• Название:

    СИД интервью 2006

  • Размер: 0.06 Мб
  • Формат: DOC
  • или



У меня недавно была непростая ситуация.
Она не была связана с глубокими и долгосрочными системными разладами.
Это была просто травма.
Множественные надрывы ткани в легких плюс стрептококковая и стафилококковая инфекция.
Одно легкое вообще полностью было склеено, бронхиальное дерево заполнено сгустками крови и гноя.
Такая себе ядреная инфекция с замысловатыми штаммами.
Правое легкое не дышало из-за бронхоспазма: несколько слов сказанных вполголоса или шепотом вызывали отдышку.
Я лежал и понимал, что мозгу кислорода явно не хватает.
Начались сильные головные боли в левом полушарии, впоследствии оказалось, что 95% сосудов мозга работают с чудовищным нарушением ритма.
Я поймал эту гадость в Красном море, когда был в Дахабе.
Даже соленая вода почему-то ее не убивает.
Почти все фридайверы-профессионалы переболели.
Они же привезли ее в Европу, где она сейчас активно распространяется.
Это был реальный шанс уйти.
Я лежал и пытался найти причины, которые служили бы серьезным поводом остаться здесь.
Я их не нашел.
Понял, что особо упираться и нечего.
Дети взрослые, денег всех все равно не заработаешь, оставить после себя бессмертные творения – так мне это по фиг.
Вроде бы уже оставил.
Ну, у меня есть свое отношение к тому, что сделано.
В большой степени это ошибки молодости.
Но мы сейчас не об этом.
В той ситуации я вдруг понял, что поле для эксперимента абсолютно свободно.
Что бы я ни сделал, в худшем случае склею ласты.
И я тогда себе сформировал последовательность асан (о пранаяме там вообще речь не шла: дышать уже было невозможно; цигун я делать не мог: у меня не было сил стоять).
К тому времени я уже крепко подсел на формирование индивидуальных программ с помощью маятника.
Идеальные условия для эксперимента на себе.
Субъект, объект, измерительный прибор.
Не надо бегать по лабораториям, привлекать специалистов.
Я сделал себе программу для жесткого подхлестывания иммунной системы.
Спустя какое-то время это, конечно, отозвалось серьезным требованием пополнения ресурсов в организме.
Ресурсы-то были подъедены крепко.
Интересно то, что я не мог ходить, сидеть, стоять, но асаны, например двадцать отжиманий в ардхакукутасане, делал на одном дыхании или без дыхания вообще.
В теле возникла какая-то такая сила, я даже не знаю, откуда и как.
Но что-то начало происходить.
Я лежу, потом упал с кровати, сделал пару связок (ключевые – отжимания в стойке на руках и натараджасана).
Был один день, когда я не мог тренироваться: летел из Египта в Киев и завис в аэропорту в Шарм-Эль-Шейхе, потому что отменили рейс.
Главная задача была не потерять сознание.
Если бы это произошло, меня бы оставили в больнице, и неизвестно во что бы это тогда вылилось.
Но я этот день пережил, долетел домой и дома упал - вообще не мог ничего делать.
Через некоторое время начала работать иммунная система, поднялась температура, дня через два я поехал к доктору – она ужаснулась.
И прописала колоть антибиотики, без них там было никак.
Причем она распланировала курс так, чтобы в течение 20 дней менять препараты во избежание привыкания.
Когда через неделю я приехал для смены антибиотика, доктор испытала такой же шок, как и во время первого визита:„Я не розумію - все чисте, легені чисті; спазму немає; серце нормальне.
Я думала два місяці будемо вас із кризи виймати”. Опять же, я не знаю, что я сделал.
Асаны были важны как инструмент тотальной перенастройки, но как мне кажется, самым главным было изменить отношение.
Во-первых, мне было все равно.
И во вторых, мне было интересно проскочить эту ситуацию и посмотреть, что будет дальше.
Потому что дальше все стало очень запутано.
Когда я вернулся в нормальное состояние, оказалось, что оно … ущербное.
Что какой-то штуки, которая выполняла телесное осознанное управление, больше нет.
Она все-таки умерла.
Получилось, что умер целый блок личности, и стало непонятно, как жить дальше в том смысле, что привычные стимулы исчезли.
Потом оказывается, что часть управляющих функций замещается прямым управлением с уровня Сущности, но требования к системе совершенно другие и тело, похожее на ленивую соплю, просто не может отрабатывать.
После этого приходится реорганизовывать себя даже на уровне тела.
Для того, чтобы вот этот новый софт мог нормально пользоваться этим железом, железо должно быть другим.
Теперь приходится тренироваться - деваться некуда.
Ха, получается замкнутый круг?
Он не замкнутый, ведь есть дальнейшая перспектива понимания чего-то еще.
Правильное воздействие на тело приводит к улучшению возможностей обработки информации.
Собственно говоря, чего мы здесь болтаемся? А болтаемся мы здесь для того, чтобы интегрировать себя как информационные существа, организующие матрицу осознания.
Когда ты месяца три назад говорил о терминальных состояниях, про это интервью, я, честно говоря, не знал, чем могу быть тебе полезен, потому что у меня ничего такого не было.
Потом, спустя пару месяцев, я попадаю в эту, извините, жопу, и в режиме ускоренной перемотки проживаю такую ситуацию для того, чтобы понять, о чем речь.
Теперь вроде как уже понятно.
Возможно, это связано с критической точкой перехода 45-летнего рубежа, когда ты или начинаешь двигаться в направлении умирания, либо что-то происходит, и ты … умираешь, но начинаешь двигаться в другом направлении.
Вот у меня получился второй вариант.
Конечно, повезло, что за год до описанных событий я познакомился с Инной Петровной. (Инна Петровна – врач, целитель, обладающая уникальными способностями: информацию о ней планируем опубликовать в ближайшее время).
И я пошел к врачу, но не к обычному врачу, а к настоящему.
Знаешь ли ты еще целителей подобного уровня?
Нет, не знаю.
Но я просто не сталкивался, наверняка есть такие люди.
Их не может не быть.
Я заметил, что все складывается по времени очень интересно.
Сначала мне в голову пришла совершенно бредовая идея с маятником.
После чего появился один мой старый друг.
Я как раз пытался понять, что к чему и как энергетически относится.
А он говорит:

Андрюха, зачем ты силы тратишь, ведь все же упирается в информацию.
Вначале было Слово.
Информационная матрица.
Если ты умеешь взаимодействовать с информацией, то можешь делать все, что угодно.
А, например, умение пользоваться только энергетическим (эфирным) пятимерным уровнем ограничивает тебя и не дает выйти в астральную девятимерную реальность.
Потому что в каждом слое структуры (континууме) своя энергия.
Энергия – это то, что поддерживает существование структуры.
Структура – это то, что обеспечивает наличие энергии.
И энергия с уровня на уровень не переходит.
Для того, чтобы перекачать энергию нужно изменить информацию, изменить расклад, по которому распределяется энергия между этими континуумами.
И тогда ты можешь делать все, что угодно.
Потом я понял, что, задавая режимы на уровне информации, мы реально что-то можем делать в отношении своего функционирования и восприятия.
Мир такой, какой он есть в силу того, как мы его воспринимаем.
Но мы можем его сделать другим для себя своим отношением.
Похоже на идеи из Транссерфинга реальности Зеланда.
Очередной взгляд на природу взаимодействия информационных полей.
Я думаю, что это не очередной взгляд, а грамотный способ объяснить на уровне современных языковых понятий, то, что идеологически уже очень давно оформили даосы.
Ведь не всем дано разобраться в их терминологии.
Ты встречался с различными Мастерами, практикующими как телесно-ориентированные, так и духовные практики.
Как ты считаешь, влияет ли духовный рост на здоровье человека?
Духовно продвинутый необязательно здоровый, как и здоровый необязательно духовно продвинутый.
Некая корреляция где-то в районе вершины колокола присутствует, но на самом деле никто не застрахован.
Да, многие известные Мастера умерли от болезней:

Рамакришна, Вивекананда, Ауробиндо, Уесиба, Кастанеда, предпоследний Кармапа.
Список можно долго продолжать.
Есть там такая фишка.
В какой-то момент - одно из двух: либо человек должен исчезать, либо качественно что-то в себе изменять, как допустим Гурджиев.
Хотя в итоге должно становиться все равно.
И тогда ты можешь жить, а можешь не жить – это уже не имеет значения.
Я сейчас исследую жизнь, в которой нет желаний.
Возможно это все вернется, но чисто физиологическая сейчас ситуация такая, что нет шума в голове и нет мотиваций.
Для того, чтобы что-то сделать мне нужно, чтобы кто-то чего-то захотел.
Кому-то из окружающих что-то нужно - они просят меня, и я делаю.
У меня сейчас такое состояние.
И это классно, очень интересно и прикольно и весело.
Смотришь на жизнь, как из-за стекла.
А вот у меня как раз наоборот, для того чтобы продолжать жить мне приходится отыскивать все новые и новые стимулы, потому что хотя я еще молод по большому счету мне уже не интересно.
Так это хорошо.
На самом деле, с одной стороны, все не имеет значения, а с другой стороны … если все равно тут болтаешься, то почему бы что-нибудь не сделать.
Хотя, собственно говоря, какая разница будешь ты это делать или нет.
То есть каждый решает для себя сам.
Но помимо этого часто присутствует чувство внутреннего долга.
Это было.
Для меня переходным был момент, когда я подвел баланс своих жизненных ценностей.
Я просмотрел самое важное, где я кому-то что-то должен, где я, как мне казалось, что-то хочу.
И понял, что все это не имеет значения.
Речь идет о вышеописанном переживании?
Я бы не называл это переживанием.
Это была такая ситуация, когда можно было гикнуться.
Если бы это не было связано с нырянием и все происходило бы быстрее, может, я бы и не успел среагировать.
Но поскольку у меня было несколько дней, то я успел отследить, осознать какие-то этапы и найти тот момент, когда можно было выбрать и повернуть в одну из сторон.
С точки зрения физиологической необходимости сработал инстинкт самосохранения, и осознание повернулось в сторону выбора остаться и посмотреть, что будет дальше.
Многие думают, что практика сделает их жизнь легче.
Скажи, из личного опыта, так ли это на самом деле?
Нет.
Чем ты в более глубокие дебри залазишь, тем чаще получаешь по мозгам.
Там другой уровень игры.
Можно избегать ошибок на уровне физиологическом, но на уровне взаимодействия индивидуального сознания с сознанием Мира – все равно бываю непонятки.
Но до терминальных состояний я себя никогда не доводил, потому что в какой-то момент у меня включался остаточный здоровый пофигизм.
Была ситуация, когда мне достался зал в подвале, где был морг.
Хорошо оборудованный зал лечебной физкультуры.
Начав там работать осенью, к маю я узнал о каждом своем органе.
У меня болело все.
Зал при этом стал нормальный, но такой ценой вкладываться в него было, конечно, неразумно.
Потом как-то поехал к Виктору Ван Кутену и Анжеле Фармер, вернулся и чуть не склеил ласты от перитонита.
У меня взыграл аппендицит, и дело доходило до гангрены.
Все вырезали, вычистили, засунули в живот трубку.
Но зато судьба наградила знакомством с Ван Пэном.
На третий день после операции вынули трубку, на четвертый я попросил снять швы.
Мне сказали, что я идиот, но я настоял, подписал какую-то бумагу, швы сняли, и я пошел домой.
Дополз до квартиры, звонят из федерации ушу, говорят, что у них безвыходная ситуация, приезжает китайский мастер – просят переводить.
Он из южного Китая, а там половина языка китайская, а половина – смесь вьетнамского и еще непонятно какого.
Тяньжунский диалект, которого здесь ни один китаист не понимает.
Поэтому он приезжает со своим приятелем, который знает английский.
И начинать нужно послезавтра.
Два месяца мы работали с Ван Пэном.
Потом он уехал, сказав некоторые тексты.
Я продолжал заниматься, и у меня чуть не оторвало голову.
Плотная упаковка энергии посредством Ян-цигун дала жестокий гипертонический криз.
Пульс доходил до 140 ударов в состоянии покоя, давление 150 на 110-120, для меня это очень высокое давление.
Глаза навыкате, на шею, как будто бы надели детский спасательный круг и надули.
Очень неприятная была ситуация и связана она конкретно с практикой.
Я делал Ян-цигун и жесткие прогибы назад, чтобы не дать образоваться спайкам и растянуть шрам.
В итоге месяца через три после операции я уже делал скорпион в стойке на голове так, как я его не делал до того никогда.
Но побочным эффектом получилось две недели бессонницы с выскакивающим из ушей сердцем.
В итоге после этого качество чего-то в теле и голове изменилось.
Поэтому я считаю, что практика (если это практика, которая к чему-то ведет) может ставить человека в неудобные и болезненные ситуации.
С чего началась история с маятником? (Андрей использует сидерический маятник, как средство индивидуализации практики)
Лет десять назад мама принесла маятник и сказала:

Смотри, какая штучка, вот как она работает…. На что я ответил:

Ма-ма, давай не будем.
Это же мутная магия.
Я не хочу сказать, что это шарлатанство, в каком-то смысле оно работает, но я не по этим делам.
И он лежал в полиэтиленовом кармашке у нас в коридоре рядом с остальным хламом.
А потом я начал думать о том, что сейчас у нас очень массовой стала йога, но ситуацию вряд ли можно назвать благоприятной.
Народ - книжек почитал, что-то увидел, недослушал, появился к одному, появился ко второму, с кем-то пообщался и все – уже мастер.
Со всеми вытекающими последствиями.
Но йога сама по себе явление гениальное.
Фишка заключается в правильном способе применения этого инструмента в наших условиях.
Во-первых, нужно индивидуализировать практику, потому что люди и их условия очень разные.
Я долго не мог понять, как это сделать.
А потом начал искать способ добраться до первичной информационной матрицы.
Там самое главное – суметь снять информацию, причем снять ее в как можно более простом виде.
По принципу: да, нет; плюс, минус, ноль.
И потом мне в голову стукнуло, что рамка очень хороший инструмент для этого, действительно рабочий.
Я посмотрел литературу.
Сначала все, что было по биолокации на Петровке, потом еще кое-что, а потом мне в руки попала книга Джорджа Гариштайна.
Это ученый-физик много лет проработавший в академической науке, впоследствии сотрудничавший с НАСА по обеспечению безопасности полетов на сверхзвуковых истребителях.
Плюс ракетостроение, космическое приборостроение и тому подобное.
То есть человек без понтов, настроенный критически.
И тут он пишет книжку об основных устройствах биолокации: пирамиде, рамке, маятнике, машине Иеронима (элементарная электронная схема, которая используется для определения процентного содержания минералов в породе).
Он описывает принципы применения каждого инструмента, пишет, что с точки зрения наших знаний о вселенной они работать не должны, но все равно работают.
Есть такие-то гипотезы, проведены такие-то эксперименты с соответствующей статистикой.
В общем, без балды.
Такое изложение мне понравилось.
Эта книга меня убедила, что можно пробовать.
Сугубо инженерный подход.
Он пишет о том, что, если бы он был чисто академическим ученым, то остался бы на стадии докопаться почему?,но в прикладной наукемного раз применяли разработки, толком не зная, почему они работают.
Но если получалась верифицируемая повторяемость результата, доказывающая, что система работает - ее применяли.
Впоследствии могло находиться объяснение, но это было уже потом.
В таких областях как индустриализация космоса по-другому невозможно.
Я начал с себя.
Внимательно себя проанализировав, я составил индивидуальную программу.
Потом было совпадение, которое убедило меня окончательно.
Я, с помощью маятника вычислил, что мне не нужно делать упражнения из серии випарита-карани-мудра, где поясница поддерживается руками.
Причем поддержка под таз – нормально, а под позвоночник – нельзя.
Потом прихожу как-то к Инне Петровне, она смотрит мне спину и говорит:

Слушай, да у тебя тут был перелом.
Я ей:

Не было никакого перелома.
Она:

Не надо мне рассказывать.
В таком-то возрасте у тебя была такая травма, которая вызвала такие-то ощущения в течение года.
Действительно, я падал с лестницы с очень сильным прогибом назад рывком, после чегополгода еле ходил, а потом еще полгода были сильные боли.
Она объяснила, что диски были деформированы, тела позвонков тоже, но спинномозговой канал остался цел, поэтому ходить я не перестал.
Но из-за этой деформации три позвонка сместились вперед.
Вылечить она это не может, слишком старая травма, все уже заросло, но порекомендовала не делать определенные нагрузки соответствующие… все той же випарита-карани-мудре! Притом, что эти асаны очень сильные и в системе занимают достойное место, мне от них следует отказаться.
Эта история послужила индикатором того, что метод работает.
Я когда-то экспериментировал с маятником, но метод показался мне довольно энергоемким.
Да, он подъедает.
Дело в том, что его движение связано с током, только с каким я не понял.
Не электрический ток явно.
Он идет по нитке и взаимодействует снашим полем.
Генерируется это поле на уровне солнечного сплетения.
Если ты вышел на ячейку, указав правильный адрес, то есть, правильно сформулировал запрос, ты получаешь ответ, который меняет твое поле.
И это требует энергии.
Никуда не денешься.
А другие способы такие, как мускул-тест, не пробовал использовать?
Я человек ленивый.
От добра добра не ищут.
Пока маятник работает - хорошо, конкретно перестанет работать – буду думать.
Со временем я пришел к систематизации общего материала.
Довольно много времени ушло на формулировку правильных запросов.
Пришлось, конечно, повозится, но в итоге получилась интересная система входа в практику, которая оказалась не очень сильно похожа на то, что обычно у нас делается.
Получилась, можно сказать без моего участия.
Я просто направлял поток вопросов.
Это грамотно организованная последовательность освоения.
К тому времени, когда человеку предлагается исполнить некий трюк, его мышечно-сухожильный корсет и общее состояниепозволяют ему сделать это без особых усилий и уж тем более без осложнений.
Каждая следующая стадия развития этой системы предполагает введение в практику элементов на базе уже основательной подготовленности организма к их исполнению.
Вплоть до того, что стойка на руках осваивается значительно раньше, чем стойка на голове.
Речь, я так понимаю, идет об ЭТО? (Так называется последняя тренировочная система Сидерского).
Почему ЭТО?
Очередную йогу выплодить – это кому-то надо? Когда мы с питерцами в Дахабе общались, они говорили – ну это, это самое.
Так и оставили.
В адвайта-веданте термины ЭТО и ТО используется для обозначениянедвойственности восприятия и чистого неомраченного сознания, неуловимого, но являющегося всепроникающей основой мира.
Я не знал об этом.
Но, хочешь прикол.
После всей этой фигни, когда я пытался сообразить, что же сдохло, то я понял … что сдох Сидерский.
Потому что название Андрей Сидерский уже не соответствует ни чему.
А когда я начал думать, как же мне теперь назваться (даже паспорт собирался поменять), то оказалось, что … никак назвать это просто нереально.
Так пришлось и оставить, а что делать.
То, что мы называем именем – это личность.
А когда она сдохла…? То, что на самом деле есть Я, к личности имеет отношение лишь постольку, поскольку использует ее как дельфирующую зону между собой и исполнительными инструментами.
Когда эта дельфирующая зона проваливается и подключка происходит непосредственно к исполнительным инструментам, весь тот комплекс качеств и свойств, который назывался личностью, исчезает, и название больше не имеет смысла.
Мне кажется, чтопосле такого интервью у некоторых людей может пропасть желание заниматься йогой.
Ты знаешь, я считаю, что если человеку перехотелось заниматься йогой, то ему крупно повезло.
Потому как лишняя попсовость явлению только вредит.
Когда человек начинает заниматься, потому что это модно, могут возникнуть нюансы.
С другой стороны раз веление времени такое, значит, что-то в этом есть.
Бывают пики и спады интереса, но всегда найдутся такие, которым это зачем-то нужно.
Но если можно не заниматься, лучше конечно не заниматься.
Ярослав Яковлев
18 января 2006 г.