• Название:

    Лотман. На холмах Грузии лежит начная мгла

  • Размер: 0.05 Мб
  • Формат: DOC
  • или



"НА ХОЛМАХ ГРУЗИИ ЛЕЖИТ НОЧНАЯ МГЛА..."

В предшествующей работе ученики рассмотрели общественно-политическую и философскую лирику Пушкина. Со стихотворения "На холмах Грузии лежит ночная мгла..."они переходят к интимной и любовной лирике поэта. Усилия преподавателя должны быть направлены на то, чтобы показать, с одной стороны, своеобразие интимной лирики, а с другой - не потерять композиционного единства всего раздела. В конечном счете, ученики должны воспринять эту часть как закономерное продолжение предшествующей, а всю поэзию Пушкина - как единое целое.
1. В работе над стихотворением следует обратить внимание учеников на его простоту. Стихотворение невелико по объему, написано простым языком, не содержит ни необычных сравнений, ни красочных метафор и, кажется, непосредственно и просто вылилось из-под пера автора.
Такое ощущение должно некоторое время оставаться у учеников. До того, как они начнут анализировать текст, они должны его очень внимательно прочесть и проникнуться его настроением.
Приступая к анализу, следует обратить внимание учеников на фотографию рукописи Пушкина, черновик стихотворения "На холмах Грузии...". Мы видим следы напряженной работы поэта: обилие зачеркнутых, исправленных и переделанных строк. Из этого следует сделать вывод, что простота и легкость стихотворения явились результатом упорного труда автора и что, следовательно, в тексте нет ни одного случайного слова: каждое из них имеет глубокий смысл и именно потому такое короткое стихотворение может производить столь глубокое впечатление.
Попробуем определить эти смыслы.
Два первых стиха дают пейзажную картину:

На холмах Грузии лежит ночная мгла,
Шумит Арагва предо мною.

Пейзаж содержит скрытое противопоставление двух начал.
Первый стих рисует холмы - возвышенности, поднятые к небу. Второй - лежащую у ног поэта глубокую реку.
Чувство глубины подчеркивается глубоким звуком "у": "Шумит Арагва предо мною". Таким образом, первые строки вводят в сознание читателя образы высоты и глубины. Но еще более важна упомянутая в первом стихе "ночная мгла". Мы уже много говорили о значении света и темноты в поэзии Пушкина. Ночь, которая обычно встречалась нам в негативном контексте, здесь впервые связана с лирическими, задушевными переживаниями автора.
Подумаем над этим.
Прежде всего задумаемся над словом "мгла". Мгла у Пушкина никогда не означает просто темноту, а всегда ночную тьму, перемешанную с чем-либо.
На следующем уроке, изучая стихотворение "Зимний вечер", мы столкнемся с выражением "Буря мглою небо кроет...". Там слово "мгла" будет означать ночную темноту, пронизанную вихрями белого снега - смесь черного и белого.
В стихотворении "На холмах Грузии..." ночная мгла создает сразу два образа - ночи и лунного света. Ночь, о которой говорит Пушкин, - светлая ночь, пронизанная успокаивающим и примиряющим светом луны.
Таким образом, пейзаж первых строк содержит и образы горных вершин, и глубокую реку, текущую в темноте, и ночную тьму, и лунный свет.
Это противоречие имеет, однако, не трагический, а примиренный характер, что подчеркивается спокойной музыкальной организацией стиха.
Попросите учеников выписать гласные и согласные фонемы.
Произведя эту работу, они убедятся в обилии и разнообразии согласных звуков: их почти столько же, сколько гласных. Кроме того, обильно представлены плавные: м, н, л.
Все это вместе создает картину контрастную и примиренную одновременно, широкую и спокойно-печальную.
Третий и четвертый стихи характеризуют внутреннее состояние лирического героя.
Оно находится в согласии с окружающим пейзажем.
Чувства, испытываемые героем-автором, противоречивы: "грустно и легко" - это не только разные, но и трудно совместимые чувства. Объяснение их соединению дает выражение "печаль моя светла": подобно тому как ночная темнота, пронизанная лунным светом, делается не страшной, не враждебной, а грустной и поэтичной, печаль пронизана светом.
Каким светом (светом чего), в стихе пока не говорится.
Этому посвящен следующий стих:

Печаль моя полна тобою.

