• Название:

    Хочешь поговорить

  • Размер: 0.08 Мб
  • Формат: DOC
  • или



Хочешь поговорить?
Рейтинг: NC-17
Пейринг:

Гарри Поттер/Драко Малфой
Жанр: PWP, romance
Содержание: люди женятся, гляжу – не женат лишь я хожу (с) А.С. Пушкин
Категория: слеш
Десять минут под горячим, словно африканский парной дождь, душем - это так много, чтобы прийти в себя.
И так ничтожно мало в сравнении с тем, сколько ему еще предстоит ждать.

Пар клубами поднимался вверх, касался потолка и влажными каплями стекал по белому кафелю.
Драко заворожено смотрел, как в сливном отверстии пенным винтом исчезала вода.

Он потянулся к полочке, на которой нашли пристанище шампуни, гели, кремы.
Отвинтил круглую крышку у широкого горлышка бутылочки с шампунем, втянул носом запах, привычно идущий от гарриных волос.
Сковырнул пробку у флакончика с лосьоном, принюхался.
Выдавил на ладонь из мягкого тюбика густую голубую лужицу геля для бритья.
Точно такой же лужицей, казалось, расплывался сейчас по гладкому модному паркету в коридоре свет, сочащийся из-под чуть приоткрытой двери ванной комнаты.

В самом углу полки у мокрой кафельной стены скромно, словно стараясь не привлекать к себе внимания, примостились узкие стеклянные флаконы из темного стекла.
Драко настоял, что фиалы для хранения заживляющего и обезболивающего зелий обязательно должны быть стеклянными и не пропускать свет.

По молчаливой договоренности синяки и шишки, с которыми Поттер периодически заявлялся с работы, не обсуждались: считалось, Гарри свои проблемы решает сам, а как решает – Драко не касается.
Сам Драко лишь успевал следить за содержанием аптечки, тревожиться о любовнике втихомолку и думать, что Поттера устраивает такое положение вещей.

Поттер покупал готовые настои в аптеке, но Драко выливал их и заменял приготовленными собственноручно.
И когда вместо раздражающего аптечного антисептика, в аромат Поттера вплетался огуречный запах или запах кошачьей мяты, или эвкалипта, понятно было, что, принимая душ, Гарри залечивал или старательно маскировал очередную ссадину, которую для Драко, тем не менее, найти на его теле не составляло особого труда.

Запахи опутали Драко невидимой паутиной, он вдыхал их, пока не закружилась голова, будто только что заложил на Нимбусе крутой вираж.

Нервно усмехнувшись, Драко прикрыл глаза, помял пальцами виски.
Не смотря на возбуждение, он чувствовал себя усталым, разбитым и одиноким, оставаясь один на один с яркими и плохо контролируемыми ощущениями.
Пробудившаяся чувственность требовала близости. Бывали дни, когда Драко объявлял Поттеру бойкот.
Тогда Гарри часто стоял под душем, переключая температурные режимы.
Прислонившись к косяку никогда не закрываемой плотно двери, Драко наблюдал, как Поттер сначала долго жег тело горячей водой, потом – как обрушивал на себя ледяными иглами холодную воду, как терпел, играя упругими мышцами.

Когда однажды за утренним кофе, Драко со сдержанной театральностью поинтересовался у Поттера, отчего простая процедура принятия душа, отнимает так много времени.
Что Поттер там делает? Уж не полочку ли рассматривает на стене ванной комнаты? Гарри, нисколько не смутившись, вполне серьезно ответил, что да, рассматривает - её вид у него ассоциируется с Драко.
Драко отложил газету и спросил почему.
Потому что, ответил Поттер, необычное сочетание стекла и хромированного металла просто красиво, а еще делает эту полку хрупкой и прочной одновременно, что так похоже на Драко.
Невероятно, сообщил тогда Драко в чашку с кофе, и добавил, что это самый невозможный комплимент, который он когда-либо слышал.
В тот момент Драко благоразумно умолчал: когда он выбирал эту самую полку для ванной в квартиру Гарри, продавец не уставал рекламировать товар, уверяя, что этот материал верно прослужит многие годы, обладая достаточной прочностью и надежностью.
Драко сразу подумал о Поттере.
Действительно, этой конструкции из стекла и металла не страшны перепады температур, непреднамеренные удары и приличная нагрузка.
Как и самому хозяину квартиры.

