• Название:

    период ПОЗДНЯЯ ЗРЕЛОСТЬ 60 70

  • Размер: 0.15 Мб
  • Формат: DOC
  • или



ПОЗДНЯЯ ЗРЕЛОСТЬ(ПОСЛЕ 60-70 ЛЕТ)
Обычно последний период жизни человека.называют старостью.
Д. Б. Бромлей выделяет помимо старости (55-70 лет) еще дряхлость (после 70 лет).
Мы будем вслед за Э. Эриксоном называть последний период жизни поздней зрелостью.
Мы полагаем, что такое название в большей степени отвечает содержанию завершающего этапа человеческой жизни.
Кроме того, данный период для многих людей Fie соответствует тому, что обычно принято понимать под старостью и что кратко выражено поговоркой: "Старость — не радость". М.М. Пришвин, например, писал: "Неважно прошло у меня и детство, и отрочество, и юность, и вся молодость — все суета.
Но старости начало (65 лет) меня радует..."
Различная трактовка последнего периода жизни отражает присущее ему резкое расхождение разных линий онтогенеза, резкие различия его содержания в зависимости от индивидуально-личностных особенностей человека.
Пожалуй, наиболее распространенное отношение к этому периоду жизни передано грустно-лирическими словами известного русского философа В.В. Розанова: "Тишина вечера естественно наступает для всякого человека в 70 лет".
А.В. Толстых приводит два афоризма, выражающих противоположные точки зрения на данный возраст.
Один из них принадлежит родоначальнику протестантизма Мартину Лютеру: "Старость — это живая могила". Другой — известному французскому писателю Андре Моруа: "Старость — это дурная привычка, для которой у активных людей нет времени". Заметим, что оба суждения очень психологичны: и то и другое указывает на зависимость содержания последнего возрастного этапа от формы жизни человека, от его мотивации.
1. УСЛОВИЯ РАЗВИТИЯ.СТАРЕНИЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ВОЗРАСТ
Как мы отмечали выше, рубежом, разделяющим зрелость и позднюю зрелость, обычно считается уход на пенсию, окончание активной профессиональной деятельности.
Это событие часто порождает кризисный период — кризис ухода на пенсию.
Прежде всего негативно сказывается нарушение привычного режима и уклада жизни, нередко сочетающееся с острым ощущением противоречия между сохраняющейся трудоспособностью, возможностью принести пользу и их невостребованностью.
Человек оказывается как бы "выброшенным на обочину" текущей уже без его деятельного участия общей жизни.
Снижение своего социального статуса, потеря сохранявшегося десятилетиями жизненного ритма иногда приводят к резкому ухудшению общего
физического и психического состояния, а в отдельных случаях даже к сравнительно быстрой смерти.
Кризис ухода на пенсию часто усугубляется тем, что примерно в это время вырастает и начинает жить самостоятельной жизнью второе поколение — внуки, что особенно болезненно отражается на женщинах, посвятивших себя в основном семье.
По одной из версий, время взросления второго поколения оказывает большое влияние на продолжительность жизни многих людей — в связи с потерей очень значимой ее стороны.
Начало последнего периода жизни обычно связано с ускоряющимся биологическим старением.
Начинает убывать физическая сила, ухудшается общее состояние здоровья, снижается уровень некоторых психических функций, прежде всего памяти, ухудшается функционирование органов чувств.
Все эти регрессивные процессы проявляются у разных людей в разной степени, в зависимости от соотношения их хронологического и биологического возраста.
У части людей паспортный возраст очень сильно отражается на психологическом, а последний, в свою очередь, существенно влияет на биологический.
При этом свой паспортный возраст так или иначе соотносится со средней продолжительностью жизни.
Напомним, что сейчас в России средняя продолжительность жизни составляет для женщин 72 года, а для мужчин -- всего 58 лет.
Однако не все люди учитывают, что эти средние показатели отражают статистические данные, включающие смертность в любом возрасте, в том числе в младенческом.
Если же, например, вычислить среднюю продолжительность жизни мужчин, уже проживших те же 58 лет, то она окажется намного больше.
С уходом на пенсию, нередко совпадающим с ускорением биологического старения, часто связано ухудшение материального положения, иногда более уединенный образ жизни.
Кроме того, кризис может осложниться смертью супруги (супруга), утратой некоторых близких друзей.
Согласно Э. Эриксону, в период поздней зрелости "фокус внимания человека" сдвигается от забот о будущем к прошлому опыту.
Заметим, что тем самым психологическое прошлое резко увеличивается, а временная перспектива, напротив, сокращается.
Таким образом, предполагается психологическое старение, появление чувства старости.
Тем не менее Э. Эриксон выделяет здесь, как и на предыдущих возрастных этапах, две основные линии развития.
438
Если человек "каким-то образом заботился о делах и людях... переживал триумфы и поражения в жизни... был вдохновителем для других и выдвигал идеи", у него "могут постепенно созревать плоды... предшествующих стадий". Происходит "эгоинтеграция", связанная с суммированием и оценкой всех предшествующих стадий развития личности.
Э. Эриксон подчеркивает, что эго-интеграция является в поздней зрелости более значимым для человека фактором, чем свойственный ей психосоциальный кризис.
При прогрессивной линии развития на предыдущих стадиях человек может положительно оценить всю свою предшествующую жизнь, с удовлетворением подвести ее итоги как в профессиональной деятельности, общественных отношениях, так и по линии брака и семьи.
Видя свое продолжение в детях и внуках, в том. что он смог сделать как профессионал, человек не страшится неотвратимости смерти.
Только теперь, на последнем этапе жизни, он обретает, согласно Эриксону, настоящую зрелость и "мудрость прожитых лет": "Мудрость старости отдает себе отчет в относительности всех знаний, приобретенных человеком на протяжении жизни в одном историческом периоде.
Мудрость — это осознание безусловного значения жизни перед лицом самой смерти". Если же человек воспринимает свою прошлую жизнь как цепь "нереализованных возможностей и ошибок", то на ее заключительном этапе у него не может быть эго-интеграции.
Ее отсутствие приводит к скрытому страху смерти, сопровождающемуся сожалением, что нельзя прожить жизнь заново, либо к отрицанию "собственных недостатков... путем проецирования их на внешний мир". Э. Эриксон характеризует состояние человека при таком варианте развития, как отчаяние. "Судьба не принимается как остов жизни, а смерть — как последняя ее граница.
Отчаяние означает, что осталось слишком мало времени для выбора другого пути к целостности; вот почему старики пытаются приукрасить свои воспоминания".
