• Название:

    ЭКЗИСТЕНЦИЯ И РЕЛИГИЯ А. Н. Ярков

  • Размер: 0.1 Мб
  • Формат: DOC
  • или



Автор:

Ярков Андрей Николаевич, кандидат философских наук,
Религиозно-философское общество (г.
Нижний Новгород, Россия)
Культурно-просветительское общество Возрождение (г.
Партенит, Украина)

Размещено на сайте:
http://www.partenit-kpo.org/index.php?option=com_content&view=article&catid=95&id=76&lang=ru
Обзор и критика неэкзистенциальных подходов при изучении религии
Для полноценного анализа сущности религии нужно, прежде всего, показать, что те подходы, которые опираются на внеэкзистенциальные принципы при изучении религии, не могут быть верны, так как её подлинным смыслом и содержанием являются именно жизненные проблемы человека, проблемы его бытия, смысла, назначения и спасения.
Поэтому оценивать содержание религии можно лишь с этих позиций, а ни как не с политических, экономических или классовых, как это делают многие мыслители, примером чего может служить марксистская философия.

Разберём эти подходы более подробно на примере учебника по религиоведению, под редакцией И.Н.Яблокова.
В данном учебнике говорится, что “Основу религии составляет совокупность общественных отношений, продуцирующих объективное бессилие людей перед внешними обстоятельствами… Определяющими, в конечном счёте, являются материальные отношения, эти “перводетерминанты”, но их влияние опосредовано… политикой, государством, моралью, искусством, философией, наукой … Основными сторонами этих отношений являются: стихийность природных и общественных процессов, развитие отчуждённых форм собственности, внеэкономическое и экономическое принуждение работника; неблагоприятные моменты условий существования в городе и деревне, разделение и отрыв интеллектуального и физического труда...”/с.53/.

Безусловно соглашаясь со значимостью всех названных явлений при влиянии на возникновение религии, тем не менее хотелось бы подчеркнуть, что они не составляют источника религиозности, так как она возникает в любом обществе, классовом или бесклассовом, с развитым производством или без него.
В некотором смысле можно было бы сказать, что все перечисленные условия могут даже являться препятствием на пути возникновения чистой религии, ибо “отвлекают” человека от решения его подлинно религиозных задач.
Сведение религии к экономическим факторам доводится порой до смешного в таких противоречащих друг другу высказываниях как, например, следующее: “Социумными основами... религии являются…развитие отчуждённых форм собственности, внеэкономическое и экономическое принуждение работника…”/там же/ и “Основой религии в первобытном обществе была низкая степень развития производительных сил…”/там же, стр.55/. То есть, основами религии здесь полагаются одновременно и развитие производительных сил, с вынужденным разделением и отчуждением труда, и их отсутствие в первобытнообщинном строе.
Возникшее противоречие невольно заставляет подозревать ошибочность таких оснований.
В самом деле, неужели практика созерцания индийского йога или православного исихаста каким-то образом связана с “развитием производительных сил”? И если нет, то какой мотив будет подлинно религиозным – тот, который движет йогом и монахом, или же тот, который заставляет молиться верующих о даровании победы “православному оружию”, например? Нет сомнения, что молениями о “победе” движут в основном экономические, националистические или политические соображения, стимулируемые эго-системами, как бы они не прикрывались благородными религиозными лозунгами.
Но можно ли делать анализ этих явлений как сущностной стороны религии? Являются ли политэкономические аспекты существования церквей и религиозных движений собственно религией, или же это досадно-необходимое условие их бытия в мире? Если верно второе, то употребление материалистических критериев и бескультурной терминологии (например, фразы “духовное производство”) при анализе сущности религии является крайне неуместным атавизмом отмирающего марксистско-ленинского мировоззрения.

Именно по этим причинам нам нужно особенно внимательно отнестись к вопросу о подлинных основаниях религии, о её первоначальном, чистом от посторонних, “мирских” включений, смысле.
Хотя наличные эмпирические религиозные системы и представляют собой весьма неоднородную смесь всевозможных влияний, в том числе и экономических, классовых, политических, этнических и других, тем не менее, подчеркнём, что все перечисленные воздействия не составляют сути религии.
Если устранить влияния всех перечисленных факторов и оставить человека одного перед лицом бесконечной Вселенной – только в этом случае проявится её подлинный смысл.