Драко провел ладонью по запотевшему стеклу и уперся взглядом в свое отражение в зеркале.
Сквозь редковатый туман пара на него смотрели глаза, с таким же потусторонним непроницаемым отливом, как у того, хромированного металла из которого была сделана полка в ванной.

- Хочешь поговорить? – с задушевным интересом предложило зеркало.

- С тобой, стекляшка? – от неожиданности отшатнулся Драко. – Очень смешно.

- Да? Тогда, возможно у тебя есть чувство юмора.

- Что у меня есть, так это огромное желание тебя разбить!

По поверхности зеркала испуганно прошла легкая рябь, будто ветер по воде.

- Давай поговорим о твоих желаниях, - настойчиво продолжило оно, - они имеют огромное значение, особенно подсознательные.
Можешь мне довериться, я сплетничать не стану.
Почему сегодня ты не мастурбируешь?

Драко замахнулся кулаком, зеркало поперхнулось и даже будто съежилось, уменьшилось.

- Перестань, даже трехлетки знают, что волшебные зеркала не меняют своих размеров.
Пробуй свои оптические фокусы на ком-нибудь из маглов, они к Поттеру частенько заходят.

- При маглах я ни единого звука издавать не должно, волшебники все время велят мне замолчать.
Какая разница: маглы, чародеи – поговорить все равно не с кем…

Под жалобное ворчание зеркала Драко невозмутимо подкрутил переключатель воды и приготовился выстоять под ледяным дождем хотя бы десять секунд.
Как там это делает Поттер? Замерз Драко мгновенно.
Сотрясаясь зверской судорожной дрожью, он едва не до упора повернул переключатель в другую сторону и, подтянув ногой за цепочку круглую пробку, плотно придавил ею слив.
Не-ет, эта терапия для Поттера-мазохиста, но - не для нервов Драко.
Он улегся в ванну в блаженном изнеможении, погружаясь в парную воду и сладкую истому.
Закрыл глаза и велел себе расслабиться.
Мышцы постепенно сделались вязкими, голова слегка закружилась от разлившегося по всему телу тепла.

Пришел в себя Драко, а точнее проснулся, холодным и мокрым, словно лягушка.
Волосы противно облепили щеки, соски затвердели и по-женски торчали вверх.
Воды в ванне не было, видимо он случайно задел цепочку, на которой крепился уплотнитель, вывернутый из гнезда сливного отверстия.
Из осевшей пены остро торчала коленка.
Одна рука безвольно свешивалась через край ванны.
С пальцев на резиновый коврик падали редкие капли.
Отлично, ну, здорово просто.

С яростной обидой растираясь полотенцем, Драко позволил себе помечтать о том, что если бы вернувшийся в этот момент Поттер нашел его, замерзшего, в хлопьях пены, словно Афродиту.
И Драко теперь нежился бы в теплой постели, заботливо укрытый, с невероятно приятным ощущением того, как пробуждается его отогревшаяся плоть от близости к прижавшемуся Гарри.

Отбросив полотенце, Драко придирчиво осмотрел в зеркале свое отражение.

- Великолепно, красавчик, - сонно пробормотало зеркало стандартную фразу.

Драко тщательно высушил и уложил волосы, заправил за ухо пушистую прядь.

- Мне нравится, то, что я вижу.
Хоть сейчас на обложку Glamour gay, - оживляясь, прокомментировал прежний собеседник.

- Ирония мне послышалась.
Не так ли?