Признавая, как мы отметили выше, одним из признаков поздней зрелости обязательное психологическое старение, Э. Эриксон в то же время подчеркивает, что для пожилых людей, помимо оценки своего прошлого, необходима способствующая достижению эго-интеграции "жизненная вовлеченность". Он указывает на важность участия в воспитании внуков, в политических событиях, оздоровительных физкультурных программах и т.п.
Следует, однако, иметь в виду, что увеличение психологического возраста в поздней зрелости отнюдь не является ее обязательным атрибутом.
Этот возраст, как последний этап на жизненном пути, как время утраты по меньшей мере физических возможностей, является субъективно непривлекательным.
По данным И.С. Кона, пожилые люди предпочитают относить себя к "среднему возрасту", и лишь немногие считают себя старыми.
Г. Крайг также отмечает, что хотя у многих пожилых людей взгляд на мир определяется чувством собственной уязвимости, подавляющее большинство из них воспринимает себя совершенно иначе.
Исследование, проведенное среди большой группы американцев преклонного возраста, установило, что хотя многие пожилые люди и согласны с тем, что "для большинства людей старше 65 лет жизнь действительно нелегка", себя и своих друзей они считают исключением из этого правила.
Осознание негативных возрастных перемен, чувство старости характерно для тех, у кого вступление в данный возраст связано с резким ухудшением психического состояния или уровня физического здоровья, сужением круга социальных отношений, значительным ухудшением материального положения, с описанными Э. Эриксоном явлениями, сопровождающими отрицательную оценку своей прошлой жизни, и рядом других тяжелых обстоятельств.
При сохранении достаточно деятельной жизни пожилой человек обычно сохраняет и свой прежний психологический возраст.
Такое несоответствие начинающегося физического старения и возрастной идентификации прослеживается, например, в мемуарах, дневниках и письмах многих писателей, достигших возраста поздней зрелости, но не оставивших творчества.
Вот как описывает это несоответствие Ю. Олеша:
"...В том, чтобы дожить до старости, есть фантастика.
Я вовсе не острю.
Ведь я мог и не дожить, не правда ли? Но я дожил, и фантастика в том, что мне как будто меня показывают.
Так как с ощущением "я живу" ничего не происходит и оно остается таким же, каким было в младенчестве, то этим ощущением я воспринимаю себя, старого, по-прежнему молодо, свежо, и этот старик необычайно уж нов для меня — ведь, повторяю, я мог и не увидеть этого старика, во всяком случае, много-много лет не думал о том, что увижу.
И вдруг на молодого меня, который внутри и снаружи, в зеркале смотрит старик.
Фантастика! Театр! Когда, отходя от зеркала, я ложусь на диван, я не думаю о себе, что я тот, которого я только что видел.
Нет, я лежу в качестве того же "я", который лежал, когда я был мальчиком.
А тот остался в
зеркале.
Теперь нас двое, я и тот В молодости я тоже менялся, но незаметно оставаясь всю сердцевину жизни почти одним и тем же.
А тут такая резкая перемена, совсем другой.
— Здравствуй, кто ты? — Я — ты.
— Неправда.
Я иногда даже хохочу.
И тот, в зеркале, хохочет.
Я хохочу до слез.
И тот, в зеркале, плачет.
Вот такой фантастический сюжет!"
В дневниках М.М. Пришвина можно найти такие заметки: "Пастернак спустился к нам, читал стихи, совершенный младенец в свои 60 лет.
И делается хорошо на душе не оттого, что стихи его, а что сам он такой существует".
Сам М.М. Пришвин, как мы отмечали выше, до конца жизни сохранил высокую творческую продуктивность.
Его дневниковые записи, относящиеся к возрасту 77-80 лет. свидетельствуют о психологической молодости:
"Я представляю собой консервированного юношу и об этой юности все время пишу".
"Золотое детство" — это не в прошлом, а это наши сокровенные личные возможности в настоящем".
"Осень в деревне тем хороша, что чувствуешь, как быстро и страшно проносится жизнь, ты же сам сидишь где-то на пне, лицом обращенный к заре, и ничего не теряешь, все остается с тобой".
"Становится совсем непонятным, как мало люди берут из того, что им дано на земле.
И как счастлив я, что свою долю в значительной мере взял".
"А сколько всего намечено для писания..."
В настоящее время основное внимание геронтологов направлено на выявление медико-биологических причин старения и преждевременной смерти и изыскание соответствующих средств продления жизни.
Решение этих проблем, как предполагается, позволит довести обычную продолжительность жизни человека до 100-150 и более лет.
Представляется, однако, что главное, по крайней мере на обозримое будущее, — решение вопросов геронтопсихологии, прежде всего проблемы психологического возраста.
Никакие медико-биологические средства не помогут человеку жить долго, если у него нет психологического будущего.
Известно много случаев когда человек, окончательно одряхлевший и уже прощающийся с жизнью, вдруг обретал ту или иную связь с миром, значимый мотив — и вновь возрождался к жизни.
Одна такая невыдуманная история приведена в рассказе В. Солоухина "Варвара Ивановна".
Члены комиссии, проверявшей работу колхоза, зашли в дом бригадира — недавно овдовевшей женщины, матери троих маленьких детей.
В передней горнице они обнаружили горящие перед образами лампадки.
Рассказ ведется от лица председателя комиссии:
"Ты это зачем? — напустились мы на нее. — Член правления, член партии, как не стыдно!"
Татьяна Сергеевна показала глазами на тесовую перегородку и говорит, сходя почти на шепот:
"Мама помирает.
Просила затеплить.
Вчера соборовали".
Я заглянул за перегородку и увидел на кровати старуху, лежащую вытянуто и прямо, как лежат покойники на столе.
Даже руки сложены на груди, как у готовой покойницы.
Да она с лица и была уже готовая покойница: кожа желтая, щеки ввалились, губы натянуло до синевы, нос востренький, надбровные дуги выступили и прояснились.
Про руки и говорить нечего: воск и воск.
И этот, знаете, серый, пепельный налет на лице.
То есть нынче или завтра конец.
Недаром же попросила, чтобы соборовали...
"Да, отработала Варвара Ивановна свое, — опечалился я, выходя из-за перегородки к столу. — Сколько ей? Чай, за восемьдесят?"
"Восемьдесят шестой, — подтвердила Татьяна Сергеевна. — Да уж, конечно, отработала... Четвертого дня слегла.
Сразу как-то перелом произошел.
Три дня — и готово.
Догорает, как свеча..."
На другой день совещались мы в райкоме, как вдруг секретарша вызывает меня к телефону.
