• Название:

    33 БИЛЕТ Россия и Ближний Восток

  • Размер: 0.06 Мб
  • Формат: DOC
Когда Израиль начал массированные бомбардировки Ливана, МИД РФ выступил с достаточно жестким, осуждающим заявлением.
И такая реакция вполне соответствовала оценке ситуации как в самой России (можно вспомнить резкое антиизраильское заявление Е. Примакова и др.), так и в международном сообществе, прежде всего в Европе и в исламском мире.
Разумеется, за исключением США, где позиции произраильского лобби сильны и в Конгрессе (республиканцы и демократы, как правило, всегда демонстрируют редкое единодушие, когда дело касается проблем Ближнего Востока), и в Госдепе.
Слишком уж неадекватной представлялась реакция Тель-Авива на захват пары-тройки солдат армии Израиля Хизбуллой.
Но затем последовала немедленная реакция произраильской и достаточно влиятельной партии в Москве.
Результатом включения соответствующих (закулисных) механизмов стало смягчающее (тон прежнего МИД-ского) заявление В. Путина, опубликованное в газете Jerusalem Post в Израиле.
Несколько изменилось и информационное освещение событий с региона.
И раньше считалось, что жизнь десятков арабов стоит столько же, сколько жизнь одного еврея, а то и меньше.
Теперь же, на фоне разыгравшейся трагедии Ливана, и вовсе многие сотни жертв среди мирного населения стали ставить на одну доску с несколькими десятками в Израиле, а тотальное разрушение страны (ущерб от бомбардировок Ливана - более 5 млрд. долл.
США) сравнивается с эпизодическими разрушениями в одном только городе Хайфе.
Несоразмерность телевизионных картинок и комментариев очевидна не для всех: жертвы и разрушения – тут и там.
Равноудаленность от сторон конфликта и нейтралитет – вот что читается в подходе Кремля и отечественной медиократии к очередной войне на Ближнем Востоке.
Но при всей прагматичности такого подхода он, безусловно, развязывает руки Тель-Авиву и поэтому устраивает сионистское лобби внутри страны.
Даже Европа демонстрировала большую озабоченность ситуацией и решимость действовать, чем Москва.
Месяц, в течение которого Израиль безуспешно пытался разгромить Хизбуллу, Совбез ООН в муках рожал свою резолюцию.
И руководство России не предпринимало особых усилий для остановки настоящей бойни.
Так же поступала и Америка.
Это – не умная, а циничная политика.
Впрочем, отвлечемся от аффективных рассуждений о справедливости, сострадании и правде и зададимся вопросом: насколько такой подход отвечает интересам России? Каковы могут быть его последствия - долгосрочные и тактические, - и какие выводы следуют из этого? Попробуем разобраться.
Предварительно несколько замечаний.
Во-первых, слабость палестинского (и шире, проарабского и мусульманского) лобби внутри страны вовсе не означает, что в общественном мнении страны разделяют позицию Кремля.
Помимо 15% мусульманского населения России есть еще левый и патриотический спектр настроений (около 50% нас. страны), в котором антиизраильские оценки и подходы более чем очевидны.
Они, может быть, и не столь актуализированы, людей гораздо больше волнуют др. проблемы, но, тем не менее, формируют негативный фон вокруг политики Кремля.
Русские чутки к вопросам правды и справедливости.
Кроме того, факты пренебрежительного отношения со стороны Израиля к православным святыням в Палестине, имевшие место в прошлом, также не добавляют симпатий русской улицы к Тель-Авиву.
Правда, массированный (открытый и неявный) исламофобский пиар отечественных масс-медиа за прошедшие годы тоже не прибавил симпатий к мусульманству и арабам.
Но это уже другая тема.
Во-вторых, с конца XX-го века в отечественной политической кухне можно было наблюдать множество признаков (чаще, косвенных) попыток привязать наш российский корабль к США и Израилю.
Главным фактором объединения и негласного союза была выдвинута борьба с пресловутым международным терроризмом и потенциальная угроза с Юга (с Кавказа, Центральной Азии).
Пугали обывателей и талибами, которые вот-вот появятся у порога Москвы, и северокавказскими радикалами, ну и, наконец, Бин Ладеном.
Автор и др. исследователи в ряде материалов постарались показать, насколько неадекватны реальным угрозам для мира и далеки от истины спекуляции вокруг темы международного терроризма; насколько эти спекуляции уводят нас от реальных оснований для адекватной и национально-ориентированной политики России.
Фантом МТ родился в недрах ЦРУ, и очевидным является тот факт, что отдельные группы и личности троцкистского толка из радикальных мусульман оказались, сами того не ведая, включены в сложные геополитические и военно-политические игры.