- Да что ты! Что ты! - язвительно возмутилось зеркало.
Если бы у него были руки, наверняка еще и руками бы замахало. - Любой журнал предложил бы за кое-какие фото того, что я частенько здесь наблюдаю, гонорар, равный стоимости нашей квартирки.
Представляешь, другая квартира, другая ванная комната – блистающая и огромная, как бальная зала.
А что ты думаешь о журнале Playwitch?

- Я о нем не думаю.
Заткнись, а то превращу в лёд и в горячую воду брошу.

Драко удовлетворенно хлопнул себя по животу:

Поттер часто так делает – похлопывает себя по животу после обтирания, тогда у него под кожей появляются четыре четких и тугих бугорка пресса.
А у Драко на коже остался лишь розовый отпечаток.

- Witch’s Bazaar? Elle? Мagic Vogue? Mister BDSM? - продолжало зазывающе выкрикивать зеркало, пока Драко не захлопнул двери в ванную.

Не зажигая света, он встал голышом напротив прямоугольника ночного окна, впитывая через волосы, через кожу такой будоражащий, такой холодный, прозрачный лунный свет.
В квартире Поттера было очень тепло.
Без Поттера было холодно.

В доме напротив, в чьих-то квартирах все еще горел свет.
Внизу мирно спала парковая аллея.
Пятнистую от света фонарей дорожку замело.
Утопая лапами в свежих сугробах, бежал одинокий пес.

Осторожно заскрежетал замок входной двери.
Драко медленно выдохнул:

Поттер вернулся.

Гарри на цыпочках прошел по коридору мимо кухни.
Не заходя в нее, постоял, посмотрел на нетронутый ужин.
Потом пошел в спальню.

- Я здесь, - негромко позвал Драко.
Поттер оглянулся.

- Люмос.
Опять ходишь босиком, - черные блестящие волосы, полуоборот, полуулыбка.

- Зато ты… - Драко посмотрел на мокрые следы, оставшиеся от налипшего на подошвах Гарри снега, затем впился в лицо любовника узкими щелочками глаз. - Неважно.
Ты поздно.

- И поэтому ты не ужинал? - глаза Гарри заблестели улыбкой.

- Это твой ужин.
Все, что есть - на столе.
В холодильнике у тебя кроме льда больше ничего не осталось.

- Понятно, - без всякого энтузиазма отозвался Поттер.
Улыбка сползла с его лица, словно чулок.
На "у тебя" не отреагировал никак, но Драко видел, как обида вспыхнула в его потухших глазах тысячами микроскопических иголок.
Маленькая месть за долгое нервное ожидание царапнула Драко собственный слух, тем не менее, он невозмутимо уточнил, позволив звучать в своем голосе прохладной иронии:

- Работа?

- Работа!
Поттер отвернулся и пошел обратно в прихожую.
Драко посмотрел ему вслед, на его прямую решительную спину, на его раздраженную походку.

- У тебя неприятности?

- Все в норме, - равнодушно ответил Гарри и не оглянулся.

- В норме? Отлично! И задержался ты, потому что отмечал новое назначение?

- Уже знаешь? А для меня все было полной неожиданностью.

- Тоже мне неожиданность.
Какую газету ни открой – всюду одно и тоже:

Кингсли своими перестановками и реформами последние недели трясет ваш аврорат, будто спелое грушевое дерево.

- Ну, трясет.
Слегка.

Поттер прислонился к стене: куртка вольно распахнута, узел галстука ослаблен, воротничок и верхние пуговицы рубашки расстегнуты.
Он откинул голову, уперся в новые обои затылком, в расстегнутой рубашке обнажилась сильная ключица.
К запаху его привычного шипрово-кожаного парфюма, от которого у Драко так часто в легком возбуждении кружилась голова, примешивалось легкое амбре огневиски и усталости.

- Ничего себе слегка... Твоего начальника сняли.
У тебя новое звание…

- Ну и что.
Все равно, как работали, так и работаем...
Гарри хмурился, отвернувшись, глядел в стену, не на Драко.

- Хочешь об этом поговорить?

- Не хочу, - недоуменно.

