• Название:

    Для социологов важен, прежде всего, вопрос что...

  • Размер: 0.03 Мб
  • Формат: DOCX
  • или


Для социологов важен, прежде всего, вопрос: что значат эти стили?

Один из возможных ответов дается с помощью концепции субкультуры.

Согласно словарю, «субкультура — это социальная, этническая или экономическая группа  с особым собственным характером в пределах общей культуры общества» (С.Фрис). Именно в таком контексте социологи впервые использовали это понятие для определения культурных образцов поведения и ценностей у различных молодежных меньшинств в пределах плюралистических обществ (одними из первых в этой перспективе были исследованы субкультура мормонов в США и китайская субкультура в Англии).

Важный методологический момент: понятие субкультуры подчеркивает принципиально не-массовый характер своего движения, которое никогда не являлось и вряд ли может стать неким всеобщим увлечением. Субкультура и культурное господство («средствами» одного и того же стиля) – вещи несовместимые. Субкультурный стиль – это реально маленький, обособленный стиль, до которого допускают далеко не всех.

Молодежные группы уже на первый взгляд не полностью вписываются в эту модель, поскольку вся молодежь, придерживающаяся самых различных стилей, все еще продолжает в большей степени зависеть от доминирующих в обществе институтов семьи и школы, социального класса и места работы. Их культурные и жизненные стили не становятся их образом жизни, а остаются в определенной степени чертами их досуговой активности.

Правда, с другой стороны, эти досуговые группы (которые выглядят достаточно уникальным английским феноменом) не поддаются определению в рамках других теорий молодежной культуры. Они «девиантны», но вовсе необязательно «деликвентны». Ведь это вовсе не преступление (в его прямом смысле) выкрасить  волосы в зеленый цвет.

Молодежные стили во многом предопределяются коммерческими подростковыми культурами (наиболее очевидное направление коммерциализации молодежной культуры — это поп-музыка), но в прямую от них все-таки не зависят. Трудно себе представить, чтобы стили тэддов, модов, панков или бритоголовых были выдуманы бизнесменами.

Субкультуры имеют противоречивый статус в обществе: с одной стороны, они выглядят вполне подходящими для того, чтобы молодые люди смогли обрести в этих группах чувство своего отличия от общества, вместе, с тем они явно внедрены в общество. Многие социологи развивают субкультурную теорию молодежи для того, чтобы продемонстрировать, что «девиации» молодежи из рабочего класса являются в действительности результатом доминирования идеологизированных культурных структур и образцов. В этом плане невероятно интересна работа нескольких английских социологов »Сопротивление через ритуалы» (см.: раздел «Тексты»). В ней указывается, что главное в субкультурном подходе — это разрушение некоей единой «молодежной культуры» и реконструкция этого понятия через более осторожные формы различных видов молодежных»субкультур».

2.2. Происхождение теории субкультур

Начальная идея - американская теория деликвентности. Пафосом Чикагской школы была попытка представить, скорее, социальные, а не индивидуальные объяснения молодежной преступности. Эмпирическим обоснованием была этнография. Главный аргумент состоит в том, что в своем культурном контексте преступность «нормальна», определена культурными нормами и не является симптомом психологической неполноценности. С этих перспектив могут быть поняты даже самые нерациональные формы преступлений, как, например, вандализм или уличные разборки между группировками. Эти действия могут не приносить никакой материальной выгоды, но работать на статус победителя и престиж в их соотнесении с иерархией ценностей в группировке, сфокусированной на ценностях риска и грубости. Для чикагских социологов молодежная преступность — это форма коллективного поведения, организованного вокруг центральных ценностей данной группы. Следуя их логике, молодежная девиация может быть объяснена в терминах дружбы между подростками внутри молодежных преступных субкультур. Но откуда появились эти субкультурные ценности? Как они были связаны с господствующими ценностями среднего класса США? Американские социологи по-разному отвечали на этот вопрос:

1.  Преступность - это результат блокированного доступа к социальным наградам, материальным ценностям (образование, власть и доход) и культурным ценностям (статус и престиж). Субкультуры девиантны не в своих результатах, а в тех смыслах и значениях, которые подростки в них вкладывают (Р.Мертон).

