Обложка книги «Антон Чехов   Том 09   1963»

  • Название:

    Антон Чехов Том 09 1963

  • Размер: 14.7 Мб
  • Формат: DJVU
  • или
  • Сообщить о нарушении / Abuse

Что делать, если документ не загружается?

Если вы не можете скачать документ, установите VPN
Скачать сейчас!


Краткий отрывок из начала книги (машинное распознавание)
ГОСУДАРСТВЕННОЕ
ИЗДАТЕЛЬСТВО
ХУДОЖЕСТВЕННОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ
А.П.ЧЕХОВ
СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ
в двенадцати
томах
Под общей редакцией
В. В. ЕРМИЛОВА, К. Д. МУРАТОВОЙ,
З. С. ПАПЕРНОГО, А. И. РЕВЯКИНА
Государственное издательство
ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
МОСКВА 1963
А.П. ЧЕХОВ
СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ
Том девятый
ПЬЕСЫ
1880—1904
Государственное издательство
ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
МОСКВА 1963
Примечания А. П. Скафтымова,
в драме «Три сестры» А. Р. Владимирской.
Оформление художника
н. шишловского
А. П. ЧЕХОВ
1899
[ПЬЕСА ВЕЗ НАЗВАНИЯ]
в 4 действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Анна Петровна Войницева, молодая вдова, гене¬
ральша.
Сергей Павлович Войницев, сын генерала Вой¬
ницева от первого брака.
Софья Егоровна, его жена.
Порфирий Семенович Глагольев 1
Кирилл Порфирьевич Глагольев 2,
его сын
Герасим Кузьмич Петрин
Павел Петрович Щербук
Марья Ефимовна Грекова, девушка 20 лет.
Иван Иванович Трилецкий, полковник в отставке.
Николай Иванович, его сын, молодой лекарь.
Абрам Абрамович Венгерович 1, богатый еврей.
Исак Абрамович, его сын, студент.
Тимофей Гордеевич Бугров, купец.
Михаил Васильевич Платонов, сельский учитель.
Александра Ивановна (Саша), его жена, дочь
И. И. Трилецкого.
Осип, малый лет 30, конокрад.
Марко, рассыльный мирового судьи, маленький старичок.
Василий
Яков
Катя
Гости, прислуга.
Действие происходит в имении Войницевых в одной из южных
губерний.
5
прислуга Войницевых.
помещики,
соседи
Войницевых.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Гостиная в доме Войницевых. Стеклянная дверь в сад и две двери
во внутренние покои. Мебель старого и нового фасона, смешанная.
Рояль, возле нее пюпитр со скрипкой и нотами. Фисгармония.
Картины (олеография) в золоченых рамах.
ЯВЛЕНИЕ I
Анна Петровна сидит за роялью, склонив голову к клавишам.
Николай Иванович Трилецкий входит.
Трилецкий (подходит к Анне Петровне). Что?
Анна Петр. (поднимает голову). Ничего... Скуч-
ненько.
Трилецкий. Дайте, mon ange \ покурить! Плоть
ужасно курить хочет. С самого утра почему-то еще не
курил...
Анна Петр, (подает ему папиросы). Берите
больше, чтобы потом не беспокоить.
Закуривают.
Скучно, Николя! Тоска, делать нечего, хандра. Что и
делать, не знаю...
Трилецкий берет ее за руку.
Вы это за пульсом? Я здорова...
Трилецкий. Нет, я не за пульсом... Я чмокнуть.
(Целует руку.) В вашу руку целуешь, как в подушечку...
Чем это вы моете свои руки, что они у вас такие белые?
Чудо руки! Даже еще раз поцелую. (Целует руку.)
В шахматы, что ли?
Анна Петр. Давайте... (Смотрит на часы.)
Четверть первого... Небось наши гости проголодались...
Трилецкий (приготовляет шахматную доску).
По всей вероятности. Что касается меня, то я страшно
голоден.
1 мой ангел {франц.).
6
Анна Петр.Яо вас и не спрашиваю... Вы всегда
голодны, хоть и едите каждую минуту...
Садятся за шахматы.
Ходите вы... Уж и пошел... Надо сперва подумать,
а потом уже и идти. Я сюда. Вы всегда голодны...
Трилецкий. Вы так пошли... Тэк-с... Голо-
ден-с... Обедать скоро будем?
Анна Петр. Не думаю, чтобы скоро... Повар из¬
волил ради нашего приезда нализаться и теперь без ног.
Завтракать скоро будем. Серьезно, Николай Иванович,
когда вы будете сыты? Ест, ест, ест... без конца ест!