Это, конечно, не говорит об отсутствии социального значения и истоков религии, но свидетельствует о том, что при отсутствии таковых она не перестанет существовать, а скорее напротив, больше проявит свою силу.
Произойдёт это оттого, что в уединении человек остаётся один на один со своей жизнью, её смыслом, её опасностями и её загадкой, не отвлекаясь при этом на подавляющий своим необъятным хаосом поток суетных дел.

Как говорил В.В.Розанов: “когда я один, то я не один, а с Богом”. Действительно, лишь в стороне от всех экономических и политических соображений, от борьбы эго-систем друг с другом, классовой борьбы и “войны всех против всех”, можно услышать голос источника своего бытия и узреть смысл своей жизни, чем и помогает нам заниматься религия.

Сложность сущностных определений религии заключается, главным образом, в том, “что такие определения, как правило, не свободны от идеологических коннотаций и предполагают ту или иную вполне определённую мировоззренческую позицию автора такого определения, равно как и человека его принимающего.
Например, марксистское понимание религии как иллюзорной формы отражения действительности приемлемо только для человека, стоящего на атеистических материалистических позициях.
Напротив, гегелевское определение религии как форму самопознания Абсолютного Духа в представлении приемлемо только для гегельянца”/404, стр.15/

Тем не менее, нисколько не претендуя на абсолютность своего понимания и определения религии, мы постараемся прийти к таковому, хотя бы для определения личной позиции и для возможности лучше разобраться в её сущности в пределах возможного на сегодняшний день.

Обзор существующих определений религии

Слова мудрых – как иглы и как вбитые гвозди,
И составители их – от единого пастыря.
Еккл 12;

11

За время своего существования человечество накопило значительное количество определений религии, данное с самых разных позиций и мировоззренческих оснований.
Объять все возможные определения едва ли возможно в данной работе, но привести все значительные по смыслу и близкие по значению в интересующем нас контексте определения религии я постараюсь, воспользовавшись для этого уже проделанной работой систематизаторов.

На сегодняшний день насчитывается около 70 определений религии и множество теорий её возникновения.
Трудность определения здесь связана с тем, что вся совокупность существующих ныне религий представляет собой собрание весьма разнородное и разнохарактерное, которое проинтегрировать в одно целое вряд ли удастся.
При этом надо учитывать ту особенность, что определения чаще всего даются с позиций какой-то пристрастной точки зрения, например, с позиций религиозного фундаментализма или философского догматизма.
Религиоведение же, как объективная наука о религии, не должно брать на себя идеологических функций её защиты, апологетики, или, наоборот, отрицания, критики.

Итак, слово “религия”, которое признаётся большинством ученых для обозначения исследуемого нами явления, имеет латинское происхождение.
Сложнее сказать, от какого из латинских слов оно образовано.
Одни исследователи считают, что современный термин восходит к существительному religio.
Древние римляне обозначали этим словом всё то, что было связано с почитанием богов.
Другие считают, что в основе лежит глагол relegere /перечитывать, передумывать/. Третьи, и их большинство, производят это слово от глагола religare - связывать.[1]

Как бы там ни было, выведение термина религия от одного из перечисленных слов не ведёт к существенному расхождению смыслов, ибо все они сходятся на последнем, как объемлющем в себе все другие.
Так, religio в смысле почитания богов будет полностью соответствовать понятию связи, так как почитание рассчитано ни на что иное, как на установление связи.
Второе значение также восходит к связи по своему смыслу, так как перечитывание и передумывание нацелено на установление связи между различными явлениями.
Только связь здесь устанавливается во внутреннем мире человека, в его разуме, мышлении, что и будет смыслом.. Трактовка же Блаженного Августина, в соответствии с которой религия есть “восстановление, связывание вновь” отношений с Богом, потерянных вследствие грехопадения, находится нами наиболее глубокой, даже в том случае, если под “богом” здесь понимать Дао или Дхарму.

