• Название:

    Иришка

  • Размер: 0.04 Мб
  • Формат: DOCX
  • или

Введение

В жизни общества, его различный социальный институтов реальное и весьма ощутимое место занимает так называемая непроверенная устная информация, которая обычно именуется слухами, молвой, толками и т.д.

Слухи, понимаемые нами как сообщение с негарантированной достоверность, распространяющиеся по каналам межличностного общения от одного индивида к другому, от другого к третьему и т.д., являются неотъемлемым атрибутом любой организации, в которой можно выделить неформальную подсистему. Они имею несколько существенных отличий от других информационных сообщений:

Анонимы

Их распространение связывается с существующим между участниками межличностного общения доверием

Слухи характеризуются стихийным характером распространения, а в ряде случае и их

К стихийным формам передачи информации принадлежат слухи, под которыми обычно понимают информацию, поступающую от одного или более человек, ничем не подтвержденными событиями. Они появляются тогда, когда система официальной коммуникации не дает тем или иным событиям разъяснений, которые бы снимали психическое напряжение.

Слухи – это специфический вид информации, появляющейся спонтанно в силу информационного вакуума среди определенных слоев населения, либо специально кем-то распространяемой для воздействия на общественное сознание.

Слухи могут, как спонтанно возникнуть, так и преднамеренно распространяться с целью пропаганды или влияния. Информация, которая содержится в слухах, как правило, удовлетворяет определенную психическую потребность человека или группы людей, которая не удовлетворена другими путями. Поэтому недовольство и ожидания получить удовольствие от информации является важным мотивом восприятия и воспроизведения услышанного.

Слухи как форма передачи информации

"Социальная психология. Краткий очерк"
Под общ. ред. Г. П. Предвечного и Ю. А. Шерковина.
М., Политиздат, 1975 г.

Когда люди сталкиваются с чем-либо стихийно непонятным, но, по их представлениям важным они всегда стараются найти информацию, в которой содержалось бы необходимое разъяснение. Этим объясняется повышенный спрос на газеты и радиоинформацию в стране, где происходит военный переворот, девальвация валюты, биржевая паника или общенациональная забастовка. Однако если система официальной коммуникации не дает объяснений, снимающих напряженность психической деятельности, то люди сами объясняют вновь возникающую информацию и делают это в рамках привычных им представлений. Так население Польши после нападения на нее гитлеровской Германии и прекращения выхода газет в стране передавало слухи о победоносном продвижении польский войск по германской территории; среди измученного лишениями населения многих европейских стран неоднократно циркулировала в виде слуха надежда на скорое прекращение войны.

В описанных ситуациях люди испытывают личностное напряжение и пытаются коллективно снять его. Простота и доступность удовлетворения возникающей потребности служит основной причиной быстроты, с которой слухи распространяются. Слух воспроизводиться, и ему верят не потому, что это кажущаяся правда, а потому, что он удовлетворяет психологическую нужду рассказчика и слушателя, не удовлетворенную иным способом.

