• Название:

    Fr. Darchiel Попытка комментария на Символ Ве...

  • Размер: 0.09 Мб
  • Формат: DOCX
  • или


Fr. Darchiel

ПОПЫТКА КОММЕНТАРИЯ НА СИМВОЛ ВЕРЫ

2010 e.v.

Введение

Размышляя над Символом Веры Гностической Католической Церкви, я все больше и больше удостоверяюсь в том, что этот текст является в некотором роде квинтэссенцией как собственно многообразной традиции Телемы, так и всего эзотерического опыта человечества, являя собой выражение Универсальных Идей, лежащих в основе всех мистических и магических доктрин и концепций.

Я не первый, в том числе и на русскоязычном пространстве, кто предпринял попытку написать комментарий к данному тексту; и, надеюсь, не последний, ибо глубина смыслов нашего Символа Веры поистине неисчерпаема.

Следует отметить, что традиция Телемы является достаточно гибкой и предполагает свободу от догм, с целью не допустить ошибок доктрин Старого Эона, хотя и обладает своими каноническими тестами и ритуалами. Поэтому, сразу хотелось бы обратить внимание благосклонного читателя на то, что данный комментарий является одним из возможных воззрений на учение Гностической Католической Церкви и ни в коей мере не представляет собой покушение на право любого телемита понимать и толковать данное учение иначе, нежели будет написано здесь.

Можно долго спорить на тему – является ли Телема религией или нет; можно долго разбираться насколько уместно употребление термина «религия» по отношению к нашей Традиции…Однако мы все же оставим рассмотрение этих важных вопросов за пределами нашего исследования. Все же, мы полагаем, что наша работа поможет любезному читателю открыть для себя новые горизонты понимания теологических и философских аспектов учения Телемы.

Как бы то ни было, остается фактом то, что после 1904 года e.v., нам, людям, рассматривающим магию как приоритетный вид духовного совершенствования, вовсе не обязательно втискивать свое мировоззрение в прокрустово ложе авраамических религий (чего были лишены наши предшественники в Старом Эоне), и вовсе не обязательно исключительно из бунтарских побуждений нашего эго ударяться в «язычество», отрицая достижения иудео-христианской цивилизации в рассмотрении взаимоотношений Макрокосма и Микрокосма. Наш Пророк очистил черные ритуалы старого времени и дал нам закон «Делай, что изволишь!» Теперь у нас есть своя Церковь, своя Литургия и свой Символ Веры, но при этом мы располагаем и бесценным эзотерическим опытом разных цивилизаций и культур, который может и должен помочь нам в постижении и в становлении нашей убежденности в метафизической истинности содержания наших святых Книг и Ритуалов.

«Другие образы собери вокруг меня, чтобы содействовали мне; да будет всем поклонение, ибо они должны объединиться, чтобы возвысить меня» - говорит манифестация Высшей Силы в нашей Книге Закона (III:22).

Мы последуем данному указанию и будем пользоваться различными духовными инструментами с целью глубже и лучше рассмотреть содержание учения Телемы на примере телемитского/гностического Credo.

При поверхностном взгляде, понятие Знание (Гнозис) давшее название Церкви, не совсем совместимо с понятием Веры, как таковым. Однако, я полагаю, что это, всего лишь очередной штамп, навязанный нам позитивистским мышлением, как многие идеи Старого Эона, претендующим на обладание истиной в последней инстанции. Вопрос первичности веры или знания также стар, как вопрос о первичности яйца или курицы. Без веры в возможность познания познавательный процесс как таковой был бы невозможен. С другой стороны знание чего-либо подтверждает убежденность, которую также можно назвать верой, в истинности того или иного явления.

Вера – это почва, из которой произрастает Древо Познания, в которую оно пускает свои корни, чтобы стремиться все выше и выше, к новым сферам бесконечной вселенной, еще непознанной, но потенциально познаваемой…С одной стороны две модальности постижения мира – веру и знание – можно соотнести с Божествами Книги Закона, если Веру можно соотнести с Хадитом, абсолютно непознаваемым началом, то Знание – с Нюит, потенциально познаваемым началом… Но это одна из граней. С другой стороны, можно указать на более простое, и в какой-то степени даже противоположное соотношение: Вера – сфера компетенции Церкви, как экзотерического института, а Знание – сфера компетенции Ордена, как института эзотерического.  Тем не менее, считается, что Гностическая Месса, при всей ее экзотеричности и при том, что она является  публичным ритуалом, является ключом к тайнам всех степеней О.Т.О.

Знание начинается с веры, и завершается верой, только это уже иная вера, к которой более приме6имо слово уверенность.  Жрец начинает свой путь на западе Храма, на запад  Храма он и возвращается, но уже не как простак, но как Царь, способный наделять добродетелями Братьев.

Итак, наша Месса, гностическая, т.е. представляющая собой символическое отображение процесса познания себя, вселенной и/или Абсолюта, фактически начинается с провозглашения веры, как первого шага, как преодоления страха неизвестности, как первого выражения доверия Священному Ангелу-Хранителю, ведущего нас по пути познания… Она начинается с Символа Веры. 

Как бы ни относились к христианству наши  Братья и Сестры, тем не менее, вряд ли стоит отрицать факт того, что Кроули, создавая Символ Веры EGC, наделяя его безусловно телемитским смыслом, все же отталкивался от формы Никейского Символа Веры.  Вряд ли это должно нас смущать, поскольку черные ритуалы Старого Эона очищаются для плодотворного служения в Новом Эоне.

Однако помимо различного содержания двух текстов, есть и различия в форме построения текста. Т.е. относительно своего христианского предшественника, телемитский Символ Веры обладает рядом характерных особенностей, которые Кроули включил преднамеренно, или случайно… Однако, вряд ли в этом мире что-либо происходит случайно…

ОБЩЕЕ РАССМОТРЕНИЕ

Итак, ключевым словом Символа Веры является слово «Верую» (в оригинале англ. I believe). Ставшее крылатым выражением латинское слово Credo, отражающее в современном лексиконе многих языков квинтэссенцию убеждений человека, также во многом восходит к тексту символа веры и в свою очередь может расширить наше понимание использования слова «Верую» в данном тексте, где оно не обязательно должно иметь ту же окраску, которую оно имеет в упомянутом христианском тексте.

Для начала взглянем на это слово в Символе Веры… Где его место? Сколько раз оно повторяется и почему, и в каком контексте?

Например, в Никейском Символе, оно фактически стоит лишь в начале и подразумевается далее по тексту вплоть до слова «исповедую». В телемитском/гностическом Символе оно повторяется шесть раз: пять раз в начале и один раз в середине предложения. В общем же оно подразумевается десять раз – что вполне вероятно может указывать на 10 сфирот; что же касается числа 6 – то это с одной стороны число Солнца, как символа проявленного Абсолюта, с другой стороны – это числовое значение буквы Вав, что в Тетраграмматоне указывает на сына, т.е. опять же на проявленный Абсолют, также очевидно соответствие буквы «вав» Аркану Иерофант, плюс «вав» - это, иероглифически,  рыболовный крючок как символ соединения и привлечения – что находит свое отражение, например, в египетском жезле, имеющем форму крюка, который держал фараон в правой руке (в другой руке он держал плеть,  эти два атрибута вполне могут быть соотнесены с колоннами строгости и милосердия в Каббале, как два базовых символа для притяжения и отталкивания, церковь как экзотерический институт больше представляет принцип привлечения и притяжения, Орден же как эзотерический институт предъявляет больше требований и вступление в него связано с рядом суровых испытаний, что вполне соотносимо с колонной строгости, при всей неоднозначности и того и другого), размышление над символом рыболовного крючка в этом контексте может навеять также аллюзии на евангельскую притчу о «ловцах человеков» как об объединении ранней христианской церкви, а также на различные сказки и мифы, где символика рыбы сопряжена с инициацией или же с передачей того или иного знания (Адапа, Оаннес и т.д.); следует также вспомнить и то, что «вав» в иврите и практически во всех других семитских языках – это соединительный союз, который вполне может служить выражением конъюнкции неких противоположных элементов, или же собирания воедино неких разрозненных элементов чего-то однородного.