Звонят из колхоза, где ужинали: бригадира Татьяну Сергеевну вечером убило наповал куском металла, отлетевшего от силосорезки.
Надо ехать на место, разобраться...
Захватив врача, поехал в колхоз "Победа". Силосная яма у них на въезде в село, так что мы сразу и увидели происшедшее.
Впрочем, что мы увидели? Лежит поверх изрубленной на силос кукурузы наша Татьяна Сергеевна... Висок пробит железным осколком... Глядеть, собственно, нечего... Положили в кузов, чтобы отвезти в больницу на вскрытие.
Надо бы и мне возвращаться в район, но вдруг встала перед глазами вчерашняя картина: старуха, почти покойница, и трое ребятишек мал мала меньше...
Я завел свой "газик" и на третьей скорости в село...
Затормозил.
Взбегаю на крыльцо — и чуть не обмер с испугу: навстречу мне Варвара Ивановна на своих ногах и с ведром.
По воду.
"Да разве не умерла?!" — не удержалось у меня на языке.
Не могло удержаться, настолько был уверен.
"А их куда? — озабоченно кивнула Варвара Ивановна назад в избу, где, видимо, сидели ее внучата. — Ну умру я, ладно.
А их
кто будет обихаживать, если остались круглыми сиротами? Уж видно, некогда мне, старухе, помирать.
Не время".
Поверите или нет, три года прошло с тех пор, а она все живет... Живет — и некогда ей помирать..."
Учет психологического возраста помогает нам понять, а иногда и прогнозировать специфику развития личности.
В поздней зрелости, как и в зрелости, адекватность психологического возраста, и в особенности сохранение чувства молодости, обычно сочетается с личностным ростом.
Последний момент и является наиболее важным: интенсивное развитие личности, стремление к самосовершенствованию и самореализации возможны на любом возрастном этапе.
Психологический возраст поэтому больше, чем хронологический, связан с тем, что сейчас принято называть качеством жизни.
Гораздо более значимо то, как человек живет и в связи с этим как себя воспринимает и осознает, чем то, когда он родился и к какой возрастной категории объективно должен быть отнесен.
Как писал еще в самом начале нашей эры Л. Сенека, нужно стараться, "чтобы жизнь наша, подобно драгоценности, брала не величиной, а весом.
Будем мерить ее делами, а не сроком...
Зачем ты спрашиваешь меня, когда я родился? Могу ли числиться среди еще не старых? Свое я получил.
Человек может быть совершенным и при тщедушном теле — так и жизнь может быть совершенной и при меньшем сроке.
Возраст принадлежит к числу вещей внешних.
Как долго я проживу, зависит не от меня, как долго пробуду — от меня.
Требуй от меня, чтобы я не провел свой бесславный век, как в потемках, чтобы я жил, а не тащился мимо жизни.
Ты спрашиваешь меня, каков самый долгий срок жизни? Жить, пока не достигнешь мудрости, не самой дальней, но самой великой цели.
Тут уж можешь смело хвалиться и благодарить богов и, пребывая среди них, ставить в заслугу себе и природе то, что ты был".
2. ОСНОВНЫЕ ЛИНИИ ОНТОГЕНЕЗА
В поздней зрелости можно выделить три основных варианта развития:
— Доживание.
— Смена ведущей деятельности.
— Сохранение основного содержания жизни, бывшего в зрелости, т.е. фактическое продолжение периода зрелости.
Доживание характеризуется полной потерей психологического будущего, каких бы то ни было жизненных перспектив.
Оно может иметь место при различных видах направленности личности.
При гедонистической направленности человек, как мы отмечали ранее, часто просто не доживает до возраста, соответствующего поздней зрелости.
Поскольку сколько-нибудь значительного психологического будущего при данной направленности личности не было и раньше, в этом аспекте и вся предшествующая жизнь представляла собой доживание.
Здесь можно считать доживанйем тот финальный отрезок существования, на протяжении которого вследствие резкого ухудшения состояния здоровья становится недоступным прежний образ жизни, когда привычными удовольствиями и развлечениями приходится жертвовать ради самосохранения.
Доживание, таким образом, в данном случае обусловлено именно резким физическим старением и всегда совпадает с ним по времени.
Примером такого доживания является показанный нами в предыдущей главе последний год жизни Ильи Ильича Обломова.
При эгоистической направленности личности доживание является хотя и не единственным, но наиболее характерным вариантом развития.
Однако в отличие от предыдущего случая оно связано не с резким физическим старением, а с фактором психологическим — столь же резкой потерей психологического будущего.
Доживание при эгоистической направленности соответствует той линии развития, которая, по Эриксону, противоположна эго-интеграции и суть которой он охарактеризовал как отчаяние.
Лишившись (например, вследствие вынужденного ухода на пенсию) тех сторон жизни, что были связаны с его доминирующими эгоистическими мотивами, не имея никакого психологического будущего, человек осознает, что все, чего он для себя добивался в жизни, вдруг обесценилось.
Эта ситуация отчасти аналогична той, что возникает при доживании улиц с гедонистической направленностью, — предметы потребностей недоступны и потому теряют смысл; соответственно, теряет смысл, становится пустой и сама жизнь.
Но при эгоистической направленности одновременно обесценивается и вся предшествующая жизнь, поскольку обесценились все достигнутые ею результаты.
Моделью такой ситуации могут служить случаи, когда человек, активно добивающийся своих эгоистических
целей, вдруг заболевает неизлечимой болезнью.
Приведем выдержки из повести Л.Н. Толстого "Смерть Ивана Ильича"
"Иван Ильич видел, что он умирает и был в постоянном отчаянии".
"...Он стал перебирать в воображении лучшие минуты своей приятной жизни.
Но — странное дело — все эти лучшие минуты приятной жизни казались теперь совсем не тем, чем казались они тогда.
Все — кроме первых воспоминаний детства.
Там, в детстве, было что-то такое действительно приятное, с чем можно было жить, если бы оно вернулось.
Но того человека, который испытывал это приятное, уже не было: это было как бы воспоминание о каком-то другом.
Как только начиналось то, чего результатом был теперешний он, Иван Ильич, так все казавшиеся тогда радости теперь на глазах его таяли и превращались во что-то ничтожное и часто гадкое.
И чем дальше от детства, чем ближе к настоящему, тем ничтожнее и сомнительнее были радости...
Женитьба... так нечаянно и разочарование... и чувственность, притворство! И эта мертвая служба, и эти заботы о деньгах, и так год, и два, и десять, и двадцать — и все то же.