Позаимствуем некоторые определения религии из краткой, но сильной работы Л.Н.Толстого “Что такое религия и в чём смысл её?” /стр. 19-20 /.
“Самое древнее и обычное определение религии, от которого и произошло самое слово: religio /religare, связывать/, состоит в том, что религия есть связь человека с Богом.

“Обязательства человека относительно Бога, - вот что такое религия”, говорит Вовенарг.
“Религия есть личное дело между человеком и Богом” - Бейль.

“Религия есть результат потребности души и проявления разума” - Б. Констан.

“Религия есть известный способ осуществления человеком своего отношения к сверхчеловеческим и таинственным силам, от которых он считает себя зависимым” - Goblet d` Alviella.

“Религия есть определение человеческой жизни посредством связи человеческой души с тем таинственным духом, владычество которого над миром и над собою признаётся человеком и с которым он чувствует себя соединённым” - A. Reville.

Шлейермахер и Фейербах признавали основой религии чувство и сознание человеком своей зависимости от Бога.
Ощущать, что всё тождественно в чувстве Движущего нас в его высшем единстве, опосредовать этим всё индивидуальное и особенное, а, следовательно, представить нашу жизнь как бытие и жизнь в Боге и через Бога – это и есть религия /Шлейермахер, цит. по 281/.

Сам Толстой, с присущей ему гениальностью, определяет религию как:
“… такое согласное с разумом и знаниями человека установленное им отношение к окружающей его бесконечной жизни, которое связывает его жизнь с этой бесконечностью и руководит его поступками”.

Мы дополним приведённые определения ещё рядом высказываний, представляющих для нас большой интерес.

Т.Гоббс /1588-1679/ видит “естественную причину религии – в беспокойстве о будущем” /104, Т.2, с.82/. “Страх перед невидимой силой, придуманной умом или воображаемой на основании выдумок, допущенных государством, называется религией, а недопущенных – суеверием.
А если воображаемая сила в самом деле такова, как мы её представляем, то это истинная религия” /Гоббс. “Левиафан, 104, Т.2, с.43/.

Протестантский теолог и философ Р. Отто /1869-1937/ полагал, что религия – это “переживание святого”, её предметом является нуминозное /от лат.
Numen – божественная воля, власть, сила божества/ - сила, исходящая от Божества.

Святое, нуминозное вызывает двойственное чувство – с одной стороны, благочестивый страх и трепет, с другой – очарование, восхищение, одушевление и обаяние/ 285, стр.15 /.

Православный богослов и философ П.А.Флоренский /1882-1937/ следующим образом определяет религию: “…если онтологически религия есть жизнь нас в Боге и Бога в нас, то феноменологическая религия есть система таких действий и переживаний, которые обеспечивают душе спасение.
Другими словами, спасение в том наиболее широком, психологическом смысле слова есть равновесие душевной жизни”/285,стр.818/.

Французский философ и социолог Э.Дюркгейм дал следующее определение религии: “Религия представляет собой целостную систему верований и обрядов, относящихся к священным вещам, т..е., к вещам отделённым, запретным; это система таких верований и обрядов, которые объединяют в одну моральную общину, называемую церковью, всех тех, кто признаёт эти верования и обряды” /цит. по 285 /.

Один из основателей прагматизма и психологии религии У.Джеймс объяснял религию, исходя из индивидуальной психологии: “Условимся под религией подразумевать совокупность чувств, действий и опыта отдельной личности, поскольку их содержанием устанавливается отношение к тому, что она почитает божеством”. Религия коренится в эмоциональной сфере психики индивида. “…Чувство есть глубочайший источник религии, а философские и богословские построения являются только вторичной надстройкой, подобной переводу подлинника на чужой язык” /127, с.40, 342/.

Г.В.Плеханов считал, что наиболее важной, определяющей чертой религии является наличие веры в сверхъестественное.

Е.А.Торчинов в книге “Религии мира” последовательно анализирует различные подходы к эмпирическим определениям религии и обнаруживает недостаточность их всех.
Определение религии как веры в сверхъестественное будет недостаточным по причине наличия религиозных учений, в которых нет такого понятия, а все “чудеса” интерпретируются как проявление вполне природных причин /даосизм/, или же, напротив, чудесами называются вполне естественные законы, ещё не познанные на сегодняшний момент развития науки.
К тому же само понятие “сверхъестественного” весьма проблематично в определении.

