• Название:

    Тот, кто ходит по облакам

  • Размер: 0.08 Мб
  • Формат: DOC
  • или



Тот, кто ходит по облакам
Пейринг:

Драко/Гарри
Рейтинг: R
Жанр: angst/romance, POV Драко
Summary:

Луна.
Я часто разговариваю с ней.
Выхожу из дома и сажусь на крыльцо, припорошенное пушистым снегом, и задираю голову вверх.
Я разговариваю с луной о тебе, а колючие звезды смеются мне в лицо.
Я спрашиваю: почему так?..
(1)
Я забываю имена

Спросонья или с полупьяна

Басовым звуком фортепьяно

Встает забвенья стена.
Просыпаясь, я долго не открываю глаза - так, на мгновенье, может показаться, что все это мне только приснилось.
Из открытого окна на подоконник льет дождь.
Холодные капли стекают на пол и разливаются льдистым зеркалом на паркете…

Я открыл глаза.
На потолке дрожат бледные отблески уличного фонаря.

Сверкнула молния, и на стене резко очертились белесые тени.

Наверное, я схожу с ума.

По крайней мере, мне нравиться так думать.
Думать, что вся эта комната - лишь плод моего больного воображения.
Что на самом деле всего этого нет.

Ни развивающихся, словно безликие призраки, белых штор, ни стола, заваленного конвертами и свитками…

…Ни вселенского отчаянья, навсегда поселившегося в моей душе...

Внезапный порыв ветра, ворвавшийся в комнату, приносит с собой запах осени.
Терпкий и одновременно чуть сладковатый.

Когда-то я любил осень…
Палые листья, будто червленое золото, шуршат под ногами.
Руки в черных кожаных перчатках сжимают лакированную ручку зонтика.

Я улыбаюсь.

Просто потому, что вижу вдалеке твою фигуру, сидящую на скамье.
Я ускоряю шаг, и полы мантии развиваются у меня за спиной.

Я уже почти бегу.

Если бы меня спросили, то я бы даже не вспомнил, где оставил черный зонт-трость, который секунду назад держал в руках.
Добежав до скамейки, я резко останавливаюсь в каких-то десяти сантиметрах от твоих коленей.

Ты поднимаешь растрепанную голову, и уголки твоих губ слегка приподнимаются.
Ты не улыбаешься, просто воздух слегка дрогнул.

- Ты знал, что я приду? - спрашиваю я.

Но ты молчишь... все понятно без слов.
(2)
Я забываю голоса

И даже старых песен звуки

В мои протянутые руки

Ложатся лишь на полчаса
В ноябре в Лондон приходит зима.
С колючим снегом и холодным ветром.

Я сижу у камина, но не ощущаю его тепла.
Огонь отбрасывает красные блики на мое лицо.
Сейчас я, наверное, похож скорее на каменное изваяние, чем на человека из плоти и крови.

Я замерзаю.

Замерзаю тихими промозглыми зимними вечерами, сидя в кресле и уставившись в пространство невидящим взглядом.
Я не закрываю окон и, обледеневший, подоконник переливается в свете луны всеми оттенками серебристого.

Луна.

Я часто разговариваю с ней.

Выхожу из дома и сажусь на крыльцо, припорошенное пушистым снегом, и задираю голову вверх.

Я разговариваю с луной о тебе, а колючие звезды смеются мне в лицо.
Я спрашиваю: почему так?
Сердце разрывается от боли при одной мысли о нем.

Он клялся мне в вечной любви…

Тогда почему все именно так?

Луна молчит, даже она не знает ответа на этот вопрос…
А когда-то мне казалось, что я могу принести ему млечный путь в ладонях.
Он бы обязательно осуждающе покачал головой, но глаза, как всегда, выдали бы его.
Он часто называл меня своим глупым мечтателем.
А я отвечал, что если люди захотят взлететь - у них будут крылья.
Очнувшись от своих мыслей, я понимаю, что кто-то настойчиво стучит в дверь и зовет меня по имени.
Но они прекрасно знают, что не получат ответа, как и все предыдущие несколько раз…
Вскоре в доме опять воцаряется гнетущая тишина.
Кажется, что воздух сгустился и если очень захотеть можно потрогать его руками.