И что дальше, то мертвее.
Точно равномерно я шел под гору, воображая, что иду на гору.
Так и было.
В общественном мнении я шел на гору, и ровно настолько из-под меня уходила жизнь...
Так что ж это? Зачем? Не может быть.
Не может быть, чтоб так бессмысленна, гадка была жизнь..."
"Доктор говорит, что страдания его физические ужасны, и это была правда; но ужаснее его физических страданий были его нравственные страдания, и в этом было главное его мучение.
Нравственные страдания его состояли в том, что в эту ночь... ему вдруг пришло в голову: а что, как и в самом деле вся моя жизнь, сознательная жизнь, была "не то".
Ему пришло в голову, что то, что ему представлялось прежде совершенной невозможностью, то, что он прожил свою жизнь не так, как должно было, что это могло быть правда.
Ему пришло в голову, что те его чуть заметные поползновения борьбы... поползновения чуть заметные, которые он тотчас же отгонял от себя, — что они-то и могли быть настоящие, а остальное все могло быть не то.
И его служба, и его устройства жизни, и его семья, и эти интересы общества и службы — все это могло быть не то.
И вдруг почувствовал всю слабость того, что он защищает.
И защищать нечего было.
"А если это так,- сказал он себе, — и я ухожу из жизни с сознанием того, что погубил все, что мне дано было, и поправить нельзя, тогда что ж?"... Он... ясно видел, что все это было не то, все это был ужасный огромный обман, закрывающий и жизнь, и смерть..."
В отдельных случаях — крайне неблагоприятных для личностного развития обстоятельствах — доживание может иметь место и при духовно-нравственной направленности личности.
В последние годы жизни Л.Н. Толстого у него слишком много сил уходило на решение неразрешимых семейных проблем, продуктивная творческая работа становилась все более недоступной и значимых планов на будущее не создавалось; поэтому психологическое будущее сокращалось.
Одновременно сокращалось и психологическое прошлое: "Я потерял память всего, почти всего прошедшего, всех моих писаний, всего того, что привело меня к тому сознанию, в каком живу теперь". Временная перспектива сжалась, и началось интенсивное психологическое старение.
Проницательный А.П. Чехов писал: "Я был у Льва Николаевича, виделся с ним... Постарел очень, и главная болезнь его — это старость, которая уже овладела им".
Интересно, что сам Л.Н. Толстой в 82-летнем возрасте записал в дневнике: "Думаю, что это радостная перемена у всех стариков: жизнь сосредотачивается в настоящем.
Как хорошо!"
По всей вероятности, "потеря памяти", "всего, почти всего прошедшего..." явилась психологической защитой, избавившей писателя от мучительных переживаний в связи с очень сложными семейными отношениями, не позволявшими ему жить в соответствии с убеждениями.
Но одновременно произошла и "потеря памяти", "всех... писаний" — того психологического прошлого, без которого невозможно психологическое будущее.
В принципе же феномен доживания несовместим с духовно-нравственной- и тем более сущностной направленностью личности.
При гедонистической направленности психологическое прошлое, как и будущее, всегда отсутствует, при эгоистической — обесценивается, пропадает при исчезновении психологического будущего.
При сущностных же связях с миром мотивация направлена не только на себя, но и "на что-то или на кого-то" (В. Франкл), на нечто большее, чем ты сам, поэтому собственная судьба не может обесценить ее.
Сущностные связи с миром остаются с человеком навсегда.
Это то психологическое прошлое, которое присутствует в настоящем и в психологическом будущем.
Вспомним еще раз слова М.М. Пришвина: ,"...Все старое, лучшее, оказалось, живет со мной, и я думаю, именно в этом и есть смысл жизни..."
446
Любая сущностная сторона жизни человека, как часть его сущности, остается с ним до конца его дней, даже если соответствующий ей мотив перестал быть реально действующим.
При сущностной же форме жизни все психологическое прошлое представлено в настоящем и в психологическом будущем.
Бабушка одного из авторов, Елена Петровна Грязнова, прожившая 94 года, много рассказывала ему о своей жизни, в том числе о своих юных годах.
Во всех ее рассказах всегда поражала большая значимость для нее всего, о чем она говорила, это ощущалось в каждом ее слове.
Вся ее прошедшая жизнь всегда была с нею.
Выше мы привели выдержки из повести Л.Н. Толстого "Смерть Ивана Ильича", в которых показано состояние человека с эгоистической направленностью личности перед лицом близкой смерти.
А как переживает аналогичную ситуацию человек с духовно-нравственной или сущностной направленностью личности?
Конечно, переживания конкретного человека во многом будут зависеть от особенностей его характера.
Но одно можно сказать определенно: "Все старое, лучшее", а при сущностной форме жизни — очень многое, практически все, чем он жил, останется с ним до конца.
Здесь прошлое является не источником "нравственных страданий", а, наоборот, дает, по словам Э. Эриксона, "осознание безусловного значения жизни перед лицом самой смерти".
Известная балерина О.В. Лепешинская, познакомившаяся с М.М. Пришвиным в больнице за два месяца до его смерти, пишет в своих воспоминаниях:
"... Мне было очень плохо... хирург Розанов издалека готовил меня к тому, что, вероятно, мне придется менять свою профессию.
И мне кажется, что Михаил Михайлович это понял, почувствовал.
Он приходил ко мне каждый день, этот уже очень и очень пожилой человек, ему было восемьдесят лет.
Он был болен неизлечимой болезнью, мне кажется, он знал об этом".
Вскоре после этого М.М. Пришвин записал в дневнике:
"Вчера меня перевезли домой, и, боже мой! какое это было и сейчас все остается счастье.
Вот уже воистину качество одного дня превращается в год".
А вот его последняя дневниковая запись, сделанная за день до смерти:
"Деньки вчера и сегодня (на солнце -15) играют чудесно, те самые деньки хорошие, когда вдруг опомнишься и почувствуешь себя здоровым".
447
Смена ведущей деятельности при вступлении в возраст поздней зрелости может быть при всех видах направленности личности, кроме гедонистической.
В последнем случае ввиду простоты жизненного мира возможна только одна деятельность — по обеспечению удовольствий и развлечений.
При эгоистической направленности смена ведущей деятельности означает достаточно резкое сокращение, но не полную утрату психологического будущего.
Человек находит себе новое занятие, позволяющее удовлетворить один из его менее значимых мотивов.
Поскольку временная перспектива при этом существенно сужается, здесь все же присутствует элемент доживания.
Примером такой линии развития является работа уволившихся в запас старших офицеров кадровиками, хозяйственниками и т.п.
