• Название:

    "Социальная сеть"

  • Размер: 0.03 Мб
  • Формат: DOC
  • или



Краски и палитра давно закинуты на полку.
Пыль покрыла их толстым слоев и забрала в своей плен на веки.
Она больше не возьмет в руки кисти.
Ее тонкие пальцы не смогут касаться до боли знакомых оттенков.
Холсты спрятаны за шкаф, предварительно упакованные в полиэтилен.
Они так и будут желтеть там, забытые людьми и преданные хозяйкой.
Наушники мирно покоятся на столе.
Тонкий слой пыли уже завладел и ими.
Плеер валяется рядом, на его мониторе буквально впечатан любимый трек, который она любила слушать в последние дни своей счастливой жизни.
Когда она была собой.
Монитор компьютера уже не загорался больше месяца.
Не приветствовал ее нетерпеливое лицо своим банальным Добро пожаловать.
Не высвечивал ей в проигрывателе тот же трек, заезженный до боли.
Колонки охрипли, выкрикивая аккорды.
Кажется, что скажи им название, и они сами по памяти исполнять ту песню.
Вся комната ее представляла собой забытое место.
Будто хозяйка ушла в школу, по привычке прикрыв дверь и задержалась слишком долго у кого-то в гостях.
Только вот джинсы уж боле не валялись в кресле, а халат не болтался на спинке стула.
Ежедневник был спрятан далеко в шкаф, чтобы он не напоминал никому о планах, так и не свершившихся в ее жизни.
А ведь все могло быть по-другому…совсем по-другому.
Дверь открылась и в комнате появился новый предмет- инвалидное кресло.
Тихие шаги ее матери затихли в глубине квартиры, а кресло так и осталось посреди комнаты, ожидающее новую хозяйку.
Спустя два дня она вновь увидела свою комнату.
Ее бледное, измученно лицо, спутанные волосы, худощавая фигура.
Слабые руки вцепились в ручки инвалидного кресла.
Зубы сжаты, чтобы не напугать родителей криком боли, который рвался сейчас наружу, терзая ее хрупкое тело.
Серые глаза привычно пробежали по комнате, изучая знакомые очертания.
-Прости милая.
Мы не успели тут убраться,- устало пробормотала мама, готовя ее постель.
-Ничего страшного,- тихо сказала она, пряча горечь обиды и разочарования в голосе.
Через несколько минут она уже сидела на постели, которую раньше боготворила, а теперь проклинала.
Теперь- это место ее пытки.
Была бы возможность, девушка с удовольствием выпала бы из окна, чтобы не быть такой жалкой и ничтожной.
Мама убежала на кухню, делать ужин, а она осталась наедине с собой и своими чувствами.
Что она чувствовала сейчас? Боль, разочарование, унижение, никчемность, предательство, злость…. Тысячи чувств крутились в ее хрупком сердце, пытаясь определиться, что ей сейчас нужнее. А она отталкивала их все.
Пытаясь закрыться.
Вот бы стать ежиком…свернуться в клубок, выставить свои колючки и не тронет никто.
Она боялась жалостливых взглядов знакомых и друзей, одинокие звонки подруг, которых не очень то и интересовало ее здоровье.
Их рассказы об очередных парнях или праздниках, их восхищенные голоса, их рассказы о том, как прекрасна жизнь.
Она со злостью кинула вазу, стоявшую на ее прикроватном столике в стену.
Та разбилась в дребезги и разлетелась по комнате.
В проеме двери показалось испуганное лицо мамы.
Она перевела взгляд на дочь, а потом на пол.
Очевидно, эта закаленная жизнью женщина все поняла и, ничего не сказав, ушла на кухню.
Солнце в ее окне уже катилось к горизонту, когда девушка впервые пошевелилась.
С того самого момента, как она разбила вазу, девчонка сидела в одном положении не шевелясь, а по ее бледным щекам катились слезы.
Она считала, что жизнь для нее закончена.
Что впереди? Только мрак, боль и жалость.
А она ненавидела жалость к самой себе.
Презирала себя за то, что теперь она будет инвалидом всегда.
Навсегда прикованная к кровати она будет наблюдать, как жизнь проходит мимо.
Рядом.
Но мимо.
Вот ,кажется до нее можно дотянуться.
Но нет….
Слабые руки сжимают голубую простынь до такой степени, что костяшки побелели, а пальцы онемели. Серые глаза оглядывали комнату, и злость снова загоралась в ней с новой силой.
Пыль.
Везде пыль! Они могли бы хоть прибраться.
Сделать вид, что я ждали меня, готовились к моему приезду. А им плевать.…Плевать! Я теперь стану такой же частью интерьера в этой квартире, как и мебель!
Юное лицо девушки исказилось от гримасы боли и злости.
Она сжала зубы, чтобы не закричать от отчаяния.
И зарыдала.
Она не плакала так еще никогда.
Никогда….Девчонка пыталась с помощью слез вылить из себя все плохое, реветь, реветь, реветь…. Чтобы со слезами вышло все отчаяние.
Вся боль, злость и ненависть к жизни и тому автомобилю, который не вовремя выехал на тротуар.
Ко всем людям, которых она теперь ненавидела.
Не хотела видеть.
Хотела сжаться и исчезнуть из этого мира, который упорно не хотел ее принимать.
Где-то в квартире зазвонил телефон.
Она слышала тихие шаги матери и ее усталый голос.
Какие-то нелепые оправдания и поиски причин, по которым они не могут прийти на то или иное мероприятие.
И она зарыдала с новой силой…
Ее всхлипы еще долго не затихали в тишине квартиры.
Отец уехал в командировку, а мать упорно делала вид, что спит.
Может, она и вправду спала.
Только это уже не важно.
Слабое, замученное тело 17-летней девушки вздрагивало время от времени от всхлипов и новой партии слез.
Серые глаза блуждали, узнавая в темноте до боли знакомые предметы…