Я взглянул на свои ладони.
Тонкие запястья и длинные пальцы, а кожа такая белая, что сквозь нее проступает паутинка из синеватых вен.

Он говорил, что у меня руки пианиста.
Я играю лишь для тебя одного, записывая в нотах мелодию своих чувств.

Ты говоришь, что я сумасшедший, а я заставляю ряд черно-белых клавиш рассказывать о том, что сам не осмеливаюсь произнести.
Пианино уже давно стоит в углу комнаты, покрытое толстым слоем серой пыли.
Иногда, я подхожу к нему и проведя пальцами по гладкой поверхности… оставляю следы…
Точно такие же следы, которые ты оставил в моем в сердце.
Я опять снимаю с безымянного пальца кольцо.
Глаза змеи, которая обвивает серебристый ободок, безжизненно смотрят на меня.
Когда-то эти два изумруда ярко светили.
Это было тогда, когда он еще был рядом со мной.
Я не хочу думать о том, что они больше никогда не будут сиять.

Ведь это значит, что он никогда не вернется…
Твоя рука накрывает мою, и наши пальцы переплетаются.
Ты обнимаешь меня сзади, опустив свою голову мне на плечо.
Я целую тыльную сторону твоей ладони.

- Мы никогда не расстанемся, - шепчешь ты.

- Никогда, - эхом повторяю я.

Я верю тебе, потому что ты никогда не врешь.
Никогда…
(3)
Я забываю адреса…

И те, кто где-то ждут упрямо

Письма иль строчки телеграммы,

Уже не верят в чудеса.
Я ненавижу письма.
Раньше совы приносили мне множество желтоватых, пергаментных конвертов - я рвал их в клочья, не читая.

Я ненавижу письма.
В тот день была весна.
Теплый ветер путался в твоих волосах, и аквамариновое небо утопало в лучах полуденного солнца.

Ты любил ходить по траве босиком.

Мы часто ходили в парк.

Вот и сейчас я стою, наблюдая, как ты, сняв ботинки, часами гуляешь среди деревьев.
В такие минуты я чувствую себя одиноким.

Однажды я сказал тебе об этом, а ты обнял меня и прошептал:

Ты не будешь один - я никогда не оставлю тебя одного.
Он солгал.
Хотя я знаю, что он ни в чем не виноват.
Он свято верил в то, что говорил.
Кто знал, что наступит день, когда его не будет рядом, и злобный демон будет рвать мое сердце безысходностью и отчаяньем?
Нет… ты ведь никогда раньше не врал… я не понимаю…

Почему ты оставил меня?..

Так всегда… теперь я это знаю - ты оставил последнюю каплю счастья мне.

Знал ли ты.
Что она - самая горькая?..

Должно быть нет…
Но в тот день была весна.
Мы шли домой, взявшись за руки и рассматривая плывущие по небу облака.

Я сказал тебе, что на них живут ангелы, а ты сделал удивленное лицо и спросил:

Почему же тогда ты живешь здесь?
Но когда мы вернулись домой, мой мир пошатнулся.

Ты нашел на столе письмо…

Ты всегда помогал тем, кто нуждался в помощи, и тем более тем, кто умолял о ней.
Ты сказал, что должен уехать.
Я сделал равнодушный вид и ответил, что мне все равно, езжай, раз должен.
Ты посмотрел на меня так… так, что я тут же кинулся к тебе, чтобы сказать…

… Сказать, что куда бы ты ни поехал, я буду ждать.

А ночью я плакал в подушку.
Давился рыданиями, боясь разбудить тебя.
Но ты не спал - ты все слышал.

Ты обнял меня еще крепче и, уткнувшись носом в мою мокрую щеку, обещал, что все обойдется…
…И я верил…
А теперь мне остается только ненавидеть письма.
(4)
Я забываю, как в бреду,

Победы, пораженья, войны.