Кроме того, к этой линии примыкают случаи, когда ведущая деятельность (направленная на реализацию доминирующего мотива) сохраняется, но ее перспективы резко ограничиваются.
Это, например, работа по старой специальности, но с понижением в должности или (если ведущая деятельность заключается в обеспечении материальной стороны жизни) работа после ухода на пенсию не по профессии (сторожем, охранником и т.п.).
При духовно-нравственной и сущностной направленности личности смена ведущей деятельности при вступлении в возраст поздней зрелости не приводит к принципиальным изменениям жизненного пространства.
Этому способствует его высокая насыщенность духовно-нравственными (сущностными) мотивами.
Человек находит себе новую работу, отвечающую одному из таких мотивов, либо делает главной какую-либо сущностную сторону жизни, не связанную с его трудоустройством.
Одним из примеров является смена ведущей деятельности летчиком-космонавтом А.А. Леоновым, отрывок из интервью с которым приведен в предыдущей главе.
Он с интересом и большой самоотдачей включился в новую для себя трудовую деятельность, продолжает с увлечением заниматься живописью, имеет сущностные отношения в семье, ряд других сущностных сторон жизни.
Для очень многих женщин (как, впрочем, и для части мужчин) чрезвычайно важной сущностной стороной жизни после ухода на пенсию становится участие в воспитании и жизни внуков.
Нередко это касается и уже выросших внуков, утверждающихся в своей взрослой жизни.
Благоприятствующим фактором здесь является феномен обычно
448
большей психологической совместимости пожилых людей с внуками, чем с детьми.
Кроме того, по утверждению многих бабушек и дедушек, любовь к внукам проявляется сильнее, чем к детям.
Близкая родственница одного из авторов, известный ученый-анестезиолог, уйдя на пенсию уже в солидном возрасте по состоянию здоровья, принимает деятельное участие в профессиональном совершенствовании троих внуков, тоже ставших, во многом под ее влиянием, увлечёнными медиками.
Она внимательно следит за их успехами, помогает советами, снабжает специальной литературой из личной библиотеки.
Не оставила она и творческую деятельность — начала писать книгу об известных ученых, с которыми ей довелось вместе работать.
Иногда при данных видах направленности личности смена ведущей деятельности в последний период жизни происходит не по внешним обстоятельствам, а в силу внутренних, мотивационных причин.
Знакомый нам ученый-физик, заведующий лабораторией в одном из НИИ, по достижении пенсионного возраста имел возможность продолжать работу в прежней должности, но предпочел уйти на пенсию и целиком посвятить себя живописи.
До этого он в течение многих лет увлекался ею параллельно со своей научной деятельностью.
С выходом на пенсию у него появилось время ездить по стране и писать пейзажи.
Выставки его картин пользовались успехом.
В таких случаях можно говорить о том, что у человека существует две (или больше) близких по значимости стороны жизни и на последнем возрастном этапе в качестве главной становится та из них, что раньше была в тени.
Те или иные увлечения довольно часто выдвигаются на первый план, становятся главной стороной жизни после ухода на пенсию.
Распространенное у нас в последние десятилетия занятие пенсионеров — садоводство и огородничество является чаще всего не столько средством поправить ухудшившееся материальное положение, сколько увлечением, сущностной связью с миром.
Ведь любовь к природе, к земле, ко всему живому присуща очень многим людям; зародившись в детстве, она остается у них на всю жизнь.
В недавно вышедшей книге популярная актриса Л.Н. Смирнова рассказывает о своих детских годах:
"Иногда мы проводили лето в Тверской губернии, там я тоже многое узнала: как собирать стог сена, возить навоз, удобрять.
И я полюбила этот труд, полюбила деревню.
Мне там нравится до
449
сих пор, мне там хорошо.
Я люблю скотный двор, люблю смотреть, как ходят куры, гуси, утки, люблю слушать блеяние овец".
Общеизвестна привязанность людей, особенно пожилых и одиноких, к домашним животным.
Для многих из них они остаются в конце жизни главной, а иногда и единственной сущностной связью с миром.
Вот как пишет об этом в своей популярной повести "Томасина" американский писатель Пол Гэллико:
"...Миссис Лагган пошла за врачом в процедурную и положила Рэбби на белый длинный стол.
Лапки его беспомощно раскинулись и дышал он тяжело.
Ветеринар поднял его верхнюю губу, взглянул на зубы, заглянул под веки и положил руку на твердый вздутый живот.
- Сколько ему? — спросил он.
Миссис Лагган, одетая, как все достойные вдовы, в черное платье и мягкую шаль, испуганно заколыхалась.
- Пятнадцать с небольшим, — сказала она и быстро добавила: — Нет, четырнадцать... — словно могла продлить этим его жизнь.
Пятнадцать — ведь и впрямь много, а четырнадцать — еще ничего, доживет до пятнадцати или до шестнадцати, как старый колли миссис Кэмпбэлл.
Ветеринар кивнул.
- Незачем ему страдать.
Еле дышит, — сказал он и опустил собаку на пол, а она шлепнулась на брюхо, преданно глядя вверх, в глаза хозяйке. — И ходить не может, — сказал ветеринар.
У вдовы задрожали все подбородки.
— Вы хотите его убить? Как же я буду без него? Мы вместе живем пятнадцать лет, у меня никого нету... Как я буду без Рэбби?
— Другого заведете, — сказал Макдьюи. — Это нетрудно, их тут много.
— Ох, да что вы такое говорите! — воскликнула она. — Другой — не Рэбби...
"С животными нетрудно, — думал Макдьюи, — а с хозяевами нет никаких сил".
- Да, он умирает, — сказал он. — Он очень старый, на нем живого места нет.
Ему трудно жить.
Если я его полечу, вы придете через две недели.
Ну, протянет месяц, от силы — полгода.
Я занят. — И добавил помягче: — Если вы его любите, не спорьте со мной.
Теперь, кроме подбородков, дрожал и маленький ротик.
Миссис Лагган представила себе времена, когда с ней не будет Рэбби — не с кем слова сказать, никто не дышит рядом, пока ты пьешь чай или спишь... Думала она: "Я старая.
Мне самой немного осталось.
Я одна.
Он утешал меня, он — моя семья.
Мы столько друг про друга знаем"...
450
"Жить без Рзбби, — думала она. — Холодный носик не ткнется в руку, никто не вздохнет от радости, никого не потрогаешь, не увидишь, не услышишь". Старые псы и старые люди должны умирать.
Она хотела вымолить еще один месяц, неделю, день с Рэбби..."