Ужас что такое! Какой маленький человек и такой боль¬
шой желудок!
Т р и л е ц к и й. О да! Удивительно!
Анна Петр. Забрался в мою комнату и, не спро-
сясь,съел полпирога! Вы знаете ведь, что это не мой пирог?
Свинство, голубчик! Ходите!
Трилецкий. Ничего я не знаю. Знаю только,
что он у вас там прокиснет, если я его не съем. Вы так?
Можете-с... А я этак... Если я много ем, то я, значит,
здоров, а если здоров, то, с вашего позволения... Mens
sana in corpore sano l. Зачем думаете? Ходите, милая
дамочка, не думая... (Поет.) Я хочу вам рассказать, рас¬
сказать...
Анна Петр. Молчите... Вы мешаете мне думать.
Трилецкий. Жаль, что вы, такая умная жен¬
щина, ничего не смыслите в гастрономии. Кто не умеет
хорошо поесть, тот урод... Нравственный урод!.. Ибо...
Позвольте, позвольте! Так не ходят! Ну? Куда же вы?
А, ну это другое дело. Ибо вкус занимает в природе та¬
ковое же место, как и слух и зрение, то есть входит в число
пяти чувств, которые всецело относятся к области, ма¬
тушка моя, психологии. Психологии!
Анна Петр. Вы, кажется, острить собираетесь...
Не острите, дорогой мой! И надоело, и не к лицу вам... Вы
заметили, что я не смеюсь, когда вы острите? Пора, ка¬
жется, заметить...
Т рилецкий. Ваш ход, votre excellence!.. 2 Бе¬
1 В здоровом теле здоровый дух {лат.).
2 ваше превосходительство!., {франц.)
7
регите коня. Не смеетесь, потому что не понимаете...
Так-с...
Анна Петр. Чего глазеете? Ваш ход! Как пола¬
гаете? Ваша «она» будет сегодня у нас или нет?
Трилецкий. Обещала быть. Дала слово.
Анна Петр. Пора уже ей быть в таком случае.
Первый час... Вы... извините за нескромность вопроса.
Вы и с этой «да так» или же серьезно?
Трилецкий. То есть?
Анна Петр. Откровенно, Николай Иванович. Не
ради сплетен спрашиваю, по-приятельски... Что Грекова
для вас и что вы для нее? Откровенно и без острот, пожа¬
луйста... Ну? Ей-ей, по-приятельски спрашиваю...
Трилецкий. Что она для меня и что я для нее?
Пока неизвестно-с...
Анна Петр. По крайней мере...
Т рилецкий. Езжу к ней, болтаю, надоедаю,
ввожу ее маменьку в расход по кофейной части и... больше
ничего. Ваш ход. Езжу, надо вам сказать, через день, а
иногда и каждый день, гуляю по темным аллейкам.
Я толкую ей про свое, она толкует мне про свое, причем
держит меня за эту пуговку и снимает с моего воротника
пушок... Я ведь вечно в пуху.
Анна Петр. Ну?
Трилецкий. Ну и ничего... Что, собственно, тя¬
нет меня к ней, определить трудно. Скука ли то, любовь
ли, или что-либо другое прочее, не могу знать... Знаю,
что после обеда мне бывает страшно скучно за ней... По
случайно наведенным справкам оказывается, что и она
скучает за мной...
Анна Петр. Любовь, значит?
Трилецкий (пожимает плечами). Очень может
быть. Как вы думаете, люблю я ее или нет?
Анна Петр. Вот это мило! Вам же лучше
знать...
Трилецкий. Э-э... да вы не понимаете меня!..
Ваш ход!
Анна Петр. Хожу. Не понимаю, Николя! Жен¬
щине трудно понять вас в этом отношении.
Пауза.
8
Т рилецкий. Она хорошая девочка.
Анна Петр. Мне нравится. Светленькая го¬
ловка. Только вот что, приятель... Не наделайте-ка вы
ей как-нибудь неприятностей!.. Как-нибудь... За вами
этот грех водится... Пошляетесь, пошляетесь, нагово¬
рите кучу вздора, наобещаете, разнесете славу и тем и
покончите... Мне ее жалко будет... Что она теперь по¬
делывает?
Трилецкий. Читает...
Анна Петр. И химией занимается? (Смеется.)
Трилецкий. Кажется.
Анна Петр. Славная... Потише! Вы рукавом
свезете! Нравится она мне со своим острым носиком! Из
нее мог бы выйти недурной ученый...
Трилецкий. Дороги не видит, бедная девочка!
Анна Петр. Вот что, Николя... Попросите
Марью Ефимовну, чтобы она поездила ко мне немного...
Я с ней познакомлюсь и... Я, впрочем, маклеровать не