2.  Преступники умышленно переворачивают доминирующие в обществе социальные ценности, которые ограничивают их возможности. Делают они это для того, чтобы вписать свои «неудачи» в некий ценностный контекст общепринятых достижений (С. Коен).

3.  Преступность - это аспект культуры именно низшего класса, поэтому девиантность проявляется лишь при соотнесении с ценностями среднего класса (А. Миллер).

4.  Преступность включает в себя некие «неуместные, несоответствующие выражения», которые разделяются всеми без исключения (в обществе в целом), но существуют как скрытые социальные ценности (А.Матза).

5.  Девиация вызывается, провоцируется наклеиванием ярлыка — молодежные группы преступны из-за реакции на них со стороны моральной власти общества (учителей, полиции, социальных работников, медиа) (Г.Беккер).

Каждый из этих аргументов развивался, стремясь преодолеть слабость другого. В рамках субкультурных теорий заботой всех теоретиков было одно — как дополнить эти аргументы и преодолеть их неполноту, как доказать, что наиболее иррациональные стили (бритые головы, рваная одежда) были нормальными и лишь «дразнили» взаимоотношения между этими субкультурами и обществом. Английские теоретики добавили к этим аргументам еще и марксистские перспективы. Американские социологи концентрировали свое внимание на социальном воспроизводстве норм в непосредственном окружении коллективного поведения (подворотня, группировка), на отношениях между девиантными и нормальными ценностями, но вместе с тем они мало внимания уделяли проблеме происхождения этих норм.

2. 3. Молодежь и классовый конфликт

Английские социологи вслед за американскими заключили, что девиантные молодежные субкультуры являются субкультурами рабочего класса. Молодежь из рабочих семей имеет опыт рабочего класса — они учатся в плохом классе плохой школы, оканчивают школу раньше, чтобы найти работу. Но как соотносится этот классовый опыт с выбором субкультурного стиля? Каким образом девиантные субкультуры выражают ценности рабочего класса? Какова связь с родительской культурой? Почему эти стили разделяет лишь меньшинство из их класса? Являются ли тэдди, панки, бритоголовые более, или, наоборот, менее классово сознательными, чем их обычные сверстники? Английские социологи считают, что девиантные стили являются нон-конформистскими, и эта нон-конформность есть «сопротивление через ритуалы». Это не просто жест подростков против родителей, но и конфронтация с властью среднего класса, а следовательно, это уже определенное утверждение их рабочей идентичности.

Бритоголовые банды – это знак того, что «мы» против «них», и этот жест выражается, скорее, в классовых, чем в поколенческих терминах. Молодежь красила волосы в зеленый цвет не потому, что им это просто нравилось, но и для произведения определенного эффекта на людей. Это был мятеж напоказ. Это был не просто бунт против своего социального опыта как представителей рабочего класса, но и против попыток среднего класса ограничить этот опыт.

2.4. Сопротивление при помощи ритуалов

Определение субкультурных стилей через это положение приводит к двум социологическим тезисам:

1.  Субкультурный стиль относится к специфическому социальному опыту рабочего класса, а не только к общей для всех подростков заботе о групповой солидарности и их беспокойству о соблюдении моды.

2.  Это политический ответ на социальный опыт, который дает их стилистам некоторую власть над ситуацией, над способом противостояния властям.

Новая марксистская криминология прямо связывает преступность с классами через материалистический аргумент. Если у вас нет работы или плохие условия жизни, кража – самый подходящий способ достать денег и добиться престижа. Правда, при этом остается непонятным, чего же достигает подросток своей могиканской стрижкой? И если главное – это классовая позиция, то почему стили меняются, когда не меняются материальные условия? Что значит для молодого человека выбрать, кем быть –  бритоголовым или рокером? Проблема выбора между стилями связана в большей степени с символами, а не с материальными условиями жизни. Пытаясь объяснить причины того, почему символическое поведение становится формой сопротивления, ученые обратились к теории ярлыков. Но почему тогда те, кто наклеивал ярлыки, были столь плюралистичны в своих предположениях? Следуя этой теории, выбор форм поведения и стилей превращался в некое соревнование: те, у кого выше статус, наклеивают ярлыки на тех, у кого статус ниже. Как правило, те, кто наклеивает — это люди с социальным статусом и включенные в социальные и правовые институты (полиция, школа, закон, социальное обслуживание) — все они носители буржуазных ценностей.