Восходящее к трудам М.Вебера и Э.Дюркгейма отличение религиозного по наличию оппозиции “сакральное-профанное” так же недостаточно по причине неопределяемости понятия “сакрального”, которое получается зависимым от наличия “профанного”. К тому же в буддийском учении Махаяны стирается противопоставление сакрального-профанного в учении о тождестве сансары и нирваны.
То же можно сказать о духовном понимании христианского учения, в котором провозглашается, что “ нет ничего нечистого самого по себе”/Рим 14;

14/. Так, анализируя различные подходы в оценке феномена религии, Торчинов заключает: “Пока мы пришли к чисто отрицательному результату, ибо потерпели неудачу в попытках подобрать адекватное дескриптивное определение религии и выделить некое свойство, которое могло бы характеризовать сущность религии как таковой.
Но, может быть, поисками определения религии не стоит и заниматься и достаточно ограничиться тем фактом, что все мы владеем некоторым интуитивным пониманием того, что есть религия, или по крайней мере набором тех признаков, которые её характеризуют.
Как писал У.Джеймс, слово “религия” следует рассматривать скорее как собирательное имя, нежели как обозначение единого и цельного явления”/с.23-24/.

Как можно заметить, я почти не привожу определений религии с позиции материалистического её понимания, как “иллюзорно-компенсаторной функции”, ибо марксистское её понимание хотя и не лишено остроумия (“Опиум народа”), но нисколько не соответствует какому-либо серьезному и беспристрастному подходу к её изучению.
Эти враждебные, по своей сути, определения религии даны именно с позиций эгоцентризма, продиктованы волей к власти, уже подробно рассмотренной нами в предыдущем разделе, потому тратить своё время на изучение “иллюзорно-компенсаторных” проблем самих марксистов во второй раз мы не будем.

Экзистенциальные основания религии
Учение мудрого – источник жизни, удаляющий от
Сетей смерти.
Пр 13;

14

Прежде чем перейти к размышлениям по поводу сущности религии, как уже было сказано, нужно остановиться на вопросе природы оснований религии, природы того желания, которое пытается найти себе удовлетворение в религиозном веровании.

Как я уже говорил, из всех желаний, существующих у человека от природы, каждое находит себе то или иное удовлетворение.
Для жажды найдётся вода, для голода пища, для тепла одежда, для половых желаний - соответствующие партнёры, с ответным влечением.
Из всех же природных чувств есть только одно, удовлетворение которого проблематично или даже вообще невозможно.
Это чувство самосохранения, воля к благой жизни.
Только она обречена на конечное, неминуемое поражение в драме жизни.

Если взять волю к жизни в её обособленности, без отношения к другим чувствам, которые могут порой подавлять её, то можно увидеть, что направлена она в силу своей природы в вечность.
Т.е., человек от природы не хочет умирать, и только посторонние причины, такие как усталость, страдания и другие, заставляют его иногда желать смерти.
Сам же по себе человек влечётся к жизни и всегда готов сохранять имеющиеся чувства.

По неведомым пока законам природы или Бога, человек обречён на физическую смерть.
Этот эмпирический факт порождает противоречие между желаемым и действительным и рождает, в конце концов, религию.

Итак, в природной данности нет иного более универсального и определённого ответа на вопрос об основаниях религии, как утверждение того, что в её основе лежит неудовлетворяющаяся воля к жизни, воля к единству, понимаемая не в ограниченном животном смысле, но в самом широком, включающем в себя и вероятные иные формы бытия, о существовании или несуществовании которых мы ничего не можем пока сказать.

Назначение религии
Положите на сердце ваше все слова, которые я
Объявил вам сегодня… Ибо это не пустое для вас;
Но это жизнь ваша… Втор 32;

46,47
Итак, если основанием религии является воля к жизни, узловым вопросом – противоречие между желаемой жизнью и наличной смертью и обреченностью, то назначением её является, конечно, попытка обрести спасение человеческой индивидуальности, души или самосознания в вечности.
Что это значит?