Но вернемся к слову «верую»… Кажется, что употребление его в определенных местах несет и определенную смысловую нагрузку и акцентирует наше внимание на конкретных, символически-значимых частях текста.                       

Первый акцент относится к Единому, Тайному и Невыразимому Господу (т.е. первичному принципу бытия),, и далее тот же акцент – к Звезде (т.е. монаде, либо же идее проявления/проявленности упомянутого принципа), к Хаосу (творческий, оплодотворяющий принцип, как следствие проявленности), к Воздуху (уместно соотнести с Духом Божьим, носящимся над водами океана первоматерии  из Книги Бытия, т.е. дыхание жизни, т.е. энергия, движение и принцип переноса творческой энергии).

Следующий акцент относится к Земле и к лону Бабалон, т.е. указывает на иньский/женский/лунно-хтонический принцип. Это и есть та первоматерия (изначальный океан Нун египетской мифологии), мать форм, воды над которыми кружит творческий принцип упомянутый выше.

Следующие акценты менее универсальны, но более конкретны. Третий акцент – Бафомет, он же – Змей и Лев, т.е. Хнубис, демиург (Бафомет также характеризуется как принцип материализации Элифасом Леви), видимое Солнце. Бафомет, выступает здесь как принцип материализации первичного божественного принципа, прошедшего через воды океана первичной субстанции.  Бафомета же можно воспринимать и как  символического главу Церкви.

Далее следует собственно Церковь, как модель мира с одной стороны (вспомним соответствие Храма и Древа Жизни) и как чаша принимающая силу, излучаемую Бафометом, символическим царем мира.

При таком взгляде на первые четыре акцента естественно напрашивается аналогия с формулой Тетраграмматона.

Но мы следуем далее: «Верую в общение святых». На что может указывать пятый акцент?  Возможно на некий принцип объединения и реализации формулы Тетраграмматона. Духовную искру,  то которой зажигается пламя теофании, богоявления – прообраз вечного огня, поддерживаемого в храмах различных традиций древности – принцип Шин, буквы, венчающей Пентаграмматон, принцип Человека-Теурга, постигающего Абсолют во всех его манифестациях. Это – Человек, без которого манифестация Тетраграмматона не имела бы смысла, т.е. потенциальный носитель всей полноты Абсолютной Истины. Не потому ли говорится «Нет бога кроме человека», ведь в апофатическом смысле – Бога действительно нет, но он может быть, благодаря человеческому принципу, огню (Шин) человеческой воли (Телема). И эта истина, откровение важности Воли, как основополагающего принципа богопознания – является первостепенной идеей теологии Нового Эона (шин/эон) Святые в данном случае выступают как люди, реализовавшие этот принцип в той или иной мере и форме, и как провозвестники нового Эона и принципов, лежащих в основе его философии.

И вот мы имеем уже символ Человека (Deus Est Homo), Человека.

Заметим, что все пять раз слово «Верую» находится в начале фразы. Последнее же – шестое – в середине. «Пятиконечная звезда с кругом в середине и круг этот красный».

Последнее «Верую», исходя из его контекста, соотносится с чудом Мессы, с причастием. Красное вино причастия, красное облачение Жреца, проходящего полный круг в ходе Мессы, и замыкающего цикл (*круг) причащения участников Мессы. Причастие же являет собой символическое выражение полной реализации Принципа Человека, слияние его индивидуальной души (Пентаграмма) с Вселенской Жизнью (Гексаграмма), приведение в соответствие индивидуальной води с Волей вселенной, или Бога, если угодно.

Таким образом становится очевидным, что последнее «Верую» выражает то самое предельное единство, которое воспевается на Стеле Откровения, в его явлении и преосуществлении. По сути вся цель и принцип Высшей Магии находят отражение в структуре текста Символа Веры.

Слово «исповедую» встречается в тексте два раза. Притом первый раз оно относится к некоему всеобщему принципу (ключевое выражение «мы совершаем чудо воплощения»), а второй раз – к индивидуально-монадному принципу, здесь уже «моя жизнь». Вполне можно усмотреть в этом указание на взаимодействие Общего/Целого и Отдельного/Личного – бракосочетание Нюит и Хадита, Абсолютного Объекта и Абсолютного Субъекта, которые в свою очередь объединяются в троичном лице (Хор-па-Краат +/= Херу-Ра-Ха +/= Ра-Хор-Хуит)   Единого Солнечно-Огненного Бога = AUMGN. AUMGN. AUMGN.

Не вдаваясь в детали слова AUMGN, которые до нас были достаточно досконально освещены в работах Кроули, обратим внимание читателя лишь на некоторые вещи, представляющие, как мне кажется, особую важность в свете разбираемого нами текста. Гематрия слова AUMGN – как известно – 100, а его вполне можно рассматривать как принцип единства, т.е. единицы (1), которое являет собой лицо (поскольку стоит в начале)  соединения двух Ничто (Нюит + Хадит), громоподобное AL, порождающее вселенную от соединения двух LA.  AUMGN/100 повторяется трижды как бы указывая на гематрию 300 – числовое соответствие буквы Шин, которая сама является тройной буквой с единым основанием, указывает на огненную природу Гора и его Эона, а также соответствует карте Эон по Таро Тота.

В свете этого не следует оставлять и без внимания троекратное повторение словосочетания «Тайное Тайных»,  т.е. как бы два уровня Тройки – с одной стороны – это упомянутая тринитарность Ра-Хор-Ху, и с другой стороны – указание на триаду Сил, лежащих в основе мироздания – Нюит, Хадит и Ра-Хор-Хуит. Если угодно, это – два треугольника, т.е. снова Гексаграмма, которая буквально принизывает наш Символ Веры.

«В образе Шестиконечной Звезды, сверкающей сквозь пустой свод, позволь мне раскрыть твое совершенство»  - пишет Пророк в Liber Ararita. И совершенство это поистине раскрывается, оставаясь при этом скрытым в строках Символа Веры.

ДЕТАЛЬНОЕ РАССМОТРЕНИЕ

Верую во Единого, Тайного и Невыразимого Господа.

Итак в первой строке мы выражаем то, что веруем в Господа (Lord). Кто есть этот Господь? Очевидно – это Наивысшая Сила, которую каждый, конечно же, понимает и славит по своему. Пожалуй, это и есть тот самый Великий Архитектор Вселенной, единый для всех мировых религий и духовных философий. Это – Абсолютная Истина, Абсолютная Идея, свет которой преломляется в каждой отдельно взятой монаде, но при этом постигается во всей своей полноте в результате того, что принято называть мистическим опытом, самадхи и т.п.

Автор данной статьи полагает, что в Телеме почитается тот же основополагающий Принцип, Бог, если угодно, что и во всех остальных религиях, только идем мы к Его постижению сообразно нашему опыту и разумению, основываясь при этом на системе, данной нам на заре Нового Эона.