2.5. Сопротивление и идеология

Именно в отношении к идеологии можно заметить наибольшее расхождение между американским и английским подходами к субкультурной теории в ее применении к объяснению преступности. Оба подхода согласны с тем, что девиантное поведение есть лучшая форма решения молодежных проблем. Майк Брейк считал, что «субкультуры возникают как попытка коллективного решения переживаемых проблем, возникающих из-за существующих противоречий в социальной структуре. Молодежь рабочего класса в современной социальной структуре находится в маргинальной позиции. Они уже сейчас теряют власть, статус и богатство, и они уже знают, что в будущем у них  тем более ограничен доступ к этим ценностям» (см. статью М.Брейк в разделе «Тексты»). Молодежная девиация, следовательно, – это способ генерирования альтернативных форм успеха и наград. И все же чтобы объяснить опасность, например, бритоголовых, мы должны объяснять не их материальное положение, а их культурные условия, их способы объяснения мира.

Английский подход отличается тем, что делает возможным анализ молодежных групп не с точки зрения их зарплаты или возможности найти работу, а с точки зрения изменения идей молодежи, форм их досуга и стилей. Скрытая функция субкультуры – решение, пусть и магическое, тех противоречий, которые возникают в родительской культуре. Последовательная смена и преемственность субкультур, которые создают противостояние этой родительской культуре, можно изучать как многочисленные вариации одной центральной темы — противоречия на идеологическом уровне между пуританством традиционного рабочего класса и новой идеологией потребления. Для С. Коена главным было определить конкурирующие системы смысла морали среди молодежи в послевоенный период: рабочий класс акцентировался на важности солидарности рабочих, важности сообщества и семейной жизни, средний класс акцентировался на возможности образования и индивидуальных амбициях, медиа всегда фокусировались на потребительстве.

2.6. Концепция гегемонии

Аргумент сопротивления через ритуалы основывается на понятии гегемонии. Это понятие впервые было предложено итальянским марксистом Антонио Грамши в 20-е гг. Гегемония означает лидерство или доминирование. Цель — уделить внимание роли культурных институтов (церкви, семье, закону, образованию, искусству, медиа) и тому, как посредством них организуется система власти в классовом обществе. Грамши считал, что в капиталистическом обществе буржуазия является правящим классом не только потому, что она контролирует «репрессивные» силы государства и является собственником экономического производства, но также и потому, что она влияет на гражданские институты, на то, каким образом люди организуют свою частную жизнь, на их миропонимание и те способы, с помощью которых они понимают различные ситуации, определяют, что правильно, а что - нет, что можно, а чего — нельзя, что естественно, а что — противоестественно. Гегемон навязывает свою идеологию, свою особую организацию ценностей, веры и символов, а следовательно, и классовый конфликт; он включается в борьбу за идеи так же, как и в борьбу за государственную власть и экономические ресурсы. Из этого следует, что идеологическое сопротивление есть ключевая форма политической активности людей, которые убеждены, что существующее социальное устройство не является необходимым и неизбежным. Девиантные молодежные стили в этой интерпретации действительно выступают реальной угрозой правящему классу, потому что отрицают доминирующие идеи, поэтому-то они и провоцируют панику.

Таким образом, субкультуры — это не просто идеологические (по Коену) конструкты. С их помощью молодые люди стремятся отыграть этот мир, отвоевать для себя культурное пространство в соседстве и в социальных институтах, реальное время для отдыха и досуга, нужное им место на улицах и в подворотнях. Субкультуры помогают молодым  выделить и присвоить себе территорию в округе. Они фокусируются вокруг ключевых возможностей социального взаимодействия: выходные дни, диско, путешествия на каникулах, ночной выход в центр и т.д.