стану, а так только... Мы ее вместе раскусим и или от¬
пустим с миром, или же примем ее к сведению... Авось...
(Пауза.) Я считаю вас малюточкой, ветерком, а потому
и вмешиваюсь в ваши дела. Ваш ход. Мой совет таков.
Или не трогать ее вовсе, или же жениться на ней... Только
жениться, но... не далее! Паче чаяния жениться захо¬
тите, извольте подумать сперва... Извольте рассмотреть
ее со всех сторон, не поверхностно, подумать, помыслить,
порассуждать, чтоб потом не плакать... Слышите?
Т рилецкий. Как же... уши развесил.
Анна Петр. Знаю я вас. Все делаете не думая и
женитесь не думая. Вам только палец покажи женщина,
так вы уж готовы на всякую всячину. Посоветоваться
с близкими людьми должны... Да... На свою глупую
голову не надейтесь. (Стучит о стол.) Вот она у вас,
ваша голова! (Свистит.) Свистит, матушка! Мозгу в ней
много, да толку что-то не видно.
Т рилецкий. Свистит, точно мужик! Удивитель¬
ная женщина!
Пауза.
Ездить она к вам не станет.
Анна Петр. Почему?
9
Трилецкий. Потому что к вам шляется Плато¬
нов. Она терпеть не может его после тех его выходок.
Вообразил человек, что она дура, вбил себе это в свою
нечесаную голову, и теперь черт его не разубедит!-Считает
почему-то своею обязанностью надоедать дурам, выде¬
лывает над ними разные штуки... Ходите!.. А разве она
дура? Понимает же он людей!
Анна Петр. Пустяки. Мы не позволим ему лиш¬
него. Скажите ей, чтоб не боялась. А чего это Платонова
так долго нет? Давно уж пора ему быть... (Смотрит на
часы.) Невежливо с его стороны. Шесть месяцев не ви¬
дались.
Трилецкий. Когда я ехал к вам, в школе ставни
были наглухо закрыты. Должно быть, спит еще. Ка¬
налья человек! Я его сам давно уж не видел.
Анна Петр. Здоров он?
Трилецкий. Он всегда здоров. Жив курилка.
Входят Глагольев 1 и Войнидев.
ЯВЛЕНИЕ II
Те же, Глагольев 1 и Войнидев.
Глагольев 1 (входя). Так-то, милейший Сергей
Павлович. В этом отношении мы, заходящие светила,
лучше и счастливее вас, восходящих. И мужчина не был,
как видите, в проигрыше, и женщина была в выигрыше.
Садятся,
Сядемте, а то я утомился... Мы любили женщин,
как самые лучшие рыцари, веровали в нее, покло¬
нялись ей, потому что видели в ней лучшего человека...
А женщина лучший человек, Сергей Павлович!
Анна Петр. Зачем же мошенничать?
Трилецкий. Кто мошенничает?
Анна Петр. А кто эту шашку сюда поставил?
Трилецкий. Да вы же сами поставили!
Анна П е т р. Ах да... Pardon...
Трилецкий. То-то что pardon.
Глагольев1.У нас были и друзья. Дружба в на¬
ше время не была так наивна и так ненужна. В наше время
10
были кружки, арзамасы. За друзей у нас, между прсчям,
было принято в огонь лазить.
Войницев (зевает). Славное было время!
Т р и л е ц к и й. А в наше ужасное время пожарные
на то есть, чтоб в огонь лазить за друзьями.
Анна Петр. Глупо, Николя.
Пауза.
Глагольев1.В прошлую зиму в Москве на опере
я видел, как один молодой человек плакал под влиянием
хорошей музыки... Ведь это хорошо?
Войницев. Пожалуй, что и очень даже хорошо.
Глагольев 1. Ия так думаю. Но зачем же, ска¬
жите вы мне, пожалуйста, глядя на него, улыбались близ-
сидящие дамочки и кавалеры? Чему они улыбались? И он
сам, заметив, что добрые люди видят его слезы, завер¬
телся на кресле, покраснел, состроил на своем лице сквер¬
ную улыбочку и потом вышел из театра... В наше время
не стыдились хороших слез и не смеялись над ними...
Трилецкий (Анне Петровне). Умереть этому ме¬
доточивому от меланхолии! Страсть не люблю! Уши ре¬
жет!
Анна Петр. Тссс...
Г лагольев1. Мы были счастливее вас. В наше вре¬
мя понимающие музыку не выходили из театра, досижи¬
вали оперу до конца... Вы зеваете, Сергей Павлович...
Я оседлал вас...
Войницев. Нет... Подводите же итог, Порфирий
Семеныч! Пора...