Исследования психологической природы слухов в буржуазной социальной психологии, начавшиеся еще в 20-х годах, дали основания для преднамеренного использования этого феномена правящим классом капиталистических стран в своих классово - эгоистический целях. От первых робких шагов целенаправленного применения слухов в конкурентной борьбе буржуазия перешла к их использованию в политической борьбе. Деятельность коммерческих организаций, которые в 30-х годах распространяли слухи в интересах своих клиентов, ныне кажется наивной и неуклюжей. Это были слухи о заболеваниях среди рабочих на фабрике конкурента, наем актеров, которые разыгрывали в общественных местах невинно выглядевшие дружеские разговоры о достоинствах плащей или автомобильных покрышек определенной марки, попытки прекращения забастовок путем критики профсоюзов, которую настойчиво высказывали женам рабочих подставные бродячие торговцы, и т. д.
Сейчас деятельность по распространению слухов возведена в ряде империалистических стран в ранг государственной политики, а научно-исследовательская работа в этой области щедро финансируется. Пропаганда с помощью слухов, по оценке буржуазных специалистов в области массовой коммуникации, стоит в одном ряду с пропагандой через прессу, радио, телевидение и кино. Целью, против которой направлена подрывная пропаганда «шепотом», являются социалистические государства, коммунистические и рабочие партии и их массовые организации, различные группы, политическое единство или просто деятельность, которых не устраивают буржуазию или ее агентов.
Слухи широко используются в психологической войне. Как пишет американский теоретик психологической войны Пол Лайнбарджер, пропаганда посредством распространения слухов состоит в планомерном использовании слухов для воздействия на ум и чувства данной группы людей с определенной, имеющей общественное значение целью, будь то военной, экономической или политической. В полном соответствии с этой формулировкой действуют в настоящее время центральные пропагандистские и разведывательные органы главных империалистических держав. В форте Брэгг, в Северной Каролине, где расположен американский центр специальных методов войны, «зеленые береты» обучаются распространению слухов наряду с другими «деликатными» аспектами своей профессии, вроде взрыва мостов, бесшумных убийств, отравления колодцев и размножения листовок с помощью портативной техники. С незначительными вариациями эта формулировка служит основой для практической деятельности военно-пропагандистских органов НАТО и других блоков, где на учениях отрабатывается применение всевозможных ложных слухов.
О том, как выглядела подобного рода деятельность во Вьетнаме, рассказала французская газета «Монд», сославшаяся на рапорт американского полковника Э. Лэндсдаля: «...его люди пытались сорвать налаживание мирной жизни в Ханое. Одна из его групп безуспешно пыталась саботировать работу общественного транспорта. Другой было поручено сеять панику среди жителей Северного Вьетнама и, таким образом, способствовать увеличению количества беженцев, выезжающих в Сайгон. В этой операции, названной Лэндсдалем «психологической войной», были использованы самые различные методы. Так, например, распускался слух, что подразделение китайских войск заняло одно вьетнамское село, убивая жителей и насилуя женщин». С помощью листовок распространялся слух о том, будто жители Северного Вьетнама будут депортированы в Китай для работы на железных дорогах.
Что же представляет собой слух и каковы его, наиболее характерные признаки? Согласно одному из определений, имеющихся в советской психологической литературе, слух представляет собой «сообщение (исходящее от одного или более лиц) о некоторых событиях, еще ничем не подтвержденных, устно передающееся в массе людей от одного лица к другому. Слухи касаются важных для определенной социальной группы явлений, отвечают направленности ее потребностей и интересов».
Имеются и другие определения, подчеркивающие различные стороны и признаки этой формы стихийного группового поведения. Если попытаться все эти определения свести воедино и связать с реальностью, с многочисленными фактами циркуляции слухов как спонтанно возникающих, так и преднамеренно распространявшихся в пропагандистских целях, то очевидны будут следующие важные и характерные признаки слухов.
Прежде всего слух — это информация, удовлетворяющая какую-то психическую потребность людей, неудовлетворенную иными способами. Неудовлетворенность и ожидание получить удовлетворение выступают в качестве мотива для восприятия и воспроизведения услышанного. Передаваемый изустно, слух является продуктом коллективного творчества, коллективной попыткой объяснить проблематичную и эмоционально насыщенную ситуацию. Далее, столь же очевидно, что слух — это информация, достоверность которой может быть весьма различной и колебаться в очень широком диапазоне: от совершенно достоверной до абсолютно ложной с деталями, которые искажают достоверную информацию или придают черты правдоподобия информации, полностью недостоверной. Эти колебания являются следствием того, что в процессе циркуляции сюжет слуха подвергается изменениям в сторону его приспособления к психическим нуждам аудитории.
Наконец, важным стимулом для распространения и восприятия слуха является стремление людей получить сведения по волнующему их вопросу; по этой причине тема и содержание слуха всегда актуальны — неактуальный слух быстро исчезает.

Классификация слухов по разным признакам

Можно ли вообще разобраться в стихии, которую представляют собой слухи, и есть ли какие-либо критерии, помогающие классифицировать и отграничивать в чем-то сходные и в чем-то различные явления в хаотической неразберихе слухов? На этот вопрос следует ответить утвердительно. Кажущаяся стихия слухов представляет собой некоторую систему движения сообщений, и ей свойственны определенные закономерности.
За основу типологии слухов берут две характеристики: информационную и экспрессивную. Первая характеристика определяет собой объективную степень достоверности, т. е. отношение суждения, лежащего в основе слуха, к истине, а вторая определяет общий тип эмоциональной реакции, на которую рассчитан и которую вызывает слух при его восприятии аудиторией,— желание, страх или враждебность. По степени важности вторая характеристика, отражающая субъективное состояние людей, в среде которых распространяется слух, оказывается ведущей.
В соответствии с информационной характеристикой слухи условно можно подразделить на четыре типа:

1) абсолютно недостоверные слухи;

2) недостоверные слухи с элементами правдоподобия;

3) правдоподобные слухи;

4) достоверные слухи с элементами неправдоподобия. Абсолютно достоверными слухи, как правило, не бывают, так как в процессе изустной передачи они неизбежно подвергаются искажениям и всегда чем-то отличаются от истины.

