• Название:

    Виды медиков

  • Размер: 0.08 Мб
  • Формат: DOC
  • или



Хирурги.
Их отличает быстрый задний ум и не всегда передний, хорошая работа руками и умение завязывать что угодно во что угодно и насколько угодно.
Несмотря на то, что мастерство лучших хирургов приближается к искусству, обыденная работа хирургов и хирургоидов является всё же ремеслом, так как не требует танца с бубном вокруг поциента, но зато требует отточенных практических навыков и инструментов, желательно также хорошо заточенных.
Ходят слухи, что необходимый уровень заточки обратно пропорционален количеству веществ, предварительно введённых в поциента.
Про науку и говорить ничего не стоит, в самой хирургии всё уже открыто свыше 9000 лет назад.
Специфика обучения хирургов состоит в том, что собственно оперировать дают не сразу.
Операция— это кормушка, сложных и богатых разбирают профессора и прочие влиятельные люди.
Задача же интернов или ординаторов состоит в написании дневников, ассистировании в чём-либо плёвом или вырезании аппендикса у бомжей.
Ах да, ещё пиво носить, что вызывает у них лютую злость.
Из основной массы хирургов выделяются нейрохирурги, так как основная жесть достаётся им.
Естественными соперниками хирургов в дикой природе являются терапевты.
При одновременном употреблении слов фармакокинетика и протоколы ведения в послеоперационном периоде у хирургов случается энурез, по славной традиции— в рукомойник.
Да-да.
Только покойник не ссыт в рукомойник.
Однако, до операции та же фармакокинетика очень интересует хирурга, так как известно, что только хорошо зафиксированный поциэнт не нуждается в анестезии.
В операционной же, с аксессуарами для БДСМ дело обстоит плоховато, зато есть анестезиолог, отлично разбирающийся в фармакокинетике разных весёлых препаратов.
Доблестные хирурги иногда доставляют тем, что во время операции могут оставить внутри брюшной полости поциента салфетку или ещё какую-нибудь хуйню, из-за чего случится перитонит и повторная операция.
Являются источниками лулзов, а также сами очень любят стебаться над всеми, даже когда остальным, особенно поциенту и родственникам, совсем не смешно.
Профессиональный Медицинский Цинизм™, хуле.

Терапевты.
Крайне весёлая и неоднородная братия, которой надо больше напрягать моск, чем ладони.
Терапевт— потомок шамана и сам немного шаман, вместо бубна— справочник лекарств, вместо дохлой лисы— фонендоскоп вокруг шеи, коим, по мнению хирургов, он и лечит.
Терапевт имеет тысячу глаз, тысячу ноздрей, три тысячи языков и ушей, способен учуять запах болезни, когда поциент ещё только собирается выйти из дома.
ЭКГ он читает, как Тургенева.
Голова его вмещает все названия всех лекарств, в том числе дженериков из Новой Гвинеи.
В отличие от хирургов, жизнь типового терапевта может показаться спокойной: ни тебе острых животов, ни тебе политравм.
Но это впечатление обманчиво, ибо терапевт лечит всё, от чего отказался хирург, а хирург любит отказываться.
А вы как думали? Если поциента после очередной пилюли покрыло сыпью, тормошить будут терапевта.
К тому же, терапевт почти никогда не может вылечить до конца, что ни один благодарный поциент не преминёт вспомнить.
Рассказывать о терапевтах смысла нет— их очень много и они все разные.
Утончённые кардиологи, весёлые и прямые просто-терапевты, ботаны-клиниммунологи, приземлённые гастроэнтерологи.
Стоит ещё отметить, что, в основном, работа участкового терапевта заключается в писанине:

70% времени терапевт пишет истории болезни, 30% времени он выписывает таблеточки от давления.
Ещё эти писучие ребята могут нарисовать больничный лист за деньги или просто так, если умеешь убедительно пиздеть и знаешь на что правильно пожаловаться, что делает их порой просто незаменимыми.

Акушеры-гинекологи и гинекологи, урологи и прочие.
Медик-кун так не любит их за пафос и самолюбие, что даже писать о них не будет.