Сохранение основного содержания жизни (фактическое продолжение периода зрелости) имеет место при духовно-нравственной и сущностной направленности личности.
Такая линия развития обычно присуща людям, живущим творчеством.
Кроме того, основное содержание жизни в поздней зрелости нередко сохраняется, когда главной ее стороной является семья или какое-либо увлечение, любимое занятие, не связанное с профессией.
Те случаи, когда жизнь главным образом посвящена семье, характерны чаще для женщин.
Иногда в поздней зрелости женщина продолжает жить жизнью уже выросших детей и внуков, но нередки случаи, когда супруги связаны между собой сущностными отношениями и она целиком посвящает себя жизни своего мужа.
Примером могут служить жена К. Маркса Женни Маркс, супруга М.М. Пришвина В.Д. Лебедева, жены декабристов Е.Н. Трубецкая, П.Е. Анненкова и многие другие.
Напомним, что истинная любовь мужчины и женщины, как и всякая другая сущностная сторона жизни, непреходяща, остается с ними навсегда.
Вот выдержки из письма Э. Маркс-Эвелинг В. Либкнехту:
"Осенью 1881 г., когда наша дорогая мамочка была уже настолько больна, что лишь изредка вставала со своего ложа страданий, Мавр подхватил тяжелое воспаление легких... Это было ужасное время.
В первой большой комнате лежала наша мамочка, в маленькой комнате, рядом помещался Мавр.
Два этих человека, так привыкшие друг к другу, так тесно сросшиеся один с другим, не могли быть вместе в одной комнате.
Мавр еще раз одолел болезнь.
Никогда не забуду я то утро, когда он почувствовал себя достаточно окрепшим, чтобы пройти в комнату мамочки.
Вместе они снова помолодели — это были любящая девушка и влюбленный юноша, вступающие вместе в жизнь, а не надломленный болезнью старик и умирающая старая женщина, навеки прощавшиеся друг с другом".
Когда один из любящих супругов уходит из жизни, для другого он все равно остается живым.
Из материала журналистки МК1 об известном кинорежиссере М. Швейцере:
451
"При первой встрече у меня вырвалось: "С кем вы живете?" И услышала потрясающее признание: "С женой моей.
Соней... Она умерла почти два года назад". Какой бы темы мы ни касались в разговоре, Соня Милькина была рядом — в словах Швейцера, во множестве фотографий на стенах, в ее рисунках, героем которых был он, ее Миша.
В квартире осталось все на прежних местах: на плечиках висит ее халат, в кресле — какой-то пушистый платок, на открытом пианино — книга песен Окуджавы, словно его Соня вышла на минуту...
— Михаил Абрамович, если б вы отправлялись в далекое путешествие на необитаемый остров и вам предложили взять с собой лишь один свой фильм, какому из них вы отдали бы предпочтение?
— Если бы такой выбор был предоставлен, то я ничего бы не взял.
Взял бы фотографию жены.
Это и легче, и достаточно для полноты чувств, впечатлений и воспоминаний о жизни, которая была прожита с ней вместе в течение 52 лет.
— Соня — ваша первая любовь?
— Как тут можно говорить? Все сложнее.
У Пастернака в поэме "Лейтенант Шмидт" есть замечательные строки из письма героя к его любимой: "Когда я увидал вас, но до этого я как-то жил... и вдруг забыл об этом". Вот, по-моему, очень верная и точная формула во всех отношениях.
Да, конечно, до этого я как-то жил.
Когда я ее увидал, началась жизнь новая и основная..."
Наиболее распространенный вариант, при котором в возрасте поздней зрелости сохраняется основное содержание жизни, — продолжение творческой профессиональной деятельности.
Прежде всего, это касается людей так называемых творческих профессий — ученых, писателей, музыкантов, художников и т.д.
Но при любви к своему делу в любой профессии есть возможность для проявления творчества.
Приведем еще раз слова А. Маслоу: "...Звания творца может заслужить любой сапожник, портной или кондитер". При любви к своему делу и возможности заниматься им в возрасте поздней зрелости человек независимо от своей профессии обычно сохраняет основное содержание своей жизни.
У людей с сущностной направленностью личности основное содержание жизни в поздней зрелости сохраняется всегда.
Исключением могут быть лишь случаи крайне тяжелых жизненных обстоятельств, при которых человек перестает быть самим собой.
Как правило, он в таких случаях довольно быстро прекращает и свое физическое существование.
За этими редчайшими исключениями (примером может быть быстрая смерть К. Маркса после ухода из жизни жены), люди с сущностной формой жизни сохраняют ее до
452
конца своих дней.
Ведь их целостной сущностью является генерализованный мотив единения с миром, остающийся с ними навсегда.
Еще раз процитрфуем А. Маслоу: "Креативность — универсальная характеристика всех самоактуализированных людей.
Креативность не ищет себе подтверждений... Это скорее особый способ мировосприятия, особый способ взаимодействия с реальностью.
Креативность помогает здоровой личности выразить себя вовне, ее следы можно обнаружить в любой деятельности самоактуализированного человека, даже в самой обыденной, в самой далекой от творчества в обычном понимании этого слова.
Чем бы ни занимался креативный человек, что бы он ни делал, во все он привносит присущее только ему отношение к происходящему, каждый его акт становится актом творчества".
Ниже мы приводим отрывки из интервью с несколькими широко известными людьми, сохранившими в очень пожилом по общим представлениям возрасте то содержание жизни, что было у них в период зрелости.
Разумеется, очень многие обычные, не известные широко люди живут
Из интервью с актером М.А. Глузским2:
"- Почему вы ушли из Театра-студии киноактера? Ведь вы проработали там почти 50 лет.
- Мне предложили интересную работу в театре "Школа современной пьесы"...
- ...Вы всегда выбираете свой путь?
- Я человек неспокойный, и по воле волн не плыву.
Если мне что-то не нравится, протестую.
- Вы можете, например, отказаться от роли, если режиссер предлагает то, что вам противно?
- Могу.
Конечно, могу...
- Кто ваши любимые партнеры?
- Была такая картина "Премия", снимал ее в 1974 г. режиссер Микаэлян.
Этот период для меня - самый эталонный по содружеству, как мы работали, дополняя друг друга - Джигарханян, Янковский, Сергачев, Самойлов, Крючкова, Ургант... В спектакле "Уходил старик от старухи" мы играли с Марией Владимировной Мироновой более 3 лет.
И казалось, что не будет этому конца, но жизнь распорядилась иначе, и старуха ушла первой...
