церкви изначально была полнейшим абсурдом, так как в ней не было никакой необходимости; проводилась иноземцами в ущерб национальным традициям;вела к унии и окатоличиванию России».
«Вне сомнения — навязанная царем церковная реформа с её мнимой ориентацией на вселенскую церковь была ширмой: минимум для подрыва идеологических устоев русского государства, максимум для его окатоличивания и грабежа римской курией. 
Вне сомнения — окатоличивание (уния как переходный этап) не было единственной и главной целью; главная же цель — стимулирование войны с Османской империей для европейской безопасности». 
Иезуитская коллегия в Браунсберге подготовила целую армию проповедников, которые в обозах Лжедмитрия въехали в Москву.
«Из инструкции иезуитов Самозванцу, как ввести унию в России.
' ...д) Самому государю заговаривать об унии редко и осторожно, чтоб не от него началось дело, а пусть сами русские первые предложат о некоторых неважных предметах веры, требующих преобразования, и тем проложат путь к унии;
е) издать закон, чтобы в Церкви Русской всё подведено было под правила соборов отцов греческих, и поручить исполнение закона людям благонадежным, приверженцам унии: возникнут споры, дойдут до государя, он назначит собор, а там можно будет приступить и куний;
з) намекнуть чёрному духовенству о льготах, белому о наградах, народу о свободе, всем — о рабстве греков;
и) учредить семинарии, для чего призвать из-за границы людей учёных, хотя светских».
Общая латинская направленность деятельности Никона, его «реформ» и рассуждений отмечена всеми объективными историками и исследователями.
План иезуитов, изложенный в инструкции Самозванцу, был выполнен спустя полвека. Поразительное совпадение истории никоно-алексеевской «реформы» со всеми пунктами этой инструкции ещё раз свидетельствует о том, что раскол есть, прежде всего, следствие юго-западной иезуитской экспансии.И в определённом смысле никоно-алексеевскую «реформу» можно квалифицировать как удавшуюся, благодаря Никону и царю Алексею, глобальную идеологическую диверсию против Русской Церкви. Не случайно этих своих агентов влияния католицизм уже три века превозносит и всячески старается не только реабилитировать, но даже и канонизировать.
Собор 1654 г. приговорил исправить богослужебные книги «по старым харатейным и греческим». Из 35 членов собора «за» высказались только 29, несмотря на тщательный подбор участников и их запуганность. Были собраны тысячи книг, однако для их об работки потребовались бы годы труда. Тогда патриарх попросту приказал использовать вместо старых славянских и греческих книг современные книги венецианского и других западных изданий, Т.е. поступил совершенно противоположно решению собора.
Итак, что же означала унификация русских богослужебных текстов с современными им греческими? 
После двух уний греков с католиками (лионская уния в 1274 и ферраро-флорентийская в 1439 гг.) и  после 200 лет пребывания под турками греки значительно отошли от чистоты православия. Уже после ферраро-флорентийской унии фактически произошёл разрыв между русской и константинопольской церквами. падение в 1453 г. Константинополя истолковывалось русскими как наказание Божие грекам за их предательство православия.
В связи с этим на протяжении трех веков незаметно изменялись там и богослужебные книги. В этом и была одна из причин разницы в богослужебной практике русских и греков. В XIV веке различие между русским и греческим церковным обрядом было уже весьма заметно, хотя русские богослужебные книги вполне соответствовали греческим книгам Х -ХI вв. 
Таким образом, становится очевидным, что для проведения церковной реформы вообще не было никаких оснований. История показала, что константинопольский престол был лишь приманкой, чтобы склонить русских к проведению церковной реформы. 
Гражданские историки советского периода, которых трудно заподозрить в симпатиях к старообрядцам, так отзываются о реформе:
«В споре о наиболее важных изменениях в обряде позиция, занимаемая официальной церковью, копировавшей греческий образец, была весьма шаткой. 
При ближайшем рассмотрении оказалось, что отступление от древнего обряда произвела не русская церковь, а греческая».
В церковном погроме реформаторов особо следует выудить самовольную, без соборного решения, перемену обряда патриархом Никоном единоличным распоряжением в циркулярном письме («памяти»), разосланном по всем приходам накануне Великого поста 1653г. Отныне Никон самовластно предписывал креститься не двуперстно, а троеперстию и отменял земные поклоны на покаянной молитве.
Если хождение «посолонь» (по солнцу, по часовой стрелке) истолковывается как хождение за Христом (Христос — Солнце правды), то новообрядная практика хождения против солнца стала истолковываться как хождение навстречу Христу.Однако движение по замкнутому кругу навстречу друг другу подразумевает неминуемую встречу где-то посередине пути, а затем и взаимное удаление. Таким образом очевидно, что современное истолкование новообрядной практики хождения против солнца по меньшей мере несостоятельно.
Все русские святые, а заодно и славянские ( в частности, сербские) были буквально понижены в чине. Более того, некоторым русским святым в послереформенном Уставе службы были просто опущены, например, полиелейная служба на перенесение мощей св. Бориса и Глеба, 2 мая. 
Понижены в чине (или опущены) были также некоторые службы в честь икон Божией Матери, связанных с русской историей, защитой русской земли (Знамения, Казанской, Тихвинской, Федоровской и др.). Зато были повышены в чине некоторые нерусские святые, например, евангелисты Матфей и Марк от шестеричной службы (Око Церковное) до полиелея (Типикон).