Лишь напомнит, что какого-то хуя половина студенток после окончания идёт в акушерство-гинекологию, устраивая истерики по поводу того, что интернатуры забиты, а бесплатных мест нет вообще.
Потом из них вырастают озлобленные на жизнь, бездетные бабы, населяющие женские консультации.
Изредка встречаются в специальности и мужики, чья мотивация совершенно непонятна, так как, работая там, можно насмотреться такого, что до конца дней пропадёт желание общаться с тян.
Другие врачи, включая гинекологов, гинекологов не любят.
Психиатры и сходные с ними.
Евреи, на радость маме поступившие в мед, но боящиеся вида крови.
См.
Фрейд.
Своеобразный подвид.
Теоретически, должны оценивать состояние человека с тяжёлыми заболеваниями психики и назначать медикаментозное лечение, ибо беседы с психологом уже ничего не дают.
В сущности, разница между малоагрессивным и неслабоумным сумасшедшим и его лечащим врачом одна— белый халат, поскольку профессиональная деформация идёт совершенно чудовищная.
Здесь играет роль также тот факт, что в психиатрии вообще мало что излечивается.
Основные клиенты психиатров— шизофреники, слабоумные и сильные психопаты, лечение которых заключается в купировании сезонных обострений.
Эпилептики давно сплавлены к неврологам, что привело к резкому улучшению качества жизни и больных, и врачей.
Успешен такой психиатр, который смог срулить из большой психиатрии в малую и стать психотерапевтом.
Такой имеет и профит и душевное спокойствие.
Более мизантропичные товарищи уходят в наркологи— золотонесущая специальность, так как, опять же, наркомания и алкоголизм фактически неизлечимы, а посему поциенты требуют регулярных детоксикаций и выводов из запоя, но, в отличие от шизофреников, платёжеспособность теряют не так быстро.
Алсо, прибежищем может быть самая весёлая бригада Скорой помощи— для тех, кто вышел ростом, лицом и любит подраться.
Любят жаловаться на то, что в этой стране из больниц сделали приюты.
В чём-то правы.
Неврологи.
Помесь психиатра и терапевта.
Только в отличие от психиатра, который и не скрывает, что в психике человека ничего не понятно, невролог делает вид, что ему-то всё-всё понятно.
Всегда носит с собой молоточек, которым может взять и уебать, а также иные инструменты для БДСМ: иголки, колёсики с шипами, камертоны и пр.
Психиатры, обычно не ладящие со всеми другими врачами, находят с неврологами общий язык, из-за чего последние часто используются как переводчики с языка соматов на психиатрический и обратно.
Ставят так называемый топический диагноз, который странным образом умудряется не совпадать с данными нейровизуализации и, к сожалению, аутопсии.
Как и психиатры, мало что лечат, потому что, как известно, нервные клетки восстанавливаются, но очень медленно.
По количеству овощных пациентов, потерявших не только рассудок, но и многие рефлексы, взамен приобретённых Бабинского и Россолимо, могут поспорить с геронтологами.
Годного невролога от овощевода легко отличить по ответу на вопрос:

Можете ли Вы моей бабке сделать блокаду в шейном отделе?. Алсо, в неврологии очень забавно пахнет.
Анестезиологи-реаниматологи.
На Западе— одни из самых высокооплачиваемых врачей.
У нас— насмешка над достоинством человека.
Ежедневно спасают десятки жизней, обеспечивая спокойствие хирургов и бездействие патологоанатомов, ковыряющихся в потрохах, получая в получку баночку мочи.
Мало кто из людей, проходивших через наркоз, задумывался о том, что именно он несёт ответственность за жизнь и комфорт пациента во время операции, а также послеоперационные отходняки, как то количество выпавших и поседевших волос, рвота, глюки ит.д.
Неудивительно, что мало кто из представителей сей профессии доживает до пенсии.
Также, они уверенно делят первое место с дантистами и психиатрами по самоубийствам среди всех профессий.
Постоянный контакт с парами наркотических препаратов делает своё тёмное дело.
Некоторые недобросовестные представители делают гешефт на этих же веществах, продавая их упорышам — благо и доступ свободный и ассортимент немалый, а списать несколько лишних ампул не проблема.