- У вас с Екатериной Павловной скоро золотая свадьба...
- Да, на будущий год будет 50 лет, как мы поженились.
Она театровед, на 9 лет меня младше... "
453
Из интервью с актрисой Л.Н. Смирновой3:
"- Как вы решились на празднование юбилея — это же столько забот? И потом, дамы обычно не любят дат.
— Я никогда не скрывала свой возраст, и мне всегда нравилось отмечать свои юбилеи, что я с удовольствием и делала — и в 60, и в 70, и в 75, и в 80 лет.
Раньше мне Константин Наумович, правда, помогал их проводить, а теперь я осиротела...
— А в сам день рождения, 13 февраля, соберете у себя дома много гостей?
— Будет много народа, но только не дома, а в Доме кино...Мой юбилейный вечер "60 лет в кино" пройдет под названием "Еще не вечер...". И я бы хотела надеяться, что название это будет действовать и дальше в моей жизни... В воскресенье же ко мне придут только родные... И я сама приготовлю праздничный ужин.
— Неужели вам никто не помогает?
— Ко мне ходит женщина из собеса — она приносит лекарства и продукты.
Остальное — все сама...
— И вам не лень каждый день стоять у плиты?
— Мне вообще не бывает лень.
Константин Наумович даже говорил: "Ну хоть бы тебе немножко лени!" Я ведь всегда была активная.
И поэтому я 60 лет снимаюсь в кино — и не раз от разу, а постоянно...
...Прощаясь, Лидия Николаевна сказала:
- Мне все интересно.
Мне жить интересно".
Из интервью с кинорежиссером М А. Швейцером4:
"- О прошлом принято говорить — "застойные времена"...
— Застойные времена бывают только для бездарных людей.
Чтоб создавать, нужны настроение и внутренняя значимость.
Более того, когда эпоха крута и цензура свирепствует, в эти времена появляются очень мощные художественные произведения.
Мы с Соней были счастливы тем, что в те самые времена мы сделали все, что задумали...
— Что такое молодость в вашем представлении?
— С течением лет переоцениваются понятия "молодость", "старость".
Когда я смотрю на фотографии тех лет, то мне кажется:

Боже мой, 60 лет- это ведь была молодость, судя по тому, какая была любовь и какие творческие силы фонтанировали в нас.
Это все должны понимать.
Молодость не когда тебе 18 или 35. Нет.
Вот я гляжу на лондонские фотографии 91-го года, мне было 69, Соне — 67. Какая она молодая! И это еще была не старость.
А поэтому не надо приходить в отчаяние.
Научитесь ценить каждое мгновение.
Не
454
считать, что жизнь прошла, когда тебе 50 лет.
Жизнь и молодость не измеряются арифметикой, а состоянием души.
Внутренняя полнота или ее отсутствие определяют молодость или старость..."
Приведем еще несколько дневниковых записей М.М. Пришвина, показывающих его "состояние души" в последнем, 81-м году жизни:
"...Люблю вечером шататься по переулкам Замоскворечья и слушать, как, замерзая, шумит вода под ногами детей, как останавливаются потоки, покрывшись льдом, как, нарастая, вытягиваются сосульки".
"Передавали Шаляпина по скверным пластинкам, но я все-таки думал о нем то самое, что думаю всегда.
Он мне является чудом, утверждающим мою любовь к родине и веру в себя".
"Вишни цветут, и в той поре, когда под ними на темной перекопанной земле еще нет ни одного белого упавшего лепестка.
В белой тесноте цветущего дерева моя душа встречается с чьей-то вечной душой, и сердце радуется тому, что еще нет на земле ни одного упавшего белого лепестка".
"Вчера вечером в кресле сидел против вечерней зари и слушал 1-ю симфонию Скрябина, и это останется на всю жизнь..."
"Боже мой! Как нелегко жилось, как удалось уцелеть! И я хочу все-таки в автобиографии представить жизнь эту как счастливую.
И сделаю это, потому что касался в творчестве природы и знал, что жизнь есть счастье".
3. КОНЕЦ ЖИЗНИ
Поздняя зрелость - последний этап жизненного пути человека, в связи с чем встает рад вопросов, связанных с концом жизни, с отношением к смерти.
Нужно ли готовиться к концу жизни? Как человек его переживает? Смерть всегда трагична и страшна или это естественный процесс завершения жизни? Проблема конца жизни — это собственно психологическая проблема, хотя с ней тесно связаны проблемы философские, религиозные.
Отношению к смерти уделялось особое внимание в философии с античных времен.
Так, Эпикур полагал, что страх смерти является одним из главных источников страданий человека.
Преодолеть его можно, относясь к нему как к простому предрассудку: "Приучай себя к мысли, что смерть не имеет к нам никакого отношения.
Ведь все хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущения... Когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не
455
существуем... Люди толлы то избегают смерти, как величайшего из зол, то жаждут ее, как отдохновения от зол жизни.
А мудрец не уклоняется от жизни, но и не боится не-жизни, потому что жизнь ему не мешает, а не-жизнь не представляется каким-нибудь злом".
Помочь избежать страха смерти или смягчить его может вера в бессмертие души и загробную жизнь.
Известный православный священник А. Мень так представлял себе земную жизнь человека и ее значение: "...Мы на самом деле берем отрезок нашего земного бытия только как момент развития... И. вот этот наш пробег по миру является важным элементом нашего вечного духовного развития и раскрытия... Более того, если здесь человек не осуществил многого, это и означает, что у него будет множество возможностей в иных измерениях... А это значит — наше развитие не имеет границ, и в этом земном плане бытия зачинается нечто очень важное... В этом есть идея Человека, вселенская, космическая идея Человека. "Я связь миров". Связь миров — вот что надо человеку знать.
Мы связываем два мира.
И поэтому Церковь учит нас не просто бессмертию души, которое знает множество других религий... но учит нас о "воскрешении мертвых и жизни будущего века".
Вера в бессмертие души и в загробную жизнь в некоторых случаях действительно может избавить от страха смерти.
Но и глубоко религиозный челрвек тоже может бояться смерти — как самого процесса умирания, так и своей дальнейшей судьбы, жизни в ином мире.
Как отмечал Н.А. Бердяев, "сама идея вечных адских мук превращает жизнь в судебный процесс, грозящий пожизненной каторгой". С другой стороны, вера в загробную жизнь при определенных обстоятельствах может и просто девальвировать земную жизнь, превратить ее в "перевалочный пункт", обратить все помыслы на то, что будет потом.