Н.С. Лесков также свидетельствует о состоянии иконописного дела в России в синодальный период.
«В новых школах художества повсеместное растление чувства развито и суете ум повинуется. Высокого вдохновения тип утрачен, а всё с земного вземлется и земною страстию дышит. Наши новейшие художники начали с того, что архистратига Михаила с князя Потемкина Таврического стали изображать, а теперь уже того достигают, что Христа Спаса жидовином пишут. Чего же еще от таких людей ожидать?
Н. Серегина пишет: «В это время из церковного искусства стала уходить историческая тема, так мощно питавшая на протяжении веков храмовую «театральность»: количество служб русским святым сократилось вследствие нескольких церковных установлений по новой регламентации обряда, и первыми были изъяты (как видно из рукописей этого периода) песнопения повествовательного характера, служившие основой сюжетной канвы богослужения». 
«Тема земли, истории, народной памяти постепенно теряет своё конкретное выражение через воспоминания о событиях прошлого... Идеалы Святой Руси постепенно теряют живительную связь с землей, с историческими источниками духа», с исключительно богатым национальным христианским преданием.
После предательства царём и патриархом «Третьего Рима», Святой Руси, процесс апостасии, отступления от православия пошёл поистине семимильными шагами.
Архим. Константин (Зайцев): «Со времен Петра на Россию легла общенациональная европеизация, которая не только поменяла внешний облик русской жизни, но, главное, поколебала внутренние устои, упразднила целостное православно-церковное сознание, бывшее благодатным свойством русского народа.
Архиеп. Андрей (князь Ухтомский) в 1933 г., будучи в ссылке, написал: «Я враг того страшного греха, который в общей сложности именуется «никонианством»... «Никонианство», как полное извращение христианства, есть несомненная ересь...
Церковное искусство «перестает отражать историческую память русской земли». 
Сегодня всем понятны пагубнейшие последствия потери исторической памяти, отрыва от исторической почвы. В недалеком будущем всё исконно русское — оно же традиционно православное — уже будет ставиться вне закона, а оплёвывание своего прошлого станет хорошим тоном, даже знаком государственной лояльности, гражданской добродетели. Будет поощряться всякое подражание чужеземному, заграничному, пример чему будут подавать многие российские монархи, начиная с Алексея Михайловича. 
Чужебесие достигнет кульминации к XVIII в., когда образованная часть нации отвергнет родной язык и будет изъясняться на французском. В XVIII в. русский язык употребляется лишь в разговоре с холопами, даже к собаке обращаются на «благородном» языке, говорят: «пиль», а слуге — «на, возьми». Русские барышни «писать по-русски не умели», на французском языке не только говорили, но и думали. Перед революцией «из десятилетия в десятилетие вместо показа русской славы и русской мощи, — пишет И. Солоневич, — и литература, и театр, и пресса, и общественность скулили и ныли: ах, как всё хорошо за границею, и ах, как плохо всё у нас! Это не было только политическим фрондированием, это было систематическим угашением нашего национального и государственного духа». 
Наиболее важный вывод— никонова «реформа», будучи не обоснованной ни богословски, ни канонически, совершалась по причине сугубо политической.
Главное, что следует отметить: 
дело «реформы» всходило от царя, от гражданской власти, а не церковной. никоно-алексеевская «реформа» была не только богословски не обоснована, но и совершенно чужда истинным интересам Церкви, по сути это преступная доктринерская авантюра, имеющая политическую подоплёку. 
Более того, «реформа» проведена по давнему сценарию Ватикана, целью которого было утверждение унии в России.По катастрофическим же последствиям эту «реформу» можно уподобить глобальной Идеологической диверсии против Русской Церкви и России. Политические соображения, толкнувшие царя Алексея на проведение «реформы», были чужды Церкви, константинопольский престол, о котором возмечтал царь, был химерой. 
Ещё в 1929 г. Священный Синод принял следующие решения:
старые русские обряды были засвидетельствованы как спасительные;
богослужебные книги, напечатанные при первых пяти патриархах, признавались православными;
порицательные выражения о старых обрядах были отвергнуты;
клятвенные запреты соборов 1656 и 1667 гг. были отменены.
Поместный Собор Русской Православной Церкви 1971 г. утвердил эти решения.
В докладе, зачитанном на Поместном Соборе, "никонова реформа" характеризовалась как «крутая и поспешная ломка русской церковной обрядности», предпринятая в силу ошибочного взгляда на обрядовые различия как на различие в вере.Основания для замены двоеперстия на троеперстие объявлялись более, чем сомнительными, а воззрение на старые русские церковные обряды как еретические отвергалось как неправильное и необоснованное.
На Соборе 1971 г. исполнилось то, о чём ещё в 1912 г. писал известный церковный историк, 
профессор Московской духовной академии Н.Ф. Каптерев:
«Осуждение собором 1667 года русского старого обряда было, как показывает более тщательное и беспристрастное исследование этого явления, сплошным недоразумением, ошибкою и потому должно вызвать новый соборный пересмотр всего этого дела и его исправление, в видах умиротворения и уничтожения вековой распри между старообрядцами и новообрядцами, чтобы Русская Церковь по-прежнему стала единою, какою она была до патриаршества Никона».
Итак, «да приведет Господь расстояшаяся паки воедино...»