• Название:

    Морозова Н. П. Любимые книги 1989


  • Размер: 4.5 Мб
  • Формат: DJVU
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

    Осталось ждать: 10 сек.

Установите безопасный браузер



Краткий отрывок из начала книги (машинное распознавание)
Н.П. Морозова
Любимые
книги
Москва
Издательство
политической
литературы
1989
ББК 11.59
М80
Морозова Н. П.
Любимые книги.— М.: Политиздат, 1989.— 223с.
Книга написана в жанре раздумий при чтении ленинских произ¬
ведений. Автор строит свое повествование в форме беседы с читателем,
дает практические рекомендации, как следует читать труды В. И. Лени¬
на, делится с ним возникшими в процессе изучения ленинских работ
мыслями, проводит исторические параллели Н П. Морозова — журна¬
листка.
Книга рассчитана на массового читателя.
15ВЫ 5—250—00298—6
ББК П.59
15ВЫ 5—250—00298—6
© ПОЛИТИЗДАТ, 1989
От автора
Все думала, как начать книгу, чтобы с первых
же строк не отпугнуть читателя. Долго искала, как
говорят журналисты, какой-нибудь «заход», то есть
эффектный зачин... Но для чего, спросите вы, все
эти уловки, не лучше ли сразу, без обиняков, ска¬
зать, о чем книга? Ведь на обложке написано: «Лю¬
бимые книги», значит, нужно сразу и сказать, что
это за книги.
Что ж, сразу и говорю: речь пойдет о произве¬
дениях В. И. Ленина, а если еще точнее — о его
Полном собрании сочинений. Но вот чего опасаюсь:
прочтете вы эти слова и подумаете, что книга адре¬
сована только тем, кто в настоящее время учится
в вузе или в системе политпросвещения. Тем, кому
надо по программе, как говорится, «проходить» те
или иные произведения В. И. Ленина. В общем, ре¬
шите, что перед вами очередное учебное пособие
для изучения произведений Ленина.
А между тем это не пособие. Это — рассказ о
том, как 55 томов ленинских сочинений стали моими
самыми любимыми книгами. Я их люблю читать не
по обязанности, а для души. И очень хочется по¬
делиться с вами своими размышлениями, сомнения¬
ми, поисками, находками. Если вы отнесетесь к моей
затее скептически, дескать, посмотрим-посмотрим, как
это автор будет нас убеждать в том, что получает
удовольствие от чтения политических книг,— значит,
вы все-таки прочтете мои записки. Спасибо вам.
Удастся ли мне убедить вас в том, что Ленина ин¬
тересно читать и просто для себя, это, конечно, за¬
висит только от моих способностей убеждать. Но —
ни в коей мере от предмета разговора, ибо сегодня
стало уже приметой времени, что многие потянулись
к Ленину — нашему главному теоретику перестроек.
А поскольку лично я открыла для себя ленинское
3
творчество раньше, чем поднялась новая волна инте¬
реса к нему, может быть, мой опыт, мои наблюде¬
ния кому-то окажутся полезными.
Несколько слов о структуре книги. В первой гла¬
ве рассказывается о том, как открыла для себя эти
чудесные 55 книг. А в следующих главах речь пойдет
уже о конкретных произведениях, томах или группе
томов. Я выработала для себя принцип: читать Лени¬
на только в Полном собрании сочинений. Подроб¬
нее об этом будет идти разговор в каждой главе.
Признаюсь: у меня есть мечта написать книгу под
названием «Пятьдесят пять моих любимых книг». То
есть рассказать о каждом томе этого собрания.
Я вообще смотрю на 55 ленинских томов как на
одно большое произведение. Помните, как Бальзак
всю жизнь писал свою «Человеческую комедию»?
Сколько разных повестей, пьес, романов, а по сути,
все это части огромного художественного полотна, ри¬
сующего историю становления буржуазии во Фран¬
ции. Вот так и ленинское Собрание сочинений. Ты¬
сячи больших и маленьких работ: книги, статьи, за¬
метки, письма, речи, доклады... Все это видится мне
как огромное произведение под названием «История
Великого Октября».
Тем, кто хочет по-настоящему разобраться в исто¬
рии нашей революции, хочется сказать: нет ничего
лучше, чем взять да и прочесть Полное собрание