2.7. Субкультуры и стиль

Сами панки и бритоголовые вряд ли вам скажут о своем стремлении к завоеванию некоего культурного пространства, потому что разрыв между абстрактным теоретическим описанием стилей и реальностью невероятно велик. Молодые люди не говорят о сопротивлении на идеологическом уровне или «магическом исправлении общества». Часто теоретики молодежных субкультур находят в них то, чего там попросту нет. Для социологов всегда было характерно праздновать молодежную девиацию, восхищаясь своей лояльностью к волнениям, переживаниям уличной жизни (особенно если ученые сами проводили этнографические исследования), забывая о болезненных проблемах улиц. Возможно, это происходит еще и потому, что большинство социологов — сами выходцы из среднего класса. Для американских теоретиков деликвентности это означало романтизацию бандитской, преступной жизни.

В большинстве своем субкультурные теории основываются на семиологии, науке о знаках и символах. Прежде всего, теоретики опираются на известные труды  французского семиолога Ролана Барта, чьи работы были полны вызывающих мыслей, намекающих на что-то непристойное, комментариев о «знаках» и «символах» повседневной жизни. Важность одежды «на людях», смысл рекламных объявлений, подтекст имен и слов, формы, например, машин — все это, как он полагал, социально сконструировано, даже если мы считаем это само собой разумеющимся. Как подобные образы зависят от культурной организации их элементов, резонанс которых идет от их смыслов в другом окружении, и кто его воспринимает, как эти образы зависят от того, насколько они контрастны противоположным «знакам» и «символам» вот что важно. Так, например, короткие волосы (просто их отсутствие) у бритоголовых частично выходят из других образов коротких волос (армейский рекрут), частично — от противопоставления длинноволосым (хиппи). Эффект и воздействие субкультурных стилей в целом зависят от «bricolage» — термин, означающий некое собирание в единой униформе «смыслов», полученных из всех видов контекста. Свастика идет от нацистской униформы к панковским мочкам уха, молодежная солдатская куртка без рукавов идет от флагового шеста к Т-образным майкам бритоголовых и т. д.

Молодежные субкультуры воспринимают «смыслы»: от респектабельного общества (пиджаки и галстуки модов); от общества с сомнительной репутацией (например, символика нацизма); от коммерческой подростковой культуры. Затем они переконструируют их в образы, которые шокируют не только потому, что они необычны, но и потому, что привычны, а следовательно, грозят нарушением стабильности, поскольку используют отчасти привычную символику, но совсем в непонятном, а потому  угрожающем контексте. Девиантное использование одежды действительно имеет форму вызова доминирующему общественному согласию и сексуальным условностям. В соответствии с субкультурной теорией молодежные формы являются сопротивлением не потому, что они сознательно желают нанести урон «буржуазной идеологии» (хотя и это тоже), а потому, что использование социальных знаков наделяет их (пусть и символически) чувством  контроля над своей жизнью, через свой стиль они привлекают внимание не только к себе, но и к противоречиям в доминирующей идеологии.

2.8. В чем смысл субкультурной теории

Можно суммировать аргументы субкультурной теории следующим образом: молодежные группы используют свою собственную территорию власти — свое свободное время, сами, выбирая действия против своей судьбы. Их реальная ситуация (неудачи в школе, безработица, отсутствие будущего) на одном уровне допускаема ими, поскольку с этим ничего нельзя поделать, на другом же уровне это отвергается ими. Девиантные стили демонстрируют и символизируют отказ принять доминирующее мнение об их позициях. Молодежные субкультуры способны действовать лишь силой своего обаяния против скуки и собственного безвластия над каждодневной рутиной. Но подобная магия символов имеет и свои последствия: нужна специальная идеология для поддержания этого социального механизма в рабочем состоянии. Субкультурный подход, конечно же, очень запутан, в нем много марксистского, но он был достаточно популярен в английской социологии молодежи. Субкультурная теория опирается на очень ограниченную эмпирическую базу. Часто молодежные стили исследуются через способы, которыми на них уже были навешены ярлыки — по медиа источникам, анализу прессы, реакциям взрослых, моральным паникам.

«Сопротивление», демонстрируемое субкультурами, может быть и определенным преувеличением социологов, сконцентрированных на наиболее эффектных аспектах молодежной культуры (тех, которые интересны медиа и рекламе). В молодежной культуре есть и элементы сопротивления, и элементы объединения, корпорации (некоторые субкультуры выглядят сверх конформными по отношению к  доминирующим нормам в своих откровенно расистских и сексистских позициях).