Это означает то, что человек, желая жить и движимый надеждой на лучшее, избирает веру в возможность иной жизни, существующей после физической смерти.
Существует такая жизнь или нет, есть Бог или нет, ответа окончательного на эти вопросы человеку не найти.
Вселенная бесконечна, а человеческая жизнь и способности слишком малы, чтобы разобраться однозначно во всех этих вопросах.
Поэтому люди интуитивно пользуются прагматическим методом, выбирают веру и надежду в существование иного мира и Бога, или, по крайней мере, в возможность так трансформировать своё самосознание, чтобы почувствовать и осознать Единство мира и свою слитность с ним, что принесло бы надежду на избавление от смерти и страданий.

Назначение религии и состоит в том, чтобы, пользуясь всеми возможными средствами, включая разум и откровение, составить себе представление о пути и создать условия для перехода от состояния разделённости с первоистоком и управляющей силой мироздания к единству, познав которое, человек получит надежду на вхождение в вечность иной жизни.

Известную трудность в этих определениях представляет собой вписывание в них таких форм религии, как хинаянский буддизм, с доктриной жизни как дукхи, страдания и переходом к небытию нирваны или нироддхи[2] (некоторые авторы понимают буддизм именно так).
Но в таком случае мы или неправильно понимаем эту форму буддизма, где нирвана может быть вовсе не небытием, а иной, непостигаемой и невыразимой формой бытия, или же хинаянский буддизм не является религией в общем смысле этого слова, а есть просто метод метафизического самоубийства, предлагающий “гильотиной лечить головную боль”. Хотя такая позиция и имеет мировоззренческие корни, тем не менее, её нельзя отнести к религиозным системам, потому что к таковым тогда придётся причислить и все соображения самоубийц.

Сущность религии
Выслушаем сущность всего: бойся Бога
и заповеди Его соблюдай,.. потому что в этом
всё для человека.
Еккл 12;

13
Если назначение религии заключается в спасении Благой человеческой жизни в вечности и воля к жизни есть движущая сила такой деятельности, то можно взяться за задачу определения сущности религии.

В нашем определении должны присутствовать следующие элементы:
1. Экзистенциальность, т.е. акцентуация на значении воли к жизни.
2. Экзистенциальная трансцендентность, т.е. акцент на проекции воли к жизни в вечность и бесконечность.
3. Разумность, если мы предполагаем принципиальную возможность понимания сущности религии.
4. Целостность подхода, всеобъемлемость, так как исключение какой-либо части мира вызывает угрозу недостижимости цели самосохранения в случае попадания в неё.
5. Всеохватность в отношении к человеческой жизни.
Религия как целостное мировоззрение должна выражаться в своих гносеологических и онтологических корнях, вести к определённой этике в поведении и деятельности и вызывать вполне определённые эстетические предпочтения.

Таковы основные пункты определения религии.
Из всех имеющихся у нас определений ближе всего отвечает этим требованиям определение Л.Н.Толстого:

Истинная религия есть такое согласное с разумом и знаниями человека установленное им отношение к окружающей его бесконечной жизни, которое связывает его жизнь с этой бесконечностью и руководит его поступками.

К этому можно было бы добавить то, что процесс установления этого отношения, когда его ещё нет, также есть религия, и собственно это-то процесс и является подлинно религией, так как достигнутый результат подобной деятельности будет уже не религией, а просто жизнью в единстве с миром.

Попробуем расширить и дополнить определение.
Истинная религия есть такое согласное с разумом человека устанавливаемое им отношение к окружающей его бесконечной жизни, которое связывает его жизнь с этой бесконечностью в единое целое и руководит его желаниями и поступками, давая надежду на спасение своего бытия и достижение совершенного Блага.

Это предполагает познавательную деятельность человека, направленную на постижение законов мироздания, или, другими словами, “мировой воли и Логоса” и приведения своих желаний в соответствие с ними для достижения гармонии и спасения.