Введенное в стихотворение поэтическое "ты" - образ неназванной возлюбленной (о том, кому Пушкин адресовал это стихотворение, мы точно не знаем, вопрос этот до сих пор составляет предмет споров комментаторов) - становится источником света.
Именно ею полна печаль, и это делает печаль светлой. Параллелизм пейзажа и душевного мира подчеркивается системой звуковых повторов: слова третьего стиха повторяют звуки первого, являясь как бы их эхом.
Ср.:

Грузии - грустно
Лежит мгла - легко
Ночная - печаль
Мгла - моя светла

Следующие четыре стиха меняют интонацию. Спокойно-печальная повествовательная интонация первого четверостишия делается более напряженной. Одновременно увеличивается число слов, несущих семантику победы любви над грустью и света над темнотой, - "горит", "любит". Следует обратить внимание на еще одну важную особенность: стихотворение посвящено любви и представляет собой авторский монолог. И по жанру, и по типу речи в центре должен быть субъект. Между тем в стихотворении не встречается местоимение "я" в форме подлежащего.
Одновременно бросается в глаза наличие безличных конструкций: "мне грустно", "мне легко". Носитель речи появляется лишь в косвенных падежах, что не создает эгоцентрической структуры. Место поэтического "я" и, одновременно, место подлежащего в предложении занимают слова "печаль", "сердце" - свободные от эгоцентрической окраски.
Тем более сильно звучит выделенность поэтического "ты". Это придает стихотворению особую окраску.
Любовь, о которой говорит поэт, - любовь не эгоистическая, а самопожертвенная. Это особенно ясно в ранней, черновой редакции стихотворения:

Все тихо - на Кавказ идет ночная мгла
Мерцают звезды предо мною
Мне грустно и легко - печаль моя светла
Печаль моя полна тобою
Я твой по-прежнему - тебя люблю я вновь
И без надежд, и без желаний
Как пламень жертвенный чиста моя любовь
И нежность девственных мечтаний.

После того, как проделана работа по комментированному чтению текста, учащиеся подготовлены для выполнения самостоятельных заданий

Как читать стихотворение "На холмах Грузии...". Сообщаемые в этом разделе сведения даются для учителя: они должны помочь ему найти правильные интонации при чтении текста.
Целесообразность же доведения их до сведения учеников должна определяться в конкретных обстоятельствах.
Изучаемое стихотворение отличается необычайной музыкальностью. Оно удобно для того, чтобы дать ученикам почувствовать красоту звучания пушкинских стихов. Но чтобы правильно прочесть стихотворение, учитель должен понимать тайны построения текста.
1. Мы уже убедились в том, что фонологическая партитура стихотворения построена с большой тонкостью. Так, слово "Грузия" почти полностью повторено в звуковом отношении словом "грустно" (переход "з" в "с" накладывает легкое оглушение; произношение этой фонетической разницы составит трудность для учащихся-эстонцев, но тут следует добиваться правильности артикуляции, которая создает значимый оттенок).
Совпадение звуков для Пушкина, видимо, поддерживалось смысловой ассоциацией.
Известно, что в другом стихотворении он сказал:

Не пой, красавица, при мне
Ты песен Грузии печальной...

Ассоциация эта имела для Пушкина музыкальный характер. В примечаниях к "Кавказскому пленнику" он писал: "Песни грузинские приятны и по большей части заунывны". Печальный - грустный - заунывный образуют смысловой ряд, подкрепляющий звуковое совпадение Груз - грус.
В "На холмах Грузии..." семантика эта получает распространение: Грузии-грусть-унынья-мучит придают фонеме "у" значение грусти. Ей противостоит группа слов с йотированным "у" (ю): тобою, любит, любить.
Антитеза "у" - "jy" (ю) получает значение антитезы грусти и любви.
Между грустью и любовью особое место занимает печаль. "Мне грустно и легко": "грусть" и "легкость" сосуществуют как два совмещенных, но несовместимых понятия. "Печаль моя светла": свет не сосуществует с печалью, а пронизывает ее, становится ее качеством. Печаль – это соединение света и грусти, как мгла - слияние ночи и лунного сияния.
Отсюда значимость звуковых совпадений:
ночная - печаль
ночная мгла - печаль полна