Страх смерти может возникнуть и у человека с атеистическим мировоззрением; далеко не для всех, как для Эпикура, "не-жизнь не представляется каким-нибудь злом".
Отношение человека к смерти может зависеть от множества различных факторов, в том числе от внешних обстоятельств.. Но в основном, в главном оно, как и отношение к жизни, определяется направленностью его личности и, в конечном счете, реальным содержанием самой жизни.
Содержание же жизни, тип мотивации человека не
456
обусловлены жестко общими мировоззренческими установками, тем, является ли он материалистом или идеалистом, религиозен или нет.
Альберт Швейцер обращает внимание на то, что этика (представления о нравственности, моральных ценностях) позднего стоицизма (Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий) и христианства почти идентичны, хотя общие мировоззренческие позиции их непримиримы.
И несмотря на противоположность идеологий, на непримиримость во взглядах на общую картину мира, Сенека впоследствии объявляется христианином, а жизнь языческого императора Марка Аврелия, гонителя христиан, основатель церкви Августин преподносит в качестве образца.
Мотивация человека нередко сложна и противоречива.
Зачастую его реальная жизнь, его реальные этические принципы не совпадают с его мировоззрением и этическими аспектами последнего.
Но именно реальное содержание жизни определяет отношение как самого человека к своей жизни и к своей смерти, так и отношение к его жизни других людей.
Одному из авторов довелось услышать на Кубе предание о конце жизни Атуэя, вождя кубинских индейцев, пытавшихся противостоять испанским конкистадорам.
Атуэй в конце концов был схвачен завоевателями; его долго убеждали, что он вместе с остатками своего племени должен принять христианство.
В заключение произошел следующий диалог между Атуэем и испанским священником:
— Ты обязательно должен стать христианином!
— Зачем мне это?
— Ну, хотя бы для того, чтобы попасть в рай.
— А ты сам попадешь туда?
— Конечно!
— Тогда я — не хочу!
Христианский священник, носитель высокогуманного мировоззрения, в своих реальных делах (истребление непокорявшихся завоевателям людей), оказался в нравственном отношении несравненно ниже, чем менее цивилизованный, но обладавший твердой этической позицией индейский вождь.
Опросы показывают, что далеко не все пожилые люди боятся смерти.
При этом чаще встречается страх не самой смерти, а предшествующих ей физических страданий.
Если человек тяжело и безнадежно болен, конец жизни представляет собой более или менее длительный процесс
457
умирания.
Э. Кюблер-Росс описала его как 5 следующих друг за другом стадий:
1) Отрицание (возможность смерти не признается, сохраняется надежда на ошибочность диагноза).
2) Гнев (осознание близкой смерти приводит к фрустрации, крушению надежд и планов).
3) Торг (поиски возможностей продлить жизнь, диалог с Богом или врачом).
4) Депрессия (чувство безнадежности).
5) Принятие (смирение и ожидание неизбежного финала).
Разумеется, не существует универсальной последовательности стадий, не все эти переживания присущи каждому человеку.
Нередко процесс умирания вообще может происходить совсем по-другому.
Кроме того, многое зависит от условий, в которых находится больной.
Американские психологи отмечают позитивную роль хосписов, создаваемых для умирающих от СПИДа и рака.
Еще раз подчеркнем, что и характер самого процесса умирания, ухода из жизни, определяется главным образом личностью человека.
Напомним, что Илья Ильич Обломов, человек с чисто гедонистической направленностью личности, ввиду близкого конца "становился все молчаливее и задумчивее, иногда даже плакал.
Он предчувствовал близкую смерть и боялся ее". У людей с эгоистической направленностью перед неминуемой смертью часто возникает отчаяние, страх смерти сочетается с нравственными страданиями, показанными Л.Н. Толстым в повести "Смерть Ивана Ильича".
По-другому уходят из жизни люди с духовно-нравственной и сущностной направленностью личности.
Даже при наличии тяжелой болезни может до конца продолжаться личностный рост.
Вспомним М.М. Пришвина, умевшего радоваться жизни до своих последних дней.
Гораздо более молодой А.П. Чехов, умиравший от туберкулеза и как врач знавший об этом, в последние годы своей жизни много пишет и, обычно вскользь упоминая в письмах о нездоровье, сетует на периоды, когда из-за этого не может работать.
Только в письме к И.А. Бунину в связи с тяжелым физическим состоянием и одиночеством в Ялте он замечает: "Поживаю я недурно, так себе, чувствую старость". Но тут же добавляет: "Впрочем, хочу жениться". Замечательно обращение к М. Горькому: "Вы человек молодой, сильный, выносливый, я бы на Вашем месте в Индию укатил, черт знает куда, я бы
458
еще два факультета прошел Я бы, да я бы — Вы смеетесь, а мне так обидно, что мне уже 40, что у меня одышка и всякая дрянь, мешающая жить свободно". А в последний месяц своей жизни А.П. Чехов дорабатывает "Вишневый сад" ("Мне хочется прибавить еще характеристику действующих лиц"), продолжает заботиться о чужих делах, шутит, пишет сестре: "Меня неистово тянет в Италию".
Только при духовно-нравственной и сущностной направленности личности человек приходит к "осознанию безусловного значения жизни перед лицом самой смерти" (Э. Эриксон).
Он знает: то, чем он жил и что, несмотря ни на что, остается с ним до конца его дней, — самая высшая из всех возможных ценностей; ничто, никакие страдания не могут перечеркнуть ее.
***
Поздняя зрелость — последний отрезок жизненного пути человека.
Если зрелость окончательно выявляет характер, суть различных линий онтогенеза, то поздняя зрелость подводит их итоги.
Люди с гедонистической направленностью личности, теряя физические возможности, быстро заканчивают свое существование.
Для эгоистической направленности свойственно интенсивное психологическое старение, связанное с резким сокращением психологического будущего либо с его полной потерей.
В последнем случае поздняя зрелость превращается в доживание.
У людей с духовно-нравственной и сущностной направленностью личности основное содержание жизни нередко сохраняется; сохраняется и прежний психологический возраст.
Если происходит смена ведущей деятельности, она не приводит к принципиальным изменениям жизненного пространства.
Направленность личности в значительной мере определяет и сам конец жизни, процесс умирания человека.
При гедонистической направленности характерны отчаяние и страх смерти; для лиц с эгоистической направленностью они часто сопровождаются нравственными страданиями, обесцениванием достигнутого, ощущением пустоты прожитой жизни.
Люди с духовно-нравственной и сущностной направленностью сознают высшую ценность основного содержания своей жизни, которую не могут перечеркнуть ни физические страдания, ни сама смерть.