- Не доверяешь, - расстроено.

Нужно все-таки было надеть халат.
Драко поискал его глазами.
Поискал хоть что-нибудь, чтобы накинуть на голые плечи или прикрыть бедра – ни одной из обычно разбросанных вещей гарриного гардероба, даже носков под стульями.
Приходящий эльф добросовестно провел уборку квартиры.

Драко нервно усмехнулся, и именно в эту секунду его пенис ощутимо съежился, будто от холода.
Не удержав инстинктивного движения, Драко прикрылся ладонью, словно стоял не в полутемной комнате наедине с любовником, не обращавшим внимания на его сверкающую наготу, а находился под полусотней взглядов в общественной душевой.
Показалось, что вот прямо сейчас Поттер скажет ему, что все кончено, и велит Драко собирать вещи.
Понимание этого стало таким же четким и ясным, как и совершенно неожиданным.

Положа руку на сердце, он с самого начала - с того майского солнечного дня, когда волею случая столкнулся с Поттером в Косом переулке, не рассчитывал на что-то дольше короткой интрижки.
Предполагалось, что это будет всего лишь забавная история на один раз, просто чтобы удовлетворить давнишнее настойчивое любопытство.
Наверное, поэтому между ними все произошло очень быстро, словно они оба уже давно были готовы и ждали лишь первого шага навстречу друг другу: отвечая на вопрос о том, что он делает сегодня вечером, Драко не отвернулся и не отвел в сторону взгляд, давая согласие на совместный ужин, и тем же вечером без возражений упорхнул на крыльях амура до ближайшей кровати, оказавшейся в квартире Поттера, причем она тогда была единственной мебелью в его новом холостяцком жилище.
На следующее утро Поттер - счастливо улыбнулся, Драко - осторожно улыбнулся в ответ.
Вскоре, после четырех свиданий подряд, Драко решил рискнуть и согласился на предложение Поттера о переезде.
Получилось не так уж плохо - полтора года вместе, не съезжаясь окончательно и не строя совместных планов на будущее.
Можно сказать, тройной срок для среднестатистической молодой пары, не важно, что в паре – только парни.
Драко рационально считал, что гомосексуализм имеет свои преимущества, излишняя эмоциональная привязанность – нет.
Честно спрашивая себя – честно себе же отвечал: будущего он не хотел, а настоящего ему вполне хватало.

А теперь Драко испугался, испугался так, что у него заледенел кончик носа.
Сознавая полную свою ничтожность перед чувством тихого отчаяния, он закусил губу, чтобы то, что сейчас плескалось в душе, не выплеснулось наружу раньше, чем он окажется подальше от этого проклятого дома, и сто раз проклятой квартиры.

- Почему ты решил, что не доверяю? Просто считал, что тебе не интересно, - звук удивленного голоса Поттера прокатился по прихожей, чье пространство показалось Драко вдруг искаженным, вытянутым, удлиненным, в котором Поттер стоял далеко и был таким недоступным.

- Я никогда этого не говорил.
От звука собственного голоса Драко пришел в себя.
Стены встали на место и перестали сужаться.
А Поттер вдруг без всякой последовательности сообщил:

- Дэн Криви женился.
Ты должен его помнить: худенький, такой, с русым хохолком на голове и мелкими веснушками на носу.

- Который смотрел на тебя всегда голодно, словно собирался отрезать кусок и зажарить дома.
А еще я помню, что он не работает в Министерстве.
Причем тут его женитьба и аврорат?

- Дэниел забежал в конце рабочего дня поделиться новостью.
Мы с ребятами немного посидели, поздравили его, у человека радость.

- Было бы чему радоваться… - хмыкнул Драко и с неудовольствием заметил, как болезненно нахмурился Гарри.
Драко вздохнул. - Вы его так поздравляли, что у тебя на кулаке появилась свежая ссадина?

Поттер недоверчиво на него посмотрел и растеряно спрятал руку в карман куртки.