При упоминании Абсолюта, как Господа, в первой строке указываются три свойства, очевидно максимально характеризующие Его, и дающие нам наибольшую возможность постичь Его природу:

Единство. Это то самое предельное единство, о котором говорится в тексте Стелы Откровения. Взаимосвязь всех явлений проявленного мира возможна благодаря Единому Принципу, лежащему в их основе. Этот Принцип присутствует в любой песчинке на берегу моря, в любом сиянии далекой галактики, в организме каждого живого существа. Меня по правде говоря удивляет выступление некоторых телемитов «против монотеизма», принципиальное стремление охарактеризовать высшую силу как Богов, но не как Бога. Ничего не имея против той позиции, что за каждым явлением воспринимаемого нами мира стоит определенная духовная сущность, и то, что этих сущностей может быть немалое количество, я бы все-таки хотел отметить, что все эти силы, называемые богами, гениями, духами, а равно и наше общение с ними существует благодаря единому принципу, бесконечному и безначальному. И этот принцип лишен какой бы то ни было антиномии. Даже, уместнее было бы сказать, что антиномия – это лишь одна из возможных форм составе его предельного единства. Разве не является основой алхимической конъюнкции номинальное единство соединяемых в ней элементов? Чтобы стать богом магу необходимо объединить в себе все, смешать все со всем и тем самым перестать быть этим всем… Вся магия как наука построена на концепции вселенной как единого организма, а как же может быть разделен и не един принцип, лежащий в ее основе? Если бы этот принцип был разделен – то любая магическая операция, любая конъюнкция была бы либо невозможной, либо лишенной всякого смысла. Разделение суть иллюзия нашего ограниченного разума, разделение/антиномия – лежит в основе нашего восприятия этого мира, но не в его Основе, к проявлению которой в храме нашей жизни, мы стремимся, совершая магические операции.

Приведем несколько цитат из известного исследователя масонства Ч.У. Геккерторна: «На каком познании основывалось учение мистерий? На началах происхождения всех вещей, общем состоянии, возникновении и ходе природы, вместе с единством, преобладающим на небе и на земле. Несколько лет назад это провозгласили с громким трубным звуком, как новое открытие, а между тем такой древний автор, как Гомер, уже говорит в 8 книге «Илиады» о золотой цепи, соединяющей небо и землю… невидимом, всепроникающем, всесвязующем влиянии, называемом различными именами», и далее, не выходя из концепции классического платонизма, тот же автор пишет: «Везде вокруг нас мы видим доказательства всепроникающей жизни, поэтому мы должны допустить, что есть всемирная, всемощная и вседержательная жизнь. За или над первобытной жизнью, составляющей основу этой системы виден «Неизменный Двигатель»».

Признание единого принципа, лежащего в основе всего – ключ ко всякой магии и ко всякому оккультному знанию. (И те религиозные системы, которые стараниями «авраамитов» представлены многим нашим современникам как политеистические, по сути были не дальше от понимания Единства Абсолюта, нежели авраамические. Для подтверждения этого можно, например, обратиться к исследованиям У.Баджа в области религии Древнего Египта, или же почитать классиков античной философии.)

Мы можем, конечно, взывать к Осирису по египетскому обряду, а к Христу по христианскому; мы в процессе нашей работы обращаемся к Венере и Юпитеру, к Тахути и Хатхор. Но при этом для успешности нашей операции нам следует помнить, что все эти боги и идеи, выражаемые ими – лишь лучи от лица Единого – и обращения к ним требует наше стремление обрести единство в себе, чтобы постичь этот принцип в той форме, которая доступна нам на этом отрезке нашего кармического пути.

Боги и даже смерть трепещут пред лицом Единого Бога, как мы можем судить из текста Стелы Откровения. А идея Абсолютного Единства, на мой взгляд, выражена и в Книге Закона, и столь шокирующие многих «богохульства» (III:49-54) не являются ли очередным напоминанием периодически впадающему в невежество и идолопоклонство человечеству одной из основных истин единобожия – «не сотвори себе кумира»? Люди сделали объектом своего поклонения Иисуса, Мухаммеда… они сотворили себе кумиров из основателей своих религий и догматов своих церквей, перестав видеть за догматами одну простую истину – Единство Бога, Мира, Человечества… Поэтому они готовы перегрызть глотку любому, кто позволит себе придерживаться иных точек зрения нежели они. Исходя из этого становится ясным ход мысли Великих Учителей, избравших пророком Нового Эона человека, из которого было бы весьма тяжело, да и не нужно делать себе кумира.

Раз уж мы заговорили о Единстве Абсолюта, но нельзя не упомянуть о настоящем гимне этой идее – Книге Арарита, эпиграфом к которой взяты наиболее четко выражающие эту идею строки из Корана (Сура 112): «Скажи: Он – Аллах – един, Аллах, вечный (неизменный); не родил и не был рожден, и не был Ему равным ни один!». И Книга эта подводит нас к постижению того, что находится за пределами Слова и Дурака, т.е. Хохма-Логоса, начала проявления Абсолюта, и пути Алеф, первичного вихря Абсолюта, делающего это проявление возможным.

Следующим свойством приписываемым Господу является то, что выражается словом «Тайный». Бытие Бога есть Тайна. Тайна представляет собой нечто скрытое, но потенциально доступное, пусть и в результате титанических усилий. Тайна есть нечто неизвестное, но вместе с тем могущее быть познанным. Тайна бытия Бога и Его проявления может быть сокрыта и открыта как в наблюдении за явлениями природа, так и в размышлении и прозрениях о том, что лежит за пределами этой природа. Немаловажным, с точки зрения Каббалы является и раскрытие тайн Абсолюта через анализ известных человечеству Его имен.

Здесь бы мне хотелось остановиться на некоторых наблюдениях, проведенных в результате вольного анализа того имени, которым называется Абсолют в нашем Символе Веры. В той версии, которая вышла из под пера Кроули, Абсолют обозначен словом Lord (Господь). Наш Мастер любил записывать английские слова буквами иврита с их последующим каббалистическим анализом. Последуем и мы его примеру.

Здесь может быть два варианта записи этого слова:

ל ו ר ד
И
ל ע ר ד

Попробуем истолковать их исходя из иероглифических значений букв иврита и их соответствий по Таро. Итак, Ламед – Modus Vivendi (как бычье стрекало), представляющий к тому же принцип равновесия (Аркан VIII) – «что в верху, то и внизу». Если Ламед – бычье стрекало, то бык, как известно, – Алеф, начало начал, первичный вихрь. У этих букв вообще очень интересные взаимоотношения. Эти буквы образуют два самых простых и изначальных имени Бога: апофатическое LA и катафатическое AL. Ламед в данном случае можно понимать как некий необъяснимый и невыразимый принцип, стоящий за первичным вихрем и к тому же являющий собой совершенное равновесие.

Вав, следующая буква, - крюк (наряду с толкованием «гвоздь»), элемент зацепления, т.е. по сути соединения (также, это соединительный союз в семитских языках). Он же – Иерофант, т.е. соединитель низшего с высшим. Думаю, не будет лишним сопоставить Ламед-Вав сатрибутами правителя Египта, плетью (как стрекало) и крюком (которые в этом контексте могут представлять собой центробежные и центростремительные силы, колонну Строгости и колонну Милосердия). Нисхождение Силы, символизируемое стрекалом, предполагает возвращение к источнику этой силы, что символизируется крюком.

А вот и сам фараон, держащий атрибуты, и вместе с тем представляющий и уравновешивающий два этих принципа – Реш-Солнце-Голова, Логос, Нус…

И, наконец, Далет, дверь… Ассоциации – Врата Сущего Бога, Бабалон, невеста Правителя, объединяющая в чаше все элементы Мистерии; одухотворяемая и одухотворенная материя, вселенская жизнь, проявленная в многообразии форм воплощенных существ.

Но вернемся к слову Тайный. Как было сказано, тайна – это нечто скрытое, но потенциально познаваемое. Покрывало Исиды, приоткрывая которое можно увидеть основу Вселенной. «И все же она будет познана, а я – никогда» (AL II:4). Эти строки Книги Закона наталкивают на мысль, что Тайный Господь – это характеристика Нюит. А Господь Невыразимый – Хадита.