По признаку «экспрессивная характеристика» (определяет общий тип эмоциональной реакции) выделяют такие слухи: слух-желание; слух страшилка; агрессивный слух. К важнейшим факторам и мотивам, которые влияют на возникновение и распространение слухов, можно отнести следующие:

Компенсация эмоциональной недостаточности (тот, кто сообщает информацию, получает удовольствие от реакции слушателя;

Слушатель также получает удовлетворение от восприятия нового, ранее не слышанного, неизвестного, такого, которое, по его мнению, является чрезвычайно важным);

Утверждение личности (с помощью того или иного слуха лицо пытается завоевать авторитет в группе, сформировать определенную установку в отношении себя, доброжелательного отношение к себе членов группы);

Действительное желание людей предупредить других об определенной опасности;

неосознанно стремление уменьшить собственное напряжение, разделить свой страх, свое волнение со слушателями (особенно это касается панических слухов);

личностное озлобление, враждебные чувства по отношению к другим (эти мотивы служат для распространения агрессивных слухов) и др.

Для предотвращения слухов необходимы профилактические средства и активное противодействие. При этом профилактические задачи, связанные с эффективностью действий средств массовой информации и пропаганды, наличием обратной связи между руководством и основной массой населения.

Активное противодействие, прежде всего, связано с контрпропагандой, которая должна исходить из того, что замалчивание слухов приводит к их распространению и накоплению. Одним из эффективных способов прекращения или уменьшения слухов есть широкая и последовательная подача правдивой информации авторитетным и престижным источником.

Рассматривая виды и формы коммуникации, стоит обратить внимание на их детерминации культурными традициями. Прежде всего, речь идет о древнейших культурных нормах, которые влияют на восприятие информации и имеют запрещающий характер, табу.

Различают языковые табу, которые предусматривают запрет произносить отдельные слова и словосочетания; тематические табу, которые характеризуются полным отказом вести разговоры на те или иные темы; контактные табу - это запрет на некоторые или любые виды коммуникации между представителями определенных социальных ролей, например между зятем, и тещей.

В зависимости от вида невербальной коммуникации табу бывают мимические, паралингвистические, кинетические, проксемические.

Любой этикет, сценарий, сообщение состоит из табу, императивов и факультативов. Императив определяется как обязательный минимум в действиях коммуникатора. Сфера табу царит за пределами разрешенного диапазона таких действий. В факультативах понимаются различные элементы общения, которые предоставляют коммуникации информативности и эмоциональной насыщенности. Например, в европейской культуре принято, здороваясь со старшим, пожать, потянув руку. Не сделать так - считается вести себя невежливо. Хотя плескания старшего по плечу может расцениваться как вызов.

Ведя речь о влиянии культурно-бытовых традиций на коммуникативный процесс, следует остановиться и на так называемых стереотипных ситуациях общения. Стереотипы (в переводе с греческого - твердый отпечаток) проявляются в наших суждениях, высказываниях, в нашем образе мышления.

Здороваясь и прощаясь, люди невольно используют различные способы, приемы, которые являются неизменными для привычных ситуаций, но могут быть разными в зависимости от конкретной культуры того или иного этноса.

Культурными стереотипами в своем поведении мы руководствуемся неосознанно, они как бы входят в плоть и кровь человека через традиции, обычаи, образцы поведения. Стереотипы обычно могут больше сказать о человеке, чем его одежда или обувь. Есть немало примеров, которые это подтверждают.

Так, в одном из горных поселений Кавказа старый абхазец неустанно следил за тем, чтобы не только в его доме, но и в жилье его детей, проживающих поблизости, двери кухни были всегда открыты. Этим символизируется традиционное восточное гостеприимство.

Известно, что американцы, также привыкли работать при открытых дверях, но совсем по другой причине. Они этим будто хотят сказать: «Я в распоряжении окружения. Мне нечего скрывать ». Обмен информацией в стереотипных ситуациях, конечно, имеет этикетные характеристики, которые представляют собой нечто вроде формальной рамки, в которой разворачивается коммуникативный процесс. В некоторых случаях стереотипы объективно необходимы. В частности, знание ритуальных пожеланий добра, небольших по объему речевых формул по случаю рождения ребенка, покупки и т.д. служат помощниками в налаживании контактов и развертывании коммуникативного процесса. Однако при определенных обстоятельствах и условиях стереотипы не «действуют».