сочинений В. И. Ленина.
Впрочем, эта книга — не о политике как таковой.
Книга — о моем чтении Ленина, о находках на пути
этого чтения. Поэтому в книге много субъективного
и, наверное, спорного. Ну и что? Давайте спорить.
Я увидела в каком-то произведении одно, вы увидите
другое. Это ведь зависит не только от чрезвычайной
многогранности самого Ленина, но и от того, что все
мы люди разные, каждый из нас берет из книги то,
что только он один может и хочет взять.
Глава 1
«Считаю для себя
счастьем...»
Расскажу об одной встрече, повлиявшей на всю
мою дальнейшую жизнь. Имя этого человека —
Мариэтта Сергеевна Шагинян! Когда-то я прочита¬
ла романы «Месс-Менд» и «Гидроцентраль», и Ма¬
риэтта Шагинян стала для меня одним из многих
хороших писателей. Одним из... Но вот открыла «Че¬
тыре урока у Ленина» и — была поражена. С того
момента стала искать и читать другие книги, напи¬
санные ею раньше: «Рождение сына», «Первая Все¬
российская», «Билет по истории»... Затем — неболь¬
шие эссе типа «Предки Ленина», «День рождения
Ильича»... Передо мной открылся удивительный мир,
в котором все было вроде бы знакомо, а вроде бы
и все новое. Первое ощущение шло от того, что
я и сама всегда с удовольствием читала книги
о Ленине и книги самого Ленина. Новое же было
в совершенно необычном, непривычном отношении
писательницы к ленинской теме. Ведь как бывает у
иных писателей? Они смотрят на Ленина как на
какую-то недосягаемую, божественную, надчеловече¬
скую субстанцию. Другие, наоборот, принимаются
усиленно как бы похлопывать Ильича по плечу,
дескать, он был совсем такой же, как мы: простой,
милый и т. д.
Подход Мариэтты Шагинян: да, гений, но какой
же родной, любимый человек! Известно, что искорка
взаимопонимания при встрече может зажечься лишь
тогда, когда что-то общее имелось и до встречи.
Именно с общих точек соприкосновения и началось
превращение моего просто хорошего отношения
к писательнице Мариэтте Шагинян в восхищение,
в преклонение, в любовь к ней. Сколько раз, читая
ее Лениниану, ловила себя на мысли: ну да, точно,
и я так думаю, и мне так казалось... Наверное,
и у вас так бывало: какие-то потаенные мысли, ско¬
5
рее даже ощущения, в общем, что-то не окончатель¬
но оформившееся, и вдруг все это встречаем у како¬
го-то писателя в ясной, четкой, законченной форме.
И тогда начинает казаться, что мы и сами всегда
точно так же считали.
Конечно, моему душевному согласию с писательни¬
цей способствовало то, что и в школе, и в институте
я всегда читала больше, чем задавали, и — никогда
отрывками, только все произведение целиком. Знаете
ведь, как у нас иногда читают классиков марксиз¬
ма-ленинизма: выпишут себе аккуратненько в тетра¬
дочку несколько цитат и вполне довольны собой, ста¬
тья «проработана». Нет, мне всегда казалось, что в
промежутках между подчеркнутыми для выписывания
формулировками как раз и таится самое интересное.
И в этом я нашла поддержку у Мариэтты Сергеевны.
Она рассказывает: «Была у нас такая «выборочная»
манера — «задавать» Ильича кусками: не всю книгу,
а «от — до». Работы Ленина делились для нас на
места «более важные» и «менее важные»... Мне, на¬
пример, казалось, что я наизусть знаю «Что де¬
лать?» — еще бы: «сдала на экзамене» (слово-то ка¬
кое: «сдать»!)» 1.Но вот писательница прочла «Что делать?» цели¬
ком и увидела что тогда, при выборочном чтении,
«особая внутренняя ленинская диалектика вся ушла
сквозь пропущенные школьной партучебой страницы,
словно рыба через слишком большие ячеи рыбачьей
сети» 2.
Приятно найти в писателе не только интересного
и умного собеседника, но и единомышленника. При¬
ятно, когда его откровения или даже открытия
подтверждают какие-то твои догадки...
Однажды, уже после того, как были прочитаны
многие крупные произведения Мариэтты Сергеевны,
мне в руки попалась книга «Лениниана». В ней кро¬