Это в равной мере относится и к непримиримым на Северном Кавказе, и к сети Бин Ладена, (о тайных связях последнего с ЦРУ, да и о тесных связях семейства Бушей с семейством Бин Ладенов см. в книге американского журналиста и исследователя Майкла Мура Где моя страна, чувак? Америка, которую мы потеряли).
Объективный результат их субъективных устремлений ложился точно в лунку их главных врагов и принес больше вреда Исламу и в целом мусульманскому миру.
В целом же, такая ложная постановка проблемы, широко растиражированная масс-медиа, до сих пор мешает политическому классу в стране сформулировать адекватную стратегию.
Последний теракт в Багдаде с расправой над российскими дипломатами – из той же основательно себя дискредитировавшей кухни.
Все труднее становится проамериканской и произраильской партии внутри страны убеждать в целесообразности и выгодах союза трех (или, 4-х, включая и Великобританию) против исламского мира для России.
Чеченский резерв почти исчерпан, остается задействовать арабо-мусульманский.
Примечание:

Помнится, еще в 2004 г. в одном из документальных фильмов на НТВ нам продемонстрировали интересный сюжет о диверсионо- террористической группе из арабов и курдов, подготовленных ЦРУ для засылки в Ирак.
Все это – в самом начале вторжения американских войск.
Задача группы, как пояснял ведущий (уже не помню его фамилию), – дестабилизация ситуации в Ираке, устройство провокаций и теракты.
Очевидно, те многочисленные взрывы около мечетей шиитов, или наоборот – около суннитских, и есть результат действий такого рода отрядов террористов, выпестованных спецслужбами США и Израиля.
В практике создания псевдоисламистских террористических групп (со своими арабскими азефами) в Америке и Израиле накоплен богатый опыт.
В-третьих, в этой связке союза 3-х (или 4-х) России уготована роль младшего и зависимого партнера.
Не мы задаем сценарии и правила игры, не мы определяем повестку дня.
Мы уже раскусили американцев, критически оцениваем инициативы и прожекты Вашингтона.
Большой волк с огромными аппетитами - меткая метафора президента страны была озвучена совсем не случайно.
Партнеры играют явно краплеными картами, методично пытаясь подобрать под себя и наши ресурсы, и выгоды нашего положения на карте мира.
Для России уготована роль мощного штрафбата, готового таскать каштаны из чужого огня.
Благосклонность сильных мира сего и право заседать в элитных клубах - все, на что готовы наши старшие партнеры.
Не густо.
И президентское послание в мае сего года, и ряд инициатив Кремля в последние годы (в том числе, и в отношении стран исламского мира) – это недвусмысленные свидетельства постепенного дистанцирования от такой роли и курса на сосредоточение России (в точном соответствии с формулой князя Горчакова, министра иностранных дел России в середине XIX в.).
В-четвертых, если быть логичными до конца, столь же критический подход Кремль должен продемонстрировать и в отношении его политики на Ближнем Востоке, прежде всего, Израиля.
Да, в Израиле есть такая партия одержимых, на грани клиники (ультраправые и религиозные ультрасионисты, около 30-40% поддержки нас.), которая грезит Великим Израилем от моря и, как минимум, до Западного берега Иордан; а как максимум – до реки Евфрат.
Эта же партия экстремистского толка не видит для Иерусалима др. статуса, кроме как неделимой столицы Великого Израиля.
Для этого она готова зачистить от палестинских арабов всю страну.
Но вся беда заключается в том, что у этой публики есть мощные союзники в США, столь же одержимые и готовые на все.
А за кулисами политики Вашингтона и Тель-Авива стоит один и тот же мощный субъект: всемирная финансовая олигархия и тесно связанные с ней ТНК, система интеллектуальных танков и пр.
Разные авторы (вроде А.Зиновьева, А.Неклессы, Л. Ларуша и др.) по-разному обозначают данный субъект, но суть его политики и сценарных разработок остается неизменной.
И состояние мира для этого субъекта – всего лишь краткая передышка перед новым состоянием управляемого хаоса, перед очередной войной и перекройкой карты мира по лекалам Нового мирового порядка.
Такова природа и логика функционирования этого субъекта.
Передышка же служит для информационного разрыхления общественного мнения и соответствующей подачи очередной провокации, для подготовки специфической инфраструктуры поддержки своих сценарных разработок.
В том числе, и на Ближнем Востоке.
Кто этого не понимает, тот всегда оказывается в роли объекта большой политики.
В-пятых, есть еще один совершенно автономный, с претензиями на духовность, субъект, эсхатологические рассуждения которого лежат за гранью разумного, а влияние простирается от Америки до Ближнего Востока и России.
Этот идеологический антипод умеренного иудаизма (и антисионистски настроенных различных групп иудеев) в лице секты Хабад уже возвестил о скором пришествии Мошиаха (Мессии) – спасителя сынов Израиля и Господина (или Царя) мира (?! - Х.Д.).