Не любят хирургов за то, что в случае удачной операции все ништяки достаются именно им, а в случае осложнений после наркоза или же интронаркозного пробуждения, пиздюлей огребает именно анестезиолог, а хирург, опять же, в почёте.
Впрочем, он может как толсто, так и тонко простебать хирурга во время операции.
Например, предложить хирургу оперировать геморрой под эпидуральной анестезией (забавно общаться с человеком, у которого ковыряешься в жопе) или же ввести несколько меньшую, чем нужно, дозу миорелаксантов, от чего мышцы поциента будут рефлекторно подёргиваться на любой раздражитель.
Любят подъёбывать различных дур тем, что они под наркозом рассказывали всё про свои общественно-половые подвиги с любовниками.
Некоторые даже ведутся— очевидно, что им есть о чём рассказать.
Алсо, способны определить вес пациента по рентгеновскому снимку ступни, а также спалить любого нарика за километр.
Патологоанатомы.
Да, да, это тоже врачи, хотя и не практикующие.
Спокойные, рассудительные люди.
Морг вообще очень спокойное место.
Хорошего патологоанатома боятся все другие врачи, поэтому между собой называют тот, которого к живым не подпустили, ибо его слово— как приговор.
С ним даже самые дерзкие хирурги становятся послушными и кроткими.
Одаривают врачей медалями За расхождение диагноза I—III степеней.
Особенно неравнодушны к полным кавалерам этого ордена.
Патан, наравне с анатомией— это матан медицины, поэтому патанатомы обычно всесторонне эрудированы.
Судмедэксперты.
Получаются из хороших патанатомов.
Работа явно поразнообразнее.
В отличие от патанатомов, имеют дело с трупами разной степени свежести и повреждённости.
В прямом смысле способны по ладони, даже если больше ничего, кроме неё, нет, установить личность и судьбу.
В нашей стране отличаются прекрасным оснащением и оборудованием.
Отдельно следует вынести самую желанную профессию на свете— деццкого криминального судмедэксперта. 15 минут, проведенные за чаем с этим персонажем, по эффекту могут сравниться с просмотром дюжины самых жутких фильмов ужасов.
ЛОР-врачи.
На деле— та же илита хирургов, разве что с куда большей долей научности в работе.
Лорики в районных поликлиниках aka барабанщики сюда не входят.
Офтальмологи.
Недалеко ушли от ЛОР-врачей, если занимаются хирургией, в первую очередь катаракты, или трудятся в частной конторе— вполне себе белая кость.
Те же, что обитают в государственных медицинских учреждениях, частенько промышляют подпольной контрабандой китайских контактных линз.
В отличие от врачей других специальностей класс работы оперирующего офтальмолога оценивается быстро, легко и просто— по% слепых людей после простейшей операции по постановке артифициального хрусталика, и в некоторых уездах необъятной он достигает 30%. Зато дешево. Офтальмологов и ЛОР-ов объединяет ещё одно обстоятельство: они подпадают под определение мелкодырочников.
Поскольку пялятся в мелкие дырочки, умудряясь разглядеть там всякие чудные детали типа светового конуса барабанной перепонки или степени извитости сосудов сетчатки.
Педиатры.
Медик-кун, в период учёбы в университете на цикле детских болезней, входил в детское отделение, напившись боярышника.
Как ТАМ работают люди, он искренне не понимает.
Для работы непосредственно с детьми не нужно ничего, кроме некоторого терпения.
Но наличие родителей, а также бабушек, дедушек, etс. требует навыков психиатра.
Основной загвоздкой в работе педиатра является то, что приведшие чадо родители считают, что его освидетельствование и лечение и есть, блжад, наивысшее благо для педиатра, который, будучи врачом от б-га™, принципиально призирает деньги.
Именно поэтому на педиатрический факультет конкурс всегда меньше, чем на лечебный.
Врачи-организаторы.
Врачи, которые решили посвятить жизнь управлению и организации здравоохранения.