Хадит, как Абсолютный Субъект – невыразим. Будучи выраженным так или иначе, он уже превращается в Объект, в познаваемое, в одну из звезд в бесконечном теле Нюит, которую наблюдает все тот же невыразимый не-существующий в центре. Поэтому «там где я, Бога нет»

Бог Телемы, как отсюда следует – это Единство, или священный брак Абсолютного Объекта и Абсолютного Субъекта. На плане Божественного – они неразрывны. На низших планах – они разделены «ради возможности единения», поэтому Единство Троичности (Субъект, Объект и собственно Единство как дитя их брака) и Троичность Единства может восприниматься нами как парадокс. Поэтому Единство Бога – это не столько факт, сколько результат Великой Работы. Единство Бога – это не вопрос веры и убеждения, это вопрос Воли – это награда за труды, сияние которой можно узреть на какие-то мгновения, находясь в состоянии, которое в индийской традиции принято называть Самадхи.

И напоследок, хотелось бы еще раз сказать о неслучайности использования слова Господь, вместо слова Бог (как например у Ройсса), Всевышний или какого-либо еще. Возможно, что это калька с ивритского имени Адонай, которое сопоставляется обычно со сфирой Малкут. Это может указывать на то, что Церковь, как институт земной, или передающий земле свет от лица Всевышнего, обращается к Нему по Его имени в Малкут.

И в единую звезду в сонме звезд, из огня которой мы созданы и к которому возвратимся.

Данная строка являет собой переход от апофатической части символа, ко всей остальной, катафатической. У этой строки, также как у всего текста Мессы может быть не один уровень прочтения.

Исходя из всего текста Мессы, можно предположить, что речь здесь идет о Солнце, Господе «данном нашим глазам и чувствам». Во многих религиях и мифологических системах верховное божество часто отождествлялось с Солнцем, в котором древние видели источник света и жизни на земле, что понимаем и мы, современные люди, поскольку без солнца жизни на нашей планете, да и нашей планеты в принципе могло бы не быть.

В катафатическом смысле, Солнце, пожалуй, является таким природным объектом, который в наибольшей мере выражает идею божества. Оно проявляет себя через эманацию, оно является творческим началом для всей жизни на земле и все попытки описать проявляющегося для сознания Бога, Первоисточник эманации, Айн Соф Аур, сводятся к его уподоблению Солнцу. Человеческая душа, поднимаясь из Малкут к невыразимому Кетер, так или иначе проходит через Тиферет, т.е. прежде чем познать Единого его Тайном и Невыразимом аспекте, воспринимает его как свет звезды, как свет Солнца.

Описывая Божество в его проявлении, образ звезды, используемый в этой строке, каббалистически соответствует либо Хохме, как проявленной Верховной Божественной Личности (выражаясь языком Бхагават-Гиты), Творцу Объективного Мира, либо же Тиферет – Богу, проявленному в монаде, в личности, Творцу Субъективного Мира («Каждый мужчина и каждая женщина – звезда», I:3), если угодно… И та и другая сфиры непосредственно исходят от Кетер, т.е. Бога в том аспекте, что подразумевался в первой строке Символа.

С одной стороны, Солнце, как верховная из планет, в различных магических и астрологических системах использовалась для описания ключевого, основополагающего принципа – другими словами, Божественного источника силы, от которого остальные небесные тела получают то, что им положено, и в полученном виде передают это на землю. Эта идея очень ярко выражена в авестийском гимне к Солнцу: «Когда Солнце светит, стоят божества все, сотнями тысяч, и счастье вбирают» (Хуршед-Яшт) (что частично перекликается по смыслу с упомянутым выше текстом Стелы Откровения, который мы произносим во время ритуала по Либер Реш). «Из светил Я – лучезарное Солнце», говорит Кришна от лица Абсолюта в Бхагават-Гите. В данном случае вполне очевидно, что образ Солнца используется в качестве характеристики Верховной Божественной Личности. Сюда же можно отнести и египетские образы Ра, и позднее – Атона.

С другой стороны, имеет место отождествление с Солнцем богов-посредников, богочеловеков, которые одновременно имеют природу как смертного человека, так и Верховного Божества. Здесь можно вспомнить Митру, Кришну, Осириса, Диониса, и наконец, Иисуса. В таком контексте символ солнца и звезды можно рассматривать, также как символ богоявления, но как явления безбрежного океана божественного сознания в некоем индивидуальном и ограниченном во времени, т.е. смертном бытии (поскольку солнце, хоть и выражает сияющую природу божества, тем не менее, подвержено влиянию временных циклов – оно «рождается», «восходит на пик славы», «стареет» и «умирает», чтобы возродиться вновь). В таком случае Господь проявляется через монаду, «звезду в сонме звезд», т.е. потенциально в каждом мужчине и в каждой женщине, из числа таких же людей. Звезда, являющаяся точкой света на темном ночном небе вполне закономерно отождествляется с сознанием, а сознание формирует личность. Это может означать также, что Бог потенциально проявляет себя в каждой личности, а также то, что постижение Бога есть сугубо индивидуальный, личный и интимный процесс. У каждой личности свой САХ, свой путь к Единому. И Единый проявлен в каждом индивидуальном сознании как Хабс – дом невыразимого Хадита, монада, ядро сознания, которое проявляется в виде конкретной личности в определенной точке времени и пространства, и в которое эта личность сворачивается, пройдя свой путь воплощения, до следующего воплощения на этой земле, или где-либо еще.

И в единого Отца Жизни, Тайное Тайных, имя же его Хаос, единственного наместника Солнца на Земле.

Следующая стадия проявления Абсолюта названа здесь Хаосом. В современном, так скажем бытовом, смысле это слово обычно используется в качестве синонима слова «беспорядок», что имеет под собой основу из воззрений некоторых поздних римских философов на Хаос, как на ряд разрозненных элементов, предшествующих формированию упорядоченного космоса. Однако ранняя античная мысль, собственно предложившая это слово, и разработавшая его концепцию, акцентирует наше внимание на понимании Хаоса, как первичного творческого принципа, формирующего космос из разрозненных элементов. Так, например, Гесиод в своей «Теогонии» проводит достаточно четкое разграничение между понятиями Хаос и Тартар, упоминая и то и другое, наряду с Геей и Эросом, в качестве первопотенций. Собственно классическое толкование понятия Хаос – это обозначение непостижимого творческого начала; с Хаосом у орфиков напрямую отождествляется мировое яйцо, породившее из себя весь мир; началом всякого бытия называли Хаос и досократики. Классическое понимание Хаоса, как творческого и изначального принципа жизни, имеет место и у позднеантичных философов (несмотря на получившее уже в то время использование этого термина как характеристику «пустого пространства» или «множества разрозненных элементов»), так например Прокл в комментарии к «Государству» Платона говорит об «Умопостигаемом Хаосе», как об исходном пункте всех эманаций и как о той конечной точке, к которой возвращаются все эманации. Называя Хаос «Отцом Жизни», Кроули, очевидно отталкивался от классического понимания этого слова.

Возвращаясь собственно к тексту Символа Веры, нельзя не отметить то, что Хаос назван здесь «наместником Солнца», т.е. находится как бы в подчиненном положении относительно принципа Единства, Индивидуальности, Сознания, Божества, в конце концов – всего того, символом чего является Солнце, образ которого мы разбирали выше. Т.е. автор Символа Веры, возможно, хотя и придерживается классического понимания Хаоса, как Всеотца, но тем не менее ставит его после «Единого, Тайного и Невыразимого» и после проявленной Верховной Божественной Личности, символизируемой Солнцем.

На целесообразность такой иерархии, возможно, указывает и Книга Закона. «Хабс в Ху, а не Ху в Хабс», «Чтите же Хабс…». В своем комментарии к восьмому стиху Ш Главы Пророк пишет: Эта "Звезда" или "Внутренний Свет" - первоначальная, индивидуальная, вечная сущность. Ху - магический покров, который он плетет для себя, "форма" для его Сущности Вне Формы, используя которую он может приобрести опыт посредством самосознания…и далее: Ху - первый покров, намного более тонкий, чем разум или тело, и более истинный, его символическая форма зависит от природы его Звезды. Итак мы имеем Хабс – свет божественной Сущности, который первичен по отношению к Ху, творческой силе Сущности. Кстати, несмотря на всю фантастичность такой этимологии, как-то сама собой напрашивается гипотеза о происхождении греческого слова Хаос от египетского слова Ху.

