• Название:

    Поручик 2 Дуэль

  • Размер: 0.2 Мб
  • Формат: DOC
  • или





ДУЭЛЬ

Знаете, я не люблю кавалеристов.
То есть понятно, что они хорошие вояки, и вроде бы как на современной войне без мобильных войск никуда... Но это, наверное, врожденное.
Не люблю их форму, их золоченые палаши, и, о Боже, их плюмажи на киверах.
Феликс говорит, что это зависть.
Мол, девушки больше любят кавалеристов, что они выглядят мужественнее.
Куда нашим хаки-шинелям до их парадных мундиров с аксельбантами... Хотя сам ротмистр себя не причисляет ни к одному роду войск.
Разведка, и все.
Кстати, Феликс – герой.
То есть не герой, а Герой.
Звание Героя Империи ему присвоили позавчера, а наградной крест вручал лично Его Высочество Регент.
Но мне не завидно, на удивление. Наверное, потому, что он лежит в госпитале, а я нахожусь со своей штурмротой на переформировании.
Из нас делают батальон.
И, какой кошмар, одной из рот этого батальона буду командовать я.
Я – начальство!
Так вот, о кавалеристах.
Сейчас двое таких бравых ребят сидели напротив меня и радовались жизни.
Будь проклят тот момент, когда мои ноги понесли меня в эту корчму.
Мало что ли заведений? А теперь сиди и смотри, как хамоватые красавцы... с плюмажами на киверах... В общем, на этих красавцев смотреть было противно.
Время от времени я ловил на себе их взгляды, но официант уже принял мой заказ, и просто необходимо было дождаться его.
- Официант! Можно бутылку чегемского? – щелкнув пальцами, возопил один из кавалеристов.
Удивительно, что у нас с ним сошлись вкусы.
Я тоже люблю чегемское, и заказал бутылку минуту назад.
- Простите, но последнюю заказал господин поручик, - официант был сух, холоден и корректен, и чем-то напоминал вампира.
- А мы заплатим! – сказал второй кавалерист.
- Господин поручик заказал раньше.
- А мы заплатим больше!
Вот почему я ненавижу кавалеристов.
Из них так и лезет чувство превосходства.
Это так оставлять было нельзя.
- Господа, я сделал заказ, и отменять его не собираюсь, - мне пришлось слегка повысить голос, чтобы они услышали меня через два стола.
Один из кавалеристов приподнялся, чтобы разглядеть меня... или для того, чтобы я разглядел его есаульские погоны.
Но я решил стоять до конца.
- Господин есаул, я не собираюсь отменять заказ.
- Поручик, давай по-нормальному! К чему тебе лишние проблемы?
Кроме кавалеристов я ненавижу еще, когда незнакомые мне люди считают возможным применять в разговоре такой вот панибратский тон.
- Мне действительно ни к чему проблемы, господин есаул.
Мне нужен мой заказ.
Официант молча наблюдал за нашей перебранкой.
Когда я договорил, он ушел, и через некоторое время у меня на столе стояла бутылка чегемского, и все остальное.
Кавалерист-есаул там, за своим столом, сказал шепотом, но так, чтобы я услышал:
- Ур-род.
Во мне проснулась холодная решимость подождать его после того, как пообедаю.
Поэтому я подозвал официанта и сказал ему:
- Отнесите бутылку господину есаулу.
Возможно, это вино поможет ему ощутить себя немного более счастливым.
А мне – чаю, пожалуйста.
Пьяный человек фехтует на порядок хуже трезвого.
А фехтовать нам сегодня явно придется.
Дуэльный кодекс предписывает поединки до первой крови, и меня это полностью устраивало.
Там, за кавалерийским столом, бушевала буря.
Есаул был в бешенстве.
Наверное, потому, что я его поимел.
То есть, таким людям, как есаул, на это наплевать.
Главное, чтобы вино было.
Но тут ведь был его младший по званию товарищ! И полкорчмы поняло, что я поимел есаула.
Я не люблю кавалеристов из-за этого гонора.
Как же так, какой-то там поручик-пехота, посмел отправить ему бутылку вина с барского стола! По правде говоря, на это и был расчет.
Они ждали меня на крыльце.
Только их было не двое, а четверо.