- Так заметно? Просто брали сегодня одного типа.
На окрик Стоять! Аврорат! он отреагировал очень неправильно – стал палить Ступефаями направо и налево.
Пришлось аппарировать ему за спину и угомонить.

- Поттер, ты… ты ведь все врешь?

- Вру.
Я просто поскользнулся после аппарации домой, под снегом лёд...

- А почему не аппарировал сразу в квартиру?

- Не хотел. – Гарри пожал плечами. – То есть я хотел… Хотел немного пройтись.
Ровно двенадцать минут до подъезда.

Сейчас, казалось, Гарри хочет сказать что-то еще, и для последнего решительного шага собирается с силами.
Драко его опередил.
Казалось, его собственное тело было возмущено тем, что он мешкал.
Больше всего опасаясь, что произойдет непоправимое, он сделал по направлению к Гарри шаг, потом еще пять шагов и прижался к нему.
Едва соображая что делает, потерся щекой о его плечо.
На меховом воротнике гарриной куртки еще остались снежинки, не успевшие превратиться в мокрые кляксы.

- Дэн был не против, чтобы ты присоединился, ребята все еще гуляют, - виновато заговорил Гарри, отводя глаза. - А я не хотел, я домой ушел, чтобы с тобой поговорить.

Драко вжал голову в плечи и уткнулся лицом в холодную куртку Поттера, стремясь трусливо спрятаться от слов, которые предстояло услышать.

- Хочешь поговорить? - глухо пробормотал он. – Ну? Говори, что собирался и покончим с этим.

- Я представлял себе все совсем не так... А давай завтра пойдем в Ласковую вейлу или в Сытый кентавр или в любой другой хороший ресторан на твой выбор, и поговорим за ужином.
Давай, а?

- Со мной не надо юлить, Поттер, или я уйду прямо сейчас.
Будешь говорить или нет?

- Буду.
Снова у Поттера этот взгляд.
Прямой и твердый.
Но, если присмотреться - чуть отстраненный, словно идущий из потайных глубин мечты, мечты особенной и желанной, которая должна быть исполнена во что бы то ни стало.
Будто в Гарри живут сразу двое: решительный сильный мужчина и робкий бесхитростный мальчишка.

Обычно, когда удавалось разглядеть в Поттере мальчика, влюбленного и мечтательного, Драко всегда страшно заводился.
И пусть у их отношений больше нет будущего, пусть они закружились, как вокруг своей оси - вокруг печально-мелодраматического финала с банальными, смешными и ненужными объяснениями, сейчас Драко возбуждался.
Возбуждался и не хотел спорить с желанием, потому что голова стала наполняться влажным туманом, тревожные мысли - пропадать.
В ушах протяжно зазвучала монотонная мелодия, словно игра флейты на одной ноте.
Голос Поттера, поворот его головы, то, как он упорно отводит взгляд, опуская ресницы.
Его голос.

О чем он там говорит? Кто женится? Уизли? При чем тут Уизли?

- … у меня неделю приглашение в кармане лежит, я был уверен, что ты откажешься, а без тебя я не могу идти, мы же вдвоем, верно? И не пойти не могу, Гермиона – моя подруга, а Рон – лучший друг…

- Поттер, с ума сойти можно, ох… Ты о женитьбе хочешь поговорить? О свадьбе Уизли и Грейнджер?

- Нет.
То есть, да - о женитьбе.
Только не о Роне с Гермионой и не о свадьбе.
Но если надо, можем и о свадьбе.
Хочешь, поговорим?

Кроме Уизли еще кто-то решил жениться? Пусть.
Драко впитывал запах Поттера.
Запах силы и независимости, импульсивности и уверенности.

- …твой отец меня едва терпит, считает безответственным, но послушай…

Он убеждающе обхватил Драко за запястье.
Ладонь у Гарри была жесткая, волевая.
И лицо его изменилось, словно произошла невидимая трансформация.
Неловкость слетела с него, будто шелуха.
Только что перед Драко стоял отчаянный мечтательный мальчишка – теперь серьезный властный мужчина.