ме известной тетралогии «Семья Ульяновых» были
еще и статьи, мною раньше не читанные. И вот в од¬
ной из таких статей, а именно в статье «За чтени¬
ем Ленина», я прочла, как откровение, строки:
«Благоговейное отношение к тексту Ленина так вели¬
1 Шагинян М. Лениниана. Семья Ульяновых. Очерки и ста¬
тьи. М., 1980, с. 547
2 Там же.
6
ко, что задача политически учиться у него вытесняла
до сих пор даже возможность отнестись к нему про¬
сто по-читательски. Обычное «литературное чтение»
Ленина никому, может быть, и в голову не прихо¬
дило» 1.
Помню, я читала и перечитывала эти слова. Ведь
это были как будто подслушанные мои мысли: и я
давно замечала, что Ленина интересно читать не обя¬
зательно для доклада или экзамена. Но я никогда
не осмелилась бы сформулировать свою потаенную
мысль так открыто. Так могла сказать только Ма¬
риэтта Шагинян с ее редкостной откровенностью. На
меня ее слова подействовали, как грозовой разряд:
сразу стало ясно, что мне надо делать. Конечно же
приобрести Полное собрание сочинений Ленина и по¬
следовать примеру моей вдохновительницы: прочитать
все тома подряд, с 1-го по 55-й, ни одного не
пропуская. Поначалу так дело и пошло. Но потом,
с 10-го тома, вдруг перескочила сразу на 25-й: в шко¬
ле готовилась конференция на тему: «Ленинская на¬
циональная политика СССР», и мы вместе с учени¬
ками углубились в статью «О праве наций на само¬
определение». А через месяц была печальная дата —
21 января,— и снова пришлось нарушить очеред¬
ность: мы склонились над 45-м томом.
Но какие бы зигзаги ни приходилось делать, я все
равно возвращалась к твердо установленному поряд¬
ку. Читала, ничего не пропуская, в том числе и те
произведения, которые были прочитаны раньше. И вот
марафонская дистанция преодолена. Впечатлений
столько, что за один раз и не рассказать. Все же
попробую подвести первые итоги: что же дало мне
чтение Полного собрания сочинений Ленина?
Сказать, что все прочитанное понято и усвоено,
было бы безмерным хвастовством. Конечно же буду
читать еще и еще, до конца жизни. Но все равно
уже и сейчас чувствую себя обогащенной: в этих
книгах хранится столько драгоценных даров, что даже
часть их, полученная при первом прочтении,— это
очень много. А раз много, то, естественно, хочется
как-то систематизировать... В общем, для начала я
разделила доставшееся мне богатство на три основ¬
ные части.
1 Шагинян М. Лениниана, с. 755—756.
7
Возможность услышать
живого Ильича
Особое волнение я ощутила, когда приступала
к чтению 55-го тома: ведь последний! Да и вообще
этот том особенный: в нем, в единственном, Влади¬
мир Ильич говорит о себе лично. Это — письма к
родным, в которых он пишет о своем житье-бытье,
о своих не только деловых, но и чисто житейских
планах. Нередко в одном и том же письме Владимир
Ильич рассказывает, как у него идет работа над кни¬
гой, дает поручение родным насчет журналов, стати¬
стических сборников... И тут же — об охотничьих са¬
погах, о шахматах, о том, как они с Надей катают¬
ся на коньках... Словом, в этом томе, и вроде бы
только в нем,— живой человек, земной, «как вы и я,
совсем такой же». Но... что-то во мне сопротивляется
такому повороту мыслей. А там? В тех предыдущих
54 томах — только политик, экономист, философ, так,
что ли? А ведь иногда и делят: Ленин-политик и Ле¬
нин-человек. Политик — это вождь пролетариата, со¬
здатель партии, гений революции... Человек — это са¬
мый добрый, самый обаятельный, самый скромный,
самый, самый... в общем, обладатель множества пре¬
красных душевных качеств.
Но так ведь нельзя! Помню, прочла в газете
очерк о племяннике Ленина — Викторе Дмитриевиче
Ульянове. Когда его спросили, какие книги о Ленине
ему нравятся, так он сначала ответил как-то неопре¬
деленно, а потом сказал: «Нельзя образ создавать
методом маятника: от вождя к человеку и обратно.
То у автора Ленин, т