К примеру, если в сельской местности обычным является здороваться при встрече с незнакомым человеком, то в городе такое поведение вызовет недоумение. Не срабатывают отдельные стереотипы и на межэтническом уровне общения. Поскольку этнический стереотип дает субъективное восприятие представителя другой культуры и возникает чаще всего из-за ограниченности межэтнической коммуникации, это приводит к тому, что постепенно черты, манера говорить, высказывать мнение, присущие некоторым представителям этого этноса, распространяются на всю культуру, вызывая этнические симпатии или антипатии в процессе общения.

Преодоление негативных стереотипов в коммуникативном процессе может происходить путем своевременного обновления привычных представлений о той или ином народе, его языковые культурные особенности, путем накопления коммуникативных знаний об объекте внимания. Все это способствует совершенствованию умений и навыков коммуникатора проникать в глубинную суть особенностей обмена информацией с иным этническим представителем.

Возникновение и прекращение слухов

К числу важнейших факторов, влияющих на возникновение и распространение слухов, обычно относят объем информации, доставляемой группам через официальные каналы, а также эмоциональное переживание как содержания информации, так и процессов ее воспроизведения и восприятия.
Первая, очень важная психологическая закономерность, благоприятствующая распространению слухов,— это компенсация эмоциональной недостаточности, происходящая в процессе воспроизведения и восприятия их сюжетов: рассказывающий получает удовлетворение от реакции слушателя, слушатель получает удовлетворение от восприятия нового, ранее неизвестного, но, по его представлениям, важного и затрагивающего его интересы.
Однако компенсация эмоциональной недостаточности происходит не только в порядке индивидуальной или групповой самодеятельности. Гораздо больше и в массовых масштабах этой цели служат новости о важных событиях, которые могут глубоко и одновременно взволновать миллионы людей. Именно в этом звене лежит возможность более эффективной компенсации эмоциональной недостаточности — через эмоционализацию содержания продукции массовой коммуникации.
Вторая закономерность сводится к тому, что сам процесс рассказывания служит утверждению личности индивида в группе. Рассказывая сюжет слуха, такое лицо (иногда бессознательно) стремится создать впечатление у слушателей, что ему доступны источники информации, недоступные для других. В своем собственном сознании такой индивид ассоциирует себя с иерархическими ценностями и растет в собственных глазах. Удивление, испуг, восхищение, которые рассказчик может прочесть в глазах слушателя, служат ему дополнительной наградой, и он обязательно рассказывает тот же сюжет нескольким лицам. При воспроизведении слуха в ходе групповых разговоров иногда возникает своеобразное соперничество, побуждающее каждого участника такой беседы стремиться к первенству, которое достигается преподнесением более захватывающего сюжета, чем рассказанный только что, или добавлением важных деталей, опущенных предыдущим рассказчиком. Это стремление к временному руководству вниманием присутствующих объясняет тенденцию к украшению сюжета колоритными деталями и к пренебрежению фактической стороной дела. Цель того, кто воспроизводит слух, не столько распространение информации, сколько форсирование эмоциональной установки по отношению к тому, что является предметом информации, а также к самому себе.
Распространению слухов служит одна любопытная психологическая особенность, свойственная некоторым людям. Не зная, откуда исходит слух, они чаще всего бывают склонны предполагать, что сообщение исходит из надежного источника. Это придает слуху видимость достоверности. В этой связи есть основания считать слух формой престижного внушения. Его основой обычно бывает представление о том, что суждение, являющееся содержанием слуха, якобы разделяется большинством, и поэтому слуху часто верят, как факту.