Кроме есаула с товарищем тут еще присутствовали два нижних чина – усатые вахмистры.
Дело пахло жареным.
Хвала Всевышнему, какой-то незнакомый мне премьер-майор в таком родном хаки оказался поблизости и спросил:
- Господин поручик, какие-нибудь проблемы?
- Не знаю.
Господин есаул, какие-нибудь проблемы?
Есаул скрипнул зубами:
- В соответствии со статьей 27 Дуэльного кодекса, я вас вызываю!
- Оскорбление достоинства и чести? - меня тянуло смеяться. – Это я-то вас оскорбил? Господин майор, будьте моим секундантом.
Премьер-майор глянул меня, потом на кавалериста.
Он тоже был пехотинец.
Поэтому кивнул и мы все вместе отправились на пустырь за госпиталь.
По традиции, все дуэли проходили на этом пустыре.
Ближе к медицине – это раз, развлечение пациентам - это два.
И место удобное.
Я объяснил майору ситуацию, и он одобрил мое поведение. На пустыре не было никого.
Полянка между кустами, которую мы выбрали, вполне подходила для задуманного, тем более, я заметил одну инетерсную деталь, которая потом могла мне пригодиться.
Есаул в это время расстегивал пуговицы мундира.
Я снял портупею с шашкой, повесил шинель на какой-то куст и размял руки.
Шашку из ножен доставать пока было рано.
В гимнастерке было явно холодно.
Ветер продувал меня насквозь.
Однако, когда я глянул на есаула, мне стало смешно и я забыл про холод.
Под мундиром была дикая кружевная рубашка.
Такие, наверное, носили в позапрошлом веке всякие казановы и ловеласы.
Но представить в этом наряде нормального офицера было весьма сложно.
Премьер-майор тоже улыбался.
Он зачем-то посмотрел на часы и сказал:
- Начнем, господа? Правила известны – бой идет до первой крови, или до потери сознания одним из вас.
В пах и в спину не бить, лежачего тоже.
Приступайте.
Я резко выдернул шашку из ножен и пару раз описал в воздухе восьмерку.
Шашку мне делали на родине предков – в горах, так что качество стали и всего прочего было отменное.
Палаш есаула был вызолочен от эфеса и до лезвия, и казался каким-то несерьезным.
Но недооценивать противника не стоило.
Есаул атаковал сразу, без прелюдий.
Молниеносным выпадом он чуть не достал меня, но я отпрянул и парировал.
Есаул стал наседать, делая короткие, хлесткие удары, не давая мне возможности контратаковать.
Мне приходилось отступать и парировать.
Противник был явно серьезный.
Пришлось пустить в ход хитрость, которую я наметил еще до начала дуэли.
Я потихонечку отступал, пока пяткой не почувствовал небольшую ямку, над которой завис мой каблук.
Тогда я отпрыгнул и сбил атаку есаула.
Он, ободренный успехом ринулся на меня, и, не заметив ямку, споткнулся, потерял равновесие… Я воспользовался этим, полоснул его по кисти правой руки: палаш кавалериста взмыл в воздух и, задребезжав, воткнулся в землю.
Мне удалось провести подсечку и есаул оказался на земле.
Пощекотав клинком ему подбородок я буркнул:
- Достаточно, господин есаул?..
Он не успел ничего ответить.
Послышался свисток и из-за госпиталя выбежали трое солдат в мундирах саперов и с красными повязками на рукавах.
Патруль, так его!..
Бежавший следом за солдатами молоденький подпоручик приблизился к нам и проговорил ломающимся голосом:
- Господа офицеры! Прошу немедленно разойтись, иначе мне придется написать рапорт!
Рапорт – значит разбирательство.
И хотя дуэль была проведена в соответствии с кодексом, меня затошнило при мысли о возможной бюрократической волоките.
Я отдернул шпагу от подбородка есаула и сказал:
- Всего хорошего, господин есаул! Удачного дня, господа!..
Загнал шашку в ножны, взял из рук премьер-майора, моего секунданта, шинель и накинул ее на плечи.
Уже уходя я слышал как есаул говорил одному из вахмистров:
- Я бы этого поручика в два счета уделал… если б не патруль!.. П-пехота, мать его так!
Я зло плюнул на землю и ускорил шаг.
Знаете, я все-таки не люблю кавалеристов…