Это означает, что человек, занимаясь подлинно религиозной практикой, стремится, прежде всего, к осознанию и преодолению причин, создающих разделение и множественность в восприятии мира.
Для этого ему нужно найти правильную ориентацию, основополагающую идею, относительно которой возможно существование единства в мышлении и в бытии.
Такой идеей является идея трансцендентного Бога как источника феноменального мира.
Привести всё имеющееся в распоряжении человека в порядок относительно главной идеи – задача религиозной этики.
Это практически означает то, что человек стремится жить, действовать, желать и мыслить в гармонии с главной идеей, ощущать свою жизнь и бытие как часть единого целого.
Преодолеть разделение между сознанием и вселенским единством, существование которого принимается на веру, вот главная задача религии.
Религия в таком случае выступает как теория и практика достижения трансперсональных состояний, то есть таких состояний, когда преодолевается разделение между человеческим “я”, субъектом, и “не-я”, другими существами.
Наш вывод созвучен пониманию религии Шлейермахером, который писал, что “… религия всецело стремится к тому, чтобы резко отграниченные очертания нашей личности расширились и слились с бесконечным, - чтобы мы, сознавая вселенную, как можно теснее объединились с ней”/с.130/.

Ещё раз можно дать определение в этом контексте:
Религия есть устремлённость к преодолению противоречий между Я и не-Я.
В традиционной терминологии это звучит проще – устремлённость к Единству или любви.

В виду того, что “Не-я” в теистически-религиозном мировоззрении понимается в его сознательном единстве, как Я Бога, то определение религии претерпит ещё одно упрощение и сведётся к следующему:

Религия есть устремленность к преодолению противоречий между Я и Ты, в самом широком понимании этого отношения.

Другими словами, религиозными могут быть не только отношения человека и Бога, но и отношения человека и человека, ибо невозможно провести чёткую грань между относительным и абсолютным, как невозможно “запретить” Богу являть себя через относительные существа.

Этот вывод созвучен работе Е.А.Торчинова “Религии мира: опыт запредельного”, утверждающей, что “именно религиозный опыт… является … фундаментальной основой феномена религии как такового…”/стр.26/, который, обозначаемый словом “мистика”, состоит главным образом из “трансперсональных переживаний, предполагающих переживание непосредственного общения, единения или слияния с божеством, безличным Абсолютом или иным типом первоосновы бытия” /стр.27 там же/.

Соглашаясь с выводом о трансперсональной природе религиозных переживаний, я хотел бы подчеркнуть, что деятельность, направленную на достижение таких переживаний, считаю религией в первую очередь, так как трансперсональный опыт как таковой описывают иными терминами.
Кроме того, я не соглашусь с тем, что основой религии является именно опыт, так как человек направившийся к поиску спасения через религиозную практику, ещё никакого опыта, как правило, не имеет, а некоторые люди, считающиеся безусловно религиозными, так и не удостоились за всю свою жизнь никаких необычных состояний.
Соль религии составляет самая обычная, повседневная любовь между людьми, которая также является ни чем иным, как малым опытом трансперсонального состояния.
И религиозный опыт в его расцвете есть, видимо, просто доведение этой любви до всеобъемлющих, “космических” масштабов, количественное и качественное её расширение.

Понятие же “трансперсонального” напрямую перекликается с учением об эгоцентрической власти, как антирелигиозной позиции.
Трансперсональное переживание есть прямой опыт преодоления эгоцентрической замкнутости существа на самом себе, это попытка выхода за пределы “эго”, попытка открыться и слиться с мировым всеединством.

Фрагменты из книги Яркова А.Н. "Человек в поисках единства"

[1] Выведение происхождения слова религия от латинского совестливость находится мной крайне неудовлетворительным, ибо, во-первых, ничего не объясняет ( совесть, с-вестью, с какой вестью, с евангельской? А до неё не было совести? Причём тут вообще весть?), во-вторых грешит морализаторством, что неуместно при обсуждении гносеолого-онтологических понятий.
[2] Нироддха – прекращение, полное угасание сознания.
Автор:

Ярков Андрей Николаевич, кандидат философских наук,

Религиозно-философское общество (г.
Нижний Новгород, Россия)
Культурно-просветительское общество Возрождение (г.
Партенит, Украина)

Размещено на сайте:
http://www.partenit-kpo.org/index.php?option=com_content&view=article&catid=95&id=76&lang=ru Партенитское культурно-просветительское общество Возрождение, Крым HYPER13 PAGE HYPER15 1