Так тише и куда спокойней,

И, в общем, знал, куда иду.
Я не помню, что было вчера, неделю, месяц назад.
Вся жизнь слилась одним сырым потоком, тяжелым и однообразным, как бесконечно проезжающие мимо товарные вагоны.
Я не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как он уехал, но я знаю, что запомню этот момент на всю жизнь.
Это было холодное промозглое и туманное утро.
Обычная погода для неизбалованных солнцем лондонцев, сонно спешащих куда-то по своим делам.
Казалось, обычный день…

Но не для меня.

Мы сидели на крыльце, у нашего дома.
С неба медленно падали снежинки.

Я молча протянул тебе чашку.
Ты вдохнул аромат кофе и, сделав небольшой глоток, поставил ее на ступени.
Затем ты поднялся и встал напротив меня.

Зачем тебя это?! - хотелось крикнуть мне, но я молчал.

Я не помню, сколько времени мы так стояли… Я помню только твои глаза…

Я не забуду их никогда.

Они говорили:

Если ты скажешь, чтобы я остался - так и будет.
Я останусь с тобой, только скажи.

Но я молчал.

Он тряхнул головой и его, и так растрепанные волосы, пришли в еще более живописный беспорядок.

- Ты знаешь, я… - начал ты, но я не дал тебе договорить, приложив палец к твоим губам.

- Ничего не говори, - попросил я.

Ведь все, что ты хочешь сказать, я могу прочитать в твоих глазах. - Возвращайся поскорей.
Хорошо?

Ты кивнул и порывисто обнял меня.
Я уткнулся лицом в изгиб твоей шеи и, чувствуя, как глаза начинают предательски щипать, прошептал:

- Ты только возвращайся… пожалуйста.

Ты поцеловал меня на прощанье и с негромким хлопком аппарировал.

Я опустил глаза.
Взгляд наткнулся на стоящую на ступенях чашку кофе…
Он не вернулся.
Ни через неделю, ни через месяц, ни через год... Сначала я ждал, потом боялся, потом злился.

Теперь мне трудно дышать.

А еще мне трудно жить.

Теперь, каждое утро я просыпаюсь в одиночестве и с каждым днем мне становиться все трудней заставлять себя подниматься.
Ради чего? Его нет - значит, нет ничего…
(5)
Душе теперь не привыкать,

Плащом забвенья укрывая,

Страницы памяти листая,

Их беспощадно вырывать.
Я вижу сны.
Раньше я никогда не видел их или просто не запоминал.
Сейчас мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

Видишь сны, жить в мире снов, - где я это слышал?

Правда, сон не длиться так долго, как бы хотелось.
В какой-то момент приходит пробуждение и возвращает меня обратно в реальность.

Я просыпаюсь среди ночи, вылезаю из кровати, перебираюсь в кресло и, слушая шум листьев за окном, обвожу контуры своих воспоминаний о нем.

Он всегда был особенным… Нет, не просто особенным, а Особенным - именно так, с большой буквы и никак иначе.

Он как-то по особенному улыбался, не так, как все.
Когда я ловил эту улыбку, мне казалось, что в моей душе распускаются цветы.
Но они тут же увядали, когда я понимал, что он улыбался не мне.

Я долго подбирал слова, перебирая в уме, одно за другим, чтобы объяснить самому себе - кто он.
И, однажды, я все же понял.

Он ходит по облакам.

Когда ему грустно - льет дождь, а когда он одинок - идет снег.
Даже сейчас я, стоя у окна, вижу плывущие по небу облака и вспоминаю его.
Он мог часами сидеть на подоконнике и смотреть вверх на небо, на сверкающие, как бриллианты звезды или на, медленно плывущие за горизонт, грозовые тучи.
- О чем ты думаешь?

- О тебе…
Лжешь… Он ходит по облакам…
Я закрываю глаза и сжимаю кулаки так сильно, что ногти больно впиваются в ладони и оставляют на коже ярко алые полумесяцы.

Иногда он приходит ко мне.

Я не вижу его, но знаю - он рядом.

Я слышу стук его сердца и ощущаю запах… до боли знакомый запах летнего ветра.

Иногда я разговариваю с ним.

О чем?