Но звуковой образ слова "печаль" распространяется на все слова с ударным "а": мгла, Арагва, светла, полна.
Наконец, вторая половина стихотворения выделяется частой повторяемостью и высокой значимостью ударного "о". В первой половине оно встречается только в паре "мною-тобою". Во второй оно наполняется светом, идущим от образа возлюбленной, и торжествующе звучит в сочетании: "Тобой, одной тобой". Это придает (наряду с синтаксической выделенностью, о чем речь пойдет дальше) особую многозначительность намеку, содержащемуся в слове "оттого", связывая также сердце поэта ("оно") с "тобою". Замена "у" на "о" в сочетаниях грустно – горит преобразует значение звуков из печальных в торжественные и почти ликующие.
Сложность и тонкость звуковой организации стихотворения требует внимательного и прочувствованного произношения текста.
Звуки не следует аффектировать, но каждый должен прозвучать как нота в концерте; четко и без фальши. Это делает работу над чтением стихотворения прекрасным фонетическим упражнением, что особенно важно для учащихся-эстонцев.
2. При чтении следует иметь в виду и тонко организованную поэтом грамматическую структуру текста. В стихотворении варьируются глагольные формы: объективность активных личных форм первых двух стихов сменяется конструкциями, создающими образ субъективного состояния носителя речи.
В последних стихах повествование возвращается к личным глагольным формам.
Но субъектом - носителем действия здесь выступает не "я", а "сердце", а сам автор-повествователь как бы со стороны, в некотором раздумье наблюдает за своим сердцем.
Таким образом, хотя напряжение в интонации к концу стихотворения нарастает, господствует все же задумчивое выражение речи наблюдателя.
Внимательный анализ грамматических элементов стиха должен подсказать и другие интонационные решения. Так, например, второй и четвертый стихи связаны банальной рифмой "мною - тобою". Однако банальность ее мнимая, так как грамматически они весьма отличны по функции: "предо мною" - местоимение "мною" почти низведено до роли части сложного предлога, указывающего на место, в котором шумит Арагва. "Печаль... полна тобою": "тобой" - определяющий элемент группы сказуемого.
Разница грамматических функций непосредственно отражается в разнице интонаций.
В стихе:

Шумит Арагва предо мною -

ни в коем случае не следует интонационно выделять "мною". Между тем в "Печаль моя полна тобою" заключительное слово четверостишия следует произнести как самое важное, выделив его интонацией и замедленностью
чтения.
3. Соотношение ритмики и синтаксиса - один из определяющих моментов интонационного рисунка текста. Стихотворение написано относительно редким у Пушкина и всегда почти связанным с медитативной элегией размером: чередованием шести- и четырехстопного ямба. Такое построение задает определенную интонацию: длинные нечетные строки дают как бы экспозицию мысли, а краткие четные - развивают или поясняют ее. Такое разделение функций поддерживается в первом четверостишии четкостью синтаксической границы между стихами: каждый стих - законченная синтагма, и границы ритмических и синтаксических интонаций совпадают. Это обусловливает четкое чередование голоса при чтении четных и нечетных стихов.
Во втором четверостишии, на фоне уже заданной интонационной инерции, картина меняется: первая синтагма - неполная и как бы взволнованно оборванная - кончается в середине стиха, а вторая - мучительно протяженная - занимает полторы строки. В последних двух стихах граница между синтагмами также падает не на конец предпоследнего стиха, а на вторую его половину.
Союзное слово "оттого" попадает в несвойственное ему по смысловому весу место - в рифму. Это требует подчеркнутой выделенности голосом, заставляющей ждать особо важного сообщения.
Однако в последнем стихе объяснение причины любви – а именно этого мы ждем после такого выделения "оттого" - фактически отсутствует: в нем говорится: "любит оттого, что любит". Этот тавтологический конец стихотворения создает исключительно значимое противоречие между интонацией и содержанием.
Интонация, которая в ходе второго четверостишия все время повышалась и на "оттого" достигла высшего напряжения, вдруг как-то беспомощно и растерянно падает: поэт сам не может объяснить, отчего он любит, и просто смиряется с неизбежностью этого безнадежного и бескорыстного чувства. Но именно наивность мотивировки делает ее полной глубокого значения: любовь не нуждается в причинах и хитроумных объяснениях.
Стихотворение заканчивается задумчивой, грустной и даже несколько удивленной интонацией.
Как мы видим, смысловая и интонационная партитура стихотворения очень сложна.
Но читать стихотворение надо предельно просто, "убирая интонации внутрь".