Наиболее четко эта закономерность прослеживается в случаях циркуляции слухов среди населения, пострадавшего от стихийного бедствия. Отсутствие информации из привычных источников в подобных условиях ориентирует группы на повышенное доверие к слухам. Склонность предполагать, что слух исходит из источника, заслуживающего доверия, свойственна многим при восприятии устной информации не только в экстремальных, но иногда и в обычных условиях. Не считаться с этой закономерностью нельзя. С ее проявлениями нужно бороться планомерно и систематически.
Нередко движущим мотивом к передаче слухов выступает искреннее желание людей предупредить других о грозящей опасности. Особенно это касается панических слухов, которые распространяются с невероятной быстротой. Именно это происходило со слухами типа «Немцы выбросили десант на переправе». В подобных случаях происходит явление эмоционального заражения, которое сужает поле сознания и уменьшает критическое отношение к сообщению. В качестве другого мотива к распространению такого рода слухов может выступить бессознательное стремление людей уменьшить собственное личностное напряжение. Слух передается, чтобы разделить свое волнение со слушателями: взаимность страха становится облегчением. Кроме того, индивид, передающий другому панический слух, питает слабую, часто неосознанную надежду, что слушатель опровергнет его.
Мотивами для распространения агрессивных слухов нередко служат личное озлобление, враждебные чувства по отношению к кому-либо. Руководствуясь такими чувствами, кулачество в годы коллективизации в СССР распространяло слухи, которые должны были настраивать крестьянство на неприятие колхозов и МТС (Машино Тракторная Станция). Благоприятным условием для распространения агрессивных, и в частности разобщающих агрессивных, слухов является повышенное и нарастающее Эмоциональное напряжение, ничем не разряжаемое в течение какого-то отрезка времени. Такие условия возникли 25 октября 1956 г. в Будапеште, когда после контрреволюционной провокации у здания парламента в городе одновременно и в разных местах был распущен слух: «Работники госбезопасности стреляют в народ», а число убитых (в действительности у здания парламента контрреволюционерами было убито 22 человека) к вечеру того же дня выросло, по слухам, до сотен человек и нескольких тысяч раненых.
Слухи обычно получают особенно благоприятную почву для распространения в аудиториях, где царят бездеятельность, скука и однообразие. Слух в этом случае выступает в качестве средства возбуждения аудиторий, и в литературе описано большое количество случаев быстрого распространения и циркуляции иногда самых невероятных слухов среди бездействующих войск на фронте, в лагерях перемещенных лиц и просто в среде людей, по какой-либо причине вынужденных бездельничать.
Меры противодействия слухам можно подразделить па две группы:

профилактические мероприятия;

активные контрмеры.

Задача профилактических мероприятий сводится к созданию такой эмоциональной почвы, которая исключала бы возможность распространения слухов и приводила бы к быстрому их умиранию, если враждебный слух подсажен преднамеренно. Осуществление профилактических мероприятий по борьбе со слухами прежде всего включает создание и поддержание на должном уровне эффективности системы массовой информации и пропаганды, обладающей в глазах аудиторий высоким престижем надежности и достоверности. Она должна предусматривать наличие устойчивой обратной связи от аудитории к источнику информации, чтобы иметь возможность своевременно реагировать на психические нужды и ожидания людей.
Важным в отношении профилактики слухов является поддержание эффективного руководства на всех уровнях. При возникновении ситуаций, когда оказывается необходимым объяснение, именно руководители прежде всего становятся источником информации. Практика показывает, что доверие к руководству помогает легче переносить иногда неизбежный недостаток информации, который в противном случае создает благоприятные условия для распространения слухов, в особенности агрессивных разобщающих. Поэтому поддержание и укрепление такого доверия постоянно должно быть и целью, и составной частью деятельности общественных организаций.
При разработке мер активного противодействия слухам, как и при организации контрпропаганды любого вида, возникает дилемма: либо молчать, что равнозначно поощрению уже начавшейся циркуляции слуха, либо опровергать, что косвенно служит распространению опровергаемого суждения.

Как показывает практика, лучший выбор в этой альтернативе представляет подавление слуха фактами, а не его выделение для прямого опровержения. Если можно предвидеть появление политически невыгодных слухов или обнаружена их циркуляция, то лучшим противодействием оказывается широкая публикация противоречащих им фактов без какого-либо упоминания о слухах или возможности их появления.
Слухи могут представлять опасность, если с ними не бороться или бороться неумело, без знания закономерностей, которым подчиняется возникновение и циркуляция слухов. Они не страшны, если мы знаем, как им противодействовать, если это знание мы своевременно и умело применяем, сочетая профилактические мероприятия с активными контрмерами информационного характера.

Заключение

По мере развития человеческого общества и средств массовых коммуникаций, роль слухов увеличивалась. Сейчас сложно представить жизнь без этого понятия, ведь слухи используются не только в рядовых ситуациях, но и в более серьезных сферах таких, как политическая, экономическая, военная. На первый взгляд слух кажется очень простым в применении. Однако он легко может стать камнем преткновения, если не знать, как правильно его использовать. Слухи могут не только приносить пользу, но и могут нанести непоправимый ущерб.

Поэтому очень важно знать все аспекты и сложности применения слухов, а также уметь предотвратить их появление или пресечь уже появившийся слух.