Тем не менее наиболее вероятным является происхождение слова «хаос» от греческого корня «ха», обозначающего разверзающееся пространство, зев и тому подобные понятия. И это проливает некоторый свет на концепцию Хаоса как некоей сферы охвата, творческого пространства Воли Божества, в котором содержатся все возможные формы. В каком-то смысле – это и есть форма для Божества, сущность которого в понятиях человеческого языка может быть охарактеризована лишь как свет. Достаточно ярко эта форма описывается, например, в Бхагават-Гите, где она называется Вселенской Формой, которая характеризуется как «высшая форма материального мира» (Сходная характеристика Хаоса содержится и у Платона – «чистая материя, самый факт существования тела, не зависимый ни от каких его реальных свойств»), где далее приводятся такие характеристики: «я вижу в Твоем теле много-много рук, чрев, ртов, простирающихся повсюду, без предела. Тебе нет конца, нет середины и нет начала».

Хаос – это сила, «мана», которой обладает божество и благодаря которой оно проявляется, действует и характеризует себя. Эта же сила присутствует и в нас, людях/звездах, потенциальных носителях божественности. Постигая свою истинную природу, и стремясь к ней, мы используем тот творческий потенциал, который есть в нас. Быть может на это намекают слова Ницше: «В вас еще есть Хаос, из которого родится танцующая Звезда». Звездная природа станет проявленной, когда магические силы будут осознаны и должным образом освоены. Хаос назван Тайной Тайн, поскольку постижение его есть предел человеческого познания, за которым простирается бесконечное и безначальное тело Нюит, Нашей Госпожи Звезд.

Переходя к следующей строке Символа Веры, хотелось бы отметить, что Еврипид характеризовал Хаос как пространство между небом и землей, отождествляя его со всепроникающим воздухом, субстанцией благодаря которой жизнь и взаимодействие воплощенных существ поддерживаются и обретаются.

И в единый Воздух, питающий все, что дышит.

Такая трактовка Хаоса Еврипидом, имеет определенное сходство с описанием бога Шу в Египетской мифологии, и, возможно, восходит именно к египетским представлениям. Помимо функции разделителя земли и неба, в ряде египетских мифов, Шу упоминается и как создатель земли и неба, как создатель верха и низа, и, следовательно, пространства со всеми его пространственными категориями. Верх и низ, представляющие собой гипотетические точку А и точку В, предполагают и гипотетическое движение от точки А к точке В и наоборот, а наличие расстояния предполагает наличие времени преодоления этого расстояния.

Таким образом, можно увидеть, что символ Воздуха, имеет за собой представления о некоем упорядочивающем начале (неспроста в западном оккультизме меч или кинжал, и другие подобные рассекающие орудия, символизируют стихию воздуха, а также разум, рациональное мышление и способность к анализу – это меч Мардука, разрубающего Тиамат, упорядочение вселенной, следующее за актом творения).

Другим аспектом символизма Воздуха является его отождествление с дуновением, дыханием, ветром, и как следствие с эманацией, с духовным продолжением воздействия Божественного Начала (примечательно однокоренное происхождение слов «дух», характеризующее в широком смысле нематериальную основу вселенной, и «воздух», так в иврите и в арабском языке слова «руах» и «рух» обозначают и ветер, и дух, в самом широком смысле этого слова, аналогичное соответствие обнаруживается в значении греческого слова «пневма», которое применяется в качестве обозначения дыхания, и вместе с тем обозначает слово «Дух» в классической античной философии, откуда оно позднее было заимствовано и христианской теологией для обозначения Святого Духа, по сути аспекта Единого Бога, единосущного или подобосущного двум другим аспектам).

Можно сказать, что веруя «в единый воздух», телемит верует в единый процесс эманации божественной силы, которую можно охарактеризовать как вполне упорядоченный процесс (так соотносятся идея эманации и упомянутая выше идея упорядочения духовного и материального миров). Среди телемитов особым признанием пользуется каббалистическая система осмысления эманации Божества, разделенная на десять этапов, или Сфирот. Каббалистическое Древо Жизни является, пожалуй, наиболее совершенной системой для описания процесса эманации и взаимоотношения между Духом и Материей, между Божеством и Вещественным Миром, примеры системы соответствия всех человеческих представлений о духовном мире Древу Жизни, достаточно ярко иллюстрируются Книгой 777 Алистера Кроули. Можно также сказать, что Воздух нашего Символа Веры, или Дух, обозначает все Сфирот и пути их соединяющие, располагающиеся между высшей – Кетер и низшей – Малкут. Он обозначает разделение Силы Абсолюта на колонны Строгости и Милосердия, и вместе с тем осуществляет взаимодействие между ними.

Воздух может рассматриваться в этом контексте как более конкретизированный образ Всеотца, следующий за Хаосом. Это Присутствующий в творении Творец, одновременно содержащий в себе все аспекты творения. Так Изумрудная Скрижаль Гермеса Трисмегиста, один из основополагающих и наиважнейших текстов западной традиции оккультизма, говорит о Сущем, которое ветер выносил в своем чреве, это же Сущее являет собой аналогичность процессов, происходящих наверху, т.е. в мире нематериальном, и внизу – в материальном мире.

Воздух в рассматриваемом нами тексте назван также питающим все, что дышит. Воздух можно назвать символом творческого принципа монады (Солнца), и/или творческого принципа сферы творчества монады (Хаос). Также его можно охарактеризовать как принцип передачи идеи или взаимодействия. Питание предполагает поддержание жизни и стимуляцию роста/развития (притом как в физическом смысле, так и в моральном, пример, русское слово – «вос-питание»). Таким образом, творение может быть рассмотрено не как единичный и одномоментный процесс, но как продолжительный и даже, возможно, бесконечный процесс генерации новых идей и форм для этих идей, а также поддержания возможности существования этих идей. Воздух – это и обозначение праны, изначальной энергии, пронизывающей всю материальную вселенную, и акаши – ее информационного поля

Рассмотрев начало Символа Веры, можно увидеть, что в его схему вполне укладывается и креационистская концепция Единого Сознательного Начала вселенской жизни, и пантеистическая концепция Всепроникающего и развивающегося со всеми формами жизни Божественного Принципа, который обеспечивает взаимодействие разных элементов вселенской жизни.

Абсолют охарактеризован здесь четырьмя иерархически следующими друг за другом принципами:

1) Непознаваемый, апофатический Абсолют (Господь)

2) Потенциально познаваемый индивидуальный катафатический принцип проявления Абсолюта

3) Принцип проявленного действия Абсолюта (Хаос)

4) Принцип возврата действия проявленного (взаимодействия), продолжения действия, расширения (здесь уместна аналогия с теорией постоянного расширения вселенной), образ Творца в зеркале материи, дробящийся в бесконечном множестве граней этого зеркала, которое суть одно, образ жаждущий воссоединения со своим Источником, восхождения к своему Прообразу…

Все эти четыре ступени могут быть сведены к символизму буквы Йод Тетраграмматона (указующей, творящей и действующей Руки, дающей и забирающей, Йод – также семя жизни, самая первичная и простая форма среди букв еврейского алфавита), с одной стороны, но с другой стороны, могут быть выражены в виде всего Тетраграмматона. Где первое Хе – Звезда, аккумулятор и выразитель Невидимого Бога, а второе Хе, Воздух, вместилище, проводник и носитель силы Его проявления.

Из эманации Творца формируется материя, которая может быть представлена как бесконечный океан энергий и форм – так называемая первоматерия, так и как тонкий слой покрывающей первоматерию вселенной, доступной нашим органам чувств, из субстанции которой происходим мы.