Самое смешное, что иногда, хоть и нечасто, среди них встречаются адекватные товарищи, которые мастерски организуют здравоохранение, результаты их работы можно наблюдать в любой поликлинике или стационаре.
Инфекционисты.
Марбурга.
Ласса.
Йерсиния Пестис.
Для простого человека эти слова ничего не значат.
Но любой медик, при произнесении этих заклинаний покроется липким потом и приобретёт нездоровый землистый оттенок рожи.
И начнёт подталкивать несчастного инфекциониста в противочумном костюме образца начала XX века в сторону бокса.
А ведь инфекционисту придётся войти! В мирное время— специалист-какашечник: все ректальные плевки и рисовые отвары достаются им, наряду с толпой гепатитных, наркоманов, ВИЧков, изредка перемежаемых стареющими проститутками.
Обладает нехилым бонусом перед другими врачами, который реализуется на консилиуме в форме настоятельного требования включить в дифференциальный диагноз бруцеллез, туляремию, малярию, парвовирусную инфекцию, болезнь Лайма и еще несколько неведомых даже для патологоанатома болезней.
Санитарные врачи.
Самые страшные из всей медицинской касты.
Любой лечебный врач, провизор, стоматолог покрывается холодным потом при упоминании СЭС-проверки.
Умеют лечить всё, ибо полностью проходят курс обучения лечебного врача, но никогда не лечат— слишком важными себя считают, да и нельзя им.
Ленивы, не пунктуальны, всегда выспавшиеся (никаких ночных дежурств ит.п.), знают как и где искать то, за что могут устроить анальную кару кому угодно, и ведь слова не скажешь.
На санитарных врачей учатся те, кто недобрал баллов на лечебников и потомственные санитарные врачи, которые знают, как надо и что надо.
Особо умные умудряются перевестись на лечфак во время обучения или постдипломно переподготовиться на лечебников.
Получаются очень даже неплохие специалисты.
Врачи из СЭС, наряду с налоговиками и пожарными инспекторами, невозбранно финансово терроризируют всю святую Русь нашу, Матушку, кошмарят, блджад, бизнес.
При наличии серьёзных нарушений санитарный инспектор может приостановить деятельность любого задротного пивбара или пафосного столичного клуба на две недели или, по решению суда, максимум на три месяца.
Отсюда и профит работы санитарного врача, который в эрэфовском варианте служения обществу неприлично велик, сладок и упоителен.
А врачами их продолжают называть лишь по старой памяти и привычке.
Рентгенологи.
Забавные ребята, хранящие дозиметр в нагрудном кармане и защищающиеся от радиации высокой концентрацией спирта в крови.
Притом, они помнят, что пить надо ДО облучения, поэтому на работу приходят уже подготовленные.
Задачей рентгенолога является описание тех самых забавных чёрно-белых штучек, которые вы видели в кино про врачей— на которые они всегда глубокомысленно смотрят перед тем, как озвучить диагноз.
А ещё, рентгенолог может управлять всяческими забавными вундервафлями типа позитронно-эмиссионного томографа или, на худой конец, банальным рентгеновским излучателем.
Те, кто попадает за пульт управления вундервафли, имеют профит, ходят в костюмчике от Армани и смотрят на всех как на говно.
А прочие имеют радиацию.
Единственные из врачей, которые имеют скилл взрывание больного, реализующийся при засовывании пациента с кардиовертером-дефибриллятором в трубу МРТ с индуктивностью 3 Тесла.
В стародавние времена, старые рентгенологи редко умирали со всеми пальцами из-за рака кожи, а частой причиной их смерти был лейкоз.
Работают они короткий день и раньше уходят на пенсию.
Прибавка к зарплате за вредность составляет 500—700 руб. в месяц.
Функциональные диагносты.
Те самые ребята, которые с помощью устрашающих вундервафель снимают ЭКГ, делают УЗИ, меряют скорость струи мочи, определяют АД и неведомые импульсы мозга, а потом всё это весело описывают.
Занимаются ещё более чем девятью тысячами забавных опытов над больными.
Например, нагрузочными тестами, в результате которых больной может ВНЕЗАПНО умереть, о чём недвусмысленно свидетельствует дефибриллятор рядом с установкой для велоэргометрии.