О том, как мне плохо без него, о том, что теперь моя жизнь похожа на медленную смерть.
Временами мне кажется, что смертоносный яд растекается по моим венам, проникает в сердце, в самые его потаенные уголки и безжалостно выдирает из моей памяти картины прошлого.
Воспоминания… о тебе.
Но я разговариваю с ним.

Как ты думаешь: существует ли Рай?

Я ощущаю твое дыхание на своей щеке.
Ты молчишь.
Ты не знаешь?

Но ведь если есть Рай, то где-то должен быть и Ад… - продолжаю я.

Горький смешок рассыпается колючими осколками по комнате.

Хотя конечно… Ад существует… Сейчас я в Аду…
(6) Но тянет, что там не пророчь,

За бешенством ветров - скитальцев,

Разбить стекло, изрезав пальцы,

И чье-то имя крикнуть в ночь…
Я закрываю глаза… Все эти долгие месяцы я ждал… ждал тебя.

Я слышал неясный шепот в голове и не понимал… не понимал, что это ты зовешь меня.

Но теперь я понял.
Понял!…Слышишь?!

Я понял и теперь не отступлюсь.
Интересно, что чувствуют птицы.
Ты - тот, что ходит по облакам, разве ты не знаешь?
Злой дождь яростно барабанит в закрытое окно.
Он стучит, а я опять не слышу.

Прости меня, я не знал, понимаешь, не знал!

Я слишком долго жил без тебя, я слишком долго стучал в открытые двери.
И тупая боль, с левой стороны, заставляет закрыть глаза, чтобы не видеть того, что тебя рядом нет.
Когда ты ушел, я разучился летать…

Глупости, скажешь ты.

Поверь мне, это так.
Я подхожу к закрытому окну.
Вода мелкими струйками стекает по стеклам.

Это не дождь - проливное горе.

Непрекращающиеся потоки слез - это небо плачет по мне.
Внезапная вспышка озаряет комнату, звук бьющегося стекла и … тишина.
Не больно…

Алые, почти черные струйки стекают с изрезанных в кровь ладоней.

Ничего…

Я не чувствую ничего.
Как будто не мои слезы текут по щекам, капают на пальцы и, смешиваясь с кровью, падают на пол.
Так тихо…
Кап… кап… Слезы с кровью...

Кап… кап… Это плачет моя душа…
По тебе… слышишь! По тебе!

Эй, там на облаках! Вернись… пожалуйста…

Ты обещал, помнишь?
Это совсем не больно… и даже не страшно…
Мокрые пальцы скользят по обледенелому подоконнику.

Это просто.
Лишь шаг… всего лишь шаг…
Мелкие стеклянные осколки рассыпаны по подоконнику… они хрустят и рассыпаясь, впиваются в кожу.
Словно миллионы игл под ногами…

Холодный декабрьский ветер швыряет мне в лицо мокрый снег с дождем…
Вечно равнодушный… вечно жестокий… как любовь…
Если бы не грязный снег тротуаров, огни дорог, я бы, наверное, не различал, где кончаешься ты… и начинается ледяное отчаянье…

Снег…

Небо роняет его так безжалостно жестоко, словно он ему противен…

А мне больше не хочется плакать.

Мне не хочется больше жить…
Тонкая светлая фигура на подоконнике, ветер яростно пытающийся столкнуть ее вниз и пальцы, намертво вцепившиеся в оконную раму.

…высота…
Облачный мальчик, научи меня летать…
Он уже не держится, его руки распростерты, его глаза смотрят в небо.

… и он не слышит…

Громкий стук, и дверь, уже почти сорванная с петель, и имя…

…его имя…

Хриплый и сорванный от долгих криков голос…

…знакомый голос…но он не слышит.
Научи меня летать…я знаю, ты умеешь.
Взмах тонких рук, и ноги уже не касаются подоконника.
И он не видит с грохотом ворвавшегося в комнату человека и отчаянно протянутой руки…
Горячие пальцы на ледяном запястье…
Я знал, что ты вернешься…
… не больно… Странно почему…

Я верю

Если я сорвусь и упаду, я успею схватить тебя за руку?..

Ты успеешь?..

Не отвечай…

Просто протяни руку…*
*(c) Draco Через километры