И верую в Единую Землю, нашу всеобщую мать и в единое лоно, породившее всех людей и в котором они упокоятся, Тайное Тайных, имя же Ее Бабалон.

Почитание сил природы гораздо древнее и изначальнее, чем почитание нематериального Всеотца. Только начинающее взрослеть и задумываться о бытии человечество боготворило силы природы, которая давали ему пищу и кров, но вместе тем создавали испытания благодаря коим оно становилось могущественнее и и умнее. И по прошествии многих веков, изведав всевозможные глубины метафизики Отца, человечество все равно выходит к Солнцу из лона матери-природы, питается и существует в своем материальном теле благодаря ей. Поистине было бы несправедливым пренебрегать материальной природой, и не считать ее божественной, если воплощение является неотъемлемым условием человеческого существования.

Мы имеем в себе принцип монады, Солнечного Бога, но эта монада может полностью проявить свой потенциал будучи воплощенной. Можно сказать, что таким образом проявляется воля Единого посмотреть на Себя со стороны, глазами множества обусловленных душ – и только так Его совершенство становится полным и предельным.

Наш опыт познания (гнозиса) вселенной, себя, Бога начинается с познания земных объектов, созданных из материалов, имеющих земное происхождение, если бы ни этот первый шаг, то возможен ли был вообще хоть какой-нибудь путь познания, и познания сверхматериального бытия Абсолюта? И пока, что земля является матерью любого человека, матерью дающей ему все для его развития и его дальнейшего познания вселенной.

Порождающее лоно – это совокупность всех форм материи и энергии, известных нам или нет. Это вселенная которая доступна нашим органам чувств, состоящая из атомов и молекул, из которых состоит и наше материальное тело. Ее можно представить себе как первичный океан содержащий в себе все формы и потому бесформенный, и по этой же причине наделяющий все формой – материально обуславливающий каждую монаду/идею, обладающую определенным творческим/магическим потенциалом.

Бабалон – Врата Сущего Бога – это те врата, через которые нематериальная душа входит в материальный мир. Земля – лишь форма тех врат , через которые проходим мы, люди.

Великой Тайной является потенциал каждой монады, великой Тайной является ее еобходимость и желание воплотиться в определенной точке времени и пространства. Говоря «Тайное Тайных», мы с одной стороны постулируем непознаваемость этой мистерии воплощения и реализации своего потенциала в определенном воплощении. А с другой стороны выражаем нашу мечту познать эту тайну. Следует также отметить и то, что выражение «Тайное Тайных» обладает отчасти и тем же смысловым зарядом что и выражение «закон отрицания отрицания» – минус на минус, который дает плюс. Тайна, непознаваемая в обычных условиях жизни, возможна в самадхи, при прохождении таинства Причастия, самом глубоком смысле этого слова.

Итак Материя-Бабалон для нас не менее божественна и значима, чем Единый, поскольку лишь через нее постигается вся полнота Его могущества.
Развитие духовной культуры идет бок о бок с развитием культуры материальной. Познание мира материи возносит души к познанию Бога, и познание Бога дает ключ ко всем таинствам природы.

Верую в Змея и Льва, Тайное Тайных, имя же его Бафомет.

Из всего вышесказанного можно сделать следующее заключение: Бог являет себя как монада, а монада действует через материю. И материя, и монада одинаково божественны, так как представляют собой проявление единого Абсолюта. Формула проявления монады в материи и ее действия в материи и через материю – вот на что может указывать имя Бафомет.

Змей – достаточно распространенный символ земли, материи (как рептилия) и вод и первичного океана (можно вспомнить различные упоминания морских змеев). Очевидна связь змея с символизмом Знака Скорпиона и отсюда с сексуальностью (как принципом материализации) и вместе с тем со смертью (как дематериализацией и неизбежным спутником материальной жизни). Лев же является, пожалуй, одним из наиболее распространенных символов Солнца (и следовательно индивидуальности), о котором было достаточно сказано выше. Взаимодействие проявленного божества и материи, довершающей проявление – в этом, как мне кажется, основной посыл образа Бафомета.

Что касается этимологии, это имя, ставшее известным после процесса над тамплиерами, обычно трактуется как греческое словосочетание «крещение мудрости». С одной стороны такая трактовка вполне уместна, в том контексте, что, возможно, тамплиеры приступили к поиску вечных истин вне догматики христианской церкви, пытавшейся в то время контролировать все сферы жизни человека, что также предполагает некий гностический посыл приоритета знания над верой и догмами. Но и с другой стороны есть один небольшой нюанс, который открывает, пожалуй, даже боле глубокий смысл этого имени. Изначальное значение греческого глагола «бафо» (или «бапто»), которое с наступлением христианской эры использовалось для обозначения ритуала крещения, - «погружение». Т.е. не крещение мудрости, но погружение мудрости – что сразу же может подразумевать вполне ожидаемую параллель с мифом о падении Софии в бездны материи (но вовсе не обязательно предполагает негативные коннотации раннехристианского гностицизма, связанные с этим мифом). К тому же «метис», вполне может быть родственным понятием греческой приставке «мета», т.е. «по ту сторону», «сверх» или «вне». Т.е. вполне определенно это имя указывает на материализацию того, что изначально не материально.

Подобный ход мыслей можно проследить и у Элифаса Леви в его соотнесении Бафомета с козлом Мендеса. Это Знак Козерога (управитель которого Сатурн, Бина, Материя), в котором рождается Солнце. Материя, в которой произрастает Древо индивидуальности. Классический образ Бафомета, известный по работам Леви, весьма отличается от того, что мы видим здесь. Но и в том и в другом образе усматривается единая логика, характеризующая принцип материализации. Рассмотрим вскользь образ Леви. Это и голова козла, указывающая на знак Козерога, т.е. знак, в котором рождается Солнце, в которой присутствуют черты и других животных – собаки (что может указывать на меркурианскую природу, т.е. Бафомета как философского меркурия, универсального агента; плюс образ собаки может указывать на Сириус как путеводную и чрезвычайно важную в различных культах звезду), тельца (как указание на инициацию и жертвенность), а также осла (как одного из сатурнианских символов – как указание на некую незыблемость и неизменность, может быть на проявленность выражаемого Бафометом принципа в мире времени (Хронос), а также на принцип равновесия – ср. поклажу на спине осла и ассоциации со знаком Весов, где, кстати, экзальтирован Сатурн). Это и символы элементов – факел, крылья, чешуя рыбы, копыта. Несмотря на большинство символов, указывающих на принцип материализации, тем не менее, как пентаграмма концом вверх, так и факел на его голове указывают на духовный огонь, кундалини, если угодно, бьющийся в глубинах материальной субстанции и стремящийся к Божественному источнику своего происхождения. Образ горного козла на вершине горы в 15 аркане Таро Тота лишь подчеркивает этот восходящий аспект, наряду с очевидным нисходящим.

Бафомет указывает на переплетение и связь духа и материи – материализацию духа и одухотворение материи, что по сути позволяет рассматривать его как посредника в Великой Работе. Это же роднит образ Бафомета с идеей причастия. И, думаю, неспроста Гностическая Месса излагается в книге под номером XV, номером аркана Дьявол, который к тому же гематрически соответствует имени Бога, образующему первую половину Тетраграмматона.

Из этого следует, что Бафомет – посредник между материальной жизнью и вечными невоплощенными принципами. Это роднит его с таким понятием как «философский меркурий» и предполагает рассмотрение его роли как символического главы и основателя Вселенской Гностической Церкви. Этой его роли соответствует известная расшифровка его имени, записанного наоборот, как бы от земли и к Солнцу – Temophab – Templi omnium hominum pacis abbas, что значит «настоятель храма мира всех людей».