Именно таковы добрые приспешники доктора Хауса.
Или могут обмотать больного проводами на сутки и подвесить неведомый агрегат, который раз в полчаса меряет давление, сказав при этом:— Живи в обычном распорядке,— что равносильно привязыванию к мухе кирпича и измерению скорости.
При определенном энтузиазме работа может доставлять: игольчатая электромиография скальпа для исключения мигрени, тилт-тесты бабок, пробы с депривацией сна, чреспищеводная эхокардиография, совмещенная с велоэргометрией, тысячи их— и по количеству замученных людишек можно поспорить с Пилой! В частных медицинских центрах некоторые имеют PROFIT. В обычных больничках тоже могут, особенно если имеют в руках одну вундервафлю на область— призывники не скупятся.
Врач-лаборант.
Профессия, нужная только в дорогих клиниках, каковых в Эрэфии крайне мало.
В поликлиниках, как правило, лечением не занимается, интерпретацией анализов не занимается, исследованием анализов не занимается.
Обычно является заведующим лабораторией, занимается объяснением того, почему по анализам больные мертвы, а на практике живы, и наоборот.
А всё потому, что советские агрегаты так же далеки от современного забугорного иммуноферментного анализатора, как конка от французских поездов системы TGV. Часто представляют собой насмерть замученных жирных теток с тремя детьми, мужем-алкоголиком или совсем без оного, и зарплатой 8143 руб. 50 коп.
В отличие от зубного врача, имеет высшее образование, но в настоящее время грань между этими понятиями практически стёрта, так как функциональные обязанности у них практически одинаковы, и разница в дипломах может быть выявлена через много лет совместной работы на какой-нибудь пьянке.
Со студенческой скамьи стоматологи привычны к презрительному званию недоврачей.
Однако, обижаться они не только не спешат, но и охотно веселятся от ставшего среди них мемом эпитета нормальный доктор, то есть, нестоматолог.
На самом деле, обычный стоматолог общего профиля умеет читать рентген-снимки не хуже венеролога, разбирается в анализах крови не хуже психиатра, прописывает аспирин более разборчиво, чем участковый терапевт, потому что пишет мало— в основном, аккуратно рисует деньги наконечником бормашины.
Поскольку больные в кресле, против своих обещаний, обычно не умирают, а наоборот, закусив ватку, резвенько бегут за коньячком, работу свою стоматологи любят.
Внутри специальности стоматологи разделились на узкие профили и продолжают дифференцироваться как стволовые клетки.
Хайтек постоянно балует зубопилов новыми прикольными пиздюльками, облегчающими жизнь и вносящими приятное разнообразие в их инквизиторские обряды.
Стоматологическое кресло, в котором даже нормальные доктора и прочие медики видят родную сестру гильотины, для стоматолога просто мебель, на которую можно прилечь, расслабиться и отдохнуть.
Коллегам своим, однако, побаиваются доверяться, ибо знают, что не так страшно сверло, как тот, кто им хуёво сверлит.
Стоматологические шутки, в основном, базируются на противопоставлении себя проктологам и гинекологам, теме орального секса, а также темам боли, страха и денег их поциентов.
Практически все стоматологи имеют коробку удалённых по разным причинам целых, здоровых зубов, втайне надеясь продать их шаманам на ожерелья.
Фельдшеры и врачи скорой помощи— те самые весёлые товарищи из скорой помощи.
Зачастую имеют дело с отборным гуро, пенсионерами и наркоманами.
Обладают некоторыми навыками реаниматолога, травматолога, терапевта, офтальмолога, педиатра, акушера… Тысячи их, этих навыков, так как на скорой теоретически можно встретить всё, что угодно, однако все эти навыки так и остаются некоторыми.
Врачи и фельдшеры скорой помощи обычно отличаются только корочками диплома и зарплатой, так как в 95% случаев фельдшеры со временем поднимаются до нужного на скорой уровня знаний, а врачи до него деградируют.
Люто и бешено ненавидят участковых терапевтов, так как часто выполняют их работу.
В свою очередь, люто ненавидимы врачами приёмного отделения за то, что привозят им работу.