Смысловая нагрузка последнего словосочетания таит в себе большую и не до конца осознанную опасность, и именно поэтому автор взял его в кавычки.
Господин мира означает - ни много, ни мало - мировое господство.
И все последние войны на Большом Ближнем Востоке рассматриваются этим субъектом как акты, приближающие этот звездный час пришествия Царя–Мессии во веки веков.
Мессией же, вознесенным Б-гом на небеса, объявлен умерший в 1994 г. 7-й Любавичский ребе Менахем – Мендл Шнеерсон, хотя последний ничего подобного не говорил.
Да здравствует наш господин, наставник и учитель – Царь – мессия во веки веков! - этот лозунг стал символом веры и неотъемлемой частью богослужения в среде хабадников.
Можно было бы с улыбкой отмахнуться от подобного рода спекуляций, сославшись на их маргинальный и совершенно неадекватный характер.
Но проблема состоит как раз в том, что в маргинальную нишу вытеснены другие иудейские лидеры: и умеренные ортодоксы, не говоря уже о фундаменталистах (твердых приверженцах Торы в лице ессев), и традиционалисты, и разные хасидские (мистического толка) группы.
Ни финансовой тебе поддержки, ни информационной, ни политической.
Осуждающая воззрения Хабада резолюция Организации ортодоксальных раввинов США (июнь 1996 г.) не получила своего логического развития по вышеуказанным же причинам.
В этом-то как раз и опасность ситуации.
В равной мере сказанное относится и к светским организациям, не разделяющим взглядов этой международной секты.
Пока же от имени всего еврейства без зазрения совести продолжает выступать один сплоченный отряд одержимых фарисеев – духовных ускорителей истории.
Как следствие, миллионы евреев превращаются в заложников разрушительной для всего мира и ведущей в тупик политики.
Автор здесь не преувеличивает.
Вот только выдержка из интервью известного в Украине общественного деятеля Иосифа Засельса газете Хадашот (июнь 2002 г., №3):

Хабад считает себя основной силой в еврейском движении конца XX - начала XXI века.
Из–за своей энергетики, финансовых возможностей.
И они, (Хабад – Х.Д.), может быть, хотят получить международную структуру, где проявится их лидирующий характер.
Во-вторых, они, конечно, желают представлять не только религиозных евреев в странах, появившихся после распада СССР, но и более широкую часть еврейского населения.
Ведь у нас религиозных людей всего лишь 3%, не больше.
Это понятное желание такой мощной организации, как Хабад.
О подавляющей роли этого движения в России, в Украине не говорят только ленивые.
И в США, и в Израиле это мистически–мессианское движение представляет собой серьезный фактор в политической жизни.
В Кнессете Израиля в той или иной мере такого рода позицию отражают следующие партии, составляющие большинство:

МАФДАЛЬ (религиозные сионисты, 5 чел.), ШАС (религиозная партия восточных евреев, более 10 мест) и правый блок Ликуд (20 чел.).
Промежуточный вывод.
Таким образом, в сухом остатке обоснования союза 3-х и, соответственно, поддержки Израиля остается перманентная борьба с мифической угрозой - фантомом международного терроризма, и не более; борьба, плавно трансформирующаяся в противостояние с Исламом как идеологией и образом жизни и с мусульманским миром в целом.
Нужно ли это России - еще очень большой вопрос.
Для значительной части россиян это абсолютно не нужно, не говоря уже о мусульманской его части.
Стратегический проигрыш очевиден, а тактические выгоды сомнительны.
Разве что минимизация антироссийской риторики в мировых масс-медиа и в Америке, где позиции произраильского лобби сильны как нигде.
Но это слишком мало на фоне упущенных выгод альтернативного и, безусловно, политически ответственного подхода.
Не только положение (восстанавливающей свою субъектность державы) обязывает, но и интересы.
Попытка прогноза и выводы Побудительными (не спекулятивными) причинами для вышеуказанной ревизии ближневосточного вектора в политике Кремля могут служит следующие обстоятельства: • Не критический подход Кремля к политике Америки и Израиля может, в конечном счете, превратить Россию в заложника авантюрного сценария в регионе Большого Ближнего Востока, включая и Иран.
Попустительство и тактические (и далеко небезупречные) расчеты могут развязать руки более сильной (в военно-техническом, но не по духу) стороне конфликта, т.е.
Израилю и Америке.
Война может принять более широкий размах, включая в свою орбиту Иран и Сирию, если не будет достаточно решительно поставлен заслон этому (не стоит здесь преуменьшать роль России).
Информационными средствами все это, безусловно, будет преподнесено в антииранском (и в антисирийском) ключе.