Помимо всего вышесказанного, в нашей традиции Бафомет обретает дополнительные черты и грани. В Символе Веры ГКЦ Бафомет назван Львом и Змеем – что указывает не только на идею восхождения от Земли-Малкут, по Древу Жизни к Солнцу-Тиферет, а также на связь с другим гностическим божеством, Хнубисом, представления о котором уходят корнями в образ овноголового египетского создателя людей Хнума. Хнум связывался с Овном, как началом процесса творения, первичной энергией Солнца, а также с идеей того, что эта энергия присутствует в материальном теле и в душе человека.

Следует также отметить, что Хнум считался воплощением душ многих богов, поскольку слова «овен/баран» и «душа» (ба) обладали одинаковым звучанием в древнеегипетском языке.

Хотелось бы заострить внимание и на образе Хнума, который предполагает принцип уравновешивающий колонну строгости и колонну милосердия. Изображавшийся в виде барана или человека с головой барана (очевидна архетипическая связь со знаком Вир и юпитерианскими рогатыми божествами плодородия типа того же египетского Амона, индоевропейских богов плодородия типа Цернунна, можно вспомнить в этом случае рогатого Моисея со скрижалями Завета – с одной стороны; с другой стороны прослеживается связь между марсианским знаком Пуэр и зодиакальным знаком Овна, обителью Марса, а также с рогами как символом борьбы – здесь достаточно вспомнить шлемы викингов и рогатые шлемы как регалии полководцев на заре становления Рима; рог изобилия с одной стороны и рог как оружие – с другой), одно из наиболее архаичных египетских божеств сочетающее в себе как черты бога войны, так и черты создателя людей и культурного героя. Если обратиться к мифологическому сюжету о создании людей Хнумом-гончаром, обращает на себя внимание то, что созидание совершенных форм предполагает разрушение форм изначальных, выражаясь масонским языком – отесывание «дикого камня», который должен стать материалом для создания Храма культуры. Образ Хнума по сути – образ воина-строителя: строитель, взявший меч для обороны своего творения и воин, приступивший к строительству Храма. Хнум – классический образ культурного героя (далее на нас обрушивается поток ассоциаций: связь между Хнумом и «потомством Каина» со всеми вытекающими последствиями – включая каинитов, гностического змеельва Хнубиса – и как следствие – Бафомета; легенду о Хираме и т.д.), Марс становящийся Юпитером после победоносной войны, он же – Юпитер, устанавливающий справедливость крепкой десницей; Марс, проходящий через точку Десцендента, и принимающий свое второе мягкосердечное «Я», в некотором роде являвшееся доселе его тенью, и Юпитер, принимающий вызов судьбы и берущийся за меч.

Немаловажно то, что точкой уравновешивающей Гебуру и Гедулу является Тиферет, где снова нас встречает Губитель Губителя, Лев и Змей, Хнубис, в нашей Традиции называемый Бафометом.

И верую в Единую Гностическую Католическую Церковь света, жизни, любви и свободы. Чье слово Закона есть – Телема.

Смысловой осью данной строки является Церковь (Ecclesia Gnostica Catholica). Греческое слово «эклезия», сохранившееся в традиционном названии нашего института, в переводе означает «собрание» (от глагола «эклего» - «собираю»). В древности оно использовалось для обозначения любого собрания людей, проводимого с той или иной целью. В христианскую эпоху оно главным образом употреблялось в отношении церкви, как института, при этом наполняясь новыми смысловыми оттенками, обозначая как место для отправления религиозного культа (храм), так и общность людей, объединенной общей идеей или религией, понимаемую не только в настоящем времени, но и в прошлом и в будущем.

В данном случае Церковь – это общность всех телемитов, при том как явствует из текста Гностической Мессы, не только собственно людей, принявших Книгу Закона, но и прямых и косвенных предшественников и провозвестников Телемы, а в некоем гипотетическом смысле Церковь является неким идеалом общности всех людей, которым адресован Закон – это как земной институт, объединяющий телемитов-единомышленников, так и некий идеальный «храм всех людей», настоятелем которого является Бафомет, проводник воли Великого Архитектора Вселенной, Абсолюта.

Гипотетически, наша церковь объединяет всех людей, устремленных к поиску своей истинной воли, то есть связи со Всевышним, поэтому она называется Единой. Она едина также, как едино и неразрывно взаимосвязано все в этой вселенной.

Церковь называется гностической. С одной стороны это указывает на определенную преемственность в ее учении. Философская база Телемы – классический европейский оккультизм, который уходит корнями в гностические учения поздней античности и средневековья. Сегодня ряд исследователей поздней античности трактует гностицизм не только и не столько как термин, объединяющий некоторые течения в раннем христианстве, сколько как общую тенденцию философской мысли в эпоху поздней Римской Империи. И наряду с гностицизмом христианским выделяют гностицизм эллинистический и иудейский. Для гностицизма как мировоззрения был характерен синкретизм или тенденция к объединению всех известных на тот момент вероучений, а также поиск непосредственного контакта с божественной силой путем применения определенных знаний (гнозис) эзотерического характера. С другой стороны, в еще более широком смысле, под гностицизмом можно понимать теорию познаваемости номинально непознаваемых вещей, а также приоритет познания над принятием на веру тех или иных догматов. «Метод –наука, цель религия», это высказывание Свами Вивекананды стало девизом Ордена А.’.А.’., первого телемитского ордена на Земле.

С одной стороны в Телеме достаточно бросается в глаза наследие гностических школ в виде имен и формул, таких как ИАО, Абрасакс и т.п., а также теологическо-поэтических оборотов, характерных именно для гностических текстов древности, типа: «О, тайное тайных, сокрытое в сути всего живого! Не Тебе поклоняемся, ибо тот, кто поклоняется Тебе, - тоже Ты! Ты есть То, а То есть Я.» (Liber XV), или: «О, ты, кто есть я, за пределом всего, что я есмь! Не имеющий свойств, безымянный!» (там же). С другой стороны – приветствуется научный подход в постижении вещей метафизического характера. И здесь я позволю себе процитировать уже упомянутого Свами Вивекананду:

«Бесполезно толковать об истинах религии, пока не убедился в них сам. Почему было так много смуты, борьбы и споров во имя Божия? Во имя Бога было больше кровопролитий, чем по какому бы то ни было другому поводу, и причина этого заключается в том, что люди никогда не обращают внимания на первоначальные источники; они довольствуются только тем, что принимают верования и обычаи своих предков, и хотят, чтобы другие делали то же. Какое право имеет человек говорить, что имеет душу, если он ее не чувствует, или что есть Бог, если он Его не видел? Если Бог есть, мы должны видеть Его; если есть душа, мы должны ощущать ее; иначе лучше не верить. Лучше быть открытым атеистом, чем лицемером. Согласно современному взгляду "ученых", религия и метафизика и все поиски Верховного Существа вздор; полуобразованные же думают, что эти вещи сами по себе не имеют реального основания, а польза их состоит только в том, что они служат могущественною побудительною причиной для человека делать добро другим. Если человек верит в Бога, говорят они, он может стать добрым и нравственным, и таким образом выработаются хорошие граждане.

Мы не можем порицать их за то, что они держатся таких взглядов, так как знаем, что все, чему учат этих людей, это верить в вечно бессмысленно повторяемые слова, не имеющие никакого внутреннего содержания. Им предлагают жить, веря на слово. Но могут ли они делать это? Если бы могли, нельзя было бы иметь ни малейшего уважения к человеческой природе. Человек нуждается в истине, ему необходимо убедиться в ней лично, овладеть ею, удостовериться и ней, чувствовать ее в глубине своего сердца. Тогда только, заявляют Веды, исчезнут все сомнения, рассеется всякая темнота и все кривое выпрямится. "Вы, дети бессмертия, живущие как здесь, так и в высочайших сферах! Путь найден; есть путь из этого мрака, и он состоит в познании Того, Кто выше всякого мрака, и другого пути нет".»