Хоть и не могут назначать терапевтическое лечение и выписывать рецепты, но всегда могут дать сотни советов, когда, как и что принимать, а также какой рецепт и направление на обследование выпросить у участкового врача.
Курят в over 9000 раз больше сигарет, чем другие медики, чтобы заглушить невыносимую вонь бензина и бомжей, а также люто и бешено бухают не только на день медика, как все нормальные медики, но и на день водителя.
Имеют со своей работы лулзов больше, чем все остальные медики, но меньше, чем психиатры.
Исчо в труднодоступных районах необъятной у фельдшеров открыты опции самостоятельно назначить лечение и выписать рецепт.
Имея график работы сутки через трое, теоретически могут совмещать эту профессию с какой-нибудь той профессией, чем никогда не занимаются, потому что в реале вырисовывается следующая картина: график сутки-ночь-день-дома-сутки-ночь-…. В таком режиме работают несколько месяцев подряд, потому что половина подстанции по отпускам или больничным.
Да ещё несмотря на собственное самочувствие и погоду.
Да ещё постоянно рискуя получить либо перо под ребро, либо табуреткой по голове от той швали, что в over 95% случаев встречает их на пороге.
С точки зрения работников приёмного отделения, семьдесят процентов кипучей деятельности персонала скорой— это довезти тело до приёмного отделения, где сбагрить краснооким дежурантам (график работы в приёмнике похлеще), а если не принимают— просто сгрузить на порог; поставить доставленному телу диагноз из серии голова в инородном теле и по-тихому съебаться.
Обожают две забавы:
Приехать в приёмник в третьем часу утра шестью бригадами одновременно:

2 тела— по настоянию самих тел; бомж— 1 экземпляр; психонавт/белочка— 1 штука; авто, кровотечения, инфаркт, ОНМК ит.д.— на выбор.
Привозить следующее тело через 3-5 минут после определения в приёмнике судьбы предыдущего.
По периоду полураспада и выгорания персонал неотложки сравним с реаниматологами.

Медсёстры. 95%— дурры с огромным самомнением.
Но, к счастью, есть 5% толковых работниц.
Сильно различаются по весовым и иным показателям, некоторые кавайны и фапабельны, большинство никогда таковыми и не были.
Часто выполняют работу также младшего медперсонала.
Иногда попадаются медсёстры мужского пола, называются медбратья, а иногда медбратья женского пола.
Самые крепкие и добрые ребята водятся в психиатрии.
Лаборанты— подготавливают материал к исследованию, занимаются исследованиями разного материала.
Проходят полный курс микробиологии, гистологии, биохимии, гематологии и гельминтологии.
Занимаются анализом ваших высеров, в прямом смысле этого слова.
Что наглядели— тащат врачу-лаборанту.
Как и их начальники, настоящий профит могут получить только в частных клиниках.
Зубные врачи.
Зуб— не орган, следовательно, стоматолог— не врач и даже не очень медик.
Скорее всего, цирюльник.
Хотя, не стоит забывать тут и о челюстно-лицевой хирургии, которая тоже на стоматологах.
В последнее время оных развелось многие тыщщи, где они все работают науке пока не известно.
Считается, что зарабатывают больше, чем обыкновенные врачи разных специальностей, но не факт.
Анонимус с мест сообщает, что знает зубодёров, бесчинствующих в частных и государственных больницах, где они имеют зарплату в два раза выше, чем у терапевтов, плюс служебный транспорт на работу/с работы и льготы по работе и по жизни.

Фармацевты— так же, как и стоматологи, медиками не являются.
Настоящие медики смотрят на фармацевтов как на продавцов-консультантов, вызывая тем самым неслабый баттхёрт у последних.
По причине неплохого знания одновременно медицины, химии и основ бизнеса и экономики, могут неплохо устроиться в жизни и получать профит, продавая тоннами Оциллококцинум, Фуфломицин и прочие БАДы.
Обычно же работают по 10-12 часов в аптеке продавцами прокладок, презервативов и инсулиновых шприцев.
Алсо, умеют читать знаменитый Почерк Врачей™.