От Гарри пахло авроратом: холодным мрамором широкой лестницы с зеркалами на площадках и с ярким ковром на ступенях; вспышками зеленого пламени в многочисленных каминах; тонким, едва слышным звоном сверкающих подвесок на люстре в Атриуме, вбирающих в себя отблеск золотых символов информационных объявлений и отражающихся в отлакированном до блеска паркетном полу.
А вот кабинет Гарри вовсе не был шикарным, но недавно в нем начали ремонт, и к обычным безликим казенным запахам уже несколько дней примешивался специфический аромат лакокрасочных заклинаний.

- …в конце концов, можем жить самостоятельно: на моем счете в Гринготтсе приличная сумма и я сейчас неплохо зарабатываю…

Драко представил, как Гарри, подняв воротник куртки и втянув голову в плечи, шел к дому по заснеженной аллее парка, принимая и впитывая запахи морозного ветра, желтого света фонарей, белых огней, которыми светилась аптека на углу.
Представил, как хлопнула за ним дверь подъезда, разметая снежинки.

- …конечно, у нас не очень сходные характеры и немного разные интересы…

Сквозь шум крови в ушах Драко все еще слышал томительную мелодию флейты.
Голос Гарри изменился, став тягучим и сочным, будто сок тропического плода.
Ни одного значения ни одного слова понимать Драко не хотел - не сейчас.

- Твердо верю, что наши отношения тебе так же дороги, как и мне…

И чтобы там Поттер сейчас не говорил, о чем не рассуждал, Драко слышал, чувствовал запах его возбуждения, его желания.
Этот запах будто стекал по сильной шее, обволакивал подмышки и пульсировал, поднимаясь над пахом.
Удивительный запах, который может быть только у Поттера - яркий и в тоже время спокойный, глубокий и одновременно легкий.

- Человек, которого я бы хотел видеть рядом всегда – это ты.
Можешь не отвечать прямо сейчас, я пойму.
Просто обещай подумать, ладно? Когда будешь готов – просто скажи мне… Драко? Слышишь, о чем я говорю?

- Угу.

- Обещаешь подумать? Немного подумать, чуть-чуть?

- Да. – Врать Драко было всегда легко, как чесаться.
Он поднял голову и посмотрел в разгоряченное лицо Поттера: горящие глаза, мягкие влажные губы.

- Да ты весь дрожишь с ног до головы! Совсем замерз? Какой же я дурак! Тебе нужно немедленно согреться!

- Вот и согрей, а то поду-умай, обеща-аешь. - Драко отстранил руки Поттера и повернулся в сторону спальни, поспешно пересекая темный пятачок прихожей, подсвеченный лишь голубоватым светом Люмоса, исходящего с кончика палочки Гарри.
Набухший в предвкушении предстоящего удовольствия и напряженно вытянувшийся член, подпрыгивая, покачивался – вверх-вниз – при каждом шаге.

Прекрасно зная, куда направлен чужой взгляд, Драко взмахнул палочкой и засветил Люмос поярче.
Неторопливо взбивая подушки и устраивая их повыше, он не озаботился ни одной мыслью, кроме, разве что - как можно выгоднее представить на обозрение Гарри мякоть своих ягодиц, прежде чем взобраться на аккуратно застеленную кровать и, покачиваясь на ее пружинах, с удобством устроиться на уложенных подушках.

Разве можно было о чем-либо думать, когда на живот упруго улегся член, и Драко судорожно стиснул его основание: кожа на головке натянулась, и любое касание было невыносимо, если только оно не мягко, влажно и уютно?

Поттер наклонился и отрывистыми резкими движениями распустил шнурки на ботинках.
Сдернул с плеч куртку.
Махом сбросил обувь с ноги, с другой.
В разные стороны полетели носки.
На ходу расстегнул и сбросил рубашку, вышагнул из джинсов.
Белье бросил на пороге спальни.