Следует также отметить, что Гностическая Церковь обязана таким названием и своему основателю, Юлиусу Дуанелю, который получил епископскую преемственность от различных древних христианских церквей Востока и имел астральные контакты с душами альбигойцев, павших у Монсегюра.

Католической Гностическая Церковь называется постольку, поскольку, как мне кажется, ее задачей является объединение всех людей гностического мировоззрения, как в узком, так и в широком смысле, поскольку она объединяет в себе изначальный античный гностицизм, средневековый гностицизм альбигойцев и тамплиеров, наследие масонства и розенкрейцерства, и наконец, Телему. К тому же, задачей Церкви является провозглашение Закона Телемы и его передача всем людям, независимо от их происхождения, места проживания и социального статуса.

Четыре столпа, на которых зиждется здание Вселенской Гностической Церкви – это Свет, Жизнь, Любовь и Свобода.

Свет можно понимать в широком смысле, как эманацию Божества, из которой происходит то, что в материальном мире называется жизнью, Жизнь существует благодаря Любви, и славит через нее источник своего бытия – Свет. Свобода же – качество каждой монады, благодаря которому она может жить и любить, тем самым сполна проявляя свет, присутствующий в ней.

В более узком смысле, Свет – это символ и аллегория познания и просвещения, Жизнь – пространство и средство для проявления воли, Любовь – проявление воли в гармонии со всей вселенной, и Свобода – как высшая ценность, благодаря которой возможно все вышеупомянутое.

Ценность познания и жизни, жизнь в гармонии со вселенной и с уважением к свободе каждой личности – вот те принципы на которых зиждется Телема, и которые провозглашает Книга Закона.

Верую в общение святых.

Под святыми наша Церковь понимает людей, очевидно, постигших свою истинную волю, а также в той или иной мере, прямо или косвенно явившихся предшественниками учения Телемы. В списке святых Гностической Церкви есть также мифологические персонажи, чьи образы, или мифы о которых аллегорически повествуют об идеях, важных с точки зрения Телемы.

Под святыми, если угодно, можно понимать Великое Белое Братство, столь часто упоминаемое в теософских книгах, как собрание Развоплощенных Адептов, тем не менее, участвующих в жизни человечества. А также просто уважаемых нами людей, без которых концепция нашего учения возможно, была бы неполной. Ньютон говорил, что стал великим лишь благодаря тому, что стоял на плечах гигантов. Очевидно это выражение уместно и в отношении нашего пророка, сэра Алистера Кроули.

Общение – это обмен информацией через книги, через служение единой цели в ритуалах и достижении целей, которую предвещали эти же святые.

Возможно, что эта строка также намекает на возможность контакта воплощенной личности с Великим Белым Братством, и роль такого контакта в получении Книги Закона и других Святых Книг Телемы.

И, поскольку пища и питье ежедневно преобразуются в нас в духовную сущность, верую в Чудо Мессы.

Вспоминаем, первый герметический принцип: «Что вверху, то и внизу». Питая свое материальное тело, мы питаем и дух, проявленный в нем и действующий через него, исполняя свою волю в данной инкарнации. Но помимо этого, самого простого толкования, которое подводит нас к пониманию сути такой важной для каждого телемита процедуры, как Ритуал Воли, есть и особое, касающееся именно Мессы.

Данная строка указывает главным образом на таинство Причастия, кульминационный момент Гностической Мессы. В данном случае просто нельзя не процитировать Алистера Кроули, который настолько емко и метко высказался о Причастии.

«Причастие - одна из простейших и, в то же время, одна из самых сложных Магических церемоний. Причастие состоит в том, чтобы взять нечто простое, трансмутировать его в нечто божественное, а затем поглотить его.

Всякая магическая церемония - своего рода причастие, поскольку резорбция силы есть разновидность поглощения. Однако сфера применения Причастия ограничена следующим образом: возьмите вещество, символизирующее весь путь природы, сделайте его Богом и поглотите его.»

И, собственно, о цели этой процедуры Пророк высказывается следующим образом:

«Маг становится наполнен Богом, накормлен Богом, отравлен Богом. Постепенно эти внутренние жертвоприношения Бога очищают его тело; день ото дня его смертная оболочка, освобождаясь от земных элементов, все больше и больше становится истинным Храмом Святого Духа. День ото дня материя все больше и больше вытесняется Духом, человеческое - Божественным; и наконец, когда все изменения завершены, маг может быть назван Богом во плоти.»

Вот ключ к пониманию чуда Мессы. Единый, Тайный и Невыразимый Господь, о котором мы говорили в самом начале нашего исследования достаточно подробно, выраженный во всем многообразии духа и материи, становится ощутимым, осознаваемым, осязаемым в личности и в жизни определенного человека. Стирается граница между конечным и бесконечным бытием, и в этом быть может секундном озарении, которое призвано пробудить Причастие, у человека появляется возможность узреть свою истинную божественную природу, которая не подвержена изменениям, не ограничена ни пространством, ни временем, абсолютно свободна и абсолютно могущественна, предельно уникальна и вместе с тем неразрывно связана со всеми существующими и существовавшими мирами.

И исповедую единое Крещение Мудрости, посредством которого мы совершаем Чудо Воплощения.

О Крещении (погружении) Мудрости, как о материализации нематериальной монады было достаточно сказано в комментарии к строке о Бафомете. В данной же строке об особой роли воплощения, как средства для исполнения монадой своей воли, говорится уже не как о предмете веры, но как о личной убежденности говорящего в этом и его готовности использовать это воплощение для достижения истинно мудрых целей – постижения своей истинной воли, готовности осознать и постичь то, что его воплощение в определенной точке пространства и времени есть чудо, есть дар. И семя, брошенное в пучины материи когда-нибудь вырастет до самых звезд и чудо воплощения перерастет в чудо Мессы, вселенской мистерии соединения конечного и вечного.

И исповедую, что моя жизнь едина, единственна и вечна, она была, есть и грядет.

Вот и своеобразный итог Символа Веры.

Телемит признает то, что его жизнь неразрывно связана со всеми мировыми процессами, вместе с тем уникальна, занимая в этом единстве исключительно свою нишу, движется по своей особой орбите, без чего бы это единство было бы неполным.

Жизнь индивидуума называется здесь вечной. Это ответ на масонский вопрос о том, верят ли телемиты в бессмертие души. Это Факт признания своей бессмертной истинной природы, которую необходимо познать и постичь. Возможно, попытки постичь предпринимались каждым из нас в той или иной мере в наших прошлых инкарнациях, они предпринимаются сейчас, и если нам не удастся постичь ее в текущей инкарнации, надеюсь, в своих будущих воплощениях мы будем более успешными на этом пути.

Из последней фразы явствует то, что Телеме не чужда идея реинкарнации, но понимается она несколько более свободно и широко, нежели таковая идея в разного рода восточных религиях, или эзотерическом иудаизме и исламе.

О чем свидетельствует молитва о цели из Гностической Мессы:

Тем, с чьих глаз спала пелена жизни, пусть будет даровано исполнение их истиной Воли; изволят ли они раствориться в Бесконечном, или соединиться со своими избранниками и возлюбленными, или пребывать в созерцании или покое, или взять на себя героическую задачу воплощения на этой планете или иной, или на любой Звезде, или чего бы то ни было ещё, - пусть им будет даровано исполнение их воли. Да! Исполнение их воли!

И наконец священное слово AUMGN троекратно запечатывает как эту молитву, так и Символ Веры.

Хотелось бы надеяться, что эта работа, наряду с более авторитетными источниками по данному вопросу, поможет любезному читателю в той или иной мере найти для себя ответы на те или иные вопросы, которыми он, несомненно, задается постигая учение Телемы и пусть его собственные ответы на эти вопросы, приходящие из его пылкого разума и сердца приведут его к исполнению его Истинной Воли, Великой Работы, к Величайшему Благу, Подлинной Мудрости и Совершенному Счастью!