А фактически такое положение явится очередным этапом крестового похода за Новый мировой порядок.
Вполне возможно даже применение ядерного оружия Израилем.
Необходимый предлог найдут без труда.
Мастерам провокативных технологий сделать это не сложно.
Такой поворот событий в регионе непосредственно может отразиться на безопасности России, на ее геоэкономических и геополитических позициях.
Одна из стратегических задач глобальной финансовой олигархии (и США, как ее ключевого инструмента) - это демонтаж Ирана и полный контроль за нефтяными ресурсами страны и важными коммуникациями.
Потворствовать такому сценарию - стало быть, подыгрывать своим же стратегическим конкурентам.
Пора, наконец, понять, как метко заметил Эммануэль Тодд (в своей знаменитой книге Конец империи), что Америка - это лишняя (на карте мира) страна, империя–паразит, которая живет пока исключительно за счет скрытого или явного грабежа всего мира, оплачивая свои ненасытные аппетиты зеленной массой долларов; мало что производящая, но неуклонно расширяющая свой долг перед миром (более 100 трлн. долл.
США - ?!). • Ясная и недвусмысленная поддержка палестинской стороны и права на их государственность, но с существенной оговоркой (необходимости признания государства Израиль, с возвратом к границам 1967 г., как того требуют многие решения ООН) вернет симпатии как арабского истэблишмента, так и мусульманской улицы в десятках странах мира.
Это немаловажный долгосрочный фактор во внешней (в том числе, и внешнеэкономической) политике России.
Не учитывать это обстоятельство ради сомнительных выгод, основанных на мифах, – стало быть, плестись в хвосте реальной политики, не будучи ее творцом.
Внутри страны Кремль пока пренебрегает мнением российских мусульман.
Слишком слаб, политически инертен и не консолидирован этот субъект.
Но обида и недовольство накапливается, а лояльность уменьшается.
Кремль не может отмахнуться от этих настроений, которые в один прекрасный момент вполне могут перейти и критическую черту.• Никто еще не доказал нам выгоды проамериканской и произраильской политики Кремля, кроме риторики либералов о грядущих или уже имеющих место инвестициях; о пользе тесных связей с цивилизованным миром, что имплицитно содержит в себе идею не цивилизованности остального мира.
Если они (инвестиции) и есть, то, главным образом, в виде спекулятивного капитала, а не прямых инвестиций.
О пользе такого рода инвестиций можно судить по последствиям дефолта 1998 г., когда этот пузырь моментально сдуло с фондовых рынков страны.
Вложения в сырьевой сектор - тоже не в счет.
Это грабеж достояния будущих поколений России.
О прочих выгодах (типа научно–технологического сотрудничества) тоже помолчим.
До сих пор жива пресловутая и бессмертная поправка Вэника-Джексона (касающаяся права на эмиграцию евреев из Союза ССР): прямо-таки - политэкономическая клиника.
Это, по сути, улица с односторонним движением, когда Россия весьма успешно экспортирует свой бесценный (человеческий) капитал: прежде всего, кадры для ВПК США и Израиля.
Еще надо разобраться, кто и кому больше должен.
Они нам - голливудский (отвратительный) ширпотреб, а мы им - мозги, идеи, нефть и газ. • Вместе с тем, будущие выгоды экономического сотрудничества со странами арабского и, шире, исламского мира очевидны.
Нет необходимости в тщательном доказательстве этого тезиса.
Автор имеет в виду не только миллиардные (в долл.
США) контракты отечественного ВПК, но и др. отрасли экономики: машиностроение, атомная энергетика, инфраструктурные проекты и т.д.
Даже Пакистан в этом плане заинтересован в сотрудничестве с Россией.
Но очевиден чаще неявный саботаж такого южного вектора во внешнеэкономической политике в среде многих правительственных чиновников.
Ведь для этого мира мы представляем ценность не как сырьевой резервуар, а именно как потенциальный поставщик высокотехнологичной продукции и (или) сложных комплексов, требующих длительного и взаимовыгодного сотрудничества (по обучению кадров, эксплуатации и т.п.).
В нас, в этом огромном развивающемся мире, видят старших и, некогда, очень сильных партнеров. • И, наконец, мусульманский мир, при всей спорности тезиса исчерпания исламской цивилизации (А.Зиновьев), сохраняет в себе высокий духовно- идеологический и демографический потенциал.
Нынешняя слабость его научно-образовательного и технологического потенциала только на руку России, ибо позволяет занять свою весомую нишу в миллиардном (исламском) мире в качестве сильного партнера для взаимовыгодного сотрудничества.
А в этом мире очень чутко относятся к палестинской проблеме и ко всему, что происходит в регионе Большого Ближнего Востока.
Не упустить бы свой шанс.