О чем там Поттер недавно предлагал подумать? Драко не мог сосредоточиться… Он не мог сосредоточиться ни на одной мысли, когда Гарри укладывал его то на живот, то на спину, просил то согнуть ноги в коленях, то развести их в стороны шире; когда лизал золотую бороздку на животе Драко и горячую кожу в основании члена под колкими, отросшими после недавнего бритья волосками; когда он давил твёрдым языком на кожу в местечках над тазовыми костями; когда кончик гладкого языка прочертил мокрую дорожку от корня до самой головки члена.

Он совершенно не думал о словах Поттера, когда откинулся спиной на его грудь, подставляясь под уверенные и властные ласки.
Да что там говорить: любое желание думать у Драко всегда испарялось от одного только гарриного дыхания - порывистого, иссушающего, разгоряченного.

И уж подавно, он ни о чем не думал, ощущая ягодицами твердый, будто несгибаемый рельс, пенис Поттера.
А когда на бедрах Гарри его удерживала только сила властных смуглых рук, подхвативших его под сгибы колен – синяки еще долго не сойдут – и подтянувших ноги повыше, лишив их какой бы то ни было опоры, для мыслей в голове Драко совсем не осталось места.

Ножки кровати жалобно и глухо скрежетали по новому паркету, темп движений нарастал, сбитая в пену смазка усиливала скольжение.

- Устал? – прошептал ему в ухо Поттер.

Драко помотал головой.

- Привстань-ка.... Встань вот так, повыше бедра… хорошо-о… - Гарри уложил его грудью на подоконник.

- О-ох…

- Еще немного… Да-а…

- Ох… Гарри-и…

В голове Драко вместо мыслей вспыхивали язычки бесцветного пламени, даже рот наполнился невесомой огненной влагой.
Тусклые плафоны фонарей с их желтым светом вздрагивали у него перед глазами так же бешено, как толкался в него Гарри.

Первым кончил Драко.
А потом с мощным выдохом Поттера, внутрь него будто выплеснули волну горячей и густой, словно оливковое масло, влаги.

Обессиленный, разомлевший, исполненный ощущения необычайного удовольствия и легкости, Драко растянулся на измятой постели.
Рядом вытянулся Гарри – тяжелый, горячий, сильный.
Склонился над запрокинутым лицом Драко, будто гладил глазами, словно извиняясь за схлынувшее безумство.
Целая минута вечности, в течение которой между ними рождалась близость – особенная, невероятная, необъяснимая.
Целая минута вечности, прежде чем Драко, не решаясь говорить, осторожно, кончиками пальцев, коснулся гарриной щеки, а потом потянулся и коснулся губами того места на его щеке, где только что была рука.
И Гарри накрыл ее ладонью.
Выглядел Поттер при этом возмутительно и нестерпимо довольным.
Впрочем, после секса он выглядел так всегда.

Приятная физическая усталость и полеоргазменная легкость заполняли расслабленное тело, застывая мягкой тяжестью в веках, пальцах ног и рук.
Чувствуя, как слипаются глаза, Драко позволил Поттеру быстрыми заклинаниями очистить его живот, бедра и ягодицы.
Затем повернулся набок и, прижимаясь к нему, подумал о том, что будет вполне достаточно, если Гарри по-прежнему будет его обнимать, когда завтра Драко проснется.
И что от его ладони по-прежнему будет идти в тело Драко ровное тепло.
И что глаза Гарри также будут блестеть улыбкой, вместе с невыразимым ощущением нежности, излучаемой самим Гарри.
Эта была единственная мысль, которую себе лениво позволил Драко, перед тем, как заснуть.
Уснул он сразу и крепко, поэтому не слышал, как Гарри, подвинувшись к нему еще ближе, нерешительно прошептал во все еще влажный висок, пахнущий теплыми духами:

- Драко? Не спишь? Я просто решил, что, возможно, ты уже обдумал мое предложение и… мы можем теперь все обсудить.
Хочешь об этом поговорить?

Конец.